Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Пьеса без[действий] действующие лица




Скачать 384.74 Kb.
Дата05.07.2017
Размер384.74 Kb.




Наташа Антропова


МЕЧТЫ

пьеса без[действий]

действующие лица:

Элеонора - пожилая женщина

Филипп - пожилой мужчина

Елизавета - пожилая женщина

Иннокентий - пожилой мужчина

Лися - молодая девушка

Доктор - мужчина любого возраста

Соня - подруга Лиси

Муж Лиси
Черная комната без окон. Сидят четыре человека и играют в домино
ФИЛИПП. Она скоро придет.

Элеонора. Ты так этого ждешь, как самого главного события в своей жизни.

Филипп. Скажи спасибо, что я хоть чего-то жду, а то тут вот от этих фишечек можно с ума сойти.
Далее автор предоставляет постановщику и актерам самим распределить реплики между персонажами
- Да успокойтесь, мы же давно здесь психи.

- Не надо обобщать.

- Я не обобщаю, я говорю только о четверых.

- Но это не так уж и мало.

- По сравнению с человечеством это не так уж и много.

- Ну, если все сравнивать с человечеством, давай ходи.

- А раньше ты меня на «вы» называла.

- Ну ты бы еще вспомнил, что было при Царе Горохе, раньше мы и вальс танцевали под сентиментальную музыку.

- Неужели это было так плохо? Только вот не надо морщить свой огромный орлиный нос.

- Он у меня не орлиный, а с горбинкой.

- Это одно и тоже

- Ну, кончено, разбежалась, это совсем разные вещи.

- Почему ты все время смотришь на часы?

- Тебе кажется.

- Мне не кажется, у меня свидетели есть.

- Не вмешивайте нос в свои отношения.

- Говори за себя, я всегда готова поддержать подругу.

- С каких пор мы стали подругами, от того, что мы вынуждены здесь находится, ничего не значит.

- Что вы сегодня на меня набросились, одному вальс не нравится, другая подругой не хочет быть. Точно дурдом.

- Да ладно тебе, не обижайся, я же тебе ничего не говорю.

- Да, ты просто все время на часы смотришь.

- И тебя это раздражает?

- Не то чтобы, это я так из солидарности.

- Хороша солидарность, нападать всем на одного.

- Прошу заметить, я молчу по твоему поводу.

- Ну хоть на том спасибо. Ходи.


весь диалог они играют в домино
- А вы знаете, мне все время снится женщина в кимоно, и лицо она вот так веером прикрывает и показывает только глаза, и еще музыка такая певучая звучит.

- Давай ходи лучше. Японка, надо же! Только тебе может такое присниться.

- Да уж, один все время на часы смотрит, второму японка снится. Во и мужики пошли.

- Да мы вроде никуда не ходили.

- Да кто вам даст, отсюда никто не выходит, по крайнее мере я не знаю.

- Тс, тс, хватит чесать языком, ходи лучше.

- Ладно, вот тебе.

- Нет, я так не могу, у него как нервный тик – голову верх и вниз на часы.

- Да успокойтесь вы, набросились на бедного мужика, ведь не каждый день посетители приходят.

- А лучше б они вообще не приходили.

- Кому лучше?

- Всем!


- Все я больше не буду, обещаю.

- Тем более жди, не жди – она все равно не придет.

- Но зачем же так разрушать чужие иллюзии, их надо беречь.

- Это не иллюзия, она точно придет, придет, придет.

- Да конечно, не волнуйся ты так, конечно же придет. ( шепотом) Ну вот чего вы добились.

- Мы не хотели.

- Опять ты обобщаешь, подруга.

- Да ладно, остынь, или захотела его в гроб загнать на всякий случай.

- Ничего я не хочу, напали на меня бедную одну все сразу.

- Твоя беда, что ты когда-то была богатая и управляла человеческими судьбами и теперь все никак не успокоишься.

- Ишь, как заговорила, а кто тебя из нищеты вытащил.

- Ага, и притащил сюда вместе с собой, большое человеческое спасибо.

- Большое человеческое пожалуйста.

- Ой, что это?

- Ты так спрашиваешь, как будто все никак не запомнишь, что это поезд. Стук колес называется.

- Да он приехал или уезжает?

- Приехал.

- Я же говорил, что она приедет!

- Размечтался. Он уезжает. Слышишь, и из него никто не успел выйти.

- Злая выдра!

- А ты кикимора болотная!

- Не ссорьтесь девочки.


вдруг женщины обе начали хохотать
- Что с вами?

- Насмешил «девочки»!

- А помнишь, какими мы были – осиные талии, каблуки высокие, свои зубы, свои волосы. И куда это все делось?

- Да, я помню, как я увидел тебя в первый раз. Ты сидела в кафе, в юбке по колено, положив ногу на ногу, и читала газету, попивая при этом горький кофе. Ты была такая красивая, такая юная.

- Была, была, была. Какой-то замечательный нестареющий глагол.

- И не говори, а помнишь, какой раньше был вкусный сахар и юбки были не такой неприличной длины, как сейчас.

- Да, и деревья были зелеными другими цветом, да потом мы были молодыми.

- Да ходи же ты, чего размечталась, развспоминалась, раскраснелась даже, глаз загорелся.

- Он у меня всегда горит.

- Не всегда.

- Ой, шаги. Сюда кто-то идет!
Филипп вскакивает
- Вот, а ты мне не верила!
входят мужчина средних лет с ним молодая девица
МУЖЧИНА. Здравствуйте господа!

- Здрасъте, Анатолии Петрович, а это кто!

МУЖЧИНА. Эту девушку зовут Лися. Он разрешил здесь ей пожить неделю.

-Зачем?


МУЖЧИНА. Чтобы сделать фоторепортаж.

-Зачем?


МУЖЧИНА. Она учится и ей надо сделать диплом

-Мы не хотим

МУЖЧИНА. Он сказал «без возражений».

-Он издевается над нами!

МУЖЧИНА. Все, Лися, я вас оставляю среди этих замечательных людей, через неделю увидимся

ЛИСЯ. Да, спасибо!

МУЖЧИНА. Ну вы сами этого хотели.

ЛИСЯ. Да, полное погружение в среду. Спасибо, до свидания.

МУЖЧИНА. Да, вот вам телефон. (протягивает визитку) Если что – звоните. Я же не садист, в любой момент вас заберу отсюда.

ЛИСЯ. Спасибо конечно, но я надеюсь справиться.

МУЖЧИНА. Желаю удачи в ваших надеждах.
он уходит. девушка стоит с рюкзаком в руках. они молча продолжают играть в домино. она подходит к ним, бросает рюкзак и садится на него и смотрит за игрой. Филипп продолжает еще более нервно смотреть на часы
ЛИСЯ. А зачем вы все время на часы смотрите?

-Не ваше дело

ЛИСЯ. Извините, а что он не говорит?

- Не ваше дело

ЛИСЯ. Да и вы извините, а как вас зовут?

- Вам же сказали не ваше дело.

ЛИСЯ. Ну извините.
продолжают молча играть

ЛИСЯ. Ну, мы так и будем в молчанку играть.

- Мы, как вы видите, играем в другую игру, домино называется.

ЛИСЯ. Да вижу, ну я не очень знаю правила. Ну я же вам не враг, ну поговорите со мной. Меня зовут Лися, мне 21 год.



молчание

ЛИСЯ. Я просто хочу сделать классные фотографии.


Молчание. Она встает и начинает ходить туда сюда. Они молча играют. Филипп не перестает смотреть на часы. Вдруг шум поезда
- Что это?

- Поезд.
Пауза


- Мимо даже на секунду не остановился!

ЛИСЯ. А зачем вам поезд, Вы что, уехать хотите? Да я помню – не мое дело, но, может, мы на отвлеченную тему поговорим? Хорошая погода...

- Неудачная тема. Мы на улицу не всегда выходим.

ЛИСЯ. Извините, опять извините, а я, кажется, учусь в фото Академии. Хотите, я вам свои фотографии покажу? Да, видимо не хотите. А хотите, я вам спляшу? Нет, тоже не хотите, ну вот.


и она начинает петь «Во поле береза стояла, во поле кудрявая стояла …»

Элеонора подхватывает, потом Елизавета. При этом Филипп не перестает на часы смотреть
ЛИСЯ. Ну вот, видите!

- Пока мы только слышали неплохой женский хор.

ЛИСЯ. Да, а почему не присоединились?

-Не ваше дело.

ЛИСЯ. А, понятно, вы, наверное, петь не умеете.

- Кто сказал?

ЛИСЯ. Никто, это мои догадки.

- Плохие догадки, если вы хотите найти с нами общий язык.

ЛИСЯ. Извините, я не думала, что вы будете такими несговорчивыми.

- А мы вас сюда не звали.

ЛИСЯ. Да конечно, а почему он все время молчит и на часы смотрит?

- Не он, а Филипп Борисович.

ЛИСЯ. А потом не мое дело. Помню, помню.

- Ну и хорошо. Простите, у нас тут игра и вы нам мешаете.

ЛИСЯ. Да. А вы похожи на графиню, вернее на пиковую даму.

- Спасибо за великолепную ассоциацию с образом.

ЛИСЯ. Да пожалуйста, а можно я с вами сыграю?

ЭЛЕОНОРА. Нет, у нас уже середина партии и чужаков мы не потерпим.

ЛИСЯ. Вы так безапелляционно говорите за всех.
Филипп, Елизавета и Иннокентии в знак поддержки Элеоноры закивали головами в какой то одинаковый такт, как китайские болванчики

ЭЛЕОНОРА. И, видимо, имею на это право

ЛИСЯ. Я уже поняла, что у вас все за всех и все за одного
Филипп отрывается от часов и некоторое время внимательно смотрит на Лисю
- А вы, наверное, красивая?

ЛИСЯ. Наконец-то вы меня хотя бы заметили.

- Ну какая же она красивая. Одни кости да кожа. Посмотри, нет же ничего приличного.

- Не хлебом единым жив человек.

- Это ты о чем? Ну точно сбрендил.

- Да нет, я просто иногда книги читал какие-то.

ЛИСЯ. А можно я все-таки к вам присоединюсь?

- Можно.


- Нельзя.

ЛИСЯ. Да, мнения единогласно распределись, ладно не хотите разговаривать, я хоть посплю, а то я очень устала, прямо как собака.

- Собака друг человека очень преданный.

- Но от него пахнет сильно псиной.

ЛИСЯ. А я все равно спать буду.

- Да, сон это хорошо! Вот мне почему-то часто птицы снятся, особенно курицы с длинными шеями и клювом, но это скорее лебеди, нет, до лебедей они не дотягивают, просто курицы.

ЛИСЯ. А я все равно спать.

- Мы это уже все слышали, идите, хватит тут разглагольствовать о глупостях, а ты давай играй, видишь, птицы ему снятся.

- Ну чего ты опять завелась.

- Не твое дело. Ты вон за своим приглядывай, а то стоит появиться вот таким костям и коже, так сразу – бац, и они здоровые, нормальные, с хорошо поставленными инстинктами люди.

- Да не переживай ты так, инстинкты давно уже потеряны в другой жизни.

- Это все оправдания аморальному поведению.

- Не пори чушь. Давай лучше ходи, а вам хорошего сладкого сна.

- Премного благодарна.

ЛИСЯ. О, так моя бабушка говорила.

- Вы идете или нет? Вы нам мешаете?

ЛИСЯ. Извините, извините, все я уже сплю.
берет свой рюкзак и уносит его в угол. Ложится на него и делает вид, что спит
- Ну чего ты завелась, даже поговорить не дала.

- Да она тебя к каждому столбу ревнует.

- Здесь нет столбов.

- Это не важно, я же образно говорю. Давай ходи лучше.

- Все.

- Что все?



- Я выиграл.

- Ну вот, тихой сапой он обвел нас вокруг пальца, вернее обыграл.

- Давайте еще сыграем.

- Не хочу, я все, пас.

- Я тоже, а вдвоем играть неинтересно.

- Да, может быть тоже пойти поспать.

- Не уподобляйся тут некоторым.

- Да, а я иду спать.

- Ну вот и иди. Может хоть на часы перестанешь смотреть.

- Не надейся. Хотя ладно, извини.

- Быстро у тебя запал кончился.

- Я сломанный человечек, не трогайте меня. Всем счастливо оставаться.

- Да уж спасибо, большое человеческое.

- Всегда пожалуйста.

- А ты вообще не лезь.

- А ты мне рот не затыкай, старуха деревянная.

- Кто?

- Дед Пихто.



- Ребята, давайте жить дружно.

- Нет, кот Леопольд, такие штучки у вас не пройдут, а потом – что значит дружно, когда я тут вас всех хочу убить.

- Ишь, какая добрая и, главное, оригинальная нашлась.

- Все, я спать.

- Иди, может к тебе птицы снова не прилетят.

- Спасибо! А ты все-таки добрая.

- Ну вот, только не надо об этом вслух говорить.

- Почему? Хотя я все понял и пошел.


Филипп уходит в угол, ложится на кровать

Лися не спит и, пока никто не видит, забирается к нему
ФИЛИПП. Ой.

ЛИСЯ. Ну не пугайтесь вы так, а давайте убежим.

ФИЛИПП. Куда?

ЛИСЯ. На волю.

ФИЛИПП. А давайте не будем, я вас боюсь.

ЛИСЯ. Больше чем птиц?

ФИЛИПП. Намного

ЛИСЯ. Но мы же знакомы очень малое количество времени.

ФИЛИПП. Ничего, этого хватит сполна.

ЛИСЯ. Для чего?

ФИЛИПП. Для всего.

ЛИСЯ. А главное для человеческого общения.

ФИЛИПП. Я уже так не умею.

ЛИСЯ. Врете.

ФИЛИПП. И вы на меня едете.

ЛИСЯ. Я на вас не наезжаю.

ФИЛИПП. Этого слова я не произносил, так как не знаю его.

ЛИСЯ. Извините.

ФИЛИПП. Ничего.

ЛИСЯ. А что вы тут делайте, вроде бы самый здоровый из них.

ФИЛИПП. Врете.

ЛИСЯ. Почему?

ФИЛИПП. Здоровые не смотрят все время на часы.

ЛИСЯ. Ну, если вы это осознаете, значит не все еще потеряно.

ФИЛИПП. Все, и вообще, вылезайте из моей кровати. Мне холодно. Видите, как меня трясет.

ЛИСЯ. Так я могу вас согреть.


приближается к нему ближе Он с испугом в глазах уползает на край кровати
ФИЛИПП. Отодвиньтесь от меня немедленно на безопасное расстояние.

ЛИСЯ. А кого вы все время ждете?

ФИЛИПП. С чего вы взяли, никого я не жду. Никого, никого, никого.

ЛИСЯ. Да успокойтесь, я, видимо, пошутила, что вы здоровый.

ФИЛИПП. Я же говорил, говорил, говорил а, а, а.

ЛИСЯ. Зачем?

ФИЛИПП. Просто так а, а, а…

ЛИСЯ. Ну б, б, б …

ФИЛИПП. Нет а, а, а…

ЛИСЯ. Это же психоз.

ФИЛИПП. Так мы тут все такие и что тут удивительного.

ЛИСЯ. Да нет ничего, ну все-таки как насчет предложения убежать?

ФИЛИПП. Нет, нет, нет а, а, а, а…

ЛИСЯ. И при этом вам обязательно надо было бы на часы смотреть, тогда совсем бы меня убедили в своем сумасшествии.

ФИЛИПП. Ни в чем я никого не хочу убеждать а, а, а.

ЛИСЯ. Ну, зачем вы кричите, ну пожалуйста, а то сейчас все придут.

ФИЛИПП. А, а, а

ЛИСЯ. Ну, тише, тише.

ФИЛИПП. А вы уходите, я спать хочу, тогда я перестану.

ЛИСЯ. Ладно, но я ведь не враг. Я всего лишь хочу сделать фотографии.

ФИЛИПП. Ага, чтоб потом продавать их разным буржуям а, а, а. Вы все еще в моей постели?

ЛИСЯ. Ну хорошо, я пока капитулирую, то есть исчезаю.

ФИЛИПП. Да спасибо.
Ложится, кладет подушку на край кровати, тщательно взбивает ее и делает вид, что засыпает, периодически открывает то один, то другой глаз
ФИЛИПП. Вы хотите опять услышать мое горловое «а»?

ЛИСЯ. Нет спасибо, увольте меня от этих звуков, я ухожу, но может быть вернусь.

ФИЛИПП. Не пугайте так меня, а то я стану совсем заикой, да плюс ко всему больным.

ЛИСЯ. А вы знаете, я страстно женщину люблю.

ФИЛИПП. А мне все равно и плевать.

ЛИСЯ. Извините, я хотела вам рассказать.

ФИЛИПП. Спасибо за доверие, но мне и так неплохо вернее хорошо.
она встает с кровати и уползает в свой угол

те же кроме Лиси и Филиппа игра

- Смотрите, какие мы цацы, спать так рано захотели и все из-за этой доски с фотоаппаратом вместо глаза. Вы видели ее глаза? Так в них фотокамера троица.

- И что?

-Да не переживай ты так! Придет к тебе твой Филипп в целостности и сохранности без единой царапины и еще каких-либо погрешностей.

- А ты откуда знаешь?

- Ну до чего вы женщины народ не доверчивый, ой смотрите опять он прилетел.

- Кто?

- Ну как кто, ангел видите он крылом мне машет?



- Не видим и видеть не хотим.

- Нашел чем хвалиться, подумаешь ангелы. Вот я все время, например, летающие арбузы вижу, ничего молчу.

- Так кто же тебе не позволяет говорить?

- Никто, а что - совесть.

- Да слово какое-то странное, а что это?

- Тебе не понять, это уже видимо сейчас перевелось, а раньше это было неизменная болезнь.

- Хуже рака?

- Намного.

- У как страшно, даже мороз по коже пробежал, хочешь потрогать?

- Не а, не хочу.

- Давай ходи, хватит тут трогать давать свою кожу.

- А может быть мне приятно.

- Точно эгоист, а мне нет, я же вроде бы пока тебе кем-то являюсь.

- Это все понятия относительное и абстрактное что-то мой ангел какой-то очень грустный. Интересно, что он скажет?

- А что ты не можешь с ним разговаривать?

- Нет только видимо внутри на снаружи это не отражается.

- Твое сумасшествие меня пугает.

- С каких пор?

- С тех самых а понятно, понятно, понятно, понятно…

- Все это тебе понятно.

- А вот орать тебе доктор не разрешал.

- Он мне даже жить запретил. Вот бы сбежать.

- И куда?

- Не знаю сесть на поезд и поехать куда глаза глядят, я же уже полностью здоров.

- Ага, заболеешь опять очень быстро, как только встретишь первого человека.

-Ну может на этой земле и остался хоть один добрый нормальный человек.

- Ну если ты в это веришь, то ты точно больной на всю голову.

- А что ты все время молчишь?

- Да я себе представила поезд стук колес, деревья, козы пасутся, солнце и такая благодать.

- Еще одна сумасшедшая.

- Да что ты затвердила этот пресловутый диагноз, успокойся мы и так все про себя знаем и без внешнего вмешательства.

- А я уже думала, что давно имею право на внутреннее вмешательство. Раньше вы не мечтали, это эта доска вместе со своим фотоаппаратом привезла вам мечты.

- Да чего ты так на нее обозлилась, она вроде бы и не такая плохая.

- Может и не такая, но я долго привыкала к нашей внутренней обстановке, и я не хочу, чтоб в нее вторглись из вне и вообще как-то нарушили. Ломать - не строить.

- Да с чего ты все это взяла, ничего она ломать не собирается.

- У меня очень активно развита интуиция.

- Да ладно тебе, и вообще чего-то мне тоже спать захотелось. Пойдемте спать!

- Ага! С удовольствием!

- Вы идите, а еще я посижу.

-Зачем?


- Надо, надо, надо…

- Ну как хочешь хозяин барин.


остается одна за столом Иннокентии и Елизавета уходят Элеонора берет домино и складывает пирамиду приходят Лися и от неожиданности у Элеоноры руки задрожали и пирамида рухнула
ЭЛЕОНОРА. Ну что же вы наделали?

ЛИСЯ. Извините, я не хотела.

ЭЛЕОНОРА. Люди всегда так говорят, при этом все равно не перестают делать гадости.

ЛИСЯ. Господи, да это не гадость, а просто случайность.

ЭЛЕОНОРА. Из случайностей ничего никогда хорошего не получается.

ЛИСЯ. Вы прямо какой-то замшелый пессимист.

ЭЛЕОНОРА. Не спорю, но почему какой-то, когда я пока еще женского пола, хотя это точно не пока, а уже до конца.

ЛИСЯ. А неужели вам здесь не скучно и не хотелось убежать?

ЭЛЕОНОРА. Зачем? Здесь все спокойно и покойно.

ЛИСЯ. Ну а как же жизнь?

ЭЛЕОНОРА. Вы знаете что милочка, вы свой запал попридержите, нечего здесь заводить такие разговоры, никому они здесь не нужны.

ЛИСЯ. Но вам наверное, а остальные?

ЭЛЕОНОРА. Я прежде всего думаю о них, поэтому держите свои милый язычок при себе и слово «убежим», «мечта», «солнце» вы оставите за этим порогом.

ЛИСЯ. Ну это же неправильно.

ЭЛЕОНОРА. Не вам судить, что правильно, а что нет, а потом у нас здесь ангелы живут, а у вас там нет. Здесь всем хорошо и вообще лучше всего берите свой рюкзак, фотоаппарат и убирайтесь восвояси.

ЛИСЯ. А вы знаете, меня же тоже люди обижали.

ЭЛЕОНОРА. Меня это не интересует, и вообще я сейчас закричу.

ЛИСЯ. Да, Господи, здесь, что такая любовь к крику.

ЭЛЕОНОРА. Он спасает и помогает всегда.

ЛИСЯ. А вы знаете, меня однажды не спас.

ЭЛЕОНОРА. Я это слушать не хочу.

ЛИСЯ. А я хочу вам рассказать, именно вам.

ЭЛЕОНОРА. Нет, нет, нет, нет
затыкает уши Лися подходит к ней отнимает ее руки
ЛИСЯ. Нет уж если вы тут такая защитница очага, я вам все-таки скажу. Меня в детстве изнасиловал собственный отец, и крик меня тогда не спас. Хотя я кричала неистово, пронзительно, с тех пор я люблю женщин и жизнь, у меня не удается, но у меня есть он (показывает на фотоаппарат) и с его помощью я могу видеть такое и проживать такую сказочную жизнь. И сколько раз мне было плохо, он всегда спасал меня. И мне в голову не приходило сесть в четырех стенах объявить себя психом и так спрятаться от жизни и мира, и не дай бог кто-то вторгнется в этот мир.
сбрасывает на пол домино и без сил садится на пол

пауза
ЭЛЕОНОРА. А домино-то в чем провинились? Каждый выбирает свой путь, я могу сказать только одно, у вас есть шанс либо остаться здесь, либо уходить отсюда навсегда и чем быстрее, тем лучше. И поверите, солнце - это наверное не так уж и плохо.

ЛИСЯ. Спасибо за откровенность.

ЭЛЕОНОРА. Да пожалуйста.
подбирает с пола домино

заново спокойно собирает пирамиду
ЛИСЯ. Но вы не представляете, мне тогда хотелось умереть, а мама мне не поверила, все кричала горловым звуком, ты врешь, ты врешь, ты врешь, так я осталась одна. Людям вообще нельзя верить.

ЭЛЕОНОРА. А тем более молодым, они почему-то часто врут.

ЛИСЯ. Я не вру.

ЭЛЕОНОРА. Этого я не знаю, а потом вам же как-то надо войти ко мне в доверие, вот вы и стараетесь изо всех сил .

ЛИСЯ. Неужели вам никого не бывает жалко?

ЭЛЕОНОРА. Бывает

ЛИСЯ. Кого?

ЭЛЕОНОРА. Себя и еще вон тех троих, так что спокойно поезжайте к маме и папе, и не боломутьте наше болото.

ЛИСЯ. А может все-таки стоит его сделать чистым прозрачным озером?

ЭЛЕОНОРА. Не в коем случае не стоит.

ЛИСЯ. Почему?

ЭЛЕОНОРА. Не ваше дело. Так надо.

ЛИСЯ. Да вы хоть и не молодая, но хорошим манерам вас забыли в молодости обучить.

ЭЛЕОНОРА. Ну это не вам судить, милочка.


Пауза
ЛИСЯ. А кто вы по профессии?

ЭЛЕОНОРА. Актриса.

ЛИСЯ. А заметно, у вас хорошо получается.

ЭЛЕОНОРА. Нет, это все там, а здесь все нет все по-другому.

ЛИСЯ. По-какому.

ЭЛЕОНОРА. По ангельски.

ЛИСЯ. Это все фантазии там же солнце это все бессмысленные слова.

ЭЛЕОНОРА. Мы с вами все равно останемся при своих мнениях.

ЛИСЯ. Но почему, почему, почему???

ЭЛЕОНОРА. Я играла мать Гамлета, и я была так счастлива. Эта была наверное одна из лучших моих ролей. Многие мне завидовали, но я шла по жизни легко никого не замечая, но и не обижая. И вот в моем возрасте не всем уже доставались главные роли, а мне одна за одной и я была так счастлива. Режиссер придумал замечательный ход, где моя героиня должна была высоко прыгать на батуте, а потом с высоты удачно приземлиться на мягкий мат. Ну вот я такая вся творческая прыгаю, прыгаю и вот мат, а вместо него жесткое черное дерево, покрытое черной тряпкой… И сложнейший перелом в трех местах истерика, одиночество, морфии и счастье нет и больше я никому не верю.


Пауза
ЛИСЯ. Да.

ЭЛЕОНОРА. Вот тебе и да.

ЛИСЯ. Но это жизнь.

ЭЛЕОНОРА. Да вот такой жизни я не хочу, я лучше в домино играть буду так спокойнее.

ЛИСЯ. Нет, нет, нет, надо пойти, надо встать надо подняться.

ЭЛЕОНОРА. А я и не лежу, я кажется уже сижу.

ЛИСЯ. Но, но и но…
входит Филипп
ЭЛЕОНОРА. А уже все сон прошел?

ФИЛИПП. Да вы же тут вроде бы предметами бросается.

ЭЛЕОНОРА. Нет, тебе показалось, это всего лишь домино, а вообще я тоже спать хочу.
резко встает и уходит
ФИЛИПП. Да давно, я ее такой не видел. Что вы с ней сделали?

ЛИСЯ. Да ничего, мы просто поговорили по душам, кажется.

ФИЛИПП. Да все вы в наши души пытаетесь залезть своими фотографическими ручками.

ЛИСЯ. Что же вам мой фотоаппарат покоя не дает?

ФИЛИПП. Не фотоаппарат, а ручки, которые пытаются отрыть наши сердца, ничего у вас не получится.

ЛИСЯ. Но почему же, вроде бы же даже получается.

ФИЛИПП. Не мечтайте, я вас насквозь вижу.

ЛИСЯ. А почему вы на часы не смотрите.

ФИЛИПП. Зачем же перед вами психоз разыгрывать.

ЛИСЯ. А наверное вы тоже актер.

ФИЛИПП. Нет, не угадали это не театр, актриса у нас одна и то в прошлом.

ЛИСЯ. Мне почему-то кажется, что вы здесь не насильно сидите.

ФИЛИПП. Кто вам сказал?

ЛИСЯ. Интуиция.

ФИЛИПП. Глупая интуиция и никому не нужная и вечно мешающая.

ЛИСЯ. Кому?

ФИЛИПП. Всем.

ЛИСЯ. А если вы передо мной такой честный, может быть вы мне расскажите о себе правду.

ФИЛИПП. А вы что еще собиратель истории человеческих?

ЛИСЯ. Нет, какой там собиратель, я свою-то историю так до конца и не знаю.

ФИЛИПП. Так мы все всё до конца не знаем. Может вы мне чего-нибудь расскажите?

ЛИСЯ. Да в принципе не очень-то есть о чем. Я из благополучной семьи, папа с мамой меня обожали, и надеюсь обожают. У меня всё всегда было, что я только не пожелаю, все сразу появлялось прямо как по мановению волшебной палочке. Правда в доме было всегда одиноко так, как родители много работали и я конечно же общалась в основном с прислугой. Но потом папа вдруг опомнился на старости лет и стал везде возить меня просвещать, а потом я поняла, что надо выбираться из золотой клетке и поехала с фотоаппаратом жизнь проживать, и никакой трагедии просто пустота.

ФИЛИПП. Красиво.

ЛИСЯ. Наверное, только на словах. Да, а все-таки вы?

ФИЛИПП. Ну, у меня конечно же трагедия, хотя тогда это казалось трагедией, а сейчас все равно. Хотя, наверное, любая старость трагедия бесповоротная, а может быть и счастье, черт его знает.
пауза
ФИЛИПП. Вы умная не торопите, не подгоняется, знаете толк, как все-таки сердце вынимать опять молчите.

ЛИСЯ. А что сказать я слушаю, вы говорите.

ФИЛИПП. Мне почему-то непривычно, чтоб меня так внимательно слушали и от этого мне страшно.

ЛИСЯ. Не бойтесь, я не кусаюсь.

ФИЛИПП. Да вы все-таки, наверное, зря приехали сюда к нам. Я не уверен, что здесь ваше место. Вы можете принести нам много неприятностей. Может вам все-таки взять рюкзак и уехать туда откуда вы имели честь приехать к нам.

ЛИСЯ. Что-то сегодня меня все пытаются прогнать, прямо напасть какая-то.

ФИЛИПП. Не расстраивайтесь, это у нас у всех нервное. Мы боимся новых людей, тем более с фотоаппаратом.

ЛИСЯ. Странная вещь, вы когда все по отдельности так защищаете свой так сказать кружок по интересам, а когда вы вместе и на вас смотришь и слушаешь нельзя сказать, что вы безумно друг друга любите.

ФИЛИПП. А зачем эту любовь показывать. Мы и так все знаем, и чувствуем друг про друга опять вы молчите.

ЛИСЯ. Да, но я просто не совсем знаю что говорить.

ФИЛИПП. Ну хоть что-нибудь помогите мне голова думает, а язык боится произнести.

ЛИСЯ. Да жил да был дяденька…

ФИЛИПП. Дяденька это видимо я.

ЛИСЯ. Да.

ФИЛИПП. И у меня даже была тетенька, которая прошла плавно весь путь от любви до ненависти, который как нетрудно догадаться один шаг. Правда он был очень длинный и долгим этот шаг, но все же был. Я никогда не думал, что так страшно увидеть безумно злые глаза человека, с которым ты делил все, что только можно. Мне хотелось буквально выть, так это страшно хотелось прыгнуть в окно. Она приходила домой и ненавидела его просто за то, что он наш и за то, что она придет и увидит меня. А когда мы спали на одной кровати, она отползала от меня на километр. И когда я до нее дотрагивалась она очень нервно вздрагивала, пытаясь побороть в себе весь негатив, который скопился в ее тщедушном теле и в общем долго так продолжаться не могло я взял и ушел, и оказался здесь.

ЛИСЯ. Печально.

ФИЛИПП. Да ничего веселого и не лишайте меня так трудно обретаемого, но все-таки пришедшего ко мне покоя.

ЛИСЯ. Я не понимаю, почему у вас у всех мания, что я у вас что-то отнимаю.

ФИЛИПП. Да просто вы врете.

ЛИСЯ. С чего вы взяли.

ФИЛИПП. Да я извините, слышал ваш разговор с Элеонорой, вы нам сказали с ней разные вещи.

ЛИСЯ. Да а подслушивать не есть хорошо.

ФИЛИПП. Да это всего лишь в целях безопасности всех.

ЛИСЯ. Эту теорию я сегодня уже имела честь услышать. Вы прямо мушкетеры какие-то, один за всех и все за одного.

ФИЛИПП. Я не знаю на кого мы похожи, но врать не хорошо, за враньем стоит что-то плохое.

ЛИСЯ. Не всегда часто бывает враньё во имя добра.

ФИЛИПП. Ну это полная утопия. Это так меня жена терпела ради меня же самого и сделала мне намного хуже, чем если бы сразу сама обо всем призналась. А вы правда женщин любите?

ЛИСЯ. Смотрите, а память-то у вас хорошая, скажите спасибо, что не козу.

ФИЛИПП. Да какая разница хоть свинью, но вы не разучились любить и верить, а поверьте мне, это очень важно очень.

ЛИСЯ. Верю, охотно верю, ее зовут Соня и она очень красивая, и понимает меня с полуслова, с полуулыбки. Правда она иногда хочет невозможного. Ну например, раствориться в человеке до конца умереть в нем и заново родиться. Мы все время, как будто ходим по лезвию бритвы, но пока к счастью без жертв.

ФИЛИПП. Уже хорошо.

ЛИСЯ. И не говорите, за что вас жена возненавидела, ведь ничего не бывает просто так.

ФИЛИПП. Наверное бывает хотя за слабость и за любовь к ней же самой ей хотелось самца ой простите за грубость забота любовь нежность нынче не в чести так только крем для рук называется «нежность» а на деле люди все да практически все один на себя броню панцирь и все и остались такие без кожи без панциря которые царапают больно очень больно царапают свои тела а эти панциря до крови до мяса до безумия.
Пауза
ЛИСЯ. А мне все твердят, что здесь ангелы, а где они?

ФИЛИПП. Если вы их не видите, значит, для вас они не существуют.

ЛИСЯ. А для вас?

ФИЛИПП. Я же его вижу и чувствую его дыхание на моем плече слышу как он бесшумно машет крыльями чувствую как он заботливо по-ангельски охраняет меня.

ЛИСЯ. Чудеса.

ФИЛИПП. Да, но не в решете! 0 слышите, поезд остановился!

ЛИСЯ. Неужели вы ждете, что она придет.

ФИЛИПП. Честно жду, человеку же надо на что надеяться.

ЛИСЯ. А надо ли может, стоит жить сегодняшнем днем и забыть, что вообще надежда существует

ФИЛИПП. Нет лучше жить все-таки в покое.

ЛИСЯ. А хотите я вам ребенка рожу.

ФИЛИПП. Зачем?

ЛИСЯ. Ну чтоб вы всей своей кастой воспитали сверх нового человека такого добренького чистенького розовенького такого ангела только в человеческом облике.

ФИЛИПП. Вы знаете покой дороже хотя сердце хочет крикнуть а давайте но мы уже все вырастили по одному ребенку и ничего из этого хорошего не вышло.

ЛИСЯ. Нет точно болото, и как-то уж очень прочно оно засасывает, я прямо чувствует, как у меня ноги уже увязают скоро до туловища они доберутся.

ФИЛИПП. Вам же уже двое сказали уезжаете отсюда живете и наслаждайтесь своей жизнью.

ЛИСЯ. Вы знаете, наверное, я так и сделаю хотя, а фотографии.

ФИЛИПП. Ну давайте мы вам сделаем семейный портрет в Интерьере?

ЛИСЯ. Нет я все-таки упорная и проживу с вами эту неделю.

ФИЛИПП. Ну хозяин барин вы же понимаете что мы с вами все равно по разную сторону баррикад.

ЛИСЯ. Я этого понимать не хочу .

ФИЛИПП. Хозяин барин.

ЛИСЯ. Любите вы тут все слова и выражения повторять.

ФИЛИПП. Это покой так действует на род человеческий.

ЛИСЯ. Покой без гармонии пустота.

ФИЛИПП. Кому как.

ЛИСЯ. Да слушайте а сколько сейчас времени?

ФИЛИПП. Какая разница.

ЛИСЯ. А какой сегодня день недели?

ФИЛИПП. Не знаю мне все равно я даже не знаю какой месяц здесь всего этого не существует есть только мы и это комната и дверь через которую доставляется все необходимое нам.

ЛИСЯ. Кошмар, кошмар, кошмар моя голова сейчас лопнет.

ФИЛИПП. А вы не верили, вас же наверняка предупреждали.

ЛИСЯ. Ну знать это одно а быть и увидеть это другое.

ФИЛИПП. Не буду даже отрицать, но я все-таки пойду еще посплю сони какие-то.


она остается одна и делает вид что спит

появляется девушка примерно ее возраста
СОНЯ. Лися, лися проснись.
лися поднимает голову открывает глаза
ЛИСЯ. Кто ты?

СОНЯ. Я Соня.

ЛИСЯ. А я?

СОНЯ. А ты Лися.

ЛИСЯ. А где они?

СОНЯ. Кто?

ЛИСЯ. Ну, эти четверо со странными именами Элеонора Филипп Иннокентий и Елизавета.

СОНЯ. Видимо во сне здесь никого нет кроме меня.

ЛИСЯ. Да мне страшно.

СОНЯ. Ничего страшного.


подходит и обнимает ее
ЛИСЯ. А почему я здесь?.

СОНЯ. Ты забыла ты же ушла от мужа ушла жить ко мне.

ЛИСЯ. Ах да я ведь тебя кажется люблю.

СОНЯ. Что значит кажется нам же бывало так хорошо вместе.

ЛИСЯ. С мужем мне тоже было когда-то хорошо.

СОНЯ. Да обидно.

ЛИСЯ. Извини это все сон я хочу зажечь свечи да пожалуйста.
они встают и начинают зажигать свечи стоящие на полу и везде потом садятся друг га против друга в позе йоги
ЛИСЯ. Расскажи мне сказку.

СОНЯ. Я всего лишь старше тебя на год, а такое ощущение, что между нами вечность и бездна.

ЛИСЯ. Да но несмотря на это нам хорошо вместе.

СОНЯ. Да несмотря на это.


берет свечу и долго смотрит на нее
СОНЯ. Ну если ты тут медитировать будешь то я пойду спасть.

ЛИСЯ. Вот, вот и они так говорили.

СОНЯ. Кто?

ЛИСЯ. Эти странные четыре имени, а почему я ушла от мужа?

СОНЯ. Цитирую мне надоело готовить котлеты и борщи, а потом против природы не попрешь, а что с твоей памятью?

ЛИСЯ. Видимо не с памятью а с головой она пуста я ничего не помню может меня кто-то бил по голове.

СОНЯ. Кто?

ЛИСЯ. Не знаю кто-то сверху.

СОНЯ. Ага, ангелы, наверное.

ЛИСЯ. Да там тоже были ангелы.

СОНЯ. Где?

ЛИСЯ. В той странной комнате такой где четыре стены и нет ни одного окна а там все время слышится стук колес и прибытие поезда.

СОНЯ. Может нам вина выпить и тебе легче станет.

ЛИСЯ. Нет не станет хотя давай а ты ведь знаешь я алкоголь ненавижу.

СОНЯ. Вино не алкоголь.

ЛИСЯ. Да но я так и слышу эти крики ненавижу убью ненавижу убью.

СОНЯ. Перестань, не надо с собой нести плохие воспоминания хватит.

ЛИСЯ. Но я же не могу убить их. Один раз я чуть ли не умерла лежу и слушаю жив он или нет и через каждые пять минут встаю и проверяю. А потом он один раз перепутал дверь в туалет с окном и чуть ли не выпал, и как же это можно забыть.

СОНЯ. Очень просто. Представь что вот моя рука и в ней губка а твоей лоб доска на которой написано мелом всякие гадости и вот я так вожу и стираю все .
водит по ее лбу ладонью
СОНЯ. Все доска чиста и больше ничего нет.

ЛИСЯ. А тебя когда-нибудь обижали?

СОНЯ. Пытались.

ЛИСЯ. В смысле?

СОНЯ. Нельзя обидеть того кто не обижается что Бог не делает все к лучшему вот мой девиз а то если начнешь обо всем этом думать, то точно с ума сойдешь.

ЛИСЯ. Да видимо я точно чокнулась.

СОНЯ. А смотри свечи помогают глаз как-то успокаивается.

ЛИСЯ. А ты помнишь свой первый рабочий день.

СОНЯ. Да лучше не вспоминать.

ЛИСЯ. Почему?

СОНЯ. Ну тебе сейчас минора хочется а этот рассказ из другой оперы.

ЛИСЯ. Ну расскажи.

СОНЯ. Я пришла работать в кино ассистентом режиссера. Я была такая маленькая изящная скромная, но в мини юбке. И тут гениальному режиссеру понадобилось снимать сцену расстрела моряков и нужна была краска и сто презервативов, чтобы изобразить кровь ими меня за ними отправили. Что со мной было (встает и показывает) захожу я такая красная шапочка в аптеку. Там очередь из трех таких миленьких старушек одуванчиков. Я встаю за ними в очередь за мной встает еще один одуванчик но вот одна взяла уголь другая что то от сердца и запоров и туту моя очередь язык присох к небу мне вдруг не вообразимо стало стыдно и я никак не могу произнести это слово и все пальцем показываю мне вот эти штуки сзади одуванчик громко провозгласил презервативов ей на что аптекарша поддержала ее громогласно вопросом сколько штук 100 ответила я и тут же получила в ответ зачем для работы.
обе смеются
СОНЯ. Ну что минор покончался.

ЛИСЯ. Не знаю наверное свечи помогают.

СОНЯ. Ну вот я тут стараюсь , стараюсь и оказываюсь не при чём.

ЛИСЯ. Ну перестань не обижайся ты тут совсем причем видишь я ведь теперь у тебя живу.

СОНЯ. Да не прошло и века.

ЛИСЯ. Ну на такой шаг сложно решиться.

СОНЯ. Да не легко.

ЛИСЯ. Я кажется знаю я тебя люблю.

СОНЯ. Я тоже люблю тебя.

Соня исчезает Лися опять закрывает глаза появляется молодой человек и будит ее
МУЖ ЛИСИ. Лися, лися нам надо поговорить.

ЛИСЯ. Да я слушаю.

МУЖ ЛИСИ. Зачем ты собираешь вещи.

ЛИСЯ. Я ухожу.

МУЖ ЛИСИ. Куда?

ЛИСЯ. Это не важно.

МУЖ ЛИСИ. А что важно?

ЛИСЯ. Сейчас уже ничего.

МУЖ ЛИСИ. Почему?

ЛИСЯ. Поздно слишком поздно.

МУЖ ЛИСИ. И ничего нельзя вернуть?

ЛИСЯ. Ничего раньше надо было думать, когда ты хотел котлет и борща.

МУЖ ЛИСИ. А это тут причем?

ЛИСЯ. При том мне надоело жить чужой жизнью это все не мое.

МУЖ ЛИСИ. А что твое?

ЛИСЯ. Не знаю вот и пойду сейчас его искать.

МУЖ ЛИСИ. Кто он?

ЛИСЯ. Никто.

МУЖ ЛИСИ. Я не верю.

ЛИСЯ. Не верь.

МУЖ ЛИСИ. Это не он, а она.

ЛИСЯ. Потрясающая догадливость.

МУЖ ЛИСИ. Ты всегда была похожа на мальчика.

ЛИСЯ. Не всегда ты меня сделал такой.

МУЖ ЛИСИ. Да ничего я не делал.

ЛИСЯ. Вот об этом я и говорю, а потом это уже все пустое. Я просто хочу дышать, радоваться солнцу и перестань есть свою печень, тем более я печень то животных не очень-то люблю, тем более свою.

МУЖ ЛИСИ. Гурман.

ЛИСЯ. И не говори.

МУЖ ЛИСИ. Ноутбук ты тоже забираешь?

ЛИСЯ. А что есть возражения?

МУЖ ЛИСИ. Нет, это я так для поддержания разговора, а знаешь ты не умеешь жизни радоваться а солнце хочешь.

ЛИСЯ. Очень хочу и радоваться хочу но ты мои кандалы которые тянут меня вниз.

МУЖ ЛИСИ. Знаешь ты всегда была для меня загадкой.

ЛИСЯ. С загадкой всегда интереснее чем полное ее отсутствие.

МУЖ ЛИСИ. Да этим мне и интересно было с тобой.

ЛИСЯ. Но я устала быть загадкой и мне самой очень хочется разгадывать загадки.

МУЖ ЛИСИ. А почему она?

ЛИСЯ. Потому что сейчас она для меня загадка, да и вообще все.

МУЖ ЛИСИ. А когда ты ее разгадаешь, она тебя бросит.

ЛИСЯ. Кто-нибудь подберет.

МУЖ ЛИСИ. Но все же почему?

ЛИСЯ. Не повторяйся тебе это не идет.

МУЖ ЛИСИ. Ладно, не буду, тебе помочь?

ЛИСЯ. Нет спасибо.

МУЖ ЛИСИ. А давай я тебе все-таки помогу.

ЛИСЯ. Нет, отойди от моих вещей.

МУЖ ЛИСИ. А ты хочешь привыкнуть к самостоятельности, ведь женщина женщине чемоданы не носит.

ЛИСЯ. Это мужеподобные шовинистские выпады.

МУЖ ЛИСИ. Ну уж прости я вроде бы мужчиной родился.

ЛИСЯ. Вот именно «вроде» мужчина давай без скандалов.

МУЖ ЛИСИ. Ладно, уходи, а то у меня еще буйство проснется.

ЛИСЯ. Уже бегу ваше высочество буйство.

МУЖ ЛИСИ. Не дерзи.

ЛИСЯ. А ты не хами напоследок.

МУЖ ЛИСИ. Обними меня пожалуйста в последний раз.

ЛИСЯ. Не могу.

МУЖ ЛИСИ. Почему?

ЛИСЯ. Руки не слушаются и не хотят.

МУЖ ЛИСИ. Ну извини.

ЛИСЯ. Это ты извини.

МУЖ ЛИСИ. Пока.

ЛИСЯ. Пока.


он исчезает она опять как бы засыпает появляется Соня
СОНЯ. Лися.

ЛИСЯ. Что.

СОНЯ. А поехали сегодня всю ночь гулять.

ЛИСЯ. Зачем ты же сейчас сидишь в темноте в квартире за окном ночь шум города машин и тебе должно быть хорошо.

СОНЯ. Мне всегда хорошо когда ты со мной но хочется безумства и романтики.

ЛИСЯ. А мне не хочется.

СОНЯ. Конечно у тебя фантазия богатая ты себе все в голове уже сочинила и прожила причем не сомневаюсь уже в картинках.

ЛИСЯ. Приятно осознавать что тебя так кто-то хорошо понимает.

СОНЯ. Ну поэтому наверное ты меня надеюсь и любишь.
встает и начинает ее кружить
ЛИСЯ. Да, да, да, да, да поэтому.

обе хохочут и падают на пол
ЛИСЯ. И какой тебе романтики не хватает?

СОНЯ. Да уж романтики, как и энергии, и откуда ты ее берешь от тебя хоть целый город питай.

ЛИСЯ. От любви или от ивбюл?

СОНЯ. Да ясил.

ЛИСЯ. Ой да янос вот и договорились.
хохочут
СОНЯ. Все-таки вообще в жизни мало романтики согласись.

ЛИСЯ. Соглашаюсь и повинуюсь.

СОНЯ. А о чем ты мечтаешь ночами.

ЛИСЯ. Не о чем я не мечтаю.

СОНЯ. А что?

ЛИСЯ.Я молюсь чтоб просто все было хорошо.

СОНЯ. Где и у кого?

ЛИСЯ. Везде и у всех.

СОНЯ. Ну это глобализацией или точнее глобализмом попахивает.

ЛИСЯ. Не знаю, чем попахивает, но я чувствую здесь только приятный запахи.

СОНЯ. О, эротизм пошел.

ЛИСЯ. Я бы сказала поперла энергия.

СОНЯ. Да для целого города.
падают в объятьях на пол

лися одна появляется муж
ЛИСЯ. А это ты?

МУЖ ЛИСИ. А ты кого ждала?

ЛИСЯ. Никого.

МУЖ ЛИСИ. Она больше никогда не придет.

ЛИСЯ. Я знаю и зачем мне напоминать об этом.

МУЖ ЛИСИ. Извини.

ЛИСЯ. Ничего, спасибо за соболезнование уходи.

МУЖ ЛИСИ. Но я пришел помочь.

ЛИСЯ. Спасибо, я не нуждаюсь.

МУЖ ЛИСИ. Не верю.

ЛИСЯ. Твое дело.

МУЖ ЛИСИ. У тебя глаз не видно от слез.


садиться перед ней на колени и хочет прикоснуться к ее лицу
ЛИСЯ. Не надо, не трогай меня, я не хочу, у меня нет сил, они кончились.

МУЖ ЛИСИ. Поговори со мной, может тебе легче станет.

ЛИСЯ. Я не знаю, что говорить, ее просто нет, она видимо уже у Бога.
пауза
ЛИСЯ. Она очень красивая была, а он был слишком пьяным, ненавижу алкоголь.

МУЖ ЛИСИ. Да я знаю с детства. Твой отец… сейчас он уже ведет трезвый образ жизни.

ЛИСЯ. О да, но водитель был пьяным, черт ну почему же меня не было рядом. Я же столько не сделала, столько не досказала, столько пропустила, Господи, что же делать.

МУЖ ЛИСИ. Просто жить.

ЛИСЯ. Легко говорить человеку, который все время носит твердый панцирь.

МУЖ ЛИСИ. А ты знаешь, помогает, особенно тогда помог, когда ты ушла.

ЛИСЯ. Да?

МУЖ ЛИСИ. Честно ты попробуй, хочешь, я прямо сейчас на тебя надену.

ЛИСЯ. Нет, она меня любила за то, что я была для нее человеком без

кожи такой и останусь.

МУЖ ЛИСИ. Но так сложнее жить.

ЛИСЯ. Зато интереснее и больше чувств, и энергии хоть отбавляй.

МУЖ ЛИСИ. Хватит, давай вставай, хватит сходить с ума.

ЛИСЯ. А ты знаешь, я больше не хочу верить в Бога.


дает ей пощечину пауза
ЛИСЯ. За что?

МУЖ ЛИСИ. За глупости, ты сильная, ты должна все это выдержать и идти дальше, а она будет улыбаться тебе с неба.

ЛИСЯ. Я хочу, чтоб она делала это не с неба, а здесь в этой комнате.

МУЖ ЛИСИ. Ты захотела запретный плод.

ЛИСЯ. Чушь, придуманная людьми, обществом, для тех вещей, которые большинство людей не понимают и не знают.

МУЖ ЛИСИ. Наверное, но ты идешь?

ЛИСЯ. Куда?

МУЖ ЛИСИ. Не знаю куда-нибудь.


он исчезает появляются четверо
- Так давай, вставай, а то устроила здесь сонное царство.

ЛИСЯ. Ой, извините.


вскакивает
- Что-то мы разрезвились, а на глазах слезы.

ЛИСЯ. Это так сон приснился.

- Сны лучше всего не видеть от снов надо прятаться.

ЛИСЯ. А если они догоняют нагоняют и стараются занять все пространство твоего мозга.

- Ну это болезнь деточка.

ЛИСЯ. Да давно меня никто деточкой не называл.

- А скажи приятно.

ЛИСЯ. Да наверное нет.

- У кого ты спрашиваешь ей же хочется сейчас казаться взрослее чем она есть.

- На самом деле я все время забываю, ладно.

- Ну что ты решила ты уходишь или остаешься?

ЛИСЯ. Нет, ещё не решила, вернее неделю я точно здесь проживу.

-Зачем?

ЛИСЯ. Интересно.



- Интересно деточка за углом, то есть за этой дверью.

- Да отстаньте вы от нее. Решила остаться, значит решила, и нечего к ней приставать.

- О, видишь, деточка у тебя уже защитники появились.

ЛИСЯ. Да спасибо, конечно, но я их, то есть его, то есть защитника не просила появляться.

- Да на самом деле мы пришли тебе сказать, что сейчас ночь и мы идем гулять на крышу.

ЛИСЯ. Куда?

- Ты что глухая, на крышу.

ЛИСЯ. Но дверь же заперта.

- Кто тебе сказал?

ЛИСЯ. Но я так думала.

- А зря, да нет, у нас всегда есть ключ, тем более что на крышу можно выйти и без двери.

ЛИСЯ. А Он знает об этом?

- Конечно, мы же ему деньги за аренду платим.

ЛИСЯ. Что?

- Хватит, идем мы и так ей уже все рассказали.

- Ты идешь с нами?

ЛИСЯ. Конечно, а можно с фотоаппаратом?

- Ну что с тобой делать бери свой третий глаз и пошли.

ЛИСЯ. Не надо его так обижать, а то он обидится и откажется вообще что-либо снимать. ( показывает на фотоаппарат)

- Ты прости, конечно, но мне все равно.

ЛИСЯ. Да я и забыла, что вы все здесь приверженцы покоя и пофигизма ко всему окружающему, кроме вашей четверки.

- Хватит болтовни, идемте.


все поднимаются по лестнице на крышу там уже стоят 5 кресел с пледами стол на нем вино
ЛИСЯ. О, вы даже обо мне позаботились, спасибо.

- Мы подумали, все сидеть будут, а ты стоять, не хорошо как-то.

ЛИСЯ. Да я тут за один день с вами от такой заботы отвыкла.

- Да, ну ты не расслабляйся, это всего лишь кресло.

ЛИСЯ. А разве вам можно вино?

- Ну, мы не буйные, так что один бокал каждому можно.

ЛИСЯ. А кто вам поставил диагноз?

- Мы сами это дело деликатное, зачем же нам тут посторонняя помощь.

ЛИСЯ. О, поезда ночью практически не ходят, красота и благодать.

-Да и не говори.

ЛИСЯ. Нет, вы точно не такие как все, а как вы встретились?

- Случайно, абсолютно случайно, видимо судьба, шли навстречу друг другу и пришли.

- Не слушайте ее.

- А почему, разве я вру?

- Да, хотя мы вот с Лизой на кладбище познакомились. Могилы наших суженных ряженных рядом плита к плите, вот она цветочки принесла, да и я тоже так и познакомились.

ЛИСЯ. Ужас какой-то вернее сюр.

- Да ладно тебе, ты должна была уже привыкнуть.

ЛИСЯ. К этому сложно.

- Да ты постарайся. Зачем ты нас фотографируешь? Ты их вон на небе снимай

ЛИСЯ. А их не видно, просто маленькие точечки, а лица в темноте всегда красивые.

-Да чего тут красивого старые морды.

- О такие лестные определения это вы про себя говорите, про других не надо.

- Простите ваше высочество цаца.

- Да уж, пожалуйста.

ЛИСЯ. А вы знаете мне почему-то сейчас пакостничать хочется. Вот я перед тем как приехать к вам на поезде, зашла в магазин купила воды, а на их двери висела табличка «открыто» и перед тем, как выйти мои пальцы незаметно перевернули ее на «закрыто». И зачем я это сделала, не знаю, но настроение подскочило по десятибалльной шкале резко вверх.

- Пакостница.

- Да ладно, у каждого бывает. Я вот в детстве собаку остриг на лысо, и она бедная мерзла.

- Да стар и млад.

ЛИСЯ. Да хватит вам о глупостях, смотрите какие звезды, и они как будто танцуют.

- Это у тебя просто от вина уже в глазах троица.

ЛИСЯ. Ну зачем сразу так опускать человека?

- Извини.

ЛИСЯ. А вы знаете, мне ведь так плохо у меня подруга умерла, и она все время снилась в гробу с лилиями как «Офелия» у Милеса.

- Мы тебе конечно же сочувствием, но тут не все образованные и кидаться в нас своими знаниями необязательно.

ЛИСЯ. Извините, но вы знаете мне так тоскливо и одиноко.

- Это болезнь сегодняшнего времени, а потом может это и неплохо, столько людей ведь сознательно стремятся к этому.

- Но вы знаете, мне кажется, это красивая поза. А на самом деле приятно целый день страдать от одиночества, а на следующий день или ночью кому-то рассказать об этом. А так когда и рассказать некому, то тогда уже зараза тоска происходит в гости, хотя ее никто не звал.

- А ночь все-таки красивая штука, поэтому наверное люди так любят ночью любовью заниматься.

ЛИСЯ. Да наверное а еще знаете меня один человек один раз назвал родной так я ему так поверила что ходила счастливая две недели пока до моих ушей не долетело что он многих так называет а как же так можно всех родными называть это же какой-то садизм над людьми.

-Да просто людям надо реже обращать внимание на слова друг друга, так легче всем будет жить.

ЛИСЯ. Да наверное, хотя так приятно «родная моя», а потом вот мне все часто говорили не надо навязываться, что ты не даешь свободы человеку, но если я хочу с ним с этим человеком общаться, правда за частую ему этому человеку не надо моего общения.

- Ну вот, фирменный пессимизм пошел.

ЛИСЯ. Да извините, а звезды, вино, крыша и ночь потрясающее сочетание

- Ну наконец-то увидела.

ЛИСЯ. Да увидеть, я давно увидела, просто на откровенность потянуло.

-Успокойся ты, хотя тебе сейчас это все трудно понять, но поверь нам это все такая ерунда.

ЛИСЯ. Да сейчас я именно этого не понимаю, а ещё если дверь открыта вы же можете встать, собрать вещи и уйти.

- Можем, а зачем нам хорошо.

ЛИСЯ. И никому из четверых ни разу не хотелось этого сделать.
пауза
- Мы хоть тебя и приняли к себе, но ты уж не боломуть нас. Для нас присутствие пятого кресла очень непривычно.

ЛИСЯ. В сотый раз извините, хотя надо признать, что у вас не так уж и плохо.

- Для нас, у нас хорошо или можно сказать просто замечательно.

ЛИСЯ. А вы как все-таки все вместе познакомились.

- Лиза у меня работала, с Филиппом мы работали над одной постановкой вместе, а Иннокентия привела Лиза.

ЛИСЯ. И это правда?

- Да нет, врет она, боится говорить правду. Мистика все это, шли мы шли и в центре встретились, взялись за руки и пошли.

ЛИСЯ. Это видимо не мистика, а судьба.

- И не говори, мистические знаки.
смеются
- Да ну вас всех, мы вообще спать пошли.
Елизавета берет за руку Иннокентий и уводит

ЛИСЯ. А они муж и жена?

ЭЛЕОНОРА. Нет, зачем, они просто вместе без всяких глупостей.

ЛИСЯ. Точно, замужество - это такая глупость.

ЭЛЕОНОРА. У тебя был муж?

ЛИСЯ. Был.

ЭЛЕОНОРА. Но ты же такая молодая?

ЛИСЯ. Да это мне не помешала от него уйти.

ЭЛЕОНОРА. К этой мертвой девушке?

ФИЛИПП. Ну, Эля, зачем ты так.

ЭЛЕОНОРА. Извини, я честно не хотела, привычка командовать и держать всех на привязи.

ЛИСЯ. А вы тоже пара?

ЭЛЕОНОРА. Пока нет, но мне кажется, чувства и какая-то тяга есть.

ФИЛИПП. Это тебе только кажется.


и демонстративно смотрит на часы
ЭЛЕОНОРА. Ну, вот видишь, видимо тяга в одном только направлении.

ЛИСЯ. Да, а можно у вас помыться?

ЭЛЕОНОРА. Конечно, а в принципе зачем?

ЛИСЯ. Я кожей чувствую скопившуюся грязь.

ЭЛЕОНОРА. А внешне это никак не проявляется.

ЛИСЯ. Зато голова начинает сходить с ума, и ей кажется, что все тело горит от грязи.

ЭЛЕОНОРА. Чем больше я тебя слушаю, тем больше ты мне кажешься сумасшедшей, но тем не менее все больше начинаешь мне нравиться. Просьба не радоваться, и не кидаться мне на шею от счастья.

ЛИСЯ. Я и не собиралась.

ЭЛЕОНОРА. Вот и славненько.

ЛИСЯ. Спасибо, что не сказали чудненько.

ЭЛЕОНОРА. Почему?

ЛИСЯ. С детства ненавижу это слово.

ЭЛЕОНОРА. Да не повезло ему.

ЛИСЯ. Кому?

ЭЛЕОНОРА. Слову.

ЛИСЯ. И не говорите, а зачем вы живете, для покоя?

ЭЛЕОНОРА. Зачем задавать вопрос, когда сама знаешь ответ.

ЛИСЯ. Знать то, я знаю, а вот понять ну никак не пойму. И кто вообще придумал этот пресловутый, сейчас кажущиеся банальным, вопрос о смысле жизни? И кому он покоя не давал? Все суета сует, так в одной умной книжке написано.

ЭЛЕОНОРА. Да я знаю, мне кажется, читала библией называется, но суета сует и в поиске смыла жизни получается, выходит так.

ЛИСЯ. Нет, что-то у меня совсем крыша поехала.

ЭЛЕОНОРА. Да вроде бы крыша пока на месте стоит вместе с нами и креслами, кажется.

ЛИСЯ. Это-то да, а вот моя которая в черепно-мозговой коробке, точно уже отделилась от меня, и живет своей самостоятельной жизнью. А почему старые так ненавидят молодых?

ЭЛЕОНОРА. С чего ты взяла?

ЛИСЯ. Да тут недавно в одном замечательном месте, называемым городским транспортом, вошел пожилой человек и начал почему-то поливать молодежь. Вот почему он должен ждать пока эти войдут. Почему он должен слушать разговор по мобильному. И вообще все молодые уроды и мобильные наркоманы, и он старые человек заслужил почет и уважение. И вообще кто он, и кто они молодые. Откуда столько злости, злобы, ненависти, не любви так хочется, чтоб все люди стали чуточку добрее.

ЭЛЕОНОРА. Людей никогда не переделаешь, как и не старайся, лучше жить в покое.

ЛИСЯ. А вдруг кто посмотрит одну из моих фотографии и улыбнется.

ЭЛЕОНОРА. Глупости это все иллюзия.

ЛИСЯ. А вдруг, я почему- то верю, что могу хоть чуть-чуть изменить мир.

ЭЛЕОНОРА. Глупая, сними розовые очки, посмотри на мир повнимательнее, ничего в нем хорошего нет.

ФИЛИПП. Вы не правы милые дамы, а пойдемте спать, а то скоро рассвет, а это так грустно.

ЛИСЯ. Ну почему это красиво.

ЭЛЕОНОРА. Нет, и не стоит перечить старшему товарищу.

ЛИСЯ. Извините.

ФИЛИПП. То-то же.

ЭЛЕОНОРА. Я думаю, Филипп прав и стоит идти все-таки спать, а то кости старые.
уходят стул на нем спит Лися появляется Соня
СОНЯ. Ну что соня?

ЛИСЯ. Мне кажется это твое имя.

СОНЯ. Да моё пишется с большой, а твое с маленькой.

ЛИСЯ. Логично

СОНЯ. А я сегодня опять поругалась с матерью.

ЛИСЯ. Из-за меня?

СОНЯ. Из-за себя, я все пыталась ей объяснить что, в том что я не такая как все нет ничего плохого. Что может быть ни я псих? Я же стараюсь жить хоть на 10 процентов, а они до 5 и не дотягивают.

ЛИСЯ. Зачем ты вообще ей что-то стала объяснять, ведь и так все ясно.

А вот я просто хотела зайти домой взять теплые вещи, так меня даже на порог не пустили, а младший брат вынес мне их на улицу, я и не жалуюсь, все идет, как идет.

СОНЯ. А что там, у мужа нельзя взять теплые вещи?

ЛИСЯ. Мне казалось, что у родителей проще, а оказалось сложнее.

СОНЯ. Да общество не любит отклонений от нормы.

ЛИСЯ. Да, но если бы Чайковский был бы нормальным и адекватным человеком, мы бы не услышали Шестую симфонию.

СОНЯ. Да видимо это твой любимый пример.

ЛИСЯ. Видимо мне тут кто-то сказал очень умную и возвышенную мысль, что надо любить человека таким, каким его создал Бог по своему образу и подобию.

СОНЯ. О, видимо ты с умными людьми общаешься?

ЛИСЯ. Если учесть, что они были когда-то моим любовниками, то да.

СОНЯ. Ты уж тут потише о своих историях, я жуткая собственница и ревнивица.

ЛИСЯ. Да не волнуйся ты так, если я тебя разлюблю я все равно уйду.

СОНЯ. Утешила, умница дочка.


появляется муж и уводит Соню
ЛИСЯ. Куда, куда, куда я еще тебя не разлюбила…
Лися открывает глаза встает и начинает ходить по комнате в ходит Элеонора
ЭЛЕОНОРА. И тебе не спиться?

ЛИСЯ. Нет.

ЭЛЕОНОРА. А зачем ходить людей нервировать, круги здесь накручивать

ЛИСЯ. Извините, вы знаете, я наверное здесь останусь навсегда, там (показывает пальцем) мне делать нечего.

ЭЛЕОНОРА. А здесь есть чего?

ЛИСЯ. Ну, буду вас фотографировать, а потом у меня ноутбук с собой от мужа.

ЭЛЕОНОРА. Не надо.

ЛИСЯ. Что?

ЭЛЕОНОРА. Да не надо тебе покоя, рано ещё.

ЛИСЯ. Вы же мне все твердили, что это лучшее, что может быть в жизни.

ЭЛЕОНОРА. Сейчас и в нашей.

ЛИСЯ. Да я поняла, а у меня всё ещё впереди, а эту сказочку про серого бычка я уже слышала.

ЭЛЕОНОРА. Просто поверь мне.

ЛИСЯ. Да надоело мне всем верить, сил нет больше.

ЭЛЕОНОРА. Деточка, я чувствую и понимаю, что ты от чего ты бежишь вместе со своей огромной пустотой, но необязательно возвращаться туда, откуда ты пришла, иди в любую другую сторону, но только иди, пожалуйста.

ЛИСЯ. Зачем?

ЭЛЕОНОРА. Наверное, затем, и иди сейчас, хотя нет, все-таки, подожди до утра и иди.
утро Лися собирает вещи входит Филипп
ФИЛИПП. Доброе утро!

ЛИСЯ. Доброе.

ФИЛИПП. О, вижу, вы решили нарушить свое желание и не остаетесь до конца недели.

ЛИСЯ. Решила.

ФИЛИПП. Да, наверное, так всем будет лучше.

ЛИСЯ. Надеюсь, что всем, хотя вам то точно.

ФИЛИПП. Кому вам?

ЛИСЯ. Ну, вам четверым.

ФИЛИПП. Да хотя знаете, может и хорошо, что вы уходите, а то я начинаю к вам привыкать и не только я.

ЛИСЯ. Я как-то этого не заметила хотя спасибо.


входит Элеонора
ЛИСЯ. Доброе утро!

ФИЛИПП. Доброе!

ЭЛЕОНОРА. Какое доброе, все!

ФИЛИПП. Что все?

ЭЛЕОНОРА. Они ушли.

ФИЛИПП. Кто?

ЭЛЕОНОРА. Елизавета и Иннокентий.

ФИЛИПП. Как?

ЭЛЕОНОРА. Так.

ФИЛИПП. Куда?

ЭЛЕОНОРА. Черт их знает.

ЛИСЯ. Да, а может это и хорошо и вам стоит с Филиппом уйти отсюда?

ЭЛЕОНОРА. Нет мы не созданы другу для друга не судьба видимо.

ЛИСЯ. А как же взаимно тяга?

ЭЛЕОНОРА. А была ли тяга?

ФИЛИПП. Не расстраивайся ты так.

ЭЛЕОНОРА. Да я и не расстраиваюсь. Лися, ты собрала вещи? Через полчаса поезд.

ЛИСЯ. Да, а может не надо?

ЭЛЕОНОРА. Надо, я не позволю тебе здесь остаться.
встает дает ей куртку одевает сама пальто
ФИЛИПП. А ты куда?

ЭЛЕОНОРА. Проводить.

ФИЛИПП. Куда?

ЭЛЕОНОРА. Ну да девочка же не знает где нужный ей поезд.


Филипп остается один и смотрит на часы
конец