Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Линии судеб




Скачать 117.14 Kb.
Дата06.01.2017
Размер117.14 Kb.
ЛИНИИ СУДЕБ:

композитор А.Н.Верстовский и поэт Е.А.Боратынский

Имена композитора, крупнейшего театрального деятеля Алексея Николаевича Верстовского (1799 – 1862) и поэта пушкинской поры Евгения Абрамовича Боратынского (1800 -1844) в первой половине девятнадцатого столетия в России пользовались у музыкально-театральной публики и читателей большой популярностью.

Это были люди, которые в культуре и литературе того времени сделали очень многое. Вспомним хотя бы, что период творчества композитора в России называли эпохой Верстовского. Драматург А.Н.Островский признавался: «Известно, каким безграничным уважением между артистами всех отраслей искусства пользуются совершенные мастера в том или другом искусстве, и люди, обладающие очень тонким вкусом. Таким же знатоком был Верстовский в сценическом искусстве: все артисты жаждали его замечаний, боялись их и с доверием и благодарностью их выслушивали. Артисту и в голову не могло прийти обижаться на Верстовского за то, что он ему говорил ты, особенно, когда он его похвалит». П.В.Нащокин веско заметил: « У вас в театре ламповщик и лампы не зажжет без дозволения Алексея Николаевича!» Режиссер С.П.Соловьев подчеркивал, что Верстовский «всегда сообщал артистам жизнь и одушевление». И он же отмечал: «Театральный люд очень метко и характерно называл его, употребляя простонародное слово, - театральным воротилой, или многозначительным « сам».

Не забудем и то, что Боратынского критики и любители литературы ставили на первое место после «солнца русской поэзии» еще при жизни А.С.Пушкина. Уникальный талант стихотворца заметили многие. Сам Александр Сергеевич признавался: «Боратынский - прелесть и чудо! После него никогда не стану печатать своих элегий!» И еще одна цитата, автором которой тоже является Пушкин: «Баратынский принадлежит к числу отличных наших поэтов. Он у нас оригинален - ибо мыслит. Он был бы оригинален и везде, ибо мыслит по-своему, правильно и независимо, между тем как чувствует сильно и глубоко. Гармония его стихов, свежесть слога, живость и точность выражения должны поразить всякого, хоть несколько одаренного вкусом и чувством». Так писал Пушкин о Боратынском в 1830 году. «Из всех поэтов, появившихся вместе с Пушкиным,- отмечал В.Г.Белинский,- первое место бесспорно принадлежит г. Боратынскому».

Высоко ценили талант Верстовского и Боратынского, кроме Пушкина, их великие современники: В.А.Жуковский, А.С.Грибоедов, П.А.Вяземский, А.А.Дельвиг, М.Н.Загоскин, А.А.Алябьев, С.Т.Аксаков, М.И.Глинка. Многие блистательные писатели, музыканты, актеры того времени тоже были в восторге от поэзии Боратынского и музыкальных творений композитора Верстовского.

Судьба уготовила Верстовскому и Боратынскому появиться на свет на одной и той же земле – земле Тамбовской губернии.

Основоположник русского оперного искусства родился в имении Селиверстово, что располагалось недалеко от села Мезинец Козловского уезда (ныне Староюрьевский район Тамбовской области), в дворянской семье. В нем текла не только русская, но и турецкая кровь, так как отец Алексея Николаевича был сыном генерала А.Селиверстова и пленной турчанки. Однако в музыкальной литературе до сих пор встречается версия, что дед композитора был приписан к дворянскому сословию как выходец из «польского шляхетства».

Боратынский - уроженец усадьбы Мара Кирсановского уезда (ныне Уметский район), он появился на свет тоже в дворянской семье. Предки поэта были выходцами из Польши. В любой биографической справке прочитаем, что в первой половине семнадцатого века И.П.Боратынский покинул родину и перешел на русскую службу. В конце восемнадцатого века за верность царю и новому отечеству Абраму и Богдану Боратынским, потомкам Ивана Петровича, подарены земли в Тамбовской губернии. Это было поместье Вяжля. Абрам Андреевич Боратынский вместе с молодой женой поселился в той части села, которая называлась Марой. Она и есть малая родина поэта.

Таковы факты биографии, известные всем, кто интересуется историческими корнями Верстовского и Боратынского - земляков и ровесников.

Земляков и ровесников, конечно же, всегда объединял великий Александр Сергеевич Пушкин. Без Пушкина невозможно представить жизнь и творческий путь как композитора, так и поэта. Невозможно поверить сегодня в то, что Верстовский и Боратынский не могли быть друзьями Пушкина, что они никогда не встретились бы, не общались. И это тоже факт истории, как и тот, что Пушкин, который никогда не бывал на Тамбовщине, прочными нитями был связан с родиной Верстовского и Боратынского. Здесь находились друзья и приятели Александра Сергеевича, его литературные спутники, в конечном счете его дальние и близкие родственники или когда-то жили на тамбовской земле (например, в селе Покровском родилась М.А.Ганнибал – бабушка поэта по материнской линии, несколько лет провела здесь Н.О.Пушкина – мать поэта), или проживали в то время, когда ярко вспыхнула звезда Пушкина на поэтическом небосклоне. Не забудем, что и жена Пушкина, красавица Н.Н.Гончарова, появилась на свет именно на Тамбовщине – в имении дяди своей матери Н.А.Загряжского в селе Кариан Тамбовского уезда (ныне райцентр Знаменка Знаменского района). Примерно в одно и то же время Пушкин встретился, познакомился и подружился и с Верстовским, и Боратынским.

Знакомство и творческое содружество Пушкина и Верстовского, по мнению большинства исследователей, связано с двадцатыми и началом тридцатых годов девятнадцатого века. Они встречались в домах общих друзей и знакомых – П.В.Нащокина, П.А.Вяземского, М.П.Погодина, А.С.Грибоедова, С.Т.Аксакова и т. д. Встречи друзей обычно посвящались поэзии и музыке. Поэта и композитора сближало трепетное отношение к творчеству, к высокому искусству, к театру. В 1820 году Пушкиным была написана «Черная шаль», а через несколько лет Верстовский дал этому стихотворению музыкальные крылья. Романс пользовался потрясающим успехом. Современница вспоминала, как сам Верстовский пел в одном из салонов это произведение, а аккомпанировал ему А.С.Грибоедов. Вскоре романс «Черная шаль» исполнялся по всей России. Другая современница (Е.С.Телепнева) в дневнике 22 июня 1827 года записывает о сестрах Ушаковых, которыми первый поэт России был покорен: «В их доме все напоминает Пушкина: на столе найдете его сочинения, между нотами – «Черную шаль» и «Цыганскую песню», на фортепианах – «Талисман» и «Копеечку», в альбоме несколько листочков картин, стихов и карикатур, а на языке беспрестанно вертится имя Пушкин». Были у Верстовского и Пушкина и другие совместные сочинения, тоже нашедшие тропинки к сердцам любителей прекрасного. Несомненно, они были известны и Боратынскому.

П.А.Стеллиферовский, автор книги и ряда интересных публикаций о Боратынском, предполагает, что Пушкин и Боратынский впервые встретились в Петербурге, и этому способствовал А.А.Дельвиг. Круг приятелей, товарищей, друзей Боратынского в то время, когда Евгений Абрамович был зачислен в Лейб-гвардии егерский полк, стал значительно больше. В.А. Жуковский, Н.И.Гнедич, Ф.Н.Глинка, П.А.Плетнев, А.И. Одоевский, К.Ф. Рылеев, А.А. Бестужев, И.И. Козлов, В.К.Кюхельбекер вошли в него. Исследователь уточняет: «В 1820 году друзья-поэты надолго расстались. Пушкин вынужден был уехать на юг, Баратынский – в Финляндию. Было нечто общее в их судьбе, и современники расценили отъезд обоих как изгнание. Долгие шесть лет не виделись Пушкин и Баратынский и встретились осенью 1826 года в Москве…»

Пушкин и Боратынский состояли в переписке. Переписывался Пушкин и с Верстовским. Правда, не все письма друзей сохранились. А вот о переписке Верстовского и Боратынского не упоминает ни один современник, никто из литературоведов тоже не пишет об этом.

Верстовский дебютировал в качестве композитора в 1819 году, когда сочинил музыку к водевилю «Бабушкины попугаи». «Русский художественный листок» спустя десятилетия точно заметит: «Юность Верстовского пронеслась в упоении успехов, посреди похвал и торжеств. В нем видели замечательный талант». В том же году в журнале «Благонамеренный» печатается несколько стихотворений молодого поэта Боратынского. На сочинения композитора и поэта стали обращать внимание слушатели и читатели. У Верстовского и Боратынского появились свои поклонники.

В «Летописи жизни и творчества Е.А.Боратынского. 1800 -1844» читаем следующее:

« 1829 год. Декабрь, 23. Москва. На заседании Общества любителей российской словесности при Московском университете Боратынский заочно избран в члены общества (наряду с Пушкиным, Булгариным и Верстовским). Сообщение об избрании опубликовано в «Московских ведомостях».

Общество любителей российской словесности при Московском университете, как информирует современного читателя одна из энциклопедий, создано в 1811 году. В разные годы председателями его были М.Н. Загоскин, А.С.Хомяков, М.П.Погодин, И.С.Аксаков, Ф.И.Буслаев и другие. Так, Пушкин, Верстовский, Боратынский оказались в одном списке. На торжественном вечере в честь признания заслуг Пушкина и уроженцев Тамбовского края звучала и музыка Верстовского, в том числе Кантата на всерадостнейший мир России с Турцией на слова А.И.Писарева. Пройдут годы, и Верстовский экстерном сдаст экзамены за курс Московского университета (1833 год).

Верстовский и Боратынский были в приятельских отношениях с поэтом, прозаиком Николаем Филипповичем Павловым.

По всей вероятности, Верстовский впервые встретился с Павловым в доме директора Театрального училища при дирекции Московских императорских театров Ф.Ф.Кокошкина.

Павлов, получивший профессию в театральном училище, затем занимается в Московском университете на словесном отделении и успешно заканчивает данное учебное заведение в 1825 году.

О Павлове в своих письмах упоминают В.Ф.Одоевский, П.А.Вяземский, А.Н.Краевский, Н.А.Полевой и другие именитые современники. И это не случайно, так как многие его повести пользовались интересом у читателей, например, «Именины», «Ятаган», «Аукцион». Композиторы М.И.Глинка, А.С.Даргомыжский, В.Н.Всеволожский, в том числе и Верстовский, обращались к поэзии Павлова. Алексей Николаевич, кстати, написал романс на стихи Павлова «Не говори ни да, ни нет» (стихотворение опубликовано впервые в альманахе «Радуга» в 1830 году). Во многих салонах Москвы и Петербурга звучал этот романс. Надо вспомнить и еще об одной ранней совместной работе Верстовского и Павлова – комедии-водевиле «Дипломат» (соавтором Павлова выступил С.П.Шевырев, вместе с которым он сделал перевод с французского языка пьесы Э.Скриба, К.Делавиня). Премьера состоялась 21 июня 1829 года. В том же году Павлов избирается действительным членом Общества любителей российской словесности. Он продолжает писать стихи, прозу, статьи. В 1835 году в «Московском наблюдателе» появились две его критические статьи, где речь шла об опере А.Н.Верстовского «Аскольдова могила» и о комедии М.Н. Загоскина «Недовольные». Между прочим, В.Г.Белинский признал эти статьи «особенно примечательными».

Встречи Боратынского и Павлова переросли в дружбу, это позволило Евгению Абрамовичу пригласить погостить Павлова в свое тамбовское имение, где московский друг не только отдыхал, но и серьезно занимался творчеством. Посетил он и Н. В.Чичерина в Умете, с которым тоже дружил. Здесь Николай Филиппович продолжил работу над прозаическими произведениями.

Боратынский был знаком и с будущей женой Павлова – К.К.Яниш, талантливой поэтессой и очаровательной собеседницей. Каролина Карловна Яниш была в восторге от поэзии Боратынского. Немало сделала она для пропаганды творчества Евгения Абрамовича, выступая в качестве переводчика его стихотворений на немецкий язык. П.А Стеллиферовский в книге «Евгений Абрамович Баратынский» приводит любопытный факт: «После смерти Баратынского поэтесса поддерживала связь с его семьей, особенно с сыном сестры – С.А.Рачинским, выпустившим в 1899 году «Татевский сборник», содержащий ценные материалы о дяде, и даже называла его «племянником».

Боратынский женился на Анастасии Львовне Энгельгардт летом 1826 года. Верстовский присматривался в это время к молодой актрисе Надежде Репиной, которую московская публика сразу полюбила, как только та оказалась на подмостках после окончания театрального училища. Пришла вскоре и любовь, однако, по свидетельству А.Д.Эшлиман (урожденной Верстовской), отец композитора выбора сына не одобрил, потребовал разорвать с актрисой все отношения. Верстовский отца не послушался, ушел из семьи и поселился с Репиной без брака. Он обвенчался с Надеждой Васильевной лишь 21 апреля 1841 года.

Пушкин же никак не мог определиться с выбором спутницы жизни. Вскоре обе столицы стали говорить о предстоящей женитьбе Александра Сергеевича на Н.Н.Гончаровой. На сей раз это оказалось правдой. Пушкин перед свадьбой устроил «мальчишник», на который особыми записками пригласил самых близких ему людей. Он направил такие приглашения и Верстовскому, и Боратынскому. Рядом с Пушкиным вечером 17 февраля 1831 года находились его родной брат С.Л.Пушкин, П.В.Нащокин, Н.М.Языков, Д.В.Давыдов, П.А.Вяземский, А.А.Елагин. 18 февраля Наталью Николаевну Гончарову и Александра Сергеевича Пушкина обвенчали в церкви Большого Вознесения на Никитской улице, затем состоялась свадьба. Через день друзья снова навестили Пушкина. Р.Г.Скрынников в книге «Дуэль Пушкина» (Санкт-Петербург,1999) приводит эпизод: «Оказавшись в чужом доме, Наташа горько плакала. В.Ф.Вяземская записала её жалобы на то, что Пушкин в первый же день, как встал с постели, так и ушел в кабинет, где пробыл до обеда в окружении приятелей и знакомых, очевидно, пришедших его поздравить. С молодой женой он увиделся лишь в обед, к вечеру».

Давайте не забудем, что Боратынский родился в семье, где по-настоящему, как и в доме Верстовских, преклонялись перед музыкой. В.П.Пешков, автор нескольких знаковых исследований, краевед, в книге «Звезда разрозненной плеяды…» (Тамбов, 1999) пишет, как Баратынские-старшие прививали любовь детям к хорошей русской и зарубежной музыке. «С большим удовольствием занимаются дети музыкой. У всех – неплохие голоса, отличный слух. Впоследствии в доме Баратынских силами семейства ставили музыкальные спектакли и даже оперы».

Любовь к музыке у Боратынских передавалась из поколения в поколение. М.А.Боратынский, двоюродный племянник знаменитого русского поэта, тоже пишет об этом: «Главной же особенностью нашего дома была музыка. В то время музыка очень мало была распространена в высшем московском обществе – консерватория только что еще недавно была открыта в Москве по инициативе Н.Г.Рубинштейна… Наш дом, насколько я знаю, был тогда единственным в нашем обществе, в котором занимались серьезно классической музыкой и интересовались ею».

Да, музыка объединяла Боратынского и Верстовского. В то время потрясающим успехом у слушателей пользовался романс М.И.Глинки «Не искушай меня без нужды», созданный на стихи Боратынского (1825). Это произведение имеет и другое название - «Разуверение». На стихи Боратынского писали романсы, песни композиторы А.Т.Александров, В.А.Крюков, А.Т.Гречанинов, Ц.А.Кюи, А.П.Раков, А.С.Даргомыжский и другие.

Верстовского никогда не включали в подобный список, потому что Алексей Николаевич прежде всего сочинял музыку на тексты В.А.Жуковского, А.С.Пушкина, М.Н.Загоскина, А.А.Писарева и некоторых других своих «старых» друзей. Тем не менее, в «Летописи жизни и творчества Е.А.Боратынского» (Москва,1998) сообщается: 28 января 1828 года в Москве на обеде, устроенном в честь К.П.Брюллова в Московском художественном классе, исполнялись куплеты «Там, где парил орел двуглавый…», написанные Верстовским, вероятно, на стихи Боратынского. Профессор А.А.Соболева в биобиблиографическом указателе «Алексей Николаевич Верстовский» (Тамбов,1999) утверждает, что действительно музыка куплетов Верстовским написана на стихи Боратынского. Ученый Тамбовского государственного университета имени Г.Р.Державина ссылается и на одну из публикаций в «Московских ведомостях» того времени.

Возможно, были еще какие-то совместные сочинения Верстовского и Боратынского, и это предположение основывается прежде всего на том, что до сегодняшнего дня не все богатое наследие композитора найдено и изучено. Однако таких творений не могло быть, на мой взгляд, много. Сошлюсь на авторитетное мнение исследователя жизни и творческого пути А.Н.Верстовского В.А.Корнеева, написавшего и издавшего о Верстовском немало статей, которые затем вошли в его интереснейшую книгу «Тайна старинного парка» (Тамбов, 1994). Корнеев размышлял так: «Конечно, можно говорить о различных особенностях личного характера каждого, даже и о противоположных темпераментах, и в силу этого о несходстве мироощущения, - хоть оба они и романтики! - но все это до конца так и не вносит ясности, Правда, Боратынский своей элегической мечтательностью безусловно является антиподом Верстовского с его неукротимой турецкой кровью…» С Владимиром Алексеевичем Корнеевым нельзя не согласиться. Но будем ждать сообщений архивистов, которые помогут краеведам, литературоведам глубже проникнуть в данную тему.

Романс «Разуверение» композитора М.И.Глинки на стихи Е.А.Боратынского, о котором уже шла речь в этом материале, прекрасно исполняла народная артистка Советского Союза Н.В.Обухова – внучатая племянница Боратынского. В репертуаре Надежды Васильевны была и «Цыганская песня» Верстовского. Это говорит о том, что и в другое время, и в другой стране, которая называлась Советским Союзом, Боратынский и Верстовский словно встретились снова. И дядя Обуховой, Сергей Трофимович Обухов, занимал в Москве должность управляющего театрами. Как тут снова не вспомнить Верстовского!

Желательно не оставить без внимания и вот эти факты. 15 июня 1986 года «Тамбовская правда» информировала читателей о прошедшем на днях на родине Боратынского очередном празднике поэзии. Газета пишет: на уметской земле звучали не только стихи, но и торопилась музыка в души многочисленных зрителей. В том числе исполнялось одно из сочинений Верстовского – увертюра к водевилю «Обман за обманом». Заслуженный работник культуры РФ Ю.Попов подготовил это произведение с камерным оркестром музыкальной школы № 1 города Тамбова. Во втором отделении вечера, посвященного 200-летию со дня рождения Верстовского, что проводился 4 марта 1999 года в Концертном зале Тамбовской государственной филармонии, заслуженная артистка России З.Загуменнова читала стихотворения Пушкина и Боратынского.

Таких примеров, мне кажется, можно привести немало. Именно они красноречиво говорят о том, что земляки по-прежнему преклоняются перед талантом поэта и композитора, перед их бессмертными сочинениями, перед тем, что судьба уготовила уроженцам Тамбовского края быть друзьями А.С.Пушкина. А в таком случае, даже если бы Алексей Николаевич и Евгений Абрамович не создали бы того, что им удалось сделать для своей России, для своего народа, все равно их имена были бы вписаны в летопись Отечества.

А еще в Тамбове есть улицы Боратынского и Верстовского. На географической карте областного центра имена поэта и композитора снова по воле благодарных потомков оказались рядом. Это не только добрая примета, но, пожалуй, знаковое событие.


2009 год, весна. Староюрьево А.В. ЛЕЖНЁВ. Староюрьевская СОШ.