Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Павел Алексеевич Астахов Рейдер




страница22/28
Дата15.05.2017
Размер5.01 Mb.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   28
Мак Главный судебный пристав Среднеуральского округа Шамиль Саффиров действительно поставил на уши всех – от милиции до бандитов. Он требовал, угрожал, обещал – как выполнимое, так и невыполнимое, и в конце концов на Небесах что то стронулось. Уставшие отбиваться от настырного Главного пристава опера потянули за свои бесчисленные ниточки, кого то прижали, на кого то надавили, и в результате Шамиля посадили в самолет среди упакованных в бронежилеты крепких широколицых ребят, и от него теперь требовалось одно – ждать. Приземлялись в Тригорске ужасно – у дышащей на ладан «Аннушки» дребезжало и норовило отвалиться все, на что ни падал взгляд. Но уже через четверть часа спецгруппа взяла Бугрова – на глазах у подчиненных, а еще через четверть часа командиру отрапортовали о найденных у неприметного домика на окраине четырех трупах. Ну, а здесь, в подвале «Олимпии», завершалась последняя фаза. – Я с вами чикаться не буду, – нависал над поставленными на колени двумя последними киллерами командир отряда, – или признание, или… Шамиль деликатно кашлянул. – И, кстати, вам здесь делать нечего, – оглянулся на него и дружески похлопал по плечу командир, – идите пока… покурите. Шамиль понимающе кивнул, двинулся к выходу, достал сигареты и замер. Из невообразимо замысловатой, явно сделанной под калошу «волжанки» выходил… Артем Павлов. Собственной персоной. – Блин… прости, Темка… – выдохнул Шамиль. – Не знал я, кому дело поручил. Видит Бог, не знал. – И ты меня прости, – тревожно посмотрел ему в глаза Артем, – не имел я тебе права раньше позвонить. Чуял, что не твоя работа, но права позвонить, пока все не обошлось, не имел. Сзади хлопнули двери, и запакованные в бронежилеты уральские специалисты быстро протащили мимо них двоих парней в наручниках и с наброшенными на головы куртками. – Думаешь, обошлось – не без сомнения спросил Шамиль. Артем проводил группу захвата таким же исполненным сомнения взглядом: – М да… хочется верить. Первым, кого увидел Артем, когда поднялся на свой этаж, был… Спирский. Петр Петрович входил в свой номер – через пару дверей от 404 го. – Ого! – подивился Артем, приветливо кивнул дежурной по этажу и тут же принялся названивать помощнику. – Доброй ночи… – Здравствуйте, Артем Андреевич, – отозвался тот. – Вы мне задание давали… ну, по Спирскому. – Верно, – подтвердил Артем и, приглашая стажеров заходить, толкнул свою дверь, – все, что только можно отыскать. Помощник прокашлялся. – Я тут выяснил… у них около полугода назад конфликт был… В общем, устроили ребята Спирского дебош. Петра Петровича журналюги не тронули, а вот Макиавелли засветился. Тот самый, из «The Knights Story»… Артем рассмеялся. – Сере ежа, – укоризненно протянул он и жестом предложил стажерам присаживаться и чувствовать себя, как дома. – Вы что, тоже подсели на эту игрушку – Я, шеф, не «подсел», – возмутился помощник, – просто я в курсе всего, что происходит в Сети. Ну, или почти всего. – Ну, с Макиавелли все понятно, – принял версию Павлов, – но как вы, Сергей, выяснили Петино участие Удовлетворенный тем, что версия принята, помощник хмыкнул: – А очень несложно: зашел в игру… отмечаю, шеф, в свободное от работы время… поиграл с Макиавелли в его команде, ну, и разузнал кое что… – Что то не похоже на Мака, – засомневался Павлов. Если совсем уж честно, он сам пробовал играть с Маком и никогда не мог стать его союзником – даже на одну «кампанию», а уж влезть Маку в доверие! Павлов считал, что это абсолютно нереально. – Просто я слыхал, Мак не слишком доверчив, – разъяснил он помощнику, откуда у заваленного работой шефа такая информированность. – В том то и дело, – явно улыбался Сережа, – что Мак сам своего шефа сдал – какому то немцу… или французу… я так и не понял. Перья распустил… ну, и сболтнул кое что. А в Интернете такое скрыть нереально. Павлов удивился. На Макиавелли это похоже не было. – Ну, это все игра, – вслух подумал он, – ведь Мак мог просто врать, как это принято в Сети. Ему нужно поднять престиж игрушки, вот он и насочинял сорок бочек арестантов. А что подтверждает вашу версию – Смотрите, шеф, – явно гордясь логикой мысли, начал объяснять Сережа, – Мак работает на одного из создателей игры и ее явного лидера Лорда Уайта. Ну, того, что ходит в белоснежных одеждах, которые сгенерить невозможно… Павлов, соглашаясь, хмыкнул. Этот Белый Рыцарь отличался принципиальной непорядочностью. Он втирался в доверие к новичку и предлагал вместе воевать против кого то сильного. А дав новичку немного подняться, выводил его за город и убивал. Понятно, что его состояние все время росло. Так что почерк Лорда Уайта был тот же, что и у Спирского. – Дальше так, – объяснял помощник, – заработанные деньги можно переводить в банк «СПИтеРСКИЙ». Вам это название ничего не напоминает Павлов молча кивнул. Название не просто напоминало: оно буквально кричало, на весь свет оповещая, кто его босс. И все таки наиболее весомым аргументом была тактика «Белый Рыцарь – Черный Рыцарь». Наехать «через прокладку», затем заявиться к жертве в виде спасителя, а затем замочить – особенно если жертва упирается. – Спасибо, Сережа, – поблагодарил помощника Артем и повернулся к стажерам: – Надеюсь, вы подготовили план работы на завтра Те переглянулись. – Быстро, – скомандовал Артем, – нам в шесть утра вставать! Уже далеко за полночь Петр Петрович признал, что не отзывающийся на звонки Сергей Михайлович, скорее всего, бежал, а к четырем утра позвонил Гриша. – Нашел я хату, где прятался Колесов, – сухо отчитался начальник службы безопасности, – но делать там нечего. – Может быть, хоть какие то бумаги остались – вскочил с кровати Спирский. – Может, и остались, но мне туда не пробиться: следственная группа работает. В голову Петру Петровича ударила кровь. – А что они там потеряли – Четыре трупа и машина, – так же сухо отчитался Гриша. – Номера уральские. Колесова, само собой, среди трупов нет. Петр Петрович охнул и сполз с гостиничной кровати. В том, что убитые – уральские киллеры, у него сомнений не было. – Так… жди моих распоряжений, – приказал Петр Петрович и тут же начал набирать номер Кравчука. Абонент не отзывался. Спирский набрал номер Кухаркина, некоторое время ждал, но и этот номер был недоступен. Лично подчиненных ему людей в городе Тригорске, судя по всему, уже не было. – И что мне делать – вслух спросил себя Спирский. У него оставалось в Тригорске несколько мелких дел, а главное, он так и не сумел выполнить заказ Ноя. Но в такой ситуации ему следовало забирать последние документы на НИИ, выезжать в Москву и сразу же, утром, прямо в Москве перепродавать «Микроточмаш» Фриду – какие бы претензии Заказчик рейда Аксенов потом ни выставил. – Гриша, – позвонил Петр Петрович начальнику службы безопасности, – подъезжай к «Олимпии». Мы едем в Москву. Устрица Еще вчера, когда Некрасов сказал, что решение Григоровой получено, Аксенову стало ясно: Спирский проиграл. А когда простодушный Валерий Матвеевич упомянул имя Фрида, сердце Аксенова подпрыгнуло и застряло где то в горле. Иван Степанович прекрасно знал: перед Фридом, а точнее, перед его капиталом, устоять невозможно, а значит, Спирский уже переметнулся. И это означало, что всю игру следовало переключать на себя. Именно это Аксенов и сделал: ночью же позвонил Кравчуку и Кухаркину и внятно объяснил, что ждет этих «шестерок», если его, Аксенова, попробуют кинуть. И «шестерки» все поняли правильно, и к утру во всем Тригорске оставалась только одна неуправляемая фигура – адвокат. Ему Аксенов и назначил встречу в недавно открытом по настоянию Свечникова устричном баре ресторана «Олимпия». Вымуштрованному персоналу бара уже сообщили, что их рабочий день начнется часа на четыре раньше, чем обычно, однако Аксенов не торопился: важно было показать адвокату, кто здесь главный. Так что, когда первый заместитель губернатора все таки появился, Павлов уже откровенно скучал за лэптопом и начатой дюжиной каменных устриц. – Ну, здоров, адвокат! – не подавая руки, поздоровался Аксенов. Он всегда отличался могучим телосложением и знал, какое впечатление производит на людей – вкупе с бритой начисто головой. – Добрый день, господин Аксенов, – дружелюбно отозвался тот. – Ну, что делать то будем – пододвинул к себе тарелочку с устрицами Аксенов. – Как тебя урезонить то Адвокат на мгновение замер. – Я – юрист, Иван Степанович, поэтому будьте добры, уточните, для чего именно вы пригласили меня на встречу – Закрыть вопрос, – посмотрел ему в глаза Аксенов. – Ты приехал, поработал, а теперь – давай назад, в Москву. А мы тебя и отблагодарим, и, как говорится, все издержки учтем. Павлов поднял брови: – Если я вас правильно понял, то вы мне предлагаете прекратить работу по этому делу и сдать моего клиента. А вы мне за это оплатите издержки. Правильно – В точку, – кивнул Аксенов. – Еще и премию выпишем. Адвокат сосредоточенно хмыкнул: – Иван Степанович, вы как то странно представляете себе мою работу и мое положение. Как бы вам объяснить. Вот смотрите… Он подцепил очередную устрицу и продемонстрировал ее Аксенову: – Видите устрицу Она уже вскрыта, но еще жива. И если капнуть кислотой… Павлов поднес половинку лимона, выдавил каплю сока, и мягкая мантия устрицы дернулась и стала, извиваясь, сжиматься. Аксенов заинтересованно следил. – Видите, – показал глазами Павлов, – как тщетно она пытается избавиться от боли – А в следующую секунду ее проглотят, – рассмеялся Аксенов. Он видел это десятки раз. – И все – пустая ракушка, – продемонстрировал створку Павлов, – и годится она разве что на пуговицы. – Ближе к делу, господин адвокат, – нетерпеливо усмехнулся Аксенов. Но тот словно и не слышал нетерпения в голосе второго человека в губернии. – А ведь раньше, прежде чем ее съесть, повар возился, пытаясь ее открыть, а она не давалась и сжимала створки все крепче и крепче… Аксенов заерзал и, сгорая от нетерпения, продолжил вместо адвоката: – А потом ей вонзили между створок нож, взломали открывалкой, капнули лимонным соком и – в рот… Вот только к чему вы все это – А к тому, Иван Степанович, – серьезно пояснил Павлов, – что адвокат – такая же устрица. И если его тронуть, он обязан захлопнуть створки! Он никому не может открывать их, кроме своего доверителя. – Почему это – не согласился Аксенов. – Потому что если он даст слабину и откроется, – все с той же серьезностью продемонстрировал на устрицах весь процесс адвокат, – то его тут же выпотрошат – до основания! И никому он будет не нужен, вот как эта пустая ракушка. Аксенов стиснул зубы, хотел ответить резкостью, но ему позвонили. Он вытащил телефон, прочел короткое СМС послание только что вышедшего из нотариальной конторы юриста и недобро рассмеялся. – А ты и так уже никому не нужен, – поднял он глаза на адвоката, – и знаешь почему – Почему – поинтересовался адвокат. – Потому что тебя уже вскрыли! Павлов насторожился: – И кто – Твой собственный клиент Батраков! – усмехнулся Аксенов. – Сдал он тебя, господин адвокат! Только что сдал… Аксенов резко поднялся и двинулся прочь, едва не сбив попавшегося по пути официанта. Его юрист уже оформил передачу пансионата от Батракова, а значит, рейд был завершен – по крайней мере, для него лично. Павлов получил доставленное с нарочным решение Григоровой в шесть утра, а потому выслушал Аксенова спокойно. В конце концов, то, что Заказчик наконец то раскрылся, было ему на руку. Но вот сказанное заместителем губернатора о Батракове насторожило. Артем немедленно, прямо из бара, позвонил директору НИИ, но тот не отзывался. «И что же произошло на самом деле» А еще через пару минут ему позвонил Ванюша: – Артемий Андреевич! Батраков отдал пансионат! – Откуда известно – не поверил Артем. – Насколько это достоверно – Здесь, в суде, все только об этом и говорят! Павлов на секунду задумался. То, что «красный директор» дрогнул, было неприятно. И, главное, Павлов не до конца представлял, как они оформили передачу юридически, в условиях жесткой схватки двух сторон. «Вот тебе и иллюстрация ко вчерашнему разговору… – хмыкнул он. – Тут тебе и должностное преступление, и самоуправство…» – Ты запустил решение Григоровой – спросил он помощника. – Да, – выдохнул Ванюша, – сейчас начну судебных приставов долбить, чтобы шли в НИИ – «клещей» изгонять. – Молодец, – похвалил помощника Павлов. Мысленно перебирая все, что еще предстоит сделать, он поднялся на четвертый этаж и тут же увидел замерших у дверей его номера стажеров. – А вы почему еще не в городе – поднял брови Павлов. – Кто будет пакет исковых документов для Прошкина старшего готовить Саша изготовился врать, открыл рот, да так и замер. – Что случилось, Артемий Андреевич – охнула Машенька. – А что такое – удивился Артем. – Да на вас лица нет! Артем тут же широко улыбнулся, хотел отшутиться, но понял, что не стоит. Эти ребятишки должны все понимать как есть. – Похоже, деточки, клиент чуть чуть не дотерпел… – До чего не дотерпел – опешили стажеры. Артем открыл дверь номера и сделал широкий приглашающий жест. – До нашей победы, ребята… сдался наш клиент… сдался. – Как же так! – обиженно моргнула Маша. – Вот сволочь! – поддержал ее Саша. – И вам ничего не сказал! Павлов приложил палец к губам: – Поосторожнее с лексиконом, Александр. Он подошел к столу, вытащил из портфеля кипу заранее подготовленных документов и начал аккуратно их раскладывать. – И что же нам теперь делать – обступили его стажеры. – А для нас это ничего не меняет, – покачал головой Артем. – Клиент может не знать, что его обвели вокруг пальца, но я то знаю, что на той стороне – Петр Петрович Спирский. А такие люди не останавливаются… что бы там клиенту ни наобещали. А главное, это ведь мы давали присягу, а не клиент. Стажеры потрясенно замерли. – Так что нам предстоит работать так же, как и прежде, – Павлов на секунду задумался. – А может быть, и еще напряженнее. «Версаль» С утра Некрасову позвонили из Кремля, затем он бегло просмотрел очередное предложение Свечникова, а спустя полчаса узнал о передаче пансионата «Микроточмаша» никому доселе не известному ООО «Новый русский Версаль». Губернатор с минуту подумал и вызвал Аксенова: – И как это называется Только не надо говорить, что ты к этому непричастен. – Батраков счел, что так безопаснее, – беззастенчиво, не отводя глаз, парировал первый зам. – Да и Настина мечта теперь наверняка осуществится. Некрасов лишь покачал головой. Он так и не заболел болезнью новых русских чиновников и не стремился обзавестись как можно большим количеством недвижимости, которая сама плывет в руки любому руководителю региона. Но эту «слабость» с лихвой восполняли его заместители, растаскивающие город и район по своим сусекам со скоростью торнадо. Ситуация с пансионатом НИИ была своеобразной. Ясно, что Аксенов рано или поздно передаст пансионат администрации или указанным ею структурам. Немного заработает и передаст. Возможно, это и будет тем решением, которое успокоит мечтателя энтузиаста Свечникова, порадует Анастасию и проучит строптивого ворчуна Батракова. – Но ты ведь на него не давил Аксенов улыбнулся: – О чем вы, Валерий Матвеевич Там и без меня есть кому давить. Один Фрид чего стоит! Да и вы меня прекрасно знаете… Губернатор нахмурился. Они отработали с Аксеновым очень много лет, и зам его обычно не подводил. Никто лучше его зама не справлялся с вопросами в Минэкономразвитии хотя бы потому, что там у Аксенова сидел друг в ранге замминистра, который и делил с ним все полученные от внеочередного финансирования региона откаты. Но губернатора беспокоило то, что Аксенов определенно вел какую то свою игру. Именно он уговаривал Некрасова не вмешиваться в ситуацию в НИИ «Микроточмаш». Валерий Матвеевич вздохнул. Его весьма озадачил утренний звонок из Кремля, и он очень надеялся, что скандальные события в Тригорске не всплывут в тот самый момент, когда он войдет в приемную Президента РФ. – Ох, Иван Степанович, – с сомнением покачал он головой, – и так проблем – выше головы… Ладно, иди. Ему предстояло хорошенько подготовиться к встрече с главой государства, а он не любил очковтирательства, победных реляций и пустой болтовни. Нужно было давать конкретные цифры, факты и предложения. И уж вопросов, которые могли волновать Кремль, было множество, начиная от недособранных за прошлый год по плану налогов. Прыжок Когда Спирский прибыл в Москву, оборона трещала по швам, а вражеские рыцари наступали. Ранним утром их войска атаковали Петины позиции, и система начала рушиться… Акции быстро возвращались владельцам, сделки разваливались, акты признавались недействительными и незаконными. А юристы «МАМБы» уже побежали – после первого же визита рубоповцев в одну из дочерних фирм – кто на больничный, кто в отпуск, а кто и просто поменять место работы. Его вассалы разбегались и переходили на сторону врага. Помощники, юристы, подчиненные под напором вражеских адвокатов сдавали один за другим позиции и – прямо сейчас! – проигрывали судебные процессы. Следователи забросали контору и квартиру Зинки, где был прописан Спирский, повестками и требованиями явиться на допрос, очные ставки и для дачи объяснений. Отец на звонки не отзывался, а его секретари ссылались на временное отсутствие Леонида Михайловича. Петр чувствовал, что его дурачат и Краснов просто скрывается. Он не мог понять, почему вдруг все ополчились на него, почему отец отказался от него, а верные, натренированные сотрудники оказались трусами и предателями. Годы постоянных тренингов, казалось, создали идеальную сплоченную команду, способную вцепиться в любой кусок собственности и разорвать его на глазах обожаемого хозяина. Петр Петрович горестно вздохнул. Чего стоили их бесконечные заверения в преданности и готовности работать в любых условиях, если при первой же опасности они разбежались, как крысы и бросили своего хозяина и шефа! Такого предательства и трусости Петя не ожидал. Он обратился за помощью к любимой книжице, но ответа на главный вопрос: что делать, если ты проигрываешь, – так и не нашел. В легенде об Артуре его прототип погиб на поле боя – в самой последней, оказавшейся роковой схватке. – Ерунда какая! – раздраженно отбросил книжицу Спирский; его такой финал не устраивал ни в малейшей мере. Надеясь найти хоть какое нибудь решение, он быстро вошел в Интернет и, само собой, тут же увидел серию напоминаний от Ноя. «06:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где мои бумаги» «07:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где мои бумаги» «08:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где мои бумаги» «09:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где мои бумаги» «10:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где мои бумаги» «11:00 ·Р(НОЙ) to (Мордред) Где ты Дай мне знать, что происходит» – Да пошел ты! – заорал Петр Петрович и вошел в Игру. Но и здесь, в полной и абсолютной его вотчине, все шло не так. Некий Лорд Джастис уже осаждал сэра Мордреда – Лорда Уайта в его собственном замке, и, как только это стало известно остальным, к нему на помощь потекли все новые и новые рыцари – все, кто имел зуб на Уайта Спирского. Ему припомнили все обиды и унижения, коварные нападения и предательство, которые сопровождали каждый Петин шаг по Землям Русландии. Исчез даже Макиавелли! Его герой, Рыцарь Маквэлл, стоял без дела в городе и не двигался последние 50 часов, о чем указывал его личный гейм таймер. «Я должен отыскать выход!» – напряженно жал на клавиши Петр Петрович. Он чувствовал себя обложенным волком, вокруг которого не осталось свободного от ядовито красных флажков пространства. Кругом алые флаги, светофоры, переключенные на постоянный «красный», и даже грибы в лесах превратились в ядовитые мухоморы, а ягоды налились волчьим багрянцем. «Остается одно, – понял Спирский, – прыгать через заграждение…» Он открыл сейф и собрал самые дорогие ему бумаги, набил портфель и кейс, наличные деньги побросал в пластиковый пакет. Офис был пуст – сегодня, сославшись на плохое самочувствие, отпросились даже секретари. Петя понимал, что лучше ему сейчас не заострять этот вопрос и не выяснять, действительно ли у обеих Марин наступили «критические дни» и почему за четыре года работы на Спирского эти дни наступили у них впервые и одновременно. Он понимал, что критические дни, по всей видимости, на самом деле наступили у него и, похоже, они закончатся совсем не так, как это обычно происходит у Марины и Марины. «Ничего… прорвемся!» Спирский быстро вышел из подъезда офисного центра на Космодамиановской набережной и замер: он не видел своей машины и водителя, не было и джипа сопровождения. Вместо них на парковке дежурили три одинаковые черные «Волги» с наглухо затемненными окнами. Петр Петрович пригляделся и стиснул зубы. Номера, и особенно буквенные сочетания из «Е», «К» и «X», сказали ему гораздо больше, чем брошенные в почтовый ящик повестки. И в каждой машине сидели по четыре оперативника. Увидев выходящего из офиса лидера отечественного рынка слияний и поглощений, они спешно покинули свои автомобили и двинулись навстречу своему «объекту». Отступать было поздно, а перескочить красные флажки невозможно. – Петр Петрович Спирский – спросил крепкий коренастый мужчина в рубашке с короткими рукавами. – В чем дело – Петя остановился и почувствовал, как его колени предательски дрогнули. – Пройдите с нами в машину. Коренастый жестом указал на ближайшую «Волгу», а другой опер открыл дверь и придерживал ее, ожидая Спирского. Петр Петрович жадно оглядел двор и тут же уперся взглядом в Гришу. Начальник собственной безопасности лишь виновато развел руками: мол, извините, а здесь я – пас. – Прошу вас, – напомнил о себе оперативник. – Я не понимаю, в чем дело, – попытался Петя потянуть время. Он видел, что круг оперативников сужается. Лишь справа от Пети оставался промежуток, через который можно было в три четыре прыжка добежать до набережной. Спирский жадно втянул ноздрями запах воды. Река лучше всякой трассы могла вывести из Москвы, укрыв его темными водами и ночной мглой. Она уже предлагала ему свою помощь. «Нужно решаться, – понял он, – или я вырвусь из окружения, или…» Ничего хорошего второе «или» не обещало. Петя бросил коренастому портфель, стоящему рядом с ним оперативнику – кейс и, сделав прыжок вправо, развернулся и побежал. Прыжок! Еще один! И он обогнул преградившую путь машину. Оставалось всего несколько метров, как вдруг опора ушла из под ног, и Петр Петрович, сделав нелепый пируэт, распластался на асфальте. А в следующее мгновение на него навалились пятеро здоровенных сотрудников. Петр Петрович зарычал, вывернул голову, пытаясь выяснить, за что он зацепился, и увидел полуоткрытый канализационный люк. «Судьба…»
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   28

  • Устрица
  • «Версаль»
  • Прыжок