Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Комедии xixв. (жанр. Комедии Островский, Сухово-Кобылин). Одоевский вспоминает три крупнейших наших комедии:




Скачать 173.15 Kb.
Дата04.07.2017
Размер173.15 Kb.
1) Комедии XIXв. (жанр. Комедии Островский, Сухово-Кобылин).
Одоевский вспоминает три крупнейших наших комедии: «Недоросль», «Горе от ума», «Ревизор», ставшие классикой уже к тому времени. Он называет их трагедиями потому, что каждое из этих великих произведений бесспорно раскрывало страшную, по истине трагическую для национальной истории сторону русской социальной и общественной жизни: произвол и невежество владельцев крепостнической усадьбы, глубокое одиночество героя-правдолюбца, беззащитность населения перед многочисленным племенем лихоимцев-чиновников, реально воплощавших государственную бюрократическую систему николаевской России. И в этот ряд Одоевский смело ставит комедию пока ещё никому не известного автора. Одно из свойств поэтики Островского обсальтное преобладание семейно-бытовых конфликтов (анализ социального аспекта жизни - нравственная проблематика).
2) Поэмы Некрасова. Анализ 2-ух поэм.
«Кому на Руси жить хорошо?»
Уже название этой поэмы настраивает на подлинно всероссийский обзор жизни и на то, что жизнь эта будет исследована сверху донизу. С самого начала в произведении определяется и главный герой её - мужик. Именно в мужицкой среде возникает знаменитый спор, и семь правдоискателей с их подлинно мужицким стремлением докопаться до корня отправляются путешествовать по России, бесконечно повторяя, варьируя и углубляя свой вопрос: кто счастлив на Руси? Но двинувшиеся в путь некрасовские крестьяне больше всего похожи на символ тронувшейся с места, жаждущей перемен пореформенной народной России. После пролога сказочность уходит и уступает место более живым и современным фольклорным формам. Некрасов чётко наметил схему по которой должен был развиваться сюжет и находиться ответ в повторяющимся рефрене. Поэма Н. «Кому на Руси жить хорошо», которую он писал около 20 лет, — итог творческого пути поэта. Она является глубоким художественным исследованием народной жизни, поднимает важнейшие проблемы эпохи. Для того чтобы ответить на вопрос, сформулированный в стихотворении Некрасова «Элегия»: «Народ освобожден, но счастлив ли народ?» — поэту потребовалось создать эпопею, которая отразила все важнейшие события и явления в жизни народа в переломный момент истории страны. Автор смотрит на происходящее глазами народа, выражая, прямо или косвенно, его чувства и устремления. Мысли народа, его представления о счастье, о путях к этому счастью выражают не только отдельные герои (семь мужиков, Яким Нагой, Матрена Тимофеевна, Савелий, помещики, купцы, солдаты, чиновники, священники, странники и богомольцы), но и участники массовых сцен, в которых народ предстает как нечто единое: на празднике-ярмарке в селе Кузьминское, на сельском сходе, избирающем бурмистра, на городской базарной площади, на приволжском лугу, в сцене пира на весь мир.

Использование фольклора и сказочных элементов позволяет автору не только построить сюжет с большим охватом пространства, времени и действующих лиц, но и связать поиски народом счастья с верой в победу добра над злом, правды над ложью. Уже зачин поэмы «В каком году — рассчитывай, в какой земле — угадывай», не дающий точных географических координат изображаемых событий, подчеркивает, что речь пойдет обо всей русской земле. Названия деревень, в которых живут мужики, встретившиеся на столбовой дороге, глубоко символичны:

Подтянутой губернии,

Уезда Терпигорева,

Пустопорожней волости,

Из смежных деревень —

Заплатова, Дырявина,

Разугова, Знобишина,

Горелова, Неелова —

Неурожайка тож.
В своем странствии они проходят через Испуганную и Неграмотную губернии, встречаются с жителями деревень Босово, Адовщина, Столбняки, узнают о том, что от неурожая «целые селения на попрошайство осенью, как на доходный промысел, идут...». Тяжелый, изнурительный труд не спасает от вечной угрозы разорения и голода. Портрет крестьянина-труженика не напоминает сказочного доброго молодца:

Грудь впалая; как вдавленный

Живот; у глаз, у рта

Излучины, как трещины

На высохшей земле;

И сам на землю-матушку

Похож он: шея бурая,

Как пласт, сохой обрезанный,

Кирпичное лицо,

Рука — кора древесная,

А волосы — песок.
Беспросветная жизнь должна бы рождать недовольство, протест:

У каждого крестьянина

Душа, что туча черная —

Гневна, грозна — и надо бы

Громам греметь оттудова,

Кровавым лить дождям,

А все вином кончается...
Центральный вопрос поэмы: «Кому живется весело, вольготно на Руси?» не имеет однозначного ответа:
Роман сказал: помещику,

Демьян сказал: чиновнику,

Лука сказал: попу.

Купчине толстопузому! —

Сказали братья Губины,

Иван и Митродор.

Старик Пахом потужился

И молвил, в землю глядючи:

Вельможному боярину,

Министру государеву

А Пров сказал: царю...
В первой части поэмы священник формулирует общенародный идеал счастливой жизни, с которым не только по простодушию и наивности соглашаются правдоискатели:

В чем счастие, по-вашему?

Покой, богатство, честь,

Не так ли, друга милые?

Они сказали: «Так».
Но дело в том, какое содержание вкладывают представители разных сословий в понятие «счастье». Для попа счастье — в крепостническом прошлом, когда церковь была на содержании у богатых помещиков. Разорение помещиков и обнищание крестьянства привели к упадку духовное сословие. Содержание

священника и причта ложится на плечи крестьянина, который «сам нуждается и рад бы дать, да нечего». Два помещика, Оболт-Оболдуев и Утятин-князь, тоскуют о навсегда утраченном рае крепостной Руси. Их дворянское счастье — в праздности, роскоши и чревоугодии:

Французу не привидится

Во сне — какие праздники,

Не день, не два — по месяцу

Мы задавали тут.

Свои индейки жирные,

Свои наливки сочные,

Свои актеры, музыка,

Прислуги — целый полк!

Пять поваров, два пекаря...
в потехах псовой охоты, в своеволии, которое разрешало крепостное право:
Кого хочу — помилую,

Кого хочу — казню.

Закон — мое желание!

Кулак — моя полиция!


Богатство «прогрессивного» помещика Оболта-Оболдуева основано на поборах с оброчных крестьян, которые гостинцы добровольные несли из «Киева — с вареньями, из Астрахани — с рыбою». Покой помещика — вера в идиллию единой семьи помещика и крестьянина, где помещик — отец, а крестьяне — дети, которых помещик по-отечески наказывает и великодушно милует.

Счастье помещик понимает как удовлетворенное властолюбие, выражающееся в самодурстве. Честь помещика — это спесь, тщеславная гордость своим происхождением. А народ понимает счастье по-своему. Солдат счастлив тем, что в двадцати сражениях «был, а не убит», «нещадно бит я палками» — а остался жив; старуха радуется, что не умрет с голоду, так как «родилось реп до тысячи на небольшой гряде»; каменщик, надорвавшийся на работе, рад, что добрался до родной деревни. Их счастье — в отсутствии несчастья. Для народа богатство — достаток, который дает честный труд, приносящий радость человеку, пользу другим.

Покой — внутр. гармония и чист. совесть. Честь — уваж., любовь, сострадание, возможные между людьми.

Для народа слова: богатство, честь, покой — наполнены высоким нравственным содержанием. И в соответствии с этими нравственными запросами народ выбирает свой эталон счастья, указывая странникам на счастливых. Это Ермил Гирин, человек чести, правды и совести:

Да, был мужик единственный!

Имел он все, что надобно

Для счастья: и спокойствие,

И деньги, и почет,

Почет завидный, истинный,

Не купленный ни деньгами,

Ни страхом: строгой правдою,

Умом и добротой.

Народ называет счастливой Матрену Тимофеевну Корчагину, хотя она сама не соглашается с этим мнением:

«Не дело между бабами счастливую искать». Счастливой она была только в молодости:

Мне счастье в девках выпало:

У нас была хорошая,

Непьющая семья

И добрая работница

И петь-плясать охотница

Я смолоду была.


Хороший муж, лад в семье — это и есть счастье. А потом пошли беды и несчастья: погиб сын, забрали мужа в солдаты, саму высекли, дважды горели, «Бог сибирской язвою» трижды наградил. Но мнение людей о счастье Матрены Тимофеевны не случайно: выстояла, вынесла все испытания, спасла сына от плетей, мужа от солдатчины, сохранила собственное достоинство, силу, которая ей нужна для работы, любовь к детям.

Матрена называет деда Савелия — «богатыря святорусского», который двадцать лет провел на каторге.

Эти простые люди — золотой фонд русской нации. Одним из условий счастья народного в их понимании является свобода. Поэтому так ненавистны им холопы: предатель Егор Шутов, староста Глеб, Яков:

Люди холопского звания —

Сущие псы иногда!

Чем тяжелей наказания,

Тем им милей господа.
Некрасов глубоко убежден, что счастье возможно только в обществе свободных людей. Поэтому так дороги ему люди, не смирившиеся со своим рабским положением. Всем своим повествованием он приводит читателя к мысли:

Еще народу русскому

Пределы не поставлены:

Пред ним широкий путь.


В поэме немало образов бунтарей и народных заступников. Таков, например, Ермил Гирин. В трудную минуту он просит помощи у народа и получает ее. Таков Агап Петров, бросивший гневное обвинение князю Утятину. Бунтарские идеи несет и странник Иона.

Мотив истинного счастья народного возникает в последней главе «Доброе время — добрые песни», и связан он с образом Гриши Добросклонова, вкотором воплотился нравственный идеал писателя. Сын дьячка, вскормленный всем крестьянским миром, впитавший с молоком матери горькую крестьянскую

слезу, Гриша не просто испытывает глубокую и преданную любовь к народу, но и становится народным заступником, сознательным борцом за народное счастье. О его дальнейшей судьбе Некрасов говорит:

Судьба ему готовила

Путь славный, имя громкое

Народного заступника,

Чахотку и Сибирь.
Такая судьба типична для русских революционеров-демократов. Фамилия

героя похожа на фамилию Добролюбова, которого Некрасов очень любил и ценил.

Именно Гриша формулирует авторскую мысль о счастье народа:

Доля народа,

Счастье его,

Свет и свобода

Прежде всего!
Песня «Русь» — гимн крестьянской Руси, которая, преодолев бессилие,

холопское терпение, проснется и поднимется на борьбу за свое освобождение:

Рать подымается

Неисчислимая!

Сила в ней скажется

Несокрушимая.

Но мысли о революционном преобразовании мира, по мнению Некрасова, еще не вошли в народное сознание.

3). Поэзия Афанасия Фета и особенности творческого пути.
В русской поэзии трудно найти поэта более «мажорного», чем Афанасий Афанасьевич Фет (1820—1892). Это поэзия жизнеутверждающей мощи, которой напоен каждый звук, первозданной свежести и благоухания. Поэзия Фета ограничена узким кругом тем. В ней отсутствуют гражданские мотивы, социальные вопросы. Суть его взглядов на назначение поэзии в выходе из мира страданий и печали окружающей жизни — погружение в мир красоты. Именно красота — главный мотив и идея творчества великого русского лирика. Красота, явленная в поэзии Фета, — стержень бытия и мира. Тайны красоты, язык ее созвучий, ее многоликий образ и стремится воплотить поэт в своих творениях. Поэзия — храм искусства, а поэт — жрец этого храма.

Особенности тематики поэзии А. Фета

Основные темы поэзии Фета — природа и любовь, как бы слитые воедино. Именно в природе и любви, как в единой мелодии, соединены вся красота мира, вся радость и очарование бытия. В 1843 году появилось стихотворение Фета, которое по праву можно назвать его поэтическим манифестом:



Я пришел к тебе с приветом

Рассказать, что солнце встало,

Что оно горячим светом

По листам затрепетало;
Три поэтическ.предмета — пр-да, лю-вь и песня — тесно связаны между собой, проникают друг в друга, образуя фетовскую вселенную красоты. Используя прием олицетворения, Фет одушевляет природу, она у него живет: «лес проснулся», «солнце встало... затрепетало». И поэт полон жажды любви и творчества.

Импрессионизм в лирике А. Фета.

Впечатления поэта о мире, окружающем его, передаются живыми образами. Фет сознательно изображает не сам предмет, а то впечатление, которое этот предмет производит. Его не интересуют детали и подробности, не привлекают неподвижные, законченные формы, он стремится передать изменчивость природы, движение человеческой души. Эту творческую задачу помогают решить своеобразные изобразительные средства: не четкая линия, а размытые контуры, не цветовой контраст, а оттенки, полутона, незаметно переходящие один в другой. Поэт воспроизводит в слове не предмет, а впечатление. С таким явлением в литературе мы впервые сталкиваемся именно в поэзии Фета. (В живописи это направление называется импрессионизмом.) Привычные образы окружающего мира приобретают совершенно неожиданные свойства.

Фет не столько уподобляет природу человеку, сколько наполняет ее человеческими эмоциями, так как предметом его поэзии становятся чаще всего именно чувства, а не явления, которые их вызывают. Часто искусство сравнивают с зеркалом, отражающим реальную действительность. Фет же в своих стихах изображает не предмет, а его отражение; пейзажи, «опрокинутые» в зыбкие воды ручья, залива, как бы двоятся; неподвижные предметы колеблются, качаются, дрожат, трепещут.

В стихотворении «Шепот, робкое дыханье...» быстрая смена статичных картин придает стиху удивительную динамичность, воздушность, дает поэту возможность изобразить тончайшие переходы из одного состояния в другое:


Шепот, робкое дыханье,

Трели соловья,

Серебро и колыханье

Сонного ручья,

Свет ночной, ночные тени,

Тени без конца,

Ряд волшебных изменений

Милого лица,

В дымных точках пурпур розы,

Отблеск янтаря,

И лобзания, и слезы,

И заря, заря!..
Без единого глагола, только краткими назывными предложениями, как художник — смелыми мазками, Фет передает напряженное лирическое переживание. Поэт не изображает подробно развитие взаимоотношений в стихах о любви, а воспроизводит лишь самые значимые минуты этого великого чувства.

Музыкальность поэзии А. Фета

Стихотворение «Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали...» напоминает пушкинское «Я помню чудное мгновенье...»:


Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

Лучи у наших ног в гостиной без огней.

Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,

Как и сердца у нас за песнию твоей.
Это стихотворение навеяно пением Т. А. Кузьминской (сестры Софьи Андреевны Толстой), описавшей этот эпизод в своих воспоминаниях.

Стихи Ф. необыкновенно муз-ны. Это чувствовали и композиторы, современники поэта. П. И. Чайковский говорил о нем: «Это не просто поэт, скорее поэт-музыкант...» Фет считал музыку высшим видом искусства и доводил свои стихи до музыкального звучания. Написанные в романсово-песенном ключе, они очень мелодичны, недаром целый цикл стихов в сборнике «Вечерние огни» Ф. назвал «Мелодии». Воспевая красоту, Фет стремится «усилить бой бестрепетных сердец». В стихотворении «Одним толчком согнать ладью живую...» поэт так говорит о призвании «избранника»:



Одним толчком согнать ладью живую

С наглаженных отливами песков,

Одной волной подняться в жизнь иную,

Учуять ветр с цветущих берегов…

Особенности творческого пути
Рождение поэта сильно отразилось на его творческом пути. Отец Фета, богатый и родовитый Орловский помещик Афанасий Шеншин, будучи в германии тайно увёз от туда в Россию жену немецкого чиновника (Фет) Шарлоту. Вскоре шарлота родила сына будущего поэта, который получил имя Афанасий. Шарлота перешла в православие под именем Елизавета, и они венчались в церкви. Через много лет церковные власти раскрыли всё это, и в 15 лет он стал считаться не русским дворянином Шеншиным, а проживающим в России сыном немецкого чиновника Фета. Он лишился всех прав связанных с дворянством. Это его сильно потрясло. Лишь в 1873г. просьба о признании его сыном Шеншина была удовлетворена, но поэт решил сохранить своё имя Фет как литературное. Всё это сильно повлияло на его творческий путь. Чтобы «не убить себя», он сознавал в себе «человека гения» (по Шопенгауэру, философу) и «человека пользы», «Фета» и «Шеншина». Ненавидимое имя «Фет» оказалось связано с любимым искусством, а желанное и, всеми правдами и неправдами, достигнутое «Шеншин» - с той жизненной и житейской практикой, от которой сам так жестоко страдал:
Я между плачущих Шеншин,

И Фет я только средь поющих…
«Чистое искусство» Фета рождало бесконечную неудовлетворённость всем тем, чем жил «человек пользы» Шеншин. «Фет-Шеншин» - единство противоположностей были неразрывно и органически в нём связаны и сплетены. Музыка Чайковского крепко была связана с музой Фета. Чайковский, говоря о несомненной гениальности Фета, говорил о его таланте, как о необъяснимом явлении, ни социально, ни вообще никак.


4) Поэзия Тютчева
Биография:

Федор Иванович Тютчев родился в старинной дворянской семье, в имении Овстуг Брянского уезда Орловской губернии. Юные годы провел в Москве. В 1821 году блестяще закончил словесный факультет Московского университета. Вскоре поступил на службу в министерство иностранных дел. в 1822 году уехал за границу, получив назначение на скромную должность в русском посольстве в Мюнхене. Служил также в Турине (Сар диния). В чужих краях Тютчев прожил двадцать два года, но не терял духовной связи с родиной, хотя посещал ее нечасто. В Мюнхене он приобщился к немецкой идеалистической философии, свел знакомство с Ф. Шеллингом, дружил с Г. Гейне. Стихи Тютчев начал писать еще подростком, но выступал в печати редко и не был замечен ни критикой, ни читателями. Настоящий дебют поэта состоялся в 1836 году: тетрадь стихотворений Тютчева, переправленная из Германии, попадает в руки А. С. Пушкина, и тот, приняв тютчевские стихи с изумлением и восторгом, опубликовал их в своем журнале “Современник”. Однако признание и известность приходят к Тютчеву гораздо позднее, после его возвращения на родину, в 50-х годах, когда о поэте восхищенно отозвались Некрасов, Тургенев, Фет, Чернышевский и когда вышел отдельный сборник его стихотворений (1854 г.). И все же Тютчев не стал профессиональным литератором, до конца жизни оставаясь на государственной службе.



Поэзия Тютчева

После опубликования сорока стихотворений в «Современнике», которые не привлекли внимания критиков, Тютчев перестал публиковаться. Тем временем он овдовел и женился второй раз, снова на баварской немке. Его перевели по службе в Турин, откуда он без разрешения уехал и за нарушение дисциплины был уволен из дипломатической службы. Он поселился в Мюнхене, но в 1844г. возвратился в Россию, где он стал играть политическую роль и прославился блестящим собеседником и самым умным во всей России. В 1854г. появилась книга его стихов, и он стал знаменитым поэтом. Тогда же началась его связь с Денисьевой, гувернанткой его дочери. Их любовь была взаимной, глубокой и страстной - источником мучений для обоих. Репутация девушки была погублена, семейное положение, и благополучие Тютчева омрачено. В 1865г. Денисьева умерла, Тютчевым овладело уныние и отчаяние, но он продолжал жить общественной и политической жизнью. Умер он в 1873г., его разбил удар, он был парализован и только мозг его оказался незатронутым. Лингвистически Тютчев представлял собой любопытный феномен. В частной и официальной жизни он говорил и писал только по-французски (ни первая ни вторая его жена по-русски не говорили). Русским языком, он пользовался только в поэзии. В поэзии его воспитателем был Раич. Стиль Тютчева в поэзии архаичнее, чем стиль Пушкина и Жуковского (влияние Державина и Ломоносова). Самое большое число лучших стихов, написаны в десятилетия между 1830 и 1840гг. Поэзия Тютчева метафизична и строится на пантеистическом понимании вселенной. Его философия, по сути - это манихейство (пессимистична), что прослеживается в стихотворении «День и Ночь» 1839г. Противопоставление космоса и хаоса противопоставление Космоса и Хаоса («День и Ночь») - основная тема тютчевской поэзии. Точность причудливых и лихорадочных образов напоминает о пройденной Тютчевым классической школе («Silentium» 1833г. «Мысль изреченная есть ложь»). Любовная лирика Тютчева эпохи связи с Денисьевой, так же прекрасна, как его философские стихи и стихи о природе. Это самая глубокая, тонкая и трогательная трагическая любовная поэзия на русском языке. Главный её мотив - мучительное сострадание к женщине которую погубила всеподобляющая любовь к нему. «Стихи на случай» составляют около половины его сочинений.

Он пишет "Уранию", на которой отразились поэма Тидге того же названия и стихотворение Мерзлякова, пространное "Послание Горация к Меценату". Здесь Тютчев - архаист и по стилистическим особенностям и по языку. Дидактическая (или, как называет ее Раич, догматическая) поэма неприемлема для него своей обширностью.

Но вместе с тем его привлекает "мифология древних", дававшая пищу догматической поэме (мы обречены на "искание бесчисленных оттенков - им стоило только олицетворить его - и читатель видел пред собой дышащие образы - "spirantia signa"), его привлекает сходство дидактика с оратором: "подобно оратору, поражающему противника доводами, всегда постепенными, дидактик от начал простых, обыкновенных, переходит к исследованиям сложным, утонченным, почерпнутым из глубоких наблюдений, и нечувствительно возвышает до них читателя. Так ветер, касаясь Еоловой арфы, начинает прелюдиею, которая, кажется, мало обещает слуху; но, усиливая дыхание, он вливает в нее душу и по временам извлекает из струны ее красноречивую мелодию, потрясающую весь состав нашего сердца".

Первые опыты Тютчева являются, таким образом, попытками удержать монументальные формы "догматической поэмы" и "философского послания". Но монументальные формы XVIII века разлагались давно, и уже державинская поэзия есть разложение их. Тютчев пытается найти выход в меньших (и младших) жанрах - в послании пушкинского стиля (послание к А. В. Шереметеву), в песне в духе Раича, по недолго на этих паллиативах задерживается: слишком сильна в нем струя, идущая от монументального стиля XVIII века.

И Тютчев находит этот выход в художественной форме фрагмента.

Все современные критики отмечают краткость его стихотворений: "Все эти стихотворения очень коротки, а между тем ни к одному из них решительно нечего прибавить" (Некрасов); "Самые короткие стихотворения г. Тютчева почти всегда самые удачные" (Тургенев).

Фрагмент как художественная форма был осознан на Западе главным образом романтиками и канонизован Гейне. Если сравнить некоторые произведения Уланда и Ю. Кернера с тютчевскими фрагментами, связь станет вполне ясна.

Эта фрагментарность сказывается и в том, что стихотворения Тютчева как бы "написаны на случай". Фрагмент узаконяет как бы внелитературные моменты; "отрывок", "записка" - литературно не признаны, но зато и свободны. ("Небрежность" Тютчева - литературна.). Вместе с тем "фрагмент" у Тютчева закончен. У него поразительная планомерность построения.

Большая часть поздних политических стихотворений (после 1848г.), грубо-националистичны и реакционные по духу, и многие представляют собой не более чем рифмованную журналистику. Тютчев славился остроумием, но, его прозаические эпиграммы были на французском языке.



5) Поэзия второй трети XIXв. (Основные жанры, мотивы).
В поэзии сороковых годов главную роль играют повествовательные, сатирические жанры. Это связанно с тем, что начинает активно складываться просветительская литература, оттеснившая барочную литературу. Позднее на почве русского просветительства выросла великая лирика Некрасова, но даже его лирические произведения в его творчестве, не занимали центрального положения.

Что же касается натуральной школы (1840 - перв. пол. 1850гг), то в её развитии лирика не играет сколько нибудь существенной роли. Название последней книги Баратынского вышедшей в 1842г. («Сумерки»), оказалось весьма многозначительным. Для русской лирики наступили настоящие «сумерки», которые длились почти два десятилетия. Конечно, и в последующие годы, появлялись не заурядные лирические книги: сборники Н. Языкова (1845г.), Я. Полонского (1844г.) и А. Григорьева (1846г.). Но этим в сущности, всё и ограничилось вплоть до 1850гг. Эти книги не нашли себе место в тогдашней культуре. Правда, значительное внимание привлекло вышедшее в 1846г. посмертное издание стихотворений Кольцова. Но это объяснялось прежде всего своеобразием творчества поэта и самой его судьбы. В том же году, видный критик Валериан Майков писал о «Жалком положении, в котором находится наша поэзия со смерти Лермонтова». В это время не было недостатка ни в лирике ни в лирических поэтах. С одной стороны в книгах, журналах, альманахах было воплощено неисчерпаемое богатство лирики 1830-х.гг. (Пушкина, Тютчева, Лермонтова) с другой стороны в самом начале 1840-х.гг. выступили в печати Огарёв и поэты следующего, совсем ещё молодого поколения: Некрасов, Фет, Полонский, Аполлон Григорьев, Майков, А. Толстой, Мей и др.… И всё же на десять-пятнадцать лет лирика как бы перестала существовать.



В середине 1850гг. происходит своего рода взрыв. Появляются десятки значительных стихотворных книг старых и новых лириков. Первой ласточкой был сборник стихотворений Тютчева (1854г.). 1855 - выходит книга стихотворений Полонского, 1856 - книги Некрасова, Фета, Огарёва, Никитина, 1857 - Мея, Щербины, Ростопчиной. 1858 - Майкова и Плещеева. В это же время написали и опубликовали свои основные лирические произведения Аполлон Григорьев и А. Толстой. Именно в это время после 10-15 летнего перерыва издаются книги и собрания сочинения поэтов Пушкинской эпохи и посмертные сочинения самого Пушкина. Знаменательно появление антологий лирической поэзии которые не издавались уже с 30гг. Характерно, что у многих поэтов в это время выходят подряд две-три книги. Так, в 1850-нач.1860гг. тремя книгами представлены: Некрасов, Фет, Полонский, Огарёв, Плещеев, Мей; двумя - Полежаев, Майков, Никитин, Щирбина, Бенедиктов и т.д…

  • 2) Поэмы Некрасова. Анализ 2-ух поэм. «Кому на Руси жить хорошо»
  • После пролога сказочность уходит и уступает место более живым и современным фольклорным формам.
  • 3). Поэзия Афанасия Фета и особенности творческого пути. В русской поэзии трудно найти поэта более «мажорного», чем Афанасий Афанасьевич Фет (1820—1892). Это поэзия жизнеутверждающей мощи
  • Особенности тематики поэзии А. Фета
  • Импрессионизм в лирике А. Фета.
  • Музыкальность поэзии А. Фета
  • Особенности творческого пути
  • 4) Поэзия Тютчева Биография
  • Поэзия Тютчева метафизична и строится на пантеистическом понимании вселенной
  • 5) Поэзия второй трети XIX в. (Основные жанры, мотивы)