Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Ксения личная




Скачать 342.29 Kb.
Дата27.06.2017
Размер342.29 Kb.


КСЕНИЯ ЛИЧНАЯ

ksenialichnaja@gmail.com

ПОМЕХА СПРАВА

Россия - 2016 год



Действующие лица:

ОН – около 30 лет, высокий, привлекательный

ОНА – возрастом чуть младше Него, но выглядит чуть старше. Ниже Него на голову, стройная.

МУЖ – 29, низкий, коренастый

ЕВА – 23, модельная внешность

ПОЛИНА – 24, подруга Евы

ДПСНИК 1

ДПСНИК 2

ДОЧКА – 5 лет

1.

Темнота, вспыхивающие и мелькающие огни фар, свист тормозов, звук столкновения: жесткий, безнадежный, пугающий. Это авария, транспортная авария, или привычнее, ДТП.
Ежегодно в мире в ДТП погибает более 300 тысяч человек, а общее число, получивших травмы, превышает 15 миллионов человек.


Сегодня – нет, сегодня никто не погиб, пока не погиб. Но серьезно повреждены две машины: его и ее, его едва спрыгнувший с конвейера Ягуар и ее потрепанная временем и окисленная в изобильном присутствии воды из луж и канав Десятка, на которой болтается самодельный прицеп.

ОН. Черт!

ОНА. Блин!

ОН. Как так?!

ОНА. Козел!

ОН. Не-е! Ну как так-то?! (выпрыгивает из машины, оглядывает повреждения) Черт! Ну как так-то?!

ОНА. (устало ложится на руль) Еще не хватало.

ОН. (гладит поврежденное левое крыло) Киса ты моя…

ОНА. (выходит из машины, устало прикрывает дверцу, обходит машину) Ясно. (Ему) Давайте так, если я сейчас заведусь, Вы оплатите примерный ремонт, и разъезжаемся.

ОН. Вы с ума сошли?!

ОНА. Ну, слушайте, виноваты Вы

ОН. Я?

ОНА. Вы-ы.

ОН. Да, я. Черт попутал.

ОНА. Это Ваши проблемы, кто там вас попутал.

ОН. Но и Вы молодец, посредине дороги уже пять километров плететесь, хвостом своим виляете.

ОНА. Еду с разрешенной скоростью. Знак видели? И вообще, у нас все так ездят, чтобы ямы не собирать. А хвостом, знаете кто, виляет?

ОН. Простите. Да уж, дороги здесь еще те…

ОНА. Но, я так понимаю, что КАСКО у вас оплачено, смысла ДПСников ждать не вижу. Оки?

ОН. Не-ет. Давайте уж как положено. На вашей - прицеп, мой регистратор вчера отказал, у вас есть?

ОНА. Блин! (голову вверх, в бесконечное темное небо) Сколько можно-то?

ОН. Послушайте, успокойтесь. Уверен, с вашей не все так страшно. (оглядывает ее машину, уверенно кивает, смотрит на свою – ужасно расстроенная гримаса) О-о-о!

ОНА. Спасибо. Теперь я абсолютно спокойна. Абсолютно. Спокойна. Да. И все благодаря вам! Спасибо. (пауза) Блин, ну куда вы смотрели-то? Ну что вы думали-то? У вас голова для чего?

ОН. Послушайте, милая женщина…

ОНА. Никакая я вам не женщина, мне всего 26!

ОН. О? простите…

ОНА. И уж тем более не милая!

ОН. Ну, это я сообразил… И все же, послушайте, э-э, девушка, давайте как-нибудь обойдемся без взаимных упреков, оскорблений.

ОНА. Вы дурак?

ОН. Я? Почему?

ОНА. Я вас что? целовать должна, за то, что вы в меня врезались?

ОН. (оглядывает Ее, почти незаметно кривится) Это, наверное, лишнее, но что ругаться-то? Я вот тоже опаздываю (смотрит на часы), уже опоздал. Слушайте, а может, вы одни их дождетесь, а я на такси дальше? (умоляюще смотрит на нее) Очень надо, вопрос жизни и смерти!

ОНА. Нет, вы точно дурак! Мне они вообще без надобности.

Она садится за руль, заводит машину: двигатель работает вполне стабильно.

ОН. (бросается к ее машине) Пожалуйста! Будьте человеком!

ОНА. Так, давайте пятнашку, и я поехала.

ОН. Но, что я им скажу?

ОНА. Скажете, что врезались в дерево.

ОН. Дерево? Точно. Вы дерево. Бесчувственное бревно!

ОНА. (глушит двигатель) Я еще и бревно! (вылезает из машины) Вы на себя-то когда в последний раз смотрели? (пауза) Красавчик… богатенький, значит, все можно? Значит, все вам должны? Не офигел? Надо ему! А ты спросил, что мне надо? Нет, зачем!? главное ему! Эгоцентрик чертов! Сноб! Испоганил мне всю дорогу, и я еще бревно. Офигеть!

ОН. Да, пожалуй, вы правы.

ОНА. Офигеть. (садится на обочину, прижимает к себе колени, дрожит в последних попытках сдержать слезы) Офигеть!

ОН. (в растерянности смотрит на нее) Вы не плачьте, не надо.

ОНА. (всхлипывая) Надо - не надо! Отстань!

ОН. Ну, хотите, не будем никого вызывать, я отдам вам вашу, сколько вы сказали? десятку…

ОНА. Пятнашку.

ОН. Не много? (его умоляюще-вопросительный взгляд врезается в стену слез) Хорошо, пятнашку, и разъедимся.

ОНА. Нет уж, теперь вызывайте. Руки дрожат. Как я теперь поеду? Темень – глаз коли, машина битая, еще и руки… (поднимает руки, они, действительно, дрожат)

ОН. Ну, я тогда набираю (набирает номер на мобильном). Здравствуйте. ДТП. На 27-м. Да. Точно, там. Уже? Хорошо. Нет, пострадавших нет. Прицеп. Когда будут? (в растерянности отставляет телефон от уха) Бросил трубку.

ОНА. Скоро?

Он разводит плечами. Она понимающе кивает, вытирает слезы, но взамен вытертых упорно текут новые.

ОН. Чаю горячего хотите?

ОНА. Хочу.

ОН. Я б тоже не отказался.

ОНА. Дурак.

ОН. Ну, вот. А то напустили воды. Полно болото.

ОНА. Чего?

ОН. Улыбнулись, наконец.

ОНА. Дурак.

ОН. Еще раз улыбнулись.

Она поднимает на Него внимательный взгляд, устало вздыхает, смотрит куда-то вдаль. Он осторожно подходит к Ней ближе, вглядывается в ее тонкие черты, в лицо, давно забывшее, что такое косметика.

ОН. А вы красотка!

ОНА. (ухмыляется) Было дело.

ОН. И сейчас.

Она машет рукой, что вспоминать дела давно минувших дней. Он присаживается рядом с ней, на корточки. Она с ухмылкой поглядывает на его новенький дорогущий костюм.

ОНА. Попачкаться боитесь?

ОН. Я? Нет. То есть да. Не хотелось бы свататься полным свином.

Она останавливает на нем удивленно-вопрошающий взгляд.

Он согласно кивает.

ОН. Грешен. Второй раз в петлю собрался.

ОНА. В петлю?

ОН. Шучу.

ОНА. Любите ее?

ОН. Да, очень.

ОНА. Второй раз, говорите. Уже были женаты?

ОН. Точно.

ОНА. И ее, первую, любили?

ОН. Любил.

ОНА. А потом?

ОН. Что потом?

ОНА. Потом первую разлюбили?

Он задумался. Он хочет ответить честно. Почему честно? Потому что, не привык врать. Никому. Даже безымянной Ей. Она ожидающе смотрит на него, отворачивается, не верит, что Он скажет честно. Да, в принципе, ей не важно, что Он скажет. У Нее свои проблемы. Куча своих проблем.

ОН. Я, знаете ли, думал на эту тему. Важно было разложить. В голове у себя разложить. И… да, понял, что разлюбил. Ну, что я юлить буду. Разлюбил. (пауза) Мать, отца, ребенка… это да, разлюбить нельзя. Невозможно. А женщину, да и мужчину, можно. Поймите, разлюбить не значит предать.

ОНА. Нет?

ОН. Нет. Я не говорю, что вычеркнул ее из жизни. Вовсе нет.

ОНА. Это как? По праздникам в кафе вместе ходите? Втроем? Или парами?

ОН. Не язвите. Вам не идет.

ОНА. О-о-о.

ОН. Не ходим в кафе, и в кино не ходим. Перезваниваемся. Иногда. Дни рождения, новый год, так, по мелочи. Если что помочь надо. Понимаете, я воспринимаю ее, как часть моего бытия, часть моей жизни. А я слишком ценю жизнь и отпущенное мне время, чтобы вычеркнуть целых три года.

ОНА. И что? Новая не ревнует?

ОН. Нет. Она умная. Все понимает.

ОНА. Жаль ее.

ОН. Кого?

ОНА. Обеих.

ОН. Почему?

ОНА. Вы серьезно?

Он замирает, внимательно смотрит в ее уверенные в своей правоте глаза.

ОН. Давайте на ты.

ОНА. Что вдруг?

ОН. Вы меня в дураки прописали - раз, распинаю себя перед вами - два. К чему эта субординация?

ОНА. Между прочим, по правилам хорошего тона переход на ты должна инициировать женщина.

ОН. Валяйте. Инициируйте.

ОНА. Дурак ты.

ОН. Ты мне нравишься все больше.

ОНА. Оки. Гони двадцатку, и по домам.

ОН. Ростовщица.

ОНА. Как иначе.

ОН. Мир такой?

ОНА. Точно.

Он и Она смотрят друг на друга с легкой улыбкой, вглядываясь в чужое лицо напротив. Что они там ищут? Черт знает. А может, Бог.

ОНА. Мужики – все эгоисты.

ОН. Почему?

ОНА. Уверена, что ты ни первую, ни новую не спрашивал, нравится ли им подобная ситуация. С одной спишь, другой позваниваешь. На них обеих, в сущности, тебе плевать.

ОН. Они не против. В смысле, мне не плевать на них.

ОНА. Ну-ну.

ОН. (встает) Послушай, ну вот у меня есть любимая мама. Очень любимая и очень уважаемая мной. Я ей звоню каждый день. Почти каждый день. Мать – тоже часть меня. Она другая, не такая как я. Совсем даже не я. Но она часть меня. И если женщина желает разделить со мной жизнь, то маму мою, со всеми ее заморочками, которых, поверь мне, немало, вот нужно принять вместе со мной, и всё. Точка.

ОНА. (обезоруживающе поднимает руки) Ну, если с мамой жить не надо под одной крышей…

ОН. Не надо. У нас с матерью раздельная жилплощадь.

ОНА. Повезло.

ОН. В смысле?

ОНА. Ничего. Так. Продолжай.

ОН. Да. Так вот. (пауза) Жена моя первая – тоже часть меня, меньшая часть, чем мать, конечно, но все же существенная. Мы прожили вместе три года. За эти три года много чего поменялось: моя жизнь поменялась, я изменился. И мы с женой, бывшей, как бы пошли разными путями, она же тоже изменилась, понимаешь? Не я один. Оба изменились. Наши взгляды, наши желания, наши чувства тоже претерпели изменения. И в результате, мы отдалялись друг от друга все дальше и дальше, нить, связующая нас, истиралась. На конец третьего совместно прожитого года отношения изжили себя. Зачем их продолжать? Для чего? Детей не родили, любовь испарилась. Зачем продолжать? Для кого? (пауза) Мы мирно разошлись. Но, понимаешь, если бы не было ее и этих отношений, я бы никогда не был таким, каким я стал. Никогда. Какой я сегодня, с чем я сегодня, - во всем и заслуга моей бывшей жены. Я изменился и в результате наших отношений с ней тоже. Понимаешь? И я благодарен ей за это. Я ценю ее за это. Поэтому не собираюсь вычеркивать ее окончательно. Я хочу помнить ее и тот промежуток нашей жизни. И буду помнить.

ОНА. И помни себе, на здоровье. А названивать зачем? Бередить зачем? Новую мучить зачем? Она не должна мучиться подозрениями из-за твоих… психологизмов. Она, может, ночи напролет не спит, мучается: просто ты звонишь или иногда навещаешь, так сказать, по старой дружбе.

ОН. Я честен с обеими.

ОНА. Ну-ну.

ОН. Слушай, я не обязан пред тобой оправдываться.

ОНА. Точно.

ОН. Черт. Позвонить же надо. Извини.

Он отходит в сторону, набирает номер на мобильном, но мобильный в его руках вдруг начинает звонить.

ОН. ( говорит в трубку, слушая ответ собеседника) Мам? Привет. Все хорошо, мам. (пауза) Мамуль, прости. Спешил, да. Сам расстроился. Мамуль, обязательно посидим. Да. Завтра? Э-э, завтра, вряд ли. Обещал, да. В воскресенье? Постараюсь. Ой, мам, в воскресенье никак, работа, сама понимаешь. Ладно. Позвоню. Обязательно позвоню. До ежедневника доберусь и позвоню. И я, мам. И я. Конечно, скучаю. Ну что ты, мам! Обязательно. Люблю. (пауза) Ма! Мам, прости. Спасибо, мам. Пока.

Он снова подходит к Ней, садится на обочине, забыв про свой костюм. Молчит, кусает губы. Она молчит рядом.

ОН. Черт! Где они? Сколько можно ехать-то?

ОНА. В прошлый раз два часа ждали.

ОН. Ты рядом живешь?

ОНА. Да. Двадцать километров отсюда… Еще столько же до города.

ОН. В город?

ОНА. Да, к маме.

ОН. Что на ночь глядя?

ОНА. Пока работа, пока огород.

ОН. На даче была?

ОНА. Нет. Дом у нас там. Был.

ОН. Почему был?

ОНА. Пепел остался.

ОН. В смысле?

ОНА. Муж спалил.

ОН. Зачем?

ОНА. Напился и спалил.

ОН. Не понял.

ОНА. Что ж тут неясного. Пришел, поддал, сигаретку-другую и в койку. Хорошо, сам выскочить успел.

ОН. А ты где была?

ОНА. У мамы с Машкой остались. Бог отвел.

ОН. Машкой?

ОНА. Дочка. Пятый год. Ямочка, две косички.

ОН. У тебя дочка?

ОНА. Что тут такого удивительного?

ОН. Ты сказала, тебе 26…

ОНА. И что? Институт, свадьба, дочка – все как у людей.

ОН. Мне 31 через месяц.

ОНА. И что?

ОН. Не знаю.

Молчание. Она осторожно разглядывает его сбоку. Заметно, что он переживает.

ОНА. Обидел ее?

ОН. Кого?

ОНА. Мать.

Он резко поворачивается к Ней.

ОНА. Извини. Услышала. Ты громко говорил.

ОН. (вскакивает) Ничего. Да, обидел. Встретил ее сегодня, до смешного… В дверях… магазина… Я ей: «О, мамуль, привет!» Она в кафешку зовет, … хорошая кафешка… говорит: «идем, посидим полчасика»… Дурак!

Она согласно кивает. Но он не видит ее жеста, он вообще на Нее не смотрит. Он копается в себе.

ОН. Спешил. Полчаса… черт! Успел. Раньше каждый понедельник час стабильно вместе. В курсе друг друга держали. А сегодня…. Черт! Полгода ее толком не видел! (пауза) В тот раз два часа в самолете летел, у матери совета спросить. А сейчас… полчаса пожалел… (пауза) Поделом мне…

Он встает, пинает невидимый камень. Снова пинает.

Откуда-то ритмично начинает бить музыка.

ОНА. Ты ведь, кажется, свататься спешил? Невесте позвонил бы.

ОН. Слушай, а не пошла бы ты!

ОНА. Оки (поднимается, направляется к своей машине) Ухожу. (садится на заднее сиденье, закрывает дверцу)

Он отходит в сторону, набирает номер.

ОН. (в трубку) Заяц! Я. Грешен. Отработаю до последней секундочки. Заяц… Прости дурака, спешил, врезался чуть в старушку. А мне как жалко. Сам? Да ничего. Ни царапины. Не вру. Дождусь и сразу. Слушай, так ты ложись. Перенесем на завтра, где наша… Заяц, ты что несешь? Какая баба? Кто сказал? ( прикрывает глаза, будто так можно заглушить тот визг, что слышится из трубки даже через музыку) Щас сниму стриптиз. Ага. Смотри в прямом эфире.

Он поворачивает телефон, снимает себя на камеру, танцует.

На экране танцует ОН. В ночи. Хорошо танцует, старается, улыбается, соблазняет ту, что смотрит на него по другую сторону экрана.

Из темноты сзади к нему подходит ОНА. Он Её не видит, зато Её хорошо видно Зайцу. Из трубки визг и менторский тон - все разом, и следом - короткие гудки.

От музыки остается лишь ритм.

2.

ОН. Ты с ума сошла?

ОНА. Я не знала. И не надо теперь на меня всех собак вешать!

Он наступает на Нее, Он зол.

ОН. Черт! Я ее три месяца добивался! Я…

ОНА. Ой-ё-ёй. Принц Уельский нашелся!

ОН. Да что ты понимаешь! Она мечта, сбывшаяся сказка. Глаза, фигура, улыбка…

ОНА. Это визгуха из телефона – сказка?

ОН. Не смей!

ОНА. Да успокойся. Молчу. Но, знай, мы с тобой разные сказки читали.

ОН. Не сомневаюсь.

ОНА. Где уж нам.

ОН. Ладно, прости.

Пауза. Он отступает.

ОНА. И ты меня. Я, честно, не хотела ничего вам портить.

Он кивает.

ОНА. Давай позвоню, объясню ей все. (достает свой телефон) Диктуй номер.

ОН. Нет. Хуже будет.

ОНА. А ты фотку мою скинь: она сразу поймет, что ревновать не к кому (делает гримасу), щёлкай (гримасничает), или вот, ну же! Ну не могу же я так полчаса стоять! Фоткай.

Он смотрит на Нее, смеется. Направляет на Нее камеру телефона, настраивает. Щелк.

ОН. Клево получилось. В инстаграм?

ОНА. Дай посмотрю.

Она подходит к нему, разглядывает в его телефоне свою фотографию.

ОНА. Удали.

ОН. Зачем?

ОНА. Не хочу в инстаграм.

ОН. Почему?

ОНА. Много причин.

ОН. Муж?

ОНА. Муж? (на секунду задумавшись) Нет. Сомневаюсь, что он знает, что это.

ОН. Я тоже не знаю, что это. Ерунда какая-то. Раньше песни слушали, клипы смотрели, жж потом читали, мысли умные там и все такое. А сейчас инстаграм. Картинка. Каждый новый день – картинка. И никому нет дела до того, что у меня в голове, что в душе. Не важно, что я. Важно только то, где и с кем. Прикинь, через несколько лет и биография будет из инстаграм: женился, потолстел, развелся, похудел, переспал, слетал, залетел, родил, умер.

ОНА. Так и будет.

ОН. Да? Ну тогда делаем сэлфи. (поворачивает телефон для сэлфи)

ОНА. (отскакивает от объектива) Не надо. Тошнит уже от этого сэлфи. Помешались все на себе. Каждый шаг в инстаграм. Еще понятно, актеры-певцы выкладывают, пиарятся. Но девки-малолетки! Зачем себя во всех видах? Тут проснулась, здесь оделась, а вот, это я гламурненько на горшок присела.

ОН. В принципе как-то так.

ОНА. А мамаши молодые? Ланка-соседка своего только через объектив и видит. Сфоткает, скорее выкладывать-рассылать, с ребенком побыть некогда. Я как-то захожу к ней, а она на диване сидит, ребенок у груди, а она в смартфон уставилась. Он сосет, а она пишет там кому-то. А однажды мыла она его, снимать начала, какой мимишка, а он под воду ушел, так она еще с минуту снимала, как он под водой барахтался. Рассказывает потом, жутко довольная, что ее Славик нырять научился. Меня колотит, а она счастливая, видео показывает, в сеть уже выложила.

ОН. Трэш какой-то…

ОНА. Удали лучше.

ОН. А?

ОНА. Фотку мою. Удали.

ОН. (нажимая на экран телефона) а ты вообще сниматься не любишь? И дочку не фотографируешь?

ОНА. Фоткаю, конечно. И распечатываю даже, два альбома уже. На память, ей, себе. Но на детей лучше глядеть без объективов. Это ж чудо! Знаешь, как быстро дети растут?

ОН. Чужие?

ОНА. Какой там. Свои!

ОН. (тихо) Откуда?

ОНА. (продолжая) Вчера только лежала и глазками моргала, а сегодня уже улыбается! Завтра ручки протягивает. А когда первый раз обнимет, это ж самое лучшее, самое светлое, что быть может на белом свете. (пауза) А они: стоп, малыш, щас сниму! какой ты у меня мимишка! Все счастье через объектив. А счастье ж оно нежное, оно невесомое, оно через объектив и улетучиться может…

Пауза.

ОН. Может, счастье наоборот умножается, если делиться.

ОНА. Нет. Вряд ли. Счастье – это больше внутреннее ощущение, как этим делиться через объектив?

ОН. Ну, слушай, делятся же несчастьем. Ты же что-то почувствуешь, если увидишь мучение ребенка на фото?

ОНА. Думаю, да.

ОН. Ну а если на фото ребенок улыбается, котенок разлегся, лапки разложил, улыбнешься же?

ОНА. Да, пожалуй, улыбнусь. Но я ни за что не полезу за фотокамерой, если ребенок плачет или бежит в объятья.

Пауза.

ОН. Ясно. Ты, похоже, очень закрытый человек.

ОНА. А что в этом плохого? По-моему, глупо, смешно и неосмотрительно все выставлять напоказ.

ОН. Я думаю, что многие из тех девчонок, что выставляют себя на горшке, хотят прославиться. Вот и все.

ОНА. А я думаю, что они хотят заявить о себе миру. Прокричать: «Вота я здесь-тутачки!» Типа, если не прокричат, но и нет их.

ОН. Разве это не одно и то же? Заявить, прославиться…

ОНА. Ну нет, совсем нет. За славой должно стоять еще что-то кроме картинки. Труд, деятельность, многолетняя усиленная работа мозгов, мускулов. А заявить миру о себе можно не особо утруждаясь, просто сфоткав и выставив напоказ свой зад. И знаешь, в чем мерзость? Легко смешать. Легко прославиться, выставив свой зад.

ОН. Мир упрощается.

ОНА. Картинка подменяет жизнь.

ОН. Сильно ты.

ОНА. Прости, загрузила.

ОН. Да нет. Любопытно. А что для тебя жизнь?

ОНА. Для меня?

ОН. Для тебя.

ОНА. Тебе, правда, интересно?

ОН. Спрашиваю, значит, интересно.

ОНА. Ты хочешь узнать, ради чего я живу?

ОН. Нет. Мне интересно, как ты определяешь, что ты живешь? Что не фоткаешь, как другие, а живешь.

ОНА. А ты?

ОН. Я? Очень просто. Я реализуюсь. В профессии. Я люблю. Родителей. Девушку мою. Я когда ее обнимаю, чувствую, что живу, кожей чую.

ОНА. А я чувствую, что живу, когда я необходима. Вот не было бы меня в ту минуту, и все, не было бы другого человека. Я почти физически ощущаю свою нужность.

ОН. То есть ты живешь другими?

ОНА. Почему другими? Я чувствую, что живу не зря, понимаешь?

ОН. То есть, если бы не было этих других, то и ты не была бы нужна?

ОНА. Не смей! И так бед выше крыши!

ОН. Я могу помочь?

ОНА. Что?

ОН. В бедах твоих. Могу помочь?

Она смотрит на него, молча, пару раз приоткрывает рот, порываясь что-то сказать, но мысль уносится дальше. И невысказанная мысль теряет свою актуальность, заслоняемая новой и новой. Она отворачивается от Него. Она не хочет, чтобы он уловил последнюю мысль в ее глазах, чтобы заметил их влажный блеск.

Он подходит к ней, нежно разворачивает, прижимает ее к себе, пытаясь согреть-успокоить. Она лишь на секунду расслабляется, прижимается, но вот она уже встрепенулась. Выскользнула из объятий, спешит к своей машине, на ходу смахивая внезапные, очень лишние ей сейчас, эмоции.

ОНА. Да что ж это я?! У меня ж термос с кофе! С утра еще. И сырники. Будешь?

ОН. Накрывай!

Она ставит на капот термос, открывает коробку с сырниками, протягивает Ему один. Он с удовольствием откусывает половину сырника, а Она уже протягивает стаканчик с кофе.

ОН. Спасибо. Сметанки б еще!

ОНА. Я тоже люблю со сметаной, но куда? Испортится.

ОН. Прям как у бабушки.

ОНА. Еще будешь?

ОН. Давай.

Она протягивает ему второй (последний) сырник. Он откусывает, замечает, ее улыбку.

Он вопросительно смотрит на нее.

ОНА. Как Машка, не жуешь совсем.

Он запивает.

ОН. А ты что не ешь?

ОНА. Не хочу. Я кофейку. После тебя.

ОН. А! (быстро допивает из стаканчика, пустой отдает ей) Спасибо.

Она наливает кофе. В ее кармане звонит телефон. Она вздрагивает от этого звука, проливает из стаканчика кофе. Он принимает у нее стаканчик, ставит на капот, смотрит, как она отходит в сторону, подносит телефон к уху.

ОНА. (в трубку) Да? (отходит дальше и дальше от Него, отвечает через небольшие паузы) ДТП. Да. Не сильно, почти не заметно. Не ори, пожалуйста. Заводится. Скоро. Хорошо, разбужу. Не ори. Прошу тебя, не сейчас. Дома. Потом. Обязательно. Хватит орать. Все, пока. (убирает телефон в карман)

Он стоит совсем близко, внимательно смотрит на Нее.

ОН. Это ему ты нужна? Ради него живешь?

Она медленно поворачивается к Нему.

ОНА. Просто заткнись.

Он кивает, отходит.

Музыка. Они танцуют, по очереди, каждый отдельно от другого, не видя, не замечая второго.

Она резко заканчивает танец. Музыка замолкает.

ОНА. (в зал) Иногда остановишься…. я стараюсь не останавливаться… но бывает, от меня не зависит. В больницу вот с месяц назад увезли. (пауза) Аппендицит. Лежу на казенной койке. И думаю. За что? Почему мне? Разве я недостойна чего-то лучшего? А? Нет, не лучше всех, но и не хуже многих. Работаю, живу честно, не курю даже. Зинка, вон, дымит как паровоз, тумбочка с двумя ножками-палочками! и что? второй муж, и опять на руках носит, в шелках-шубах, в Италии сейчас. И я… Ну чем я хуже других?! Никак не пойму. (пауза) Ну, ничего. Зато у меня дочка хорошая, бойкая. Папу любит. И меня любит. Всех любит.

Музыка с новой силой, музыка поглощает Ее, забирает в танец.

Музыка обрывается.

ОНА. Думаете, сколько раз он меня за эту неделю в больнице навестил? (пауза) Один. (пауза) Вспомнил! Приезжал за моей карточкой: деньги на водку закончились.

ОН. Действительно, без тебя он не может.

ОНА. Заткнись, сказала. (пауза) Да знаешь ли ты, как я впервые за руль села? У него дом деревенский на окраине… Мать его в ночь ушла, и он позвал меня. Я дура пришла. Что я? Девчонка совсем, семнадцать только-только… Влюбленная в него, как кошка. А все равно страшно. Счастливая от предвкушения… Чего? Фиг знает. А руки дрожат, и зубы стучат. Чего ждала. Дура. Тихонечко так захожу. Ищу его глазами, позвать-то стыдно, глазами туда-сюда. А он на полу. Приступ. Это я потом узнала. Лежит мой герой, не двигается. Никого рядом. Телефон разряжен, до соседей, знаю, не достучишься, да и стыдно, опять же. Смотрю, его машина под окном. Так я, я его до машины на себе пёрла, уложила кое-как на заднее, сама за руль. До этого только у отца на коленях, когда еще жив был, так, пару раз вокруг дома ездила. А тут… Думаешь, испугалась? Нет. У меня даже дрожь прошла. Голова ясная, до сих пор все помню: каждый поворот, каждую колдобину до больницы. Повезло, по дороге один светофор, и тот зеленым горел. Мигал, но я на газ! успела. Тормозила на газоне. Не важно. Довезла! Капельницу ему сразу. Бегают вокруг, суетятся. А я сижу за машиной на вспоротом газоне и рыдаю. Руки опять дрожат, слезы градом. Прорвало.

Он наливает стаканчик кофе, закупоривает термос, протягивает ей стакан.

ОН. Ты его любишь?

ОНА. (отпивает из стаканчика) Любила. Точно любила. И замуж по любви шла.

ОН. А сейчас?

ОНА. (еще глоток) Мы семь лет женаты. Девять как вместе.

ОН. И что?

ОНА. (допивает, отдает ему стакан) Дочь у нас.

Он закрывает термос, убирает с капота пустую коробку из-под сырников, убирает все в ее машину. Она спокойно следит за его действиями. Он подходит к ней и тихо говорит ей на ухо.

ОН. Тебе с ним плохо.

Она вздрагивает, быстрый взгляд на Него, и сразу несколько шагов в сторону.

ОНА. Семья она на то и семья, чтоб и в радости, и в горе.

ОН. Кому радость, кому горе?

ОНА. Хватит уже. Где эти менты?

ОН. (набирает номер, в трубку) ДТП. На 27, верно. Подъезжают? В каком году? Не грублю. Ждем.

ОНА. А почему ты ее полюбил?

ОН. Кого?

ОНА. Ее. К которой свататься?

ОН. Не знаю.

ОНА. Глаза, говорил, фигура. (показывает руками на себе пышные формы) Такая?

ОН. (корректирует ее руки, показывая более стройные формы) И повыше тебя.

ОНА. (встает на цыпочки) Так?

Он подходит к Ней впритык, мерит ее собой, берет ее за талию, поднимает так, что ее глаза упираются в его, а его губы всего в нескольких сантиметрах от ее.

Неловкость вдруг. Он резко ставит ее на землю, смотрит на свои руки.

ОН. (шепотом) удивительно.

ОНА. (шепотом) Что?

ОН. Ты тоже поместилась в мои руки.

ОНА. Хм... Ты имеешь в виду талию? У нас у всех в семье такая. Бабка раньше страшно гордилась. «Как у Люды Гурченко», - хвасталась.

Смотрит на Нее.

ОН. А я актер.

ОНА. Я узнала.

ОН. Да ладно. Вы такое не смотрите.

ОНА. Приходится.

ОН. Муж?

ОНА. Да. Все вечера с вами проводит.

ОН. Ревнуете?

ОНА. Нет. Рада.

Он вопросительно поднимает бровь.

ОНА. Пока сериал, в доме тишь да благодать.

ОН. Он буйный?

ОНА. Нет. Что вы! Он хороший. Работящий.

ОН. И дом сжег.

ОНА. Новый поставим.

ОН. Так хорошо зарабатываете?

ОНА. Почему?

ОН. Думал, на дом много денег надо.

ОНА. А-а-а. Нет, не очень. Гораздо дешевле, чем покупка квартиры.

ОН. Серьезно?

ОНА. Конечно. И потом, нам должны выплатить страховку.

ОН. Как? Он же был пьян.

ОНА. (смущенно) У меня тетка в страховой.

ОН. Прикрываете муженька?

ОНА. Он хороший, правда. Выпить любит. Иногда лишнего. Но он работящий, добрый, рукастый. Он и зарабатывает больше.

ОН. А вы? Кем работаете?

ОНА. Я бухгалтер. Зам. главного.

ОН. Это круто? В смысле, зам.главного? Я просто не в теме.

ОНА. Не сказать, что круто, но платят нормально. Выше среднего по району. На жизнь вполне.

ОН. Хорошо. По машине не скажешь.

ОНА. У нас же стройка. Пятый год уже. Не до машины было. Только дом отстроили, мебель завезли новую, пожар. Вы еще.

ОН. Да уж, и я постарался. Мы опять на вы?

Она лишь разводит плечами.

ОНА. Вы начали.

ОН. Я. (убирает руки в карманы брюк) Испугался.

ОНА. Что так?

ОН. Мне к невесте надо.

ОНА. Я помню.

ОН. ДТП оформят, и мы разъедимся.

ОНА. Да.

ОН. Навсегда.

ОНА. Точно.

ОН. Я не хочу навсегда.

Она удивленно смотрит в его глаза. Ей кажется, что она видит там что-то такое, чего там быть не может. Ей наверняка это кажется.

ОНА. А невеста где? Куда едешь? Едите…

ОН. На ты. Тут недалеко. Санаторий «Дубы».

ОНА. Номер для молодоженов?

ОН. Да. Снимали с мужем?

ОНА. Мы? Нет, нам не по карману! Да и не было этого номера, когда мы расписывались. Третий год только, как санаторий куплен. Новый хозяин постарался. У нас очень достойно. Вам, с невестой, понравится.

ОН. Нас? У вас это у кого?

ОНА. Я подрабатываю там. По выходным. Через раз.

ОН. Мы сняли до субботы. В одиннадцать утра выезд.

ОНА. Ты еще не доехал.

ОН. Да. Знаешь… Я был бы рад увидеться с тобой снова. В субботу утром, скажем.

ОНА. Эти выходные не мои. Мы с подружкой по очереди взялись. В эти работает она.

ОН. Жаль.

ОНА. Тебя невеста ждет.

ОН. Я не уверен, что хочу к ней ехать.

ОНА. Есть такое слово «надо».

ОН. Надо кому?

ОНА. Просто надо. Обещал, значит должен сделать. Это правильно.

ОН. Я пока еще ничего ей не обещал.

ОНА. Ты хочешь сказать, что она не знает, что ты свататься собрался.

ОН. Догадывается, наверно. Да ладно, что уж там! Знает, конечно, знает. Но что это меняет? Между нами пока нет обязательств, нас связывают только чувства. И сейчас я усомнился в этих самых чувствах.

ОНА. Я, наверное, поеду. Меня ребенок ждет.

ОН. Останься.

ОНА. В отличие от тебя, у меня есть обязательства. И чувства, в которых у меня нет абсолютно никаких сомнений.

ОН. Не ври мне.

ОНА. Я устала от тебя, мне кажется, я согласна взять деньги сейчас.

ОН. А я не готов расстаться. Ни с деньгами, ни с тобой.

Он идет к машине, достает коробочку с кольцом, возвращается, отдает коробочку ей.

ОН. Возьми.

Она аккуратно открывает коробочку.

ОНА. Что это?

ОН. Я купил его утром.

ОНА. Ей? Красивое. Похоже, недешевое.

ОН. Я хочу отдать его тебе.

ОНА. (закрывает коробочку, отдает ему обратно) Я думаю, что оно мне не подойдет.

ОН. (достает кольцо, протягивает Ей) Померь.

ОНА. (отталкивает кольцо, как прокаженное) Это лишнее.

ОН. Я так хочу.

ОНА. Привык, что все желания сбываются?

ОН. Привык добиваться цели.

ОНА. Забери.

ОН. Я хочу, чтобы ты вспоминала обо мне. Достанешь кольцо и вспомнишь.

ОНА. Ты садист? Забери свое чертово кольцо и катись уже к своей сказочной невесте!

ОН. Не могу. ДПСники еще не приехали.

ОНА. Тогда уеду я.

ОН. И ты не поедешь, для оформления нужны обе машины. Кто тебе оплатит ремонт? Что скажет любимый муж?

ОНА. Я сяду в машину и буду ждать там.

Она залезает в свою машину, захлопывает дверцу, отворачивается от Него.

3.

Мимо них проносится машина, освещая Его ярким светом фар.

Звук сдающей назад машины, тормоза, раскрываются и захлопываются две дверцы машины одна за другой. Быстрое цоканье каблуков. К Нему подбегают одна за другой две почти одинаковые девушки: Ева и Полина. Обе в коротких юбках на высоких каблуках, обе с распущенными вьющимися волосами, только Ева – брюнетка, а Полина – блондинка. И обе разом подбегают к Нему.

ПОЛИНА. Вадим Смоленский!

ЕВА. Мы вас сразу узнали!

ПОЛИНА. (обнимая его за локоть) Одно фото! Плиз!

Ева фотографирует Его и Полину. Полина и Ева быстро меняются местами. Снова щелк, чуть изменила позу, снова щелк, еще, еще.

ПОЛИНА. Ой! А давайте втроем! Сэлфи. Полин, неси палку! Там, на заднем сиденье!

ЕВА. А почему я? Сама неси.

ПОЛИНА. Побежала уже. Иди, давай, не истерии. Ей богу, стыдно за тебя перед человеком.

Она приоткрывает дверь, смотрит на троицу.

ЕВА. Когда это ты в Боженьку поверила? И какой же это человек. Это Братан. Я Братана с первого сезона полюбила! Прям в тот миг, когда он Хилого замочил за Катю. Только вот Катю, это я вам точно говорю, могли и покрасивее найти, а то как-то не смотрится она с вами. Простенькая очень.

ПОЛИНА. Ты еще себя предложи!

ЕВА. А вот и предложу. Чем я хуже этой Кати? Вадим, ну скажите, я же лучше Кати!

ПОЛИНА. Иди уже за палкой, актриса!

Он замечает, что Она наблюдает за Ними, приобнимает обеих.

ОН. Девочки, не ссорьтесь. Пойдемте все дружно и сфотографируемся у вашей машины.

ПОЛИНА. Гуд, вэри гуд. Так точно все поверят.

ЕВА. Ой, Вадим, а можно я у вас на коленях сэлфи сделаю? Вы сядете в машину, я на вас, вот так дверцу приоткроем, я одной ногой наружу, так длиннее выйдет…

Он с девушками под руку уходят к их машине. Она в машине смотрит в зеркало заднего вида, приглаживает брови, снимает резинку с волос, взбивает волосы, роется в бардачке, находит помаду, красит губы, смотрит в зеркало. В профиль, в другой, приближает к зеркалу губы, рассматривает. Остервенело стирает помаду с губ. Она вылезает, забирает в хвост волосы, достает телефон, смотрит на экран.

ОН. (ВПЗ) Пока, девочки!

Он возвращается.

ОНА. Проводил?

ОН. (приближаясь шаг за шагом к Ней) Проводил.

ОНА. Усадил?

ОН. Усадил.

ОНА. Счастливого пути пожелал?

ОН. Пожелал

ОНА. Может, и поцеловал на прощанье?

ОН. Может. Слово женщины – закон для джентльмена.

ОНА. Ох, ты! Джентльмен выискался!

ОН. Между прочим! А мне вообще нравится черно-белый век: красивые жесты, соблюдение формальностей, официальная помолвка, кольцо с брильянтом…

ОНА. Ах, конечно.

ОН. Ужин заказал при свечах, музыкантов из Москвы, невесту на лимузине к санаторию… А сам… здесь. (останавливается около Нее) И не хочу туда, не хочу.

ОНА. Зачем ты мне это все говоришь?

ОН. Помолчи.

ОНА. Может, лучше бывшей позвонишь, поплачешься?

ОН. Дай сказать.

ОНА. Или маме. Мне зачем?

ОН. Я… я…

ОНА. Опять! Я! Я! Эгоист! Эгоцентрик чертов! Сноб! Испоганил мне всю дорогу, и мне еще жалуется!

Он хватает ее, прижимает к себе, впивается в губы. Она отвечает и одновременно руками пытается его оттолкнуть. Но он сильнее. Она сдается.

4.

Он и Она танцуют. Хорошо танцуют, слаженно. Они идеально дополняют друг друга в танце. Каждый ярок и каждый старается выделить партнера, оттого оба показываются с лучших сторон. На них хочется смотреть дальше и дальше.

Звук сирены машины ГИБДД. Машина тормозит, дверцы открываются и захлопываются, а Он и Она все танцуют, не могут оторваться друг от друга.

Дпсник 1 подходит к ним.

ДПСНИК 1. Мы вам не мешаем?

ДПСНИК 2. Стой, ать-два!

Дпсник 2 бесцеремонно влезает по центру пары, расцепляет их руки. Он и Она останавливаются, но, по-прежнему, смотрят друг на друга.

ДПСНИК 2. Мечты отставить! Всплываем, ать-два.

Он трет лоб, Она вздрагивает, как бы просыпаясь.

ОНА. Что Вы сказали?

ДПСНИК 1. Я?

ОНА. Нет, (Дпснику 2) Вы.

ДПСНИК 2. Документики, говорю, предъявите.

ОН. Да-да. Сейчас. (идет к машине, за документами)

ОНА. (Дпснику 2) Вот, смотрите. Все налицо. Следы хорошие. Вы посветите. Здесь все прекрасно видно. Обгон по обочине. Только оформите поскорее, пожалуйста.

Дпсник 2 согласно кивает, достает бумагу, начинает заполнять.

Дпсник 1 разглядывает принесенные Им документы, многократно вглядывается в лицо, сравнивая с фото, подзывает Дпсника 2. Лицо Дпсника 2 мгновенно озаряется догадкой.

ДПСНИК 2. Блин! Дайте пожать руку (жмет Его руку). Классно вы его в последней серии сделали. Мы с мужиками все за вас были. Все!

ОН. Спасибо. Лестно.

ДПСНИК 2. (поглядывая на начатую бумагу) Ну, это мы все сделаем как надо. Своих не сдаем. (рвет бумагу, для надежности поджигает кусочки зажигалкой) Ну вот и готово.

Оба дпсника ходят вокруг машин, примериваясь.

Она ходит за ними со своими документами.

ОНА. Долго еще? Меня ребенок ждет!

ДПСНИК 2.(забирая из ее рук документы, списывая с них данные) Об этом надо было думать, дамочка, когда помеху справа не пропустили.

ОНА. Что?!

Дпсник 2 заполняет документы, не обращая на нее никакого внимания.

Начинается дождь. Дпсник отдает ей ее документы.

ДПСНИК 2. Татьяна Анатольевна, вы можете ехать.

ОНА. (смотрит на бумаги) Что? Я виновата? Вы в своем уме?

ДПСНИК 2. Гражданочка, попрошу без оскорблений.

ОНА. Я в прокуратуру пойду!

ДПСНИК 2. Да хоть к президенту.

ОНА. Моя страховая не оплатит его ремонт! У меня нет лишних денег!

ДПСНИК 1. Девушка, успокойтесь, вспомните, вас ребенок ждет.

ОНА. (бросает взгляд на Него) Да. Будьте здоровы. (рвет на мелкие кусочки заполненный сотрудником ДПС бланк)

ДПСНИК 2. Что вы творите?

ОН. (ДПСНИКУ 2) Подождите. Послушайте.

Она садится в свою машину, заводит мотор, уезжает.

4.

Озерцо, лес, природный пляж – все это на заднем плане. Накатанная песчаная дорога уходит в сторону, туда, где виднеются деревенские дома. Звенят комары.

Она бежит вдоль озерца, останавливается у берега, смотрит туда, где над горизонтом садится солнце.

ОН. Таня!

Она оглядывается по сторонам: рядом никого. Показалось.

ОН. Таня!

ОНА. (обхватывает голову руками, закрывает глаза) Нет. Хватит.

Он подходит к ней сзади.

ОН. Нашел.

Она резко оборачивается. Испуг. Шаг назад, еще шаг, оступается. Он ловит. Сцепление рук. Она качает головой.

ОНА. (шепотом) Нет-нет-нет. Нет.

Последнее «Нет» тает где-то в районе его груди, приглушенное его объятьями.

ОН. Нашел.

ОНА. Уходи.

ОН. Нет.

ОНА. Пожалуйста.

ОН. Я за тобой. Не могу я без тебя. Совсем не могу.

Она поднимает к нему глаза. Зря Она это сделала. Зря.

Он склоняется к ней. Она порывисто его целует. Кто оторвет их теперь друг от друга? Да и зачем. Света и радости мало. Очень мало.

5.

Совсем темно. Он и Она подходят к калитке. У калитки скамейка. Там, за калиткой ее дом, заново отстроенный дом. Она останавливается у калитки, оборачивается.

ОНА. Все. Попрощаемся здесь. Не приходи больше. Никогда. Я не выдержу.

ОН. Я не уйду.

ОНА. Уйдешь.

ОН. Я люблю тебя.

ОНА. Разлюбишь.

ОН. Я пробовал.

ОНА. Это твои проблемы.

ОН. Я тебя не отпущу.

ОНА. Если любишь, отпустишь.

Он качает головой.

ОНА. Так. Все. Хватит.

Она резко открывает калитку, которая раскрывается с противным скрипом. Он хватает Ее за руку, притягивает к себе, целует.

Занавеска на окне ее дома сдвигается. Из окна ее Муж смотрит на пару у калитки. Через секунду в окне никого не видно.

Она вырывается из объятий, спешит к дому, у входной двери сталкивается лоб ко лбу с Мужем. Муж не церемонится. Пощечина. Она хватается за щеку. А муж уже у калитки.

Рост сильно не равен. Он гораздо выше Мужа. Он уходит от удара. Она чуть в отдалении смотрит за ними.

МУЖ. Чтоб не видел тя больше рядом с моей.

ОН. Я забираю ее.

МУЖ. Че? Сбрендил?

ОН. Она едет со мной.

МУЖ. Она домой идет. К ребенку. Таньк, тя Машка зовет. Без матери, вишь, не спится ей!

ОН. Машу мы заберем с собой.

МУЖ. Не, ты щас о чем? Мужик, валил бы подобру-поздорову.

ОН. Ей со мной будет лучше. Отпусти ее.

МУЖ. А ты с какова решил, что я ее держу? Пусть катится. Баба с возу, кобыле легче. (пауза) А Машку не отдам. Нечего по чужим домам ребенка таскать!

ОН. Таня! Собирайся! Поехали.

МУЖ. Таньк, иди-иди. Знай только: уйдешь – обратно не приходи, пришибу!

ОН. Не смей угрожать! Таня, идем, ничего он с тобой не сделает!

МУЖ. (жене) И Машку больше не увидишь. Иди-иди.

Она резко забегает в дом, громко захлопнув дверь.

МУЖ. Вали, мужик. Не пойдет она. Я свою бабу знаю. И калитку за собой притвори.

Муж разворачивается, заходит в дом.

Свет в доме гаснет. Он опускается на скамейку.

6.

Он все еще на скамейке, хотя времени прошло немало. Уже светает. Дверь ее дома приоткрывается. Из дома выходит ОНА. Она садится с Ним рядом. Он тихо поворачивается к ней, приподнимает руку. Она шмыгает ему под крылышко.

Песня соловья.

Она улыбается, поднимает голову к нему. Он улыбается в ответ.

ОНА. Я тебя люблю, Вадим. Очень.

ОН. Я знаю.

ОНА. Я хочу быть с тобой.

ОН. И я.

ОНА. Я не хочу ревновать к каждой.

ОН. Я не допущу.

ОНА. Как же твоя сказка?

ОН. Я вырос. Не хочу больше сказок. Ты моя быль.

ОНА. Обещаешь?

ОН. Клянусь

ОНА. Я тебе верю.

ОН. Правильно.

Она вглядывается в каждую его черточку лица, разглаживает первую морщинку у губ. Он целует ее пальцы.

ОН. Ты собрала вещи?

ОНА. Я проплакала всю ночь.

ОН. Ты больше не будешь плакать.

ОНА. Маша. Он не отдаст.

ОН. Отсудим.

ОНА. Он не отступится.

Он обнимает ее.

ОН. У нас все получится. Мы сможем.

ОНА. Я не такая сильная, как ты.

ОН. Вместе справимся.

ОНА. Надеюсь.

ОН. Тань.

ОНА. Да?

Он достает из кармана ту самую коробочку с кольцом, протягивает Ей.

ОНА. Забрал обратно?!

ОН. Не отдавал. Оно ж твое.

ОНА. Серьезно?

ОН. Мы расстались в тот же вечер.

ОНА. Я была там в субботу.

ОН. Мы уехали в пятницу.

ОНА. Знаю. Мне передали деньги. Пятнашку.

ОН. Хватило?

ОНА. Мы не стали делать ремонт.

ОН. Почему?

ОНА. Днем осмотрели, одной вмятиной больше, одной меньше. Нам не привыкать. Как твой заяц?

ОН. Я же говорю, мы расстались. Мы уезжали на разных машинах.

ОНА. Машину починил?

ОН. Да.

ОНА. Страховая выплатила?

ОН. До копейки.

ОНА. Как? Тетка ничего не говорила.

ОН. Я оформил, как столкновение с деревом.

ОНА. Значит я для тебя бревно?

ОН. Бездушное.

ОНА. Ах, так?!

ОН. (открывает коробочку с кольцом) Руку дай.

Она прячет руку за спину. Он тянется за ее рукой. Она встает со скамейки, отходит от него на шаг.

ОНА. Я не верю. Не могу поверить. Хочу и не могу.

ОН. Я люблю тебя.

ОНА. Ты сомневался? Почему тебя не было так долго?

ОН. Семьдесят три ночи я засыпал и просыпался с твоей фотографией.

ОНА. Откуда? …Ты не удалил…

ОН. Как я мог?

ОНА. А мне даже записки не оставил.

ОН. Знаю. Эгоцентрист и сноб.

ОНА. Точно.

ОН. Я думал.

ОНА. О чем?

ОН. Стоит ли рушить твою жизнь. Я не подарок. У меня постоянные съемки, разъезды, я жутко необязательный,

ОНА. Безответственный.

ОН. Да.

ОНА. Зато ты честный.

ОН. Не уверен, что это достоинство.

ОНА. Я уверена.

ОН. Тань, я все обдумал. Я готов. Я все рассчитал. Два дня назад купил новую квартиру, мы можем ехать сразу туда.

ОНА. Зачем новую?

ОН. Та холостяцкая, а у нас же дети… Машка – ямочка, две косички. Будут еще. Ты же родишь мне еще? (Он обнимает, сжимает в кольцо рук ее ноги, прижимается щекой к ее животу) Но знаешь, я думал, а если мне показалось. Приеду к тебе, а нет ничего…

ОНА. И?

ОН. Я тебя, когда увидел, сердце сжалось, а потом бешено. Тук-тук-тук-тук. Танечка, моя Танечка, я хочу с тобой …до дней последних донца.

Он достает кольцо из коробочки, Она приподнимает руку, вытягивает пальцы. Он достает кольцо из коробочки, берет ее безымянный палец…

ДОЧКА. Мам!

Она вздрагивает, смотрит на дом. Кольцо падает, катится по земле.

На крыльце стоит Муж с дочкой на руках.

ДОЧКА. Мама!



2016 год