Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Музыкальный альманах




страница1/9
Дата24.01.2017
Размер1.99 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9


Омский государственный университет им Ф.М. Достоевского
Факультет культуры и искусств



МУЗЫКАЛЬНЫЙ АЛЬМАНАХ

Выпуск 2

Омск


2015

УДК 78


ББК 85.31

Г20


 

Редакционная коллегия

Н. П. Монина, канд. филос. наук, доцент(отв. ред.);

В. Д. Осипова, доцент, член Союза композиторов России (отв. ред.);

Т. И. Чупахина, канд. филос. наук, доцент;

Л. Р. Фаттахова, канд. искусствоведения, доцент (отв. ред.).
 

    Гармония. Музыкальный альманах / Сост. В. Д. Осипова, Т. И. Чупахина; редкол.: Н. П. Монина, В. Д. Осипова, Т. И. Чупахина, Л. Р. Фаттахова. Омск: ЛИТЕРА, 2015. Выпуск 2. - 92 с.

       ISBN 978-5-906666-60-4
Второй выпуск Музыкального альманаха «Гармония» продолжает публикацию статей преподавателей факультета культуры и искусств Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского. Новое тысячелетие демонстрирует активный поиск документов и иных фактологических материалов, поиск новой парадигмы в изучении проблем отечественной композиторской школы и русской музыкальной культуры в целом. Это позволяет по-новому оценить некоторые исторические и современные процессы в музыкальной культуре России.

Основная тема представленных статей – размышления об отечественной музыкальной культуре рубежа XIX – XX веков, о музыке русских композиторов, её месте в пространстве мирового искусства. Издание предназначено для профессиональных музыкантов, студентов музыкальных вузов и любителей музыкального искусства в его различных проявлениях.


УДК 78


ББК 85.31

       ISBN 978-5-906666-60-4


© ФГБОУ ВПО ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, 2015

© Издательство «ЛИТЕРА», 2015



ОГЛАВЛЕНИЕ


ПРЕДИСЛОВИЕ. От классики к современности……..





МУЗЫКОВЕДЕНИЕ

Л. Р.  Фаттахова. Из истории русской певческой палеографии


В. Д.  Осипова. Русские композиторы о музыке и «тайнах композиторского ремесла» (А. К. Глазунов, И. Ф. Стравинский)…




Е. Э. Комарова. Религиозный вектор развития отечественной музыки в творчестве композиторов XX столетия…. …………………………………




Н. В. Даренская. Неоклассика Джорджа Баланчина (на примере балетов русских композиторов)





ФИЛОСОФИЯ И КУЛЬТУРОЛОГИЯ
Раздел 1. Философия
Т.. И. Чупахина. Философская направленность музыкального мышления

А. Н. Скрябина






Г. В.  Волощенко. Древневосточные истоки философии А. Н. Скрябина...




С. В. Камышникова. Эзотерические аспекты русского музыкального искусства начала XX века




Е. Н. Гаврилова. Философско-эстетические взгляды А. Н. Скрябина в контексте культуры рубежной эпохи






Раздел 2. Культурология





Н.  П.  Монина. Базовые ценности русской культуры в порубежные эпохи




М. А. Белокрыс. Российская музыкальная педагогика: столичные центры и культура сибирской провинции (к 150-летию Московской консерватории)





МУЗЫКАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И ПЕДАГОГИКА

Е. А. Подшивалова. Воспитательно-педагогические принципы российской педагогики в формировании личности музыканта




С. А. Чупахин, Т. И. Чупахина. Актуальные проблемы баянного исполнительства в России




Т. В.  Дубянская, А. А.  Дубянский. Русские народные инструменты как элемент национальной культуры России



П. А. Окунев. Вторая сюита для двух фортепиано op.17 С. В. Рахманинова: история создания и опыт исполнительского анализа





ПАНОРАМА
Бенджамин Тильмен. Пересекая границы

Перевод И. Н.  Нехаевой………






СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ






ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ ………………………………………






ПРЕДИСЛОВИЕ
Второй выпуск Музыкального альманаха «Гармония» посвящён отечественной музыкальной культуре рубежа XIX–XX веков. Выбор темы далеко не случаен. Начиная с 30-х годов XIX века (с творчества М. И. Глинки), русская музыка вступила в классический период своего развития. И уже вскоре, во второй половине XIX столетия явила мировому музыкальному сообществу великие оперы и духовные сочинения, симфонии и кантаты, вокальные циклы и балеты. Наступивший рубеж XIX–XX веков стал особым временем в истории русского искусства, в том числе музыкального. Столкновение и взаимодействие в нём глобальных достижений русской музыкальной классики (уже становящихся историей) с новейшими стилевыми направлениями стало характерным признаком эпохи Серебряного века. В художественную жизнь «вторгались» новые мировоззренческие взгляды и философские течения, инициирующие активные искания в образной сфере, в освоении необычных форм и приёмов работы с музыкальным материалом.

Это время стало притягательным для современных исследователей музыкальной культуры России. Изучение происходящих в те далёкие времена процессов помогает понять, как искали свой путь в искусстве композиторы, жившие сто лет назад, на рубеже XIX–XX веков. Может показаться, что авторы Музыкального альманаха, обращаясь к творчеству отечественных музыкантов, рассматривают лишь частные вопросы «мощного потока» русской культуры. Но, на наш взгляд, из отдельных наблюдений складывается целостное представление о современных проблемах отечественной культуры, формируется коллективный взгляд авторов альманаха на музыкальное наследие, которое нам доверено хранить.

2015 год напомнил современному музыкальному сообществу о многих памятных датах, некоторые из которых нашли отражение в материалах Музыкального альманаха. В их числе юбилейные даты: 150 лет со дня рождения А. К. Глазунова и 150-летний юбилей, который будет отмечать в следующем году Московская государственная консерватория. Есть и скорбные даты – прошло сто лет после кончины русских композиторов С. И. Танеева и  А. Н. Скрябина, чьи сочинения и интереснейшие эксперименты до сих пор привлекают многочисленных слушателей и исследователей.

Второй выпуск альманаха – дань уважения его авторов отечественной музыкальной культуре классического периода и не менее яркой и притягательной для музыкантов эпохе Серебряного века. Стремительно меняющийся музыкальный мир «подсказывает» темы, привлекательные для современного исследователя. Поэтому в альманахе есть статьи, возвращающие читателя к отдалённым по времени истокам отечественной музыки, оцениваемых, естественно, с позиций ХХ века. С другой стороны, часть публикаций – своеобразный «взгляд в будущее» отечественной культуры, отражающий желание авторов понять, как «проросли» творческие устремления начала прошлого века в нашу современность, в музыку рубежа ХХ–XXI столетий.

Во второй выпуск Музыкального альманаха включены работы преподавателей, творческие интересы которых отвечают предложенной для обсуждения проблематике. Многие из авторов статей целенаправленно работают над представляемыми темами, имеют публикации, защитили кандидатские диссертации. Во втором выпуске альманаха сохранена структура первого выпуска. Публикуемые статьи логично включены в разделы: Музыкознание, Философия и культурология, Музыкальная психология и педагогика, Панорама.

Раздел Музыкознание представлен статьями, в которых дан своеобразный «срез» с музыкальных событий достаточно протяжённого исторического периода. Авторы альманаха обращаются к исследованию процессов, происходивших в русской музыке на рубеже XIX–XX веков, опираясь при этом на все значимые достижения прошедших столетий.

Открывающая раздел статья Фаттаховой Л. Р. «Из истории русской певческой палеографии» – источниковедческая работа по изучению древних русских нотных рукописей. Представленные материалы возвращают читателя к истокам отечественной музыки, впитавшей в себя, как известно, наиболее яркие черты веками развивавшейся церковной национальной певческой традиции. Этот интонационный источник до сих пор «питает» современную интонационную кладовую отечественной музыки.

Статья Осиповой В. Д. «Русские композиторы о музыке и «тайнах композиторского ремесла» знакомит читателя с эпистолярным наследием А. К. Глазунова и И. Ф. Стравинского сквозь призму высказываний композиторов о притягательной силе искусства музыки и «тайнах» оркестрового письма. Именно по отношению к богатству и разнообразию оркестровых красок найдены «точки соприкосновения», сближающие двух великих русских музыкантов, называемых некоторыми историками музыки «стилевыми антиподами». В 2015 году исполняется 150 лет со дня рождения А. К. Глазунова, публикуемая статья – дань таланту композитора и его заслугам в сохранении педагогических традиций Петербургской консерватории, директором которой он был в сложные для российского образования 1905-1928 годы.

Работа Комаровой Е. Э. «Религиозный вектор развития отечественной музыки в творчестве композиторов XX столетия» связана с более близкими к современности музыкальными проблемами. Автор, рассматривая творческую судьбу композиторов, оказавшихся волею обстоятельств на чужбине (С. В. Рахманинова, И. Ф. Стравинского, С. С. Прокофьева), обращается к проблеме православной тематики в русской музыке. Напомним, что религиозно-духовная составляющая всегда присутствовала в сочинениях русских композиторов, в том числе в музыкальной классике XIX – начала XX века, включая периоды кризисов в сложные годы непринятия такого рода сочинений и запретов на их исполнение. Намечая «религиозный вектор» современной отечественной музыки (на примере творчества А. Караманова и С. Толстокулакова), автор работы обращает внимание исследователей на значимость данной проблемы.

Завершает раздел статья Даренской Н. В. «Неоклассика Джорджа Баланчина (на примере балетов русских композиторов)». Автор рассматривает проблему взаимоотношений искусства балета с новыми, характерными для начала XX века неоклассическими принципами постановок сценических музыкальных жанров. Именно в балете и опере композиторам и постановщикам удавалось в новых условиях XX века представлять слушателю-зрителю театральные спектакли, в которых классические традиции соседствовали с новыми взглядами на красоту танца, музыки, оформительских эффектов и др. Статья посвящена открытиям в балетных спектаклях, постановщиком которых был известный балетмейстер XX века Джордж Баланчин. В основе статьи – анализ постановок Баланчиным балета «Аполлон Мусагет» И. Ф. Стравинского и балета «Серенада» на музыку П. И. Чайковского «Серенада для струнного оркестра».

Наиболее крупная по количеству статей и разнообразная по тематике часть Музыкального альманаха – Философия и культурология. Она состоит из двух взаимодополняющих разделов.

Раздел Философия представляет собой своеобразное «приношение» А. Н. Скрябину, дань уважения его философским и музыкальным исканиям в области воплощения в музыке образов «высшей утончённости» и «высшей грандиозности», по выражению самого композитора. Прошло сто лет со времени кончины А. Н. Скрябина, и мы с удовлетворением можем наблюдать, что его мировоззренческие идеи, поиски адекватных средств музыкальной выразительности, его необычные представления о соединении искусства музыки с элементами других искусств не перестают привлекать многочисленных последователей композитора-новатора. Четыре представленные в Альманахе статьи, раскрывающие истоки философии Скрябина, эзотерические черты в его творчестве, философскую направленность музыкального мышления композитора, вводят читателя в круг одной из интереснейших проблем в искусстве ХХ века. Напомним, что несмотря на то, что ещё в XVIII веке Российская академия наук известным официальным актом «похоронила» идею соединения в искусстве звука и цвета, деятельность Скрябина в этом направлении на рубеже XIX–XX веков дала мощный импульс для возрождения интереса к проблеме светомузыки и к дальнейшей её разработке. И сейчас имя Скрябина воспринимается как символ не повторенного никем «послания в будущее» – опыта композитора-экспериментатора в творчестве и цветомузыке.

Открывает раздел статья Чупахиной Т. И. «Философская направленность музыкального мышления А. Н. Скрябина». Анализируя работы отечественных философов и мировоззренческие теории представителей русского искусства, автор статьи рассматривает проблему диалектики творческих устремлений Скрябина-композитора, с одной стороны, и его философской позиции по вопросам смысла жизни, свободы личности и творчества. Работа Чупахиной Т. И. наполнена пафосом высказываний композитора-философа о стремлении человека к красоте и радости, к созиданию и мужественным свершениям во имя великих целей.

Статья Волощенко Г. В. «Древневосточные истоки философии А. Н. Скрябина» обращена к ещё одной составляющей такой многогранной личности, как Скрябин. Тема статьи – интерес композитора к востоку, к древнеиндийским трактатам религиозно-философского характера, обусловленный, по мнению автора, средоточием в них не только мудрых мыслей, но и мистических представлений. Возможно, это было важно для философского осмысления «Мистерии», задуманной композитором, занимавшей его воображение в течение всей жизни.

Камышникова С. В. в статье «Эзотерические аспекты русского музыкального искусства начала XX века», опираясь на современные научные исследования, рассматривает влияние эзотерических теорий (в том числе «Тайной доктрины» Блаватской) на мировоззрение А. Н. Скрябина. Идея синтеза искусств (так называемого «всеискусства»), религиозно-мистические учения, теософические теории были востребованы русским обществом, интересовали учёных, художников, музыкантов. По мнению автора, мир, «не вмещающийся в логические конструкты», особенно привлекал Скрябина и ярко проявился в творчестве композитора.

Завершает раздел статья Гавриловой Е. Н. «Философско-эстетические взгляды А.Н. Скрябина в контексте культуры рубежной эпохи». Автор, анализируя особенности культурной среды рубежного периода, обращает внимание читателя на то, что мировоззренческие идеи и близкие ему музыкальные направления композитор рассматривал сквозь призму собственного, довольно специфического мышления, в основе которого – вера в добро, счастье и духовную свободу человека.

В раздел Культурология включены две работы.

Монина Н. П. в статье «Базовые ценности русской культуры в порубежные эпохи» «красной нитью» проводит мысль о том, что для «поколения рубежа» особенно важно в порубежную эпоху сделать правильный выбор. Вывод автора статьи однозначен: «только архетипические, базовые, фундаментальные основания любой цивилизации есть гарантия ее выживания и сохранения за собой места в истории». Этот мировоззренческий вывод экстраполирован в статье на область национальной культуры порубежной эпохи XX–XXI веков, на современную отечественную культуру и её духовные ценности.

Белокрыс  М. А. в статье «Российская музыкальная педагогика: столичные центры и культура сибирской провинции (к 150-летию основания Московской консерватории)» обращается к судьбам воспитанников Московской консерватории, сыгравших заметную роль в формировании музыкальной культуры сибирской провинции, в частности Западной Сибири и города Омска. Посвящая статью предстоящей в 2016 году юбилейной дате, автор подчёркивает, что благодаря «посланцам» консерватории в крае активизировалась концертная жизнь, получили развитие музыкальное просветительство и музыкально-критическая деятельность местных музыкантов. Передовые принципы исполнительской и педагогической культуры Alma mater выпускники консерватории успешно апробировали и утверждали в музыкальной культуре Сибири.

В разделе Музыкальная психология и педагогика авторы, обращаясь к личностям известных русских композиторов и учёных, анализируют отдельные произведения или направления творчества, рассматривают актуальные проблемы современной музыкально-исполнительской культуры. Опытные педагоги-исполнители делятся своими представлениями об интерпретации сочинений отечественных композиторов, высказывают надежду на возрождение былого значения в педагогике национальных традиций исполнительства, в том числе на русских народных инструментах.

В статье Подшиваловой Е. А. «Воспитательно-педагогические принципы российской педагогики в формировании личности музыканта» внимание сосредоточено на значении воспитательной функции педагога, которой зачастую подчинены профессиональные, в том числе методические моменты подготовки музыканта-исполнителя.

В совместной работе Чупахина С. А. и Чупахиной Т. И. «Актуальные проблемы баянного исполнительства в России» рассматриваются причины парадоксального, на первый взгляд, сосуществования противоположных тенденций. Авторы справедливо пишут о наблюдающемся ослаблении интереса к народным инструментам, в частности, к баяну. А с другой стороны, отмечают интенсивный рост профессионального мастерства исполнителей на баяне. Статья содержит интересный фактологический материал по развитию баянного исполнительства в Омской области, что позволяет авторам оптимистически оценивать будущее баянного искусства.

Дубянская Т. В. и Дубянский  А. А. в статье «Русские народные инструменты как элемент национальной культуры России» также обращаются к проблеме сохранения роли народных инструментов в отечественной музыкальной культуре. В связи с этим авторы подчёркивают важность построения современной модели образовательного процесса на основе многовековых музыкальных (исполнительских) традиций русской культуры.

Работа Окунева П. А. «Вторая сюита для двух фортепиано op. 17 С. В. Рахманинова: история создания и опыт исполнительского анализа» содержит сведения о некоторых интересных фактах в процессе создания и исполнения сюиты. Наблюдения об интонационных и образных «перекличках» сюиты с сочиняемым в те же годы Вторым концертом для фортепиано с оркестром, безусловно, могут помочь исполнителям в трактовке достаточно редкого для русской музыки жанра – «двухрояльной» сюиты Рахманинова.

Завершает Второй выпуск Музыкального альманаха публикация статьи Бенджамина Тильмена «Пересекая границы» (в переводе И. Н. Нехаевой). Автор публикации, удачно сохраняя своеобразную стилистическую (в жанре эссе) манеру Бенджамина Тильмена, знакомит читателей Музыкального альманаха с новой для последних десятилетий проблемой художественных границ искусства, границ, отделяющих искусство от не-искусства.

Отечественная музыкальная культура предшествующих столетий столь объёмна, значима, прекрасна, что вполне закономерно и понятно обращение авторов Музыкального альманаха к теме национального музыкального наследия. Понятно и стремление сохранить, приумножить то лучшее в музыкальной культуре, что, по мнению Л. Мельникаса, « как бы является инвестицией великого достояния прошлого в человека настоящего, приобщением его к вечно творимому идеально прекрасному».

В.Д. Осипова,

музыковед, член Союза композиторов России

МУЗЫКОВЕДЕНИЕ
Л. Р. Фаттахова
ИЗ ИСТОРИИ РУССКОЙ ПЕВЧЕСКОЙ ПАЛЕОГРАФИИ
Музыкальная культура Древней Руси представлена большим количеством дошедших до наших дней письменных источников – певческих богослужебных рукописей. Эти музыкальные памятники изучаются с помощью певческой палеографии.

Палеография, по определению Л..В..Черепнина, – «одна из вспомогательных исторических дисциплин, изучающая внешние признаки рукописных памятников (знаки письменности, писчий материал <...>) в историческом развитии с целью определения места и времени их возникновения <...>, установления подлинности» [1, с. 11]. Палеографы исследуют историческую трансформацию графических форм букв, письменных знаков, пропорции их составных элементов, виды и эволюцию шрифтов, систему сокращений и их графическое обозначение, материал и орудия письма. В сферу интересов палеографии входит также изучение систем тайнописи (криптографии), вязи (особого вида декоративного письма), украшений (орнамента), водяных знаков бумаги (филиграней), формата, переплёта рукописей и т.д.

Аналитические приемы палеографии вырабатывались в Русском государстве, начиная с XV века, в сугубо утилитарных целях – для экспертизы документов, фигурирующих в судебных процессах. В XVII веке впервые была произведена систематизация палеографических наблюдений. Произошло это вследствие идеологической и политической борьбы официальной Русской Православной церкви и старообрядцев. Власти представили староверам якобы древние рукописи1, из которых следовало, что все дискуссионные вопросы между ними и государственной церковью были давно разрешены [1].

Монахи Выгорецкой пустыни (в районе Белого моря) под руководством Андрея Денисова скрупулезно изучили представленные документы и, удостоверившись в их подложности, составили убедительное опровержение, известное как «Поморские ответы». В этом труде отражается тщательный палеографический анализ2 рукописного текста, начиная от начертания букв, внешнего вида переплета и до состава чернил. Также было обращено внимание на разновременность языковых особенностей текста. Таким образом, «Поморские ответы» свидетельствуют о появлении научных приемов палеографического изучения рукописей [2].



Публикация и изучение памятников русской письменности в XVIII – начале XIX веков подготовили дальнейшее научное становление отечественной палео­гра­фии. Из наиболее значительных трудов этого времени можно назвать работы А. И. Ермолаева, К. Ф. Калайдовича, Е. А. Болховитинова (митрополита Евгения), который осуществил первое палео­гра­фи­че­ское описание древнейшей сохранившейся пергаменной грамоты Мстислава Великого новгородскому Юрьеву монастырю (1130 год), иссле­до­ва­те­ля и организатора археографических экспедиций П. М. Строева, А. Х. Востокова, В. М. Ундольского, П. И. Иванова, создателя первого опубли­ко­ван­но­го курса палео­гра­фии – И. П. Сахарова и др. [1]. Можно говорить о том, что в конце XIX – начале XX веков русская палеография становится системной научной и учебной вспомогательной исторической дисциплиной. В это время публикуются обобщающие теоретические иссле­до­ва­ния В..И. Срезневского, который дал анализ дати­ро­ван­ных памятников XI–XIV веков, А. И. Соболевского, изложившего историю русской и славянской руко­пис­ной книги и рассмотревшего эволюцию букв. Далее идет постепенное развитие дисциплины от решения вспомогательных задач к изучению письменности как явления культуры – учебники русской палеографии В. Н. Щепкина и Е. Ф. Карского, «Курс русской палеографии» М. Д. Приселкова. Курсы палео­гра­фии читаются в университетах и других учебных заведениях; среди их создателей – Ф. И. Буслаев, Н. С. Тихонравов, Д. И. Прозоровский, М. Н. Сперанский, И. В. Ягич, Р. Ф. Бранд, Н. М. Каринский и многие другие.

Музыкальная палеография – «область исторического музыкознания, специальная музыкально-историческая дисциплина. Изучает древние системы записи музыки, закономерности эволюции музыкальных знаков, модификацию их графических форм, а также памятники музыкальной письменности (главным образом певческие рукописи культового назначения) с точки зрения нотных систем, времени и места создания, авторства» [3]. В сферу интересов дисциплины входит также и изучение орнамента, филиграней, материала и формата музыкальных рукописей и т.д. Музыкальная палеография, также как и общая палеография, выполняет и источниковедческие функции выявления, описания, систематизации музыкальных памятников, определения их жанровой принадлежности, изучение эволюции самих жанров. Дисциплина входит как специфическая часть в историко-филологическую палеографию и использует сложившиеся в ней методы исследования.

Дисциплина изучает различные системы музыкальной записи: буквенные, цифровые, нотолинейные, использующие специальные условные знаки (экфонетические, невматические, знаменные и пр.). Конечная цель музыкальной палеографии – расшифровка различных систем музыкальной записи и их перевод на современную линейную нотацию. Поэтому важнейшей практической задачей музыкальной палеографии является разработка научно обоснованных приёмов и методов для прочтения музыкальных текстов древних рукописей, раскрытие интонационно-образных особенностей музыкального языка разных эпох. В связи с этим эта дисциплина в историческом аспекте исследует семантику музыкального письма, в том числе проблемы кодирования музыкальной информации.

Музыкальная палеография решает также ряд проблем общеисторического и музыкального порядка: генезиса систем музыкальной записи, их классификации и взаимодействия в процессе эволюции, характера этой эволюции, взаимодействия словесного и музыкального текстов, интонационно-образных связей музыкальной культуры письменной традиции и фольклора, методологии исследования рукописных музыкальных памятников [3].



Таким образом, музыкальная палеография как научная дисциплина формируется на стыке исторического музыкознания, палеографии и музыкального источниковедения, поэтому в ней сочетаются методы палеографического, музыкально-аналитического и музыкально-исторического исследования, используются теоретические разработки и приёмы статистики, теории информации и других наук и дисциплин.

Изучение музыкального рукописного материала проходит следующие технологические стадии [3]:

– источниковедческую (выявление памятника, его описание и классификация);

– общепалеографическую (палеографическое исследование рукописи: внешние особенности, датировка, авторство, сохранность, характер письма словесного и музыкального текстов, пагинация и т.д.);

– музыкально-палеографическую (особенности соотношения словесного и музыкального текстов, классификация системы музыкальной записи, сравнительный анализ и систематизация графических комплексов и элементов музыкальной записи и т.п.). Музыкально-палеографическая стадия исследования предусматривает использование сравнительно-исторического, музыкально-теоретического, математического и иных методов, круг которых расширяется по мере накопления материала и развития самой музыкальной палеографии как музыкально-технологической дисциплины.

Итоги музыкально-палеографических исследований находят отражение в публикациях, включающих факсимильные издания музыкальных памятников с комментариями, которые нередко содержат методики расшифровки и переводов музыкального текста на линейную нотацию.



Как отдельная наука музыкальная палеография начала складываться в Европе в 50-е годы XIX века. Основополагающее значение для ее развития имели труды Э..А..Кусмакера, изучавшего средневековую европейскую музыкальную письменность. Большой вклад в изучение и расшифровку невменного письма внесли X. Риман, О..Флейшер, П. Й. Вагнер, П. Ферретти, Ж. Хандшин, Э. Яммерс и др. [4, с. 407].

Русская певческая палеография зарождается в середине XIX века с началом исследования славяно-русских певческих рукописных памятников XII – начала XVIII веков (октоихи, ирмологии, обиходы, стихирари, кондакари и др.), содержащие невменные системы музыкальной записи: кондакарную, столповую, путевую и др. Русская музыкальная палеография рассматривает также и нотолинейное письмо (так называемое «киевское знамя», особенности которого до сих пор полностью не изучены) и знаменно-нотолинейные рукописи конца XVII – начала XVIII веков («двоезнаменники», позволяющие осуществлять сравнительный анализ двух семантически различных систем кодирования музыкальной интонации).

Наиболее ранние исследования принадлежат В..М..Ундольскому (1846) и И..П..Сахарову (1849). Музыкально-палеографическими исследованиями занимались В. Ф. Одоевский и В. В. Стасов. Новым этапом, давшим важные исторические обобщения и научную систематизацию материала, явились труды Д. В. Разумовского. Большой вклад в разработку проблематики русской певческой палеографии внесли С. В. Смоленский, В..M. Металлов, А. В. Преображенский, а в последующее время – В. М. Беляев, М. В. Бражников, Н. Д. Успенский и др. Проблематикой русской певческой палеографии занимались и зарубежные исследователи: Э. Арро, И. Гарднер, Э. Кошмидер, М. Велимирович, Р. Паликарова-Вердей, О. Странк, К. Флорос, К. Леви и др.

Одним из основоположников современной научной школы русской музыкальной палеографии является музыковед, медиевист, композитор Максим Викторович Бражников (1904–1973). Древнерусское певческое искусство и музыкальную палеографию он начинает изучать под руководством А./В..Преображенского, итогом чего становится его первая научная работа «Опыт исследования старинного русского крюкового письма по рукописям XVII в.» (1928 год). После смерти А. В. Преображенского с 1929 по 1931 Бражников читает курс «Памятники древнерусской музыки» в Ленинградской консерватории и курс музыкальной палеографии в ГИИИ [5, с. 80; 6]. Позже ученый разрабатывает специальный курс по музыкальной палеографии для  студентов-музыковедов, который вёл в Ленинградской консерватории с 1969 до конца жизни.



Научные труды Бражникова являются продолжением изучения и расшифровки древнерусских крюковых рукописей. Исследователь впервые предлагает способы датировки крюковых начертаний и их классификацию, детально изучает и систематизирует виды знаков мелизматического певческого стиля (лица и фиты), устанавливает принципы расшифровки 2-, 3- и 4-голосных знаменных партитур. Бражникову принадлежат описания крюковых рукописей XII-XIX вв., расшифровки знаменной нотации, публикации памятников певческого искусства.

Бражников сформулировал само понятие русской певческой палеографии как научной дисциплины (ранее многие её аспекты рассматривались русской семейографией или церковно-певческой археологией), разработал методику описания певческих рукописей, предложил палеографическую периодизацию знаменного письма, основанную на изменении графики знамен.

Благодаря исследованиям М. В. Бражникова, в отечественную культуру была введена древнерусская музыка. Впервые песнопения Древней Руси, расшифрованные исследователем, прозвучали на Международном конгрессе Старинной музыки в Польше (1966 год). И это событие послужило началом нового этапа бытования феномена русской старинной музыки. С выходом публикаций расшифровок памятников древнерусского церковного искусства они начинают звучать на радио, в концертах, записываются на грампластинки. Композиторы – Г. Свиридов, Ю. Буцко, А. Шнитке, С. Слонимский и др., – используют их в своем творчестве. Сам Бражников сочиняет фортепианный и скрипичный концерты на темы знаменных песнопений.

К сожалению, многие исследования Бражникова оставались неопубликованными при жизни, такие как «Многоголосие знаменных партитур», «Благовещенский кондакарь», «Лица и фиты знаменного распева», «Христофор. Ключ знаменной. 1604», «Большой знаменный распев. Евангельские стихиры. Перевод Федора Крестьянина» «Русская певческая палеография», статьи о древнерусской музыке, Словарь древнерусских музыкальных терминов, описания большого количества певческих рукописей из собраний Москвы, Санкт-Петербурга, Новгорода.

На современном этапе развития музыкальной палеографии наиболее актуальными стали источниковедческие, методологические и музыкально-палеографические проблемы. Много нерешенных вопросов остается по систематизации и классификации русских музыкальных памятников, эволюции певческих жанров; не решена проблема происхождения русской системы музыкальной записи как со стороны синтактики, так и со стороны семантики.

Одной из главных проблем русской певческой палеографии является расшифровка знаменного письма беспометного периода. В научно-исследовательской литературе определились два различных подхода к решению этой задачи. Один из них – путь «от известного к неизвестному», то есть от позднейших видов крюковой нотации, имеющих относительное звуковысотное значение («пометное» и «призначное» письмо), к более ранним и до сих пор полностью не расшифрованным. Этот метод был выдвинут Смоленским, позже его применяли В. Металлов, М. Бражников, а за рубежом – И. Гарднер. Другую линию проводят некоторые западные учёные (М. Велимирович, О. Странк, К. Флорос, К. Леви), они основываются на сравнении старейших видов знаменного и кондакарного письма с палеовизантийской нотацией. Ни один из этих методов в отдельности не может привести к окончательному решению вопроса, и для достижения научно мотивированного результата необходимо их взаимодействие.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9

  • МУЗЫКАЛЬНЫЙ АЛЬМАНАХ Выпуск 2 Омск 2015
  • Редакционная коллегия
  • ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
  • МУЗЫКОВЕДЕНИЕ Л . Р. Фаттахова. Из истории
  • ФИЛОСОФИЯ И КУЛЬТУРОЛОГИЯ
  • МУЗЫКАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И ПЕДАГОГИКА
  • МУЗЫКОВЕДЕНИЕ Л. Р. Фаттахова ИЗ ИСТОРИИ РУССКОЙ ПЕВЧЕСКОЙ ПАЛЕОГРАФИИ