Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Как траур?




страница1/18
Дата27.06.2017
Размер2.81 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
Пришвин М.М. Дневники. 1950-1951 Подготовка текста Я.З. Гришиной, Л.А. Рязановой; коммент. Я.З. Гришиной. – СПб.: Росток, 2016. – 736 с. 1950 1 Января. Встречали Новый год с Реформатскими. Поздравляющих было меньше, чем раньше, и наверно не оттого, что меньше я стал в обществе, а от несомненного углубления морального кризиса. Федин прислал неожиданно яркое письмо с выражением надежды на полную перемену в хорошую сторону в моих литературных делах и утверждением моего таланта. «Ему совестно, – сказала Ляля, – носить звание лауреата» (и знать,что я нахожусь в положении гражданина 2-го разряда). Я позвонил ему по телефону и поблагодарил. «Лично пришел бы, – сказал я, – да у нас траур, не хочется идти». – Как траур И оказалось, что он и не знал о смерти Натальи Арк., хотя живет почти что на одной лестнице. И так подумаешь:почему бы ему нужно было писать сложное письмо, а не попросту забежать на минутку. Так что письмо это скорее давит, чем поднимает. При встрече Нового года сделал полезное дело: прочитал«Москву-реку» и понял, как его приспособить и к «Огоньку» и к «Мурзилке». Вообще по средней линии резких чувств, мне думается, что если не пригожусь весной и не умру, то дела должны пойти (мои личные) к лучшему. Прислали новогодний номер «Литературной газеты» с отрывком из моего романа «Великий друг». Этот поэтический отрывок содержит все мое миросозерцание и обнимает «друга» так, что ни перед кем не стыдно мне. 5 Вот это самое главное тронуло меня, все же остальное, вроде продвижения романа, в сравнении с этим, пустяки. Так что подарок к Новому году я получил прекрасный. Лева приходил с Галиной поздравлять, и потом Вера Пав. с детьми. Все было очень хорошо, и так бы весь год! 2 Января. Мороз, и с утра ясно. Понимаю все так, что Ляле духовно помочь можно только своей верой в свое дело, чтобы она могла удовлетворять себя служением. Были в редакции «Молодой колхозник», сдавал я вариант рассказа «Москва-река». Возникло знакомство с «Молодым колхозником». Вечером был у меня редактор и беседовал со мной несколько часов. Он уверял меня в таком безмерном почитании меня колхозниками, что я несколько усомнился в прочности его связи с партийными единомышленниками. Или, может быть, так вообще движутся коммунисты: в сторону бюрократического одеревенения и в сторону «природы» (как я двигался сам). У меня не хватает наблюдений в области индустриальных рабочих (как движутся «стахановцы»). 3 Января. Ступникер предложил издать огоньковскую книжку и хочет приехать вместе с Полевым. Нет сомнения,что «Великий друг» их подогрел и, возможно, они хотят печатать роман в «Огоньке». Так хорошо начался Новый год. 4 Января. 4-й яблочный день. Именины Тани. -25°. Вчера Удинцев сказал известную вещь (христианство вмещает в себя и аскетическое понимание пола и брачное), а я обратил на это внимание, и очень известное во мне заговорило по-новому. Ляля на это ответила, что аскетизм нам не является противоположностью. Приехал Абрамыч, взял 300 за дрова 200 в долг. На даче все благополучно. 5 Января. Около –30. В деревне снег почти по колено. 6 Дуняша . Если б с ее стороны пришлось на меня на один грамм больше смелости – я бы пропал или был другим человеком. И то же, если бы в Париже чуть-чуть с моей стороны – я бы второй раз пропал. Там и тут невидимый покровитель произнес: «Нет, нельзя!» И это отрицание соблазна дало России хорошего писателя. Сегодня Важдаев передавал, что Кожевников интересуется моим романом для «Знамени». На это Ляля ответила,что все наделал отрывок, напечатанный в «Литературной газете». «Нет, – сказал Важдаев, – скорей всего, это Фадеев сказал». И так с 1-го числа каждый день что-нибудь новое в этом роде, и такое приятное, что и беспокоит: начнешь этим питаться, а потом – хлоп! и язык высунешь. Но я думаю, лучше пусть будет приятное, постепенно привыкнется и вообще довольно уже и хватит привычки к неприятному, пусть напечатают, а там еще напишу и приятное продолжится. 6 Января. Морозы держатся около –30. Здоровье пока неважно, ничего не делаю, а как будто устал, в висках давит. Ляля Богу молится о матери и живет пока с ней. Надеюсь,что скоро вернется ко мне. Ляля устроила маленькую елку, позвала на нее старика Александра Ник., мы просидели спокойно и глухо вечер,и вышло Рождество, и я почувствовал над собой власть церкви. 7 Января. Возсия мирови свет разума. Стужа с ветром. Удалось удержать Лялю от ночного странствия в церковь, в давку. Она сказала, что только для меня не пошла, т. е., что ей надо быть здоровой для меня,а не для себя. Ну и слава Богу, что моя купеческая кровь(85 гемоглобину) способна и ей давать жизнь. Дуняша – горничная в Хрущеве, пыталась «соблазнить» Мишу Пришвина. 7 Бывает, собака-щенок, играя с куколкой, привязанной за ниточку, вдруг что-то заметит, может быть, даже разгадает секрет игры, и глазом, как будто освещенным настоящим светом разума, заглянет в глаза самому человеку и спросит глазом: «Так это ты» Поняв же причину – продолжает игру. 8 Января. Мороз -30. Звонил редактор «Звезды» о романе: что «когда прочтет Фадеев». Я спросил: «Почему Фадеев один за всех» На этом месте нас разъединили. А в общем при наличии своего читателя (народа) и в особенности при возможности издать двухтомник и тем самым написать новую вещь, не все ли равно мне самому, когда же именно Фадеев прочтет. Беру самое худшее, он прочтет и не одобрит – и то ничего. А читатель не избалован, он подождет. Есть в одной блестящей странице К. Леонтьева десять строк в защиту войны. Вот эти-то строки и открывают бездну между Леонтьевым и нами, потому что за последнее время война до конца скомпрометирована, и на месте морали войны встает иная мораль. А еще на днях я понял, что простой человек есть православный человек, долженствующий своими простыми средствами разрешить мировые проблемы. Одно дело дождаться вплотную вопроса и дать на него«добрый ответ» своей собственной жизнью, и другое дело принять обязательство веры и заявить себя верующим и может быть даже священником. Все верующие так и разделяются: одни ждут вопроса и готовят себя к доброму ответу, другим же – вопросы решены, и они действуют, как миссионеры. (У хлыстов это разделяется на Чающих и Обещающих.) А может быть, что «нельзя», то это и есть то самое «Нельзя», о чем слышишь с малолетства и все не веришь и думаешь – оно можно на самом деле, если только счастье будет, и сумеешь ловко взяться за дело (изловчиться). 9 Января. Скоро будет две недели, как началась зима(морозы). 8 Вчера Ляля хоронила участницу Лефа Лилю Лавинскую. Это были безбожные и безобразные похороны («Бесы» перед этими – мальчики). Безусловное разделение людей на верующих и безбожников, свойственное Ляле, начинает быть и мне понятным(раньше я принимал это не совсем всерьез, разделяя людей вообще на верующих сознательно или несознательно). Настя, нянька, прожившая у Лавинской 30 лет: их жизнь – одно страданье и беспорядок. Когда в русской интеллигенции умирает близкий человек, то перед лицом смерти в головах и сердцах является такой беспорядок, такая путаница мыслей и чувств, что простое отпевание является ощутимой реальностью (умерла Лиля Лавинская из кружка Маяковского (Леф)) и нянька Настя пришла к Ляле отпеть. А еще помнится, как я сам шел из больницы, ошеломленный вестью о смерти сестры, и на Орловской ул. в Ельце подошел ко мне о. Афанасий и, узнав о смерти, вдруг как-то схватился весь и взял все в свои руки. (А между тем в этом отношении хорошо на войне: там этот вопрос решен извне, тут – надо решать самому. Там общее решение и – братская могила, здесь – могилка своя единственная. При случае сопоставить.) 10 Января. Подходит 10-летие «отмороженной ноги»,и через десять лет опять мороз (-35). Начинаю думать, что Настя (няня) не зря отдала жизнь свою Лавинским, что маяк философии у трупа матери недаром горел... (мы, наверное, тут не все знаем!). А если там даром, то ведь и у меня тоже другим покажется даром... Нет,«что-то есть». Ни с одной женщиной о «женском» Ляля никогда не говорила (и особенно с матерью). Не могу вспомнить и себя,чтобы с каким-нибудь мужчиной говорил о «мужском»(особенно с сыновьями). Это – из психики целомудрия. Собираем, бывало, свои одежды и драгоценности, чтобы войти в Чертог избранных. А теперь с чем выходить Да 9 и самого чертога-то нет. Только представишь себе встречу в «Чертоге» – и не хочется думать о каких-то брачных одеждах. Оставь мир, и он будет служить тебе, как раб (Исаак Сириянин) – вот мысль, по которой, как по лесенке, можно добраться до неба. А каким утешением она может быть сейчас, когда ни во что обернуться нельзя: обернешься птицей – крылья свяжут, обернешься мышкой – норки забьют. Не только оставить мир, а только мысль одна войдет – и делается легче жить, и так думается, что, может быть,и с одной мыслью пока обойдемся, а там все переменится к лучшему и обойдешься и без отказа от мира. 11 Января. -40! Так подходит 10 лет со дня нашей встречи (16 янв. 1940 г.), когда померзли сады в России, и мы встретились, чтобы мороз на себе испытать: выращенный нами сад в этом году, вероятно, замерзнет. Мне бы ничего это, я бы, пожалуй, опять посадил, но плохо, что для Ляли большая гиря ляжет на весы «того света». Исток страданий таится в нашем «хочу» и, конечно, если я не хочу, тем самым я избегаю страданий. Мы думаем, однако, что в «хочу» (т. е. в «этом мире») содержится не только тень (страдания), но и свет. И оттого, устраняя свое«хочу», я тем самым погашаю и свет. Так, если бы разбилась земля, то с нею исчезли бы и тени ее, а свет без тени исключает всякую возможность жизни (художника). И так в отраде замысла отказа от мира содержится и отказ от самой жизни и нашего священного долга в отношении ее, и в нем таится еще и аскетизм в смысле того же эгоистического благополучия не здесь, а где-то «там». Другое дело, если смотреть относительно, напр., сохраняя друга, отказываться от богатства и славы, или, сохраняя Христа в себе, раздать богатство нищим. Вот почему вместо имени Христа лучше говорить «Ты» (Deus, Дева): потому что Христос тоже у людей раздвоился: тот, который здесь был и есть «прежде всех век», и тот, «Сидящий на 10 небесах одесную Отца!» Итак, друг мой, ради Тебя я-то и готовлюсь отказаться от этого мира. «Ты» в этом мире – это значит, что я должен для тебя что-то сделать. «Ты» в отношении я – это действие, это значит: я положу душу за друга. И еще это значит утверждение жизни здесь на земле. Даже если и нет Тебя здесь и через уход твой обозначился мир где-то там, то я-то здесь должен действовать в этом мире, чтобы заслужить когда-нибудь встречу с Тобой. Подогнать Гослитиздат. Найти «Бойцы» Мамина. 12 Января. Мороз упал до -15. Готовлю альбом фотографий Нат. Арк. для 16 янв. – десятилетия со дня нашей встречи. Ляля мучится своим былым отношением к матери, вспоминает, как один доктор сказал: – Если вы не хотите, чтобы ваша мать лежала года четыре в параличе, то если она будет черное называть белым, а белое черным – соглашайтесь с ней. Такое назначение живому человеку труднее, чем в сказке выстроить церковь в три дня и т. п. Но Ляля сделала все, что могла. Оставалось ей только со мной разойтись, но этого сделать она не могла. Вот почему теперь она и повторяет мне, что я единственный человек, перед которым она нив чем не виновата, и в то же время (вот это знаменательно!) единственный, кого она любила «для себя». (Олег – для Бога, Лебедев – для него, а Михаил – для себя, и последнее единственно реально.) Пробовал читать Мамина, и оказалось – до чего неумело он пишет, и как отлично теперь пишут у нас. Так что литература, как рост в широту, подобный распространению грамоты, сейчас у нас процветает, и так выходит за счет роста в глубину, в высоту. Возможно, что этот рост в широту есть что-то вроде вспашки поля плугом. Скучно пишет в «Правде» Симонов о китайцах, но между строк читаешь об ужасающей бедности китайской жизни. И так же, как тоскуя душой по настоящей литературе, 11 утешаешься тем, что пишут теперь все, так и при бедности китайцев утешаешься тем, что их много, и они за нас. И что, по Ленину, мы должны смотреть на жизнь глазами не личными, а глазами человека общественного... действия. 13 Января. Вчера был блистательный день при среднем морозе, и солнце заметно теплило щеку. Сегодня -18°. Я почти ничего не делаю и никуда не хожу. Готовлю Ляле ко дню рождения Нат. Арк. альбом снимков. Напишу под первым портретом: «Бог знает, где Вы теперь, дорогая Наталия Аркадьевна – где-нибудь в далеких мирах, или тут,в каждом дне возле нас Мы будем думать и вести себя, как будто Вы живете в нашем доме и всегда возле нас». Я сделал альбом и подарил его Ляле с надписью. Она сказала: – Не знаю, как могло случиться, что ты такой мне достался. Перед этим же был такой разговор: – Ты, Ляля, всех любила настоящей любовью, и маму, но не для себя. А меня одного любила для себя. Почему же теперь ты чувствуешь себя перед всеми, кого любила настоящей любовью, виноватой, а передо мной одним, кого ты для себя любила, только перед одним-единственным ты чувствуешь себя невиноватой – Ты ошибаешься в одном, – ответила она, – я тебя любила и для себя и той, настоящей любовью. Ничего я не сказал на это, только подумал: а если и так,то это еще более непонятно: выходит так, что любовь для себя спасла от упрека совести. А впрочем... настоящая-то любовь может быть и есть любовь для себя, но только наверно много надо любить не для себя и страдать, чтобы вышло сколько-нибудь счастья пожить для себя. Перед обедом ездили на кладбище (перед днем рождения). Повесть моя зарастает, и я думаю: не больше ли всякой повести эти записи о жизни, как я их веду Вчера были гости – молодой инженер из «детей бедного графа». Он поклонник моих писаний и в то же время раздраженный против политики, уничтожающей индивидуальное 12 творчество. Я почувствовал в этом раздражении какую-то повторенность, что-то напоминающее спор одного обиженного с громкоговорителем. – Напрасно вы раздражаетесь, – сказал я, – сейчас время пахоты литературного поля: плуг работает, а вы скучаете по спелому хлебу. Сейчас в нашей варварской стране все взялись за грамоту. Что же вы – против грамоты 14 Января. Несильный мороз, но ветер и облачно. Магницкому я так сказал: – Каждый мужчина должен быть в какой-то степени создателем чего-нибудь нового,в этом творчестве есть его радость жизни. Врач поэтому должен начать свое исследование пациента с этого: что мешает и что способствует творчеству такого-то лица, его пациента. «Такое лицо, – ответил М., – надо направить в комиссию по учету трудоспособности». – «Но там, – сказал я, – именно и не должны смотреть на него, как на личность, а как на среднеарифметическое трудящихся в данной профессии. Врач должен, напротив, смотреть на своего пациента, как на единственное в мире, неповторимое и незаменимое существо. И вот, как только я ввел в систему общественного внимания к трудящемуся внимание к личности, так сразу М. понял меня. Так и вся система Маркса-Ленина стала бы каждому святым делом, если бы в нее ввести личность. Вот это я и делаю в своих писаниях, из-за этого не стареет моя литература, из-за этого все растет и растет мой читатель, и за это, плохо понимая, в чем дело, косится на меня враждебная сила бесчеловечной механизации. Так что, дорогие друзья, не обижайтесь на государственную систему и не пыхайте злобой на большевиков, а попытайтесь утвердиться в этой системе лично и способствовать утверждению в ней других личностей. Это и будет ваше положительное дело, и его вам хватит на жизнь. 15 Января. Не так холодно, и перелетает снежок. Вчера ходил в ЦК Комсомола получать Почетную грамоту. Наговорил столько лишнего, что после на улице стонал. И все – от чудовищного одиночества. Сгоряча вызвонил Михайлова и сговорился о разговоре в понедельник 13 вечером. Вручу ему роман и наговорю строго по своей программе (скажу и про пахоту). В свидетели возьму Лялю. «Мурзилка» делает возражение относительно рассказа «Москва-река»: рассказ вне советского времени. Это замечание в связи с тем, что сказала Карасева (запомнилось!), показывает, что хозяева нашей свободы сжимают кольцо своего окружения. Приходится и себе сжаться, и, главное, уточнить себе самому позиции. Позиция хозяев: война ради мира. Позиция художника: мир сам по себе, и жизнь как благо. Хозяин: поле будущего мира надо вспахать, а ты приходишь с серпом снимать урожай. Погляди вокруг себя: везде пашут в поте лица, а ты Что я могу на это сказать Я могу только указать на сделанное и спросить вас: почему при вашей уверенности в будущее счастье каждый отдельный человек тратит себя в безнадежности и почему при моей вере в мир, как благо и утверждение жизни, все мои читатели получают облегчение и тоже радуются жизни, как и я Встретил Кононова, разговорился, он все осветил так, что в ЦК сохраняются принципы коммунизма и потому такому именитому, как я, при всяких случаях надо искать защиты в ЦК. В этом отношении люди, занятые своей перестраховкой («как бы чего не вышло») будут перестраховываться в другую сторону. Кононов тоже говорил, что свобода, как принцип деятельности художника, хранится в ЦК в девственном состоянии: значит, за ней и надо обращаться в ЦК. (Между тем, обыватель сердце свое обращает на громкоговоритель.) Встретил Халтурина и понял, что зажим принимает чудовищные формы. Напрасно я допрашивал его, чем это пахнет и откуда, на все это он отвечал: – И более чуткие сейчас чутье свое потеряли. Готовимся к Михайлову на завтра: Благодарность за книгу (благодаря ей написал роман). Характеристика романа. Дело не в слове, даже не в деньгах: деньги можно просто сделать: 2-е издание. 14 16 Января. Вернулось тепло на -5°, но яблонки наши едва ли оживут после тех морозов с ветром. После отказов в трех журналах («Огонек», «Мурзилка», «Молодой колхозник») чувствую кризис и по себе. Вероятно, самое важное дело сейчас устроиться с изданием книг в Гос. изд-ве, чтобы иметь возможность переждать разрешение кризиса. Если бы можно было общение без вредного влияния на себя, то хорошо бы теперь везде побывать. Но... У Михайлова: 1) Книга. Н. А. Михайлову: Искренняя благодарность автора за существенную помощь. По правде говоря, в мои годы – 77 лет – доживете! Я по закону должен быть обеспеченным. 17 Января. Мороз вскочил на -22°. Анализ необходимости одиночества для получения впечатлений от природы в моем творчестве. Мать каждого человека известна, но кто был отец – определенно не скажешь. И если Шаляпин из Казани, то нельзя уверенно сказать, что он казанский: мать – да, а по отцу он может быть не казанский, а рязанский. Люди без воображения. – Я могу обойтись без того света, – сказала Вера Павл. – А когда умерла ваша мама, разве не хотелось вам, чтобы на том свете жила ее душа – Вот именно, в душу я не верю. – Так что ваша мама исчезла совсем и окончательно – Да, она умерла, но я живу, и мама всегда со мною, и я с ней советуюсь, как с живой, и ее слушаюсь. Так что Вера Павл. и Павел Семен, действительно есть пара в духовном смысле: люди без воображения. Психологический анализ моего героя без воображения необходим, потому что это и есть герой нашего времени: именно потому-то и пропадает сейчас наше искусство. Начинаем анализ: Свет и тень. Правда и ложь. Жизни бы не было нашей, если бы атмосфера земли не давала тени. И так точно, атмосфера лжи защищает нас от убийственной правды. I5 – Итак: Ложь и Тень. Тень – понятие более широкое, чем ложь, потому что тень – вне морали, а ложь в отношении морали имеет отрицание (необходимость моральной лжи заполняется придумкой «ложь во спасение»). Истина и свет. Свет, приземляясь, распадается на Свет и Тень. Истина, учеловечиваясь, распадается на Правду и Ложь. Необходимость лжи для жизни души человека в том же смысле, как атмосферной тени для физической жизни, удовлетворение искусством – так называется осуществленная мудрость. Мы воспитываемся искусством для жизни. Первая способность, первая ступень по лестнице мудрости есть воображение. Что же есть воображение Нет, тут не одно воображение. Нечто, стирающее охоту к воображению и подменяющее ее чем-то другим, скажем, деятельностью. Отец, сказочник Мануйло, а сын его сказку обращает в дело. Не одно воображение А что еще Историческое определение позиции правды против лжи (войн, религий и т. п.). Историческая борьба русской интеллигенции против искусства как системы лжи. 18 Января. Ночью доходило до -28. (Морозы крещенские.) (Провал Катаева, по-видимому, был в следующем. Первое от себя: писал детскую книгу, и для детей, может быть, она бы и сошла. Но друзья (Фадеев, еврейская партия) поддержали и пустили в «Новый мир». При разборе на Стал. премию опять поддержка Фадеева. После того, догадываюсь, другая партия (русская, панферовская) подсунула роман Хозяину . Тот не одобрил, и Бубеннов (от панферовской партии) разгромил Катаева в «Правде» в порядке Хозяин – так называя Сталина, слово «хозяин» в рукописи Пришвин пишет то с прописной, то со строчной буквы; зд. и далее в этом значении слово дается с прописной буквы. 16 послушания. Ясно теперь, что роман есть дело политическое и что соваться со своим романом – это значит делать политику. Так пусть читают роман мой по рукописи и говорят обо мне, как живом еще писателе. Но ни в каком случае не надо форсировать печатанье – раз. Второе, – понять свое поведение в молчаливом участии в пленуме.) 19 Января. Мороз -20 и ясно, хорошо; к морозу привыкли. Был у Ильенкова во исполнение вчерашнего обета и понял, что говоришь лишнее и этим мучаешься при наличии особой среды, похожей на воду: каждый камешек вода принимает как бы с улыбкой, и каждый в ней тонет. Волнует именно, что тонешь сам, а ей (среде-воде) хоть бы что! И так все-таки обет обетом. Ильенков сказал, что успех мало определяется талантом, а показом себя и связями. Панферов как графоман и кулак. Путь к Сталину в опыте «Тестя». Ильенков взялся читать «Новый свет». Слияние «Огонька» с «СССР на стройке». Вулкан Бубеннова. Положение Фадеева на пленуме. Дева-орлица, кормящая грудью, – образ церкви. 7 светильников с ангелами. Внизу везде стерегущие львы. 10-летн. девочка в метро (как рано начала!). К Михайлову все хода нет. В истории с Катаевым Фадеев выступает голяком и по голому месту его хлопнули. Как-то будет теперь, битый, выступать на пленуме. Ильенков сказал, что дело не в напечатании романа, а в том, прибавит ли он что-нибудь Пришвину. – Как же это узнать – Дайте я почитаю. – Я ему послал рукопись, но... Думаю, что решать можно только самому, но... как же самому-то себя видеть В этом и есть вся моя беда, что не могу утверждать сам, что у меня хорошо и посылать Сталину. За другого могу, за себя – невозможно. Остается милость Фадеева, но он занят чем-то другим. 17 20 Января. На дворе полегчало (-12). В 12 ½ вызывают нас к Михайлову. Сказать о романе: я, художник, сам себя сужу, но это не все: что люди обо мне скажут. Но как мне добраться до людей («общее дело»), на этом деле приязни). Вчера на кладбище Ляля зажгла огарок восковой свечи и укрыла между цветами на могиле от ветра. Огонек страшно боролся за жизнь свою, метался, крутился, исчезал, воскресал. И так зимой на снегу соединял душу живой дочери с умершей матерью. И я думал, что в этом трепетном огоньке в то время была душа человека, и эта душа нас видела и понимала. От изд-ва «Культура» приходили налаживать книгу о 4-х временах года, и мне быть шефом. Направил к Пелевину. В музыке ритм, в поведении такт, в повести сюжет, а в жизни порядок, и если жизнь глубокая и в Боге, то и сам Бог входит в нее как мера, как такт, и ритм, и порядок. (Написать: Лялин порядок и порядок ее матери – разные порядки...)
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18