Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Кредо 6(118)/ июнь2005г




страница7/8
Дата10.01.2017
Размер0.72 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

Речь не идет о церковном новшестве, поскольку такой обычай сохранялся вплоть до 1971 года. До этой даты обряд совершался епископом или кардиналом – Папским легатом. Впервые лично Папа – Павел VI – совершил его в 1971 году, продолжив новую традицию до конца жизни. За ним последовал Иоанн Павел II, который ввел еще одно новшество – беатификации в разных странах во время апостольских поездок.

Поскольку богослужение проходило в канун Пятидесятницы, кард. Сараива Мартинс привел сравнение с учениками из Иерусалимской Горницы: «Апостолы познали Духа Святого и стали свидетелями умершего и воскресшего Христа, миссионерами на дорогах мира. То же самое повторяется во всех, кто, принимая Христа, открывается Богу и человечеству; повторяется прежде всего в Святых, как неизвестных, так и тех, кто был вознесен к почестям алтаря».
Бл. мать Асенсьон Сердца Иисусова

(1868-1927 гг.)



доминиканка

Мать Асенсьон родилась в Тафалле (Испания) в 1868 году. Закончив обучение в колледже сестер-доминиканок, почувствовала призвание к монашеской жизни и в 1885 году поступила в новициат . Спустя год принесла обеты; в течение 28 лет занималась преподавательской деятельностью.

В 1913 году в Хуэску, где находился монастырь, в поисках помощников для своего викариата прибыл из Перу угодник Божий епископ Рамон Зубиета. Мать Асенсьон изъявляет желание ехать на миссию и вместе с двумя сестрами отправляется в миссионерскую экспедицию из Лимы в перуанские леса – сельву. Никто еще не совершал такого трудного и рискованного путешествия. Нужно было пересечь Анды и несколько опасных горных рек. 24-дневное путешествие завершилось в Мальдонадо, где была открыта первая миссия. С первых же дней сестры занялись образованием и защитой женщин и воспитанием детей – вещами до тех пор невиданными в перуанской сельве. Монахини открыли колледж для девочек, а также оказывали первую помощь больным, которых поначалу принимали у себя в жилище.
Идея создания новой монашеской конгрегации не принадлежит ни матери Асенсьон, ни епископу Зубьете. Предложение о ее основании поступило от Магистра Ордена Проповедников. В 1918 году была основана Конгрегация доминиканок-миссионерок Святого Розария, главной настоятельницей которого стала мать Асенсьон. Монахиня оставшуюся жизнь посвятила своей общине. Преставилась она 24 февраля 1940 года в Памплоне.

Основным духовным выбором новоблаженной стал «выбор малых», наполнявший ее радостью. Она следовала по стопам Святого Доминика на «щедром служении Слова Божьего», среди самых бедных и нуждающихся, которым еще не было возвещено имя Христово. Мать Асенсьон была монахиней, созерцавшей милосердную любовь Бога и стремившейся нести эту любовь во все уголки земли, во всех ситуациях, в ответ на свое миссионерское призвание.


Мать Асенсьон горячо верила в силу молитвы и неустанно уповала на Божественное Провидение. Однажды, в первые дни миссии в амазонских лесах, у сестер не нашлось ничего съестного. Мать Асенсьон, как обычно, молилась, ни о чем не тревожась. Вдруг в дверь постучал японский торговец, предложивший сестрам еду, которой им хватило бы на несколько дней. «У нас в доме нет ни гроша», — сказала монахиня. Торговец же понял это по-своему и подумал, что у сестер нет мелочи, чтобы расплатиться. Он ушел, сказав, что вернется через несколько дней за деньгами. У монахинь появилась пища на несколько дней, а когда японец вернулся, Божественное провидение уже послало им пожертвование, которым они смогли расплатиться. Еще одной характеристикой духовности матери Асенсьон было почитание Евхаристии, которую она переживала в тесной связи с богородичной духовностью.

Сегодня доминиканки-миссионерки Святого Розария трудятся в странах Африки, Латинской Америки, в Азии и Австралии. Мать Асенсьон Сердца Иисусова оставила нам послание любви к Иисусу Христу в любой жизненной ситуации. Ее жизнь была призывом к миссии среди всех народов.

Процесс беатификации матери Асенсьон открылся в Испании в 1962 году и был завершен в 1968. В 2003 году Папа Иоанн Павел II зачитал Декрет о героических добродетелях угодницы Божьей, а в декабре 2004 года было подтверждено чудо, совершенное ее ходатайством.


Бл. Марианна Коуп

(1838-1918 гг.)



Францисканка
Мать Марианна Коуп ( в миру – Барбара Коуп) из Третьего францисканского Ордена, посвятила почти всю свою жизнь служению прокаженным.

Она родилась в Хеппенхайме (Германия) в 1838 году, в семье фермера Петера Кооба. Спустя год семья эмигрировала в Америку, поселилась в Утике, в штате Нью-Йорк и, вскоре получив американское гражданство, сменила фамилию на Коуп.


Окончив католическую школу, Барбара почувствовала призвание к монашеской жизни, но была вынуждена подавлять его в течение 9 лет, так как, будучи старшей в семье, ухаживала за больными родителями. В возрасте 24 лет Барбара присоединилась к общине сестер Св. Франциска, приехавших в Утику и Сиракьюз из Филадельфии. Организаторский талант позволил ей участвовать в деятельности Конгрегации, связанной с основанными ею двумя больницами. Больницы имели устав, единственный в своем роде для тех времен, предписывающий принимать пациентов независимо от национальности, расы и религии. Мать Марианну нередко критиковали за то, что она занималась неимущими, а также отвергнутыми обществом алкоголиками и матерями-одиночками.
В 1883 году, когда Северная Америка сама еще была территорией миссии, а Гавайи – отдаленным тихоокеанским королевством, гавайские монархи обратились с просьбой о помощи в создании системы медицинского ухода за больными проказой. Более 50 монашеских конгрегаций не смогли ответить на эту просьбу. Мать Марианна, не колеблясь, дала положительный ответ и отправилась в Какаако для решения неотложных проблем, возникших в местном лепрозории . В Оаху монахиня основала приют для девочек, покинутых пациентами больницы. В 1888 году больные были перемещены на остров Молокаи, в изолированное место, где с 1873 года трудился блаженный отец Дамиан Де Востер, умерший в 1884 году от проказы.

Монахиня посвятила 30 лет своей жизни прокаженным на острове Молокаи. По ее настойчивым просьбам правительство острова вскоре одобрило законы, защищающие детей от злоупотреблений; она занялась возделыванием земли, украсив пустынный пейзаж прекрасными цветами, деревьями и кустарниками; она изменила жизнь больных кардинальным образом. Мать Марианна скончалась в 1918 году. Процесс беатификации продолжался с 1983 по 1988 год, в 2004 году Папа Иоанн Павел II подписал Декрет о признании героических добродетелей монахини, в том же году было подтверждено первое чудо, совершенное ее ходатайством. При жизни Мать Марианна ни за что бы не подумала, что ей будут воздаваться такие почести. «Я не претендую на большое место в Раю. Меня осчастливит и уголок, в котором я смогу по-настоящему любить Господа вовек», — писала новоблаженная в письме к своему родcтвеннику. Блаженная Марианна Коуп всегда ставила Бога на первое место в жизни и жила чувством бесконечной благодарности к Нему. Она никогда не считала героическими свои труды, называя себя сестрой для ближнего в подлинном францисканском духе. Духовное наследие блаженной Марианны можно заключить в ее же словах: «Господь дарует жизнь... Он ее заберет, когда Ему будет угодно. Вплоть до того момента наш долг – делать так, чтобы жизнь была как можно приятней и удобней для наших братьев...; Думаю, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить хоть одно ее мгновение на страх или беспокойство». По мат. RV, Фото LOsservatore Romano




Жизнь Церкви

Дети без детства

Сегодня дети слишком быстро узнают то, что должно быть предназначено только для взрослых, и таким образом теряют свое детство, – говорит Иисак Риера, специалист в области детской психологии (журнал «Мать и Учительница», ноябрь 2003).
В нашем современном обществе понятие детства и само детство исчезают. Наши дети уже не являются детьми, потому что то, как они живут и ведут себя, не соответствует общепринятому стереотипу того, как дети должны себя вести и жить. Самое главное в детстве, его главный признак – это наивность и невинность. И это как раз то, что исчезло из душ наших детей.

Раньше взрослый человек располагал определенными знаниями о жизни и о ее трагедиях, о насилии и зле, о сексе и проблемах с ним связанных, характеризующие мир взрослых, о которых ребенок не знал. Считалось неуместным и развратным, если ребенок знал определенные вещи, принадлежащие к миру взрослых, не из-за предрассудков, а просто потому, что такова природа детской души, она слишком чувствительна и уязвима перед суровыми и подчас злыми реалиями жизни. Ребенок не может, не должен знать все, это принцип самой элементарной педагогики.

Современные коммуникационные технологии, тем не менее, никак не ограничивают доступ к информации, и в первый раз в истории, ломая единую и постоянную человеческую традицию, дети получают всю информацию на том же уровне, что и взрослые. Последствия неизбежны: получив свободный доступ к запретному плоду взрослых тайн, дети были изгнаны из сада детства. Сейчас они знают, что реальная жизнь сурова, жестока и немилосердна; что любовь ассоциируется с сексом в самом легкомысленном и грязном смысле; что главный интерес в жизни ассоциируется не с тем, чтобы творить добро, а с тем, чтобы заработать побольше денег, возвышаться над остальными, внушать уважение с помощью насилия. Эта мутация настолько значительна и глубока, что дитя, например 60-х годов, выглядело бы просто нелепым по сравнению с современным ребенком-всезнайкой.

Собственная невинность ребенка выражается в его целомудрии и простодушии, заключающихся в незнании тех вещей, которые знают только взрослые. Секреты взрослых – это вещи, которые детям еще рано знать; без таких «секретов» невинность исчезнет, а без невинности не будет детства. Осталось очень мало «запретных тем», и это нехорошо. Такие табу создают разницу между теми, кто уже достиг возраста необходимого для понимания определенных вещей, и кто еще – нет; создают разницу между взрослым и ребенком. С другой стороны, к несчастью, взрослые потеряли чувство стыда как в поведении, так и в разговорах. Раньше мы считали нашей обязанностью защищать детскую невинность, и не употребляли в присутствии детей определенных слов и не затрагивали некоторых тем.

Исчезновение детства в последнее время является прямым следствием деятельности аудиовизуальных средств массовой информации. Телевидение делает публичным то, что раньше было приватным. Телевизор есть в зале каждого дома и нажать на кнопку включения не стоит денег. И то, что показывают по ТВ предельно ясно и понятно, что бы там ни демонстрировалось, настолько, что нет ничего, что бы не дошло до сведения как взрослых, так и детей.

«Он – настоящий христианин и настоящий принц»

О святом императоре Карле Габсбурге

Читатели «Кредо» уже имели возможность познакомиться с биографией последнего императора Австро-Венгрии Карла Габсбурга, которого Папа Иоанн II недавно причислил к лику блаженных. (см. №11(111)/ноябрь 2004г.). Сегодня мы бы хотели представить некоторые интересные факты и свидетельства о личности этого монарха, которые отразил в своих мемуарах известный католический философ того времени Дитрих фон Хильдебранд.
В своей книге воспоминаний, в разделе «Император Карл», фон Хильдебранд, в частности, повествует о личной встрече Карла с немецким профессором педагогики Фридрихом Вильгельмом Форстером. Целью этой секретной встречи было обсудить возможное формирование федерального правительства в Австрии, при котором права славянского меньшинства были бы признаны и полностью соблюдались. По замыслу Карла, каждая часть империи, в которую тогда входили Австрия, Чехия, Словакия, Венгрия и часть Югославии, должны были быть в равной степени представлены в новом правительстве. Карл понимал, как важно поддерживать согласие между этим народами ради выживания империи. Он призывал интеллигенцию рассказывать немцам о достоинстве и качествах чехов, а чехам – о добродетелях и заслугах немцев. Предрассудки должны были быть преодолены и искоренены в истинно христианском духе. Яд национализма нужно было уничтожить любой ценой. К сожалению, эта встреча ни к чему не привела. Шпионы сделали свое дело, и о ней стало известно министру иностранных дел Австрии графу Чернину, который известил об этом немцев. Император фактически стал пленником немецкой армии. Первоначальный план: создать федеральное правительство без ведома немцев, провалился.

Вместе с тем, встреча с Карлом, которому на тот момент было всего 29 лет, оказала на профессора Форстера глубокое впечатление. Форстер тогда сказал: «Он – настоящий христианин и настоящий принц».

Далее в своих мемуарах Дитрих фон Хильдебранд рассказывает о запрете Карлом Габсбургом дуэлей в Австрийской армии: «Унаследовав трон после смерти своего дяди Франца Иосифа, он, движимый подлинным христианским мужеством, приказал исключать из армии любого офицера, который будет участвовать в дуэлях. К тому времени, хотя государство и запрещало эту практику, «честь» офицера обязывала принимать вызов на дуэль, если он был брошен, или вызывать на дуэль, если «честь» офицера была задета. Те же, кто не принимал вызов, теряли свою «честь» и должны были покинуть вооруженные силы. Император Карл, действительно желавший следовать девизу Папы X «instaurare omnia in Christo» («устроение всего под главою Христом», Еф. 1:10), хотел раз и навсегда положить конец этой нехристианской практике – так называемой офицерской чести. По мнению императора, то, что на офицера оказывалось давление совершить грех – было постыдным; более того, он должен был покинуть армию, если откажется подчиниться этому. Чтобы отдать соответствующий приказ о запрете дуэли, была необходима настоящая христианская смелость, смелость дабы уничтожить ужасные предрассудки и обычаи, к сожалению, глубоко укоренившиеся в армии».

Спустя 11 лет после смерти Карла Габсбурга, в декабре 1933 года, Дитриха фон Хильдебранда пригласили выступить с лекциями в католическом университете в Левене (Бельгия). Философ решил воспользоваться этим случаем и навестить вдову императора Карла, императрицу Зиту, которая в то время жила на окраине Брюсселя. Фон Хильдебранд был знаком с мачехой императрицы, эрцгерцогиней Марией Джозефой, а также с некоторыми из ее родственников, однако саму супругу Карла он ранее не встречал. Вот как он описывает эту встречу: «Зита произвела на меня очень большое впечатление. У нее были благородные, аристократичные черты лица – смесь силы и утонченности в ее манерах. Она была необычайно привлекательна, и воплощала собой великую австрийскую традицию, ее культуру. В то же время она обладала сильной индивидуальностью. Я рассказал ей, что уже давно являюсь преданным почитателем Карла, впрочем, она догадывалась об этом, так как в 1922 году я опубликовал его посмертные записи. У нас состоялся долгий и обстоятельный разговор. Зита поведала мне о некоторых случаях из жизни своего мужа, которые сильно растрогали меня. (Далее фон Хильдебранд не мог вспомнить: о том, что он записал, было рассказано ему в 1933 или в 1938 году, когда ему посчастливилось встретиться с Зитой во второй раз. Тем не менее, он убежден, что главное – передать то, что рассказала ему императрица, независимо от времени состоявшейся беседы). «Она рассказала мне, что у Карла никогда не было отвлеченных мыслей во время мессы. Он обладал этой исключительной благодатью. Во время совершения Евхаристии и Причастия, Карл был настолько погружен во Христа, что окружающая обстановка абсолютно не занимала его сознания. Это приводило к тому, что когда ризничий с корзинкой собирал пожертвования, император никогда не замечал его. Зита указала Карлу на то, что это может вызвать скандал: то, что он не вносит свое пожертвование в общий сбор, могут расценить как скупость. Тогда Карл решил с самого начала мессы держать деньги в руке, чтобы не забыть их потом пожертвовать. Но как только начиналась служба, он вновь настолько погружался в молитву, что по окончании литургии деньги по-прежнему находились у него в руке. Однажды епископ Бедли приехал, чтобы исповедовать императорскую чету. После того, как исповедалась Зита, пришла очередь Карла. Но он заметно колебался и заявил, что должным образом не готов. Тогда Зита сказала ему: «Ты не можешь заставлять епископа ждать; скажи ему, что ты был рассеян во время мессы». На что Карл импульсивно ответил: «Я не могу сказать этого, потому что это неправда. У меня просто такой характер. Это не мое личное достоинство. Это просто дар, который я получил». Данные слова подтверждают, что он никогда не знал искушений или рассеянности во время мессы.

«Затем она рассказала мне (фон Хильдебрнаду) о трагическом эпизоде, когда они, подобно арестантам, были высланы из Австрии. Их посадили в ветхую лодку, которая поплыла вниз по течению Дуная к Черному морю, а затем в Константинополь. Уже оттуда другим кораблем их доставили на Мадейру. (Многие страны отказывались предоставить им убежище: это была большая политическая ответственность). Подплывая к Константинополю, когда вдали уже виднелись огни города, Зита воскликнула: «Как эта поездка отличается от нашего последнего путешествия». Здесь она имела в виду их триумфальный вояж, который они предприняли, став императором и императрицей Австрийской империи. Тогда их встречали с помпой и почтением, достойных монархов. На что Карл ответил: «Меня волнует кое-что совсем другое, а именно: в этом величественном городе живет так мало людей, которые имеют истинную веру и любят Христа».

В своих мемуарах Дитрих фон Хильдебранд вспоминает также о своем знакомстве с бывшим адъютантом императора Карла, который впоследствии, до прихода Гитлера к власти, возглавлял в Германии организацию по защите авторских прав. К сожалению, фон Хильдебранд не приводит имени этого адъютанта, однако то, что он рассказал о Карле, заставило немецкого философа вновь убедиться в святости последнего императора Австро-Венгрии. Речь пойдет о событиях, имевших место в Венгрии в 1921 году, в результате которых Хорти (Horthy) стал президентом страны.

«После того, как полковник Легар (Lehar) нанес поражение коммунистам, он начал искать представительную личность, во главе с которой победившие войска торжественно вошли бы в Будапешт. Чувствуя, что он сам не сможет исполнить эту роль, полковник поговорил с Хорти, на тот момент адмиралом императорского правительства. Легар предложил Хорти эту почетную роль, при условии, что тот выступит лишь как представитель императора и пообещает полностью следовать распоряжениям Карла. Хорти ответил: «Я исполню эту роль исключительно как представитель императора. Если я сделаю что-либо противоречащее его распоряжениям, у любого будет право плюнуть мне в лицо как бесчестному подлецу». В результате, в торжественной обстановке и на белом коне Хорти въезжает в Будапешт. Однако вскоре выяснилось, что он нарушил свое обещание. Карл отдает приказ о предотвращении кровопролития любой ценой и соблюдении законов. Только те, кто совершили преступления, должны быть наказаны, к остальным же требовалось проявлять милосердие. Хорти, игнорируя все эти приказы, позволил войскам дать волю чувству мести. Случилось то, что происходило в Мюнхене в 1919 году после коммунистической революции: в ответ на варварства, совершенные коммунистами, победители ответили кровопролитием. Все указания, которые Карл дал через полковника Легара, были проигнорированы. Эти обстоятельства необходимо учитывать, чтобы понять причину второй попытки, предпринятой Карлом, как королем Венгрии, вернуть себе власть над страной. Он был убежден, что его долг – следовать желанию тех, кто хотел, чтобы он оставался их королем. Он был уверен, что он должен противостоять фашистскому курсу, избранному Хорти и Гомбо сом (Gomboes), и защитить права демократической монархии».

«Затем адъютант рассказал мне о второй попытке императора и о позорном предательстве Хорти, когда Гомбос атаковал поезд, в котором находился сам Карл. Когда адъютант и еще один военный увидели, что все потеряно, и что Хорти их предал, они хотели покончить жизнь самоубийством. Они оба доверяли Хорти и теперь, естественно, чувствовали свою вину перед императором. Другой адъютант сообщил императору об их намерении. Карл немедленно позвал их к себе. Это было на пути из Будапешта в Гуер (Gyoer). Он напомнил своим подчиненным, что самоубийство – страшное преступление, и категорически запретил им это делать. В то время как их поезд приближался к Гуеру, он сказал им: «Они хотят арестовать меня. Я встану у окна, чтобы отвлечь всеобщее внимание. Когда они бросятся ко мне, чтобы схватить, у вас будет время сойти с другой стороны вагона и скрыться. Я отдам вам все деньги, которые у меня есть. Этого вам хватит, чтобы добраться до Германии». Оба человека попрощались с императором. Его план сработал, как и было задумано. В итоге беглецы перебрались через Дунай и достигли Чехословакии, а затем и Германии.

Этот рассказ, переданный адъютантом так живо и убедительно, глубоко взволновал меня. Он вновь доказал невероятное благородство Карла: единственной его заботой было то, что угодно Богу и что оскорбляет Его. Благополучие других людей являлось абсолютным приоритетом для императора. Он был готов с радостью пожертвовать собой ради друзей».

Свои воспоминания о Карле Габсбурге Дитрих фон Хильдебранд завершил следующими словами: «Карл был выслан на Мадейру. Он заболел и однажды сказал Зите: «Бог просит нас приносить великие жертвы». Взволнованная этим, Зита спросила: «Твою жизнь?» Он кивнул. Вскоре Бог призвал этого великого и верного слугу; ему было только 34, и его последний ребенок, Элизабет, еще не родился».



Вильям Доино

(«INSIDE THE VATICAN», 9/2004)



Путешествие двух монахов
На протяжении тысячелетий просторы Средней Азии оставались для жителей Европы неизведанными и таинственными. И, несмотря на географическую близость Руси, европейцы не располагали никакими мало-мальски достоверными данными ни о протяженности земель, лежащих за Волгой, ни о народах, их населяющих. Лишь в середине XIII века два монаха совершили путешествие по территории, заселенной предками современных казахов. Они стали первыми европейцами, которым мир обязан старейшим описанием нашего края, а также обычаев и жизненного уклада населявшего его народа.
Основной целью миссии был сбор разведывательной информации. По словам Петра Ивашкевича — министра-советника, заместителя посла Польши в Казахстане, в начале XIII века европейцы имели туманное представление о землях, лежащих к востоку от Каспийского моря. На картах того периода был достаточно точно очерчен контур южного побережья Азии, но что находилось в глубине Азиатского континента, не знал никто. Единственной ниточкой, соединяющей Европу и Азию в древности, был знаменитый Шелковый путь, по которому со II века до нашей эры из Индии в Сирию, через перевалы Памира, Бактрию, минуя Хорезм, везли в Европу ткани, золото, драгоценности и благовония. Около VIII века тысячелетний торговый тракт замер. Конец его существованию был положен завоеванием Азии тюркскими племенами. После них на границах Европы появились монгольские племена. Они завоевали Русь и выслали вооруженные отряды далеко за польские и венгерские земли. Продвинулись до Силезии и берегов Адриатики. Только отсутствие кораблей остановило монголов от дальнейшего продвижения в глубь Европы. Население европейских государств было смертельно напугано неустрашимостью многочисленных воинов, явившихся непонятно откуда. После битвы под Легницей (1241 г.) Папа Римский Иннокентий IV решил больше узнать о неизвестном народе, жившем в сердцевине Азии. Он послал к монгольскому хану дипломатическую миссию, в состав которой вошли два монаха — итальянец и поляк. Глава миссии — Джованни да Пиан дель Карпини, перед нашествием татаро-монгольских войск был провинциальным настоятелем Ордена францисканцев в Польше. Его сопровождал в опасном путешествии монах Бенедикт, который вошел в историю под именем Бенедиктус Полонус (Бенедикт-поляк). Основной целью миссии был сбор разведывательной информации и наиважнейшее поручение — передать письмо хану Батыю от Папы с настоятельной просьбой-требованием прекратить набеги на земли христианских государств. О существовании этого письма стало известно только в конце XX века, когда в архивах Ватикана был обнаружен ответ хана Папе. Папа в своем послании аргументированно доказывал несправедливость и политическую невыгоду набегов монголов на европейские государства. Хан же отвечал, что будет продолжать военные действия. И больше того: если Европа не подчинится и не признает себя его данником, он грозил полностью уничтожить непокорные народы. Этот ответ Папа получит почти через полтора года после возвращения двух отважных путешественников.

В ставке хана Батыя послы провели четыре дня. Подробности странствий посланцев Ватикана стали известны благодаря великолепным отчетам, составленным Джованни Карпини и Бенедиктом-поляком. Они до сих пор хранятся в архивах Ватикана.

Путешествие двух монахов началось из Канева — самого западного плацдарма татаро-монгольского войска, насчитывающего 60 тыс. воинов. Предводитель войска Коренза потребовал дары за предоставление проводников и охрану послов в пути. Бенедикт-поляк пишет: «Узнав, что нам придется принести какие-то дары, мы велели купить бобровые и иных зверей меха на то, что дали нам в дорогу на подаяние. Когда об этом узнали князь Конрад и княгиня краковская, тамошний епископ и некоторые из рыцарей, много нам таких мехов надавали».

Без больших приключений монахи проехали по степям Кумани — землям половцев, простирающимся между Днепром и Волгой. Ехали целыми днями, с утра до вечера, иногда и ночью. Лошадей меняли три-четыре раза в сутки. Питались исключительно пшеном и водой. На стоянках странники составляли географические и иные описания мест, где побывали. В ставке хана Батыя послы провели четыре дня. Вручили ему письмо и дары — 40 бобровых и 80 барсучьих шкурок — и взамен получили новых переводчиков и проводников. Покинув стан Батыя, монахи ехали через земли сегодняшнего Казахстана. Обширные земли кангитов они преодолели в течение месяца и достигли огромных пустынных пространств, где сказывалась острая нехватка воды. В отчетах оба путешественника записали, что много людей умерли в этих землях от жажды. Вот один из отрывков (в переводе Рышарда Бадовски), описывающих степную природу: «В некоторых местах растет немного деревьев, но остальной край совершенно лишен лесов. Воздух в этих краях совершенно неумеренный. В середине лета случаются сильные громы и молнии, а одновременно выпадает там много снега. Случаются также могучие бури с сильными ураганами — такие, что люди иногда не могут удержаться на лошадях». Удивительно точно описаны были в отчетах также быт и обычаи кочевых племен.


Записки, сделанные в поездке, легли в основу рапорта Папе Римскому. Миновав Аральское море, исследователи неизведанных земель въехали на территорию, населенную биссерминами. Так в средневековье назывались племена, которые некогда являлись частью населения государства Хорезм, которое на протяжении своей 1500-летней истории являлось высокоразвитым в культурном и экономическом отношении. Это государство находилось в междуречье Амударьи и Сырдарьи. В 1220 году Хорезм перестал существовать как отдельное государство, после нашествия войск Чингисхана. Монахи проезжали мимо нескольких разрушенных городов Хорезма — Янгикента, Орнаса и Бархина. Через некоторое время европейцы достигли северных склонов Тянь-Шаня и Алатау, той местности, где сейчас проходит граница между Казахстаном и Китаем. В своих отчетах они описали и небольшое море (скорее всего, Балхаш), в восточной части которого — солоноватая вода. Дальше через перевал под названием Джунгарские ворота монахи въехали в Монголию. Постранствовав по монгольским степям и убедившись в бескрайности азиатских просторов, путешественники двинулись в обратный путь, который снова вел их через земли сегодняшнего Казахстана. Путешественники отправлялись в дорогу 13 ноября 1246 года — и только 9 мая 1247 года они во второй раз оказались в стойбище хана Батыя. Конная езда в зимнее время была более трудной, и поездка через Казахстан заняла полгода.
О том, что они увидели во время странствий, монахи в течение недели рассказывали при дворе русских князей Даниила Галицкого и Василька, которые чествовали путешественников, как «людей, возвратившихся с того света». Путешественники отмечают в своих отчетах: «Многие люди в Польше, Чехии, Германии, Льеже, Шампани и других местах, через которые мы проезжали, просили нас прочитать записи о путешествии». Позднее записки, сделанные в поездке, легли в основу рапорта Папе Римскому. С документа было снято несколько копий, которые хранятся частично в США, а большая часть — в архивах Ватикана. Петр Ивашкевич рассказал, что впервые узнал о путешествии двух европейцев, еще будучи школьником, из книги Льва Гумилева. Название книги в переводе с польского на русский звучит как «История древних тюрок». Позже он нашел отчет Карпини, изданный в Варшаве, и прочел его в оригинале на латинском языке. Пан Ивашкевич считает, что отчет о путешествии монахов-францисканцев — это бесценный литературный, исторический и этнографический памятник, описывающий жизнь людей средневекового Казахстана, который нуждается в дальнейшем изучении и переиздании для новых поколений.
1   2   3   4   5   6   7   8

  • Бл. мать Асенсьон Сердца Иисусова
  • Бл. Марианна Коуп
  • Дети без детства
  • «Он – настоящий христианин и настоящий принц» О святом императоре Карле Габсбурге
  • Вильям Доино