Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Повести и рассказы с. Пестунова в контексте «малых» жанров сибирской прозы последней четверти XX века




Скачать 332.21 Kb.
Дата28.06.2017
Размер332.21 Kb.
ТипАвтореферат


На правах рукописи

ЯНКОВСКАЯ Ольга Викторовна



ПОВЕСТИ И РАССКАЗЫ С. ПЕСТУНОВА

В КОНТЕКСТЕ «МАЛЫХ» ЖАНРОВ СИБИРСКОЙ ПРОЗЫ ПОСЛЕДНЕЙ ЧЕТВЕРТИ XX ВЕКА

Специальность 10.01.01 – русская литература


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Абакан - 2010

Работа выполнена на кафедре русской литературы Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования

«Хакасский государственный университет им Н.Ф. Катанова»

Научный руководитель: доктор филологических наук, доцент

Кошелева Альбина Леонтьевна

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, доцент



Косяков Геннадий Викторович
кандидат филологических наук, доцент

Бондаренко Галина Леонидовна
Ведущая организация: Восточно-Сибирская государственная академия

образования

Защита состоится «18» февраля 2010 г. в 13.00 часов на заседании Объединенного диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.317.01 при ГОУ ВПО «Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова» по адресу: 655017, г. Абакан, проспект Ленина, 94.


С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова» по адресу: 655017, г. Абакан, проспект Ленина, 90.


Автореферат разослан «___» января 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Амзаракова И.П.


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Рецензируемое диссертационное исследование посвящено анализу и осмыслению жанрово-стилистического своеобразия прозы известного сибирского писателя последней четверти XX века Сергея Андреевича Пестунова.

Проблема изучения регионального аспекта русской литературы остается актуальной и на современном этапе, приобретая все большее значение в связи с наблюдающимся возрождением интереса к истории, культуре, литературе родного края, который чаще всего нечем удовлетворить.

В школах, колледжах, высших учебных заведениях сибирская литература практически не изучается, несмотря на свою давнюю историю и достойных писателей, без которых невозможно представить не только историю отечественной литературы, но и литературы всемирной.

«Еще А. Пыпин, - утверждает сибирский литературовед В. Плюхин, - в своей «Истории русской литературы» указывал, что изучение только печатной продукции двух столиц дает искаженную картину развития национальной литературы. К середине XX века стала очевидной необходимость разностороннего изучения литературы громадного региона планеты – Сибири, представляющегося «белым пятном» на литературной карте России»1.

В 20-е годы XX века литература Сибири «стала заметным фактом историко-литературного процесса, положив начало такому литературоведческому понятию, как областная литература Сибири»2.

Красноярский ученый Б. Чмыхало, занимающийся проблемой регионализма, считает его явлением, «вытекающим из развития самосознания населения той или иной территории» и поэтому не сводимым «ни к «местному колориту», ни к «местной экзотике»3. В своей работе «Литературный регионализм» он подчеркивает необходимость изучения биографий и творчества «местных писателей», исследования литературного движения в регионах, а также разработки методики и методологии регионального исследования литературы.

Итак, одной из главнейших задач ученых-литературоведов на сегодняшний день является исследование регионального литературного процесса.

Начало этому исследованию положено в трудах литературоведов Г. Ломидзе, А. Власенко, А. Якименко, Л. Якимова, В. Правдухина, Ю. Постнова, М. Азадовского. Продолжено оно В. Трушкиным, Н. Яновским , К. Анисимовым, Б. Чмыхало, А. Казаркиным, В. Плюхиным, М. Кухар, О. Лесничевой и др. Работы по исследованию хакасской поэзии и прозы принадлежат перу литературоведов М. Унгвицкой, П. Троякова, А. Кызласовой, К. Антошина, Э. Абельтина, А. Кошелевой, В. Карамашевой, В. Прищепы.

Литературный процесс Хакасии второй половины XX века трудно представить без прозы и поэзии С. Пестунова. Уже первая повесть «Белая птица – лебедь» была опубликована в центральной печати (во втором номере журнала «Молодая гвардия» за 1973 год, а затем – в двенадцатом номере «Роман - газеты» за 1974 год) и отмечена Первой премией ЦК ВЛКСМ. В 1979 году вышел сборник повестей и рассказов: «Сватова деревня», в 1982 – «Чудный месяц». Тогда известный писатель Альберт Лиханов сказал: «По каждому его рассказу можно поставить фильм …»4.

Параллельно С. Пестунов работает над поэтическими сборниками. В 1974 году стихи писателя публикуются в журнале «Молодая гвардия» (№ 8, с. 149-154). Первый небольшой сборник стихов «О доля наших матерей…» выходит только в 1990 году. Затем, в 1995 году, печатается сборник стихов «Заповедная обитель». В год смерти писателя (1997) выходят в свет сразу две его книги: сборник стихов – «Озорные посмеюшки» и сборник повестей и рассказов – «Жизнь бы текла да людей радовала»5.

Главный предмет исследования прозы С. Пестунова – народная жизнь. Интерес к народной философии и языку, особенностям национального мировоззрения делает писателя «летописцем», который правдиво излагает историю своего современника.

В центре изображения – воссоздание истории социума, истории народа, причем, персонажи становятся проявлением нации, а биография героя совпадает с биографией поколения.

Автобиографизм пронизывает все творчество писателя, связывая его с классической традицией русской литературы: «Детские годы Багрова-внука» С. Аксакова, «Детство», «Отрочество», «Юность» Л. Толстого, «Детство», «В людях», «Мои университеты» М. Горького, «Последний поклон» В. Астафьева.

В свете вышесказанного естественно, что факты биографии писателя оказывают существенное влияние на его творчество. С. Пестунов, уделяя пристальное внимание дисгармоничности современной жизни, не только проявляет в полной мере присущий ему дар писателя-сатирика, но и дает в своем творчестве образы стариков – хранителей народной мудрости и нравственной чистоты.

Очевидна общность проблематики и близость прозы С. Пестунова и авторов, относимых критикой к поколению «деревенщиков» в современной литературе. В центре этих произведений стоит проблема жизни человечества, изображение кризисного состояния деревни и человека крестьянского труда, проблема сохранения нравственной и духовной чистоты людей.



Объектом диссертационного исследования являются повести и рассказы С.А. Пестунова в контексте «малых» жанров сибирской прозы последней четверти XX века.

Предмет исследования – художественная система прозы С. Пестунова, которая позволяет выявить особенности мироощущения писателя, его представлений о бытии и человеке.

Материал исследования: проза С. Пестунова последней четверти XX века, архив писателя.

Цель работы – исследование и осмысление жанрово-стилистического своеобразия, универсализма прозы С. Пестунова, раскрывающие существенные особенности мироощущения и художественной эстетики писателя, позволяющие определить место его творчества в литературе сибирского региона.

Реализации поставленной цели способствует решение ряда задач:

1) раскрыть логику основных тенденций литературно- художественного процесса Сибири последней четверти XX века, предопределивших становление и развитие прозы С.А. Пестунова;

2) рассмотреть комплекс наиболее важных для творчества писателя тем, позволяющий определить основную доминанту художественного и личностного пространства автора, специфику формирования концепции личности в его творчестве;

3) исследовать стилистическое своеобразие и жанровую типологию рассказов и повестей С. Пестунова;

4) показать наличие сказа, сам «механизм» функционирования этого явления;

5) определить особенности сюжетно-композиционного синтеза в художественной системе прозы С. Пестунова;

6) выявить её основные циклообразующие компоненты;

7) обосновать «натуральность» и «лиро-эпическую» природу прозы писателя как основополагающие дефиниции её идейно-эстетической структуры.



На защиту выносятся следующие положения:

  1. Повествование разворачивается на речевом уровне автора – повествователя (повествование от 1 лица – от «я» или «мы»), о конкретных событиях прошлого. Точка зрения автора-повествователя в большей части текста сливается с точкой зрения главного героя.

  2. Большинство произведений С. Пестунова «населено» женскими образами. Поэтика женских характеров национально специфична и выписана в традициях народной культуры. Лучшие его герои выступают как часть «рода-племени», сохраняют родовую память, родовую совесть, нравственные устои и заветы предков. Проблема типологии характера рассматривается в контексте отечественной «деревенской прозы».

  3. Язык С. Пестунова – это язык русской провинции, он сохранил (возможно, даже нарочито) все особенности провинциального говора. Автор использует просторечия, диалектизмы, изредка жаргонизмы, речь его героев наполнена пословицами, поговорками, приметами, легендами.

  4. Для прозы С. Пестунова характерны позитивные заключения практически всех произведений, что можно объяснить стремлением художника противопоставить утрате человеком нравственных устоев те начала народной жизни, которые в конечном итоге позволяют ему достичь гармонии с самим собой и окружающими людьми.

  5. Тенденция к циклизации - характерная черта литературы изучаемого периода (В. Астафьев, С. Крутилин и др.). В прозе С. Пестунова стремление к циклизации объясняется стремлением к эпически полному изображению окружающего мира. В целом все рассказы и повести писателя можно рассматривать как единое произведение – роман, писавшийся всю жизнь.

  6. Тематика произведений С. Пестунова чрезвычайно многообразна. Она включает в себя вечные, культурно-исторические, онтологические и экзистенциальные темы. Эпичность, драматизм, лиризм, взаимопроникновение этих начал в процессе раскрытия той или иной темы формирует специфику сюжетно-композиционного синтеза прозы этого писателя. Доминирование какой-либо из этих тем в определенный период творчества С. Пестунова объясняется прежде всего событиями, происходящими в его жизни, либо в жизни страны.

Актуальность исследования обусловлена, во-первых, ее общей неизученностью: нет специального исследования творчества известного сибирского писателя 70-90-х годов XX века – С.А. Пестунова; во-вторых, исследование является частью решения проблем современного литературоведения, в частности, регионоведения, ориентированного на систематизацию и исследование творчества региональных писателей, выявление их авторской индивидуальности в аспекте традиций и новаторства, определение их вклада в развитие отечественной литературы.

Научная новизна определяется предметом исследования и его актуальностью: концептуальный анализ жанрово-стилистических особенностей прозы С.А. Пестунова в аспекте типологии и проблем современной литературоведческой методологии. Осуществлено всестороннее и системное освещение творческой эволюции писателя с учетом большого разброса мнений и оценок его творчества в отечественной и региональной критике. В современном литературоведении до настоящего времени нет монографического исследования, посвященного творчеству достаточно известного сибирского писателя. Имеющиеся статьи, заметки носят скорее обзорно-публицистический характер, где отсутствует исчерпывающий литературоведческий анализ, опирающийся на фундаментальную теоретико-методологическую базу.

Теоретическая значимость: результаты исследования будут иметь значение для дальнейшей разработки ряда вопросов, касающихся творческой эволюции С.А. Пестунова, позволят в определенной степени дополнить картину историко-литературного развития Сибири.

Практическая значимость исследования: основные его положения и выводы могут быть использованы литературоведами, учителями-словесниками, студентами высших учебных заведений при изучении современной литературы, в частности, региональной прозы. Возможно введение материалов исследования в вузовские и школьные учебные пособия для решения проблем регионально-национального компонента.

В основе метода исследования лежат синтез историко-литературного, сравнительно-типологического и сравнительно-исторического методов, приемы частной и описательной поэтик.



Теоретико-методологическую базу исследования составили труды по истории и теории эпических жанров Аристотеля, В.Г. Белинского, В.В. Виноградова, А.Н. Веселовского, М.М. Бахтина, Б.В. Томашевского, Г.Н. Поспелова, Д.С. Лихачева, Л.Я. Гинзбург, М.Н. Дарвина, А.Б. Есина, М.М. Гиршмана, работы, посвященные исследованию закономерностей литературного процесса XX века Э.А. Шубина, Ю.И. Минералова, А.В. Огнева, Н.Л. Лейдермана и М.Н. Липовецкого, М.А. Черняк а также функционально-аналитические исследования С.С. Аверинцева, И.Ф. Волкова, Н.Д. Тамарченко, В.Е. Хализева, Л.В. Чернец, Н.А. Николиной, работы уже перечисленных выше авторов, посвященные исследованиям регионального литературного процесса.

Основные положения и результаты диссертации апробированы в докладах на I Международной конференции «Актуальные проблемы языка и литературы: языковая политика в межкультурной среде» (Абакан, 2006), V Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные проблемы изучения языка и литературы: языковая личность в межкультурной среде» (2005), ежегодных научно-практических конференциях преподавателей, сотрудников и аспирантов ХГУ (2004 - 2009). Содержание работы отражено в пяти публикациях общим объемом 3 печатных листа. Опубликована статья в реферируемом ВАК РФ издании.



Структура работы. Диссертация состоит из введения, основной части, включающей в себя три главы, заключения, библиографии. Объем работы – 190 с., из них основного текста – 171 с. Список литературы содержит 205 наименований.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы диссертации и ее научная новизна, излагаются основная цель и задачи работы, определяются предмет и объект, теоретические основы и методологические принципы исследования, раскрывается его теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту, приводятся сведения об апробации работы.

В первой главе «Темы и проблемы малой сибирской прозы последней четверти XX века и проза С. Пестунова» последовательно рассматриваются ключевые проблемы, доминировавшие в малой прозе Сибири на разных стадиях развития страны в обозначенный период с целью выявить, обозначить истоки творчества С. Пестунова.

Историю и настоящее русской литературы невозможно представить без произведений сибирских писателей: Вс. Иванова, В. Зазубрина, С. Залыгина, К. Седых, Г. Маркова и других. В Сибири раскрылось дарование таких литераторов, как А. Черкасов, В. Распутин, В. Астафьев, А. Шеметов, М. Воронецкий…

Наиболее прогрессивные участники литературного процесса Сибири видели свою задачу в сохранении и развитии сибирской литературной традиции. В статье по поводу пятилетия журнала «Сибирские огни» его редактор В. Зазубрин заявляет о существовании особого блока литературы – литературы сибирской: «Здесь налицо взаимодействие культур – русской и туземной. Мы вправе употреблять термин «сибирская» и требовать от писателя в его вещах этого «сибирского»6. Подчеркивая, что термин «сибирская» может встретить много возражений, писатель доказывает возможность существования такой литературы, ссылаясь на «биологические, экономические, географические факторы», которые «… не могут не класть своеобразного отпечатка на творчество сибиряков»7.

Историзм понимания, общечеловеческое начало сибирской прозы выражены с помощью целой системы проблемных координат – проблемы войны, памяти, преемственности духовных и нравственных ценностей, экологии, труда и т.д.

Одной из самых значимых и объемных проблем в творчестве сибирских писателей XX века является проблема «человек и война», в контексте которой выделяется несколько тематических групп.

Пожалуй, самая горькая страница «военной прозы» посвящена детям (Повести Н. Осинина «Через все преграды», «Журавлиный яр» и др.). Тему «живой памяти», раскрывающую и дополняющую проблему «человек – война» пополнил своим творчеством И. Пантелеев (повесть «Синий снег»), проблема предательства и долга осмысливается в повести В. Распутина «Живи и помни».

Военная проблематика «не отпускала» В. Астафьева на протяжении всей творческой жизни, но уже первые его произведения о Великой Отечественной характеризуются «смещением традиционной оптики в подходе к этой теме»8 (повесть «Звездопад» (1961), современная пастораль «Пастух и пастушка» (окончательный вариант датирован 1989 годом)).

Военная тема сквозила в главах «Последнего поклона», «Царь-рыбы», «Затесей», ей посвящены также последние рассказы («Трофейная пушка», «Жестокие романсы», «Пролетный гусь»), роман «Прокляты и убиты», где утверждается однажды заявленное право каждого на память о «своей» войне.

Как пишет критик И. Золотусский: «роман Астафьева не только поминовение погибших, но и суд над теми, кто сорил солдатской жизнью, как ненужным песком»9.

В 1966 году ЦК ВЛКСМ и Комитет по печати при Совмине РСФСР приняли совместное постановление об издании библиотеки «Молодая проза Сибири». Основой ее послужили книги и рукописи, одобренные на зональных семинарах молодых писателей в Чите и Кемерово. Библиотека началась с книги Анатолия Кузнецова «Продолжение легенды» (1967). Всего было выпущено более 50 томов.

Библиотека «Молодая проза Сибири» познакомила читателей со многим интересными прозаиками. В ней дебютировали многие авторы, имена которых сегодня хорошо известны: Г. Немченко и А. Приставкин, В. Чивилихин и В. Шугаев, В. Лихоносов и В. Распутин, О. Куваев и А. Вампилов, А. Лиханов и В. Потанин, Г. Машкин и А. Черноусов, А. Якубовский и многие другие.

Библиотека «Молодая проза Сибири» стала своего рода коллективным собранием сочинений молодых писателей, отличающимся острой, смелой постановкой многих актуальных проблем, связанных с экономической и хозяйственной жизнью сибирского края.

Историко-революционная тема, изучающая проблему «становления нравственных ценностей и формирования нового человека», проблему становления общесоветских традиций («Соленая Падь» С. Залыгина, «Сибирь» Г. Маркова, «Философский камень» С. Сартакова, «Половодье» А. Чмыхало, «Повитель» и «Тени исчезают в полдень» А. Иванова) была продолжена М.Г. Воронецким (романы «На крутых берегах Енисея» (1973), «Укрой, тайга» (1975), «Юрта – птица улетевшая» (1986)). Автор, умело сочетая исторический факт и художественный вымысел, рассказывает нам о формировании самосознания сибиряков, создает убедительную картину победоносного этносоциального обновления жизни в отдаленном регионе Сибири.

В основе повести Г.Ф. Сысолятина «Безотцовщина» (1957-1989) лежат реальные события сопротивления старообрядцев коллективизации. Основная тема повести: «ребенок, попавший под колесницу истории, участвует в страшном «великом переломе» (В. Прищепа).

Проблема Нравственности, Добра и Правды, проблема народного самосознания раскрываются в творчестве писателей-деревенщиков. «Определилась и бурно пошла в рост особая жанровая ветвь прозы – лирические повести о деревне с их щемящей грустью вглядывания и прощания»10.

Полна светлой печали повесть В. Распутина «Последний срок» (1970). Его повесть «Прощание с Матерой» (1976) – это не только реалистическая, но и философская исповедь.

В 1963 году после серии публикаций в журналах «Октябрь» и «Новый мир» у Шукшина вышла первая книга рассказов «Сельские жители». С первой же книги и в последующие годы его творчество находится в центре внимания исследователей современной «деревенской» прозы, которые, анализируя литературный процесс 60-х – 70-х годов, непременно учитывали опыт Шукшина.

Сам необыкновенно талантливый, бескомпромиссный в жизни, В. Шукшин выводит героями своих произведений людей, до боли любящих свою землю, непримиримых ко лжи и эгоизму, чудиков («Залетный», «Мастер», «Обида», «Кляуза», «Чудик» и др.).

В. Астафьева можно причислить к писателям – «деревенщикам» лишь с большими оговорками. Да, он «пишет преимущественно о детстве и войне, совпавшей с его юностью» (Н. Яновский), но суть его повествования обязательно сводится к решению проблем эстетических, социальных и философских.

Повесть В. Астафьева «Царь-рыба» – это реализация в сибирской литературе проблемы «человек – природа».

Жанр «Царь - рыбы», как и «Последнего поклона» В. Астафьев обозначил повествованием в рассказах. Отдельные новеллы книги объединяет поэтическое и лирическое «я» автора, для которого жизнь природы – «это великая и священная тайна, такая же загадка, как и сам человек». Всё это, включая жанровые искания повторит и С.А. Пестунов, член Союза советских писателей, активно вторгшийся в 70-е годы в региональную литературу. Его творчество стало частью в решении проблем большой современной литературы, которые небезуспешно решали тогда писатели сибирского региона. В русле жанровых традиций В. Астафьева («Царь-рыба») и С. Крутилина («Липяги») С. Пестунов пишет повесть «Сватова деревня», представляющую цикл рассказов. Писатель умело ставит своих героев в такие ситуации, когда особенно явно проявляется их нравственная суть.

Все эти темы, проблемы, характеры найдут продолжение в его последней книге «Жизнь бы текла да людей радовала» (1997).

Насыщена и своеобразна творческая история литературного процесса сибирского региона.

Если период 1965-1980-х годов можно назвать «золотыми годами» (А. Горшенин) сибирской литературы, то год 1985-й для нее, как и для всего советского общества, оказался рубежным. «Сибирские огни» тоже попали под влияние новомодных веяний. Он поменял формат, логотип, объем, оформление, став неузнаваемым для читателей, практически перестал существовать.

В октябре 1989 было принято решение о создании Сибирской писательской Ассоциации (СПАСС). В том же году в Новосибирске появилось Сибирское отделение издательства «Детская литература». В самом конце 1990-х с финансовой помощью администрации Новосибирской области были реанимированы «Сибирские огни», налажен в полном объеме их выпуск. В ноябре 1999 года состоялся III съезд писателей Сибири - традиция, возрожденная по инициативе главного редактора журнала «Сибирские огни» В. Зеленского.

Писательская организация Хакасии тоже пополнилась новыми членами: с 1993 по 1999 год было принято 24 человека.

Более сорока лет (1955 – 1990) существовали организованные хакасским отделением Союза писателей совместно с Абаканским государственным педагогическим институтом литературные объединения им. Георгия Суворова (русское, хакасское) и «Чылтызах» («Звездочка») (хакасское), которые стали поистине кузницей по подготовке новой писательской смены.

В творчестве сибирских авторов конца века представлены практически все жанры: романы, повести, рассказы, лирические стихи, сонеты, пьесы, сказки, притчи, памфлеты, детективы, детские повести, эссе (В. Кобельков, Г. Синельников, Г. Батц, В. Балашов, О. Кноблох, Ю. Черчинский).

Основной характерной чертой литературы Сибири является ее тесная связь с жизнью, народом, его интересами, способность чутко откликаться на запросы времени. Она никогда не была чем–то изолированным в общелитературном процессе, напротив, достойно представляла его важное звено как часть большой литературы Сибири и страны. Творческая эволюция литературы Сибири (темы, проблемы, сюжеты, образы) – это ее действенная художественная многофункциональность в живом, стремительном хронотопе современного бытия.

Вторая глава «Жанрово-стилистическая специфика повестей и рассказов С. Пестунова» состоит из трех разделов.

Раздел 2.1. «Тенденция утверждения общечеловеческих нравственных ценностей в сибирских повестях указанного периода и повести С. Пестунова «Белая птица – лебедь». Становление С. Пестунова как писателя проходило в то время, когда одной из ведущих тем в прозе стала тема «корней», нравственных заветов, аккумуляции днем сегодняшним живых токов минувшего, которую раскрывали в своих произведениях писатели-деревенщики.

Высокую оценку феномену деревенской прозы дал и А. Солженицын в своем выступлении на церемонии вручения премии писателю-деревенщику В. Распутину: «В большой доле материал этих писателей был – деревенская жизнь, <…> поэтому эту группу стали называть деревенщиками. А правильно было бы назвать их нравственниками, ибо суть их литературного переворота – возрождение традиционной нравственности, а сокрушенная вымирающая деревня была лишь естественной наглядной предметностью»11.

Не остались в стороне от решения нравственных проблем и писатели сибирского региона.

Повесть С. Пестунова «Белая птица – лебедь» продолжает традицию осознания любви как высочайшей нравственной ценности человечества, начатую еще в военной прозе, где актуальной являлась тема любви, пронесенной через ад войны, выдержавшей все испытания. Такая любовь воспета во многих произведениях сибирских писателей: В. Распутин «Живи и помни», В. Астафьев «Пастух и пастушка», «Звездопад», П. Карякин «Прощание славянки», В. Сапожников «На фронте затишье» и др.

Историями любви пронизана вся повесть С. Пестунова. Несмотря на ограниченное число персонажей, читателю открывается и юношеская романтическая любовь главного героя, и трагическая «лихоманная» любовь главной героини, и «тихая, что заводь»12 любовь четы Белостоковых.

Вся округа Молчаливого острова, где происходит основное действие повести, скрывает в себе легенды: Авдошихина коса, Каркунихин остров, остров Самошиха. И, конечно, эти легенды – о любви.

Автор умело подводит читателя к мысли о том, что любовь Белостоковых дана им в награду за «мужество, терпение и благородство» [81]. Но самая трагическая история любви в повести – история главной героини Анны. С. Пестунов сумел нарисовать романтизированный образ женщины - молодой, цветущей, с нерастраченной силой, озорной и, несмотря на пережитое, не чурающейся людей.

Необыкновенный лиризм повести придает изображение величественной сибирской природы. Природа у писателя – не просто средство художественной изобразительности, а «своеобразное нравственное мерило, важнейший фактор духовности человека» (Э. Абельтин).

Осознание красоты родной природы, любовь и бережное отношение к ней автор делает характерной чертой многих своих персонажей. Писатель неустанно подчеркивает эту слитность Анны с природой: «…выйдет в белом платье на крутяк, станет на самом юру, что черемуха в цвету» [46], «… стояла, как березонька в тихую погоду» [48], «… выстояла, ровно ива в паводок» [52], «была … открытой, как весенняя ромашка… и вольной, как сама енисейская пойма…» [78] и т.д. Это обостренное чувство родной земли характерно для всех героев повести.

Мысль о значении природы в нравственном воспитании человека является одной из основополагающих в повести. Утверждается настойчивая параллель – «природа и человек»: «Мне часто приходилось замечать, что люди, живущие в тесном общении с природой, на вольной волюшке, где и солнца, и ветра вдосталь, <…> необыкновенно чистые, доверчивые, добрые, как вешнее тепло, несуетные и святые даже в своих грехах, справедливые в любых своих поступках» [34]. Именно такими и нарисованы герои «Белой птицы – лебеди», живущие на Молчаливом острове. Мастерство писателя в изображении суровых сибирских пейзажей – важная составляющая его художественной системы. Природа в его произведениях является не только мерилом духовности и нравственности героев, но и основой их лиризма, а также средством художественной изобразительности.

Пейзаж, который тесно связан с характером авторской речи и образом автора, обозначает его присутствие в авторских отступлениях. В произведениях С. Пестунова пейзаж является в первую очередь носителем патриотических чувств автора. Мифологемами становятся «родная деревня», «грозный Енисей» и «могучий тополь».

Все художественные посылы, ориентированные на воспроизведение, описание, ту или иную функциональность пейзажных зарисовок самым непосредственным образом связаны с определенным проявлением авторской индивидуальности С. Пестунова.

Актуальной является во многих произведениях С. Пестунова тема труда. Авторы, представляющие «Молодую прозу Сибири», в своих произведениях решают проблемы морали, человеческих отношений, изучая их в контексте проблемы «человек и его дело» (В. Поволяев «Двенадцатая буровая», А. Черноусов «Практикант», В. Машин «Сиверко» и др.). Их больше всего привлекает жизнь молодежи, ее дела, мысли, чувства, возможность раскрыть внутренний мир героев через их отношение к труду. Не остался в стороне от решения этих проблем, вопросов и С. Пестунов. На вопрос корреспондента газеты «Хакасия»: «Что Вы цените больше всего в людях и в себе?», ответил: «Труд. Любой. … неустанный, кропотливый, целительный и спасительный»13.

Тема труда, как акцентная, культовая, является определяющей для индивидуального «почерка» прозаика С. Пестунова. Истоки этой темы просматриваются в биографии автора.

Автор рассказывает в повести историю о том, как Анна и Мария Степановна чуть не погибли, пытаясь поставить новый бакен, взамен унесенного весенним бурным Енисеем. Романтикой подвига овеян поступок Анны, которая провела ночь на реке, держа фонарь в руках, чтобы не допустить гибели людей на бушующем Енисее.

Размышляя о том, почему Анна и Белостоковы живут на острове, где «ничего, кроме простора и воды не видят», он делает простой вывод: «… любят они свою работу, в которой своя романтика, свои трудности» [69-70].

Основной характерной чертой литературы Сибири последней четверти ХХ века (В. Распутин, В. Астафьев, писатели «Молодой прозы Сибири») является ее тесная связь с жизнью, народом, его интересами, откликаясь на запросы времени, соотнося с ним свое художественное слово, С. Пестунов в повести «Белая птица – лебедь» утверждает любовь, родную природу и труд как высочайшие общечеловеческие нравственные ценности, все то, чем жива большая литература.

Раздел 2.2. «Повести в сборниках «Чудный месяц», «Жизнь бы текла да людей радовала»: поэтика, авторская индивидуальность».

В сборник «Чудный месяц» С. Пестунов, помимо рассказов, включил три повести: «Белая птица – лебедь», «Последняя страда», «Летучая ярмарка», а в сборник «Жизнь бы текла да людей радовала» – «Гром среди ясного неба» и «Зинка-ягодинка».

Повесть «Летучая ярмарка» - своеобразная легкая нравоописательная зарисовка, где главными героями являются современные коробейники. Их речь афористична, изобилует пословицами и поговорками, а сами герои становятся «своими» в деревенской среде.

Изба, дом родной и родная деревня, пашня, степь, мать-сыра земля – образы-символы – традиционные «пространственные ориентиры» (М. Бахтин), ставшие своеобразными мифологемами в творчестве каждого из писателей-деревенщиков.

Функциональна мифологема «очаг-дом» и в прозе С. Пестунова. В его повести «Гром среди ясного неба» родной дом – спаситель. Рассказывая о «маленькой и суровой» судьбе отчего дома, С. Пестунов неизменно возвращается к извечным и простым истинам: земля, труд, дом – составляющим основу бытия. Он часто пишет о необратимых изменениях духовно-нравственного склада человека, происходящих в результате отчуждения от земли, от семьи, от родного дома.

Доминирующими темами в повестях С. Пестунова являются темы труда, любви и нравственности. Именно труд сделал счастливым уходящего из жизни Климыча (повесть «Последняя страда»), вернула себе доброе имя и уважение односельчан Зинка (повесть «Зинка-ягодинка»). Авторская индивидуальность С. Пестунова как-то по-особому тесно, естественно соотносить мир человека и мир природы формировалась на протяжении всей его творческой жизни. Отсюда и действенная функциональность в его творчестве мифологемы «очаг-дом», которая выполняет, таким образом, не только содержательную и эстетическую функциональность, но и формирует «сюжетно-жанровое единство» (М. Бахтин).

Раздел 2.3 «Тематика, своеобразие сюжетно-композиционного синтеза, поэтика в художественной системе рассказа С. Пестунова».

Функционирование онтологических и антропологических универсалий в творчестве С. Пестунова рассмотрено нами на примерах рассказов и повестей, посвященных раскрытию тем родины («Ах ты степь, ты степь», «Пиалы под солнцем» и т.д.), морали и нравственности («Среди людей и жить легче…», «Песня отца»…), поиска смысла жизни («Васенины подсолнухи», «Жизнь бы текла да людей радовала», «Островок спасения»…), войны («Юбилейная медаль», «Шаровая молния», «Бабушкина звезда», «Проводы» и др.), любви (повесть «Белая птица – лебедь»…), труда (повесть «Последняя страда»…).

Культурно-историческая группа тем представлена в прозе писателя в основном рассказами постперестроечного периода. Это такие рассказы, как «Поэзия и бизнес», «Угрюмый поэт и веселый гаишник», «Герр Володя и гражданин Вася», «Бизнес по-китайски» и т.д.

«Феномены индивидуальной жизни» отражены практически во всех повестях и рассказах С. Пестунова, т.к. все его произведения пронизаны явной автобиографичностью. В этой тематической группе выделяются рассказы, посвященные проблемам творчества, Правды: «И в бой повести!..», «Жизнь – не разбитое корыто» и некоторые другие.

В прозаическом наследии С. Пестунова имеют место разного типа рассказы: драматические, лирические и эпические. Естественно, выделить у него, как и вообще в литературе, названные типы повествования в «чистом» виде невозможно. Эпичность – это идейно-эмоциональная настроенность, созерцание жизни в её сложности и многоплановости, широта взгляда на мир и его приятие как некоей целостности («Кукушка в сердце», «Юбилейная медаль»); драматизм связан с умонастроением, соотнесенным с напряженным переживанием каких-то противоречий, с взволнованностью и тревогой («На охоте в день воскресный», «Уха из акульих плавников»); лиризм – возвышенная эмоциональность, выраженная в речи автора, рассказчика, персонажей («Цветы ко дню рождения», «Осколок семейной вазы»). Спаянность, взаимопроникновение этих начал и формирует специфику сюжетно-композиционного синтеза прозы С. Пестунова. Но преобладающей в его прозе, безусловно, является тенденция к эпизации, которая проявляется в наличии единого для всех рассказов автора-повествователя, способов пространственно-временной организации, существования некоторых «сквозных» персонажей (мать писателя, старик Макарыч, Семен Дрыга, Петрован Ламский и др.), приеме сюжетного обрамления, в котором вводится герой-рассказчик, являющийся своеобразным творческим центром, идейно-эстетическим ориентиром (чаще всего это сам автор).

Как и у всех писателей-«деревенщиков», эпичность его произведений ориентирована на поиск глубинных, устойчивых основ народной жизни. Особенно актуальна подобная тематика стала в «перестроечный» период, когда писатели остро почувствовали дефицит духовности в обществе.



В третьей главе – «Идейно-творческие константы малой прозы С. Пестунова: традиции и новаторство» - рассматриваются проблемы теории малых жанров прозы С. Пестунова.

В разделе 3.1. «Проблема автора и героя» исследуются основные типы персонажей прозы С. Пестунова и образ автора в его произведениях.

Прототипы героев рассказов и повестей С. Пестунова довольно прозрачны – порой писатель даже не изменяет их имен и фамилий (Ф. Вигуль, В. Парсаев и др.). Художник не ограничивается ролью прилежного летописца. Прибегая к художественному вымыслу, он оставляет прототипы легко узнаваемыми.

Трудная жизнь обычно выпадает его героям. Зато в них есть то, что неизменно ценится всегда – душевность («Пронькино болото»), принципиальность («Жизнь – не разбитое корыто»), трудолюбие («Пчела улетает на восход»), надежность («Валя»), действенное желание пробуждать в людях добрые чувства («Песня отца») и сама действенная доброта («Бабушкина звезда»). Положительный герой С. Пестунова – это всегда человек определенного типа, унаследовавший нравственные ценности старшего поколения, причастный к жизни общества, в которой он находит свое место и призвание.

Хранительницами достойных традиций народа являются у С. Пестунова женщины и, прежде всего, женщина-мать. Объединяют всех героинь С. Пестунова душевная строгость и чистота, уважение и доверие к людям, всегдашняя готовность к участию и помощи, искренняя сердечность, неистребимое трудолюбие. И этим же определяется неповторимая индивидуальность каждой из них: застенчивая пылкость и самоотверженность Галины (рассказ «Дурной камень»), озорной Матренин азарт (рассказ «Шаровая молния»), деловитость сестры Валентины («Валя»).

Люди старшего поколения в произведениях С. Пестунова - живая история и хранители лучших заветов прошлого («Бабушкина звезда», «Первая гроза», «Среди людей и жить легче» и др.).

На страницах прозы С. Пестунова воссоздан реальный, действенный облик малой родины, которая и объединяет повествователя с дорогими для его сердца земляками. Как и у большинства писателей-деревенщиков, «деревенское» начало, «деревня» выступают в творчестве С. Пестунова как символ всего устойчивого, национального, духовного. Всеобъемлющие образы естественно становятся центром содержания творчества С. Пестунова: образная система, основные коллизии, художественные концепции, нравственно-эстетические идеалы и поэтика.

Ведущей и действенной художественной дефиницией творчества С. Пестунова, на наш взгляд, является образ автора–рассказчика. Авторское «я» не просто присутствует в романах, но, доминируя, пронизывает и организует все повествование: он и летописец, и главный герой, выражающий прямую авторскую оценку происходящего, и автор – рассказчик.

Авторская субъективность наиболее отчетливо проявляется в таких рамочных компонентах текста, как предисловие, послесловие и посвящение, а также в авторских отступлениях (особенно пейзажах).

Практически все рассказы и повести написаны от первого лица, рассказчик назван Сергеем Андреевичем, и реальные факты биографии С. Пестунова совпадают с событиями, описанными в его произведениях, что свидетельствует о том, что его книги отличаются явной биографичностью.

Довольно заметные изменения в структуре образа автора и трактовке образов отдельных героев появляются в последней книге С. Пестунова «Жизнь бы текла да людей радовала» в связи с эволюцией его мировоззрения, обусловленной прежде всего переходом нашего общества к рыночным отношениям («Тяжесть крылатого металла», «Эй, же ты, чернявая» и др.).

В разделе 3.2. «Цикл и циклизация в малой прозе С. Пестунова» рассматриваются основные циклообразующие компоненты в творчестве писателя.

Стремление к объединению, циклизации – очень характерная тенденция в отечественной «малой» прозе рассматриваемого периода. В ряду таких произведений можно назвать цикл рассказов В. Астафьева «Конь с розовой гривой», его же «повествование в рассказах» «Царь - рыба» и цикл рассказов-миниатюр «Затеси»; «повесть в рассказах» С. Крутилина «Липяги»; книгу В. Шукшина «Сельские жители»; цикл Ф. Абрамова «Трава-мурава» и др.

Развитие этого довольно специфического литературного вида («повесть в рассказах») объясняется, прежде всего, стремлением к «эпической полноте повествования о художественно воссоздаваемом мире»14.

Циклизация в творчестве С. Пестунова обусловлена самим материалом – жизнью героя. Конструктивным фактором лирического изображения становится память с ее ассоциативностью, фрагментарностью и цикличностью, что и диктует принципы художественного расположения материала. Стержнем, вокруг которого объединяется повествование, становится, помимо образа автора, место действия (в «Сватовой деревне» и «Чудном месяце» - родная деревня автора, в книге «Жизнь бы текла да людей радовала» - город Абакан и республика в целом), некоторые «сквозные» герои и, главное, мировоззрение автора.

Рассказы и повести С. Пестунова представляют собой единство, определенное личностью писателя, его судьбой, жизненной позицией, а также общностью характеров, событий, ситуаций, мозаика из которых складывается в целостную картину современной действительности, а границы между ними становятся «размытыми» (М. Бахтин). Об этом довольно точно и образно сказал В. Шукшин: «Рассказчик всю жизнь пишет один большой роман. И оценивают его потом, когда роман дописан и автор умер».

В разделе 3.3. «Функциональность сказа» выявляются «механизм» и специфика функционирования этого явления в творчестве писателя.

Конститутивной чертой сказовой формы является установка на создание иллюзии устной – разговорной речи рассказчика. При этом важно учитывать, что имитация устной непринужденной речи индивида вовсе не означает обязательного господства в тексте просторечно-диалектного языка, «сниженной» лексики, жаргонов и т.п. Конкретные особенности такой речи зависят от облика говорящего субъекта, главная их цель – подчеркнуть естественный, разговорный характер высказываний.

В прозе С. Пестунова мы встречаемся не с отвлеченным рассказчиком, а с образованным человеком, вышедшим из самой народной гущи, но изображающим жизнь и дающим ей соответствующую нравственную оценку с позиции этой же народной жизни. Выбор такой позиции, обусловивший и отбор героев, и языковые особенности прозы, позволяет говорить о народности творчества С. Пестунова и роднит его рассказчика с рассказчиком В. Астафьева (см. повествование в рассказах «Царь-рыба»).

На наш взгляд, рассказчик, которого нередко называют в данном случае автобиографическим героем, становится стержнем, центром повествования, выразителем художественного содержания. Повествование автора – рассказчика оставляет впечатление звучащей разговорной речи. Это устная разговорная речь человека, владеющего литературным языком. Автор рассказывает сам, никого не «подставляя» вместо себя, сохраняя естественность устного высказывания: речь произносимая, непринужденная, возникающая непосредственно в момент говорения. Для такой речи характерна, например, синхронность обдумывания и произнесения, создаются отходы от основной линии рассказа и возвращения к ней (рассказ «Каменное солнце»).

В языке и стиле прозы С. Пестунова сказовость выявляется в особом интонировании, ориентации на разговорные (пособить, загодя, малолетство, ознобить, полешко) и местные сибирские, в определенной степени диалектные (бодучая, понужали, мокро, стайка, ограда, колеть) словоупотребления. Причем, многочисленные областнические слова и выражения включаются в речь рассказчика свободно, в основном без всяких комментариев.

Сказ создается и различными грамматическими средствами. Так, в речи автора – рассказчика много простых безличных предложений, свойственных народно-разговорному синтаксису: «Ко сну тянет», «Сел на лавочку», «Ну, беги домой». Бессоюзные предложения, делающие повествование динамичным, экспрессивным: «Жиганет ими – горло напрочь», «Хватились – нет спичек». Союзы «и», «а» в начале предложений создают впечатление продолжения разговора, появляется простота, близость в общении автора-рассказчика с читателем-слушателем. В речи автора-рассказчика часты вводные слова, типичные для разговорной речи: «Кажись, ты в плену был? <...> Кажись, ты историю ведешь?». Сказовой форме подчиняются сравнения. В речи автора-рассказчика много простых, шаблонных, расхожих сравнений, звучащих как сигнал устной разговорной речи: «как кошка, к нему ластится»; «захохочет, что жеребец заржет» и др.

Одна из определяющих примет сказа С. Пестунова – ориентация на устное народное творчество: на сказку, песню – с их строгостью, чувством меры, уважением к слушателю. Во всех его рассказах и повестях мы встречаем множество пословиц и поговорок («слеза – не гроза, ее сморгнуть можно», «глаза страшатся, а руки делают», «не тот живет больше, кто живет дольше», и т.д.), былей и небылиц (быль о Василии Смелом в рассказе «Чудный месяц», легенды об островах и речных косах в повести «Белая птица - лебедь» и др.), частушек и анекдотов, народных примет и поверий.

Таким образом, онтологическая генетика сказа в прозе С. Пестунова способствует не только постижению писателем особенностей и сложностей народного бытия, но и раскрытию художественной специфики его авторского «почерка».

В разделе 3.4. «Натуральность как элемент художественной характеристики» «натуральность» обосновывается как основополагающая дефиниция идейно-эстетической структуры прозы С. Пестунова.

Ю.И. Минералов, упоминая о некоторых авторах (Г.Н. Поспелов, Н.Г. Чернышевский), считавших, что Аристотель, «открывший» явление мимесиса, имел в виду подражание жизни, подражание природе, утверждает, что реально важным явлением является «мимесис по отношению к явлениям духовной культуры».

Произведения С. Пестунова «населены» героями, прототипы которых достаточно легко узнаваемы, в них изображается самая обыкновенная обстановка и в этой типической обстановке действуют обычные люди, речевая характеристика которых передает диалектные особенности и лексику крестьянского обихода. Основу авторского языкового стиля составляет локализация внимания писателя на реальной речи. Те явления в языке, которые Ю.И. Минералов называет «мнимыми неправильностями» проявляются в произведениях С. Пестунова довольно часто и имеют мотивировку в реальной речи. Натуральность художественного стиля С. Пестунова особенно рельефно проявляется в речевом «потоке» повествования. Он обыгрывает в диалогах героев крайние пласты лексики и фразеологии современного литературного языка (разговорно-просторечная, диалектная, с одной стороны, и книжная, высокая, с другой), объективно рисуя языковой портрет современника.

В разделе 3.5. «Лиро-эпическая природа прозы С. Пестунова» рассматривается как одна из особенностей его «субъективно-ассоциативного мировидения» (Ю. Минералов).

Творческое наследие С. Пестунова одинаково ярко представлено как прозаическими, так и поэтическими произведениями.

Именно лирическая природа миропонимания, «поэтический» склад натуры С. Пестунова являются истоками лиризма его прозаических произведений. Стихи иногда «оживляют» прозу писателя («Песня отца», «Красные рубахи», «Пчела улетает на восход» и др.). «Вполне понятно, что, даже перестав почему-либо писать стихотворные произведения, - утверждает Ю.Минералов, – человек с поэтической творческой натурой неизбежно сохраняет (во всяком случае, на определенное – скорее всего, не короткое - время) субъективно-ассоциативное мировидение»15.

Лирические рассказы С. Пестунова, такие, как «Ах ты степь, ты степь», «Проводы», «Осколок семейной вазы», «Пиалы под солнцем», «Цветы ко дню рождения» и многие другие, посвященные малой родине, проблемам человеческого общения и творчества, передают сложные перипетии человеческих чувств и переживаний.

Эпичность рассказа проявляется в широком охвате действительности, повествовании о большом отрезке человеческой жизни, прослеживании пути развития личности персонажей, преобладании в нем повествования над изображением. Поэтическая сторона деревни в подобных рассказах отходит на второй план, изображается трудная, иногда трагическая жизнь военной и послевоенной деревни, глубокие нравственные конфликты. Однако поставленные в них сложные проблемы духовной жизни исследуются и анализируются писателями через человеческие характеры, чувства и переживания героев («Юбилейная медаль», «Песня отца», «Шаровая молния», «Когда молчали жаворонки» и др.). Поэтому сложно провести четкую границу между лирическим и эпическим началами его прозы. Даже проблемность эпических рассказов: национальный характер, взаимоотношения человека и мира, человека и природы, народа и истории –пронизаны авторскими чувствами и переживаниями, идущими из глубин сердца и разума писателя. Эпичность и лиризм придают творчеству С. Пестунова и стремление к циклизации – подспудное желание автора объединить все свои прозаические произведения в один большой роман.



В заключении подведены итоги, сформулированы концепции исследования и специфические черты художественной системы С. Пестунова, намечаются перспективы дальнейшей научной разработки проблем, связанных с творческим наследием писателя.
Основные положения диссертации отражены

в следующих публикациях:

в изданиях, рекомендуемых ВАК РФ:

  1. Янковская, О.В. Тенденция утверждения общечеловеческих нравственных ценностей в сибирских повестях последней четверти XX века и повести С. Пестунова «Белая птица - лебедь» [Текст] / О.В. Янковская // Мир науки, культуры, образования. – Раздел «Филология. Искусствоведение» - № 6 (18). – Горно-Алтайск: РМНКО, 2009. – С. 101-105 (0, 7 п.л.).

в других изданиях:

  1. Баженова, О.В. (Янковская, О.В.) Русские и русскоязычные писатели Хакасии: проза 20-90-е гг XX в. [Текст] / О.В. Баженова // Актуальные проблемы изучения языка и литературы: языковая личность в межкультурной коммуникации. Материалы V Всероссийской научно-практической конференции. – Абакан, 2005. – С. 271-281 (0,5 п.л.).

  2. Янковская, О.В. Проблемы интерпретации сказа. Сказ в прозе С. Пестунова [Текст] / О.В. Янковская // Актуальные проблемы изучения языка и литературы: языковая политика в межкультурной среде. Материалы I Международной научно-практической конференции. – Абакан, 2006. – С. 148-152. (0,5 п.л.).

  3. Янковская, О.В. Проблема автора и ее реализация в прозе С. Пестунова [Текст] / О.В. Янковская // Актуальные вопросы современной науки / Сборник научных трудов. – Вып. 2. – Новосибирск: ЦРНС – Изд-во «Сибпринт», 2008. – С. 239-254. (0, 6 п.л.).

  4. Янковская, О.В. Жанровая типология рассказа в «малой прозе» С. Пестунова [Текст] / О.В. Янковская // Язык, культура, коммуникация: аспекты взаимодействия: научно-методический бюллетень. – Вып. 4. – Абакан: ХГУ, 2008. С. 88 – 97. (0, 5 п.л.).




1 Плюхин, В.И. Писательская критика Сибири [Текст] / В.И. Плюхин. – Абакан, 2007. – С. 5-6.

2 Кухар, М.А. Развитие сибирской прозы в первой половине 20-х гг. ХХ века [Текст] / М.А. Кухар// Вестник ХГУ. – Вып. 3. – С. 34.

3 Чмыхало, Б.А. Литературный регионализм [Текст] / Б.А. Чмыхало. – Красноярск, 1990. – С. 14.

4 Цит. по Полежаев В. «После меня останутся пчелы, книги и сады» //Хакасия. – 1994. – 2 апреля.

5 Изданные тексты прозы соотнесены с архивным вариантом.

6 Кухар, М.А. Развитие сибирской прозы в первой половине 20-х гг. XX в. [Текст] / М.А. Кухар // Вестник Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова. Серия 6. Филология: Литературоведение. Выпуск 3. – С. 35.

7 Там же.

8Лейдерман, Н.Л. и Липовецкий, М.Н. Современная русская литература: 1950-1990-е годы [Текст]: В 2 т. / Н.Л. Лейдерман, М.Н. Липовецкий. – М.: Изд. центр «Академия», 2003. – Т. 2: 1968 – 1990. – С. 120.

9Золотусский, И. Убиты и воскрешены: Заметки о романе В. Астафьева «Прокляты и убиты» [Текст] / И. Золотусский //Литература в школе. – 2005. - № 4. – С. 2-3.

10Камянов, В. Напряжение поиска [Текст] / В. Камянов // Литературное обозрение.– 1980. - № 1. – С. 37– 38.

11Солженицын, А. Слово при вручении премии Солженицына Валентину Распутину 4 мая 2000 года [Текст] / А. Солженицын // Новый мир. – 2000. - № 5. – С. 186.

12 Пестунов, С. Белая птица – лебедь [Текст]: Повести / C. Пестунов. – М.: Современник, 1975. – С. 79. Далее ссылки на это издание даны в скобках.

13 «Ромашки живут нараспашку на моем небогатом лугу»// Хакасия. – 1994. – 19 марта. – С. 5.

14 Бритиков, А., Ершов, Л., Шубин, Э. Рассказ 60-х годов [Текст] / А. Бритиков, Л. Ершов, Э. Шубин // Русский советский рассказ. Очерки истории жанра. – М., 1970. – С. 634.

15 Минералов, Ю.И. История русской литературы: 90-е годы ХХ века [Текст] / Ю.И. Минералов. – М., 2004. – С. 95-96.


  • Кошелева Альбина Леонтьевна
  • Бондаренко Галина Леонидовна Ведущая организация: Восточно-Сибирская государственная академия образования
  • Объектом диссертационного исследования
  • Материал исследования
  • Реализации поставленной цели способствует решение ряда задач
  • На защиту выносятся следующие положения
  • Актуальность исследования
  • Теоретическая значимость
  • Практическая значимость исследования
  • Теоретико-методологическую базу исследования
  • В первой главе «Темы и проблемы малой сибирской прозы последней четверти XX века и проза С. Пестунова»
  • Вторая глава «Жанрово-стилистическая специфика повестей и рассказов С. Пестунова»
  • 2.2. «Повести в сборниках «Чудный месяц», «Жизнь бы текла да людей радовала»: поэтика, авторская индивидуальность».
  • 2.3 «Тематика, своеобразие сюжетно-композиционного синтеза, поэтика в художественной системе рассказа С. Пестунова».
  • В третьей главе – «Идейно-творческие константы малой прозы С. Пестунова: традиции и новаторство»
  • 3.1. «Проблема автора и героя»
  • 3.2. «Цикл и циклизация в малой прозе С. Пестунова»
  • 3.3. «Функциональность сказа»
  • 3.4. «Натуральность как элемент художественной характеристики» «
  • 3.5. «Лиро-эпическая природа прозы С. Пестунова»
  • Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях