Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Марк Сейфер Абсолютное оружие Америки




страница14/37
Дата14.05.2018
Размер7.82 Mb.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   37

Пожар в лаборатории (1895)
Гибель мастерской Николы Тесла со всем ее удивительным содержимым –не просто личная трагедия. Это несчастье для всего мира. Не будет преувеличением сказать, что можно по пальцам одной руки пересчитать ныне живущих людей, которые больше значат для человечества, чем этот молодой джентльмен. Едва ли найдется даже один такой человек.

Чарльз Дана
Это произошло «в один прекрасный воскресный полдень 1894 года». Прогуливаясь по Пятой авеню с двадцатипятилетним Д. МакФарланом Муром – своим многообещающим коллегой в области флуоресцентного освещения, сербский ученый муж «неторопливо остановился» и задумчиво произнес: «Мур, как только мы научимся передавать сигналы из любой точки земного шара, следующим шагом станет общение с другими планетами».

Но, прежде чем ставить перед собой эту грандиозную задачу, нужно было усовершенствовать передачу на большие расстояния на Земле. Ученый планировал передавать сообщения из своей лаборатории на принимающее оборудование, размещенное на пароходе на реке Гудзон. К несчастью, 13 марта 1895 года лаборатория Тесла сгорела дотла. «Пол обрушился, и оборудование провалилось на второй этаж».

В первый момент весь цивилизованный мир пришел в ужас, поскольку уничтожение мастерской маэстро было трагедией, последствия которой невозможно оценить. К счастью, сам Тесла не пострадал – в это время он спал в отеле. «Две готовых развалиться кирпичных стены и разверстая пасть мрачной пропасти, полная черной воды и масла, – вот все, что можно было увидеть в то роковое утро. Больше ничего не осталось от лаборатории, которая для всех, кто посещал ее, была одним из самых интересных мест на земле».

Этот «великий в будущем человек, – писал журнал «Современная литература», – который живет, словно во сне, забывая о времени, только ради грядущего, должен был вот вот совершить революцию в области электрического освещения, сделав его доступным беднейшим слоям населения. Мгновенное уничтожение его бесчисленных чудес – катастрофа не только для него самого, но и для всего человечества». Возможно, чтобы хоть немного подбодрить Тесла, «в честь сербско американского пионера электрической связи Почтово телеграфный союз Сербии произвел сенсацию, соединив проходящие одновременно в Белграде и Нисе концерты при помощи телефона, чтобы их могли слышать жители обоих городов».

«Лаборатория Тесла была, в своем роде, частным музеем, – писал Т.К.Мартин. – Владелец хранил в ней множество сувениров в память о прошлых работах и экспериментах». После подробного описания содержимого лаборатории Мартин завершал статью такими словами: «Возможно, самой трагической потерей является гибель всех записей и бумаг мистера Тесла. У него хорошая память, и он может подробно – описать любой эксперимент, проведенный в прошлом, но время, которое ему потребуется на восстановление исследований, будет стоить другим ученым многих лет боли и труда в поте лица. Но на дымящихся руинах надежды Тесла, стиснув зубы, вновь берется за работу».

Напряжение было огромным, и Тесла неимоверным усилием воли заставлял себя не поддаваться отчаянию. Одна из газет сообщала, что у него «упадок сил».

Чтобы поддержать Тесла, Мартин встретился с ним в местном кафе и подарил ученому еще несколько бесплатных экземпляров его книги. Возможно, издатель также дал ему денег. «Если это доставит удовольствие Вашей светлости, – с поклоном произнес Мартин, – ваши эксперименты были повторены в Берлине, и на них присутствовал брат императора, принц Генри. Если вы не будете получать от меня ежедневную поддержку, то скоро впадете в апатию, как бывает, когда вы забываете принять свою ежедневную дозу электричества». Они вместе работали над статьей Мартина, посвященной пожару в лаборатории, чтобы дать более подробное описание погибшего оборудования.

Вестингауз по прежнему сражался с Уильямом Стэнли из «Уильям Стэнли Компани» и Элайхью Томсоном из «Дженерал Электрик» в судебной битве, посвященной патентам, поскольку оба концерна продолжали незаконное производство индукционных моторов переменного тока, утверждая, будто это их собственный проект. За 1893–1897 годы эти концерны в общей сложности продали на 10 000 киловатт больше, чем Вестингауз. По некоторым сведениям, их моторы и генераторы были более эффективными. Стэнли, продолжавший нахально рекламировать свою многофазную систему в электротехнических журналах, к тому времени увеличил штат – сотрудников с пятнадцати человек до нескольких сотен, а «Дженерал Электрик» была вдвое больше «Уильям Стэнли Компани».

Захваченная патентными спорами, компания Вестингауза решила опубликовать в газете полностраничное объявление, гласившее:

«Электрическая производственная компания Вестингауза» – единственный обладатель многофазной системы Тесла».

Далее говорилось: «Новаторство изобретений мистера Тесла было подтверждено профессором Элайхью Томсоном, который при обсуждении работ Тесла в Американском институте инженеров электриков в 1888 году сказал: «Меня очень заинтересовало описание нового очаровательного моторчика мистера Тесла. Возможно, вам известно, что я тоже работал в этом направлении и добился примерно таких же результатов. Свои эксперименты я проводил с использованием единичной, а не двойной цепи переменного тока».

Хотя компания «Дженерал Электрик» вскользь дала понять, что мотор Тесла опасен, потому что слишком искрит, не доказано, что пожар в лаборатории был вызван находящимся внутри оборудованием. Он начался этажом ниже, в химчистке. Некоторые исследователи предполагают, что виной всему стала неосторожность ночного сторожа, который мог курить рядом с промасленной ветошью.

Оборудование не было застраховано, и сумма убытков приближалась к миллиону долларов, но, возможно, истинная цифра составляла примерно 250 000. О'Нейл предполагает, что на помощь пришел Адаме, предложив 40 000 долларов в обмен на часть компании. Однако Адаме и так уже был партнером Тесла, а значит, тоже понес убытки. Однако существуют доказательства того, что Адаме все же помогал Тесла. Роялти из Европы и скромные ежегодные суммы, выплачиваемые компанией Вестингауза, также сделали свое дело, но Тесла нужно было найти дополнительный источник доходов, чтобы построить новую лабораторию.

Тесла получил множество писем от друзей из компании Вестингауза. Инженер Эрнест Гейнрих писал: «Спешу выразить вам мои искренние соболезнования». Не зная истинного положения дел, он продолжал: «Полагаю, вы хорошо застрахованы и вскоре сумеете найти другое подходящее место для возобновления вашей работы».

Тесла не был застрахован, но продолжал двигаться вперед по инерции. Через несколько дней он уже искал новое помещение. В перерывах между поисками он заглядывал в одну лабораторию, где всегда под рукой было жизненно необходимое оборудование. В течение следующих нескольких недель Никола Тесла трудился в лаборатории Эдисона в Ллуэ лин парк, Нью Джерси, «куда не допускают никого, кому не дали пропуск сам мистер Эдисон или один из его ассистентов». В это же время Тесла связался с Альбертом Шмидом насчет поставки оборудования. Он сражался за каждый цент, впрочем, это было его привычкой. «Относительно цены полностью полагаюсь на честность «Вестингауз Компани», – говорил Тесла, прибавляя: Полагаю, что в этой стране еще есть джентльмены, которые верят в загробную жизнь».

Вице президент и генеральный управляющий Сэмюэл Баннистер в качестве подарка отправил Тесла несколько его ранних моделей, оставшихся от Всемирной ярмарки, и выразил сожаление в связи с постигшим ученого несчастьем: «Я рад слышать, что вы работаете не покладая рук, пытаясь восстановить утерянное как можно быстрее». Однако это было слабое утешение, поскольку «Вестингауз Компани» выставила Тесла счет за погибшее в огне оборудование, которое ученый брал в аренду; компания также требовала денег за новое оборудование.

В апреле в ответ на заявление Брисбена о том, что Тесла «еще более велик, чем Эдисон», обострилась конкуренция этих двух ученых (по крайней мере, в прессе). «Кто король: Эдисон или Тесла?» – спрашивала нью йоркская «Трои Пресс». Джозеф Джефферсон, трагик из Бостона, без колебаний заявлял: «Эдисон низвергнут, а Тесла будет коронован».

«Электрические волшебники близнецы» вместе с Александром Беллом встретились в мае в Филадельфии, на Национальной электрической выставке. Впервые переменный ток Тесла был передан на расстояние пятисот миль. Тесла был разочарован, потому что по существующим телефонным линиям передали лишь незначительное количество энергии, так как страховщики опасались повреждения или пожара. Однако эксперимент увенчался успехом и затмил рекорд, поставленный в Лауффене и Франкфурте.

«Самое удивительное на этой выставке – демонстрация возможности передавать электрический ток, полученный от Ниагарского водопада. По моему мнению, это решает один из важнейших вопросов, связанных с развитием электричества», – отметил Эдисон. Белл согласился с ним: «Эта передача электроэнергии на большое расстояние является крупнейшим достижением электрической науки за последние несколько лет».

«Глядя в будущее, Белл с Эдисоном поняли, что при помощи данного открытия города и деревни, удаленные от электростанций, смогут получать электричество с величайшей экономией и удобствами, намного превосходящими те, что существуют сегодня».

Тесла, «решивший эту проблему», заявил: «Я твердо убежден, что можно передавать электричество при помощи гидроэнергии в коммерческих целях на расстояние свыше пятисот миль, это обойдется в половину дешевле, чем пар или уголь. Я готов поставить свою жизнь и репутацию на карту в поддержку данного утверждения».

Не осталось письменных записей того, что говорили Тесла и Эдисон по этому поводу, но, вероятно, каждый втайне посмеивался над представленным в прессе соперничеством. Тесла поблагодарил Эдисона за предоставленную во временное пользование лабораторию, а Эдисон выразил Тесла сочувствие по поводу потери мастерской.

«Дженерал Электрик» проигрывала свою пропагандистскую кампанию на всех фронтах. Даже Эдисон признавал достижения Тесла. Поползли слухи о том, что было достигнуто соглашение с Вестингаузом об объединении патентов, но до окончательного решения оставалось еще несколько лет: во первых, у «Дженерал Электрик» было слишком много филиалов, занимающихся пиратской деятельностью в отношении аппарата Тесла, а во вторых, Вестингауз не видел выгоды в немедленном заключении соглашения. После серьезного поражения в суде штаб квартира «Дженерал Электрик» утратила свое влияние, однако компания продолжала борьбу, потому что ее спонсоры контролировали Ниагарский проект. Более тою, масштабы предприятия не позволяли Вестингаузу браться за дело в одиночку. Т.К.Мартин наивно думал, что близится полное примирение и реабилитация Тесла. «Это будет означать признание превосходства ваших многофазных патентов, – писал он. – Полагаю, они все получат право на существование».

Не похоже, чтобы Тесла сообщил ему о подписанном контракте, потому что год спустя издатель снова затронул эту тему. «Не могу выразить, как я рад слышать о признании ваших патентов компанией «Дженерал Электрик», и спешу вас с этим поздравить. Теперь у вас наконец появятся собственные деньги», – заключил Мартин.

С исторической точки зрения признание было уже близко, поскольку теперь даже конкуренты соглашались, что только изобретения Тесла способны «обуздать Ниагарский водопад». Но ученый так и не получил никакой финансовой выгоды, кроме ранее оговоренной в контракте.

«Это открытие легло в основу попытки Ниагарской компании использовать огромную мощь водопада, которая веками пропадала впустую, и заставить работать машины в больших и малых городах, таких, как Буффало, расположенный в двадцати милях, и, возможно, в Нью Йорке и Чикаго», – объявил «Ревью оф Ревьюз». После этого журнал сообщил сенсационную новость: «Открытие также лежит в основе намного менее дерзновенного проекта Вестингауза и Болдуина, которые собираются пустить железнодорожный экспресс, работающий на электричестве. Не будет преувеличением сказать, что мотор Тесла стоит за всеми попытками передачи энергии, которые предпринимаются в нашей стране, не только в области производства и транспорта, но также в шахтерском деле, ирригации и сельском хозяйстве».
7 августа 1895 года

Дорогой мистер Вестингауз,

Из журналов я узнал о вашем обоюдном соглашении с железнодорожной компанией Болдуина. Новость о вашем объединении стала приятной неожиданностью. Такое прекрасное сочетание способностей и возможностей не может не представлять интереса для обеих сторон.

Искренне ваш, Н. Тесла
Тесла был необходим новый капитал. Корпорация Вестингауза требовала возмещения ущерба за утерянное оборудование и оплаты новых машин, несмотря на то что совсем недавно заключила два чрезвычайно выгодных контракта в двух совершенно различных областях, в основе которых лежали достижения Тесла. Корпорация могла бы закрыть глаза на долг в несколько тысяч долларов, ведь именно Тесла играл ведущую роль в объединении таких крупных участников Ниагарского проекта, как Эдвард Дин Адаме, Джон Джейкоб Астор и Уильям Берч Рэнкин. Ученый понимал, что использование индукционного мотора в области транспортных перевозок выходит за рамки первоначального контракта. Разве он не заслужил гонорара за такой благоприятный поворот событий? Тесла наивно продолжал приглашать в Питтсбург новых потенциальных клиентов, словно был их личным представителем, но так и не получил дополнительной компенсации за свои услуги.
Марсианская лихорадка (1895–1896)
Если на Марсе или на другой планете есть разумные существа, мне кажется, мы сможем привлечь их внимание. Я вынашивал этот план в течение пяти или шести лет.

Никола Тесла
Джон Джейкоб Астор III закончил Гарвардский университет в 1888 году в возрасте двадцати двух лет. Он был одним из богатейших людей в мире, его капитал составлял примерно 100 миллионов долларов. Для сравнения: доход Дж. Пирпонта Моргана составлял всего 30 миллионов долларов. В юности Астор тоже был изобретателем – он запатентовал велосипедный тормоз и пневматическую дорожку, которые получили приз на Чикагской всемирной ярмарке в 1893 году. Среди других изобретений были аккумуляторная батарея, двигатель внутреннего сгорания и летающая машина.

Астор, которого в колледже дразнили «племенным ослом»,9 теперь отрастил длинные клиновидные бакенбарды и навощенные усы и проходил курс у неподражаемого профессора астрономии Уильяма Пикеринга. Одним из излюбленных планов Астора было стремление создать искусственный дождь, «перекачивая теплый, влажный воздух с поверхности земли в верхние слои атмосферы», однако бюро патентов отвергло этот проект. Таким образом, когда Пикеринг пояснил, что смена времен года происходит из за отклонения земной оси от эклиптики, Астор был заинтригован. Если бы Земля не отклонялась от Солнца, предположил Пикеринг, возможно, на ней был бы всегда одинаковый, умеренный климат – даже на Крайнем Севере и в южных широтах. В рамках учебного курса Астор посещал Гарвардскую обсерваторию. Там вместе с такими многообещающими студентами, как Персиваль Лоуэлл, брат президента университета, Астор смотрел в огромный телескоп и наблюдал за космическими чудесами: лунными кратерами, спутниками Юпитера и удивительными кольцами Сатурна.

В апреле 1890 года профессор Пикеринг попал на страницы газет, сделав снимки так называемой снежной бури на Марсе. Он подсчитал, что покрытая снегом область равнялась территории Соединенных Штатов. Два года спустя, во время прославленного путешествия в Гарвардскую обсерваторию в Арекипе, Перу, пышнобородый профессор объявил об очередном открытии: «…на Марсе множество озер. В каналах есть как темные, так и светлые участки. Мы так же видели облака и таяние снегов, и это подтвердило гипотезу Гершеля о том, что вокруг водных источников имеется растительность».

Идея послать сигналы «марсианам» была очень популярна в те дни, и Астор, как и Тесла, тоже попал под ее влияние. В 1894 году Персиваль Лоуэлл опубликовал в журнале «Нейчер» описание марсианских каналов. В то же время Астор, которому было всего тридцать лет, закончил научно фантастический роман о космическом путешествии. Озаглавленный «Путешествие в другие миры», роман представлял собой футуристический взгляд на события, происходящие век спустя. Через несколько месяцев после публикации, в феврале 1895 года, финансист подарил экземпляр великому Тесла.

Хотя Тесла не очень впечатлило это произведение, он обещал Астору сохранить его как «интересный и приятный сувенир на память о знакомстве».

Иллюстрированная призрачными космическими картинами, которые сделал Дэн Бирд, история Астора начинается в 2000 году, со встречи в ресторане «Дельмонико» представителей Компании по выпрямлению земной оси, в чью задачу входит создание хорошей погоды на всей планете.

«В конце двадцатого века» Астор предсказывал появление видеотелефона, самолета, способного облететь всю Европу за один день, электрического автомобиля, скрытых полицейских фонографов для записи разговоров преступников, цветной фотографии, Я устройства для вызова дождя, идеи колонизации Солнечной системы и делал предположение, что из космоса Земля похожа на лунный серп.

Возможно, самым выдающимся пророчеством Астора является путь «космического корабля» «Каллисто» к Юпитеру. Астор высказывает предположение о том, что гравитация, подобно магнетизму, обладает отталкивающей силой. Эта энергия, которую он называет апергией, – всего лишь противоположность гравитации. Взяв под контроль апергию, астронавты из его книги сначала направляются к Солнцу, а потом «изменяют курс, по касательной возвращаясь к Земле, и «настраиваются» на верное направление (назад к Юпитеру), летая вокруг Луны, чтобы вступила в действие апергия». Ровно через сто лет после появления этой книги НАСА действительно отправила космический корабль под названием «Галилео» по похожей траектории, но только вместо Луны отправной точкой для поворота к Юпитеру послужила Венера. Современный полет занял несколько лет, а усталые путешественники Астора покрывали это расстояние за пару дней. На Юпитере кипит жизнь. Цветы приветствуют астронавтов, «распевая громко, словно церковные органы». Красное пятно, увиденное с корабля, вызвано тем, что лес изменил свой цвет после наступления холодного сезона. Вооруженным астронавтам удается убить нескольких животных, похожих на мастодонтов. К счастью, есть возможность вернуться на «Каллисто» и отправиться на Землю.

Подстегиваемые духом соревнования, газеты и журналы наперебой кричали о том, что Марс населен существами, возможно, более высокоразвитыми, чем люди. Тесла в передовых статьях нью йоркских газет и электротехнических журналов смело заявлял, что сумеет «подать сигнал звездам», книжные магазины были завалены произведениями Астора о космических путешествиях и «романтике будущего», да и другие известные люди заразились «внеземной лихорадкой».

В 1895 году Джордж Латроп, зять новеллиста Натаниэля Готорна, поместил на страницах «Нью Йорк Джорнал» рассказ о битве землян с представителями «красной планеты». Оружием землян были «пронзающие лучи смерти», созданные колдуном из Менло Парка – Томасом Эдисоном. На следующий год Джордж дю Морье, дедушка Дафны, написал роман «Марсианин», в котором речь шла о крылатых существах телепатах, которые «не произошли от обезьяны», но способны создавать мраморные статуи и орошать целую планету. Еще год спустя Г. Уэллс приобрел известность благодаря роману ужасов «Война миров», который был опубликован в нескольких номерах журнала «Персоне». В этом романе отвратительные, похожие на осьминогов марсиане прилетают на Землю в своих яйцевидных космических кораблях и пытаются поработить землян.

Хотя это были фантастические истории, в их основе лежали прогнозы, сделанные вполне здравомыслящими учеными. Главным виновником был французский астроном и физик Камиль Фламмарион. В своей работе «Рассказы о бесконечности: Люменистория кометы во вселенной», опубликованной в 1873 году, Фламмарион брал интервью у «Люмена» – мудрой кометы, расспрашивая ее о скорости света, путешествии во времени и жизни на других планетах. Люмен: «Ах, если бы вы познакомились с организмами, проживающими на Юпитере или Уране, вы бы поняли, что есть живые существа, которые способны понимать без глаз, ушей или обоняния, что в природе есть другие непознанные чувства, отличные от ваших».

Эта идея, получившая название гипотезы о множественности миров, очень стара, у нее было много приверженцев на протяжении веков. Первые астрономы, такие, как Кеплер, Ньютон, Лаплас и Гершель, поддерживали эту идею наравне с современными астрофизиками, например Карлом Саганом.

Люди, осознающие безбрежность космоса, знают, что Земля может быть не единственной планетой, на которой существует жизнь. В римской и греческой мифологии, повествующей о жизни и деяниях различных божеств, каждая планета имеет своего персонального бога. Вероятно, эти мифы служили психологическим образцом для астрономических споров и появления соответствующих религиозных верований.

Карл Юнг связывал с таким мифологическим мышлением веру в НЛО, поиски смысла и Бога. Ассоциируя Бога с неизвестностью, подсознанием и мудростью, люди пытаются толковать сновидения. Юнг говорит, что миф – итог попыток сознания понять бессознательное. Таким образом, тайны космоса связаны с загадками нашего мира. Первобытные инстинкты, архетипы являются механизмом, при помощи которого люди стремятся объяснить природные и небесные явления. Именно попытки назвать, понять лежат в основе мифов, созданных нашими предками.

Вера в древних небесных богов и во внеземное существование имеет одну общую причину: люди не могут быть высшими существами во Вселенной, значит, есть некий высший Творец. Поскольку эта идея затрагивает самые глубинные чувства человека, многочисленные ученые, художники и писатели веками стремятся разгадать тайну.

В 1835 году Ричард Адам Лок из «Нью Йорк Сан» написал серию статей, посвященных астроному сэру Джону Гершелю – первооткрывателю Урана, предположительно обнаружившему высшие формы жизни на Луне. Розыгрыш Лока, распространившийся по всему свету еще до появления в печати, стал возможным потому, что в то время сам Гершель находился в Южной Африке и не мог связаться с прессой. Животных, похожих на единорогов, и крылатых гуманоидов Гершель якобы увидел в чудесный (и вымышленный) телескоп длиной 150 футов, который а мог увеличивать предметы в сорок две тысячи раз. Тридцать лет спустя Жюль Верн пригласил своих читателей в путешествие на Луну, однако к 1870 м годам местом назначения стал Марс.

Первая попытка создать карту Марса и отобразить черты этой планеты была предпринята Бернардом де Фонтаной и Кристианом Хайгенсом в середине 1600 х годов. Более детальные изображения были сделаны Гершелем в 1830 году и многими другими учеными, такими как, Камиль Фламмарион, в 1860 1870 х годах, а в 1880 х годах – Джованни Чиапарелли, который назвал линии на Марсе каналами.

В двух научных трактатах – «Множественность миров» и «Марс и его обитатели» – Фламмарион высказал убеждение, что на Марсе есть не просто жизнь, а разумные существа. Бородатый французский астроном, карлик, под стать своему пятнадцатифутовому телескопу, подробно описал горы, долины, кратеры, озера и океаны Марса в «Норт Американ Ревью» в 1896 году. «Очевидно, что на Марсе буйствует жизнь», – заключил Фламмарион. Возможно, находясь под бессознательным влиянием розыгрыша в «Нью Йорк Сан» за 1835 год или истории дю Морье, он предположил, что благодаря малому весу атмосферы «обитатели Марса умеют летать. Разве там не могут жить люди стрекозы, порхающие в воздухе над озерами и каналами?».

Пока Фламмарион только начинал описывать марсиан, Тесла ни много ни мало собирался войти с ними в контакт. Самым влиятельным сторонником этой идеи в Америке был, несомненно, высокообразованный Персиваль Лоуэлл – потомок знатной семьи Лоуэллов из Массачусетса. Под влиянием Фламмариона он часто попадал на первые полосы газет со статьями вроде «На Марсе есть жизнь». Он также написал несколько научных докладов, опубликованных в таких престижных журналах, как «Нейчер» и «Сайентифик Американ». Но кульминацией стала солидная работа «Каналы Марса», разделенная на части известной Издательской компанией МакМиллана.

В отличие от воинственных обитателей Земли, марсиане живут спокойно. Им удалось преодолеть свои животные инстинкты и «разумно провозгласить мир». Марсиане – «мудрые строители», сохранившие запасы воды и научившиеся жить в цивилизованном обществе.

Марс был более старой, а значит, и более умудренной опытом планетой. Ее обитатели пережили техническую революцию миллиарды лет назад и научились управлять своей планетой, исходя из глобальной перспективы.

Когда человечество находилось на заре нового технологического общества, было отрадно думать, что мы не одиноки. Мы всего лишь представители сообщества разумных планет, и у нас есть соседи, к которым можно обратиться за помощью.

К концу 1890 х годов Лоуэлл завершил строительство гигантского телескопа во Флагстаффе, Аризона, где он и находится по сей день – один из самых лучших в мире. Оттуда Лоуэлл сообщал о своих новых открытиях, включая опись галактик, которые тогда назывались «островами Вселенной».

Трудно переоценить влияние Лоуэлла на современное мышление. Например, гипотеза о существовании растительности на Марсе подтверждалась Вернером фон Брауном, Уилли Леем и П. Боунстеллом, которые писали в своем совместном произведении «Исследование Марса» в 1956 году: «Таково описание Марса в середине века: маленькая планета, на три четверти занята ледяной пустыней, а остальная часть покрыта растительностью, вероятнее всего, мхом. Марс – не мертвая планета, однако на ней не могут жить разумные существа, о чем мечтали люди в 1900 году».

Убеждения общества определяют его реальность. Но общество состоит из индивидуумов, а в случае с предположением об обитаемости Марса эти индивидуумы часто приукрашивали объективные научные изыскания. При энергичной поддержке прессы самыми рьяными сторонниками «жизни на Марсе» были астрономы, но на первом месте все же стояли ученые.

Элайхью Томсон – мечтатель и друг профессора Пикеринга – был настолько захвачен этой идеей, что часто привозил свой телескоп на фабрики, чтобы рабочие могли собственными глазами увидеть марсианскую систему каналов. Среди других видных ученых был лорд Кельвин, который после приезда в Америку в сентябре 1897 года заявил прессе о своем плане послать на Марс ночной сигнал из сияющего огнями Нью Йорка. Несомненно, он обсуждал свою идею с Тесла, когда был в его лаборатории. Эдисон также увлекся эзотерическими идеями, но он хотел изобрести подобие телефона для связи с духами умерших, а не с живыми марсианами.

«Возможность привлечь внимание марсиан лежала в основе моего принципа распространения электрических волн, – сказал мистер Тесла репортерам в 1896 году в статье «Правда ли, что Тесла собирается подать сигнал звездам?». – Тот же принцип может с успехом применяться для передачи новостей в любой уголок планеты. Можно охватить каждый город на земном шаре. Таким образом, сообщение, отправленное из Нью Йорка, окажется в Англии, Африке и Австралии в одно мгновение. Как это будет великолепно!»
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   37

  • Чарльз Дана
  • Искренне ваш, Н. Тесла
  • Марсианская лихорадка (1895–1896)
  • Никола Тесла
  • «Рассказы о бесконечности: Люмен