Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Новаторство А. А. Фета: черты импрессионизма в лирике




Скачать 222.58 Kb.
Дата15.05.2017
Размер222.58 Kb.
ТипТезисы

МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ


«СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА № 16»

Сообщение по литературе на тему



«Новаторство А. А. Фета: черты импрессионизма в лирике»

Выполнили:

Гневшева Мария, Мамина Алена,

ученицы 8 «А» класса


Учитель:

И.В.Белерман

Норильск, 2005 – 2006 учебный год

Содержание
Новаторство Фета: черты импрессионизма в лирике


  1. Импрессионизм как понятие в теории литературы и живописи

  2. Черты импрессионизма в лирике А. А. Фета. Новаторство

  3. Тезисы

Список литературы

Алфавитный указатель проанализированных стихотворений




Новаторство Фета: черты импрессионизма в лирике



  1. Импрессионизм как понятие в теории литературы и живописи.

Импрессионизм – (от фр. impression – «впечатление») – направление в искусстве последней трети XIX – начале XX вв. Сложилось во французской живописи 1860-х – начале 70-х гг. Оказало большое влияние на европейскую культуру. Своим названием обязано полотну К. Моне «Впечатление. Восходящее солнце», показанному на выставке 1874 г. [87].

Отличительным признаком импрессионизма стало отсутствие какой-либо заранее принятой формы. Мастера этого направления пытались непредвзято и как можно более естественно и свежо запечатлеть мимолетное впечатление от быстро текущей, постоянно меняющейся жизни. Сюжеты для своих картин они брали из повседневной жизни, они изображали парижские кафе, улочки, скромные садики, берега Сены, окрестные деревни, сельские пейзажи, привычные и всем знакомые здания, обыкновенных людей в будни и праздники. Новое поколение художников хотело перенести на свои полотна природу в ее истинном проявлении, поэтому они вышли из студий на открытый воздух – пленэр – чтобы наблюдать изображаемые объекты в их привычной среде при естественном освещении. Главным для художников была система: предмет – воздух – солнце. Импрессионисты ставили перед собой задачу: воспроизвести не только предметы, но и окружающую их атмосферу, мерцание, феерию света, изменчивость цвета в бликах солнца, танец воздушной дымки, проникновение внутрь мерцания и трепета, чередование света и тени, причудливую игру солнечных зайчиков на самых обычных предметах.

Очень скоро сложился так называемый «импрессионистический стиль», который стал проникать в другие художественные направления и содействовать решению разных эстетических задач. Стремление передать предмет в отрывочных, мгновенно фиксирующих каждое ощущение штрихах, которые располагались в видимом беспорядке и ни в чем не продолжали друг друга; между тем в целом обнаруживалось их скрытое единство и связь.


Теоретические идеи. Импрессионисты не проявляли особой заботы о формулировании своих эстетических принципов. И все же из рассуждений некоторых импрессионистов (скульптора Родена, например) можно узнать о существенных эстетических постулатах импрессионистов, и в частности о взглядах на коренную эстетическую категорию – прекрасное. Согласно этим импрессионистическим представлениям, когда прекрасное соединяется с безобразным, побеждает всегда красота: в силу некоего божественного закона природа всегда стремится к высшему типу, к совершенству. Красота – в характерности и выразительности. Роден прокламировал свое кредо: “Красота в правде” [15]. Природа всегда прекрасна, нужно лишь уметь понимать ее проявления.

Некоторые сведения об эстетике импрессионистов можно почерпнуть не у художников, а у их современников и единомышленников – писателей. Главный идеолог и глава натурализма Э. Золя был одним из немногих, кто поддержал импрессионистов в начале их пути. Суть Э. Золя видел в «точности передачи впечатления от природы». В импрессионистическом требовании передачи впечатления для Золя звучало натуралистическое требование точно следовать за природой. Золя считал, что художник должен на холсте запечатлеть свое отношение к природе и показать ее «такой, какой он ее видит», отразить жизнь в ее бесконечных изменениях. Любимый лозунг Золя: «Произведение искусства есть уголок природы, воспринятый сквозь темперамент» – вполне может служить определением импрессионизма. То есть для Золя идеи импрессионизма – естественное продолжение его собственных убеждений.

Теоретические постулаты, определяющие импрессионистическое творчество в литературе, сформулировал Малларме. Он определил новую поэтику так: «Нужно рисовать не вещь, а производимый ею эффект. Стихотворение должно состоять не из слов, а из намерений. Слова стушевываются перед впечатлением».

Особенности метода. Ключевым понятием для импрессионизма стала суггестивность: присутствие в каждом образе бесконечного множества скрытых смыслов, которые обычно не могут быть переданы на языке логически обоснованных понятий. Эти смыслы должны угадываться интуитивно или осознаваться чисто эмоционально, каждый раз оказываясь субъективно окрашенными в восприятии зрителя, читателя или слушателя [60]. Импрессионистический образ призван оставлять ощущение недовершенности, наиболее органичной формой для него оказывается эскиз или миниатюра. Искусство стремится передать мимолетное, эфемерное, спонтанно возникающее чувство красоты, которое таится в скромных пейзажах и в заурядных явлениях будничности. Оно вызывающе противостоит культуре, проникнутой «большими идеями», и доверяет только художественному озарению. Но вместе с тем и основывается на точно рассчитанном эффекте цветовых или звуковых сочетаний, являющихся результатом тщательного анализа, а не импровизации. В литературе веяния импрессионизма оказались наиболее созвучными поэзии, воспринявшей его идеи как способ освобождения от штампов исчерпавшей себя романтической лирики, которая свелась к чистой «декламации», и от требований «полезности», выдвинутых критиками позитивистского толка. Поэтический образ начинает пониматься как запись импульсивно возникающего впечатления, которым порождается цепочка ассоциаций: их невозможно ни предугадать, ни свести в систему.

По поводу роли интуиции в художественном творчестве Роден, выражая позицию импрессионистов в этом вопросе, говорит, что в искусстве все получается путем безропотного подчинения бессознательному [15]. Эта тенденция господства бессознательного в акте художественного творчества достигнет высшего своего развития в XX веке в сюрреализме, проповедовавшем «отключение разума» как принцип художественного творчества.



Художественные итоги. В качестве особого стиля импрессионизм вошел в художественную литературу конца XIX века. Его поочередно открывали для себя многие писатели, далекие друг от друга по убеждениям и складу, но сходные в желании «заострить» и умножить изобразительность слова. Импрессионистический стиль давал тут известные преимущества. Писатель получал возможность вести повествование через такие детали, которые, будучи схваченными наугад, были, возможно, не вполне понятны ему самому, но зато внутренне совпадали с его мыслью. Каждая такая «соринка», сочетаясь с другими, могла косвенно указывать на неизмеримо более глубокий смысл, чем тот, что был заключен в ней самой; кроме того, своей случайной, «боковой» правдой она сообщала рассказу необычайную яркость и свежесть. Импрессионисты помогли человечеству увидеть изумительный мир света, заставили зрителя смотреть на мир другими глазами. Импрессионизм означал переворот в манере чувствовать и видеть; он преобразовал не только живопись, но также скульптуру, музыку, литературу.

Оставаясь стилем, импрессионизм не вносил особых перемен в структуру художественного образа. Его появление в творчестве того или иного писателя не означало ломки основных художественных принципов и не сопровождалось официальным переходом в «импрессионисты»; но его присутствие сказывалось в обогащении старых методов, в т. ч. и описательном.

Родоначальниками «психологического импрессионизма» в литературе принято считать братьев Ж. и Э. Гонкуров: «Мы были первыми поэтами нервов, чувствительнее и восприимчивее других, вибрирующие тоньше, быстрее, отзывчивее, и лучшими ценителями незаметных ощущений… Мы всегда умели обнаружить тончайшую и сокровенную сущность вещей, легкий аромат, источаемый ими».



  1. Черты импрессионизма в лирике А. А. Фета. Новаторство.

«Стиль поэзии А. А. Фета называют импрессионистическим» [10]. Наша задача – доказать это на конкретных примерах.

Картина К. Моне, давшая название целому направлению в искусстве, была написана в 1874 году, а известное стихотворение А. А. Фета «Шепот, робкое дыханье…» было написано в 1850. Можно сказать о том, что «поэт чутко уловил новое веяние жизни и в своих стихах предвосхитил XX век, начав удивительную игру со словом, которую еще не знала поэзия» [12].



Первая особенность, которая роднит импрессионизм в живописи и лирику Фета – предмет изображения, стремление зафиксировать впечатление от мига, в котором отразилось движение жизни, ее текучая форма, переливы настроений, «трепет жизни». П.Н.Кудрявцев (в рецензии на сборник 1850 г.) сравнивает стихотворения Фета с ноктюрнами Шопена, находя там и здесь одинаковую меланхолическую нежность и самоуглубленность. Сердце поэта, пишет Кудрявцев, «не утерпит и отзовется на всякий звук в природе, откликнется на всякий призыв ее, принесет ли его теплая ночь или свежее весеннее утро, зимний, снегом белеющий вечер или зноем дышащий воздух жаркого летнего дня» (Цит. по ст. Г. Г. Елизаветиной, с. 151). Например, в одноименном стихотворении поэт изображает бабочку – «весь бархат…» «с его живым миганьем». Это «живое миганье» больше всего интересует поэта, поэтому он стремится его запечатлеть. Картины импрессионистов рассказывают о радости жизни, о красоте природы, о мимолетных состояниях души. Социальные проблемы остались в стороне. О. Ренуар говорил, что в мире и так много зла и не стоит его умножать с помощью полотен [12].

Фет, погружаясь в свой внутренний мир, спасался от несовершенного мира. Фет – единственный из великих русских поэтов, убежденно и последовательно (за единичными исключениями) ограждавший свой художественный мир от социально-политических проблем [66].

В. П. Боткин предсказывал, что Фет займет значительное место в русской лирической поэзии. Сопоставляя его с Пушкиным, Лермонтовым и Тютчевым, Боткин пришел к выводу, что Фет не принадлежит к тем поэтам, которые открывают новые пути «в поэтических пространствах». Фет – «поэт ощущений» и в уже знакомом «он дал … почувствовать… множество превосходных подробностей и частностей, остававшихся доселе скрытыми» (Цит. по ст. Г. Г. Елизаветиной, с.156).

Вторая особенность – содержание и цель искусства. Нами уже отмечалось то, что главной эстетической категорией импрессионизма являлось прекрасное. В русском литературоведении теория «чистого искусства», или «искусство для искусства», объявила красоту единственным содержанием и конечной целью искусства. Полемика об эстетических принципах «чистого искусства» развернулась в период острой общественной борьбы конца 50-х – начала 60-х годов… Из статей сторонников «чистого искусства» наиболее известны: «Критика гоголевского периода русской литературы и наши к ней отношения» А.В. Дружинина, направленная против «Очерков гоголевского периода русской литературы» Н.Г. Чернышевского («Библиотека для чтения», 1856, т. 140), «Стихотворения А. Фета» В.П. Боткина («Современник», 1857, № 1), которую Л.Н. Толстой назвал «поэтическим катехизисом поэзии» (письмо Боткину от 20 января 1857 года), а также статья самого А.А. Фета «Стихотворения Ф. Тютчева». В ряду этих программных выступлений статья Фета выделяется тем, что Фет был приверженцем этой теории [66]. А.А. Фет утверждал, что художнику дорога только одна сторона предметов – их красота. Понимая красоту, гармонию как изначальные, неотъемлемые свойства природы и всего мироздания, поэт отказывается видеть их в общественной жизни:

«… вопросы – о правах гражданства поэзии между прочими человеческими деятельностями, о ее нравственном значении, о современности в данную эпоху и т. п. считаю кошмарами, от которых давно и навсегда отделался» [66]. Но не только общественные, идеологические «вопросы» неприемлемы в поэзии, с точки зрения Фета. Неприемлема вообще прямо заявленная идея. В поэзии возможна лишь «поэтическая мысль». В отличие от мысли философской, она предназначена «лежать твердым камнем в общем здании человеческого мышления и служить точкою опоры для последующих выводов; ее назначение озарять передний план архитектонической перспективы поэтического произведения, или тонко и едва заметно светить в ее бесконечной глубине» [66].

В путевых очерках «Из-за границы» (1856-1857) Фет говорит о потрясающих впечатлениях, которые пережил в Дрезденской галерее перед «Сикстинской мадонной» Рафаэля и в Лувре перед статуей Венеры Милосской. Главная мысль Фета – о непостижимости этих вершинных явлений искусства для рационалистического понимания, о совсем иной природе поэтической мысли. «Когда я смотрел на эти небесные воздушные черты, пишет Фет о Мадонне, - мне ни на мгновение не приходила мысль о живописи или искусстве; с сердечным трепетом, с невозмутимым блаженством я веровал, что Бог сподобил меня быть соучастником видения Рафаэля. Я лицом к лицу видел тайну, которой не постигал, не постигаю и, к величайшему счастию, никогда не постигну». И далее – о Венере: «Что касается до мысли художника, - ее тут нет. Художник не существует, он весь перешел в богиню… Ни на чем глаз не отыщет тени преднамеренности; все, что вам невольно поет мрамор, говорит богиня, а не художник. Только такое искусство чисто и свято, все остальное – его профанация. И наконец – как обобщение: «Когда в минуту восторга перед художником возникает образ, отрадно улыбающийся, образ, нежно согревающий грудь, наполняющий душу сладостным трепетом, пусть он сосредоточит силы только на то, чтобы передать его во всей полноте и чистоте, рано или поздно ему откликнутся. Другой цели у искусства быть не может, по той же причине, по которой в одном организме не может быть двух жизней, в одной идее – двух идей» [66]. «Свобода» (независимость творческая, свобода вдохновения) – главное, определяющее понятие в поэзии «чистого искусства». Поклонение красоте – лейтмотив всего творчества Фета: «Полон нежного волненья, / Сладостной мечты, / Буду ждать успокоенья / Чистой красоты» (1847); «В благословенный день, когда стремлюсь душою / В блаженный мир любви, добра и красоты…» (1857); «Целый мир от красоты, / От велика и до мала, / И напрасно ищешь ты / Отыскать ее начало. / Что такое день иль век / Перед тем, что бесконечно? / Хоть не вечен человек, / То, что вечно, - человечно» (Между 1874 и 1886 годами).

Выше мы уже упоминали о манере письма художников-импрессионистов. Мы можем указать полотна импрессионистов, наиболее полно отражающие данное направление живописи: О. Ренуар «Тропинка в высокой траве» (1874), О. Ренуар «Качели» (1876), Э Мане «Завтрак на траве» (1863), К. Моне «Дикие маки» (1873), К. Моне «Бульвар Капуцинок», А. Сислей «Дорога в лесу» (1879), К Писсарро «Бульвар Монмартр. Солнце после полудня» (1897) и др.

Пейзажи в стихотворениях Фета воздушны, в них много света, они как бы просвечивают насквозь (пахнуло, дышит, дымка, туманный пар, прозрачный воздух, воздух плывет, изменчивый лик, месяц глядит между длинных ветвей). Фетовский пленэр близок к импрессионистическому видению мира.

Способность передать яркость, красочность природы (пурпур, серебро, янтарь, сиянье, синева) – это третья особенность стихов Фета и полотен импрессионистов.



Четвертая особенность – тождество человека и природы. В поэзии это выражено с помощью особого приема – психологического параллелизма. Природа любит не вместо человека, а вместе с человеком. Аналогия с душевным состоянием человека проведена настолько тонко, что трудно отделить мир природы от мира чувств. Зоркость души очень важна для художника. Сложные задачи психологического и философского характера диктовали поэту необходимость искать новые изобразительные средства. Найденные им крупицы образной новизны производили впечатление необычности и даже странности. Очень часто в работах филологов приводится цитата: «А мне все тут непонятно… я не понимаю связи между любовью и снегом», - жаловался на Фета один из критиков. А между тем уловление связи между «любовью и снегом» было новшеством, равным и для прозы и для поэзии. Л. Озеров писал об этом: «В эпоху Фета так не говорили: «тающая скрипка» (на инструмент перенесено впечатление от издаваемых им звуков), «овдовевшая лазурь», «травы в рыдании», «ясный воздух сам робеет на мороз дохнуть», «в нем слишком много слез»… Это было дерзко и в известной степени вызывающе. В таком духе начали писать уже в начале нашего века, в его 10-20-х годах» [56]. В послании к В. С. Соловьеву поэт пишет:

Ты изумляешься, что я еще пою,

Как будто прежняя во храм вступает жрица,

И, чем-то молодым овеяв песнь мою,



То ласточка мелькнет, то длинная ресница.

За тремя традиционными строками, говорящиими о том, что песню старого поэта овевает нечто молодое, Фет дает поражающую современным видением мира строку: «То ласточка мелькнет, то длинная ресница». Строку, в которой зрительные и душевные связи устанавливаются путем сведения воедино самых далеких ассоциаций. Мелькание ласточки и моргание ресниц помогают установлению более глубоких связей времени. Фет тем самым показал новые ассоциативные возможности русской поэзии и открыл ранее неведомые ей пути.

Сфера подсознательного восприятия мира требовала для своего выражения особого метода, который стал существенным элементом в становлении русской литературы. «Бессознательное» может изучаться как особая форма отражения внешнего мира…», - пишет современный исследователь, намечая различные пути изучения проблемы [72]. Думается, что поэзия Фета на путях такого изучения может сыграть важную роль. Недаром еще в 1889 году председатель Психологического общества Н. Грот на юбилейном чествовании А.А. Фета читал от имени членов общества поздравление, в котором говорилось: «…без сомнения, со временем, когда приемы психологического исследования расширятся, ваши произведения должны дать психологу обильный и интересный материал для освещения многих темных и сложных фактов в области чувствований и волнений человека» [72].

А. А. Фет считал: «Назначение поэта – быть соединительным звеном между разрозненными частями мира и человеческими душами. Под новизною я понимаю не новые предметы, а новое их освещение волшебным фонарем искусства» [66].



Подводя итоги, мы можем выделить следующие признаки импрессионизма в лирике Фета:

  • стремление передать впечатление от мимолетных явлений жизни, показать мир в его подвижности, изменчивости; зафиксировать нюансы чувств;

  • тождество состояния природы и внутреннего мира человека;

  • способность передать красочную прелесть природы, богатство человеческой души;

  • поиск новых способов поэтической выразительности.


Список литературы:
  1. Афанасий Афанасиевич Фет. Биография. Лирика // Русская словесность. – М., 1996. - № 4. - С. 87-91.


  2. Берченко Т. В. «Трепет жизни». Импрессионизм в лирике А. Фета // Русская словесность. – М., 1998. - март –апрель. - №2. - С. 66 – 71.

  3. Борев Ю. Б. Эстетика. Теория литературы: Энциклопедический словарь терминов / Ю. Б. Борев. - М.: ООО Издательство Астрель, 2003, 575 с.

  4. Озеров Л.А. «Там человек сгорел…» // Озеров Л. А. Мастерство и волшебство. Книга статей. - М.: Советский писатель, 1976. - С. 153-202.

  5. Палиевский П. В. Импрессионизм // Краткая литературная энциклопедия: В 9 т. /Гл. ред. А. А. Сурков. – М.: Советская энциклопедия, 1972. Т. 3 – Стб 112-114.

  6. Розенблюм Л. А. Фет и эстетика «чистого искусства» // Вопросы литературы. – М., 2003. - март-апрель. - С. 105-162.

  7. Скатов Н. Н. Лирика Афанасия Фета. (Истоки, метод, эволюция) // Далекое и близкое. Литературно-критические очерки. – М.: Современник, 1981. - С. 119- 149.

  8. Фет А. А. Среди звезд: Стихотворения. – М.: ООО Издательский дом «Летопись – М», 2000. – 444 с.

  9. Энциклопедия импрессионизма и постимпрессионизма / Сост. Т. Г. Петровец – М.: ОЛМА – ПРЕСС, 2000. - 320 с.


Тезисы:


  1. Импрессионизм как понятие в теории литературы и живописи.

  • Импрессионизм – (от фр. impression – «впечатление») – направление в искусстве последней трети XIX – начале XX вв. Сложилось во французской живописи 1860-х – начале 70-х гг. Оказало большое влияние на европейскую культуру. Своим названием обязано полотну К. Моне «Впечатление. Восходящее солнце», показанному на выставке 1874 г. [87].

  • Отличительным признаком импрессионизма стало отсутствие какой-либо заранее принятой формы. Мастера этого направления пытались непредвзято и как можно более естественно и свежо запечатлеть мимолетное впечатление от быстро текущей, постоянно меняющейся жизни.

  • Главным для художников была система: предмет – воздух – солнце. Импрессионисты ставили перед собой задачу: воспроизвести не только предметы, но и окружающую их атмосферу, мерцание, феерию света, изменчивость цвета в бликах солнца, танец воздушной дымки, проникновение внутрь мерцания и трепета, чередование света и тени, причудливую игру солнечных зайчиков на самых обычных предметах.
  • Очень скоро сложился так называемый «импрессионистический стиль», стремление передать предмет в отрывочных, мгновенно фиксирующих каждое ощущение штрихах, которые располагались в видимом беспорядке и ни в чем не продолжали друг друга; между тем в целом обнаруживалось их скрытое единство и связь.


  • Теоретические идеи. Импрессионисты не проявляли особой заботы о формулировании своих эстетических принципов. И все же из рассуждений некоторых импрессионистов (скульптора Родена, например) можно узнать о существенных эстетических постулатах импрессионистов, и в частности о взглядах на коренную эстетическую категорию – прекрасное. Согласно этим импрессионистическим представлениям, когда прекрасное соединяется с безобразным, побеждает всегда красота. Красота – в характерности и выразительности. Роден прокламировал свое кредо: “Красота в правде” [15]. Природа всегда прекрасна, нужно лишь уметь понимать ее проявления.

Некоторые сведения об эстетике импрессионистов можно почерпнуть не у художников, а у их современников и единомышленников – писателей. Главный идеолог и глава натурализма Э. Золя говорил: «Произведение искусства есть уголок природы, воспринятый сквозь темперамент». Его слова вполне могут служить определением импрессионизма.

Теоретические постулаты, определяющие импрессионистическое творчество в литературе, сформулировал Малларме. Он определил новую поэтику так: «Нужно рисовать не вещь, а производимый ею эффект. Стихотворение должно состоять не из слов, а из намерений. Слова стушевываются перед впечатлением».

  • Особенности метода. Импрессионистический образ призван оставлять ощущение недовершенности, наиболее органичной формой для него оказывается эскиз или миниатюра. В литературе веяния импрессионизма оказались наиболее созвучными поэзии, воспринявшей его идеи как способ освобождения от штампов исчерпавшей себя романтической лирики, которая свелась к чистой «декламации», и от требований «полезности», выдвинутых критиками позитивистского толка. Поэтический образ начинает пониматься как запись импульсивно возникающего впечатления, которым порождается цепочка ассоциаций: их невозможно ни предугадать, ни свести в систему.

  • Художественные итоги. В качестве особого стиля импрессионизм вошел в художественную литературу конца XIX века. Его поочередно открывали для себя многие писатели, далекие друг от друга по убеждениям и складу, но сходные в желании «заострить» и умножить изобразительность слова. Писатель получал возможность вести повествование через такие детали, которые, будучи схваченными наугад, были, возможно, не вполне понятны ему самому, но зато внутренне совпадали с его мыслью. Каждая такая «соринка», сочетаясь с другими, могла косвенно указывать на неизмеримо более глубокий смысл, чем тот, что был заключен в ней самой; кроме того, своей случайной, «боковой» правдой она сообщала рассказу необычайную яркость и свежесть. Импрессионисты помогли человечеству увидеть изумительный мир света, заставили зрителя смотреть на мир другими глазами. Импрессионизм означал переворот в манере чувствовать и видеть; он преобразовал не только живопись, но также скульптуру, музыку, литературу.

  • Оставаясь стилем, импрессионизм не вносил особых перемен в структуру художественного образа. Его появление в творчестве того или иного писателя не означало ломки основных художественных принципов и не сопровождалось официальным переходом в «импрессионисты»; но его присутствие сказывалось в обогащении старых методов, в т. ч. и описательном.

Родоначальниками «психологического импрессионизма» в литературе принято считать братьев Ж. и Э. Гонкуров: «Мы были первыми поэтами нервов, чувствительнее и восприимчивее других, вибрирующие тоньше, быстрее, отзывчивее, и лучшими ценителями незаметных ощущений… Мы всегда умели обнаружить тончайшую и сокровенную сущность вещей, легкий аромат, источаемый ими».
Тезисы:

  1. Черты импрессионизма в лирике А. А. Фета. Новаторство.

    • «Стиль поэзии А. А. Фета называют импрессионистическим» [10]. Наша задача – доказать это на конкретных примерах.

Картина К. Моне, давшая название целому направлению в искусстве, была написана в 1874 году, а известное стихотворение А. А. Фета «Шепот, робкое дыханье…» было написано в 1850. Можно сказать о том, что «поэт чутко уловил новое веяние жизни и в своих стихах предвосхитил XX век, начав удивительную игру со словом, которую еще не знала поэзия» [12].

  • Первая особенность, которая роднит импрессионизм в живописи и лирику Фета – предмет изображения, стремление зафиксировать впечатление от мига, в котором отразилось движение жизни, ее текучая форма, переливы настроений, «трепет жизни». П.Н.Кудрявцев сравнивает стихотворения Фета с ноктюрнами Шопена. Сердце поэта «не утерпит и отзовется на всякий звук в природе, откликнется на всякий призыв ее, принесет ли его теплая ночь или свежее весеннее утро, зимний, снегом белеющий вечер или зноем дышащий воздух жаркого летнего дня» (Цит. по ст. Г. Г. Елизаветиной, с. 151). Например, в одноименном стихотворении поэт изображает бабочку – «весь бархат…» «с его живым миганьем». Это «живое миганье» больше всего интересует поэта, поэтому он стремится его запечатлеть. Картины импрессионистов рассказывают о радости жизни, о красоте природы, о мимолетных состояниях души. Фет – единственный из великих русских поэтов, убежденно и последовательно (за единичными исключениями) ограждавший свой художественный мир от социально-политических проблем [66].

  • Боткин пришел к выводу, что Фет – «поэт ощущений» и в уже знакомом «он дал … почувствовать… множество превосходных подробностей и частностей, остававшихся доселе скрытыми» (Цит. по ст. Г. Г. Елизаветиной, с.156).

  • Вторая особенность – содержание и цель искусства. В русском литературоведении теория «чистого искусства», или «искусство для искусства», объявила красоту единственным содержанием и конечной целью искусства.

А.А. Фет утверждал, что художнику дорога только одна сторона предметов – их красота.«Свобода» (независимость творческая, свобода вдохновения) – главное, определяющее понятие в поэзии «чистого искусства». Поклонение красоте – лейтмотив всего творчества Фета.

  • Пейзажи в стихотворениях Фета воздушны, в них много света, они как бы просвечивают насквозь (пахнуло, дышит, дымка, туманный пар, прозрачный воздух, воздух плывет, изменчивый лик, месяц глядит между длинных ветвей). Фетовский пленэр близок к импрессионистическому видению мира.

Способность передать яркость, красочность природы (пурпур, серебро, янтарь, сиянье, синева) – это третья особенность стихов Фета и полотен импрессионистов.

  • Четвертая особенность тождество человека и природы. Природа любит не вместо человека, а вместе с человеком. Уловление связи между «любовью и снегом» было новшеством, равным и для прозы и для поэзии. Л. Озеров писал об этом: «В эпоху Фета так не говорили: «тающая скрипка», «овдовевшая лазурь», «травы в рыдании», «ясный воздух сам робеет на мороз дохнуть», «в нем слишком много слез»… Это было дерзко и в известной степени вызывающе. В послании к В. С. Соловьеву поэт пишет:

Ты изумляешься, что я еще пою,

Как будто прежняя во храм вступает жрица,

И, чем-то молодым овеяв песнь мою,

То ласточка мелькнет, то длинная ресница.

Фет дает поражающую современным видением мира строку: «То ласточка мелькнет, то длинная ресница». Строку, в которой зрительные и душевные связи устанавливаются путем сведения воедино самых далеких ассоциаций. Мелькание ласточки и моргание ресниц помогают установлению более глубоких связей времени. Фет тем самым показал новые ассоциативные возможности русской поэзии и открыл ранее неведомые ей пути.

А. А. Фет считал: «Назначение поэта – быть соединительным звеном между разрозненными частями мира и человеческими душами. Под новизною я понимаю не новые предметы, а новое их освещение волшебным фонарем искусства» [66].

Подводя итоги, мы можем выделить следующие признаки импрессионизма в лирике Фета:

  • стремление передать впечатление от мимолетных явлений жизни, показать мир в его подвижности, изменчивости; зафиксировать нюансы чувств;

  • тождество состояния природы и внутреннего мира человека;

  • способность передать красочную прелесть природы, богатство человеческой души;

  • поиск новых способов поэтической выразительности.


Алфавитный указатель проанализированных стихотворений

  1. Бабочка

  2. «Барашков буря шлет своих…»

  3. «Благовонная ночь, благодатная ночь…»

  4. «Блеском вечерним овеяны горы…»

  5. «В вечер такой золотистый и ясный…»

  6. «В дымке-невидимке…»

  7. Весенний дождь

  8. «Вот и летние дни убавляются…»

  9. «Вчера расстались мы с тобой…»

  10. «Глубь небес опять ясна…»

  11. Горячий ключ

  12. «День проснется – и речи людские…»

  13. «Дул север. Плакала трава…»

  14. «Ель рукавом мне тропинку завесила…»

  15. «Есть ночи зимней блеск и сила…»

  16. «Жду я, тревогой объят…»

  17. «Жизнь пронеслась без явного следа…»

  18. «За горами, песками, морями…»

  19. Ива

  20. «Из дебрей туманы несмело…»

  21. «Измучен жизнью, коварством надежды…»

  22. «Как богат я в безумных стихах!..»

  23. «Как нежишь ты, серебряная ночь…»

  24. «Кляните нас: нам дорога свобода…»

  25. К ней

  26. Кукушка

  27. Ласточки

  28. Лес

  29. «Летний вечер тих и ясен…»

  30. «Людские так грубы слова…»

  31. «Моего тот безумства желал, кто смежал…»

  32. «Молятся звезды, мерцают и рдеют…»

  33. Море и звезды

  34. «Мы встретились вновь после долгой разлуки…»

  35. «Над озером лебедь в тростник протянул…»

  36. На рассвете

  37. «Не отнеси к холодному бесстрастью…»

  38. Ничтожество

  39. «Ночь и я, мы оба дышим…»

  40. «Ночь лазурная смотрит на скошенный луг…»

  41. «Одним толчком согнать ладью живую…»

  42. «О, как волнуюся я мыслию больною…»

  43. «Опавший лист дрожит от нашего движенья…»

  44. «Опять осенний блеск денницы…»

  45. Осенняя роза

  46. Осень («Как грустны сумрачные дни…»)

  47. «Прости! Во мгле воспоминанья…»

  48. Псевдопоэту

  49. «Светил нам день, будя огонь в крови…»

  50. «С гнезд замахали крикливые цапли…»

  51. «Сегодня все звезды так пышно…»

  52. Сентябрьская роза

  53. «Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали…»

  54. Смерти («Я в жизни обмирал и чувство это знаю…»)

  55. «Солнце садится, и ветер утихнул летучий…»

  56. С. П. Хитрово

  57. Среди звезд

  58. «Страницы милые опять персты открыли…»

  59. «Теснее и ближе сюда!..»

  60. «Только в мире и есть, что тенистый…»

  61. «Томительно-призывно и напрасно…»

  62. «Ты видишь, за спиной косцов…»

  63. «Ты отстрадала, я еще страдаю…»

  64. «Ты помнишь, что было тогда…»

  65. «Тяжело в ночной тиши…»

  66. Угасшим звездам

  67. У окна

  68. «Устало все кругом: устал и цвет небес…»

  69. «Учись у них – у дуба, у березы…»

  70. «Что за звук в полумраке вечернем? Бог весть…»

  71. Шопену

  72. «Я потрясен, когда кругом…»

  73. «Я пришел к тебе с приветом…»

  74. «Я тебе ничего не скажу…»

  • Афанасий Афанасиевич Фет. Биография. Лирика // Русская словесность. – М., 1996. - № 4. - С. 87-91.