Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Материалы опроса свидетелей Вторая сессия Москва, 20-24 апреля 1996 года Дополнительные слушания Третья сессия




страница3/35
Дата10.01.2017
Размер5.23 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35
И. ГЕРИХАНОВ. Вам известно, что заложники вместе с депута-тами подлежали уничтожению между Курской Ставропольского края и Братским, если бы они подписали тот документ, который навязывал генерал Ерин А. ОСОВЦОВ. Мне не известно, что мы подлежали уничтожению-нинию. Но когда мы увидели расписку: Добровольно присоединяю-юююсь к партии Шамиля Басаева, осознаю всю меру ответственности за свои действия..., — мы сразу заявили, что подписывать это не будем. Мы предприняли также все от нас зависящее, чтобы никто этого не подписывал. Это был карт-бланш. С теми, кто подписал эту бумагу, можно было сделать все, что угодно. Там был человек по фамилии Черненко, по должности замминистра по национальностям. В тот день, когда мы уезжали, он появился в генеральской форме. Когда он увидел, что нам дают эти расписки, он истошно заорал офицеру, который это делал: Я же сказал, депутатам этого не давать! А. ЛАРИН. Я хотел бы обратиться к вам с вопросом как к офицеру артиллерии. Что вам было известно об игольчатых бомбах в тот период, когда вы овладевали этой специальностью А. ОСОВЦОВ. Мне было известно, что это варварское преступное оружие, которое американские империалисты используют против борцов за свободу Вьетнама. А. ЛАРИН. А о том, что оно есть у нас на вооружении, вы узнали только в Грозном 23 А. ОСОВЦОВ. Я слышал о том, что у нас тоже есть это оружие. Но впервые увидел его в Грозном. А. ЛАРИН. Какие можно найти подтверждения тому, что там действительно применяли игольчатые бомбы, в частности, может быть, кто-то отобрал образцы осколков этих бомб А. ОСОВЦОВ. Много образцов привозили в Государственный Исторический музей, который возле Красной площади. Отдали туда мы и кассету — там есть съемка и самого снаряда, и иголок, лежащих на ладонях у разных людей. А. ЛАРИН. А о шариковых бомбах А. ОСОВЦОВ. Я отдал в музей также взрыватель от кассетной бомбы, пластмассовый взрыватель — другой тип оружия такого не имеет. А. ЛАРИН. Чем снаряжена кассетная бомба, чем поражает лю-дей А. ОСОВЦОВ. Может поражать и шариками, может и осколка-ми. Но эффективность ее не в этом, а в том, что от одной бомбы идет несколько взрывов с интервалами. А. ЛАРИН. Это считается запрещенным оружием А. ОСОВЦОВ. Да, запрещенным. А. ЛАРИН. Вам известно что-нибудь о медицинском документи-ровании поражений людей запрещенными средствами, скажем, шариковыми бомбами, игольчатыми бомбами А. ОСОВЦОВ. Известно. Только я не знаю, насколько эти доку-менты выдержаны в соответствии с процедурными нормами со-ставления таких документов. А. ЛАРИН. От кого трибунал мог бы затребовать и получить ак-ты судебно-медицинского исследования трупов или живых раненых людей, в которых фиксировались бы ранения и игольчатыми бом-бами А. ОСОВЦОВ. От работников ингушской скорой помощи, а также от той группы медиков, которая работала в подвале прези-дентского дворца. 24 Опрос свидетеля Андрея Миронова Независимый журналист, Москва Бомбежки Серноводска (март 1996 г.). Применение напалмовых бомб. События в Самашках (март 1996 г.). А. МИРОНОВ. С 5 до 21 марта я находился в Ингушетии, в Слепцовской, и на чеченской территории рядом с Серноводском, в сам Серноводск я не попал. Был один день в Грозном. Серноводск был хорошо виден с самолета, когда мы подлетали 5 марта к аэропорту в Слепцовской. Самолет заходил на посадку поч-ти над Серноводском, поселок был справа по борту, и видно было, как он горел. Это наблюдали пассажиры самолета, большинство из которых ехали узнать что-нибудь о своих родственниках, находя-щихся в Серноводске. По дороге из аэропорта мы видели, как вер-толеты стреляют неуправляемыми ракетами по Серноводску. Это было удивительно. Серноводск я знаю очень хорошо, это было от-крытое село. Через него свободно проезжали все, в том числе и российские военные, и никаких заслонов, кордонов, проверок там не делали. Я расскажу о том, что видел начиная с 5 марта. После перелета я отправился на ближайшую горку с биноклем посмотреть, что происходит. Видел, что особенно сильно обстреливали из орудий и бомбили с воздуха курорт Серноводска — с вертолетов, а не с самолетов. Особенно хочу отметить, что я видел взрыв напалмо-вой бомбы. Я убежден, что это была напалмовая бомба либо ка-кое-то другое зажигательное средство, сравнимое с напалмом. Доказательство такое. Мы видели вертолет, который, медленно снижаясь, с высоты метров сто сбросил бомбу. При этом поднял-ся огненный гриб 15-20 метров высотой. Такого рода пламя не бывает при взрыве обычной бомбы. Здесь необходимо большое количество какого-то горючего материала — только тогда образу-ется грибовидное облако. А были именно грибовидные огненные облака. Я наблюдал их между 16-ю и 17-ю часами 5 марта. Позже я разговаривал с бывшим мэром Серноводска, которому удалось через несколько дней выбраться оттуда буквально ползком. Он сказал, что видел 16 таких взрывов. Он подробно описал и другие зажигательные средства, которые там применялись. В. БОРШОВ. Вы рассказывали об этом наблюдении специали-стам, консультировались с кем-нибудь А. МИРОНОВ. Да. Все, с кем я говорил и кто имеет отношение к военному делу, подтверждали, что мое описание соответствует кар-тине взрыва напалмовой бомбы. 4,6,7,8,10,13,15,17,21,27,38,39,45,48 25 В. БОРЩЕВ. Опишите подробнее. А. МИРОНОВ. Это выглядит так. Снижается вертолет. Видно, что он заходит на атаку, а затем под ним поднимается огненное облако высотой примерно 10-20 метров. Как я уже говорил, облако имеет грибовидную форму. Взрыв раздается в тот же момент, но так как я находился на расстоянии примерно 4 км, то звук доносился поз-же. Обычное взрывчатое вещество не производит такого мощного пламени, как зажигательное средство, по той причине, что горю-чее в зажигательных снарядах или бомбах находится в избытке. Именно это избыточное горючее всасывается наверх в процессе взрыва и образует грибовидное облако. То есть в этой бомбе бы-ло не просто взрывчатое вещество, а был избыток горючего мате-риала, причем такого, который сразу же распыляется или имеет газообразную форму. Напалм — это же на самом деле всего только- сгущенный бензин. Это обычно смесь бензина со стеаратом, скажем, кальция или какого-то другого материала. Можно смешать бензин с парафином — тоже будет напалм. Его буквально руками смешивают, его можно самому приготовить дома. Ничего хитрого он собой не представляет. То, что я видел, очень просто и легко узнаваемо. В. БОРЩЕВ. Что вы можете сказать об обстановке в Серновод-ске, о настроении его жителей А. МИРОНОВ. Общеизвестно, что жителям Серноводска было сказано от имени завгаевской администрации, что соглашение фактически достигнуто, остается только формально подписать его. Все жители говорили одно и то же: В первый раз за последние полгода мы легли спать, раздевшись. Однако в 6 часов утра началась массированная атака — танковая и вертолетная. Кстати, во время этой атаки был убит российский полковник и у него была захвачена подробная карта нападения по одному из трех направлений. Атака осуществлялась в трех направлениях. Копия этой карты находится в Москве в распоряжении Мемориала. На карте были и такие чрезвычайно ценные сведения, как расположение минных полей в окрестностях Серноводска. Само наличие такой кар-ты дает неоспоримое основание утверждать, что нападение на Серноводск готовилось долго. Это не было решено в одночасье. Подготовка такой операции, какая изображена на этой карте, занимает много времени. Военные говорят — до месяца. От жителей Серноводска требовали выдать сотни боевиков, от-дать какие-то БТРЫ, а главное — зенитную установку. Да если бы она там была, ни один вертолет не приблизился бы к Серноводску ближе, чем на 5 км! А они спокойно летали на малой высоте, на ко-торой легче всего подбить вертолет, даже на высоте 100 м и ниже. Они нисколько не опасались зенитных средств, знали наверняка, 26 что там нет ни одного пулемета Калашникова, которого достаточно, чтобы отогнать боевые вертолеты типа МИ-24, а тем более приспо-собленные для ведения боевых действий вертолеты МИ-8. Это оз-начает, что в Серноводске не было ни одного даже легкого ручного пулемета, не говоря уже о специальных зенитных средствах. То есть предлог был абсолютно надуманным, и у жителей Серноводска специально требовали того, чего они не могли отдать. В. БОРЩЕВ. Вам что-либо известно о погибшей журналистке Надежде Чайковой А. МИРОНОВ. Я ее видел 17-18 марта на перекрестке, где мы собирались, пытаясь пробраться, кто в Серноводск, кто в Самаш-ки. Но отношение к журналистам изменилось к худшему, и через перекресток проехать было невозможно. Ясно было, что был ка-кой-то приказ не пропускать журналистов ни при каких обстоя-тельствах, Мирных жителей пропускали, а нас нет. Мы обсужда-ли с Надеждой, как пробраться в Самашки. Она пыталась туда попасть. У нее была, например, идея дать взятку российским омо-новцам и проехать туда на БТРе. Я посчитал это совершенно не-приемлемым. Как это я, например, приеду на российском БТРе Как на меня местные жители будут смотреть! Да и взятку давать противно. Потом она тоже отказалась от этой идеи. Немного по-годя она села в машину и уехала. Больше я ее не видел. С нами был Михаил Замятин. Он учил ее пользоваться видео-камерой. Мемориальцы дали ей видеокамеру, чтобы она могла тай-но снимать в Самашках. Женщине легче было туда проникнуть, притворившись местной жительницей. Была идея достать доку-менты, что она местная жительница. Видимо, она потом так и сделала. Это было нетрудно. Надо было представить справку о том, что паспорт сгорел. Мы вынуждены были пользоваться таки-ми средствами, потому что иначе вообще ничего не сделаешь. О Самашках я могу рассказать на основе своих бесед с жителя-ми села, с беженцами и на основе своих наблюдений, так как нахо-дился недалеко. Во-первых, там постоянно происходили бомбежки. Как правило, были довольно низкие облака и было трудно разгля-деть, какие летят самолеты. Я лишь по звуку различал, что это не СУ-25, а СУ-24. Но один раз 17 марта, на третий день массирован-ных атак на Самашки, я видел именно низко летящий сверхзвуко-вой фронтовой бомбардировщик СУ-24, он шел очень быстро при-мерно на высоте ста метров. Обычно они бомбят с малой высоты. В 10.30 этот самолет пролетел над Слепцовской, а примерно через полминуты раздалась серия взрывов тяжелых бомб в Самашках. Женщины, находившиеся в это время у поста недалеко от Сама-шек, видели, как именно этот самолет сбрасывал бомбы. Я с ними беседовал позже. 27 Самолеты типа СУ-24 берут 8 тонн бомб, если они поднимаются с дальнего аэродрома, и 11 — если с ближнего. Причем налеты с бо-мбардировщиков СУ-24 проводились сериями. Они шли буквально один за другим. И за 40 км можно было слышать взрывы тяжелых бомб. Даже относительно небольшая полутонная бомба оставляет в зимнем грунте воронку глубиной 9 метров, диаметром 15 метров. А ведь в Самашках частные дома, и в подвалах не укроешься. Когда 15 марта я возвращался из Грозного, я увидел тракторы с беженцами, машины. Оказалось, это бегут из Самашек. От бежен-цев я узнал, что им дали на выезд два часа. Но за два часа даже оповестить 16 тысяч жителей Самашек невозможно, не говоря уже о том, чтобы им удалось выйти. В. БОРЩЕВ. Кто оповещал жителей А. МИРОНОВ. Военные на блокпосту им сказали: «Будем об-стреливать ваше село, уходите! И скажите своим, что будем об-стреливать». И начался массированный обстрел. Я считал взрывы. Сначала это был один взрыв в секунду, потом больше. Дней шесть село обстреливалось. Из них примерно пять дней — один взрыв в се-кунду или немного чаще (1-2 взрыва в секунду), то есть не менее 70 тысяч снарядов в сутки. А один день (с 17 на 18 число) с 2 до 6 часов утра был просто постоянный грохот, когда невозможно бы-ло различить отдельные разрывы. Такой интенсивности и такой продолжительности огня я не помню даже в Грозном. И кроме этого — постоянные налеты бомбардировщиков. Я подчеркиваю: не только штурмовиков, но и бомбардировщиков. Об этом мне рассказали сами пострадавшие. Теперь о показаниях жителей. 19 марта группа женщин из Са-машек, которые не находились там в момент атаки 15 числа, дого-ворилась с военными пройти в село и забрать своих детей. Они на-правились туда утром. Где-то к часу дня они подошли к 13-му блокпосту, последнему на пути в Самашки. Им был обещан кори-дор, чтобы до пяти часов вечера они могли вернуться. Однако, ко-гда они подошли на 150 метров к блокпосту, их обстреляли из ав-томатического гранатомета ДГС, причем 10 человек были ранены. Когда они повернули назад, им вдогонку выстрелили из тяжелого орудия (из какого — они не знают, может быть, это был танк, мо-жет быть, еще что-то), но снаряд лег чуть в стороне. Я всегда обращал внимание на настроения людей. Если раньше антирусских высказываний практически не было, то сейчас они появились. Люди теряют терпение. Появились антизападные и антиамериканские настроения. Это связано с тем, что многие считают, что американцы дают деньги России при попустительстве Международного валютного фонда. 28 Местные жители говорят, что американцы могли бы остано-вить эту войну, используя свое влияние. Причем интересно, что даже малограмотные крестьяне были осведомлены о том, что в Москве находится Государственный секретарь США, что он улы-бается президенту Ельцину и ни слова не говорит о Чечне. Я впервые отметил резкие антиамериканские настроения в Чечне. Нарастает отчаяние, нарастает воля к сопротивлению. Из Сер-новодска, где никогда не было большого числа воюющих, очень многие ушли в горы. Называют цифру в несколько сотен человек, у некоторых моих знакомых ушли дети. Потому что произошло ужесточение войны, разгромлены были Самашки и Серноводск, резко изменилась тактика ведения войны. Захват Самашек был диким и ненужным действием с точки зрения здравого смысла. Кроме того, чеченцев воодушевило взятие Грозного. С одной стороны, они увидели усилившуюся жестокость российских военных, с другой стороны, — их беспомощность. Эти два фактора способствовали тому, что многие люди взяли оружие. Сейчас гораздо больше людей воюет против российской армии, чем два месяца назад. И. ГЕРИХАНОВ. Вы спрашивали кого-либо из военных, для чего все это делалось Ради чего происходило это насилие А. МИРОНОВ. Я пытался говорить с солдатами и с омоновца-ми. Замечу, что не всегда это возможно, потому что их отношение к журналистам примерно такое же, как к чеченцам. Чеченцам они говорят: вы все бандиты, а журналистам — вы все врете. Но иногда все-таки удавалось поговорить. Солдаты сами не видели в этих операциях никакого смысла и ничего не понимали. И. ГЕРИХАНОВ. Вам известно количество жертв в Самашках как среди мирных жителей, так и в федеральных войсках А. МИРОНОВ. Во время массированного обстрела невозможно подсчитать все жертвы. Но беженцы утверждали одно: огромное количество трупов на улицах. Врач, оказывавшая помощь в Са-машках, называла цифру — около 600 человек. Это лишь пример-ная оценка. На чем она основана, мне не известно. Я не могу точ-но судить о том, сколько людей погибло в Самашках. И. ГЕРИХАНОВ. Сколько забрали в фильтрационные лагеря, в том числе и школьников А. МИРОНОВ. Мне называли цифру 125 человек по состоянию на 17 марта. 29 Опрос свидетеля Михаила Леонтьева Газета Сегодня, Москва Состояние российской армии, воюющей в Чечне. Организация ведения военных действий у федеральных войск. М. ЛЕОНТЬЕВ. Я был в Чечне три раза. Дважды в январе 1995 года и один раз в феврале под Аргуном. Существует колоссальная разница между тем, что происходило в начале января в Грозном, и тем, что происходило потом, я имею в виду, как вели себя солдаты, как вело себя население. Я видел офи-церов спецназа, старших офицеров, прошедших по пять локальных войн, бывавших под пулями, они находились в состоянии глубокого шока. Один из знакомых офицеров сказал: Вы чего сюда приеха-ли Это вам не Абхазия! Здесь нас мочат. Он был на грани исте-рики. Я считаю, что люди, которые послали в Грозный солдат, кото-рые отвечали за выполнение этой операции, могут по всем основа-ниям подозреваться в предательстве. Потому что, полагаю, реаль-ной целью этой акции было поражение России в Грозном. То есть войска должны были войти в Грозный и там остаться, и на следую-щее утро Дудаев сказал бы, что нет больше российской группиров-ки, она ликвидирована. Как выяснилось, там были укрепрайоны, там были практически три года обучавшиеся вооруженные силы. Конечно, не все чеченские ополченцы являются профессионала-ми, но ядро, на которое натолкнулась российская армия, — это бы-ли люди, ничуть не хуже, а, как правило, гораздо лучше подготовле-нные, чем основная часть российской армии, и они были вооруже-ны. То есть российскую армию в Чечне встретили вооруженные силы, структурированные в гораздо большем соответствии с задача-ми той военной кампании, которую они собирались вести и ведут. Авиация, как вы знаете, была уничтожена на аэродроме в пер-вый же день. Кстати, это был единственный, известный мне, случай точечного бомбометания с применением современных средств. Все остальное бомбометание было похоже на все ту же смесь иди-отизма и предательства, Например, бомбежка консервного завода (командовали там из штаба рохлинской группировки). В этот сезон в Чечне была чрезвычайно плохая видимость, и бомбить было бес-смысленно. Существует зона соприкосновения войск, а вся осталь-ная территория никем не контролируется. Там вперемежку все — и какие-то укрепрайоны российских войск, и чеченские боевики, и гражданское население. Шансов попасть в чеченских боевиков практически не было. Шансы попасть в мирное население были. Но самые высокие шансы были попасть в нашу армию. 1,2,6,30,34,49,51. 30 У меня создалось впечатление, что летчики просто не имели опыта налета, они боялись возвратиться с боезапасом и под видом боевой задачи сбрасывали эти бомбы лишь бы сбросить. Я знаю случаи, когда российские офицеры в Моздоке били летчиков. Я, на-пример, знаю, что спецназ ВДВ первые свои потери понес от атаки нашей авиации на четыре первых головных БТРа, где шли как раз элитные части. Четыре первых БТРа были уничтожены атакой рос-сийской авиации. Тут они попали точечно. Погибли люди, каж-дый из которых дорого стоил для армии, батальона, полка. Хочу рассказать, как осуществлялась Грозненская операция. В город должны были войти с четырех сторон четыре группировки. Две из них по неизвестным причинам просто не вошли. Приказ был, но они не вошли. Одна из группировок вошла с востока, со стороны железнодорожного вокзала. Там погибла Майкопская бри-гада в полном составе. Утверждают, что погибло 76 человек, я видел около 30 человек, оставшихся от этой бригады. Это была сожжен-ная бригада. Бабичев старался вызволить остатки этих солдат. Северная Рохлинская колонна. Приказ был такой: сосредото-читься в определенных точках для штурма зданий. Но город оборо-нялся хорошо обученными чеченскими формированиями, имевши-ми всю информацию о наступлении, знавшими конкретно по именам почти всех командиров боевых машин. Мне рассказывали, что в наушниках в БТРах слышались обращения по-русски по име-ни и отчеству с указанием должностей и званий, иногда с указани-ем адресов. Психологическое давление от этого было колоссальное. Более того, в феврале под Аргуном военные говорили, что, когда они ведут переговоры с полевыми командирами, те знают все. Они узнают через 2-3 дня о перемещении, передислокации. Они знают всю оперативную информацию по средним и младшим офицерам, по командирам рот, взводов. Источником такой информации могут являться соответствующие штабные инстанции, в которые эта ин-формация поступает. В. ГРИЦАНЬ. Вы контактировали с обеими сторонами М. ЛЕОНТЬЕВ. Только с российской. Меня не интересовала противоположная сторона. Вместе с тем я считаю, что в любой нормальной стране военачальники, проводившие операции таким образом, должны быть судимы военным судом, — не с точки зре-ния гуманитарного права, а с точки зрения того, как они руково-дили. Мне кажется, что можно было бы обеспечить выполнение тех же самых задач гораздо меньшей ценой. Безусловно, российская армия в Чечне имеет противником людей, которые сегодня мирное население, а завтра — немирное. Понять, кто они, невозможно. Какие-то действия, естественно, необходимы. Другой вопрос: как они проводятся и кем. 31 Опрос свидетельницы Елены Масюк Тележурналистка НТВ, Москва Преступное отношение руководства рос-сийских войск к своим солдатам. Преступления против мирных жителей Чечни. Обстрелы Шали, Чечен-аул, Гази-Юрт (дека-брь 1994 г., январь 1995 г.). Применение игольчатых снарядов. Фильтрационные пункты. Положение журналистов на чеченской войне. Е. МАСЮК. Если вести речь о преступлениях против человеч-ности на необъявленной чеченской войне, то можно говорить по крайней мере о двух вещах. О преступлении против чеченского народа и о преступлении российского руководства, направленном против собственной российской армии. Что я имею в виду во втором случае После того как в ноябре 1994 года оппозицион-ные танки вошли в Грозный и были направлены против Дудаева, министр обороны Грачев сказал: Я бы никогда не допустил, что-бы танки вошли в город. Это безграмотность дикая. Тем не ме-нее в ночь с 31 декабря 1994 на 1 января 1995 года штурм прези-дентского дворца начался при помощи бронетехники. Я была со съемочной группой в президентском дворце 1 янва-ря. И вот, когда мы должны были выйти оттуда, к главному входу подъехал танк, и чеченцы сказали: Подождите, мы его подобьем, и тогда вы сможете выйти. Я не военный человек, но мне было понятно, что пускать бронемашину на штурм огромного бетонно-го здания абсолютно бессмысленно. Не знаю, что руководило сол-датами, которые сидели в танке, приказ или какая-то агония вой-ны. Но на узких улицах города в этот день мы видели огромное количество подбитой бронетехники: около дворца, на улице Ле-нина, на площади Минутка. Рядом с этой бронетехникой лежало много убитых солдат, не считая тех, кто сгорел в бронемашинах. Приведу пример безответственного отношения военачальни-ков к своим солдатам, к своим подчиненным. В начале января в госпитале в селе Старые Атаги (это недалеко от Грозного) мне давали интервью четверо спецназовцев 22-й бригады из Ростова. Они рассказали о том, что в их бригаде было сорок человек, их сбросили в предгорья с вертолетов и сказали, что задание им дадут на месте. Была зима, было холодно, у них не было пищи и никаких средств к существованию. Три дня они проходили по этому предгорью и добровольно сдались в плен чеченцам. Чет-веро из них были больны и находились в селе Старые Атаги. Эти солдаты рассказали мне, что прежде чем идти на эту опера- - 6,7,8,13,17,18,20,21,22,28,30,31,32,37,40,42,44. 32 цию, командиры приказали им сдать их военные билеты, объяс-нив это тем, что если чеченцы обнаружат военные билеты, то они по этим фамилиям выяснят адреса их родственников и бу-дут мстить. У этих спецназовцев не было никаких жетонов, ни-каких медальонов на шее, поэтому если бы с ними что-то случи-лось, то выяснить имя этого человека, этого погибшего солдата было бы невозможно. Один из омоновцев рассказал мне, как ему и солдатам из его части командир приказывал закапывать в траншее убитых солдат. Так российская армия относится к телам погибших солдат в Чечне. Сколько солдат лежат неопознанными, сколько просто исчезли с лица земли и находятся в братских могилах, а матери, приезжаю-щие в Чечню, пытаются их найти... В селе Алханкала в первых числах февраля 1995 года (это в 10 километрах от Грозного) мы снимали последствия боя, который был за 10 дней до этого. Там было огромное количество подбитой бронетехники, какие-то оставшиеся сожженные части трупов на-ходились еще внутри бронемашин. И мы встретили там старика, который нам показал могилу одного солдата. Этого солдата вы-бросило взрывной волной из танка, и он лежал около танка не-сколько дней. Голодные собаки (так было и в Грозном) объели те-ло, и, как рассказывал старик, дети играли костями. Для того чтобы это прекратить, старик захоронил то, что осталось от по-гибшего солдата. Он поставил православный крест из прутиков. Но, видимо, он не смог собрать все останки, разбросанные по этому полю, — и мы увидели там человеческую нижнюю челюсть. Зубы все были целы, — это был молодой человек. Части костей были все еще разбросаны около этой бронемашины. Операции по взятию Грозного и других населенных пунктов были абсолютно не подготовлены. В конце мая 1995 года я дела-ла репортаж о вертолетчиках, которые вылетали на боевые за-дания в Сержень-Юрт, в Шатойский район, когда шло, как это называется на языке военных, активное вытеснение боевиков в горы, а потом с гор. Правда, куда вытесняли, непонятно. Вертолетчики мне сказали, что их боевые вертолеты МИ-24 на-ходятся на вооружении российской армии уже более 15 лет. Все они практически отслужили свой срок, и нет никакой уверенно-сти, что эта машина вернется обратно в исправности на свой вертолетодром в Ханкалу. Эти вертолеты не оборудованы сис-темой защиты от тепловых ракет противника. На задание летчи-ки вылетали только с половиной боекомплекта, потому что был недостаток боеприпасов. Они совершали по 5-6 вылетов в день по 45 минут. Они называли себя камикадзе. Что можно требовать от солдат, какой дисциплины и идеи, если армия просто голодала На одного солдата в день Министерство
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35

  • А. ОСОВЦОВ.
  • А. ЛАРИН.
  • В. БОРШОВ.
  • В. БОРЩЕВ.
  • И. ГЕРИХАНОВ.
  • Опрос свидетеля Михаила Леонтьева
  • В. ГРИЦАНЬ.