Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Мила Серебрякова Бойтесь своих желаний




страница4/16
Дата09.01.2017
Размер2.49 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

ГЛАВА 4

Воскресенье, благодаря закидонам Розалии Станиславовны, было перенасыщено событиями. Утром свекровь умудрилась сломать духовой шкаф, днем по ее милости бедный Парамаунт выскочил из коттеджа и от страха забрался на макушку березы, откуда его потом несколько часов пытались снять Натка с Катариной, а вечером Розалия устроила домочадцам разбор полетов. Ее Леопольд, позвонив по мобильнику, предупредил, что сегодня никак не получится встретиться, посему запланированную ранее поездку в ресторан придется отложить. О! Что здесь началось! Обвиняя всех и каждого в неудавшемся вечере, свекровь неистовствовала до тех пор, пока Арчибальд, очумев от ее сиплого ора, не клюнул Катку за мочку уха.

Взвизгнув, Катарина помчалась в ванную, Натали неслась следом.

Перепуганная Розалия замыкала шествие.

– Детка, это к счастью, – бормотала свекровь. – Поверь, Арчи тяпнул тебя не со зла.

– Ой, а кровищи то сколько, – причитала Натали. – Катуш, давай «Скорую» вызовем.

– Не позорься, где ты видишь кровь? Подумаешь, небольшая царапина, до свадьбы заживет. Детка, приложи к ране ватку, смоченную в перекиси водорода.

– Это из за вас Арчи озверел.

– Не переводи на меня стрелки, во всем виноват Леопольд. А вернее, его работа!

Прижимая ватный тампон к уху, Катка усмехнулась.

– Можно сказать, мне повезло, в противном случае я могла остаться без правого уха.

– Болит? – обеспокоено спросила Наталья.

– Немного тянет.

– Боевые ранения украшают женщину, – выдала Розалия и, поняв, что сморозила откровенную глупость, добавила: – В некоторых странах, но не у нас. Ты стала похожа на больную мартышку, и в этом есть свои плюсы.

– Интересно узнать, какие именно?

– Ну, у тебя появится отсутствовавший ранее шарм.

– Я хочу побыть одна. – Копейкина отвернулась.

– Понимаю. Натали, уходим.

– Я все таки настаиваю, чтобы Кату осмотрел врач.

– Он ее осмотрит, когда придет время, а пока пошли вниз. Давай, давай, вываливайся из ванной. Детка, мы ушли, нас уже нет. Но помни, если тебе понадобится наша помощь или наша моральная поддержка, ты можешь смело, в любое время дня и ночи, звать Наталью. Она примчится в мгновение ока.

До двух ночи Ката просидела в кресле с детективом в руках.

Дочитав роман до десятой главы, она поняла, что страшно проголодалась.

В принципе, в этом не было ничего удивительного, главный герой романа как раз оказался в заброшенном доме и услышал тихие шаги на втором этаже.

Момент, надо заметить, весьма и весьма напряженный. А у Катки с детства выработалась привычка, если она смотрит интересное кино или читает интересную книгу, то в самый захватывающий момент ее желудок начинает требовать вкусной пищи.

Отложив нетленку, Копейкина спустилась вниз. Персы уже тусовались возле холодильника. Накормив сначала прожорливых кошек, Катарина вытащила сыр, масло и листья салата. Нарезав хлеб, она соорудила нехитрые бутерброды и, наполнив стакан персиковым соком, вознамерилась вернуться в спальню, дабы узнать, кто же опередил героя и примчался в дом раньше него. У выхода из столовой Катка услышала чавкающий звук. По телу побежали мурашки.

– Кто здесь? Розалия Станиславовна, это вы?

Тишина.

– Наташ, ты?



– Не получишь орешков! Ты плохой мальчик! Сиди здесь и думай над своим поведением. Не получишь теперь вкусных орешков, – неслось из темноты гостиной.

Ката щелкнула выключателем.

Понурый Арчибальд сидел на спинке кресла и едва слышно бормотал:

– Плохой мальчик! Как тебе не стыдно! Ай яй– яй! Зачем ты укусил Катку? Плохой мальчик! Орешков не получишь.

Копейкина положила бутерброды на столик, а сама приблизилась к попугаю. Пернатый, вжав голову в плечи, искоса смотрел на нее своими янтарными глазками бусинками. В какое то мгновение Катарине даже показалось, что Арчибальд плачет.

– Арчи, ты чего? Я на тебя не сержусь. Ну, иди ко мне, маленький.

– Плохой мальчик. Орешков не получишь. Сиди и думай над своим поведением.

Взяв ару на руки, Ката прижала его к себе и зачастила:

– Ты хороший мальчик, и знаешь, что мы сейчас сделаем? Пойдем на кухню и поедим вкусных орешков.

Арчи оживился.

– Орешки! Орешки вкусные! – взмахнув крыльями, он пулей полетел в кухню.

Получив вожделенное лакомство, Арчи заметно повеселел и отблагодарил Катку в свойственной лишь ему одному манере.

– Твою мать! Наталья, приготовь мне ванну! Гламурный прикид! Бриллианты – лучшие друзья гламурных девушек!

– Ну и славненько. – Копейкина вернулась в гостиную, взяла сок, бутерброды и поднялась наверх. И лишь устроившись в кресле, она, к своему большому удивлению и разочарованию, обнаружила, что бутербродики несколько видоизменились. Намазанный маслом хлеб был, листья салата тоже присутствовали, а вот сыр бесследно исчез.

– Лизка! – выкрикнула Катка, топнув ногой. – Я тебе это припомню.

Спускаться вниз снова не хотелось, посему пришлось довольствоваться бутербродами с салатными листьями.

А на первом этаже, расположившись на мягком диване, довольная Лизавета, мурлыча в свое удовольствие, умывала упитанную мордочку.

В понедельник, справедливо полагая, что днем Олег на работе, Ката решила отложить визит до вечера.

Ровно в семь, выходя из лифта, она заметила хрупкую девчушку, стоявшую на лестничной клетке. Увидев Катку, юная особа быстро отвернулась и едва слышно всхлипнула.

Пожав плечами, Копейкина потянулась к звонку.

– Никого нет дома, – слабеньким голоском оповестила девушка.

– А ты тоже к Кореневым пришла?

– К ним.

– И давно стоишь?

– Уже час.

– Значит, будем ждать вместе, – Катарина поднялась на площадку и, улыбнувшись, представилась: – Я Катарина.

– Анфиса, – отозвалась худышка и вновь всхлипнула.

– Ты плакала?

Анфиса наморщила носик.

– Заметно?

– Честно говоря, да.

– А что толку от слез, уже все равно ничего не изменишь; как любит говорить моя бабушка, дело сделано, поздно пить боржоми.

– У тебя неприятности?

– Можно сказать и так.

– Я могу помочь?

Анфиса хихикнула.

– Вряд ли, мне теперь никто помочь не может. Поздно.

– Не пугай меня.

– И не собиралась. А вы родственница Кореневых?

– Нет, я приехала переговорить с Олегом.

– Ясно, – Анфиса достала из кармана платок и, не выдержав, разревелась.
– Эй, ты чего, что у тебя случилось? Расскажи.

– Я не знаю, что мне делать, мне очень страшно, а поделиться бедой не с кем.

– Поделись со мной.

Глотая слезы, девушка подняла на Катку большие глаза и пролепетала:

– Я беременна.

От неожиданности Копейкина отшатнулась.

– Беременна?

– На втором месяце. Вчера у врача была, она мне как сказала, я чуть сознание не потеряла. До дома еле дошла, думала, упаду прямо на улице. А дома мать с расспросами пристает, почему такая бледная, почему круги под глазами. Я стою, а что ответить – не знаю.

– Сколько тебе лет?

– Семнадцать. Вы меня осуждаете?

– И не думала.

– Осуждаете, – твердо проговорила Анфиса, – я по глазам вижу, просто вы сказать не решаетесь. И я вас понимаю, сама себе противна.

– Ну ну, не говори так, беременность – это еще не конец света.

– Для кого как. Если дети в браке рождаются, это одно, а в моем случае… уж лучше бы конец света наступил.

– А отец ребенка уже в курсе?

– Пока нет. Вот стою, жду, когда он соизволит домой заявиться, а я его и обрадую. Только наперед знаю, что за этим последует, пошлет он меня куда подальше и поминай как звали. Не нужна я ему с ребенком, бросит он меня.

Катку осенило.

– Хочешь сказать, отец малыша – Олег Коренев?

– Еще чего. Мы с Вовкой встречались.

Копейкина протерла вспотевший лоб. Да, ничего не скажешь, молодежь сегодня шустрая. Не успевают окончить школу, а уже перевоплощаются в родителей.

– Вовка меня любит, – шептала Анфиса, – а вот от ребенка откажется.

– Если любит, поймет.

– Не говорите глупости. Ему семнадцать лет, одно дело – крутить любовь просто так, без обязательств, и совсем другое – брать на себя ответственность. Кто ж добровольно согласится расстаться со свободой и ребенка нянчить. Нет, он меня отошьет, я точно знаю.

– Не нагнетай, сначала переговори с парнем, а уж потом делай выводы.

Анфиса с мольбой посмотрела на Кату и спросила:

– А вы мне что посоветуете? Рожать ребенка или на аборт идти?

Ката ответила, не задумываясь:

– Рожать!

– В моем возрасте?

– Ты, когда с Вовкой наедине оставалась, задумывалась о своем юном возрасте?

– Нет.

– Вот и сейчас о нем не думай. Все будет хорошо.



Анфиса закивала.

– Я аборт делать боюсь, при любом раскладе рожать придется. А то получится как у сестры старшей, потом всю жизнь локти кусать придется. Маринка в восемнадцать лет аборт сделала, а в двадцать замуж вышла. Сейчас ей двадцать девять, а она до сих пор родить не может. Врачи говорят, ей вряд ли когда нибудь удастся самой выносить ребенка.

Обняв Анфису за плечи, Ката начала говорить слова утешения. Девушка всхлипывала, согласно кивала головой, а потом вдруг выпалила:

– Если Вовка на мне не женится, я увеличу себе грудь.

– Здрасти, приехали, при чем здесь грудь?

– При том. У всех моих ровесниц грудь о го го, а у меня… сами видите. Это из за нее все мои проблемы.

– Ну, знаешь, размер груди не виноват в том, что ты станешь молодой матерью.

– Все равно, парни в первую очередь обращают внимание на грудь, а уж потом на все остальное.

Ката отстранилась.

– А что тебе больше нужно, чтобы на тебя обращали внимание все парни, или хочешь встретить одного единственного, которому будет глубоко наплевать на размер твоей груди?

– Хочу и того, и другого.

– Глупая. Запомни, ты можешь сделать грудь хоть пятого размера, но от этого ты не будешь счастливее. Поверь мне на слово.

– А вам откуда известно?

– Ты сама поймешь со временем, что главное не внешность.

– А внутренний мир, – перебила Анфиса. – Слышали мы эти сказки. Только на практике происходит все с точностью до наоборот. Красивым девчонкам с хорошими фигурами живется намного легче, чем нам… дурнушкам.

– Ты не дурнушка.

– Я лучше знаю.

– Легче живется тем, кто любит себя таким, какой он есть. А подгонять свое тело под сомнительные идеалы глупо и неразумно. Ты поймешь это с годами, я очень надеюсь, что поймешь. Скажи, тебе знаком хотя бы один человек, который после изменения внешности стал счастливее, чем раньше?

– Звезды шоу бизнеса.

– Это все показное, тогда как в действительности ты и понятия не имеешь, как на самом деле живут те, кому завидуют миллионы. Знаешь, как говорят, завидуют тогда, когда не знают всех подробностей. Поэтому мой тебе совет, выбрось из головы все глупости и сосредоточься на главном. У тебя на данный момент есть дела и поважнее. Согласна?

Анфиса в очередной раз шмыгнула носом.

– Да согласна я, согласна. Блин, ну где же Вовка, сколько можно ждать? Я не выдержу, у меня нервы на пределе.

– Позвони ему на мобильник.

– Звонила. Он недоступен.

Владимир Коренев – коренастый парень с прической ежик – появился на лестничной площадке спустя полчаса после исповеди Анфисы.

– Привет. – Он махнул рукой Анфисе, перевел взгляд на Копейкину, затем обратно на Анфису. – Фис, а ты чего здесь делаешь?

– Тебя жду.

– А мы с Пашкой в боулинг ходили.

– Телефон почему отключен?

– Так разрядился. А ты плакала, что случилось?

– Вов, давай пройдем в квартиру.

– Ну да, ну да, – быстро повторил парень, доставая связку ключей.

Анфиса сказала:

– Познакомься с Катариной, она к Олегу приехала.

– Брат придет домой часов в девять, – ответил Коренев. – Но вы можете его подождать.

– Я спущусь вниз, посижу в машине.

– Зачем же в машине, проходите в квартиру.

– Да, да, – Анфиса взяла Катку за руку, – проходите.

А когда Владимир прошел в коридор, Фиса прошептала:

– В вашем присутствии я буду не так сильно нервничать. Вы посидите на кухне, а мы с Вовкой поговорим в его комнате. В случае чего, – девушка запнулась, – поможете мне дойти до дома. Если он скажет, что ребенок ему не нужен, я…

– Хватит хандрить!

– Долго вы собираетесь стоять на площадке? – подал голос Владимир.

– Уже идем.

Положив руку Володе на плечо, Анфиса прощебетала:

– Нам с тобой надо серьезно поговорить.

– Может, сначала чайку?

– Нет, чай подождет. А хотя, пока мы разговариваем, Катарина может приготовить чайку. Катарина, вы согласны?

– Конечно. Где у вас ванная комната и кухня?

– Ванна там, кухня прямо по коридору.

Помыв руки, Катка прошла в двадцатиметровое помещение. Минут двадцать спустя она забеспокоилась. Чай давно готов, а из комнаты Владимира не доносится ни звука.

Интересно, что там сейчас происходит? Сказала Анфиса о беременности или нет?

Решив отправиться на разведку, Катарина на цыпочках подошла к двери.

Прислушалась. Казалось, в квартире, кроме нее, нет никого.

Ощутив неприятный осадок на душе, она несмело постучала.

– Володя, Анфиса, можно войти?

Ответом послужила гнетущая тишина.

Покрывшись испариной, Катка дернула за ручку и… замерла на месте.

Фиса с Вовкой стояли посреди спальни и, буквально задушив друг друга в крепких объятиях, страстно целовались.

От неловкости Копейкина начала кашлять.

Анфиса пришла в себя первой.

– Ой… извините, мы… заговорились.

– Я вижу, – Кату продолжал душить кашель.

– Я принесу воды, – спохватился Коренев.

Как только он рванул на кухню, Ката быстро спросила:

– Ну? Каков результат?

Фиса просияла:

– Все замечательно, Вовка так обрадовался, что станет папой, я даже прослезилась. Представляете, он меня не бросит, мы поженимся. У нашего ребенка будет настоящая семья.

Владимир появился сзади со стаканом в руках.

– Выпейте.

– Спасибо, мне уже лучше.

– А теперь не мешало бы и чайку попить, – повеселевшая Анфиса по хозяйски прошла на кухню. – Вов, у вас есть шоколадные конфетки?

– Для тебя всегда найдутся.

Чуть погодя, допив чай, Владимир обеспокоенно спросил:

– Катарина, а по какому вопросу вы приехали к Олегу?

– По личному.

Парень подался вперед.

– Что, неужели вы тоже… того…

– Что того?

– Беременны от Олега?

– Вовка, ты чего несешь! – одернула его Фиса.

– Так я просто спросил.

– Мне необходимо узнать у твоего брата кое– что о его бывшей девушке Татьяне Жучковской. Помнишь такую?

Коренев кивнул:

– Конечно, помню. Тогда чувствуйте себя как дома, хотите, еще чайку попейте, а мы с Фисой вас оставим. Фис, пошли ко мне, надо обмозговать, как Олегу во всем признаться.

– Ага ага, – девушка поспешно встала из за стола и, подмигнув Катарине, выпорхнула из кухни.

Олег – высокий мускулистый блондин – появился в родных пенатах в начале десятого.

Бросив на комод барсетку, он поздоровался с Фиской, потом покосился на Копейкину и, обращаясь к брату, пробасил:

– Я смотрю, у тебя гости. Веселитесь?

Владимир потупил взор.

– Ну, можно сказать и так. Правда, Катарина приехала к тебе.

– Ко мне? Вот так сюрприз, а разве мы знакомы?

– У нас есть общие знакомые, – вставила Катка и попросила Вовку с Фисой оставить ее наедине с Олегом.

– Я только руки помою и буду к вашим услугам.

Мытье рук затянулось на добрых десять минут. Ката уже подумала, что Олег заснул в ванной, и собиралась напомнить парню о своем присутствии, как Коренев предстал пред ее очами.

– Значит, тебя зовут Катарина? – спросил Олег, плюхнувшись на мягкое сиденье. – Красивое имя, да и ты сама тоже ничего.

– Я польщена.

Увидев на ее лице замешательство, Олег деловито изрек:

– Я тебя слушаю. О каких знакомых ты говорила?

– О Татьяне Жучковской.

Коренев напрягся.

– Та а ак, день прошел в напряжении и нервотрепке, а под вечер меня решили добить окончательно. Ты меня заинтриговала и удивила одновременно.

– Вы с Таней встречались на протяжении нескольких месяцев.

– Если быть совсем точным, то наша связь длилась три месяца и двадцать два дня.

– Недолго.

– К сожалению, так сложились обстоятельства.

– А можно узнать причину, по которой вы с Татьяной расстались?

– Задам встречный вопрос, почему тебя интересуют мои отношения с Жучковской?

Катарина подавила вздох.

– Такая работа, по долгу службы я вынуждена наносить визиты людям и по крупицам собирать информацию.

– Звучит как то фигово, а можно выражаться поточнее? Что это за работа такая?

– Я работаю в частном детективном агентстве.

Олег сильно удивился, а возможно, даже испугался.

– Так ты… То есть вы детектив?

– Именно!

– Но зачем приехали ко мне?

– Узнать о Татьяне. Скажи, ты в курсе, что полтора месяца назад Жучковская погибла?

Брови Коренева поползли вверх. Он раскрыл рот, сделал глубокий вдох и судорожно заморгал.

– Как погибла? Вы шутите?

– Она попала в автокатастрофу, машина взорвалась, Татьяна умерла мгновенно.

– Нет… я впервые об этом слышу. Господи, Танька, – на несколько минут Олег ушел в себя.

Он сидел неподвижно и смотрел в одну точку. На лбу пульсировала жилка.

Сначала Катка хранила молчание, не решаясь заговорить, но потом не выдержала:

– Олег, мне очень нужна твоя помощь. Пожалуйста, расскажи о причине вашего разрыва.

– Да, да. – Он затряс головой. – Но мне рассказывать то, в принципе, нечего. Я сам до конца не понял, что между нами произошло. Правда, я склоняюсь к мысли, что у Тани появился другой.

– Есть основания так полагать?

– Судите сами. Мы встречались около четырех месяцев, и все вроде у нас шло как по маслу. Мне Танька нравилась, я ей тоже, по крайней мере она сама меня в этом не раз заверяла. Да и чувствовал я, что она ко мне неравнодушна. Мы с ней даже не ссорились, все, как говорится, было тип топ. Потом в нашей семье произошло несчастье, погиб отец. Сел пьяным за руль и разбился насмерть. Вот после его похорон и случился какой то сбой. Татьяна стала другой, она начала ко мне охладевать. Если раньше наши встречи были регулярными, то потом они практически сошли на нет. Я ей звонил, спрашивал, когда мы увидимся, а она, ссылаясь на занятость, всячески избегала общения со мной. И наконец настал кульминационный момент, Таня приехала и сообщила, что мы расстаемся. Мол, любви между нами нет и никогда не будет. Нечего друг друга зря мучить, лучше разбежаться и остаться друзьями.

– И ты вот так спокойно ее отпустил, не выяснив истинной причины?

– Вовсе нет, в тот момент мне было не до спокойствия. Я пытался понять, какая кошка пробежала между нами, но каждый раз, стоило мне встретиться с Таней, как она наотрез отказывалась вести беседы. На какое то время я решил залечь на дно. Месяца два не давал о себе знать, а затем предпринял очередную попытку. Позвонил ей, попросил уделить пару минут при личной встрече. Танька, вопреки ожиданиям, согласилась. В кафе она приехала на личном авто – к слову сказать, ее иномарка была не из дешевых, – да и сама выглядела на все сто. Невооруженным глазом было видно: одежонка на ней не из простого магазина, все шмотки были брендовые. Танька даже вела себя иначе, чем прежде, в каждом жесте, каждом движении чувствовалась уверенность.

– О чем вы говорили?

– О нас. Мне не удалось реанимировать наши отношения. Татьяна попросила у меня прощения, сказала, что ей жаль, но нам уже никогда не быть вместе. Вот тогда у меня и закралась мыслишка, что у нее появился другой мужчина. А иначе как объяснить наличие машины, шмоток? Ясно как день, Таня встретила более успешного человека и посчитала лучшим для себя переметнуться в его лагерь.

– Это всего навсего твои домыслы, они ничем не подкреплены.

– Других вариантов я не вижу. Да и вряд ли, работая в агентстве недвижимости, она могла за столь короткий срок сказочно разбогатеть.

– Подожди, о каком агентстве ты говоришь?

– Татьяна уволилась из школы.

– Я знаю, но при чем здесь агентство?

– Так я сам видел, как она туда заходила. Во время нашего разговора ей позвонили на мобильник, она заволновалась, сказала, что немедленно выезжает, и, бросив мне «пока », поспешила по своим делам.

– Ну?

– Я думал, ей мужик звонит, поэтому решил на время превратиться в шпиона. Короче говоря, я за ней проследил. Она отправилась в агентство недвижимости. Зашла внутрь и не выходила оттуда минут сорок. Я, разумеется, ждать не стал, сразу понял, работает она там.



– С тех пор вы не виделись?

Олег мотнул головой.

– Нет.

– И не созванивались?



– А какой смысл? Мне дали отставку, проще говоря, променяли на более подходящую кандидатуру. Сколько я мог бегать за ней по пятам и унижаться? В конце концов, у меня тоже есть гордость.

– Олег, вспомни, где располагалось то агентство. Мне жизненно необходимо туда попасть. Ты помнишь адрес?

– Естественно.

Катка выудила блокнот и ручку.

В кухне появился Владимир.

– Вы еще долго трепаться собираетесь? – спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

– Мы тебе мешаем? – Олег растерянно смотрел на брата.

– Да нет, но мне тоже с тобой поговорить надо.

– Вов, я ухожу, подожди пять минут. Олег, говори адрес.

Записав в блокнот координаты агентства, Копейкина откланялась.

В коридоре ее окликнула Анфиса:

– Катарина, вы уходите? Подождите, я с вами.

Взяв сумочку, девушка чмокнула Владимира в щеку и проговорила:

– Ни пуха тебе. Как переговорите, сразу мне звони. Я не засну, пока не дождусь звонка.

– Не переживай, все будет пучком.

– Надеюсь.

В лифте Фиса приложила ладони к щекам.

– Я вся горю. Завтра планирую открыть правду родителям. Ох, ну и скандал у нас будет, мать с ума сойдет. Но это все пустяки, главное, Вовка на моей стороне, а остальное не столь важно.

Прежде чем выйти на улицу, Анфиса попросила Кату задержаться в подъезде.

– Хочу тебе кое чего показать, – девушка достала из кармана коробочку с золотым кольцом. – Смотри, это мне Вовка подарил. Кольцо с рубином. Он сказал, что раньше колечко принадлежало его маме.

– Красивое.

– Он меня по настоящему любит, теперь я в этом нисколечко не сомневаюсь.

– А ты, дуреха, слезы лила.

Фиса обняла Катку и с чувством проговорила:

– Спасибо тебе!

– А мне то за что?

– За советы, за доброту, и вообще ты прикольная. Знаешь, что я решила? Если у меня родится девочка, я назову ее в твою честь – Катариной.

– Я польщена. Фис, тебя подбросить до дома?

– В соседней башне живу, сама дотопаю. Пока.

– Удачи тебе.

В коттедже Катарина тенью прошмыгнула в кабинет и включила компьютер.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16