Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Метаморфозы христианского кода в поэзии н. Заболоцкого и а. Тарковского




страница1/3
Дата29.06.2017
Размер0.65 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3

На правах рукописи




КЕКОВА СВЕТЛАНА ВАСИЛЬЕВНА

МЕТАМОРФОЗЫ ХРИСТИАНСКОГО КОДА В ПОЭЗИИ

Н. ЗАБОЛОЦКОГО И А. ТАРКОВСКОГО



Специальность 10.01.01 – Русская литература


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Саратов
2009

Работа выполнена на кафедре истории культуры и искусства Саратовского государственного социально-экономического университета


Научный консультант: доктор филологических наук, профессор

Иванюшина Ирина Юрьевна

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор

Елина Елена Генриховна

доктор филологических наук, профессор



Сухих Игорь Николаевич

доктор филологических наук, профессор



Тропкина Надежда Евгеньевна
Ведущая организация: Ивановский государственный университет

Защита состоится 25 декабря 2009 года в 14-00 на заседании диссертационного совета Д 212.243.02 ГОУ ВПО «Саратовский государственный университет им. Н.Г.Чернышевского» по адресу: 410012, г.Саратов, ул. Астраханская, 83, XI корпус.


С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке им. В.А.Артисевич Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского.


Автореферат разослан ______________ 2009 года


Ученый секретарь

диссертационного совета Ю. Н. Борисов

Общая характеристика работы

Поэзия Н.Заболоцкого и А.Тарковского принадлежит к вершинным явлениям литературы ХХ века. Для творчества этих поэтов характерна метафизическая напряжённость и глубина философского осмысления тайн бытия мира и человека.

Изучение и анализ творчества Н.Заболоцкого представляет собой уже довольно обширное и разнообразное по направлениям «заболоцковедение» – это работы А.Туркова, А.Македонова, И.Ростовцевой, Б.Филиппова, Ю.Лотмана, И.Минераловой, Т.Игошевой, С.Руссовой, А.Пурина, Е.Эткинда, И.Волгина, Н.Степанова, Е.Красильниковой, Ф.Бьорлинг, Д.Голдстейн и др. Современные исследователи включают поэзию Н.Заболоцкого в разные мировоззренческие парадигмы: оккультную (И.Лощилов), гностическую (С.Беляков), мифо-ритуальную (К.Пчелинцева), в традицию космизма (С.Семёнова) и евразийства (О.Мороз), что открывает новые горизонты исследования.

Изучение творческого наследия А.Тарковского пока ещё пребывает в стадии становления, несмотря на то что существует целый ряд критических, литературоведческих и лингвистических трудов, в которых рассматриваются различные стороны его поэтического мира (С.Рассадин, С.Чупринин, Ю.Кублановский, Е.Джанджакова, К.Ковальджи, Д.Бак, С.Руссова, Е.Елина, Н.Тропкина, С.Мансков, Е.Лысенко, И.Павловская, Т.Воронова, М.Черненко, Т. Чаплыгина, О. Столяров и др.).

Личности и Н.Заболоцкого, и А.Тарковского формировались в тот период, когда происходил слом всей русской жизни, когда разрушались основы христианской веры и тех ценностей, которые были порождением этой веры. Господствующая идеология и «религия» этого времени – атеизм; сфера духовного становится запретной, что формирует своего рода феномен – «катакомбную» поэтику, характерную для обширного пласта русской культуры ХХ века. Христианские темы, мотивы, смыслы, образы, так или иначе связанные с христианской верой, или отрицаются и поругаются, или начинают звучать прикровенно, неявно, уходить в подтекст. Писатели, поэты, художники вынуждены прибегать к «шифру» для передачи христианских смыслов, и они, таким образом, превращаются в христианский код, требующий расшифровки.

С другой стороны, читатель, сформировавшийся в силовом поле атеистической идеологии, утрачивает способность адекватно понимать и воспринимать даже несокрытый «христианский текст», который и в своём явном виде становится «шифром» с утерянным ключом.

Кроме того, процесс секуляризации приводит к десакрализации исконных христианских форм в искусстве: они перестают выполнять свою миссию и порой начинают выражать диаметрально противоположный смысл.

Все три аспекта этой проблемы – преодоление идеологического табу на христианскую тему, утрата читателем религиозного образования, десакрализация и искажение христианских форм в искусстве – приводят к возникновению определённого христианского кода в культуре ХХ века, требующего расшифровки. В современном литературоведении существует плодотворное направление, связанное с изучением «христианского текста» русской литературы. Это направление представлено именами С.Аверинцева, В.Непомнящего, В.Воропаева, И.Виноградова, М.Дунаева, И.Есаулова, Р.Гальцевой, Н.Струве, И.Роднянской, И.Юрьевой, В.Лепахина, Л.Левшун, Т.Горичевой, С.Семёновой, О.Николаевой, О.Седаковой, С.Бочарова, Л.Герасимовой, Н.Ильинской, Н.Кошемчук, К.Степаняна, В.Котельникова.

В поэзии Н.Заболоцкого и А.Тарковского мы часто встречаемся с христианскими аллюзиями, мотивами, образами, библейскими именами, скрытыми и явными цитатами из Священного Писания. Как правило, все эти элементы встроены в ткань поэтического текста посредством сложной метафорической трансформации. Без выявления христианского слоя и постижения законов его метаморфоз мы не достигнем адекватного понимания творчества Н.Заболоцкого и А.Тарковского. Но в данном ракурсе их поэзия практически не исследована, хотя и существует ряд работ, так или иначе касающихся этой проблемы (Б.Филиппов, И.Роднянская, Т.Сотникова, А.Смоленский, Е.Степанян, Н.Корниенко, Е.Кибешева, О.Столяров, С.Мансков, И.Павловская, Е.Павловская).

Исследование религиозного вектора в творчестве того или иного поэта происходит, как правило, в двух «системах координат»: изучается, во-первых, модель мира, воплощённая в художественном универсуме, во-вторых, система мировоззрения автора. Но для наиболее адекватного постижения сути и специфики поэтического мира необходимо обратиться к категории мироощущения.

Обширная смысловая область, обозначающая взаимоотношения и взаимодействия человека и мира, порождает целую шкалу, единицы градации которой (мирочувствие, миропонимание, мироотношение, миросозерцание и т. п.) связаны, во-первых, с понятиями разной степени слитности мира и человека, во-вторых, с разной степенью участия интуитивных и рациональных моментов в восприятии реальности. Понятие мироощущения выражает наибольшую степень слияния, сращения человека и мира. Именно из этой предельной слитности и вырастает искусство. Мироощущение является конституирующим фактором как для духовно-эстетической сферы, так и для поэтики. Особенно важным понятие мироощущения становится в тех случаях, когда мы сталкиваемся с эстетическими объектами повышенной сложности, какими являются, в частности, поэтические миры Н.Заболоцкого и А.Тарковского.

Всё это обусловливает актуальность нашего исследования.



Объект исследования – поэтическое творчество Н.Заболоцкого и А.Тарковского.

Предмет исследования – христианский код и его метаморфозы в мироощущении и поэтических текстах Н.Заболоцкого и А.Тарковского.

Материалом исследования являются поэтические произведения Н.Заболоцкого (как раннего, так и позднего периодов), его теоретические работы, воспоминания и письма; поэтическое наследие участников группы ОБЭРИУ Д.Хармса и А.Введенского; поэзия А.Тарковского, статьи, эссе и письма поэта.

Цель диссертационного исследования – реконструкция категорий мироощущения Н.Заболоцкого и А.Тарковского, воплощённых в их поэтических мирах, и интерпретация этих категорий в свете христианской онтологии, космологии, антропологии, сотериологии и аксиологии.

Цель исследования диктует следующие задачи:

1) показать конституирующее начало мироощущения для формирования поэтического языка и поэтического мира Н.Заболоцкого и А.Тарковского;

2) обосновать возможность и важность духовно-эстетического анализа поэтического мира в целом и поэтического текста в частности, определив особенности религиозно-философской и богословской традиций в исследовании литературы;

3) выявить доминантные категории мироощущения Н.Заболоцкого и А. Тарковского в разные периоды творчества и рассмотреть их в духовно-эстетическом аспекте;

4) проанализировать метаморфозы христианского кода в мироощущении и поэзии Н.Заболоцкого и А.Тарковского;

5) раскрыть обусловленность художественного мышления и мироощущения раннего Н.Заболоцкого кризисом искусства;

6) исследовать специфику библейского мышления и поэтическую философию слова А.Тарковского;

7) определить принципы трансформации реальности в поэзии Н.Заболоцкого и А. Тарковского.

Методологию нашего анализа художественного мира и мироощущения поэта мы определяем как духовно-эстетическую.

Данная методология в основных своих положениях основывается на трудах русских религиозных философов и богословов, посвящённых анализу литературы, философии творчества, природы художественного акта, мироощущению и миросозерцанию писателей, проблемам кризиса искусства и культуры. Работы русских философов, богословов и культурологов В.Соловьёва, С.Булгакова, Н.Бердяева, П.Флоренского, Н.Лосского, И.Ильина, С.Франка, Г.Флоровского, Г.Федотова, П.Муратова, П.Бицилли, В.Зеньковского, В.Вейдле, А.Лосева, Б.Вышеславцева, Ф.Степуна, В.Ильина, архимандрита Киприана (Керна), архиепископа Иоанна (Шаховского), епископа Варнавы (Беляева), архимандрита Рафаила (Карелина), игумена Антония (Логинова), протоиерея Михаила (Труханова), протопресвитера Александра (Шмемана) и др., а также ряда западных исследователей, опирающихся в своих построениях на духовный потенциал произведения искусства (Х.Ортега-и-Гассет, Ж.Маритен, Х.Зедльмайр и др.), являются теоретической базой нашего диссертационного исследования.



Научная новизна диссертации состоит в следующем:

– обоснована теория, согласно которой мироощущение представляет собой систему категорий и их знаков, обладающих поэтикопорождающим потенциалом;

– разработана методика анализа поэтического текста с точки зрения воплощения в нём мироощущения поэта;

– впервые категория мироощущения рассмотрена в контексте философских, культурологических и эстетических теорий, определён её духовно-эстетический статус и значение для теоретической поэтики;

– через анализ целостных поэтических миров Н.Заболоцкого и А.Тарковского реконструировано мироощущение поэтов;

– обнаружена связь мироощущения Н. Заболоцкого и А. Тарковского с христианской онтологией, космологией, антропологией, сотериологией и аксиологией; выявлен христианский код и его метаморфозы в творчестве поэтов;

– показано, что христианский код в поэзии Н.Заболоцкого и А.Тарковского имеет смыслообразующей и текстообразующий характер.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Мироощущение поэта представляет собой определённую систему категорий, среди которых выделяются доминанты, формирующие предметно-образный, сюжетный, тропеический и другие уровни текста. Категории мироощущения представляют собой своего рода «каналы» смысловой энергии, воплощающейся не только в них самих, но и в их знаках.

2. Мироощущение Н.Заболоцкого и А.Тарковского невозможно понять вне соотношения с христианской онтологией, космологией, антропологией, сотериологией и аксиологией. В их поэтических мирах в разной степени экспликации присутствует христианский код, обнаружение и интерпретация которого возможна только при условии использования методов духовно-эстетического анализа.

3. Художественная практика Н.Заболоцкого 20-х – 30-х годов, а также творчество поэтов его круга является следствием и продолжением того духовного и культурного явления, которое обозначено и в русской, и в западной философии как кризис культуры. Суть этого кризиса заключается в утрате веры и отходе от христианских основ миропонимания.

4. Основные категории мироощущения раннего Н.Заболоцкого – «безумие» и «смерть». Само восприятие мира сквозь призму этих категорий обусловлено распадом той картины мира и системы ценностей, которая была задана христианством. Доминирующие категории мироощущения позднего Заболоцкого – «жизнь», «разум», «гармония», что является возвращением к христианским ценностям в их секулярном варианте.

5. Одним из главных принципов трансформации действительности в реальность поэтического текста в творчестве раннего Н.Заболоцкого является принцип смысловой метатезы и аксиологической инверсии, который можно рассматривать как одно из частных проявлений принципа «анти-преображения», характерного для целого массива художественных явлений ХХ века.

6. Доминантные категории мироощущения А.Тарковского - категории «земное» и «небесное», семантический и аксиологический потенциал которых сформирован христианской картиной мира.

7. Центральным принципом художественного метода А.Тарковского, обусловливающим способ трансформации мира, является принцип преображения. Сквозь вещи и явления земного мира в поэзии А.Тарковского просвечивает иное, священное измерение бытия, а человек в его поэзии находится в постоянном поиске этой реальности.

8. «Философия слова» А.Тарковского в своих основных интуициях совпадает с положениями философии языка, разработанной в трудах русских религиозных философов С.Булгакова, П.Флоренского, А.Лосева, суть которой заключается в утверждении онтологического статуса языка.

Теоретическая значимость диссертационной работы заключается в разработке методов духовно-эстетического анализа произведения искусства и создании особой поэтапной стратегии исследования поэтического мира и текста, которые позволяют:

1) через исследование законов трансформации предметно-образного мира реконструировать категории мироощущения поэта;

2) вскрывать глубинные процессы смыслопорождения (формирование образов времени и пространства, образа человека, образа языка, способов сюжетного разворачивания текста и т. д.), обусловленные мироощущением поэта;

3) определять духовную природу того или иного типа мироощущения;

4) распознавать духовно-эстетический вектор творческого акта, суть которого заключается в том или ином типе использования поэтом христианского кода;

5) выявлять воплощение и метаморфозы христианского кода в поэтическом тексте.

Результаты исследования имеют и практическое значение: они могут быть использованы в ходе разработки новых программ и учебных пособий по русской литературе ХХ века, в спецсеминарах и спецкурсах, при подготовке курсовых и дипломных работ студентов, а также в ходе дальнейшей разработки концепции истории развития русской литературы ХХ века.

Апробация работы: основные результаты исследования были обсуждены на международных, всероссийских, межвузовских конференциях и симпозиумах. Международные: II Международный симпозиум «Русская словесность в мировом культурном контексте» (Москва, Фонд Достоевского, 2006); VII Международный Форум русистов Украины «Русистика Украины и проблемы сохранения языков и культур малых народов мира в эпоху глобализации» (Ялта, Крымский центр гуманитарных исследований, Таврический национальный университет им. В.И.Вернадского, 2007); «Философское наследие С.Л.Франка и современность» (Саратов, СГУ, 2007); «Литературно-художественный авангард в социокультурном пространстве российской провинции: история и современность» (Саратов, Институт филологии и журналистики СГУ, 2008); «XIII научные Чичибабинские чтения» (Украина, Харьков, Международный фонд памяти Б. Чичибабина, 2009); «Славянский мир: общность и многообразие» (Саратов, СГУ, 2009). Всероссийские: «Проблемы художественного творчества» (Саратов, СГК, 2007, 2008, 2009); VIII и IX «Дальневосточные образовательные чтения, посвященные памяти святых Кирилла и Мефодия» (Владивосток, Дальневосточный государственный университет, 2008, 2009). Межрегиональные: I, II, III, IV, V, VI «Пименовские чтения» (Саратов, СГУ и Саратовская епархия, 2003, 2004, 2005, 2006, 2007, 2008). Межвузовские: «Междисциплинарные связи при изучении литературы» (Саратов, Педагогический институт СГУ, 2006, 2008).

Основное содержание исследования отражено в монографиях «Мироощущение Николая Заболоцкого: опыт реконструкции и интерпретации» и «Небо и Земля Арсения Тарковского: метаморфозы христианского кода», учебном пособии «Сохранившие традицию. Заболоцкий. Тарковский. Бродский» и 39 статьях.



Структура диссертации определяется спецификой её цели, задач и методов. Работа состоит из Введения, четырёх глав, Заключения и библиографического списка (457 наименований).
Основное содержание работы
Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, выявляется степень ее разработанности, определяются цель и задачи работы, излагаются её методологические и теоретические основы, показывается научная новизна и практическая значимость проведенного исследования.

Первая глава «Мироощущение и духовно-эстетические основы творчества: к методологии анализа художественного мира и текста» носит теоретико-методологический характер и состоит из трёх параграфов. В первом параграфе «Мироощущение как категория теории культуры и искусства, эстетики и поэтики» рассмотрены эстетико-философские, культурологические и филологические концепции, в которых отмечается важность, значимость и необходимость категории мироощущения для анализа явлений культуры и искусства.

Мироощущение принадлежит как творцу произведения искусства, так и самому произведению. Оно представляет собой некий глубинный артефакт, который на более поверхностном уровне являет себя как систему саморазворачивающихся частных феноменов. При таком взгляде мироощущение является одним из важных объектов поэтики. Именно оно выступает в качестве порождающего начала, которое создаёт хронотоп произведения искусства, формирует облик его вещного мира, определяет структуру как целого «духовного тела» произведения, так и его отдельных образов, определяет степени и ступени метафорической трансформации и её общий характер и т. д. Разворачиваясь в образной системе отдельного произведения или всего творчества того или иного художника в целом, мироощущение воплощается в символической по своей природе системе, элементы которой могут выполнять многообразные функции.

Через анализ концепций А.Лосева, И.Ильина, Б.Вышеславцева, Ж.Маритена мы, во-первых, уточняем статус категории мироощущения в гуманитарной науке, во-вторых, выясняем соотношение понятия «мироощущение» с понятиями, выработанными в психоаналитической традиции и в традиции русской и западной религиозной мысли, в-третьих, находим ту методологическую базу, благодаря которой мироощущение необходимо рассматривать в духовно-эстетическом аспекте.

Второй параграф «К методологии духовно-эстетического анализа литературы» посвящён философским и богословским аспектам интерпретации художественного мира и текста.

В своих первичных интуициях религиозно-философская мысль, обращённая к исследованию литературы, базируется на следующих принципах:

– произведение словесного искусства есть органическое целое;

– целостность художественного произведения имеет иерархическую структуру, главная составляющая которой – духовная;

– жизненный и творческий путь писателя или поэта рассматриваются как путь духовный;

– акт творчества воспринимается как исполнение богоподобия человека;

– осмысление творчества происходит в рамках христианской онтологии, антропологии, сотериологии и аксиологии.

Эти принципы выведены на основе анализа работ русских религиозных философов и богословов, посвящённых проблемам искусства, культуры и литературы. Особую методологическую ценность имеют труды С. Франка, в которых философ исследует творчество А.Пушкина, Ф.Тютчева и Ф.Достоевского. С.Франк приходит к выводу, что, во-первых, важнейшей задачей познания любого писателя и поэта является целостный анализ духа творца; во-вторых, вектор духовных интересов русских писателей идёт от психологического онтологизма к онтологизму религиозному; в-третьих, все великие русские поэты всегда были религиозными мыслителями или занимались богоискательством. Все эти положения во многом приложимы и к русской литературе ХХ века, в частности, к творчеству Н.Заболоцкого и А.Тарковского.

В третьем параграфе «Проблема кризиса искусства в свете духовно-эстетического анализа» рассмотрены различные проявления кризиса искусства первой трети ХХ века. Именно в работах религиозных философов (Н.Бердяев, С.Булгаков, П.Муратов, В.Вейдле, Ф.Степун, Х.Зедльмайр и др.) мы находим наиболее точный диагноз тому состоянию культуры и искусства, которое начало складываться с появлением таких направлений, как кубизм, футуризм, экспрессионизм, сюрреализм и т. д. Кризис искусства явился результатом антропологического кризиса, который, в свою очередь, есть следствие кризиса религиозного.

Проблема кризиса искусства остро и глубоко анализируется в статьях Н.Бердяева «Кризис искусства» и С.Булгакова «Труп красоты. По поводу картин Пикассо». Бердяев, выделяя синтетические и аналитические искания в современном ему искусстве, показывает, что суть аналитических исканий, которые проявляются прежде всего в творчестве П.Пикассо и А.Белого, – разложение всякого органического синтеза, искажение прекрасного, разрушение «кристальных форм плоти мира». Но если Н.Бердяев в исканиях аналитического толка видит прорыв к новому творчеству, к новому искусству, предвосхищение перехода в новый мировой эон, то С.Булгаков однозначно оценивает творчество П.Пикассо как плод демонической одержимости.

Классические работы Н.Бердяева и С. Булгакова рассматривают кризисные явления в области искусства в широком историческом, философском, культурологическом контексте. Так, Н.Бердяев одной из причин кризиса считает вхождение «машины» в мир человека. Целый ряд статей и эссе П.Муратова («Антиискусство», «Искусство и народ», «Кинематограф», «Искусство прозы») продолжает мысли, высказанные Н.Бердяевым. Он говорит о возникновении антиискусства, первые признаки которого появились в новых течениях искусства начала ХХ века. П.Муратов завершает статью «Антиискусство» цитатой из Апокалипсиса, вводя проблему кризиса искусства и возникновения антиискусства в сферу религиозного осмысления этого вопроса.

В названном ракурсе рассматривает проблему умирания искусства и младший современник Н.Бердяева, С.Булгакова и П.Муратова искусствовед, культуролог и философ В.Вейдле. В книге «Умирание искусства» он анализирует обширный материал – литературу, живопись, музыку XIХ–ХХ веков и, размышляя о судьбе художественного творчества, в своём анализе кризисных процессов искусства обращает внимание прежде всего на причины духовные.

Логика искусства, с точки зрения В.Вейдле, есть логика религии, и условием бытия искусства является именно приятие этой логики, поэтому «отторженность» искусства от религии, от религиозного мышления, от укоренённого в религии мироощущения и миропонимания не просто отдаляет искусство от церкви, делает его нерелигиозным, «светским»; она отнимает у него жизнь.

Огромную работу по формированию нового мироощущения, отходящего от религиозных христианских истоков, проделал Серебряный век русской литературы. Механизмы нового мирочувствия и жизнеустроения человека, стоящего на позициях эстетизма и артистизма, философски обоснованно раскрываются в антропологических построениях Ф.Степуна. С точки зрения Ф.Степуна, только артистический тип души (в отличие от мещанского и мистического) способен реализовать всё богатство внутреннего мира. Основная черта душевного строя артистизма – любовь к творчеству; радость артистической души – богатство его «многодушия». Однако в философской антропологии Ф.Степуна отсутствует иерархическое понимание строя человеческой души, ибо в артистической душе, которая столь привлекательна для философа, равноценны все эстетические проявления личности (в чём и заключается сущность «положительного богатства» многодушия). В результате эстетическая привлекательность «многодушия» не выдерживает проверки этическим началом, без которого человека не существует.

«Многодушие» артистического человека постулируется Степуном-теоретиком как положительное качество, как особая избранность – прежде всего, к творчеству. Но реальное воплощение этой идеи и её художественная экспликация в романе Ф.Степуна «Николай Переслегин» демонстрирует нам возникновение особого антропологического типа на оси «богозданный человек» – «абсурдный человек». Звенья, формирующие эту ось, – своеобразную «лестницу падения» человека – возникают в процессе секуляризации. Обозначить их можно следующим образом: богозданный человек – возвышенный человек – автономный человек – раздвоенный человек – артистический (расколотый) человек – изуродованный человек – абсурдный человек.

В антропологическом измерении проблема кризиса искусства приобретает свою истинную глубину: кризис искусства и культуры имеет своей причиной кризис человеческой личности, суть которого – в отходе человека от Бога.

Теоретико-методологическое исследование, предпринятое в первой главе, создаёт ту базу, на которой строится анализ поэтических миров Н.Заболоцкого и А.Тарковского.

Категория мироощущения самым тесным образом связана с понятием «модели мира», «поэтического мира», «художественного мира». Мироощущение порождает художественный мир (хотя оно является не единственной «порождающей инстанцией»). Мироощущение есть «natura naturans», а художественный мир – «natura naturata». В творчестве того или иного поэта нам даны «одновременно» и причина, и результат – и мироощущение, и сам мир.

Мироощущение и «модель мира» соотносятся друг с другом как «логос» и «эйдос». Явлен нам «эйдос», поэтому первую ступень анализа художественных миров Н.Заболоцкого и А.Тарковского в их данности можно назвать имманентной феноменологией текста и поэтического мира. Задача этого типа анализа – выявить те механизмы смыслопорождения и текстопорождения, те закономерности строения и формирования художественных предметов и образов, которые обусловлены мироощущением поэта.

Мироощущение – «сетка» категорий, своеобразная «преломляющая среда», «семантический инвентарь», вне которых невозможно восприятие мира. Выявление категорий мироощущения – это вторая ступень нашего анализа, которую можно назвать экзистенциально-феноменологической. Смещение оптики анализа есть своего рода фазовый переход, который условно можно назвать опытом реконструкции. Мы реконструируем не только мироощущение, но и тот поэтический язык, который условно можно определить как совокупность средств и способов трансформации действительности в реальность поэтического текста. Эта реконструкция позволяет мотивировать те элементы текстов (это могут быть отдельные образы, тропы, категории художественного времени и художественного пространства и т. д.), которые не поддаются мотивации и интерпретации в рамках традиционного типа анализа.

Существуют разные типы мотивации внешне не мотивированных элементов текста: биографическая, социальная, культурологическая, интертекстуальная и т. д. Мотивация текста мироощущением – особый тип мотивации, который раскрывает нам «молекулярный уровень» текста, его «квантовую механику».

Третью ступень нашего анализа условно можно назвать уровнем «горизонтальной трансценденции». Постижение мироощущения поэта и, соответственно, его поэтического мира осуществляется в сопоставлении с другими художественными мирами.

И последний этап анализа можно назвать «вертикальной трансценденцией». Мироощущение поэта само нуждается в мотивации. Глубинные, подпочвенные воды, формирующие мироощущение поэта, находящегося в поле христианской культуры, несут в себе насыщенный раствор христианской онтологии, аксиологии, сотериологии.

Постижение «вертикальной трансценденции» возможно только при особом духовно-эстетическом подходе к универсалиям поэтического мира. Как было показано, этот подход разработан в разных направлениях религиозно-эстетической мысли. Без проникновения в духовную глубину мироощущения художника невозможно адекватное понимание его творчества в целом и отдельного произведения в частности. Использование духовно-эстетического подхода и приводит нас к выявлению христианского кода и его метаморфоз в поэтических мирах.

Один из главных методов выявления и анализа христианского кода состоит в погружении элементов христианского богословия в исследуемые тексты. Вокруг них, как вокруг магнитов, выстраиваются определённые смысловые линии.

Вторая глава диссертационного исследования «

  1   2   3

  • Саратов
  • Общая характеристика работы