Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Киосан: Истинный мастер дзэн




страница1/3
Дата22.05.2017
Размер0.75 Mb.
  1   2   3
Ошо Бхагван Шри Раджниш - "Киосан: Истинный мастер дзэн"

Слово к читателю

Конец каждой главы в этой серии книг о мудрецах имеет определенную структуру, которая может озадачить читателя, не присутствовавшего на встречах с Мастером.

Вначале наступает "время Сардара Гурудаяла Сингха". Сардарджи - вечный ученик, известный своим неподдельным и заразительным смехом. Время шуток и смеха названо именно в его честь: "А сейчас пришло время Сардара Гурудаяла Сингха".

Далее следует практика медитации, состоящая из четырех этапов. Каждый этап медитации начинается после того, как Ошо подает знак барабанщику Ниведано. Барабанная дробь везде изображается в книге следующим образом:



Первая ступень медитации начинается с тарабарщины. Ошо называл ее "очищением ума от всевозможной пыли", "разговором на неизвестном языке", "избавлением от сумасшествия". На несколько минут аудитория просто сходит с ума: тысячи людей орут, визжат, несут вздор, размахивают руками.

Тарабарщина изображена в тексте следующим образом:

Вторая ступень включает в себя сидение в тишине, наблюдение, фокусирование сознания на своем внутреннем центре.

Третья ступень - это "свободный полет", когда медитирующие без всяких усилий возвращаются на землю, и исчезают все границы, отделяющие людей друг от друга.

Заключительная барабанная дробь приглашает участников вернуться в сидячее положение; далее им дается рекомендация всячески углублять собственный опыт медитации в повседневной жизни. На каждой ступени медитации к собравшимся обращается Мастер. На страницах этой книги полностью воспроизводится текст каждой вечерней медитации.


Введение


Приводимые ниже четыре беседы с Ошо состоялись в период с третьего по шестое декабря 1988 года между двумя продолжительными приступами его болезни, когда состояние здоровья не позволяло ему приезжать в Аудиторию Гаутамы Будды. Он перестал танцевать с нами четырнадцатого октября:

"Приношу свои извинения, что не могу присоединиться к вашему танцу. Этим я обязан президенту Рональду Рейгану..."

И он рассказал нам, как его отравили в американских тюрьмах.



"Я практически избавился от симптомов отравления, только... в костях, и особенно в суставах, продолжаю испытывать боль. Я танцевал с вами, ни о чем не задумываясь. Я бы танцевал и дальше, но сегодня боль что-то особенно сильна. Я могу терпеть боль. Но проблема в другом: если своевременно не предпринять меры, то мне, возможно, придется и вовсе прекратить общение с вами. Поэтому мне лучше успокоить эту боль".

Когда он направлялся к своему стулу, мы увидели, как ослабело его тело. Несмотря на силу его голоса и влияние его присутствия, многие сердца и умы опасались, что его тело пробудет с нами уже недолго.

Не удивительно, что седьмого декабря беседа так и не состоялась. Бесед не было и в другие дни, вплоть до двадцать шестого числа, когда он сказал нам:

"Мои дорогие, мы так долго не были вместе... эти несколько дней, и ночей стали днями и ночами некоторого рода очищения. Президент Рейган и его команда подсыпали мне в еду такой яд... специалисты по ядам со всего мира утверждают, что этот яд невозможно обнаружить. Именно из-за этого качества ЦРУ часто использовало такую отраву. Никто ведь не принимает противоядие, если не знает, что его травят. В подобных случаях смерть практически неизбежна.

В эти долгие дни и ночи я бросил вызов яду, посвятив себя наблюдению. Яд причинял боль каждому суставу, но свершилось чудо. Постепенно боль ушла из всех суставов, и наконец перестали болеть руки. Сегодня - двадцать шестого декабря - я полностью здоров. Я убежден, что, хотя меня здесь и не было физически, вы все ощущали мое присутствие. Вы ощущали мое присутствие сильнее, чем когда-либо. Я присутствовал в ваших песнях. Помните, в ваших медитациях меня больше, чем на встречах с вами".

Его попросили рассказать о болезни; он ответил:



"Нет... достаточно болеть... И помните, мое тело может болеть, но сам я никогда не болею. Я слежу за всем, что происходит вокруг. Я буду наблюдать свою смерть так же, как наблюдал свою жизнь. В этом и заключается мое нехитрое учение".

В этой беседе он попросил не называть его больше по имени, которым мы называли его в течение двадцати пяти лет, по имени, которое мы полюбили, которое стало частью нас самих, хотя сегодня я спрашиваю себя: всегда ли нам было легко произносить его? Он говорил, что пользовался именем для того, чтобы заинтересовать индийцев. "Ненавижу это слово. Не хочу больше, чтобы меня называли Бхагваном. Хорошего понемногу! Шутки закончились!"

На следующий день он сказал:

"Я чувствую себя очень легко, отказавшись всего лишь от одного слова. Я чувствую себя лебедем, летящим к вечным снегам Гималаев".

Его тело стало заметно крепче, и, очевидно, не только потому, что он отказался от имени.



"День и ночь, на протяжении семи недель я боролся с ядом. Однажды даже мой врач, Амрито, начал сомневаться, что я выживу. Он щупал мой пульс и делал мне кардиограмму. Семь раз мое сердце пропускало один удар.

Когда в седьмой раз сердце пропустило удар, научный ум, без сомнений, подумал бы: "Мы продолжаем вести явно проигранное сражение". Но я ответил врачу: "Не переживай. Твоя кардиограмма может ошибаться, это всего лишь механический аппарат. Доверься моему наблюдению. Не думай о пропущенных ударах".

В последний день, когда после семинедельной борьбы вся боль ушла из моего тела, Амрито был просто сражен. Это было похоже на чудо. Куда подевалась вся боль?

Эти несколько обрывочных бесед, что я провел, борясь с ядом, были небольшой передышкой, непередаваемым удовольствием, совсем как крошечные небесно-голубые цветы вероники, что я видел недавно. Они первыми появляются на месте сгоревшей травы, ведомые жаждой жизни, совсем как тишина - чрезвычайно мощная, глубокая, но легко нарушаемая. Это и есть парадокс мягкой силы дзэн, удивительной силы, заключенной в нескольких простых словах".

В начале шестой беседы он сказал:



"Мне тяжело нарушать вашу тишину словами, но я с надеждой жду дня, когда мы все сядем вместе и еще глубже погрузимся в тишину, ибо все, что передано словами, оседает лишь на поверхности. Слова не могут выйти за пределы ума, ни одно слово еще не достигло самого центра. Вы же слышите не только мои слова, вы слышите меня самого, вы слышите мое сердце, а это и есть истинное единение".

На одной из предыдущих бесед Ошо сказал:



"Дзэн не передается словами... Дзэн - это духовное единение в тишине... Тишина здесь настолько плотная, что страшно даже вымолвить и слово. Оно может нарушить спокойствие озера твоего сознания. Но никогда не забывай, что после оглушительных слов тишина становится еще глубже... Истинный дзэн стремится к тому, чтобы вернуть тебя к языку жизни, который ты полностью забыл".

Свами Ананд Робин,


магистр гуманитарных наук

Удивительные слова

Наш любимый учитель,

Однажды, будучи еще учеником Исана, Киосан спросил у своего учителя:

- Где живет настоящий будда?

Исан ответил:

- Освободив свой ум от мыслей, созерцай бесконечное великолепие духа. Созерцай его до тех пор, пока не вернешься к истокам своей сущности, к истокам вечной природы и не осознаешь принцип ее неделимости. Это и есть настоящий будда.

Услышав эти слова, Киосан обрел просветление.

Позднее, когда Киосан сам стал мастером, Исан прислал ему в подарок зеркало. Киосан вошел в зал, где его ожидали монахи. Он указал на зеркало и спросил собравшихся: "Скажите, кому принадлежит это зеркало, Исану или Киосану? Если кто-нибудь из вас даст правильный ответ, я не стану разбивать его".

Ответа не последовало, и Киосану пришлось разбить зеркало.

Маниша, сегодня мы начинаем новую серию бесед. Это не церковные проповеди, это духовные откровения. Лекции, проповеди ограничены рамками ума. И только духовное единение может вывести за пределы ума, а то, что выходит за пределы ума, и есть дзэн. Новая серия духовных бесед имеет огромную важность. Мы заглянем в самую душу Киосана.

Киосан не был ни философом, ни поэтом, ни скульптором; он был самым обычным человеком. О нем ничего не скажешь, кроме того, что он был исключительно правдив и искренен. Если он чего-то не знал, то прямо говорил об этом, не заботясь о том, что может пострадать его слава просветленного человека. Но именно это и делало его непревзойденным мастером.

Есть немало уникальных мастеров дзэн, уникальность же Киосана - в его простоте. Он подобен ребенку. Его учителю Исану потребовалось целых сорок лет, чтобы сделать Киосана просветленным. Мастер Исан поставил перед собой четкую цель: не покидать тело до тех пор, пока Киосан не обретет просветления; а был он уже очень стар.

Киосан выполнял все, что говорил ему Исан, но ничто не трогало его душу. Он был очень заурядным человеком. Вопросы мироздания никогда не волновали его: он не задумывался над тем, существуют ли рай и ад, есть ли Бог и потусторонний мир. Он не был искателем, он не стремился постичь истину.

Нет, Киосан не стремился найти истину; говорят, он сказал буквально следующее:



"Тот, кто ищет истину, без сомнений уверовал в ее существование, а я никогда ничего не беру на веру. Поэтому я просто ищу, ищу во всех направлениях, пытаясь найти гармонию со Вселенной. Возможно, я заблуждаюсь, возможно, фантазирую, но я не хочу зависеть от каких-либо предубеждений".

Предубеждения могут оказаться верными; но даже если они окажутся верными, человек все равно никогда не познает истины. Он будет по-прежнему жить своими предрассудками, продолжая проецировать их на реальную жизнь.

Можно создать целое мировоззрение, целую систему верований и предрассудков - логическую, рациональную, притягательную, презентабельную, - но если ты используешь веру в качестве фундамента для построения всего дворца, то твой труд окажется совершенно напрасным.

Невозможно найти истину, основываясь на предвзятости. Субъективизм может придать суждениям определенную стройность, добавить красок и оттенков. Но такие ощущения не будут истинными, чистыми. Они будут такими же загрязненными, как воздух Пуны!

Похоже, что Исан принял вызов: если такого простого человека, как Киосан, не удастся трансформировать в будду, то как тогда доказать другим, что будда существует?

Все религии проповедуют как раз противоположное: Кришна - это воплощение Бога, как и Рама, как и Парасурама. Их водрузили на такой высокий пьедестал, что людям остается лишь обожествлять их, молиться им; люди и не подозревают: они способны испытывать то же самое, что и эти небожители.

Построение иерархий опутывает предрассудками практически каждого из нас. Мы воспитываем новорожденного ребенка с добрыми намерениями, но это еще не значит, что добрые намерения обязательно приведут нас к истине. Наши головы забиты моральными принципами, почерпнутыми из Шримад Бхагавадгиты, из Священного Корана, Священной Библии. Постоянное повторение чего-либо в конце концов начинает казаться истиной. Из века в век религии продолжают втолковывать свои истины.

Исан выбрал Киосана в качестве своего преемника. На это ушло сорок лет титанического труда, ведь Киосан был самым обычным человеком, и, что самое главное, он вовсе не собирался искать истину.

Представь себе ситуацию: человек никогда не задумывался о вечных истинах, а ты каждый день стучишься в его дверь...

Посмотрите на свидетелей Иеговы! Им не важно, желаешь ты их слушать или нет: ты обязан слушать, ты обязан исповедоваться. Сегодня Римский Папа-поляк заявил о новом грехе... Он изобрел новый грех - все старые грешники, должно быть, перевернулись в своем гробу: они упустили такую возможность - он заявил, что грешно общаться с Богом напрямую. Нужно выбрать правильный путь: иди к церковнику, покайся ему, искупи свои грехи подаянием, и тогда он позаботится о тебе. В Судный день, когда Господь поднимет всех из могил, этот церковник станет твоим заступником: "Это благоверный человек, за искупление своих грехов он заплатил Тебе пять долларов".

У Бога будет немало проблем, особенно в Индии. Большинство индийцев поклоняются огню и сжигают мертвые тела. Когда Бог вскроет индийские могилы, Он просто испугается: там будут одни скелеты и никаких паспортов! Меня всегда интересовало, как это будет выглядеть: человек будет немного похож на свою фотографию в паспорте, только без кожи.

Не могу представить, чтобы Бог разобрался со всеми проблемами в течение одного дня. За миллионы лет на этой планете жили триллионы людей. Кто-то подсчитал, что каждый из нас сидит на десяти человеческих скелетах. Не бойся, это были очень хорошие люди! И не забывай, что Судный день касается не только мужчин. Там будут и женщины. Они будут болтать без умолку: "Какие новости? Ой, и кто это там только что прибыл?.."

Не думаю, что Бог справится с подобной задачей; наверное, по этой причине Иисус и говорит: "Скоро наступит Судный день, и это произойдет в твоей жизни". Но этого до сих пор так и не случилось, хотя прошло уже две тысячи лет. Убежден, что Судный день никогда не наступит, ибо сама задача невыполнима.

В Судный день начнется гигантская бескровная драка между скелетами; ведь каждый мужчина за сотни своих жизней был мужем для сотен женщин, а каждая женщина была женой сотням мужчин в своих прошлых жизнях. Начнется страшная давка. Кто-то дернет тебя за ногу: "Куда прешь?" В мире начнется такой хаос, что я с уверенностью могу сказать: приход Судного дня отложен навсегда.

Выбрать Киосана своим преемником и ждать сорок лет - какое терпение! - все равно что стараться превращать камень в бриллиант. Но Исан твердо решил доказать человечеству: если Киосан, простой, заурядный человек, не имеющий ни образования, ни ученой степени, ни таланта, ни дарования, сможет стать просветленным, то это послужит убедительным примером для каждого из нас.

Чтобы доказать свою правоту, он выбрал Киосана и стал работать над ним в поте лица. В день, когда Киосан обрел просветление, в день, когда Исан передал свое просветление своему ученику и два пламени слились в одно, Исан покинул мир материи, мир тела и ума.

Киосан стал излучать свет. Он обрел не одно, а сразу два просветления. Учитель передал ему еще более богатые ощущения, еще более глубокие пространства, еще более чистое небо.

Маленькая библиографическая заметка:

Когда Киосану исполнилось пятнадцать лет, он захотел стать монахом, но этому воспротивились его родители. Спустя два года он отрезал себе два пальца на левой руке и пришел к родителям с мольбой разрешить ему заниматься духовными практиками, и они в конце концов согласились.

Они были вынуждены согласиться. Если сын смог отрезать себе два пальца, то сможет отрезать и всю руку, и тогда вся ответственность ляжет на них.



Киосан учился у нескольких мастеров, но остановил свой выбор на Исане, с которым провел многие годы. Позднее он обосновался в Маунт Кио, где создал свою школу.

В дзэн биография не играет большой роли. Важно лишь зафиксировать то, что человек стал вечным пламенем, что он раскрыл свой природный потенциал, что его синий лотос расцвел. Разве важно знать дату его рождения или то, кем были его родители? Это не имеет никакого значения. Вот почему история Востока совсем не похожа на историю Запада.

Западная библиография основывается на фактах, она фиксирует все, что происходило с человеком от рождения до самой смерти.

Восточная библиография не интересуется объективными фактами биографии, ей интересен только духовный рост данного человека. Именно он определяет этапы индивидуального развития человека.

Чтобы убедиться в этом, нужно отправиться в какой-нибудь джайнский монастырь. Только не упоминай там мое имя! Ты обнаружишь там двадцать четыре статуи джайнских мастеров. Ты будешь озадачен: статуи одинаковые, и определить, кто есть кто, просто невозможно.

Я стараюсь объяснить, что на самом деле не важно, кто есть кто. Эти статуи не передают никаких физиологических особенностей; они отражают духовное безмолвие, красоту, душевный покой. Присядь среди этих статуй и будешь потрясен, ошеломлен - конечно, если только ты не джайн, ибо джайн полон предубеждений.

Почему все эти статуи так похожи друг на друга? Потому, что внутренние ощущения одинаковы у всех - у Адинаты, у Махавиры или Гаутамы Будды, не важно, о ком конкретно идет речь. Ты будешь охвачен внутренним пламенем, благоуханием и тишиной. Просто посиди в тишине, понаблюдай за происходящим. Не торопись.

Вот почему нам не известны имена многих просветленных людей, не известны даты их рождения; мы не знаем о том, когда к ним пришло просветление. Нам известно лишь, что внутри человека произошел взрыв, настоящий взрыв света. Для нашей истории мы отобрали только таких людей. Мы убрали все физические данные из восточной библиографии.

Но мы помнили, мы продолжаем помнить... и, если сесть напротив статуи Будды перед входом, просто посидеть в тишине, то впервые в жизни ты испытаешь удивительное состояние релаксации, покоя и расслабленности. Форма статуй создает в монастыре определенное поле, определенную энергетику.

Это открытие было сделано в начале XX века, когда бушевали страсти вокруг египетских пирамид. Пирамиды герметично закрыты, к ним нет доступа. Но, когда первая пирамида была открыта, все ощутили какую-то странную внутреннюю тишину, удивительное благоухание.

Но больше всего ученых удивил обнаруженный внутри пирамиды кот, умерший, должно быть, тысячи лет назад, но не имевший и следа разложения. Создавалось впечатление, что кот издох только что. В это было трудно поверить, ведь ступе было три тысячи лет, и никто никогда ее не открывал.

Скорее всего кот проник внутрь, когда закрывали последнюю дверь. Конечно, он не смог выбраться наружу и был обречен. Он умер три тысячи лет назад, но его тело не разложилось.

Ученые задумались: возможно, сама форма пирамиды создает определенную энергетику, в которой ничто не разлагается. Смерть наступила от голода, от обезвоживания организма, но внутри пирамиды кот сохранился как живой.

Сейчас повсюду можно купить маленькие пирамидки. Посиди возле пирамиды один час, и почувствуешь изменения: ты уже никуда не торопишься, напряжение исчезло, ты спокоен. Пирамида оказала на тебя воздействие, но его механизм по-прежнему остается загадкой.

Буддисты тоже строили пирамиды: в Индии, в Бодхгайе, где Будда стал просветленным... в Санчи, где немало будд достигли просветления. Но, похоже, сегодня никто не интересуется тайной пирамид, всех привлекает их архитектура. Изучая только архитектуру, мы не сможем постичь загадку пирамид, не сможем разгадать, почему они возводились именно таким определенным образом.

В Индии, в Тибете, в Китае, в Японии, на Цейлоне, повсюду, где появлялся буддизм, строились пирамиды в ознаменование бессмертия человека; ты оставляешь позади только тело и ум, у тебя расправляются крылья сознания. Впервые открываются ставни, и все голубое небо становится твоей империей.

Киосан учился у многих мастеров, но они не были истинными мастерами... и ему просто не хотелось становиться учеником. Но как только он увидел Исана, он почувствовал дуновение свежего ветерка, его поразил новый аромат.

Они встретились на узкой тропе в горах. Киосан не мог устоять: от этого человека исходил аромат сандалового дерева... он излучал такой свет, с ним было удивительно легко.

Он повернулся и спросил Исана: "Вы возьмете меня в ученики?"

Исан посмотрел на него и сказал: "Я никогда никому не отказывал, это унизило бы достоинство человека, хотя я гляжу на тебя и осознаю, что работа впереди предстоит огромная. Но если ты готов отправиться со мной в долгое путешествие, то пусть свершится то, что должно свершиться".

У Исана была целая тысяча учеников-монахов, и все они с удивлением узнали, что, имея стольких учеников, мастер взял к себе еще и необразованного крестьянина, который даже не слышал названий буддийских сутр. "Почему он им заинтересовался?" - спрашивали они друг друга. Все ученики были прекрасно обучены, они не расставались со своим учителем на протяжении многих лет, а тут вдруг "какой-то новичок, крестьянин".

Исан так объяснил свое решение: "Сегодня он еще не готов, он просто семя. Но завтра вы поймете, почему я взял его к себе. Я хочу решить сразу две задачи. Если этот человек сможет стать буддой, тогда двери будут открыты для любого".

И он пообещал, что не покинет свое тело до тех пор, пока Киосан не докажет всей школе, что мастер не ошибся.

Сутра:


Дорогой наш учитель,

Однажды, будучи еще учеником Исана, Киосан спросил у своего учителя: "Где живет настоящий будда?"

Исан ответил: "Освободив свой ум от мыслей, созерцай бесконечное великолепие духа. Созерцай его до тех пор, пока не вернешься к истокам своей сущности, истокам вечной природы и не осознаешь принцип ее неделимости. Это и есть настоящий будда".

Услышав это, Киосан обрел просветление.

Это очень странный эпизод.

Западное образование весьма ограничено и однобоко. Так что, услышав эти слова, ты скорее всего просто рассмеешься. Ты дословно воспримешь сказанное, но между Исаном и Киосаном произошло нечто совсем иное.

Однажды, будучи еще учеником Исана, Киосан спросил у своего учителя: "Где живет настоящий будда?"

Исан ответил: "Освободив свой ум от мыслей, - а свободный от мыслей, пустой ум и есть храм будды, - созерцай бесконечное великолепие духа. Созерцай его до тех пор, пока не вернешься к истокам своей сущности, истокам вечной природы и не осознаешь принцип ее неделимости. Это и есть настоящий будда".

Всегда стремись к единению с Космосом. Никакого разделения не должно быть, только неделимость, только единение. Созерцай, и в этом созерцании... ты не найдешь будду, ты обнаружишь, что ты "сам" - будда. И тогда уже не будет двоих, не будет разделения. Не будет тебя, смотрящего на будду.

Ты растворишься в тишине, исчезнешь в океаническом просторе сознания, в вечном спокойствии Вселенной.

Нет того, кто постигает, и нечего постигать, все просто существует.

Это "существование" и есть будда.

Услышав это, Киосан обрел просветление.

Современному уму в этом разобраться совсем непросто. Как можно обрести просветление, услышав несколько строк? Можно без устали перечитывать их, но просветления так не обретешь, ты просто сойдешь с ума.

Между мастером и учеником происходит незримый обмен энергиями. Ученик слушает мастера не просто потому, что у него есть уши. Ученик слушает учителя всем своим естеством, каждой своей клеткой; он слушает его не только ушами, но и глазами, когда смотрит на мастера; он также чувствует мастера, ощущает его вибрации.

Это целостное явление. Ученик забыл себя, не осталось ничего, кроме этих удивительных слов.

В то мгновение, когда ты забываешь себя и остается лишь одно осознание, ты возвращаешься домой. В просветлении нет ничего необычного, оно спрятано в тебе, в твоем невидимом великолепии. Все дело в том, что ты слишком занят своими повседневными проблемами, поэтому неудивительно, что ты забываешь многое, даже то, что очевидно.

Во время Первой мировой войны была введена карточная система, и для того, чтобы получить карточку, нужно было зарегистрироваться у ответственного работника. Томасу Алве Эдисону, известному всему миру изобретателю, которому мы обязаны всеми бытовыми удобствами и приборами - он изобрел тысячу разных предметов, - тоже приходилось стоять в очереди. Его очередь подходила все ближе и ближе; люди брали свои карточки и уходили. Наконец клерк крикнул: "Томас Алва Эдисон".

Эдисон огляделся вокруг и никого не увидел. Позади него была длинная очередь. Кто-то из очереди не выдержал: "Да вот же он, Эдисон, он стоит прямо перед вами".

Эдисон сказал: "Может, я и есть Эдисон, но за пятьдесят лет никто не называл меня по имени". Он был очень известен, в университете его называли просто "профессор", никто не обращался к нему по имени. Он был так сильно поглощен своими научными экспериментами, что ему некогда было встречаться и общаться с людьми. В толпе он был абсолютно одинок. Он совершенно забыл свое имя: пятьдесят лет - немалый срок.

Если никто не будет обращаться к тебе по имени, ты тоже его забудешь, или подумаешь: "Где-то я слышал это имя, очень давно, словно далекое эхо... но я не уверен, что это я. Нужно найти свидетелей".

Если твое имя не называют из любви и уважения к тебе, не будешь же ты сам обращаться к себе по имени. Эдисон не слышал своего имени пятьдесят лет, а имя - всего лишь условное обозначение, и, естественно, он забыл его.

Но ты забыл нечто большее, ты забыл свою природную сущность. Эдисон потерял немного, всего лишь этикетку. Твоя же утрата намного весомее, намного значительнее. Ты жил на протяжении веков, но сам себя не знаешь.

Взрыв просветления означает следующее: неожиданно ты осознал свою бессмертную душу.



Позднее, когда Киосан сам стал мастером, Исан прислал ему в подарок зеркало. Киосан вошел в зал, где его ожидали монахи. Он указал на зеркало и спросил собравшихся: "Скажите, кому принадлежит это зеркало, Исану или Киосану? Если кто-нибудь из вас даст правильный ответ, я не стану разбивать его".

Здесь мы видим, что для дзэн чрезвычайно важны кажущиеся на первый взгляд обычные и даже глупые вопросы, которые на самом деле оказываются очень тонкими и невероятно сложными.

Прежде всего, необходимо понимать, что, посылая в подарок зеркало Киосану, ставшему мастером и открывшему новый монастырь, посылая зеркало в подарок, Исан предостерегал своего ученика: "Не забывай. Мой подарок будет напоминать тебе: что бы зеркало ни отражало, ты не являешься его отражением. Лишь тот становится буддой, кто наблюдает свое отражение в зеркале, не отождествляя себя с ним".

Киосан поднялся до этих высот. Он сказал монахам:



"Скажите, кому принадлежит это зеркало, Исану или Киосану? Если кто-нибудь из вас даст правильный, ответ, я не стану разбивать его".

Ответа не последовало, и Киосану пришлось разбить зеркало.

Только просветленный человек смог бы дать правильный ответ на заданный вопрос. Он отреагировал бы мгновенно - существуют тысячи вариантов ответов, - но оставаясь молчаливым, немым, ты просто проявляешь свое невежество, свою неосознанность. А Киосан разбил зеркало, чтобы положить начало тому, что будет происходить в монастыре.

Если бы среди учеников нашелся хоть один просветленный, он знал бы, что ответить. Он подошел бы к Киосану, дал ему пощечину и забрал зеркало себе, обратившись к монахам со словами: "Зеркало теперь мое! Незачем разбивать его".

Или что-то в этом роде.

Зеркало никому не принадлежит. Разве так нужно поступать с подарком учителя в самый первый день, на церемонии открытия монастыря... нехорошо разбивать зеркало. Не нашлось того, кто наградил бы оплеухой Киосана; это спасло бы зеркало! Но никто из учеников еще не достиг просветления.

Ты еще узнаешь немало подобных случаев, и, когда будешь слышать о них, попробуй представить себя в подобной ситуации; закрой глаза и мысленно перенесись в монастырь Киосана: что бы сделал ты?

Этот случай напомнил мне одну историю:

В монастыре одного великого мастера дзэн было две группы учеников. У этого мастера жил чудесный кот. Все любили кота и говорили:

"Мастер, конечно же, не может обладать чем-нибудь; этот кот принадлежит нам, правому крылу" или "кот принадлежит нам, левому крылу".

Споры вокруг кота накалились так сильно, что однажды мастеру пришлось собрать вместе обе группы. Он показал всем кота и меч и произнес: "Все видят кота и меч? Тот, кто найдет выход из создавшейся ситуации, спасет коту жизнь и получит его себе. Если же выход не будет найден, то для того, чтобы положить конец этим жарким спорам и дракам, мне придется разрубить кота пополам и отдать одну половину правому крылу, а другую - левому".

Монахов прошиб холодный пот: как же найти выход?

Увидев, что все молчат, мастер разрубил кота пополам и отдал каждой группе по окровавленной половинке.

В этот момент вошел Ли-цзы, будущий преемник мастера, только что вернувшийся с базара. Он подошел, отвесил мастеру пощечину и сказал: "Старый болван! Ты зря убил прекрасное животное".

Мастер рассмеялся и ответил: "Ты спас бы жизнь коту, Ли-цзы, если бы был здесь".

Дзэн имеет своеобразный язык.

Прежде всего, он требует смелости, естественности, ясности сознания, и тогда, исходя из этой ясности, что бы ты ни делал, все будет правильно.

Исса писал:

Слива цветет:
моя весна -
это экстаз.

Просто визуализируй...



Слива цветет:
моя весна -
это экстаз.

Если смотреть на все без вмешательства ума, то розы станут для тебя экстазом; ты придешь в экстаз от гор, придешь в экстаз даже от дерева, лишенного листвы.

Экстаз - это полнейшая тишина, наблюдение, осознание невероятной красоты окружающего мира. Такая красота пьянит. Ощущая ее, ты позабудешь о мелочном, пустячном. Твоя жизнь станет райской.

Маниша спросила:



Наш любимый Учитель,

Должны ли мы от природы быть наблюдателями? Правда ли, что мы живем в состоянии амнезии, забыв о том, что тело и ум даны нам только во временное пользование и что просветление - это лишь возвращение утраченной памяти?

Да, Маниша. Ты сама же ответила на свой вопрос.

Но она продолжает писать:

P.S. Почему ты называешь меня "бедная" Маниша?

Нискрия, крепкая голова, а ну-ка стукни хорошенько бедную Манишу.



(Нискрия бьет слегка Манишу по лбу своим посохом дзэн.)

Я называю тебя "бедная Маниша" потому, что существует бедность внешнего мира и бедность мира внутреннего. Я против материальной бедности, но ничего не имею против бедности духовной.

Бедность внутреннего мира означает отсутствие эго, гордыни, высокомерия и полную смиренность, как будто тебя вообще не существует. То, что вначале было "как будто", постепенно становится явью. Нет нужды говорить "как будто".

Когда я обращаюсь к тебе, Маниша, со словами "бедная Маниша", я пытаюсь пробудить в тебе безмолвие, тишину, покой, мир, цветение, весну.

Именно поэтому Будда обычно называл своих санньясинов - в противовес всей традиции Индии - бхикшу, бедняками. Но они только кажутся бедняками. Чем беднее они внешне, тем богаче их внутренний мир.

Бедность смиренного человека, бедность бесхитростного человека, бедность медитативного, безмолвного человека - это на самом деле не бедность. Благодаря этой бедности ты обретаешь весь мир. Все синее небо становится меньше, чем ты.

А сейчас пришло время Сардара Гурудаяла Сингха.

Это случилось в тот роковой день на Голгофе. Иисус уже много часов провисел на кресте; и с каждой минутой он становился все слабее и слабее.

Вдруг он увидел внизу среди толпы зевак Мозеки, своего ученика-поляка.

- Мозеки, Мозеки, - тяжело дыша, сказал Иисус поляку, - подойди поближе, у меня есть послание для тебя и твоего народа.

Мозеки подбежал к кресту и подставил ухо поближе к Иисусу:

- Да, Господи, что ты хочешь сказать нам, полякам?

- Для моих польских учеников настали опасные времена, - прошептал Иисус, - поэтому притворяйтесь немыми, пока я не вернусь!

Маленький Эрни вошел в спальню родителей и увидел, как его отец, надевает презерватив.

- Эй, папа, что ты делаешь?

- Мм... ээ... Собираюсь охотиться на кроликов, - краснеет смущенный отец.

- Да? - удивляется маленький Эрни. - А что ты будешь делать, когда поймаешь их, папа? Трахать?

Маленький Эрни и маленькая Сэлли обсуждают, что большие мальчики и девочки делают в темноте, когда остаются наедине.

- Как ты думаешь, что они делают? - спрашивает Сэлли.

- Не знаю точно, - отвечает Эрни. - Но это можно узнать, у меня есть план. Сегодня вечером, когда моя сестра Сьюзи приведет своего дружка Герберта в гостиную, я спрячусь за гардинами и все подсмотрю.

- Класс! - воскликнула Сэлли. - Расскажешь мне завтра, как все было.

На следующее утро дети встречаются вновь.

- Сэлли! Ты не поверишь, что произошло вчера вечером, - возбужденно начал Эрни. - Я играл за диваном, когда сестра Сьюзи и Герберт приехали домой. Они сели на диван, не зная, что я спрятался за ним.

Они немного поболтали, потом Герберт выключил почти все светильники. Наверное, Сьюзи замерзла, потому что он обнял ее и стал горячо дышать ей на шею.

Я думаю, Сьюзи заболела, у нее было такое странное выражение лица. Наверное, он подумал о том же, потому что он просунул руку ей под блузку, чтобы послушать сердце, ну точно как врач. Правда, он не такой опытный, как врач, у него никак не получалось нащупать его!

Мне показалось, что Герберту тоже стало плохо. Вскоре они оба стали тяжело дышать, ну просто задыхались. Наверное, его другая рука сильно замерзла, потому что он засунул ее ей под юбку.

В это время Сьюзи стало совсем плохо, она начала стонать и охать. Она стала сползать к краю дивана.

Потом началась настоящая лихорадка! Это точно, потому что Сьюзи сказала Герберту, что она сильно разгорячилась.

Наконец я обнаружил, отчего им было так плохо. Из трусов Герберта вынырнула огромная змея и замерла на месте, она была целых десять дюймов в длину! Просто невероятно! Сьюзи сильно испугалась. Ее глаза расширились, она открыла рот и начала причитать: "О Боже!" и всякое такое. Она сказала, что большего размера в жизни не видела!

Потом Сьюзи осмелела и хотела убить змею, пытаясь отгрызть ей голову! Боюсь, что змея тоже укусила Сьюзи, потому что сестра неожиданно вскрикнула и отпустила ее. Затем она схватила ее обеими руками и крепко сжала, пока Герберт доставал из кармана резиновый намордник и надевал его на голову змеи, чтобы она больше не кусалась.

Затем Сьюзи и Герберт рухнули на диван и попробовали раздавить змею между собой. Но змея оказывала отчаянное сопротивление. Они оба стали стонать и визжать и даже чуть не опрокинули диван! После долгой борьбы они наконец замерли и перевели дух.

Когда Герберт встал, я увидел, что змея мертва. Она ослабела и просто свисала.

Знаешь, Сэлли, они - самые смелые люди на свете.

- Почему? - не поняла Сэлли.

- Потому что, когда Герберт уходил, они со Сьюзи решили повторить то же самое на следующей неделе!

Ниведано...





Ниведано...



Погрузись в тишину. Закрой глаза. Почувствуй, как замерло твое тело. А теперь обрати свой взгляд вовнутрь с полным осознанием, немедля, будто это самое последнее мгновение в твоей жизни, проникни в самый центр своего естества.

Твой центр - это также и центр Вселенной. Мы все соединены с центром. Мы отличаемся друг от друга только внешне.

Глубже и глубже.

Это твой истинный источник жизни. Погрузись в него, он освежит, омолодит тебя. Он освободит тебя от всей той чепухи, которой общество напичкало твой ум.

В этот момент ты становишься буддой. Просто наблюдай, ничего не делай... это то же самое зеркало, что Исан прислал Киосану в качестве подарка. Зеркало лишь отражает.

Чтобы было понятнее,

Ниведано...



Расслабься и осознай, что тело существует отдельно от тебя, ум существует отдельно от тебя. Ты наблюдаешь, ты весь - наблюдение. "Наблюдение" на санскрите передается словом будда.

Ты - один из немногих благословенных на Земле, ступивших на древнюю золотую тропу, ведущую к вечности, бессмертию. Постепенно ты растворяешься, а Аудитория Гаутамы Будды превращается в чистое озеро сознания: все становятся единым буддой.

Ощущаешь ли ты перемены в своем внутреннем состоянии?

Не наступила ли весна?

Не сыплются ли на тебя цветы радости?

Разве это не самое счастливое время?

Ведь ты вернулся домой...

Быть буддой просто означает вернуться домой.

Скоро Ниведано начнет будить тебя. Перед тем как он даст барабанную дробь, постарайся испытать как можно больше ощущений. Возьми с собой на поверхность все эти цветы.

В поиске истины главное заключается в том, чтобы привнести будду в свою повседневную жизнь: в свои действия, в жесты, в слова, в молчание.

Ниведано...



Возвращайся, но помни, что ты возвращаешься с достоинством будды, со спокойствием и радостью будды.

Посиди немного, чтобы все вспомнить, вспомнить, где ты был, вспомнить золотую тропу, по которой ступал.

Ты вернулся назад по той же тропе.

Нужно проделывать этот путь многократно: уходить и приходить, уходить и приходить, и постепенно уход станет таким гармоничным, что не нужно будет возвращаться, можно оставаться буддой и здесь, в обычном мире.

Я против любого отречения. Моя философия состоит в том, чтобы жить в нашем прекрасном мире с достоинством, с любовью и блаженством.

Это удивительная возможность для расцвета твоей души. Не упусти ее.

У тебя есть великолепная возможность обрести счастье. Не упусти его.

Все в порядке, Маниша?

Да, любимый Учитель.

  1   2   3

  • Удивительные слова
  • Маленькая библиографическая заметка