Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Женщина с книгой




страница12/28
Дата21.07.2017
Размер3.43 Mb.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   28
Глава 13. Синь Ю Промозглым серым утром следующего дня резкий холод проникал на кухню, когда погонщики выходили, чтобы оседлать и нагрузить своих ослов. От серых боков животных исходил пар. Двор был полон топота копыт, фырканья и криков. Чан в своих свободных туфлях шаркал среди этой суеты. Он болтал с мужчинами и уговаривал их скоро вернуться, чтобы получить здесь горячий суп и новые рассказы. Ведь в Книге еще очень много рассказов. Глэдис заметила, что Чану нравится, когда много погонщиков кушают у них и вечером при керосиновом свете слушают рассказы из Библии. Но сам Чан пока не проявлял искреннего интереса к духовным ценностям Слова Божьего. Он был хорошим поваром и хорошим помощником, но еще не стал христианином. Ослов одного за другим вели к воротам двора, а затем караван двинулся через узкую улицу к городским воротам. Во дворе остался один молодой погонщик. Глэдис никогда раньше не видела этого мальчика. Казалось, он ждал ее прощального взгляда. Какие у него чудные и серьезные глаза! Какие, вероятно, глубокие мысли у этого мальчика! Не сказав ей ни слова, он пошел за мужчинами через ворота и, поникнув головой и опустив плечи, потащился за ними. Глядя на него, Глэдис подумала, что он еще совсем ребенок и слишком хрупок для тяжелых поездок с торговым караваном. Руководитель группы резко его окликнул. Мальчик быстро взял веревки одного осла и потащил строптивое животное вверх по горной тропе. Ему нельзя остановиться и поразмышлять об интересном рассказе, который вчера вечером рассказала в трактире женщина с Книгой. Он должен следить за самым упрямым ослом, чтобы тот не сбросил с себя корзины с товарами и шел побыстрее. И он, Синь Ю, самый младший из погонщиков, в следующем городе должен будет снять груз с ослов и нести на крытый рынок. Ему придется таскать тяжелые корзины с глиняной посудой, мисками и горшками, пока его руки, как свинцом налитые, уже ничего не смогут поднять. Тогда руководитель каравана прикрикнет на него: - Эй ты, лентяй, вялый болван, работай побыстрее, а то сегодня не получишь ужин, не заслужишь спальное место на ночь! Он опять с трудом соберет свои слабые силы и послушно потащит тяжелые корзины, пока... Пока не упадет и больше никогда не встанет. Тогда никто уже не даст ему есть, потому что у него нет ни отца, ни матери, ни родственников. Синь Ю происходил из бедной крестьянской семьи. Их участок пахотной земли находился на плоскогорье. Когда в горах шли плодородные дожди, вода текла мимо их полей, арендуемых у одного помещика, и не орошала их. Но бывало, что какое-нибудь дождевое облако проливало свою воду как раз на их пашни. Тогда все они ликовали и благодарили бога воды, который живет в горах над Желтой рекой. Так поступали и их предки. Но дождевая вода с гор почти никогда не касалась их пашни. Отец Синь Ю попросил помещика об отсрочке арендной платы. Тогда он смог бы купить орудия, чтобы вырыть каналы для воды. Дождевая вода текла бы по этим каналам и питала бы поля прекрасной влагой с неба. Солнце озаряло бы ростки, просо и пшеница дали бы обильный урожай. Они больше не голодали бы и вовремя смогли бы заплатить за аренду. Тогда они стали бы счастливыми. Помещик очень рассердился. Он немилосердно выругал крестьянина, повысил плату за аренду участка и приказал впредь платить вперед. Отец Синь Ю хочет вырыть каналы Ну и пусть роет руками. Их нищета стала еще беспросветное. Они не смогли внести арендую плату, и помещик потребовал, чтобы ему отдали сестричек Синь Ю в рабыни. Крайняя нищета сгубила прилежную крестьянскую семью. Мать Синь Ю заболела. Пищи им уже не хватало, и тогда... случилось нечто ужасное. Его отец украл немножко проса из урожая своих полей, который лежал, приготовленный для помещика. Мешочек проса нужен был для того, чтобы сварить кашу для больной матери и спасти детей от голодной смерти. Кто-то увидел это и донес помещику. Тот послал контролера, и отец признался в том, что взял немного проса. Бедного, закованного в кандалы крестьянина увели в тюрьму. Суд помещиков приговорил его к восьми годам лишения свободы. С поникшей головой и закованными руками он ушел, бросив последний взгляд на детей, и на больную жену. Они ничего не сказали друг другу. Что в такой беде можно сказать Мать Синь Ю тихо лежала и ждала смерти. Кушать было нечего. Иногда она пила воду, которую давал ей сын. Тогда она смотрела на него... так беспомощно... так грустно... Но однажды ее глаза уже не открылись. Соседи похоронили ее. Синь Ю и двух его братьев выгнали из дома. Они вынуждены были оставить все имущество в качестве выплаты за аренду участка. Мальчики ушли из дому с пустыми руками. Братьев Синь Ю взяли в услужение крестьяне побогаче, так что они по крайней мере уже не умирали с голоду. А он, Синь Ю, с горя ушел странствовать... Мальчик ни за что не хотел работать у жестокого помещика. Лучше ночью брать немного пищи из кормушки свиней и брести дальше... Куда Он не знал. Таким образом он долгие месяцы бродил по горам Шаньси, останавливаясь на ночлег в пещерах и берлогах. Один торговый караван нашел его, совершенно обессилевшего, Руководитель крикнул: на горной тропе. - Эй ты, бездельник, вставай и помоги мне с этим упрямым ослом! Твое вознаграждение - миска проса и теплое спальное место. Правильно ли он понял Миска проса и теплое место на ночь Дрожа от радости, он встал, схватил веревки упрямого осла и потащил животное, чтобы никто не догадался, что его тело трепетало от слабости, сердце сильно стучало, а дыхание прерывалось, когда он громкими криками подгонял ослов на крутой горной тропе. Надежда на суп и теплое спальное место дала ему силу совершить с мужчинами тяжелый поход по высоким горам, несмотря на страшную изможденность. Вот так Синь Ю стал погонщиком ослов. Каждый день он прилежно исполнял свои обязанности, хотя такой труд был для его молодого организма слишком тяжел. Но надо было выдержать. Куда же ему иначе Благодаря этому труду он ежедневно получал порцию еды и каждую ночь теплое спальное место в трактире. Но этот постоялый двор в Янчэне, у иностранки с Книгой, он никогда не забудет. Ее рассказ о беженцах, которые с Моисеем шли по пустыне и между расступившимися волнами моря... Слова женщины о том, что ее Бог более могучий, чем все мандарины Китая, взволновали его. Этот Бог настолько могуч, сказала она, что Он даже мог бы открыть Желтую реку. Если бы его отец и мать попросили этого Бога о помощи, его отец не попал бы в тюрьму, его мать не умерла бы от голода и его братиков и сестричек не забрали бы из их дома. Но они еще никогда не слышали об этом Боге. У них были свои китайские боги предков, но они не помогли им. - Эй ты, бездельник, вставай и помоги мне с этим упрямым ослом! Неделями Синь Ю с караваном скитался по Северному Китаю. Погонщики посещали самые высокогорные деревни вплоть до большой стены, старой Китайской стены, служащей границей с Монголией и Маньчжурией. Мужчины торгового каравана были единственными людьми, поддерживавшими связь между жителями этого одинокого горного пограничного края и остальной областью Шаньси. Они привозили глиняную посуду, пищу, одежду, хлопчатобумажные ткани и толстые ватные зимние пальто на север. А обратно в Шаньси и Хэнань они брали с собой меховые шкуры, тонкое рукоделие и вышитые изделия. Погонщики ослов также передавали в трактирах все новости с юга на север и с севера на юг. Они повсюду рассказывали о постоялом дворе в Янчэне и о женщине с Книгой, из которой она читает удивительные истории. Ранней весной 1937 года, когда караван ночевал в самых северных трактирах, погонщики услышали перешептывания озабоченных китайцев о больших сосредоточениях японских солдат у границы с Маньчжурией. Как им быть, если японская армия завоюет север Каждый китаец знает, что японские солдаты беспощадно жестокие. Если люди не сразу покорятся им, они будут наказывать и убивать. А куда им, бедным, невооруженным горцам, бежать На севере стоит большая стена, за ней живут монголы, которые им не друзья. На юге находится почти бесконечная суровая горная страна, одинокий край с маленькими, обнесенными стеной городками и деревнями, где не хватит ни места, ни пищи для новых жителей. Еще дальше, на юге, течет могучая Желтая река, которая является естественной границей между северными областями и густо населенным Средним Китаем. Вечером на канге при слабом свете керосиновых ламп люди взволнованно обсуждали тревожные новости. Все трепетали при мысли о японском вторжении, но на следующее утро приходилось забывать об угрозе и заниматься ежедневной работой. И мужчинам каравана, поддерживавшим торговые связи между севером и югом области Шаньси, просто не хватало времени размышлять о войне. Руководитель должен следить за тем, чтобы караван за день прошел как можно больший путь. Его задача - все время подгонять мужчин. Каждая ночевка в трактире стоила денег. Поэтому они часто проходили мимо деревенских трактиров, куда их громко зазывали зайти и переночевать. Тогда руководитель сердито кричал: - Эй... проходите дальше, в следующую деревню! И погонщики с трудом тащили уставших животных, жаждавших покоя и корма. Но если караваны порой и пропускали иной трактир, чтобы до захода солнца достичь следующего городка, то постоялый двор в Янчэне они посещали всегда. Силы Синь Ю во время этого похода на север совсем иссякли. Иногда мальчик едва не падал, он мог бы остаться, лежа на дороге. Но что тогда с ним будет Никто не поможет ему. Он должен выдержать... до Янчэна. Синь Ю изо дня в день тащился дальше. Руководитель грозил, что прогонит его, если он не будет сгружать и нагружать тяжелые корзины как можно быстрее. Что ему за дело до ленивого сорванца И Синь Ю трудился. Как бы плохо он себя ни чувствовал, он знал: ему надо выдержать до Янчэна, где есть Книга того Бога, Который спас Моисея и беженцев, проведя их через широкое море. Однажды, когда день клонялся к вечеру и сумерки опускались над двором, Чан зажег лампы у ворот и увидел на улице запоздалый ослиный караван. Животные беспокойно фыркали и кричали. Наступала ночь; они искали теплого приюта и корма. Чан пригласил погонщиков зайти. Услышав его голос, ослы сразу неудержимо устремились в ворота. Во дворе они плотно прижались к стене, опустили головы и стояли, закрыв глаза. Наконец-то дошли. Никакой погонщик уже не сможет погнать их дальше, они не сделают больше ни шагу. Руководитель громко дал команду разгружать ослов. Мужчины взялись за работу и поставили вьюки и корзины на землю. Фрэнсис, один из детей Глэдис, помогал кормить и поить животных. Один осел остался загруженным; не было погонщика, который бы снял с него корзины. Во дворе прозвучал яростный крик руководителя каравана: - Где этот ленивый сорванец Ответа не последовало. Мужчина снова крикнул: - Куда делась эта ленивая свинья Опять нет ответа. - Если он попадет в мои руки, я вобью его в землю! - гневался надсмотрщик. Вечером, когда мужчины, съев просяной суп, сидели у керосиновых ламп, и Глэдис начала рассказывать истории из Библии, вдруг вошел в кухню Чан. Он тащил за собой дрожащего мальчика. - Вот он! - торжествующе сказал Чан. Руководитель каравана вскочил. Глэдис едва успела предотвратить его сильный удар кулаком по голове мальчика. - Он лежал в хлеву,- сообщил Чан.- Я подумал, что он умер, но когда ударил его ногой, он пошевелился, хотя жизни в нем осталось немного. Он опустил мальчика на пол. Глэдис стала возле него на колени. - Кто ты - спросила она. На нее с истощенного лица смотрели два тусклых глаза. - Моисей,- шепнул он,- книга Моисея. - Он бредит,- сказала она.- Ру Мей, присмотри за ним, а мы будем продолжать рассказ из Библии. Ру Мей положила мальчика в угол кухни, дала ему попить и оставила его в покое до того момента, как Ай-Вэ-Те закончит рассказ. Они не видели, что мальчик в темном углу пытался слушать Слово Божье. Синь Ю добрался до постоялого двора Янчэна из последних сил. Почти угасший свет жизни еще слабо трепетал в нем. На следующее утро три человека склонились над неподвижным телом китайского мальчика, лежавшего на полу комнаты: Ай-Вэ-Те, повар Чан и руководитель каравана. Погонщик ослов, нахмурившись, молча смотрел на своего истощенного помощника. Мальчик едва подавал признаки жизни. Чан все время бормотал: - Ах... ах... ох... ох... Этими словами он хотел сказать, что миссионерская семья уже и так достаточно большая, какая им польза от больного мальчика Неужели и он должен здесь остаться Мама Глэдис стала на колени возле мальчика и пощупала у него пульс. Сердце еще слабо билось. - Он останется у нас, пока не поправится,сказала она руководителю,- в таком состоянии нельзя брать его с собой. - Если он завтра выздоровеет, прикажите ему быстро идти за мной, чтобы нагружать и разгружать ослов, такой ленивый сорванец,сердито распорядился мужчина. - Нет,- решительно возразила она.- Нет, он не оправится до завтра. Может быть, через несколько недель. Пройдет очень много времени, пока он восстановит силы. Мальчик неподвижно лежал на полу, в то время как погонщики с шумом выгоняли своих животных через ворота на улицу. Топот копыт откликнулся эхом по узкой улице и замер, когда ослы исчезли за городскими воротами. Синь Ю остался на миссионерском постоялом дворе, где мама Глэдис, вдова Ру Мей и Суалань заботливо выхаживали его. Миссионерский пункт в Янчэне стал приютом и для Синь Ю. У мальчика снова появился свой дом. И каждый вечер мама Глэдис рассказывала ему истории из Библии. Дети учили наизусть библейские стихи и на родном языке пели гимны, тексты которых благовестник мистер Лу получил из одного миссионерского пункта на юге. Господь благословил миссионерский труд в Янчэне. Его Слово добрым семенем упало во многие детские души и незаметно укоренялось в их сердцах, чтобы в свое время принести видимые плоды. Они все вместе были так счастливы! Когда Глэдис навещала узников в тюрьме и крестьян в горных деревнях, Ру Мей и Суалань заботились о маленьких детях. Чан обеспечивал пищей всех голодных детей, а мистер Лу трудился благовестником в Янчэне и в окрестностях. Маленький черенок миссии начал вырастать в видимое растение. Но область Шаньси велика. Здесь требовалось еще трудиться многие годы. В эти месяцы Глэдис исполняла свои миссионерские обязанности с особой радостью и ощущала, что свет благоволения Божия сиял в ее сердце и был с ней, куда бы она ни пошла. ...Ибо с тобою Господь, Бог твой, везде, куда ни пойдешь...
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   28