Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Курс лекций по философии (Методология совершенствования разума) 2015




страница4/17
Дата14.05.2018
Размер4.45 Mb.
ТипКурс лекций
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Глава 3. Философский анализ системы научного познания

Изучение современной парадигмы научного познания в философской сфере становится передним краем метафизического раздумья. Ныне все философские учения, ориентирующиеся на науку, так или иначе, стремятся аналитически рассуждать и теоретически обосновывать этот важнейший вид интеллектуальной деятельности, совершающейся в научном исследовании бытия мира и общества. Кстати, любое исследование как таковое сегодня подвергаются философскому осмыслению и переосмыслению. Современные философские концепции влияют на сознание и профессиональное мышление ученых, медиков, всех специалистов, на философско-методологическую зрелость и социально-культурную активность. В философском анализе феномена современной науки необходимо рассматривать ключевые проблемы изучения бытия, но, прежде всего, задачи инновационного направления саморазвития мира, общества и человека. Определяя направления в своей научно-исследовательской деятельности, учёные «обречены» опираться на прежние знания и научно-методологические приёмы, но одновременно творчески разрабатывать и собственные методы и технологии теоретического изыскания.


Методологическая ситуация в современном научном познании становится всё более специфичной. Непременным условием движения творческой мысли на пути развития научного исследования является философско-методологическая вооруженность исследователя. Именно аналитической метод философствования становится инструментом в получении научного, т.е. истинного и философски осмысленного знания. Применяемые в науке философские методы – мерило её зрелости и интеллектуально-нравственного совершенства учёных. А методология - духовный показатель рационально складывающихся отношений между наукой и философией. Прогресс научного исследования объективно связан с развитием и совершенствованием философской методологии в познании мира, общества и человека. Новые мировоззренческие и социально-культурные знания, получаемые в научной деятельности, способствуют улучшению креативных свойств личности учёного, медика, специалиста и повышения у них других качеств, которые опираются на аналитическое философствование.

&. 1. Творческие корни в аналитическом философствовании

Чтобы философски осмыслить онтологическую суть творческого мышления в научном исследовании, мало указать на новейшие открытия, которые, так или иначе, соотносятся с системой теоретического знания и привычной методологией познания. Нетрудно заметить, как всякое новое ошеломляющее научное открытие неожиданно притягивает к себе огромное мыслительное пространство из разных сфер жизни и деятельности. Возникает убеждение, что именно аналитическое философствование в инновационном мыслительном пространстве становится путеводной звездой, ориентирующей учёных в лабиринте научных исследований. В связи с этим отводятся в сторону все прежние привычные пласты знания, давно получившие теоретический статус истины и закрепившись в общественном сознании. А теперь выстраивается новая причинно-следственная связь, которая отбрасывает все традиционные звенья методологической рефлексии и открывает сложнейшие феномены составных частей в структуре познания.

Творческое мышление, как интеллектуально-напряжённую деятельность, традиционно связывают с созиданием чего-то нового, оригинального. Сущность творческой деятельности, согласно И. Канту, воплощается в продуктивном мыслительном воображении. Отдельные же способности личности не имеют, по И. Канту, обязательно проявления творчества. Только в аналитико-синтетическом единстве созерцания и мышления, воображения и теоретической редукции представляется мыслительное творчество во всей своей полноте и научности. Это философское направление, будучи основанном на понятии «анализ», восходит к древнегреческому ἀνάλυσις  означает разложение, расчленение целого на части. Тот или иной анализ может восприниматься как расчленение, когда субъект творчества умственно разлагает сложное соединение на его простые элементы. Но чаще это размышление о целостности предмета или явления, которая состоит из частей, взаимодействующих между собой. Такое понимание анализа ещё не позволяет до конца понять специфику философской редукции. С одной стороны, её использует любой человек, а с другой, философы со знанием дела занимаются методологическим приёмом редукции (лат. reductio – возвращение, приведение обратно), теоретически расчленяя знания об изучаемых явлениях и процессах на их составляющие части. Анализ в философском мышлении предстаёт творческим приёмом, который отличается от всех других своей критичной креативностью.

Аналитическое философствование в научном познании мира понимается не как некая метафизическая способность размышлять или как сверхчувственное восприятие мира, в центре которой рассматриваются разные формы и средства рационального исследования, а как творческое философское осмысление знаний. Аналитическая философия как таковая позволяет использовать креативную специфику современного стиля и способа мышления: свободного, критичного, творческого. Этот способ мышления говорит не только об особой мыслительной акции, сколько указывает на критичный подход и использование творческой энергии по поводу философско-методологического исследования. Аналитическая философская методология в научном познании становится более сложной и более прикладной мыслительной деятельностью. Она вбирает в себя различные методы и открывает всё новые и новые формы и способы познания в различных сферах природы и общества. Современные философы - это в принципе аналитически мыслящие учёные, медики, специалисты, ибо отражают в своём мышлении критичный дух в философской идеологии научно-творческого поприща.

Особой спецификой современной философской методологии исследования является нацеленность творческой мысли учёного при инновационных акциях на самокритичный анализ языка конкретной науки и т.д. Ведь наука, начиная поиск нового знания, опирается на добытые факты и специфический понятийный язык. Философия при этом не имеет никаких суждений о фактах наблюдаемых вещей, это компетенция науки, но она, опираясь на креативность мышления, подвергает полученные знания критическому анализу или, иначе говоря, философскому осмыслению или переосмыслению высказываний учёных о наблюдаемых ими фактах явлений и процессов. Инструментом такого философского анализа знаний стало философское исследование научного языка для разрешения проблем в познании. Целью такого анализа языка является выявление стиля и структуры мысли учёногокак субъекта познания и его соотнесении с объективной реальностью.

Философская аналитическая методология является осознанием естественно-научного творческого исследования. Уже в глубокой древности, когда познание бытия осуществлялось в натурфилософии, оно было по своей сути креативным, и вырабатывало отдельные точные или, говоря современным языком, научные знания. С отпочкованием от натурфилософии разного рода естественных и иных наук возник и совершенно новый тип их взаимоотношений - сотворческий. С одной стороны, философия, опираясь на созидательный характер естественной науки, развивала новые метафизические принципы и категориальный аппарат научного исследования, а с другой – продуктивно воздействовала на творческую совокупность методологических принципов, форм, методов и способов в научно-исследовательской жизнедеятельности учёных, медиков и других креативных специалистов. При этом искусно конструировала и новые мировоззренческие взгляды на базе выдающихся научных открытий и осуществляла их смысловую социально-культурную интерпретацию.

Тематика методологических принципов познания вообще и отдельных его тематических направлений разрабатывались во множестве философских школ и систем, особенно начиная с эпохи Нового времени и по наше время. Всё это и создавало предпосылки для создания аналитической философской идеологии в креативном исследовании естественного мира природы, общества и человека. Философский аналитический метод исследования мира природы отличается от традиционного научного познания, идущего ещё от Р. Декарта тем, что, будучи мыслимым разложением единого целого на части, преследует конструктивные и креативные или научно-творческие цели. По выражению Б. Рассела (1872-1970), философские аналитики «отказываются верить в существование некоторого “высшего” способа познания, с помощью которого мы можем открывать истины, скрытые от науки и разума» (Рассел Б. История западной философии: В 2т. Т.2. Новосибирск, 1994. С. 304). В аналитическом философствовании значительная роль принадлежит сопряжению эпистемологии с моралью.

Таким образом, в зависимости от радикального обновления аналитических методологий в исследовании мира, которым философы придают множество самых разных оценок, вне сомнения остается одно: Земля и Солнце, пространство и время, Вселенная и галактики и т.д. – все это во многом личные переживания и представления человека, т.е. несмотря на их явно объективное существование, в определенном виде все они во многом зависимы от творческо-субъективного человеческого самосознания. Говоря словами О. Шпенглера: «Без субъекта невозможен и объект» (Шпенглер О. Закат Европы. Минск. 1998. С. 11). Как всякий феномен природы, по отношению его к сознанию человека, мир, конечно, есть само собой объективное явление, но уже сильно креативно-субъективно преобразованное. Когда мир природы рассматривается учеными, медиками как определённая система разумно-структурированного бытия в виде сотворённого знания или как система интеллектуально-нравственных принципов отношения к бытию и т.д., то тогда сам объективный мир уже не существует вне или помимо сознания человека, а, следовательно, он творчески субъективен.

Продуктивный смысл аналитического философствования в самокритичном поиске путей развивается в междисциплинарном научном направлении - когнитивной науке (англ. cognitive - познавательный). Современные учёные и философы не настаивают на том, что творческий человеческий разум есть последняя инстанция в научном познании и объяснении мира. Все более загадочным становится и сам разум, и познаваемое им «сущее» - бытие мира. Иначе говоря, человеческий разум, творящий разные знания с опорой на науку, другие способы познания, определяет их философский смысл. Все знания о мире благодаря творческому разуму, есть внутренняя связность его с бытийным сущем. В этом большая философская проблема. Так, Павел Флоренский (1882-1937), размышляя о познающем мире и его познаваемости, писал: «Познание не есть захват мертвого объекта хищным гносеологическим субъектом, а живое общение личностей, из которых каждая для каждой служит и объектом и субъектом» (Флоренский П. Столп и утверждение истины. М., 2002. С. 73-74).

Научное исследование в прошлом и поныне сталкивается с трудностью философского обоснования истинности полученного наукой знания. Это явление в науке является проблемой аналитического философствования. Оно осложняется ещё и спорами о взаимодействии науки и эпистемологии. В последней появилось направление – натуралистическое, представляющее стремление к обоснованию истинного характера научного знания, создав новую теорию в познании на базе теорий биологии и психологии. Сам термин «натуралистическая эпистемология» предложен логиком и философом У. Куайном (1908–2000), полагавшем, что последовательное проведение редукционизма требует признания дихотомии аналитических/синтетических суждений. Он создал и философские понятия о ней, обосновывая концепцию, согласно которой эпистемология должна исследовать взаимоотношения, складывающиеся между теорией познания и чувственным опытом с учётом психологии человека. Новизна его натуралистической эпистемологии в том, что она являет теорию познания, которая широко опирается не только на психологию человека, но и достижения естественных наук.

Распространенной разновидностью натуралистической эпистемологии ныне стала эволюционная эпистемология, которая как самостоятельное направление в научном исследовании оформилась к началу 70-ых годов прошлого века. Этот тип принципиально нового научного исследования представлен именами Конрада Лоренца (1903-1989), австрийского биолога и философа, лауреата Нобелевской премии и его учеников. Кстати, К. Лоренц был и создателем новой науки –этологии, одной из главных дисциплин, изучающих психологию и поведение животных. Что касается самого термина «эволюционная эпистемология», то он предложен Д. Кэмпбелом, учеником и последователем Лоренца, который выразил её суть так: «Наука о человеческом духе, прежде всего, теория познания начинает превращаться в биологическую науку». Это преувеличение, заострение реального положения дел: философия не превращается в науку, а наука – в философию.

Революционный смысл эволюционной эпистемологии состоит в том, что она исследует как когнитивный аппарат творчески мыслящего человека, так и его эволюционное происхождение и теоретико-познавательные следствия, а именно: особенности человеческого научно-творческого познания и истинности научного знания определяются спецификой его познавательного аппарата, который, по сути, формировался в ходе приспособительной биологической эволюции. Кстати, к истинно-познавательному, значит, креативному аппарату человеческого разума относятся: нервная система и органы чувств человека, а также свойственные всем людям наследственные врожденные программы оценки бытия вообще и развития в нём, на которых базируется человеческая способность к восприятию внешнего мира, приспособлению к нему и преобразованию. Согласно мысли аналитических философов и творцов эволюционной эпистемологии новые идеи всеобъемлющих креативных исследований и создание инновационных теорий конституируются как когнитивные феномены в результате эволюционного процесса.

Интеллектуальная эволюция человека, раскрытие творческих потенций как мыслительной культуры и динамика этих процессов обнаруживают всеобщие закономерности. Весьма креативный труд К. Лоренца называется «По ту сторону зеркала. Поиски естественной истории человеческого знания», в котором он писал: «Мы [исследователи природы] непоколебимо убеждены, что все, о чем сообщает нам наш познавательный аппарат, соответствует подлинной реальности мира, находящегося вне субъекта. Эта теоретико-познавательная позиция берет свое начало в знании, что наш познавательный аппарат сам – реально существующий, который приобрел свою настоящую форму благодаря встрече со столь же реальными вещами и приспособлению к ним» (Философия науки в историческом контексте. СПб. 2003. С. 234). Стремление обосновывать истинность знания с помощью эпистимологических теорий поощряет приверженцев эволюционной научно-креативной теории к проведению аналогий между исследованием мира человеком и естественными природными процессами у животных.

Вплоть до нашего времени существует множество программ креативных исследований. Первая программа – рассмотрение когнитивных механизмов у животных и человека, распространяя креативную теорию эволюции на структуры живых систем, которые являются биологическими субстратами познания (мозг, нервная система, органы чувств). Это уровень истории биологической формы познания и знания. На этом этапе эволюционная эпистемология строится по образцу биологии, базируясь на исследованиях в этологии, физиологии чувств, нейробиологии, эволюции биологических разновидностей. Все эволюционные эпистемологи рассматривают органическую эволюцию когнитивных процессов на уровне одноклеточных организмов и кончая рациоморфным познанием человека. На этом уровне внимание уделяется тому, что организмы и среда тесно взаимосвязаны, что организм не просто адаптируется к окружающей среде, но ведет себя активно: он активно, а порой творчески осваивает среду, которая придает форму его активности – это циклическая взаимная детерминация.

Вторая программа исследования - стремление научно понять и объяснить суть человеческой культуры, включая гуманные идеи и строгие научные теории, в терминах эволюционной модели из биологической теории. Все исследования в эволюционной эпистемологии становится креативной метатеорией, объясняющей развитие идей, научных теорий посредством эволюционных моделей. Ученые, разрабатывающие теорию культурной эволюции со специальным рассмотрением эволюции научного знания, характеризуются как ориентированные философы. Они ставят вопросы такого рода: а в какой степени биологическая эволюция ограничивает процесс приобретения интеллектуальной информации? В какой степени исследование эволюции позволяют понять процессы переработки научной и иной информации. На этом уровне концентрируется внимание на том, что, производя творческо-созидательные изменения в культуре, люди действуют целенаправленно, активный компонент в их познании играет основную роль.

История создания научного знания имеет важные системные проявления: учёный, производящий научное знание или врач, ставящий диагноз, обладают важным внутренним свойством, а именно когнитивно-социальным интеллектом, который органично связан с человеческим мозгом. Интересной попыткой в этом плане является изучение особой части человеческого мозга – его лобных долей и новая интерпретация их функций. Сегодня научно установлено, что с потерей лобных долей познавательная деятельность человека дезинтегрируется и более того, распадается, а о творческой функции мозга и речи быть не может. На русском языке в таком случае говорят: человек «без царя в голове».

В креативно-творческом познании развивается ещё и телесный подход, который положен в основу философской концепции телесного, ситуационного и инактивированного познания бытия, одним из создателей которого был биолог и философ Франсиско Варела (1947-2001). Этот новый подход пришел на смену вычислительному подходу, – имеющему немало приверженцев, который основан на моделях создания искусственного интеллекта и оперировании дискретными символическими структурами. Тогда как вычислительная парадигма считает, что человеческий мозг есть нейронный компьютер, возникший в ходе эволюции, а креативная парадигма приводит аргументы, что мозг не может быть сводим ни к суперкомпьютеру, что человеческий ум - эмерджентной, сложноорганизованной сетью элементов, а уровень познания является независимым. На сегодняшний день ещё не получен ответ на важнейший философский вопрос: в силу каких причин мозг человека при всём его относительном совершенстве столь уязвим.

Теория самоорганизации сложных систем или синергетика, добавляет ко всему этому креативные методы и творческие модели, описывающие процессы возникновения, эволюции, нелинейного синтеза в уме, а также распада структур в открытых и нелинейных системах. Развитие креативного подхода в когнитивной науке открывает перспективы не только для исследования эпистемологии как философского учения о научном познании и тем когнитивной психологии, но и для проектирования искусственных автономных агентов и создания роботов нового типа. Неотъемлемой частью общечеловеческой культуры, вне всякого сомнения, считается наука. Она образует целостную взаимосвязанную систему знаний о мире естественной природы, обществе людей, человеческом разуме. Это - целенаправленная креативно-познавательная деятельность людей как способ интеллектуального производства необходимых для жизни человека ценностей. Она составляет органический элемент жизненного бытия людей, тесно связанная с культурно-духовной атмосферой общества. Ее основные отрасли познания – естественные, социальные и гуманитарные науки – в отрыве друг от друга они просто не дают целостного представления о мире.

Наука, выступая мощным интегративным фактором творческой активности людей, воздействует на их саморазвитие и улучшение креативного мышления с помощью современнейших технических механизмов и массовой информации. Всё это значительно суживает область неодинакового умственного развития людей в разных культурах, либо подчиняя их искусственной суперкультуре, либо просто растворяя неразвитые в техническом отношении культуры в более развитой. Можно предположить, что есть опасность и небывалого расширения диалога, в который втягиваются все культуры и её наиболее активные представители – и ученые, специалисты, медики и т.д. В результате происходит взаимообогащение, на который основывается интегративная культура и упрощение диалога. С философской точки зрения можно предположить, что креативное поле в сознании людей, не имея границ и языковых барьеров, неизбежно упрощается, так как познавательная сфера расширяется, а смысловая сужается.

В процессе научного исследования вещей, явлений и процессов мире применяются специфические материальные средства, как приборы, инст­рументы, другое научное оборудование, зачастую весьма сложное и очень дорогостоящее (синхрофазотро­ны, радиотелескопы, ракетно-космическая техника и т. д.). Важнейшее значение имеет и логическое, философско-методоло­гическое образование исследователей, развитие их креативно-мыслительной и разумно-этической куль­туры, на базе совершенствования профессионального умения правильно применять законы и принципы науки. Задача создания креативных методов познания мира, общества, человека возникла давно – в глубокой античности. Таким познанием занималась натурфилософия. Она базировалась на естественных потребностях людей в знаниях о мире и обществе, позволяющим людям адаптироваться к новым обстоятельствам жизни.

Первоначальные признаки научного познания возникли около семи тысяч лет назад, когда были созданы первые познавательные доктрины (учения) натурфилософии. Однако смысловым стержнем познания стал жизненный опыт людей. На его базе и возникли учения, которые стали главной целью «научного» исследования. Но их ограниченность была замечена в античной Греции, когда возникла философия (тогда натурфилософия). Она сыграла роль генератора в креативной познавательной деятельности, как цельного, единого умопостижения (др.-греч. θεωρία — рассмотрение, исследование) всей реальности. В третьем веке до н. э. Архимед заложил уже первые основы экспериментального метода в познании. А 2200 лет тому назад Евклид создал геометрию, которая успешно опиралась на эвристические и творческие возможности философского мышления.

Философский принцип определения сущности и смысла научного познания в разных сферах развития природы, общества и человеческой жизни необходим для развития теоретических разделов любой науки. Одновременно он нужен и для прогресса самой философской мысли как научно-методологического основания для общей теории познания. До сих пор в философии ведутся острейшие споры о степени истинности научного познания. К. Поппер (1902-1994) уверял, что хотя наука и прилагает все возможные усилия, чтобы обнаружить истину, но нельзя же быть до конца уверенным, что мы её нашли. «Я могу ошибаться, а Вы можете быть правы; сделаем усилие, и мы, возможно, приблизимся к истине» - моральное кредо К. Поппера. Вместе с тем человечество уже выработало познавательные и творческие средства, чтобы преодолевать неопределенность в отношении научного знания. Ученые научились со значительной долей своей правоты выбирать из нескольких теорий лучшую, более доказательную теорию.

Фундаментальное традиционное пространство в философских рассуждениях о становлении и саморазвитии точных (научных) знаний, осмысляет и методы получения надежных, достоверных сведений о саморазвитии мира природы и критерии их истинности, как адекватного отражения бытия в сознании и сам процесс познания, как творческой деятельности людей. В русском языке понятия «знание» и «познание» имеют два смысловых значения: а) как добытые в результате специальных наблюдений, экспериментов и размышлений учёных достоверных сведений о конкретных явлениях, вещах, предметах природы и общества; б) сам процесс добывания и конструирования этих сведений о мире. Теория (или философия) познания исторически развивается во взаимодействии с наукой. Они вместе стремятся понять и оценить сам смысл знаний и самого научно-исследовательского процесса познания, общий методологический стиль и механизм его инновационного функционирования.

Начиная с учения И. Канта о познании, в философии осмысляется роль и значение креативного субъекта (лат. subjectus – лежащий в основе) в научном исследования мира или активного мышления - «Я», и объекта (лат. objectum – вещь, предмет) распознания или то, что противостоит творческому сознанию личности учёного, медика. Под субъектом познания философ понимал активную творческую жизнедеятельность ученого или творящий знание его инновационный дух. И. Кант сделал познающего субъекта самим предметом философии, ибо только субъект, по его мнению, и способен определять пути, средства и способы (методы) познания. Впервые в истории философской мысли был поставлен вопрос о роли субъекта, имеющего два уровня своего качественного состояния. Первый – это эмпирический уровень и второй – уровень трансцендентальный, т.е. независимый от самого объекта, на который и направлен познавательный акт субъекта. К эмпирическому уровню знания И. Кант относил индивидуальные особенности учёного, а к трансцендентальному началу всё разумное в человечестве.

Объект – это ещё не вся объективная реальность, а только та, на которую направлена разумная креативная активность субъекта исследования. Сам человек при этом является объектом изучения многих естественных наук и гуманитарных дисциплин – биологии, антропологии медицины, психологии, социологии и, в первую очередь, - философии. В социальном познании всё «вращается» в сфере человеческого жизненного бытия: объект познания – это сами люди и результаты их жизнедеятельности, а субъект познания – тоже люди, но креативно мыслящие и творящие знания. Поэтому понятия «субъект» и «объект», как сопряжённые элементы в структуре познания, представляют единство. Субъект – это активно действующий фактор в исследовании мира как творческий исток. Объект – всё то, что противостоит субъекту в его творческом познании и на всё что фактически исследуется деятельностью «Я». Это всё – фрагменты действительности, которые в центре внимания исследователя как факты исследования разума ученого.

Таким образом, субъект – разумный носитель и использователь креативной способности нацеленной на познание мира, т.е. отдельный человек, коллектив или общество в целом. А объект – всё то, на что направлено познающее действо субъекта и осознаётся им (фрагменты природы, мира в целом, общественные отношения и сам человек). Познание происходит в силу того обстоятельства, что субъект активно вторгается в сферу объекта бытия и как бы переносит его в свою орбиту, поскольку его моменты отображаются в сознании субъекта. Познающая жизнедеятельность и её результаты содержат в себе всё субъективное, т.е. то, что привносится творческим разумом, и объективное, что определяется содержанием объекта и порой зависит от субъекта. Все фрагменты бытия, оказавшись в центре внимания творчески познающего человека, прежде всего учёного, составляют его предмет и становятся собственностью субъекта. А он, в свою очередь, вступает с ним в субъективно-объективные взаимосвязи и отношения.

Объекты всегда противостоят субъекту как объективно существующие в природе и обществе все предметы, вещи и явления, а также их внутренние и внешние взаимосвязи, которые складываются в целостную систему отношений между ними. Познавательным и весьма специфическим объектом являются люди в естественной природе и в обществе, возникающие и происходящие в нём многообразные процессы, а так же их свойства и отношения. Одновременно полноправными объектами познания являются и различные состояния сознания – восприятия, эмоции, представления и, наконец, понятия. Весь процесс познания, по замечанию Вл. Соловьева, покоится на том, что «познающий известным образом внутренне связан с познаваемым, находится с ним в существенном единстве» (Соловьев В.С. Соч.: В 2 т. Т. 1. М., 1988. С. 722). Что касается объекта познания, то к нему надо относиться как зафиксированному в личном жизненном опыте знанию и заключенного в нём понимания процесса деятельности человека, а также разные его стороны, свойства и отношения.

Что касается предмета познания и его отличия от объекта, то оно в том, что объект задан субъекту извне, а предмет исследования – это часть объекта, которая осознано ограничивается субъектом, его интересами и возможностями. Предмет познания, как часть объекта, целенаправленно выявляется субъектом из многих фрагментов бытия мира и представлен в конкретной познавательной задаче. Предмет познания представляет определенный срез или аспект объекта познания, включенного в научное исследование. Так, объектом познания в анатомии или физиологии являются абсолютно все живые организмы, а предметом же познания в анатомии – их строение, а в физиологии – их функционирование. Еще до И. Канта философы, указывая на смысловую задачу в исследовании, придавали первостепенное значение творческой активности разума, т.е. критическому и свободному мышлению, которое философ называл продуктивным способом воображения. А Г. Гегель эту задачу предлагал разрешать через изучение самого процесса познания, разработав систему категорий, более обширную и сложную, чем все ему ранее предшествующие исследователи.

Конечно, ничего страшного в жизни человечества не произойдёт, если ученые, врачи, фармацевты, другие специалисты с чувством высокой личной ответственности и научной компетентности будут выполнять гражданский долг в согласии с разумом и совестью. Но и этого мало. Необходимо повышать культуру философского мышления учёных, которая даёт понимание самосохранения и нацеливает на повышение ответственности людей за свое же здоровье и здоровье близких. К сожалению, в большинстве своем люди начинают задумываться и заботиться о здоровье только после его фактической потери или ухудшения из-за заключения врача и друзей. Ныне в рамках национальной программы борьбы за самосохранение здоровья людей фактически мобилизуются все наличные силы и творческий потенциал науки, медицины и философии. Эта та задача, которая требует самосовершенствования научной, образовательной и воспитательной деятельности, формирования гуманного сознания у всех учёных и медиков.

Чем же обусловлено возникновение данного комплекса проблем? Можно ли понять смысл разного рода причин социально-экономического, политического, мировоззренческого и др. саморазвития, чтобы обнаружить причины глобального духовного кризиса человечества, трансформацию в нём разумного и нравственного облика современного человека? Философия, наука и медицина в контексте исторического движения человеческого сознания и самосознания от одной цивилизации к другой постигают все эти проблемы на конкретных стадиях их культурного саморазвития. Философия в науке и медицине находит большое количество феноменов человечества и в связи с этим предлагает инновационные методологические концепции, с помощью которых «творчески конструирует» (И. Кант) знания о бытии мира, общества и человека. Сегодня философы и учёные в фундаментальных теоретических и прикладных дисциплинах осуществляют вызов реальности, открывающей перед ними стратегическое прозрение о роли и значении научно-философской методологии в исследовании и объяснении мира и общества в новом научно-мыслительном творчестве учёных и медиков.

Интерес к феномену научного познания, как уникальной сферы творческой познавательной жизнедеятельности людей, столь же стар, как и она сама. Но что такое научное познание? В чём его общечеловеческая ценность? Чем отличается научное знание от мифов, обыденных мнений, религиозных догм? Как и почему развивается наука? Какие методы и средства используют учёные и медики в научном изучении и объяснении развития мира и всего того, что в нём есть? Это небольшая часть вопросов о роли и значении научного познания, которые переосмысливают философы. Современную науку не возможно охарактеризовать кратко, как это было с прежними этапами научного развития мысли (в античности - натурфилософия, средневековье - схоластика, в эпоху Возрождения – новая концепция человека, а с Нового времени – классическая, затем неклассическая, а теперь и постнеклассическая наука).

Р.Декарт видел цель научного познания в овладении силами природы, а также в усовершенствовании самой природы человека. В современной литературе задача научного познания усматривается в получении объективного, истинного знания, направленного на отражение закономерностей действительности. В наше время наука – широчайшая сеть и система международных междисциплинарных теоретических или фундаментальных дисциплин и прикладных исследований. Это общественная ассоциация естественно-научного, биолого-медицинского, научно-технического и социально-гуманитарного и иного познания мироздания и общества людей. Истоком научной деятельности являются факты, их постоянное обновление и систематизация, критический анализ и, на этой базе, синтез новых знаний и обобщений. Изучая явления природы, наука установила, что все они происходят не случайно, а закономерно, в тесной взаимосвязи одного с другим.



&.2. Философское обоснование креативности в мышлении

Творчески мыслить, утверждал И. Кант, значит, говорить с собой, значит, внутренне слышать себя самого. В этом и есть исток пробуждения творческой мысли у человека в результате возникновения имманентного (лат. immanens - «пребывающий внутри») диалога (др.-греч. Διάλογος  - разговор, беседа). Такой диалог или внутренний разговор самого себя с самим же собой и есть проявление уникальной способности к критичному и креативному (лат. creatio – созидание) мышлению как черты творческой личности. Креативные личности более открыты к новым знаниям и обладают мужеством не скрывать их как новое слово в науке, искусстве, медицине и т.д. Креативность встречается в самых разных областях и сферах интеллектуально-нравственной жизни и деятельности людей, но, прежде всего, в научно-творческом деле. Это и есть научное творчество, проявляющееся в жизни и деятельности как сложный психо-интуитивный процесс, основанный на практическом опыте и врождённой любознательности. Оценить сущность такого творческого явления можно, непосредственно занимаясь исследовательской или иной созидательной деятельностью.



Современный этап в философском обосновании креативного мышления состоит в переходе от постижения отдельных его аспектов к построению общей теории. В многочисленных философских исследованиях этого процесса особое место занимает когнитивная (лат. cognitio — познание) теория. Она позволяет лучше сознавать и углублять мыслительные процессы, которые способствуют саморазвитию и расширению креативности. В общем виде она задаёт творческую интенцию научному познанию и определяется как мыслительное саморазвитие учёных, медиков. Креативность настраивает их на поиск новых содержательных сущностей и смыслов в предметах, вещах, явлениях, процессах мира и общества. Они предстают в форме представлений, понятий, суждений, законов, теорий, концепций и т.д. Все эти знания становятся уникальными модельными образами для научного творчества, с которыми учёные производят смелые мыслительные эксперименты. Креативность способна укреплять связь философских концепций с творческим поиском истин в различных научно-исследовательских программах, взаимодействующих между собой.
Сегодня следует, наконец, умело использовать в познании диалектическое сопряжение научного творчества и философского анализа. В этом плане большая роль принадлежит диалектическому методу в создании, а затем и утверждении необходимого синтеза креативных философских концептов и принципов научного поиска истины, начиная с зарождения натурфилософии и особенно, когда естественные науки стали рассматриваться как самостоятельные системы в рамках единого, целостного и динамично развивающегося познания, а также диалектического проникновения друг в друга научного и креативного мышления. Современная целевая научная программа исследования единства природы и общества, у диалектически и творчески мыслящего учёного или медика, состоит в том, чтобы, погружаясь в научное познание, искать и создавать в нём новые способы и методы постижения тайн естественной сферы бытия, которые предопределяют новое синергийное (др.-греч. συνεργία — сотрудничество, содействие) саморазвитие вещей, процессов и явлений в мироздании.

Синергетика – современная научная теория, которая нацелена на изучение и объяснение процессов самоорганизации в мире. Это и новое философское мировидение, тесно связанное с научным исследованием феноменов нелинейности, глобальной эволюции, изучением естественных процессов становления «порядка через хаос» (И. Пригожин), бифуркационных изменений, необратимости времени, а также неустойчивости как основополагающей характеристики всех эволюционных процессов. Научное пространство синергетики центрируется вокруг понятия «сложность», ориентируясь на исследование естественной природы, философских принципов организации и эволюции в мире. «Сложность» в теории синергетики понимается как бы само собой «возникающие бифуркационные переходы вдали от равновесия и при наличии подходящих нелинейностей, нарушение симметрии выше точки бифуркации, а также образование корреляций макроскопического масштаба», согласно открытию И. Пригожина – Лауреата Нобелевской премии.
Современное естествознание, вступив в междисциплинарный диалог, стало объединяться с философией и в перспективе с науками о жизни, человеке и обществе. Это фаза междисциплинарного синтеза, фаза постнеклассической науки, в которую возвращается учёный-наблюдатель со всеми его антропными атрибутами и относительностью культурно-творческого исторического контекста. А нарождающемуся новому синергетическому мышлению требуется метаязык, посредством которого можно понять и объяснить процессы самоорганизации в естественной природе, личности, больших и малых группах. Довольно широкое распространение получает и системный язык креативности, применяемый в космогонических мифах и философских течениях. Данная ситуация отражает содержание и структуру множества явлений междисциплинарного порядка. Синергетика позволяет понять и оценить в совокупности как эмпирические, так и теоретические моменты при исследовании всех согласованных взаимодействий процесса самоорганизации естественного мира, общества и человеческого разума.
Средства эмпирического исследования в науках чаще всего включают приборы или приборные установки и многие другие средства для наблюдения и инновационного проведения экспериментов. В теоретическом же исследовании порой отсутствует непосредственное практическое взаимодействие с человеком. На этом уровне человек исследуется в мыслительном эксперименте. Основным средством сугубо теоретического исследования выступают творческие идеальные объекты. Это - особые понятийные абстракции, в которых и заключён смысл, по сути, всех теоретических терминов. Это обстоятельство было осознано уже тогда, когда наука достигла высоких ступеней теоретизации. Поэтому новые знания о мире, обществе и человеке внутри той или иной научной теоретической парадигмы, как целостного научно-исследовательского пространства познания, предполагают их синергетическую упорядоченность и строгую системность.

Фактором научного творчества учёных становится всё то, что неотделимо от философской интерпретации нового знания. Если ученый не согласен с этим утверждением, в действительности же он всё равно придерживается философских идей, принципов при интерпретации открытых им же новых знаний. Он, разделяя в принципе представления своего исторического времени о картине мироздания, стремится критично переосмысливать все прежние знания. Ни ученый, ни любой другой специалист не может уклониться от творческого, научно-философского осмысления и особенно переосмысления фундаментальных теоретических знаний науки прошлой эпохи. Эта ситуация касается и постановки по-новому вопроса о предпосылках научно-творческого познания вообще. Ведь не случайно же, что теоретическая реальность в научном исследовании закрепляется в сознании и самосознании терминологически как «идеализация», т.е. всё то, что предстаёт в особо философской абстракции, доведённой до предельной всеобщности и точности. Она становится содержательным результатом творческого сознания.

Идея теоретического познания мира с эпохи Нового времени стала синоним истинно творческого исследования бытия. В этом немалая заслуга таких гигантов мысли как: врач Джон Локк (1632—1704), механик Исаак Ньютон (1643—1727), философ Бенедикт Спиноза (1632—1677), математик Готфрид Лейбниц (1646—1716) и многие другие философы и учёные. Все они, кроме научно-творческого исследования природы, стремились понять феномен способностей человеческого творчества, определить его роль и значение в познании тайн мира. Это эпоха, когда творческие идеи и принципы легли в основание науки, когда впервые рационализм стал спорить на равных с эмпиризмом. Теоретический или рациональный метод познания, сформулированный Декартом, разделяли далеко не все ученые, ибо он не всегда соответствовал идеалу научности. Так, в Англии широкое распространение получил научный эмпиризм, не чурающийся научного рационализма. Дж. Локк, как видный медик и учёный, в «Опыте о человеческом разуме» исследовал происхождение творческого разума и его позитивную роль в получении достоверного знания о мире. Он стремился научно опровергнуть тезис Декарта о врожденности идей, объясняя роль рефлексии человеческого разума как наблюдение. С этим связано творческое рассуждение о простых ощущениях и о более сложных идеях - рефлексии. Простые идеи приобретаются чувствами — это идеи света, тепла, цвета и т.д., а более сложные идеи — это рефлексии как продукт креативного размышления учёного.

А математик и философ Г. Лейбниц, создавший учение о монадах (др.-греч. μονάς — единица), считал, что всё во Вселенной есть монады, представляющие элементы всех вещей в мире. Монада во Вселенной, является макрокосмом. А монадология Г. Лейбница определялась осознанием элементов диалектики (как самодвижение монад - источник и причина их изменения, связь микрокосма и макрокосма), оказавшихся плодотворными для фундаментального саморазвития мировоззрения, кстати, научно-фантастического. Он создал новую картину мира, в основе которой множество субстанций или совокупности монад, предстоящих в виде разумной соразмерности Вселенной. Он отмечал творческую значительность индивидуального самосознания Вселенной, его гармоничность, многообразие и динамичность. По Г. Лейбницу, нельзя всё сводить к механике - надо искать внутренние законы развития природы, объясняющие движение, развитие всех её вещей, предметов, процессов и явлений.

Настоящим же расцветом европейской научно-творческой мысли стал качественно новый стиль рационального мышления учёных-естествоиспытателей, у таких как И. Ньютон (1642-1726), получивший высокую оценку в немецкой классической науке и философии. Его работы опередили общий научный уровень креативного мышления учёных того времени. Так, плодом его научно-творческих поисков истины и философских размышлений стало учение об идее всемирного тяготения, основанной на законах механики. Это революционное научное открытие учёного привело в итоге к созданию научной картины мира, согласно которой все планеты, находящиеся друг от друга на колоссальных расстояниях, оказываются взаимосвязанными в единую систему. И. Ньютон впервые научно изобразил систему самодвижения в мироздании, заложив начало новой отрасли астрономии – небесной механики. В свете творческих достижений И. Ньютона, перед учёными и философами встала задача сделать все научные открытия достоянием сознания самых широких народных масс.

Масштабную научно-просветительскую работу в широких массах в этом направлении осуществил немецкий философ Христиан Вольф (1679—1754). Он осуществил реформу философского языка, определив основные категории и понятия в научно-культурном обиходе и в научном понимании мира. До сих пор сохранилась и используется большая часть его философской терминологии. Априорный анализ научно-философских понятий и категорий, критическое осмысление и творческое переосмысление результатов экспериментов подвели Х. Вольфа к созданию единой рациональной и эмпирической науки, в том числе социально-культурной. Из разграничения теории и практики, знания и действия проявилось различие между теорией и практическими науками в естествознании и обществознании. На базе естественно-научных и новых философских критериев Х. Вольф разработал настоящую энциклопедию научно-рационального познания и объяснения бытия мира.

Целью создания «научной» философии для Х. Вольфа стало стремление к объяснению достижения человеческого счастья, а оно, согласно ему, неотделимо от творческого познания и научного объяснения природы и общества. Последнее же было в принципе невозможно без обладания философской свободой или попросту недостижимо без обеспечения свободы рациональной мысли ученого, широкого распространения в мире научного знания о природе и обществе. Рационально-гуманистическое идеи Х. Вольфа оказали значительное влияние на становление критической и творческой философской мысли в Европе. Необремененный безмятежностью творческий рационализм стал господствовать в философии и науке до конца XIX века, придавая им сопряжённость с моралью. Русский философ С.Л. Франк назвал, что «никакое подлинное творчество невозможно без нравственной серьёзности и ответственности; оно требует нравственного усилия правдивости, должно сочетаться со смирением, совершаться через аскезу бескорыстного служения» (Франк С.Л. Реальность и человек. М., 1997. С. 366).

Начиная с XVII в. произошла смена научной парадигмы в исследовании мира и формирования научного мировоззрения. Тогда возникала принципиально новая наука, базирующаяся на рациональном (математическом) доказательстве. Считавшийся вечным и казавшийся наделенным божественными смыслами «порядок в науках», построенных на идеях «средневекового аристотелизма», рухнул, и мир ученых был обречен на поиск творческого исследования порядка. Требование такого порядка в науке был созвучен главному императиву самой эпохи. Поиски его стал ответом на новый интеллектуально-нравственный взрыв, подобный античному. В этих поисках проявили себя революционные новаторы науки как: Ф. Бэкон и Р. Декарт, Дж. Локк и Г.В. Лейбниц, Г. Галилей, И. Ньютон и др. Они во многом двигались по сходным инновационным путям, что не отменяло существенных различий между ними. Со стремлением к новому творческому порядку в науке была связана и их философская нравственность, которую разделяли практически все исследователи того времени: идея научного творчества, ведущего к цели - истине.

С середины XVIII века началось развитие науки в инновационном ключе –создана теория электричества и широкого его использования на практике. Были обнаружены внутренние взаимосвязи между магнитными и электрическими процессами и явлениями, между неорганической и органической природой. Научный подвиг, по сути, совершили М. Фарадей (1791—1867), Дж. Максвелл (1831—1879), Г. Герц (1857—1894), создав учение об электромагнетизме. Английский ученый М. Фарадей обнаружил электромагнитное поле. Это стало открытием нового вида материи. А Дж. Максвелл математически обосновал идею Фарадея. Физик Г. Герц экспериментально подтвердил сделанные теоретические выводы Д. Максвеллом. Открытия этих физиков стали крупнейшими научными открытиями после Ньютона. Они положили начало крушению механистической картины мира. «Результаты работ Фарадея, Максвелла и Герца, - по мнению А. Эйнштейна, - привели к развитию современной физики, к созданию новых понятий, образующих новую картину действительности» (Эйнштейн А. и Инфельд Л. Эволюция физики. М., 1965. С. 102).

Аналогичный революционный путь прошла и общая химия, изучающая вещества с целью получения материалов с заданными свойствами. Описание явлений анатомической натурфилософией было заменено принципиально новыми представлениями о химическом элементе. Аналитически творчески изучались физические свойства элементов, химические соединения, создавались новые материалы. На инновационном творческом пути химикам пришлось отбросить разные «невесомые» материи типа флогистона и перейти к научным методам измерения. Познание структуры вещества перевело химию на другой уровень познания функций вещества — из аналитической она стала синтетической. Химия тем самым перешла к креативному способу исследования процессов, для чего она использовала методы термодинамики и физической кинетики, что позволило ей умело управлять многими процессами. Такие же закономерности наблюдаются и в модификации научной биологии — науки о живой природе.

В XIX веке стало много понятней, что прежние понятия и законы науки и философии, основанные на старых метафизических принципах, не могут играть роль универсаль­ных законов, объясняющих суть саморазвития природы. В науку стали проникать и развиваться диалектические идеи и принципы, пропитывавшие затем все конкретные науки: физику, химию, геологию, биологию, медицину и т.д. Так, в биологии эволюционные идеи англичанина Ч. Дарвина (1809—1882) и открытия австрийца Г. Менделя (1822—1884) совершенно иначе представили диалектический метод исследования живого вещества. А в химии важнейшим открытием стал периодический закон химических элементов, сформулированный Д.И. Менделеевым в 1869 г. Это всё и подтолкнуло ученых к поиску ещё более мелких частиц. В 1897 г. английский физик Дж. Томсон (1856—1940) обнаружил уже внутриатомную или элементарную частицу — электрон и предложил первую электромагнитную модель строения ато­ма.

В физике по сути своей произошла научная революция. Физик Э. Резерфорд (1871—1937) проник в атомное ядро, открыв тем самым внутриатомную частицу с положительным электрическим зарядом, которую он назвал протоном. Физика вступила в принципиально новый мир познания атомных частиц и процессов. М. Планк (1858—1947) по-новому представил картину электромагнитного поля, где вещество не излучало энергию иначе как порциями, т.е. квантами. Он показал как квант электромагнитной энергии может поглощаться и излучаться отдельным атомом, т.е. ведет себя подобно корпускуле, частице, получившей название «фотон». Тогда-то и обнаружилось, что законы природы обыденного мира принципиально отличаются от законов в бытии микро и макромира. Всем этим физики-теоретики побудили ученых к философскому переосмыслению первоначал бытия как ключевых оснований научного познания.

Квантовым величинам стал присущ характер относительности к средствам наблюдения. Физик-теоретик В. Гейзенберг (1901-1976), на основе философских размышлений, пришёл к выводу: «Мы не можем избежать употребления языка, тесно связанного с традиционной философией. Мы спрашиваем: “Из чего состоит протон? Делим или неделим электрон? Сложной или простой частицей является фотон?” Однако это неверно поставленные вопросы, ибо слова “делить” или “состоять” в этой связи в значительной мере утрачивают свой смысл. Нашей задачей должно быть приспособление нашего мышления и нашего языка, то есть нашей научной философии, к новой ситуации, созданной данными эксперимента... Неверно поставленные вопросы и неправильные наглядные представления автоматически просачиваются в физику частиц и уводят научные исследования в сторону от реальной природы» (Гейзенберг В. Успехи физических наук. Т.12. Выпуск 4. М., 1977. С. 665).

Любая теоретическая идея ученого, прежде чем стать научным знанием или принципом научного исследования, должна была пройти через процедуру философского обоснования. Так, Фарадей, обнаружив в опытах электрические и магнитные силовые линии, попытался на этой основе ввести в научный оборот качественно новые понятия и представления об электрическом и магнитном поле. Но при этом он столкнулся с необходимостью философски обосновать эти новые идеи. Предположение, что силы распространяются в пространстве с конечной скоростью от точки к точке, приводило к представлению о них (силах) как существующих в отрыве от их материальных источников. Но это противоречило фактам, ибо эти силы были связаны с материей. Чтобы устранить противоречие, ученый и предложил рассматривать поля сил в качестве особой материальной среды. Это и позволило уже другим учёным доказать наличие электрического и магнитного полей, имеющих бытийный статус материальности.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

  • . 1. Творческие корни в аналитическом философствовании
  • .2. Философское обоснование креативности в мышлении