Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Марии Штайнер Первая лекция




страница1/26
Дата13.03.2017
Размер3.83 Mb.
ТипЛекция
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26



РУДОЛЬФ ШТАЙНЕР

ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА И МИРОВОЗЗРЕНИЯ КУЛЬТУРНЫХ НАРОДОВ


GA 353
Перевел с немецкого Александр ДЕМИДОВ

RUDOLF STEINER

DiE Geschichte der und die

Weltanschauungen der Kulturvolker

RUDOLF STEINER VERLAG DORNACH/SCHWEIZ

РУДОЛЬФ ШТАЙНЕР ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА И

МИРОВОЗЗРЕНИЯ КУЛЬТУРНЫХ НАРОДОВ

Семнадцать лекций, прочитанных для

Работающих на строительстве Гётеанума в Дорнахе

с 1 марта по 25 июля 1924 г.

Библ. №353

Москва 2004

Пер. с нем. А. Демидов

Оригинал этой книги опубликован на

немецком языке под названием

Die Geschichte der Menschheit und

die Weltanschauungen der Kultuivolker

в издательстве Rudolf Steiner Verlag, Dornach (Schweiz)

как том 353 в Собрании трудов Рудольфа Штайнера

(Rudolf Steiner Gesamtausgabe)

Публикация данного перевода согласована

с Управлением наследием Рудольфа Штайнера

(Rudolf Steiner-NachlaЯverwaltung, Dornach)

© Rudolf Steiner Nachlassverwaltung, 1988

© Издательство «ЭНИГМА», 2004

© «ОДДИ-Стиль», 2004

СОДЕРЖАНИЕ

Введение Марии Штайнер

Первая лекция. Дорнах, 1 марта 1924 г..

Воздействие кладбищенской атмосферы на человека.

Мировоззрение древних индусов, египтян, вавилонян и евреев

Вторая лекция. 5 марта 1924 г.

Сверхфизические связи в человеческой жизни. Эллинизм и христианство

Третья лекция. 8 марта 1924 г.

Вступление христианства в античный мир и мистерии

Четвертая лекция. 12 марта 1924 г.

Звездная мудрость, религии Луны и Солнца

Пятая лекция. 15 марта 1924 г

Как выглядела Европа ко времени распростра­нения христианства?

Шестая лекция. 19 марта 1924 г.

Троица, три формы христианства и ислам. Крестовые походы

Седьмая лекция. 26 марта 1924 г.

Представления о Христе в древнее и новое время

Девятая лекция. 26 апреля 1924 г

Об образовании шрамов. О мумиях

Десятая лекция. 5 мая 1924 г

Восьмая лекция. 12 апреля 1924 г

К основанию духовнонаучной астрономии

О празднике Пасхи

Одиннадцатая лекция. 8 мая 1924 г. О сущности иудаизма

Двенадцатая лекция. 10 мая 1924 г. О древе Сефирот

Тринадцатая лекция. 14 мая 1924 г.

О Канте, Шопенгауэре и Эдуарде фон Гартмане

Четырнадцатая лекция. 17 мая 1924 г.

О кометах и Солнечной системе, о Зодиаке и о прочих неподвижных звездах на небе

Пятнадцатая лекция. 20 мая 1924 г.

Моисей. Декадентская атлантическая культу­ра в Тибете. Далай-лама. Как Европа может распространить в Азии свою духовную куль­туру? Англичане и немцы как колонизаторы

Шестнадцатая лекция. 4 июня 1924 г.

Природа Солнца. Происхождение масонст­ва. О знаках, прикосновениях и слове. Ку-клукс-клан

Семнадцатая лекция. 25 июня 1924 г.

Человек и иерархии. Утрата древнего знания. О «Философии свободы»

Примечания. Цветные доски.

МАРИЯ ШТАЙНЕР

Введение к выходу в свет публикаций из лекций Рудольфа Штайнера для работающих на строительстве Гётеанума с августа 1922 г. по сентябрь 1924 г.

Эти лекции можно было бы назвать диалогом, поскольку их содержание по настоянию Рудольфа Штайнера всегда определяли сами рабочие. Им бы­ло разрешено самим избирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно интересными оказа­лись терапевтические и гигиенические стороны жиз­ни; видно, что об этих вещах рабочим приходилось за­ботиться каждый день. Но также затрагивались и все явления природы, бытие минералов, растений и жи­вотных, причем это рассмотрение выводило в космос, к первоистоку вещей и существ. В конце рабочие проси­ли дать им введение в духоведение, в познавательную основу для понимания Мистерии христианства.

Общая духовная работа сложилась на основе не­скольких курсов, которые доктор Роман Боос проводил по окончании работ на стройке для интересующихся; позднее эти курсы проводились и дальше другими чле­нами Антропософского Общества. Позднее рабочие по­просили Рудольфа Штайнера принять их и утолить жа­жду знаний — и, если возможно, посвятить этому один час обычного рабочего времени, пока они еще бодры и могут сохранять восприимчивость. Это происходило в утренние часы после перерыва в работе. Могли прийти также некоторые служащие строительной конторы и еще двое или трое из узкого рабочего круга доктора Штайнера. Обсуждались практические вещи, напри­мер, разведение пчел для тех, кто интересовался пчело­водством. Когда Рудольфа Штайнера уже не было среди нас, экспериментальная агрогруппа опубликовала для своих членов конспект этих лекций в виде брошюры.

Многие проявляют большое желание ознакомить­ся с этими лекциями. Однако они были рассчитаны на особую аудиторию, и в той особой ситуации были импровизацией на темы, продиктованные обстоятельст­вами и настроением рабочих-слушателей; при этом они не предназначались для печати. Именно та форма, в ко­торой они были прочитаны, позволила сохранить све­жесть и непосредственность, которые не хотелось бы потерять. Была создана особая атмосфера взаимодей­ствия того, что жило в душе спрашивающего и в душе дающего ответ. Не хотелось бы упускать этот колорит, эту окраску в ходе педантичной редакторской пере­работки. Поэтому мы отважились по возможности ограничить ее. Пусть не все здесь соответствует стили­стическим литературным канонам, зато во всей своей непосредственности сохраняется настоящая жизнь.


ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ

Дорнах. 1 марта 1924 г.

Доброе утро, господа! Есть ли что-нибудь на се­годня?

Господин Доллингер: Я хотел спросить, почему проис­ходит так, что люди, живущие вблизи кладбища, часто бывают менее живучими и на вид бледны? (приводит подтверждающий пример. ) Мне хотелось бы узнать, что за ритм действует в телах, не может ли он дейст­вовать положительно?

Доктор Штайнер: Я полагаю, что мне удастся дос­таточно хорошо осветить этот вопрос, так как я сам с восьми до восемнадцати лет жил в непосредственной близи кладбища. Следовательно, я тогда тоже должен был быть очень бледным. Отчасти это верно. Различ­ные утверждения, сделанные вами, должны были бы оказаться верными именно в моем случае.

Это было кладбище в маленьком селении(1)— может быть, в пятьсот жителей, — следовательно, само кладби­ще было не очень большое. Однако именно там находи­лись вокзал и дом, где мы жили. Вокруг довольно близ­ко проживали люди, как это обычно бывает в таких мес­течках. Там была церковь, вокруг кладбища и дальше шли дома: так что всегда можно было видеть, как обсто­ит дело со здоровьем у тех людей, которые живут вокруг кладбища. Можно сказать, что среди жителей были весь­ма заметные различия, и что, например, патер, живший не очень далеко от кладбища, не был бледным и хилым, он был достаточно дородным и выглядел очень хорошо. Вот что довелось мне тогда наблюдать.

Во многих селениях кладбища располагаются вокруг церкви — но все же если оценить обычное со­стояние здоровья, первое впечатление таково: нельзя считать, что это вредит очень сильно. Правда, в таких селениях в то же время было много ореховых деревь­ев, деревьев, на которых растет грецкий орех (Juglans regia L. —прим. перев). Эти деревья грецкого ореха бла­годаря запаху, который они распространяют, исключи­тельно сильно воздействуют на здоровье. Вы только должны принять к сведению то, что в таких селениях, где изначально царят благочестивые настроения, сохра­нились здоровые инстинкты: это привело к тому, что, поскольку кладбище располагалось в центре селения и вокруг него жили люди, вблизи были насажены каш­таны, грецкие орехи и липы. Липы и деревья грецко­го ореха противодействовали вредным воздействиям, исходящим от кладбища, компенсировали их.

Здесь надо также обратить внимание на следую­щее: видите ли, если более точно рассмотреть то, что, в сущности, хочет узнать господин Доллингер, а имен­но воздействие на высшие тела, то следует уяснить себе, что среди тех тел, о которых я рассказывал, толь­ко физическое тело и эфирное тело действуют ожив­ляюще. В то же время астральное тело и "Я" действу­ют не оживляющим, а, напротив, по преимуществу разрушительным образом. Они действуют как душа и дух. Из того, что я говорил, вы можете видеть, что фи­зическое тело и эфирное тело подобны растению; они растут, они строят органы. Но если бы мы обладали только ими, только физическим телом и эфирным те­лом, мы постоянно находились бы в обморочном, бес­сознательном состоянии. Мы вели бы сонную жизнь подобно растениям, если бы постоянно не подверга­лись разрушению: только вследствие того, что в нас постоянно происходит разложение, мы не живем сон­ной растительной жизнью. Астральное тело и "Я" сно­ва и снова разрушают, деструктивируют. В человеке всегда имеет место построение и разложение. Именно астральное тело производит наиболее сильные разру­шения в нашем человеческом существе. Все продукты выделения, о которых я говорил, подвергаются раз­ложению именно со стороны астрального тела и "Я". Эфирное тело лишь чуть-чуть содействует при этом. Все это я вам рассказывал.

Видите ли, господа, поднимающиеся испарения кладбища родственны тому, что в астральном теле производит разложение эти испарения поддержи­вают процесс разложения. И человек разлагается в большей степени, если он проживает вблизи клад­бища, нежели когда он проживает в лесу. Если он живет на природе, в лесу, то его формирующие силы укрепляются, если же он проживает у кладбища, то укрепляются его разрушительные, разлагающие си­лы. Однако если бы мы не имели никаких разрушаю­щих сил, то, как я уже говорил, на протяжении всей жизни оставались бы глупыми(2). Нам необходимы раз­рушающие силы. Надо учесть и кое-что другое. Я ска­зал вам, что могу говорить об этих вещах, поскольку пережил это на собственном опыте, причем пережил в юношеском возрасте, когда столь многое формиру­ется. У меня всегда была склонность мыслить как можно точнее. Этой склонностью к точному мышле­нию я, по моему убеждению, обязан именно тому об­стоятельству, что моя судьба дала мне возможность вырасти вблизи кладбища. Следовательно, здесь есть и нечто положительное, господа. И это вы тоже долж­ны принять к сведению.

Ведь, не правда ли, вредным фактором на клад­бище являются те трупы, которые там находятся. Тру­пы только разлагаются. Если мы умираем, отпадает то, что мы все снова и снова строили и разлагали. Тут разложение продолжается. Следовательно, астраль­ное тело вблизи кладбища получает побуждение мыс­лить хорошо. Нельзя этого не признать.

Там, что сейчас называют Бургенландом (истори­ческая область в Австрии — прим. перев. ) и где я вырос, повсюду были деревни с кладбищами посередине. Бур­генланд — область, из-за которой было много споров. Там есть отдельные крупные города, такие, как Айзен­штадт и тому подобные, но они расположены далеко друг от друга; повсюду разбросаны деревни и везде кладбища располагаются в середине. Так вот, дело обстояло, можно сказать, так, что люди там обладали известной крестьянской смекалкой. И нельзя не при­знать, что эта крестьянская смекалка развивалась под влиянием кладбищенской атмосферы. А вредные фак­торы устранялись благодаря тому, что вокруг повсю­ду были посажены деревья грецкого ореха и липы.

Тогда эта местность была винодельческой. Атмо­сфера виноградных лоз тоже действует некоторым об­разом как компенсация. Аромат цветущей липы, как вы знаете, является очень сильным, дерево грецкого ореха тоже пахнет очень сильно; это воздействует на астральное тело оживляющим образом. Атмосфера ви­ноградной лозы тоже действует оживляюще, но уже на "Я". Так что мы даже в этом случае сталкиваемся с очень сильным воздействием на высшие тела человека.

Конечно, не подлежит сомнению то, что по мере развития цивилизации эти вещи изменяются. Есте­ственно, что с той поры, когда городки укрупнились, когда вокруг понастроили много домов и вследст­вие того, что много домов было построено кругом, воздействию деревьев был нанесен ущерб, вредное воздействие кладбищ усилилось; вот тогда-то, естест­венно, и появились бледные лица у живших вблизи кладбища. Компенсации уже не возникало, и вслед­ствие этого кладбище действовало так, что люди стра­дали от кладбищенских испарений. И опять-таки, благодаря природному инстинкту, при разрастании деревень до городского уровня кладбища стали уст­раивать вне города.

Здесь, конечно, играет роль кое-что еще. Речь идет о том случае, когда воздействия распространя­ются еще дальше, когда они доходят до эфирного те­ла. Видите ли, все то, что поднимается в атмосферу в качестве тонких испарений, действует на астральное тело и на "Я". Следовательно, тот слабый запах трупов, который всегда имеется вокруг кладбища, так же, как и запах грецкого ореха, липы и конского каштана, действующего особенно оживляющим образом, может воздействовать, в сущности, только на высшие тела; до эфирного тела это доходит не так сильно.

С эфирным телом обстоит так, что особенно силь­ное воздействие на эфирное тело оказывает вода в той или иной местности. Вода производит совершенно особенное, сильное действие. А в окрестности кладби­ща вода очень легко пропитывается тем, что выделя­ется из трупов. Эту воду пьют, на этой воде приготов­ляют пищу. Следовательно, если где-то в деревне, где кладбище находится вблизи домов, вода оказывается испорченной, то тут никакие деревья не помогут! В этом случае природа помогает очень мало. Как след­ствие, люди очень легко становятся подвержены ча­хотке (туберкулезу), люди тогда чрезвычайно сильно страдают от этого.

Видите ли, это я могу уверенно констатировать. Там было одно место — оно было на удалении часа ходьбы с небольшим от того места, где я жил — это было маленькое селение. Почти все там жили вокруг кладбища. Люди там от природы были очень вялыми; они были просто ни на что не способны. У них были дряблые мускулы, дряблые нервы, все в них было расслаблено; они были бледными. Я спрашивал то­гда себя: почему это происходит? Видите ли, вот что было интересно: у нас в Нойдорфле люди, тоже жив­шие вокруг кладбища, были относительно здоровы. Это серьезный вопрос для того, кто изучает свойства местности, имеющие значение для людей. Там была деревня, где люди проживали вокруг кладбища и не предпринимали ничего иного, кроме посадок грецко­го ореха; его сажали там, и это было проявлением весь­ма здорового инстинкта. Однако в остальном —даже воду для приготовления пищи очень часто они брали из деревенского ручейка! Тут располагался ряд домов (изображается на рисунке, слева вверху), между ни­ми — деревенский ручеек; здесь был церковный дво­рик, тут была церковь; здесь жили мы, здесь — патер, здесь было здание школы затем здесь находился ряд домов, между ними — ручеек и повсюду были орехо­вые деревья. Люди просто брали воду из ручейка; в этот ручеек попадали, конечно, и останки, и бактерии, и бациллы от всего того, что просачивалось с кладби­ща. Так было всюду. Люди — именно те, кто проживал там — не отличались особой чистоплотностью: дома там были покрыты соломенными крышами, повсюду прямо перед входом лежали навозные кучи, рядом находились свинарники — прекрасный альянс сви­нарника и навозной кучи. К тому же стоки попадали в деревенский ручеек, подходя к которому можно было увязнуть в коричневой жиже. Так что, как видите, все это не было — как сегодня говорят — обустроено гигиенически! А люди, тем не менее, были здоровы. Во-первых, если люди здоровые, то даже трупы вначале не так плохи, как в тех местах, где люди от­равлены. Хотя это не имеет существенного значения. Был более существенный вопрос: почему получалось так, что тут эти люди были здоровы, а там (в другом месте — прим. перев. ) больны, вялы и нежизнеспо­собны? Это объясняется следующим. Вблизи этого селения находилось другое(3), совсем маленькое, зато это был курорт; там находился холодный углекислый источник, источник углекислой воды. Вся деревня получала питьевую воду из этого места. И питьевая вода из этого места, углекислая вода действовала в качестве компенсации по отношению к отравленной воде с кладбища. А другие люди, находящиеся дале­ко от этого углекислого источника, были этого лише­ны. Так что на приведенном примере можно исследо­вать, как углекислая вода, та, о которой я вам говорил однажды, особенно сильно воздействует на "Я" и на мышление, как она отражается на "Я" и на эфирном теле, как она в эфирном теле компенсирует разруши­тельные воздействия, оказываемые тем, что просочи­лось в деревенский ручеек с кладбища.

Естественно, если в городах остается кладбище, то в сущности — по крайней мере тогда, когда вода не доставляется издалека — улучшение кладбищен­ской атмосферы едва ли поможет. Итак, если в городе кладбище занимает центральное место и воду берут из колодцев, то тем самым естественно создаются условия, вредные для здоровья, поскольку тогда про­исходит отравление эфирного тела; эфирное тело таково, что не подчиняется влияниям, идущим из астрального тела и "Я".

Вы видите, что санитарно-гигиенические усло­вия с этой точки зрения представляют большой инте­рес. При этом, конечно, нельзя упускать из виду, что на таких людей, живущих вокруг кладбища — если это верующие люди, если они еще не превратились в атеистов, — вновь и вновь повторяющаяся картина похоронных обрядов действует согревающим обра­зом! И это опять-таки действует как компенсация. Это действует на "Я". Действует укрепляющим обра­зом. Если рассматривать это с точки зрения здоровья, то это тоже действует как компенсация.

Вот примерно то, что вы хотели узнать? Может быть, кому-то пришло на ум еще что-нибудь?

Ну, господа, тогда я хочу продолжить рассмотре­ние этого вопроса, но уже с совершенно иной сторо­ны. Видите ли, мы рассматривали многое: давайте же сегодня с той точки зрения, с помощью того позна­ния, которого мы достигли, рассмотрим следующее.

Если вы посмотрите на географическую карту, то вы можете заинтересоваться ею и сказать: вот здесь живет один народ, там живет другой народ. Нас ин­тересуют различные народы, живущие рядом друг с другом. Но вы можете сказать и так: я хочу посмот­реть однажды на географическую карту с точки зре­ния эволюции человечества. И тогда географическая карта действительно становится очень интересной.

Давайте рассмотрим кусочек географической кар­ты. Я хочу нарисовать это лишь приблизительно. Здесь, например, мы имеем, если мы переходим к Азии — я это вам уже рисовал, говоря о человеческих расах, — мы имеем Индию, Переднюю Индию(4); здесь нахо­дится Аравия; а здесь затем идет Малая Азия. Здесь Азия переходит в Европу; мы переходим в Европу, то есть к тем островам, которые относятся к Европе. Это Греция. Видите ли, сегодня небольшие народности живут повсюду. Затем здесь мы переходим к Африке. Здесь у нас находится река, это Нил; тут находится Египет, которым, как вы знаете, сегодня полностью владеют англичане; когда-то это была свободная стра­на. Видите, повсюду тут живут народности. В Индии живут индусы, сегодня они на подъеме. Долгое время они находились под владычеством англичан, оно ос­тается и сегодня, но, тем не менее, индусы поднима­ются, и те, кто в Англии обладают предвидением, ис­пытывают откровенный страх перед тем, что индусы смогут когда-нибудь стать независимыми. Сегодня су­ществует большое индийское движение; его пробудил в Индии, как его называют, Махатма Ганди(4a), который был посажен в тюрьму, но теперь снова освобожден по состоянию здоровья. Здесь, в Аравии, точно так же живут люди, в большей или меньшей степени находя­щиеся под господством англичан; это пока еще почти непроходимая местность, Аравия. Вы знаете, что при­чиной Первой мировой войны было главным образом намерение проложить дорогу через Турцию до сих пор, так, чтобы одна дорога направлялась в одну сто­рону, в Индию, а вторая — в другую сторону, в Ара­вию. Это собиралась сделать Германия; вследствие этого у других народов возникли сильная зависть и ревность, направленные против Германии, хотевшей построить через Турцию так называемую Багдадскую дорогу в Азию. Тут когда-то была Сирия.

Видите ли, с самых различных точек зрения бы­ло бы интересно сказать себе однажды: здесь с самых древнейших времен повсюду жили народы; они имели самый различный образ жизни. Достаточно назвать лишь пару вещей, и обнаружится, как отличалась жизнь этих людей. В Индии, например, имело место строгое разделение на касты, разделение, по сравне­нию с которым все то, что известно нам как классы, является лишь теневым отображением. В Индии чело­век рождался в касте. Высшей кастой были брахманы. Это были те, кто исполнял священнодействия, те, кому позволялось учиться. В древнейшие времена все дети брахманов ходили в школу. Это были те, кто умели пи­сать, это была высшая каста. Из этой касты набирали священников, но не раджей. Раджей брали из второй касты, из касты воинов. Но никогда и никто не мог из касты воинов возвыситься до касты брахманов. Они были строго отделены. Третьей кастой были крестья­не, сельские жители, и четвертой кастой были те, кто, в сущности, считались рабочими, работавшими физи­чески. Между этими кастами было строгое разделение. В Древней Индии переход человека из одной касты в другую выглядел бы так, как если бы лев должен был стать ягненком! Касты отличали друг от друга так же, как отличают друг от друга отдельные виды живот­ных. Вот почему у людей не было столкновений на этот счет. Для них перейти из третьей касты в первую было бы таким же безумием, как если бы лев захотел стать быком. Различие было очевидно, это было само собой разумеющимся у этих людей. Итак, это было в Индии.

Теперь перейдем к Египту: тут тоже были касты. («В Египте существует семь различных каст: жрецы, воины, коровьи пастухи, свинопасы, мелочные тор­говцы, толмачи и кормчие... Каста воинов делится на так называемых каласириев и гермотебиев». Геродот кн. 2, 164 — прим. перев. ) То, что я рассказывал вам сегодня, господа, вы должны отнести ко времени примерно за три тысячи или три с половиной тыся­чи лет до возникновения христианства. Мы, следова­тельно, должны вернуться на пять или шесть тысяч лет назад, если хотим заглянуть назад в то время, о котором я вам рассказываю. Итак, в Египте тоже бы­ли касты, но они были не так строго разграничены; там тот или иной человек уже мог перейти в ту или иную касту. Так что хотя они и не были так строго разграничены, касты в Египте еще были. Но с другой стороны, в Египте все государственное устройство ис­ходило от жреческого сословия. Жречество устанав­ливало порядок во всем. В Индии тоже было так, но там все определялось устройством каст, тогда как в Египте кастовая организация не была очень строгой. Однако твердо придерживались того, что все законы исходили от жреческого сословия.

Соответствующим образом существовали и другие народы, жившие в Сирии, в Малой Азии. Они имели свои отличительные признаки, они были различны.

Для того, чтобы вы увидели, что за роль играли в истории человечества те вещи, которые мы тут изу­чаем, я хотел бы рассказать вам об этих народностях кое-что другое. Давайте возьмем четыре народа: во-первых, индусов, затем египтян, а затем те народы, которые осели здесь. Евфрат и Тигр впадают тут в морской залив; здесь жил один народ, который позд­нее называли вавилонянами. Его мы рассмотрим треть­им по счету.

Вы знаете, что здесь действовал народ, позднее игравший большую роль в истории; это семиты, евреи, иудеи. Они сначала перешли в Египет, но затем ушли оттуда назад и жили затем здесь, в Палести­не — по размерам это относительно маленький на­род, но такой народ, который сыграл большую роль в истории. Итак, мы можем рассматривать их друг за другом: во-первых, индусов, во-вторых, египтян, в-третьих, вавилонян и, в-четвертых, евреев. Давайте рассмотрим сегодня эти четыре народа.

Видите ли, для индусов особенно характерным является то, что они разграничивали людей как от­дельные классы животных и делили людей на четыре касты. К этому вела своеобразная религия, бывшая у индусов в древности. Индусы не делали различия между духовным и телесным миром; в то время, когда индийское население первоначально складывалось, различий между духом и телом не было. В случае де­рева не проводили различия, как у других народов: вот тут находится физическое дерево, а тут, внутри живет дух — нет, этого индусы не различали. Дере­во было в то же время и духом, только духом более грубым, чем человек и животное. Животное для ин­дусов тоже не различалось как тело и душа, оно было душой так же, как человек. Не было различия между телом и душой. Если древний индус задавался вопро­сом о душе — а он знал, что человек вдыхает, вдыхает воздух, — то для него этот вдыхаемый воздух и был духом. Тогда он знал: воздух находится снаружи; это и есть дух, обнимающий всю Землю. Если же этот об­нимающий всю Землю дух начинал струиться, дуть, то тогда индус называл этого духа, двигавшегося, ве­явшего над всей Землей, Варуна. Но и то, что он имел в себе, тоже было Варуна. Если он бушевал вовне, это был Варуна; внутри — тоже Варуна. Сегодня можно услышать, как часто говорят: индусы поклонялись при­роде, так как они почитали ветер и грозу и так далее. Но можно было бы с таким же правом сказать, что индусы поклонялись духу, поскольку они все и везде рассматривали как дух. Понятия тела у индусов не было вообще. Поэтому у индусов каждая часть тела человека была в то же самое время духом: печень бы­ла духом, почки были духом, все было духом. Они не проводили различия между телом и духом. Именно в этом состоит тайна древней индийской мудрости, что они не делали различия между телом и духом. Пе­чень была духом печени, желудок — духом желудка.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26