Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Мила Серебрякова Бойтесь своих желаний




страница2/16
Дата09.01.2017
Размер2.49 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

ГЛАВА 2

В салоне красоты Розалия не переставала тараторить:

– Все таки как хорошо, когда ты можешь себе позволить жить в свое удовольствие. За те несколько дней, что я не была в салоне, я превратилась в развалину. Ты посмотри на мои руки, а лицо… Бр р р… Но все осталось в прошлом, теперь мы вновь сможем жить на широкую ногу. Ката, скажи что нибудь!

– Я с вами согласна, – нехотя выдавила Копейкина.

– Почему ты такая хмурая?

– Нет настроения.

– А я… – Розалия не договорила.

В помещении появилась миловидная брюнетка модельной внешности в компании маникюрши Светланы.

– Как только Ольга освободится, вас позовут, – говорила Света.

Девушка молча кивала. Опустившись в мягкое кресло, она аккуратно дотронулась пальчиком до гладкой щечки, исподлобья бросила быстрый взгляд на Катку, а затем, вооружившись журналом, погрузилась в чтение. Вернее, она изо всех сил хотела сделать вид, что увлечена чтением статейки, тогда как на самом деле Катарина прекрасно видела – девушка сильно нервничает, и в настоящий момент ее меньше всего интересует интервью эстрадной певицы, занимающее в глянцевом журнале две полосы.

Катка откинулась на спинку плетеного стула. Ее лицо горело.

– Розалия Станиславовна, у меня все лицо пылает.

Свекровь равнодушно пожала плечами.

– Ольга тебя предупреждала, это особая маска, так и должно быть.

– Ощущение, будто тебя лицом в кипяток окунули.

– Прекрати придираться, красота требует жертв. – Розалия посмотрела на часы. – Через пять минут я иду на массаж. Ах, как же я по нему соскучилась.

Брюнетка закрыла журнал и отбросила его в сторону. Как показалось Катке, сделала она это с нескрываемой брезгливостью.

Розалия не удержалась.

– Дорогая, – пропела она сахарно сладким голоском, обращаясь к брюнетке‚ – не в моих правилах давать людям советы, но тебе я его все же дам.

Девушка испуганно уставилась на Розалию.

– Совет? Мне? Вы о чем?

– Причина в твоих волосах. Видишь ли, тебе категорически не подходит темный цвет волос. Он тебя старит, более того, подчеркивает все недостатки. Послушай умного человека, знающего толк в красоте, – перекрась шевелюру и перевоплотись в блондинку. Помолодеешь лет на семь – гарантирую.

Девушка невесело усмехнулась.

– В блондинку, говорите?

– Не сомневайся, блонди – твой цвет!

– Вы совершенно правы, когда я была блондинкой, я выглядела свежее и… привлекательней.

– Была? Хочешь сказать, ты уже перекрасилась?

– Час назад.

– Но зачем, детка? Зачем ты добровольно изуродовала свою внешность?

Ката вмешалась:

– Розалия Станиславовна, оставьте человека в покое.

– Тебя спросить забыли. Детка, так ты не ответила на мой вопрос.

Девушка глубоко вздохнула, уже намереваясь дать ответ, но в этот момент Розалии сообщили, что ее ждет массажист.

Вскочив, свекрища была такова.

– Перекрасься, – бросила она напоследок незнакомке.

Катарина смутилась.

– Не обращайте на нее внимания, у вас замечательный цвет волос. Вам идет.

Девушка сморщилась.

– Зачем вы врете, я же по глазам вижу, что вы говорите неправду. А ваша мать… Это ведь была ваша мама?

– Не совсем, Розалия – моя свекровь.

– Не важно, главное, что она озвучила правду. А сказать правду в глаза незнакомому человеку намного труднее.

Копейкина вконец растерялась.

– Если тебе не нравится цвет волос, то зачем ты перекрасилась?

Девушка прерывисто задышала.

– По моему, здесь слишком душно, вы не находите?

Ката поняла, ей деликатным образом намекают на то, что пора сменить тему разговора.

Собираясь поинтересоваться именем незнакомки, она даже не успела открыть рта, как девушка резко встала с кресла и решительной походкой направилась к выходу.

Катка осталась в гордом одиночестве.



* * *

Три недели спустя Розалия потащила невестку на фотовыставку некоего Сергея.

– Посетить выставку мне порекомендовал Леопольд, он заверил, что я останусь в восторге.

– Надо было и Наташку с собой взять.

– Зачем? Она ничего не понимает в фотографиях, ей будет здесь скучно.

Сказать откровенно, Катке и самой было нестерпимо скучно. Вглядываясь в черно белые фотографии, она никак не могла взять в толк, с какой стати у всех моделей на правом плече сидят птицы. Розалия же, изображая из себя высокого ценителя всего прекрасного, цокала языком и закатывала глаза.

– Прелестно! Восхитительно! Ты посмотри, какая композиция: девушка и голубь. У меня нет слов.

– Мне кажется, голубь здесь лишний.

– Деревня! Ты отстала от жизни, тебя тоже нужно было оставить дома. Ты должна видеть не саму фотографию, а скрытый смысл. Понимаешь?

– Не совсем.

– Мне стыдно за тебя, посему умолкни.

Ката остановилась.

– Ну допустим, я действительно не вижу скрытого смысла, тогда ответьте, какой смысл скрыт в этой фотографии? На тоненьком плече скелетоподобной девицы сидит (боже, как только они умудрились ее туда посадить!) жирная куропатка. Где здесь смысл?

Свекровь задумалась.

– Ты все равно не поймешь. И сделай одолжение, не мешай мне наслаждаться просмотром чудных, не побоюсь этого слова, произведений фотоискусства.

Бесцельно шатаясь по почти пустынному помещению, Катарина боролась с внезапно напавшей зевотой. Вскоре она заметила сутулого мужичка, который нехотя смотрел по сторонам и с периодичностью двадцать раз в минуту бросал взгляд на циферблат часиков. Его супруга – пышнотелая дама бальзаковского возраста, – подобно Розалии, перемещалась от одной фотографии к другой и, изображая на круглом лице неописуемую радость, грохотала:

– Федя, я в шоке! Я в шоке, Федя! Меня захлестывают эмоции.

Федор медленно кивал, облизывал пересохшие губы и вновь смотрел на часы.

Фотограф Сергей – довольно таки привлекательный мужчина лет сорока пяти – появился за спиной Катки в тот момент, когда она намеревалась в сотый раз напомнить свекрови о необходимости вернуться в коттедж.

– Я смотрю, вы здесь откровенно скучаете? – приятным голосом произнес Сергей, одарив Копейкину соблазнительной улыбкой.

Не имея ни малейшего понятия, что этот красавец и есть автор вышеуказанных фотографий, Катка практически закричала:

– Вы угадали! Я буквально засыпаю на ходу.

– Неужели все настолько плохо?

– Не то чтобы очень, просто, наверное, это не мое.

– Понимаю. – Сергей развел руками. – Хотя должен заметить, не очень приятно слышать, что твои работы пришлись кому то не по душе.

Катарина подпрыгнула на месте.

– Ваши работы? Так вы…

– Тот самый Сергей.

Катка на миг приложила ладони к лицу.

– Боже, как неудобно получилось. Простите меня, я не хотела вас обидеть. И знаете, на самом деле мне понравилось.

– Не надо юлить. Вы уже высказали свою точку зрения, я ее услышал. Как говорится, на вкус и цвет товарищей нет.

– Добрый день, – к Сергею подбежала Розалия. – Что у вас тут за совещание? Почему меня не позвали? Ката, кто этот симпатичный паренек? Твой знакомый?

– Он… Это его выставка.

– Мать моя! Ты Сергей? Рада встрече. Знаешь, котик, я тебя именно таким и представляла. Скажу откровенно – выставка супер! Фотки супер! Ты гений! Сразу предупреждаю, если в будущем тебе понадобится модель, можешь смело на меня рассчитывать. Правда, мое время стоит очень дорого, но для тебя я сделаю небольшую скидку.

Сергей сузил глаза.

– А вот вашей подруге здесь явно не по душе.

Розалия отмахнулась.

– Моя подруга – неандерталка, у нее даже справка есть. Кстати, раз уж зашла речь о неандерталках, ответь, почему у твоих моделей такие кислые лица? Откуда ты их берешь? Я не вижу в их глазах драйва. А фотомодель без драйва – это мертвая фотомодель. Идем дальше, девушка с коршуном на плече мне решительно не понравилась. Потому что, во первых, она из кожи вон лезла, дабы хоть отдаленно походить на Мэрилин Монро, во вторых, слишком сильно выпятила губищи. Это смотрится вульгарно! И почему многие полагают, что если они перекрасятся в блондинку, полузакроют глаза и полуоткроют рот, то сразу станут похожи на Монро. Бред! Но это еще не все…

Ката взяла свекровь за локоть.

– Розалия Станиславовна, говорите чуть тише.

– Какая разница, здесь все равно никого нет.

Сергей подавил тяжкий вздох.

– Я рассчитывал на больший успех, думал, яблоку негде будет упасть, а на деле все вышло с точностью до наоборот.

– Котик, не бери в голову. Ты обязательно прославишься, у меня глаз алмаз.

Улыбнувшись, Сергей извинился и отошел к худощавой даме, облаченной в черный деловой костюм.

Розалия проводила его хищным взглядом.

– Так бы и съела этого художника.

– У вас уже есть Леопольд, – напомнила Катка.

– Леопольд, Леопольд, – нараспев произнесла свекровь. – Леопольду шестьдесят два года, с ним особо каши не сваришь. Ты понимаешь, куда я клоню?

– Ой, оставьте, ради бога. – Ката приблизилась к очередному фото и… – Розалия Станиславовна, смотрите.

Свекрища округлила глаза.

– О ба на! Старая знакомая!

– Получается, она модель.

С большой фотографии на них смотрела та самая девица, с которой некоторое время назад они столкнулись в салоне красоты.

– Я же говорила, со светлыми волосами ей намного лучше. Зачем она перекрасилась? Дурында! Неужели не видит, что, став брюнеткой, выглядит на несколько порядков хуже?

– Согласна.

– В кои то веки ты со мной согласилась. Невероятно. Наверное, ночью на Москву обрушится обильный снегопад.

Во второй раз Сергей возник за спиной Катки, словно привидение.

– Извините, – пробормотал он, – возможно, мое предложение покажется вам абсурдом, но я должен спросить. Вы в курсе, что у вас очень фотогеничная внешность?

Катка опешила, зато Розалия сориентировалась мгновенно.

– Конечно же, она в курсе. А к чему ты клонишь?

– Я подумал… Не согласились бы вы стать моей моделью?

– Я?

– Она?! Сергей, ты совершаешь огромную ошибку. Посмотри чуть левее, и ты увидишь настоящую модель – меня!



Не слыша Розалию, Сергей продолжил:

– Мне позарез нужна женщина вашего типажа для фотосессии. Как вы отреагируете на предложение встретиться на днях и обсудить вопрос о нашем возможном сотрудничестве?

Ката тряхнула головой. У нее уже был, увы, плачевный опыт работы фотомоделью2. И с тех пор желания позировать перед объективом фотоаппарата как то совсем не возникало.

Сказав Сергею свое категорическое нет, она услышала ор Розалии:

– Как ты можешь? От чего ты отказываешься? Известный фотохудожник, человек практически с мировым именем предлагает тебе работу, а ты строишь из себя особу голубых кровей. Сережа, она настолько взволнована, что не в состоянии здраво мыслить. Давай поступим следующим образом: ты оставишь мне свои координаты, и в скором времени Катарина с тобой свяжется.

– Я…


– Детка, не надо меня нервировать.

Сергей протянул Розалии визитку.

– Буду с нетерпением ждать вашего звонка, – он скользнул взглядом по груди Копейкиной, и уголки его губ поползли вверх.

От неловкости Катка ткнула пальцем в фотографию.

– С одной из ваших моделей мы знакомы лично, – проблеяла она.

– С Татьяной? – Сергей погрустнел. – Она была одной из моих лучших моделей. В ней чувствовалась индивидуальность, Таня не походила на других. Жаль, что случилась трагедия. Я до сих пор не могу осознать, что ее больше нет.

– Как нет, а где она?

– Таня погибла в автокатастрофе. Машина потеряла управление, съехала в кювет, а потом взорвалась. Очевидно, от удара Танечка потеряла сознание, потому и не смогла выбраться наружу. От взрыва она вся обгорела. Вся. – У Сергея на лбу запульсировала жилка.

Розалия ахнула.

– Не может быть!

– В это трудно поверить, но факт остается фактом.

Катка воззрилась на фотографию.

– Ужасно.

– А вы разве не знали? – Сергей вопросительно поднял брови. – Я так понял, Таня была вашей знакомой.

– Не совсем, три недели назад мы встретились в салоне красоты. Наше общение ограничилось парой ничего не значащих фраз, не более того.

Лицо Сергея сделалось суровым.

– Вынужден вас разочаровать – вы обознались.

– В каком смысле?

– В прямом. Вы не могли видеть Таню в салоне.

– Но мы ее видели.

– Это невозможно.

– Отчего же?

– Судите сами, вы были в салоне три недели назад, так?

– Верно.


– А со смерти Татьяны прошло уже полтора месяца.

Катарина сглотнула.

– Полтора? Но ведь… Розалия Станиславовна, это она.

– Ясный перец – она! И хоть она перекрасилась, но по прежнему узнаваема. Сережа, а ты ничего не путаешь? Может, ты заработался и перепутал даты?

– Я похож на сумасшедшего?

– Но ведь одно лицо, – недоумевала Розалия. – Слушай, а у Татьяны случайно не было сестры близнеца?

– Насколько мне известно – нет.

– Странно, как странно. – Катарина последний раз посмотрела на модель и не спеша направилась к выходу.

Розалия семенила за ней.

– Очень надеюсь, что вы позвоните, – крикнул на прощание Сергей.

В машине Копейкина хранила гробовое молчание, тогда как свекровь вела беседы с собой, любимой.

– Ошибки быть не может, мы видели именно Татьяну. У меня феноменальная память на лица, увидев однажды человека, я уже никогда не забуду его лицо. Скорее всего, я оказалась права, Сергей слишком много работал, оттого и перепутал все на свете. Ката, сколько можно молчать?

– Я думаю.

– О чем?


– О Татьяне.

– Думай вслух.

– Не могу.

– Тогда включи музыку, мне необходимо поднять настроение.

Когда салон «Фиата» заполнила приятная мелодия, Розалия, блаженно вздохнув, откинулась на спинку сиденья.

А у Катки перед глазами возник образ Татьяны. Вот девушка сидит в кресле, листает журнал и чувствует себя явно не в своей тарелке. А потом внезапно встает и поспешно покидает салон.

И сразу же прогремел голос Сергея: «Со смерти Татьяны прошло уже полтора месяца ». Не сходятся концы с концами, как ни крути, а они все равно не сходятся.

* * *

Два дня Катарина ходила как в воду опущенная, ее не покидали мысли о Татьяне. Она нутром чувствовала, что эта история нуждается в ее непременном вмешательстве. А еще Катка была уверена, что встреча с Таней не случайность, очевидно, судьбе было угодно столкнуть их в тот день в салоне красоты…

Пытаясь мыслить здраво, Катарина перебирала всевозможные причины, по которым девушка, будучи живой и невредимой, была вынуждена инсценировать собственную смерть.

Да, да и еще сто раз да, Ката Копейкина пребывала в твердой уверенности, что в автокатастрофе погибла не Татьяна, а совсем другой человек. Кто? А вот на этот вопрос, увы, пока нет ответа. Но причастность ко всему произошедшему Татьяны не подлежит ни малейшим сомнениям.

Помнится, девушка сама призналась, что, будучи блондинкой, чувствовала себя намного комфортней, так спрашивается, для чего менять цвет шевелюры, если ты заранее знаешь о неудовлетворительном конечном результате. В детективных романах, да и в фильмах люди, напрямую или косвенно связанные с криминалом, частенько меняют внешность при помощи париков. А если предположить, что Таня не питала особой любви к изделиям постижерных мастерских, а предпочла прибегнуть к более простому способу – визиту в салон красоты.

Перекрасив волосы, девушка, должно быть, была уверена, что, обретя новый имидж, она станет другим человеком, по крайней мере изменится визуально. Но! Не все способны обрести новое лицо, воспользовавшись косметикой и краской для волос. Одни меняются до неузнаваемости, другие же, несмотря на ряд проделанных процедур, к глубокому своему разочарованию, остаются прежними.

И далеко здесь ходить не надо. Взять, к примеру, Наташку. Сколько раз Розалия заставляла бедолагу нахлобучивать на голову парики, сколько раз свекрища разукрашивала Натку всеми цветами радуги, дабы та хоть отдаленно стала походить на гламурную особу. Результат оказался нулевым.

Наташка нисколечко не менялась. В любом парике, под любым слоем грима она была узнаваема – лицо оставалось прежним.

Вот и в случае с Татьяной покраска волос не привела к желаемому результату. Да, Таня сделалась чуть старше, да, она потеряла некий лоск, который, бесспорно, в ней присутствовал, когда она была блондинкой, но тем не менее, несмотря ни на что, она по прежнему оставалась Татьяной.

И Катку никто не сможет убедить в обратном.

На данном этапе доподлинно известно, что некая девушка погибла в автомобильной катастрофе полтора месяца назад. Причем погибла в машине Тани, а из этого следует… Татьяна принимала непосредственное участие в организации убийства, иначе как можно объяснить наличие трупа в авто?

Сергей сказал, тело покойной здорово обгорело, и Катка не сильно ошибется, если предположит, что за рулем транспортного средства запросто могла сидеть любая другая представительница слабого пола.

В четверг вечером Катарина позвонила Сергею. Услышав ее голос, мужчина обрадовался, она поняла это по его интонации и сбивчивой речи.

Договорившись встретиться утром в фотостудии, Катка подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение.

– Вот я опять и при делах. Поздравляю вас, госпожа Копейкина, вы остаетесь верной себе.

При виде Каты Сергей засуетился.

– Не поверите, но меня не отпускало ощущение, что вы все же решитесь и наберете мой номер. Как видите, оказался прав. Присаживайтесь, я налью вам кофе.

Опустившись на стул, Катарина чуть виновато протянула:

– Вынуждена вас огорчить, причина моего визита несколько иная.

– Как? Разве вас не заинтересовало мое предложение?

– Признаться честно, нет. Позировать фотографам не мое амплуа.

– Но ведь вы позвонили.

– Сергей, у меня возник к вам неотложный разговор, я хочу, чтобы вы рассказали мне о Татьяне. Кстати, как ее фамилия?

– Жучковская, – несколько разочарованно произнес фотограф.

– Вы давно знакомы?

– Я знал Таню около года. – Сергей поставил перед Каткой чашку с напитком, а сам, закурив тонкую сигаретку, отошел к креслу и устроился на подлокотнике.

– Она работала моделью?

– Нет. По профессии Таня детский психолог и, насколько я знаю, после окончания института работала в средней школе.

– А как она попала к вам?

Прежде чем ответить, мужчина долго смотрел на тлеющую сигарету.

– А зачем столько вопросов, Катарина?

– Просто мне стало интересно.

– Гм, забавно. Но согласитесь, интерес не возникает на пустом месте.

– Вы правы.

– Тогда что сподвигло вас интересоваться жизнью Жучковской?

– Наша встреча. – Ката выдержала паузу и добавила: – Произошедшая три недели назад.

– Вы опять будете настаивать, что видели в салоне красоты Татьяну? Но, Катарина, это же глупо, Таня погибла.

– Вы присутствовали на похоронах? – ошарашила его вопросом Копейкина.

Сергей стряхнул пепел.

– Нет. О смерти Жучковской мне сообщила Рита уже спустя неделю после похорон.

– Рита?

– Ритка – модель, именно она привела ко мне Таню прошлым летом.



– Они подруги?

– Скорее, хорошие приятельницы. – Сергей встал и приблизился к стеллажу, заваленному постерами.

Минут пять он искал нужный плакат, а потом возвестил:

– Любуйтесь, Ритка собственной персоной.

С плаката белозубой улыбкой улыбалась рыжеволосая красотка, при виде которой у Катки почему то возникли ассоциации с Золушкой.

– Симпатичная девушка.

– Не спорю, но Ритка не шла ни в какое сравнение с Танюхой. Не знаю, как сказать, но было что то в Таньке эдакое, изюминка, шарм, обаяние, называйте, как хотите, суть в том, что Жучковская обладала удивительной способностью очаровывать человека сразу, как только он видел ее прекрасное лицо. Она притягивала к себе, ее взгляд, жесты, иногда мне казалось, Танька – ведьма. Не смейтесь, но в ней определенно было что то колдовское.

– Вы меня пугаете.

– Нет, нет, не поймите меня неправильно, – быстро заговорил Сергей. – Не воспринимайте мои слова буквально. Татьяна была добрейшим человеком, она из тех, кто, не задумываясь, бросит все и придет на помощь другу.

– А о ее семье вам что нибудь известно?

– Только с ее слов. Родители вроде умерли, Таня жила с бабушкой.

Катка сделала пару глотков из чашки и непроизвольно сморщилась.

– Горький.

Сергей смутился.

– Простите, я забыл положить сахар.

– У вас есть координаты Жучковской?

– Есть номер мобильного и домашний.

– Не поделитесь?

Мужчина усмехнулся.

– Н да, а ведь вы что то замышляете, Катарина, я по глазам вижу, вы задумали какую то игру.

– Это не игра, а скорее рассле… – Она вовремя остановилась. – Просто хочу быть до конца уверена в своей неправоте.

– То есть моего слова вам недостаточно. Вы по прежнему считаете, что видели в салоне Таню?

Ката промолчала.

Продиктовав телефон Жучковской, Сергей предпринял очередную попытку уговорить Копейкину выступить в качестве фотомодели.

– В качестве альтернативы могу предложить вам мою свекровь. Она спит и видит, где бы засветиться. Подойдет вам такая модель?

– Мне нужны только вы. – Он с мольбой взирал на глаза собеседницы.

– Увы и ах.

– Хорошо, сдаюсь, но лелеять надежду, что вы позвоните мне снова и дадите согласие на съемку, я буду до последнего.

– Надежда – это своего рода стимул, посему не буду у вас ее отнимать.

Уже стоя в дверях, Катка попросила:

– Сергей, еще одна просьба, продиктуйте телефончик Маргариты.

– Вы не перестаете меня удивлять, а Ритка вам зачем понадобилась?

– Имею я право на маленькую женскую тайну? – Ката улыбнулась и смахнула с лица прядь волос.

– По моему, вы вся окутаны тайной и, – Сергей хмыкнул, – если бы не обручальное кольцо на вашем пальце, я бы с большим удовольствием начал вас разгадывать.

– Вы опоздали. Так как насчет телефона?

– Пишите.

На улицу Катарина вышла в приподнятом настроении, которое упало сразу, как только она, не доходя трех метров до «Фиата», умудрилась наступить в лужу.

Вот так всегда, стоит только начать радоваться жизни, как обязательно во что нибудь вляпаешься.



1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16