Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Историко-просветительское общество историческое обозрение 6 москва ипо 2005




страница7/13
Дата15.05.2017
Размер2.02 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   13

Н.Н. МЫШИНСКАЯ (МГУ)

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ИВАНА ГРОЗНОГО О ЗАДАЧАХ ГОСУДАРСТВА.

В XVI веке многое переменилось в жизни европейских народов. На континенте еще господствовал феодальный строй, тогда как в передовых западноевропейских странах стали зарождаться буржуазные отношения. Германия и Италия ещё не смогли преодолеть феодальную раздробленность, в то время как Франция и Англия уже превратились в абсолютистские централизованные монархии. На востоке же Европы возникла огромная держава — единое Российское государство.

Страны Восточной Европы достигли в XVI веке крупных экономических успехов, выразившихся в расцвете торговли и ремесел, в росте городских центров. В силу неблагоприятных исторических условий, среди которых немаловажную роль сыграло татарское нашествие, Русское государство несколько отставало в своем развитии от своих западных соседей. Губительные последствия иноземного ига давали о себе знать в течение длительного времени.

Политическое развитие России в XVI веке было отмечено противоречиями. Объединение русских земель в рамках одного государства не могло привести к немедленному исчезновению многочисленных пережитков феодальной раздробленности, которые опутывали русское общество. Между тем потребности политической централизации диктовали необходимость преобразования отживших институтов. Это время и сформировало сложную личность Ивана Грозного.

Едва ли в русской истории найдется другой исторический деятель, который получил бы столь противоречивую оценку у потомков. Одни считали его выдающимся военачальником, дипломатом и писателем, образцом государственной мудрости. В глазах других он был тираном, почти сумасшедшим.

Где истина? В чем заключались его государственные преобразования? Ответ на такие вопросы могут дать только исторические факты и сочинения самого Ивана Грозного.

Вторая половина XVI в. — важный этап в истории Русского государства. Поворот от боярского правления к реформам и последовавшая затем опричнина — таковы важнейшие вехи политического развития того времени. XVI век в истории России, равно как и в других государствах, был движением вперед, и проходило оно с кровью, войнами, насилием, угнетением. Однако в России эта общая закономерность приняла более жестокие и тяжелые формы.

Историография

Противоречивость личности Ивана Грозного и неоднозначность оценки его деятельности отмечены практически во всех посвященных ему трудах. Впрочем, еще современники царя подчеркивали многоликость его деяний. Так Андрей Курбский, рассказывая об «Истории о великом князе Московском», считает необходимым сначала похвалить «прежде доброго и нарочитого царя», и только затем подробно рассказать о его злодеяниях1. «Муж чудного рассуждения, в науке книжного поучения доволен и многоречив зело, ко ополчению дерзостен и за свое отечество стоятелен», — написано о нем в 20-е годы XVII века, и там же добавлено: «…на рабы своя, от бога данные ему, жестокосерд велми и на пролитие крови и на убиения дерзостен и неумолим. Множество народу от мала даже и до велика при царстве погуби…»2

Позднейшие оценки правления Ивана Грозного расходятся еще больше. Так, для В.Н. Татищева все, что написано о царе негативного — «плод пристрастия». Сам же он считает, что «сей государь к распространению своего государства, к приобретению славы и богатства великую ревность и прилежание имел»3. Н.М. Карамзин, в противоположность Татищеву, пишет о Грозном: «Жизнь тирана есть бедствие для человечества, но его история всегда полезна для государей и народов: вселять омерзение ко злу есть вселять любовь к добродетели…»4.

До середины XIX века при рассмотрении периода правления Ивана Грозного превалировала оценка личности царя. Появление нового подхода связано с именем историка С.М. Соловьева. «Долго Иоанн Грозный был загадочным лицом в нашей истории, — писал он, — долго его характер, его дела были предметом спора. Причина недоумений и споров заключалась в незрелости науки, в непривычке обращать внимание на связь, преемство явлений. Иоанн IV не был понят потому, что был отделен от отца, деда и прадедов своих», оттого и не видна была «борьба старого с новым»5. Целью же исторического процесса по Соловьеву было создание государства, могучей и обширной империи. Если Карамзин в своем труде опирался на произведения Курбского, то для Соловьева важнейшим источником стали послания самого Грозного Курбскому. Спор царя и Курбского истолкован как спор сторонников нового (начал «государственных») и старого (начал «родовых»).

Академик С.Ф. Платонов попытался развить концепцию Соловьева и наполнить её более конкретным содержанием, определяя опричнину как реформу, направленную якобы против бояр-княжат, потомков удельных и великих князей, которых Грозный выселял с их родовых земель. Исследовательская работа по изучению царствования Ивана Грозного продолжалась в советской науке до конца 30-х годов. Ощущавшееся сходство режима Сталина с режимом Ивана Грозного привело к резким изменениям в трактовке этой исторической темы. Официальная установка диктовала всему, что писали тогда о Грозном, апологетический характер6.

«Иоанн был, конечно, вполне подходящим человеком для решения тех великих задач, которые достались ему в наследие от предков, — по собиранию Русской земли под единою властью Московских государей … Русский народ, чуткий и отзывчивый, оценил, конечно, все тяжелые условия, в которых царствовал Иоанн… Казни эти совершались им только во имя блага всей земли — для искоренения крамолы, и если при этом гибли иногда невинные, то справедливо карались и виновные…»7

Удивительным на первый взгляд было сходство в отношении к Ивану Грозному между историками, считавшимися марксистами и принадлежавшими, казалось бы, к противоположному направлению исследователями. Р.Ю. Виппер занимал в предреволюционной исторической науке либеральную позицию, но после революции его взгляды претерпели кризис, и опубликованная в 1922 году книга «Иван Грозный» была апологетической: царь сопоставлялся с западными абсолютными монархами XVI века, а также всячески подчеркивалось, что в жестокости он их не превосходил.

В исследованиях советских историков 1930-1940-х годов истории России XVI века, преимущественное внимание уделялось политическим преобразованиям и правовой стороне феодальных отношений. В исторической науке постепенно прочно утвердилось представление о том, что по сравнению с государственным строем периода феодальной раздробленности централизованное монархическое государство было относительно прогрессивней, и его образование способствовало хозяйственному и культурному развитию страны, сохранению ее государственной независимости и успешному отпору внешним врагам. Это представление нашло отражение в книгах И.И. Смирнова и С.В. Бахрушина «Иван Грозный», хотя все они были посвящены не биографии первого русского царя, а истории России того периода в целом.

Все это привело к преувеличенной оценке исторической роли Ивана Грозного, оправданию его личных пороков и отрицательных явлений времени его правления, в частности опричнины.

После 1953 года апология прекратилась. Тогда и были опубликованы труды С.Б. Веселовского, не изданные при его жизни. Но едва ли можно говорить о создании какой-либо развернутой и последовательной характеристики эпохи Грозного. Чаще всего мы встречаемся с традиционными рассуждениями по принципу: с одной стороны, — царь, конечно, был жестоким тираном, погубил множество людей, но, с другой стороны, при нем были присоединены Казань, Астрахань, Западная Сибирь.

Сопоставление русского удельного порядка до Грозного с порядками западного феодализма провел русский историк XX века Н.П. Павлов-Сильванский. Сходство целого ряда институтов неоспоримо. Древнерусское общество к концу XV — началу XVI было по преимуществу сельскохозяйственным, основанным на внеэкономическом принуждении, с развитой иерархической системой власти и подчинения.

Обращаясь к размышлениям С.М. Соловьева об Иване как носителе новых начал, Г.В. Плеханов писал: «Весь вопрос в том, что именно внес Иван IV в теорию и практику Московского государства… Введенная им новизна означала полное уничтожение всего того, что так или иначе задерживало окончательное превращение жителей Московского государства в рабов перед лицом государя, совершенно бесправных как в личном, так и в имущественном отношении». Противопоставляя самодержавие Ивана Грозного западной абсолютной монархии, где абсолютизм лавировал между феодалами и буржуазией и не мог не считаться с общественными силами, Плеханов характеризовал Грозного как идеолога «самодержавной власти в восточном смысле слова»8.

Но даже не входя в эту теорию по существу, не выясняя меру сходства между Российским и Турецким или Персидским государствами, необходимо подчеркнуть то глубокое и принципиальное разное различие, которое существовало между централизованными государствами Англии и Франции, основывавшимися на развитии буржуазных отношений и социальных компромиссах, и централизованным Российским государством, основывавшимся на подавлении всех основ буржуазных отношений, на внеэкономическом принуждении. Судьбы русских крестьян царя вовсе не интересовали. Государственный порядок представлялся ему идеальным, и недовольными могли быть только изменники9. Эта уверенность ясно демонстрирует, что Иван IV стремился отнюдь не изменить русскую жизнь, а, напротив, сохранить и укрепить тот ее уклад, что сложился еще в ордынские времена10.

Исследования последних лет позволили прийти к выводу о том, что реформы государственного аппарата в 1530-1550 гг. начались с местного управления, а это вызвало в дальнейшем необходимость перестройки центральных органов власти. Начало анализу процесса складывания местных органов централизованного аппарата насилия положила основанная на большом фактическом материале, монография Н.Е. Носова11, специально изучившего возникновение и развитие институтов городовых приказчиков и так называемых губных старост. Исследованиями Н.Е. Носова и С.М. Каштанова12, подчеркивается классовая сущность этих реформ, опровергается утверждение русской дореволюционной и современной зарубежной буржуазной историографии о том, что они якобы отвечали интересам народа.

А.А. Зимин исследовал роль дворцового управления в процессе уничтожения самостоятельности отдельных княжеств и в централизации местного управления, а также состав Боярской думы и наместников в XVI веке13. В монографии А.К. Леонтьева детально изучаются основные реформы в области приказного управления в первой половине XVI в. Автор попытался установить несколько этапов этих реформ и показал, что образование каждого из приказов имело свои специфические особенности и являлось «результатом синтеза деятельности ряда существовавших в то время ведомств» 14. Так, именно в период правления Ивана Грозного начинают закладываться две важнейшие темы русской истории — самодержавие и крепостное право.


Источниковедение

В данной работе в качестве источника используется «Переписка Ивана Грозного с Курбским», перевод которого был осуществлен Я.С. Лурье и О.В. Твороговым под редакцией Д.С. Лихачева. К сожалению, текст переписки не дошел до нас в современных ей списках, бурные годы опричнины не способствовали сохранению литературных памятников. Существование полемики между Иваном Грозным и князем Курбским отмечено в документах XVI века, но сами послания дошли до нас в отдельных списках и сборниках с первой трети XVII века. Данное издание полностью посвящено переписке Грозного с Курбским, ему предшествовала длительная работа детального изучения рукописей, посланий.

Появлению писем Ивана IV способствовала интрига Старицких «государей»: бояре хотели заменить неугодного им царя Ивана IV его двоюродным братом-князем Владимиром. Вина Старицких была очевидной для Ивана Грозного, и царь отдал приказ о конфискации их княжества и о предании суду удельных владык. Так, начались первые судебные процессы против измены государю. После полоцкой кампании в руки Морозова попал литовский пленник, заявивший, что литовцы собирают свои силы под Стародубом, наместник которого обещал им сдать крепость. Морозов поспешил сообщить о показаниях пленника царю. Во время суда были выявлены новые изменники, в результате власти обвинили всех родственников покойного правителя Стародуба. Вскоре в проскрипционные списки стали записывать не только «сродников», но и друзей и соседей. Жертвами террора стали «великие» бояре Иван и Никита Шереметевы, бояре и князья Репнин, Юрий Кашин и многие другие.

Страх и подозрения омрачили взаимоотношения Ивана Грозного с его прежними друзьями, к числу которых принадлежал князь Андрей Михайлович Курбский. Царя уязвило «согласие» князя с изменниками, и он подверг воеводу «малому наказанию», отправив его в крепость Юрьев с почетным титулом наместника Ливонии15. Пробыв год на воеводстве, Курбский 30 апреля 1564 года бежал в литовские владения, в спешке бросив почти все имущество. Причиной было то, что московские друзья тайно предупредили боярина о грозящей ему царской опале. Находясь в Ливонии, Курбский решил объясниться с царем. Усилия беглого боярина были направлены на доказательство того, что его измена была вынужденным шагом человека, подвергшегося преследованиям на родине.

Так началась полемика двух выдающихся публицистов XVI века, отразившаяся во всех их формально адресованных посланиях. «Из деловой переписки и постановлений, принимаемых в ответ на челобитья, Грозный усвоил, видимо, распространенную манеру ответов на письма. В начале обычно излагалось содержание документа или части документа, из которого составлялся ответ или по которому принималось решение. Изложение было кратким, по возможности близким к тексту, иногда дословно близким…»16

Грозный как бы повторяет вслед за своим противником его аргументы, а затем разбивает, отмечая, что возражения противника и сам противник достойны только смеха: «…тем же убо смеху принадлежит сие», «и аще убо, подобно тебе, хто смеху быти глаголет, еже попу повиноватися». Лихачев охарактеризовал царя так, «он «вел себя» в своих посланиях совершенно так же, как в жизни, писал так, как говорил, обращался в посланиях к своим противникам так, будто бы они были непосредственно перед ним, в своих сочинениях с удивительной непосредственностью высказывая свой характер»17

В письмах царь обращается не только к Курбскому, но и к другим «крестопреступникам», постоянно употребляя обращения «вы», «ваши». Скорей всего послание было обращено и к зарубежным читателям или слушателям, хорошо знакомым с посланием Курбского и прислушивающимся к его рассказам о России и Иване Грозном. Царя возмущал сам факт, что там, за рубежом, обсуждают его поступки: «Доселе русские владетели не истязуемы были ни от кого же, но повольны были подвластных своих жаловати и казнити, а не судилися с ними не перед кем»18.

В посланиях царь доказывал, что истинной является монархия с неограниченной властью. Аргументами служат прежде всего факты из прежней истории, согласно которым «самодержавство» существует в Русской земле «божиим соизволением» «издревле» — с князя Владимира Святославича19. Однако в малолетство Ивана IV «бояре и вельможи» « от бога державу данную мне от прародителей наших отторгли»20. Это, по мнению царя, грозило гибелью государству. Теперь настало время вернуть самодержавную власть, при которой не царь действует для блага подданных, а обязанностью их является верная служба государю. Все жители страны — от холопа до князя — это государевы холопы. «А жаловати есмя своих холопей вольны, а казнити вольны же»21 — так лаконично сформулировал царь свой принцип неограниченного правления.

Произведения Грозного принадлежат эпохе, когда индивидуальность уже резко проявилась у государственных деятелей, и в первую очередь у самого Грозного. Сознание необходимости реформ достигло крайнего напряжения в царствование Ивана IV. Деятельность царя очутилась в центре внимания русской литературы. Она подверглась обсуждению: одни осуждали его, другие одобряли. Грозный — политический деятель, стремившийся доказать разумность, правильность своих поступков и действовать силой убеждения не менее, чем террором и приказами.
I Обоснование права на правление

Конец XV века и век XVI — это период образования и укрепления русского централизованного государства. В связи с этим на смену старым пришли новые взгляды на власть «великого князя всея Руси», которые по-новому позволяют рассматривать его деятельность, задачи и положение в государстве. Появляются реформаторы государственной и социальной жизни России. Под влиянием назревших экономических потребностей начинают меняться старые порядки в государственном управлении и в быту, в церковной организации и культурной жизни. Усиливалась борьба между классами, а внутри класса феодалов — между старым боярством и поднимающимся дворянством, которое требовало усиления государственного управления.




I.1. Наследственный характер власти

Государственная идея об исторической преемственности власти московских великих князей от князей владимирских и киевских, а через них — от византийских императоров была воплощена в «Сказании о князьях Владимирских», на которое опирается в своей переписке Иван Грозный.

«Богом нашим Иисусом Христом дана была единородного слова божия победоносная и во веки непобедимая хоругвь- крест честной первому из благочестивых царю Константину и всем православным царям и хранителям православия ... искра благочестия достигла и Российского царств. Исполненное этого истинного православия самодержавство Российского царства началось по божьему изволению от великого князя Владимира, просветившего Русскую землю святым крещением, и великого князя Владимира Мономаха, удостоившегося высокой чести от греков, и от храброго великого государя Александра Невского, одержавшего великую победу над безбожными немцами, и от достойного хвалы великого государя Дмитрия, одержавшего за Доном победу над безбожными агарянами, вплоть до отомстителя за неправды деда нашего, великого государя Василия, и до нас, смиренных скипетродержателей Российского царства»22.

Иван Грозный создавал представление, будто его венчание на царство было не чем иным, как принятие принадлежавшего ему родительского и, следовательно, исконно русского царского венца русских самодержцев. «Российского Царствия самодержавство божиим изволением почен от великого царя Владимира Мономаха … Мы же … божьим изволением … яко же родихомся во царствии, тако и воспитахомся, и возрастхом, и воцарихомся … »23, — так писал царь в своем «отвещании» Курбскому.

Царь с гордостью заявляет, что он ни у кого не похитил престол, а законно получил его по наследству от отца: «Меня батюшка пожаловал, благословил государством, да и взрос есми на государстве»24

Иван IV являлся сторонником и идеологом неограниченной монархии. Его политическим идеалом было патриархальное «православное истинное христьянское самодержавство»25 Царю бог поручил «владеть» царством и «строить» его, то есть — быть владыкой над подданными и направлять свою власть на государственное устройство26.
I.2. Помазанник божий

Среди основных задач государства Иван Грозный особо выделял необходимость учения о покорности подданных царю и борьбу против политического безвластия. Богом не только создано государство, но и передана власть над ним непосредственно царю — помазаннику Божиему. По идее русской монархии, только Бог является источником власти монарха. Эта мысль была с предельной четкостью сформулирована Иваном Грозным в одном из его писем князю Курбскому. «Ваше дело холопье повиноваться, а я за вас отвечу перед богом!»


II Право на неограниченность власти царя

Недостаточная последовательность политики Грозного вовсе не означает, что эта политика не имела идеологического обоснования и не могла рассчитывать на поддержку определенных общественных слоев. Черносошные крестьянские земли были заменены поместным землевладением; местное самоуправление сменено дворянской администрацией; все это привело в установлению «военно-феодальной диктатуры дворян-крепостников как наиболее верной и надежной в глазах опричного правительства Ивана Грозного опоры самодержавного строя»27.


II.1. Единовластие

«Если не будет единовластия, то даже если и будут люди крепки, и храбры, и разумны, но все равно уподобятся неразумным женщинам, если не подчиняться единой власти»28. Грозный, формулируя идею «божественного происхождения» своей власти, настаивал на своей особой ответственности лишь перед богом за врученное ему государство. Иосифлянский тезис о божественном происхождении царской власти содержал в себе идею нравственного руководства государством и, соответственно, особо важного влияния церкви на царя. В своей концепции о государстве Иван Грозный сделал упор на другую сторону вопроса — право на неограниченность и не подконтрольность своей власти, как полученной от самого бога. Писания говорят о том, что «дети не должны противиться родителям, а рабы господам ни в чем кроме веры»29. «Разве это и есть «совесть прокаженная» — держать свое царство в своих руках, а своим рабам не давать господствовать? Это ли «против разума» — не хотеть быть под властью своих рабов? И это ли «православие пресветлое» — быть под властью и в повиновении у рабов?»30.

Cила русских правителей заключается в том, что они «изначала сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи!»31 Те же страны, где цари были «послушны епархом и сигклитом», в «погибель приидоша»32. Царь является верховным владыкой для своих подданных и за свои действия не несет ответственности ни перед кем кроме Бога. «До сих пор русские властители ни перед кем не отчитывались, но вольны были жаловать и казнить своих подданных, а не судились с ними ни перед кем»33.

Царь верил, что народовластие или хотя бы его подобие есть нечто безобразное по сравнению с властью самодержца, руководимого одной силой проведения. «Мы же уповаем на милость божию … и, кроме божия милости и пречистыя Богородицы и всех святых, от человек учения не требуем, ниже подобно есть, еже владети множества народа от инех разума требовати».34 «Ибо всегда царям следует быть осмотрительными: иногда кроткими, иногда жестокими, добрым же — милосердие и кротость, злым же — жестокость и муки, если же нет этого, то он не царь. Царь не страшен для дел благих, а для зла. Хочешь не бояться власти, так делай добро…»35


II.2. Покорность Богу и царю

«Почему же ты презрел слова апостола Павла, который вещал: «Всякая душа да повинуется владыке, власть имеющему; нет власти как от бога: тот, кто противится такой власти, противится божьему повелению»… Кто противится Богу — тот именуется отступником, а это наихудший из грехов…. (апостол Павел): Слушайся своих господ…повинуйся не только добрым, но и злым, не только за страх, но и за совесть».36 Царь был уверен, что служить ему — нравственный и христианский долг его подданных.

Сам Господь поручил их ему в «работу», то есть в рабство и повиновение. Царь, например, утверждал, что Курбский, совершив побег, не только сам стал «крестопреступником», но и своих «прародителей души погубил», ибо они были даны в «работу» еще Ивану III и «вам, своим детям приказали служити деда нашего детям и внучатом».

Самодержавную власть Грозный считал единственно возможной формой правления. С презрением пишет он о тех «безбожных» государях, которые «царствии своим не владеют, како повелят работные». Царь и деятелей Избранной Рады обвинял прежде всего в узурпации царской власти: они «во всем свое хотение улучиша», «от прародителей наших данную нам власть от нас отъяша». Иван Грозный же считал, что верность своему господину в любых обстоятельствах, вне зависимости от того, прав или нет господин, — священный долг подданного.

Права верховной власти, в понятиях царя, определяются христианской идеей подчинения подданных. Этим дается широта власти, в этом же ее приделы. Но в указанных границах безусловное повиновение государю, как обязанность, предписанная верой, входит в круг христианского благочестия. Если царь поступает жестоко или даже не справедливо, то это его ошибка. Однако это не освобождает подданных от повиновения. Если даже Курбский и прав, порицая Ивана Грозного, как человека, это не дает ему права противиться божественному закону. «Если ты праведен и благочестив, то почему же ты не захотел от меня, строптивого владыки, пострадать и наследовать венец жизни?» «Не полагай, что это справедливо — разъярившись на человека, выступить против бога; одно дело- человек, даже в царскую порфиру облеченный, а другое дело — бог».

Иван Грозный, ссылаясь на опыт боярского правления в 30-40-х годах XVI века, доведших страну до развала, обвинял своих недавних советчиков в корыстолюбии и непонимании государственных интересов. Ссылаясь на многочисленные тексты «священного писания» и подчеркивая древность царского рода, Иван Грозный отрицал этим право бояр на любое участие в управлении государством. Никто, в том числе и священнослужители, не могут вмешиваться в дела светской власти. «Блаженный и дарованный нам богом законодатель справедливо почитает того недостойным управлять церковью, кто не умел хорошо управлять своим домом…»37

К тезису Курбского о старинном праве свободного отъезда бояр к другому государю Грозный приравнял понятие государственной измены. Бояре, как сословие и общественная группа, не были единственным объектом опричного террора, однако это не мешало делать из них удобную мишень в идеологическом споре.

Проблема тяжелой жизни крестьян совершенно не интересовала Ивана Грозного, он не принимал никаких мер по улучшению их положения. Это подчеркивается и в его переписке с Курбским, в которой он говорит лишь о необходимости беспрекословного подчинения холопов.


II.3. Церковь и государство

«Блаженный и дарованный нам богом законодатель справедливо почитает того недостойным управлять церковью, кто не умел хорошо управлять своим домом…»38 Церковь должна следить за тем, чтобы нравственные устои постоянно поддерживались и соблюдались.

Именно церковь должна заниматься воспитанием граждан, быть верховным нравственным авторитетом во всех вопросах. Для истинно верующего христианина монархическая форма правления является сама собой разумеющейся. Согласно высказываниям Ивана Грозного, повиновение православному царю является частью христианского благочестия. Немало полемических усилий затратил он на доказательства тезиса: даже церковь не имеет права покушаться на государственную власть. «Или мниши сие быти светлость и благочестие, еже обладатися царству от попа невежи, от злодейственных и изменных человек, и царю повелеваему быть? — с сарказмом спрашивает царь Курбского. — Нигде же обрящеши, еже не разоритися царству, еже от попов владому»39.

Он приводит множество примеров гибели различных царств, где управляли священники-«попы». Из-за них, утверждает Грозный, погибли Израиль, Рим и Византия. Обзор примеров на эту тему он заключает выводом: «Смотри же убо тамо быша царие послушные епархом и сигклитом, и в какову погибель приидоша. Сия ли Убо нам советуеши, в еже таковой погибели приитти?»40. Никто, в том числе и священнослужители, не могут вмешиваться в дела светской власти. «Не видишь разве, что власть священника и управителя с царской властью несовместима?»41

По мнению Грозного, православная вера исключает поддержку церковью притязаний подданных государя на власть. «И се ли православие пресветлое, еже рабы обладанному и повеленному быти?»42. Всемирная история была для Грозного неистощимым арсеналом аргументов против ограничения власти монархов, к которому он неустанно обращался. В первом послании Курбскому царь в наиболее законченном виде излагает свою собственную историческую концепцию всемирной истории от империи Августа до падения Константинополя. В ней все подчинено единой мысли, все служит доказательству главного опыта мировой истории, как его понимал Грозный: при единодержавии царства процветают, при самоуправстве священников они разрушаются. «Нигде ты не найдешь, чтобы не разорилось царство, руководимое попами…»43
III Задачи государства и монарха

Своеобразие идеологической позиции Ивана Грозного заключалось в том, что идея нового государства, воплощавшего правую веру, «изрушившуюся» во всем остальном мире, освобождалась у него от прежних вольнодумных и социально-реформаторских черт и становилась официальной идеологией уже существующего «православного истинного христианского самодержавства».


III.1. Защита государства от внутренних врагов

Поэтому главной задачей становилось не проведение реформ в государстве, а защита его от всех антигосударственных сил, которые «растлевают» страну «нестроением и междоусобными браньями». Испытывая враждебность к «вельможам», царь делает из этого важный вывод: неугодных и бояр-изменников должны были сменить новые люди. «Неужели не следует казнить разбойников и воров? А ведь лукавые замыслы этих преступников еще опаснее! Тогда все царства распадутся от беспорядка и междоусобных браней. Что же должен делать правитель, как не разбирать споры своих подданных?»44

«Я же усердно стараюсь обратить людей к истине и свету. Чтобы они познали единого истинного бога, в Троице славимого, и данного им богом государя и отказались от междоусобных браней… Если царю не повинуются подданные, они никогда не оставят междоусобных браней…»45 «А всеми родами мы вас не истребляем, но изменников повсюду ожидает расправа и немилость…»46 Условием могущества страны является повиновение граждан возглавляющему ее правителю: «Слушайся своих господ…повинуйся не только добрым, но и злым, не только за страх, но и за совесть»47 — Любая же попытка бояр и вельмож захватить власть ведет к усобицам и опасна для целости государства.

В шести словах Иван Грозный сумел выразить основную социальную сущность своего отрицания представительной системы правления: «Тамо особь каждо о своем печеся … »48. Вот в чем, по его убеждению, корень зла. Соответственно единовластие государя, неподвластного чьим бы то ни было частным или сословным интересам, является единственной действительной гарантией соблюдения всегда и во всем государственных интересов. Самодержавие — истинный представитель не «особь каждого» и не отдельных сословий, а «всей земли». Свои мысли о самодержавии Грозный аргументирует примерами из истории. В том числе, он ссылается на судьбу Византийской империи, погибшей из-за междоусобных распрей местных правителей.

В.О. Ключевский обратил внимание на «историческую угрозу» боярам, высказанную царем в послании: «может бо бог и от камени сего воздвигнути чада Аврааму»; не менее выразительно звучали за несколько месяцев до опричнины слова: «…а з божиею помощью имеем у себе воевод множество и опричь вас, изменноков». Царь по личному опыту обрисовывает бедствия, настроения и мятежи, порождаемые боярским самовластием. Расхитив царскую казну, самовластники набросились и на народ: «Горчайшим мучением имения в селах живущих пограбили».

Положить этому конец может лишь самодержавие. «Князья твои не благочестивы, сообщники воров, любители мзды, и ждут подарков, не в пользу бедных вершат суд и не внемлют обиженным вдовам»49. «Подумай, какое управление бывает при многоначалии и многовластии, ибо там цари были послушны епархам и вельможам, и как погибли эти страны»50 «в этом ли состоит достойная служба нам наших бояр и воевод, что они, собираясь без нашего ведома в такие собачьи стаи, убивают наших бояр, да еще наших родственников? И так ли душу свою за нас полагают, что всегда жаждут отправить душу нашу из мира сего в вечную жизнь? Нам велят свято чтить закон, а сами нам в этом последовать не хотят!»51

Иван Грозный ставил перед собой задачу несколько ограничить права и привилегии крупных вотчинников, без чего была невозможна дальнейшая централизация государственной власти. Государственное управление по мнению Ивана Грозного должно представлять собою стройную систему. «Как дерево не может цвести, если корни засыхают, так и это: аще не прежде строения благая в царстве будут, то и храбрость не проявится на войне». «Так же не приемлемо и ваше желание править теми городами и областями, где вы находитесь. Ты сам своими бесчестными очами видел, какое разорение было на Руси, когда в каждом городе были свои начальники и правители, и потому можешь понять, что это такое»52.

«Подданным своим воздаем добром за добро и наказываем злом за зло, не желая этого, но по необходимости, из-за злодейских преступлений их и наказание следует»53. Благо подданных Грозный объявлял главной целью своего существования: «… за них желаем противо всех враг их томко до крови, но и до смерти пострадати»; «Аз убо уверую, о всех своих согрешениях вольных и невольных суд прияти, ми … и не томко о своих, но и о подвластных дати ми ответ, аще что моим несмотрением погрешится».


III.2. Защита государства от внешних врагов

Российское государство, по словам Ивана Грозного, было бы уничтожено так же как и другие, если бы царь остался без реальной власти. Без царя праведные войны будут проиграны, так как христианский Бог на стороне лишь справедливой власти. «Если бы и христиане были в тех странах, то мы воюем по обычаям своих прародителей, как и прежде многократно бывало; но сейчас, как нам известно, в этих странах нет христиан, кроме мелких церковных служителей и тайных рабов господних. Кроме того, и война с Литвой вызвана вашей же изменой, недоброжелательством и бессовестной нерадивостью»54. «Бывали такие походы на Казанскую землю, когда бы вы ходили не по принуждению?»55

«Никаких козней для истязания христиан мы не придумываем, а, напротив, сами готовы пострадать ради них в борьбе с врагами не только до крови, но и до смерти»56. Для защиты Российского государства от иноземных захватчиков, для существования государства Иван Грозный подчеркивал необходимость служилых людей — «воев»: «На заец потреба множество псов, на враги множество вои: како убо безлепа казнити подвластных, имуще разум!» Cлужилая масса с ее постоянными требованиями жалования и притязаниями на земли, на привилегии, с ее стихийными вооруженными выступлениями, с ее мятежными колебаниями в моменты выступлений царского войска в походы была главной политической и военной опорой самодержавия, его социальной базой. Именно поэтому ее было необходимо организовать и укрепить.
* * *

Отвечая на письма князя, Иван Грозный подчеркивает, что главной задачей было сохранение территориальной целостности государства, единства власти и установление единовластного монархического правления. Для этого он считал необходимым обосновать свое право на царствование, на неограниченную и неподконтрольную власть. Право же на царствование он подтверждал наследственностью и исторической преемственностью власти царя, не подконтрольность — божественным происхождением власти. В результате, в отличие от западноевропейских монархий, Иван Грозный претендовал на личную ответственность перед Богом. А все его подданные от крестьян до высшей знати и священнослужителей подотчетны царю — «ставленнику Божиему».

Лишь царь имел право принимать решение кого казнить, а кого миловать. В силу исключительности его положения, Иван Грозный мог и был даже обязан ограничить в правах своих подданных (боярско-княжескую оппозицию и их привилегии), так как от этого напрямую зависела судьба целостности и жизнеспособности государства.

Наглядным примером для подтверждения своей позиции царю служили трагические истории исчезновения прежде великих империй. Именно поэтому в своей переписке с Курбским Иван Грозный развивает идею о необходимости сильной самодержавной власти, именно поэтому он говорит лишь о центральной власти, не вдаваясь в подробности работы всей системы органов власти.

На данном этапе Иван Грозный, борясь с мятежами и изменами феодалов, видел в них главную причину неудач своей политики. Опричнина не уничтожила окончательно боярско-княжеского землевладения, но сильно ослабила его мощь. Была подорвана политическая роль боярской аристократии, выступавшей против централизации. Но в момент написания писем Курбскому Иван Грозный ещё не подозревал, что впоследствии ему придется столкнуться с новым проявлением сепаратизма, и на этот раз со стороны верхушки опричников. Неоспорима в этот период необходимость борьбы с феодальными пережитками, потребность централизации и укрепление государственности, вопрос стоял лишь о путях и методах реализации.

Существовала ли для Русского государства XVI века какая-либо альтернатива той самодержавной деспотии, которая утвердилась во второй половине века? Вопрос этот был поставлен в монографии Н.Е. Носова, отметившего, что объединение русских земель в конце XV-начале XVI в., включение в состав Русского государства обширных земель с черносошным крестьянским землевладением и вызвало в первой половине XVI в. «такой интенсивный подъем экономики, который мог явиться началом сдвигов буржуазного, вернее предбуржуазного свойства». Но развитие этих предбуржуазных отношений, как и связанное с ним становление сословно-представительных учреждений, было предотвращено объединенными силами господствующего класса еще середины XVI в.

Плеханов же настаивал на тезисе, что: «Весь вопрос в том, что же именно внес Иван IV в теорию и практику московского государства <…> Введенная им новизна означала полное уничтожение всего того, что так или иначе задерживало окончательное превращение жителей Московского государства в рабов перед лицом государя, совершенно бесправных как в личном, так и в имущественном отношении»57

К ситуации сложившейся при Иване Грозном, подходят слова Н.М. Карамзина: «Внутри самодержавие укрепилось. Никто, кроме государя, не мог ни судить, ни жаловать: всякая власть была излиянием воли монаршей. Жизнь, имение зависели от произвола царей, и знаменитейшее в России титло было не княжеское, не боярское, но титло слуги царева». «Правда пишет далее историк, — и у нас писали: «Государь указал, бояре приговорили», но сия законная пословица была на Руси … панихидой на усопшую аристократию боярскую»58.

Сложно сказать, что было бы лучше для государства, так как историю и факты изменить невозможно, возможна лишь разная интерпретация событий.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   13

  • Историография
  • I.1. Наследственный характер власти