Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


М. В. Матюхина (Волго-1рлд), Г. С




страница1/15
Дата06.07.2017
Размер3.77 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
ПВК 8Я8 В64

Репе тенты: кафедра педагогики я методгая начального обуче­нии Красноярского педагогического •нститута (э*в. кафедрой—кандидат психологических ваук, доцент Я. Я. КиОнма): доктор психологических наук, профессор Л. И. Раев (ЛГПИ им. А. И. Герцена)

Авторы пособия—преподаватели факультетов педагогики н методики начальвого обучения педагогических институтов: М. В. Матюхина (Волго-1рлд), Г. С. Михальчик, II. Ф. Протна (Москва, МГЗПИ), К. Т. Кузнеш-кпра, Л. К. Максимов (Волгоград), Е. Я. Гурьянова (Йошкар-Ола), /. С. Филчлпюк (Орехово-3) jo), Л. Н. Конев (Волгоград).

Возрастная н педагогическая психология: Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. № 2121 «Педагогика и методика нач. обучения»/М. В. Матюхина, Т. С. Михальчнк, Н. Ф. Прокина и др.; Под ред. М. В.Га-мезо и др.—М.: Просвещение, 1984.—256с.

Пособи? написано ( соответствии с программой курс* воэрвство» к пехтопг ческоП психология для студентов факультетов подготовки учителей начальных классов в прлагигнческих институтах. В нем отражены современные долях——• советской BuipaiTHoB и педагогической психологии.

© Издательство «Просвещение»,



ВВЕДЕНИЕ

О предмете данной книги и ее структуре. В соответствии с программой настоящее пособие названо «Возрастная и педа­гогическая психология». Возрастная и педагогическая потому. что в его содержание вошел материал, относящийся к обеим этим отраслям современной психологической ' науки. Естест­венно, что в содержание данного учебного предмета, и соот­ветственно пособия, входит не все содержание названных от­раслей науки, а лишь та их часть, которая имеет отношение к задачам подготовки специалистов, в данном случае—учи-телеЙ начальных классов.

Вместе с тем это пособие можно было бы назвать и по-ино­му, по объекту, который в нем рассмотрен, а именно: «Психо­логия младшего школьника». Так, кстати, и называлось учеб­но-методическое пособие для студентов-заочников,, явившееся основой данной книги'.

Познакомьтесь, пожалуйста, внимательно с оглавлением по­собия (это рекомендуется делать всегда, когда- вы приступае­те к работе с любой новой для вас каисой.),, и вы убедитесь, что основная масса изложеыяого в. нем. МА-пармала. посвящена млад­шему школьнику: психологшческоп характеристике его учебной деятельности, личности и эмовдюиально.-волевой сферы, позна­вательных процессов, индивидуально-психологических и возра­стных особенностей. Предшествующий этом" материал—прел->мет, задачи и историческое, развитие возрастной и педагоги­ческой психолог in, характеристика дошкольного детства, а за­тем и материал о подростке иг старшем школьнике призваны, по существу, лишь теоретически усилить, и подкрепить психо­логический анализ ли.ч*юети^ деятельности и развития младше­го школьника, раскрыта общую перспективу изменений лич­ности ребенка на протяжении всего школьного детства. Итак, основное звено данной книги—психология младшего miWMv ника. Несколько особое положение занимает глава об учи геле, однако к ней мы вернемся ниже' особен

Несколько слов о причинах, породивших необходимость издания специального пособия по возрастной и педагогической психологии для факультетов подготовки учителей начальных классов.

' См.: Матюхина М. В.. Михальчик Т. С., Патрина К. Т. Психология младшего школьника: Учебно-методическое пособие для студентов-заочни-, ков факультетов подготоики учителей начальных классов! 2-е изд., доп. ч' вспр. М, 1976.

Еще 15—20 лет тому назад остро дискутировался вопрос о необходимости и целесообразности открытия специальных фа­культетов подготовки учителей начальных классов в пединсти­тутах. Многие утверждали, что для этой работы вполне доста­точно подготовки педучилища. И спор не был случайным. До­влела традиция, по которой считалось, что начальное обуче­ние—это лишь обучение грамоте (чтению и письму), решению несложных арифметических задач, что это-де обучение, мало чем связанное с развитием современных наук. Научно-техниче­ский и социально-экономический прогресс коренным образом изменили положение дел. Среднее образование в нашей стра­не стало всеобщим и обязательным. Да и личность самого младшего школьника стала иной. Обнаружилась возможность и необходимость существенно изменить программу, продолжи­тельность и возрастные границы начального обучения. XXVI съезд КПСС поставил задачу подготовки условий перехода к обучению с 6 лет. Все это придало особое значение начально­му обучению в общей системе народного образования, обуче­ния и воспитания подрастающих поколений.

Таковы условия и предпосылки рождения специального по­собия по возрастной и педагогической психологии для специ­альности № 2121 «Педагогика и методика начального обуче­ния». По содержанию пособие соответствует программе, но его структура несколько изменена с учетом опыта чтения этого курса на факультетах подготовки учителей начальных классов.

Слово и дело в учебно-воспитательном процессе. В одном из номеров газеты «Правда» за 1983 г. под рубрикой «На те­мы воспитания» была напечатана статья А. Колесник «За­пись в дневнике». Воспроизведем из нее отдельные фрагменты, так как в них, на наш взгляд, отражены проблемы, непосред-cibchho относящиеся к предмету данного пособия:

«Дождик постукивал по оконному стеклу. Мелодия дождя, созвучная голосу учительницы, убаюкивала. Первоклассник Саша старался не за­снуть. а глаза сами собой предательски закрывались. «Назаренко, опять дремлешь!» Малыш вздрогнул от резкого голоса учительницы, поднялся и мужественно подал дневник, где учительница сделала третью на эти» нс-деле запись: «Спал на уроке».

Мама посмотрела дома в дневник Саши, прижала сынишку к себе и заплакала, он тоже ваплакал, потому что я мама, оказывается, боялась учительницы.

— Мамочка, ты не плачь. Я завтра пойду снова в детский сал. Там можно будет спать, а еще позволяют играть, бегать. А в классе совсем ничего нельзя, только сиди смирно sa партой и стой у стенки на переме­не...»'.

Этот пример взят из реальной жизни. Произошел он в од­ной из школ Сумской области. К сожалению, подобные при­меры можно обнаружить и в других школах.

' Колесник А. Запись в дневнике.—Правда, 1983, 2 янв.

В противовес приведенному выше случаю автор названной статьи приводит и другой, диаметрально противоположный. Учительница Хотинской средней школы Ольга Денисовна Jliri^ вин не без оснований утверждает, что многое в поведении де­тей не является нарушением норм поведения, а требует лишь внимательного и чуткого отношения учителя. «Вообще, — го­ворит она,—просчеты в поведении лучше поначалу не заме­чать. А вот не заметить хорошего поступка никак нельзя. Счи­таю своей обязанностью заметить и отметить. У первоклас­сников вырабатывается понятие, что такое хорошо, возникает желание приумножать это хорошее. Акцентировать внимание на дурном неразумно. От худого отвлекать следует незамет­но...»

Рассуждения Ольги Денисовны содержат в себе глубокий психологический смысл. И она не случайно часто записывает в дневниках: «Витя хорошо дежурит в классе», «Таня отлично поработала на школьном огороде», «Саша помогает своему другу учить родной язык», «Коля старательно ухаживает за цветком на подоконнике» и т. д. Все это направлено, по при­меру выдающегося советского педагога В. А. Сухомлинского, на то, чтобы сделать школу для ребят школой РАДОСТИ. Со­четание дела и слова в их диалектической взаимосвязи — это и есть теоретическая сущность и практический смысл возраст­ной и педагогической психологии, к изучению которой вы при­ступаете.

Подчеркивая внутреннее единство развития ребенка ч педагогического процесса, С. Л. Рубинштейн вместе с тем от­мечал различие подходов к этим процессам со стороны педа­гогики и психологии как наук. Предметом психологии являют­ся закономерности развития психики ребенка, и педагогичес­кий процесс с этой точки зрения выступает лишь как его усло­вие. Предметом же педагогики выступают; как раз закономер­ности самого педагогического процесса» а психические свойст­ва ребенка на различных ступенях его развития полагаются лишь как условия, которые должны'быть учтены. «То, что для одной из этих наук является предметом, то для другой высту­пает как условие»'. Приступая к изучению возрастной и педа­гогической психологии, уяснить это различие чрезвычайно важно.

Цель учения в советской психологии и педагогике рас­сматривается не только как приобретение знаний, а, главным образом, как воспитание, обогащение, развитие самого ребен­ка, его личности, расширение его способностей к самостоя­тельному приобретению новых знаний в дальнейшем. Задачи обучения решаются постольку, поскольку решаются задачи воспитания (усвоение нравственных норм и привычек, развп-

Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психологии. М.. 1976, с. 184.

тие эстетических качеств, формирование трудовой активности и творческого подхода к решению задач). В качестве осно-в ы обучения и воспитания младшего школьника, являющихся единым и нераздельным процессом, выступает положение о всестороннем и гармоническом развитии личности.

Трудно переоценить в этом процессе воспитывающего обу­чения роль учителя. Глава об учителе завершает курс возра­стной и педагогической психологии. В ней вы найдете много важного и интересного из области психологии личности и дея­тельности педагога. Но это будет потом, в конце изучения курса. А сейчас мы считаем важным напомнить вам о ваших учителях, о тех, кто оставил неизгладимый след в вашей ду­ше. Может быть, это поможет вам глубже понять себя и ту профессию, которой вы решили посвятить свою жизнь—про­фессию учителя. Может быть, тогда и весь материал данного пособия предстанет перед вами в ином свете и значении.

Личность учителя и ее роль в нашей жизни. «Забота о гар­моничном развитии морали, ума, чувств, о воспитании благо­родства сердца, чистоты всех духовных порывов и устремлений является сущностью воспитания нового человека»,—писал В. А. Сухомлинский в книге «Рождение гражданина»'. В ус­ловиях школьного обучения и воспитания учитель начальных классов первым осуществляет эту заботу и первым формирует отношение детей к школе, учебному труду, друг к другу. Спе­циальные исследования показывают, что эту роль невозможно переоценить. Приведем несколько примеров из книги-интервью «Учитель в моей жизни»2, а

Народный артист СССР Б. П. Чирков говорит: «Навсегда благодарен я учительнице начальной школы в г. Колшине быв­шей Вятской губернии Наталье Даниловне, у которой я начал свою учебу. Именно она заронила мне в душу интерес к чте­нию, и это стало страстью на всю жизнь». В связи с исполнен­ной им ролью учителя Степана Лаутина в кинофильме «Учи­тель» он воспроизводит один эпизод: «Учитель рассказывает своим ученикам о Ваньке Жукове, герое чеховского рассказа, отославшем письмо «на деревню дедушке». «А где теперь Вань­ка Жуков,—спрашивают ученики,—пропало ли его письмо?» Учитель отвечает, что Ванька вырос, выучился, стал хорошим человеком, потому что его письмо попало не к дедушке, а к Ленину, который и завоевал счастливую жизнь для детей. Я думаю, что в этом эпизоде отражена важная черта, которая необходима учителю: умение связать программный учебный материал с жизнью, с ее большой правдой... Он должен всегда связать свой предмет с современностью.

' Сухомлинский В. А. Рождение гражданина. М., 1971, с. 44. ' См.: Млынек А; Анин Б„ Васильев М. Учитель в моей жизни. М., 1966.

Человек, открывший путь ученикам в большой окружаю­щий их мир, вызвавший жажду знаний,—таким представля­ется мне учитель, таким я вижу его»,—заключает Б. П. Чир­ков.

Известный советский писатель С. Я. Маршак с большой теплотой вспоминает о своем гимназическом учителе латинско­го языка, который привил ему, как и многим другим ученикам, вкус и чувство русского языка. «Но каким же образом,—пи­шет С. Маршак,—преподаватель латыни мог обучать нас, ре­бят, русскому языку? Это делалось незаметно, я бы сказал, непроизвольно. Отвечая урок, мы уже по одному выражению лица Владимира Ивановича, по едва заметной его усмешке или легкому движению бровей понимали, как оценивает он каждое наше слово. Банальность, вычурность, неверность, ложная интонация так же оскорбляли его слух, как фальши­вая нота слух музыканта. Стоило ему поморщиться, как мы уже невольно задумывались над только что произнесенным словом, старались понять, что же именно покоробило учителя. В сущности, таким путем он постепенно, изо дня в день вос­питывал наш вкус».

«Вспоминая Владимира Ивановича,—продолжает С. Я. Мар­шак,—я не могу сказать, был ли он хорошим педагогом в об­щепринятом смысле этого слова. Он' любил заниматься прежде всего со способными учениками и не скрывал своего презрения к лентяям, тупицам и неряхам. Точно так же не жаловал он подхалимов, выскочек и верхоглядов. Думаю, что при всех его недостатках это был незаурядный педагог, вдохновенный, та­лантливый, страстно влюбленный в свой предмет».

«Школа,—говорил академик К. И. Скрябин,—любая— начальная, средняя, высшая—тоже начинается с отношения к ней. На плечи учителя обыкновенно не ложится ответствен­ность за всю отрасль знаний, которую он преподает. История не перестанет существовать от скучного урока, и алгебра не погибнет без точного объяснения. Но ученик, который сидит на этом скучном уроке или слышит это сбивчивое, путаное объяснение, может потерять для себя и историю, и алгебру: не заинтересоваться ими, не получить к ним вкуса. А кто знает, может быть, именно этот ваш ученик и способен был внести вклад в науку, охоту к которой вы у него отбили. Школьные науки существуют давно, но учителю дано каждый раз откры­вать науку перед каждым новым классом, перед каждым си­дящим за партой учеником. Да не покинет его это чувство, оза­ряющее чувство личной ответственности за географию и бота­нику, астрономию и грамматику, за древнюю геометрию и древнюю историю». Так заключает К. И. Скрябин свой раз­говор об учителе.

Маршал бронетанковых войск, дважды Герой Советского Союза М. Е. Катуков, соотнося свою полководческую деятель-

ность с событиями раннего детства, вспоминает: «Издревле славен беззаветной любовью к Отечеству великий русский на­род. И как ни трудно жили люди в моем родном селе, какие лишения им ни приходилось испытывать, ничто не могло пога­сить чудесного чувства любви к родной земле, юрдость за дела ее сыновей, защищавших ее от захватчиков» Большая мечта о ратных подвигах во славу Родины, возникшая еще в ранние годы под влиянием рассказов отца и детских игр, не покидала М. Е. Катукова всю жизнь. И все же у истоков его солдатской службы рядом с именем отца стоит имя учитель­ницы—Марии Ивановны Уваровой. «Мария Ивановна подари­ла мне несравненное богатство—знание прошлого страны. Она заставила ощутить себя наследником бессмертной славы рус­ского оружия. И где бы ни приходилось мне сражаться, я всегда знал, что нет прекраснее удела, чем приумножать эту славу. Как сейчас, слышу ее ровный, спокойный голос. В клас­се тихо и темно. Учительница стоит рядом с «волшебным» фо­нарем. Она показывает туманные картины. И хоть очень не совершенен этот фонарь, хоть расплывчаты и неясны изобра­жения, проецируемые им на стене, для нас он действительно становится волшебным... Александр Невский, Ледовое побоище, славная победа над псами-рыцарями... Дмитрий Донской, Ку-ликово поле... Суворов, переход через Альпы, Чертов мост... Сколько раз потом приходилось читать обо всем этом, видеть это на экранах и полотнах. Но всегда, когда литература или искусство возвращали меня к великим страницам нашей исто­рии, я неизменно вспоминал темный зал деревенской школы, нашу учительницу, образное ее слово... Как всякая женщина, как всякий хороший человек, она мечтала, чтобы на земле не лилась кровь, чтобы мирно трудились люди. Но она хотела, чтобы каждый из ее учеников вырос патриотом. И это было главное»'. °

•Мы привели изложенные выше примеры не только для то­го,'чтобы подчеркнуть исключительную роль учителя в станов­лении школьника как личности, деятеля и гражданина. Важно обратить внимание и на то, что каждый педагог делает это по-своему, в своем индивидуальном стиле. Спрашивается, а всем ли доступно выполнение этой поистине великой педаго­гической миссии? За редким исключением—всем, сознательно выбравшим эту профессию, смеем утверждать мы.

Потребность найти себя в профессии часто понимают узко, как открытие имеющегося прирожденного таланта, исключая или недооценивая роль практической деятельности, знаний и опыта. Важно осознать ошибочность этой позиции. Еще важ­нее усвоить, что профессиональная пригодность к педагогичес­кой деятельности—это прежде всего желание к постиже-

' Цит по кн.. Анин Б, Учитель в моей жизни. М., 1977.

иию ее мудростей, это готовность к постоянному совершен­ствованию этой деятельности*.

Естественно, что достижение вершин учительского мастер­ства потребует устремленности и упорного труда каждого из вас.

О работе над курсом вообще и с данной книгой в частности. Курс возрастной и педагогической психологии является логи­ческим продолжением курса общей психологии. Поэтому, при­ступая к изучению данного курса, необходимо обновить в па­мяти — путем просмотра учебников или конспектов — все то, что касается системы понятий и практических действий, свя­занных с курсом общей психологии.

Ознакомление с содержанием отдельных глав пособия в высшей степени целесообразно до прослушивания соответст­вующей лекции. Это обеспечит активность восприятия лекцион­ного курса, разрешение возникающих при этом вопросов. Бо­лее подробное изучение каждой отдельной главы надо осуще­ствлять сразу же после прослушивания лекции и завершать вынесением в ее подзаголовок основных смысловых единиц текста в виде перечня вопросов (они в большинстве своем в тексте выделены полужирным шрифтом), формулированием от­ветов на поставленные вопросы.

Лучшим вариантом конспекта по курсу следует считать еди­ный конспект, составленный в ходе слушаний лекций и работы с пособием. При этом чрезвычайно важно группировать мате­риал по смысловым единицам с выделением этих единиц шриф­том, цветом, расположением записей, обводами и т. д. Для внесения в конспект дополнительной информации заранее сле­дует оставлять поля—до '/з страницы. Весьма важными до­полнениями к конспекту могут быть карточки с необходимыми выдержками или цитатами.

В области возрастной и педагогической психологии, как и во всех других науках, идет непрерывный процесс накопления новых данных. Если вы хотите быть на уровне современных знаний не только сегодня, но и через год, через пять и десять лет, если вы хотите расти вместе с развитием науки и практи­ки, необходимо систематически следить за специальной лите­ратурой, за психолого-педагогическими журналами, в том чис­ле такими, как «Вопросы психологии», «Психологический жур­нал», «Советская педагогика», «Народное образование», «На­чальная школа», «Воспитание школьников», «Семья и школа» и др.

' См • Сластенцн В. А Педагогическая деятельность и проблема фор­мирования личности учителя — В кн.: Психология труда и личности учи­теля/Под ред. А. И. Щербакова. Л„ 1976. '

Глава I.

"^'и^То^Г So^n



§ L ПРЕДМЕТ И ЗАДАЧИ ВОЗРАСТНОЙ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Из курса общей психологии вам известно, что по мере ус­ложнения человеческой деятельности и накопления научных данных в структуре психологической науки, как и других наук, идет непрерывный процесс изменений, обусловленный различ­ными, и прежде всего социальными факторами. Эти изменения выражаются, с одной стороны в дифференциации («отпочко­вании») ее отдельных отраслей и направлений, с другой— в интеграции (объединении) различных отраслей и направле­ний исследований как внутри данной науки, так и на стыке ее с другими, смежными науками.



Возрастная психология, как более или менее обособ­ленная отрасль психологической науки, возникшая в конце XIX века, направлена на выявление возрастных особенностей и динамики процесса психического развития личности в тече­ние жизни. Мера дробления возрастных периодов и их срав­нительных характеристик последовательно возрастала. К на­стоящему времени, с учетом сложившейся в нашей стране системы обучения и воспитания, внутри самой возрастной пси­хологии четко обозначились подразделы: психология дошколь­ника (часто называемая детской психологией), психология младшего школьника, психология подростка, психология стар­шего школьника (или: ранней юности), психология взрослого человека и, наконец, психология преклонного возраста (герон-топсихология). Естественно, что если в рамках отдельного воз­растного периода представляется возможным более детально выявить и проанализировать характеристики именно данного возраста, то общая возрастная динамика требует охвата ряда этапов, выявления сравнительных характеристик нескольких возрастных «срезов».

С момента возникновения возрастной психологии (конец XIX—начало XX веков) рамки возрастных границ объекта ис­следований существенно раздвинулись.

Исследования психологии взрослых людей постепенно рас­пространялись, с одной стороны, на юношей, подростков, млад­ших школьников и затем дошкольников. Эти исследования по­зволили обнаружить ранее неизвестные потенциальные

возможности детей, а главное — вскрыть те периоды жизни ре­бенка, которые наиболее благоприятны (сензитивны) для раз­вития различных функций, интеллектуальных возможностей, формирования нравственных качеств личности.

Особо интересным в этом отношении является ранний воз­раст, первые годы и даже месяцы жизни ребенка, когда начи­нается процесс социализации, превращения биологического су­щества в человеческую личность.

Расширение исследований возрастной психологии вверх, в сторону преклонного возраста, тоже позволило получить много важного и интересного. Границы сохранения активности и творческих способностей человека оказались значительно даль­ше, чем это считалось ранее, а главное, обнаружилось, что эти . границы могут быть существенно смещены за счет организа­ции жизни и деятельности человека.'

Предметом педагогической психологии является изу­чение психологических закономерностей обучения и воспита­ния, причем как со стороны обучаемого, воспитуемого, так и со стороны того, кто организует это обучение и воспитание, т. е. со стороны педагога, воспитателя. .В том и другом случае обучение и воспитание выступают как специфические виды. деятельности конкретного субъекта (ученика, учителя). Но они рассматриваются (и должны рассматриваться) и как совме­стная деятельность учителя и ученика, т. е. деятельность в ситуации организованного общения. В первом случае речь идет об учебной деятельности, или учении (ученика, воспитуе­мого). Во втором—о педагогической деятельности учителя (воспитателя), о выполнении им функций организации, стиму­ляции и управления (регулирования) учебной деятельности ученика. В третьем—о процессе обучения и воспитания в це­лом (подробнее эти вопросы будут рассмотрены в соответст­вующих разделах книги).

(Задача обучения, как отмечалось уже во введении,—не только обогащение учащегося знаниями, умениями и навыка­ми, но и развитие его как личности. Поэтому предметом педа­гогической психологии является также определение критериев умственного и других сторон развития личности.

По мере изменения задач, развития практики обучения и воспитания, организационных форм и средств обучения и вос­питания существенно менялся и предмет педагогической пси­хологии как науки. В условиях всеобщего обязательного сред­него образования особую важность приобрела проблема инди­видуальных различий, включающая вопросы выявления при­роды этих различий, учета их, коррекции (при необходимости) и т. д. Существенно меняется предмет педагогической психо­логии в зависимости от того, где, в каких условиях и на реше­ние каких задач направлено обучение. Условия обучения и воспитания различны в массовой средней школе, профессио-

II

нально-техничсском училище, техникуме или высшем учебном заведения.



Наряду с дифференциацией предмета и задач возрастной и педагогической психологии, о которой говорилось выше,нель­зя не отметить, что в их развитии наблюдается и обратная тенденция сближения, интеграции. Это обусловлено тем, что в нашей стране практически все дети если не с ясельного, то с дошкольного и уж в крайнем случае с младшего школьного возраста включаются в систему организованного общественно­го обучения и воспитания. А это значит, что их психическое развитие непосредственно связано с системой обучения и вос­питания, которые, в свою очередь, строятся с учетом не только реального, но и потенциально возможного развития ребенка.. Именно эта неразрывная взаимосвязь самой реальности, вы­ступающей как объект психологического исследования (дети, условия их жизни, система обучения и воспитания), обуслови­ла переход к комплексным исследованиям возрастной и педа­гогической психологии, и их интеграции.

В решениях XXV и XXVI ^съездов, а также последующих пленумов ЦК КПСС подчеркивается, что задача формирова­ния нового человека является важнейшей на современном эта­пе коммунистического строительства. В психологии и педаго­гике давно известно, что обучение и воспитание—процесс еди­ный и неделимый- Вместе с тем вопрос о том, как оптимизи­ровать процесс гармонического развития личности, как и на каком этапе можно и нужно достигать максимального рас­цвета умственных способностей и нравственных качеств, раз­вития эмоциональной и волевой сфер человека, остается пока далеко не решенным. Поиски решения этого вопроса—одна из важнейших задач современной возрастной и педагогичес­кой психологии.

Условия научно-технической революции породили необхо­димость овладения учащимися не только системой глубоких и прочных знаний, но и приемами самостоятельного приобрете­ния знаний. Да, современный человек может быть воистину образованным и отвечать' требованиям бурного развития нау­ки и производства, если он непрерывно пополняет свои знания.

А это возможно при овладении приемами самоорга­низации познавательной деятельности, переработки знаковой (текстовой) информации. Вопросы, вытекающие из необходи­мости решения этих задач, входят в содержание современных психолого-педагогических исследований'.

' В журнале «Народное образование» № 10 за. 1982 г. опубликована экспериментальная программа с нормативами выработки важнейших обще-- педагогических навыков и умений учащихся средних школ от 1 до Х клас­са. Детальная разработка путей достижений этой чрезвычайно важной це­ли еще предстоит.

Отмечая несомненные успехи и достижения советской воз­растной и педагогической психологии, о которых будет подроб­но рассказано в соответствующих главах пособия, хотелось бы сразу обратить внимание и на некоторые негативные янлс-ния в практике обучения и воспитания. Так, например, бихе­виористский (чисто поведенческий) подход к процессу обуче­ния, как отмечает известный советский психолог А. К. Марко­ва',' приводит к попытке напрямую связать методы учебной работы учителя и знания учащихся без учета промежуточного звена—деятельности самих учащихся. Именно это не од­нажды приводило к дискредитации весьма ценного практиче­ского опыта учителей при бездумном, механическом перенесе­нии их опыта в другие условия без учета личностных факторов самих учащихся, а в какой-то мере и стиля учебной работы других учителей.

Недооценка активной роли учащегося приводит порой к фе­тишизации информационного подхода, к пониманию процесса обучения как простой передачи знаний от учителя к ученику. На самом деле нет и быть не может такой передачи. Учащий­ся должен добывать знания сам; учитель лишь организует и стимулирует, как отмечалось уже выше, эту работу учащихся на уроке.

Наблюдается порой стремление к излишней формализации живого процесса обучения и воспитания, что порождает недо­учет специфически человеческих качеств, которые существенно влияют на освоение каждым человеком общественно-историче­ского опыта. Нечто подобное наблюдается в том случае, когда процесс обучения подлаживают к возможностям технических средств обучения, а не наоборот.

Все приведенные факты (а их перечень можно было бы продолжить) свидетельствуют о забвении (или просто незна­нии) порой еще не до конца раскрытых, но в большинстве своем хорошо известных истин возрастной и педагогической психологии.

Выявление этих истин и закономерностей достигается с по­мощью системы методов психологического исследования, к рассмотрению которых мы и переходим. А завершить этот параграф о предмете и задачах возрастной и педагоги­ческой психологии мы бы хотели словами выдающегося рус­ского педагога К. Д. Ушинского: «Если педагогика хочет вос­питать человека во всех отношениях, то она должна прежде узнать его тоже во всех отношениях»2.

См.: Маркова А. К. Актуальные проблемы педагогической психоло­гии.—Вопр. психологии, 1980, № 10, с. 5—15,

* УшинскиД К. Д. Человек как предмет воспитания. — Собр. соч. М, 1948. т. 8, с. 23.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

  • Личность
  • Глава I.