Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Интервью Ужгород Украина Интервьюер: Элла Левицкая Дата интервью: апрель 2003




Скачать 387.92 Kb.
страница2/3
Дата07.07.2017
Размер387.92 Kb.
ТипИнтервью
1   2   3
Как зовут брата Абрам. Когда он родился В 1923-м году. Меня хотели назвать Инессой, потом записали Геня, а дома звали Леся. У нас очень хорошая семья была. Помню такой случай. Папа с мамой пошли в театр. Они сказали, что поздно возвратятся, брату дали ключ, чтобы он открыл им дверь, когда они вернутся. Когда они вернулись, я у брата выхватила ключ и так неудачно вставила его, что нельзя было ни открыть дверь, ни вынуть ключ. Отец кричит брату через окошко: «Отбери у нее ключ!». Брат отвечает: «Она будет плакать». Тогда отец говорит: «Ты не выкручивай ей руки, а попроси ее, уговори». Он женился, ее звали Готфрид Рахиль Михайловна, или Моисеевна. У них родилась девочка, Алла, ее еврейского имени я не знаю. Они захотели еще сына, и у них родились близнецы, Боря и Саша, так что ему пришлось воспитывать троих детей. Он всю войну прошел. Учился он в Москве на математическом факультете. Когда началась война, его отправили в артиллерийское училище. Там у него начальник был не очень грамотный. А артиллеристы должны уметь выполнять некоторые расчеты. И когда он уже выезжал на фронт, он позвонил нам, чтобы мы при возможности выслали ему логарифмическую линейку. Он с фронта писал нам: «Соберусь с мыслями, - напишу письмо», когда мы уже в Ташкенте были, в эвакуации. Так этот начальник без него не ступал ни шагу, он для начальника все расчеты делал. В 23 года он стал уже капитаном. Слава Богу, его не ранило, только однажды его придавило упавшим деревом и слегка контузило, но впоследствии это у него бесследно прошло. После войны он не захотел оставаться в армии и вернулся в Москву продолжать учебу. Если помните, был учебник, задачник Березанской. После окончания учебы она забрала его к себе в аспирантуру. Он остался работать при институте и одновременно учился в аспирантуре. Он тогда еще не был женат. И когда началось преследование «космополитов» ее, вроде по причине старости, отстранили, а ему сказали, чтобы он ехал куда-то в село. И он поехал в Калужскую область работать учителем математики. Ему очень много часов дали, все там было хорошо. Потом он приехал в отпуск в Житомир и женился. Она преподавала английский. Она поехала с ним в Калужскую область, и там они работали. Потом у них девочка родилась. Девочку эту забрали к себе в Житомир ее родители. А когда она вторично забеременела двойней. Родились они недоношенными, семимесячными. Они уже отработали обязательный срок по направлению и вернулись в Житомир. Но у них ни кола, ни двора, только одна комната у ее родителей. И они жили все в этой комнате. Работы нет в городе, и он едет в село в Житомирскую область. В селе он жил у одной старушки, готовил по математике ее внука к поступлению в ВУЗ. Внук поступил. Старушка была счастлива. В общем, он там кормился у нее неплохо, а деньги он пересылал жене в Житомир. Со временем в Житомире открылся техникум легкой промышленности при чулочной фабрике. Директором техникума была женщина, муж которой работал секретарем обкома партии. В общем, он ей понравился, и она его взяла на работу. Ему стало легче. Работая в техникуме, он одновременно давал частные уроки математики. Дома ему заниматься было негде, так он занимался на работе. Он стал известен как хороший преподаватель математики. После того, как он готовил кого-нибудь к поступлению, он обязательно поступал. А тут у него самого уже подрастали дети, трое детей. Она учительница в школе, квартиры у них, в сущности, не было. Через какое-то время мужа директрисы техникума не то повысили, не то сняли. В общем, в техникуме поменялся директор. Хотели подкопаться и под моего брата. А у него все честно, все хорошо. Он участник войны, ни с какого бока нельзя подойти. В Житомире был филиал техникума, а сам техникум легкой промышленности, все начальство техникума находилось в Киеве. Директором всего техникума в Киеве был известный во время войны снайпер, который очень хорошо относился к моему брату. Он приехал в Киев со списками принимаемых в техникум абитуриентов. Тот посмотрел, увидел, что очень много евреев, и не знал, как об этом сказать. Потом говорит: «Я тебя прошу, пересмотри списки». Он понял, в чем дело. После этого он решил так: когда начинаются приемные экзамены, пускай будут в приемной комиссии представители обкома партии, которые бы рассматривали списки, а он бы в этом не участвовал. Ну, если какая жалоба, то куда – В обком, представитель был. Так что никак не могли к нему придраться. Тогда решили закрыть техникум при чулочной фабрике и открыть при льнокомбинате, назначив другого директора. Его, правда, сразу вызвали в обком партии и спросили, в какую школу он хочет пойти работать, какие он хочет классы, хочет ли классное руководство. Дали ему старшие, выпускные классы. Он дал образование всем своим детям. Девочка, Аллочка, очень способная была. Она окончила институт народного хозяйства. Мальчики тоже получили высшее образование. Аллочка вышла замуж в Житомире. Свадьба была еврейская. Все, и блюда, и клезмеры – все было по-еврейски. Блюда были еврейские, музыка была только еврейская, танцевали еврейские танцы. Он снял там помещение в каком-то училище. Там было очень много и русских, но свадьба была полностью еврейская. В каком году они уехали В 1990-м году. Появился какой-то родственник жены, Рахили. Он из Австралии, сказал, что заберет их туда, но ничего у него не получилось. И как раз тогда начался Чернобыль, на стенах начали писать против евреев… И еще, родственники Табачника, они раньше выехали. И эти Табачники написали им, что уже купили квартиру и заплатили за нее. Главное, все время жили они в одной комнате, никак квартиру не могли получить. Там жили еще и Рахили отец, дочка с мужем, ребенок, друг у друга на голове жили, не было прохода. Он перенес два инфаркта. Квартиры долго не давали. Наконец, отец Рахили, он участник гражданской войны, Отечественной войны, получил квартиру в центре города, 4 комнаты. Мебель поставили, такая прелесть! И они все это бросили, вы представляете, страшно даже подумать было! Они к нам приехали, брат приехал, он не настроен был ехать. Он им говорит: «Ничего, езжайте, езжайте! Мы к вам приедем». Потом, когда они к нам приехали, брат сидел в скверике, и наступила клиническая смерть. Третий инфаркт. А родственники, двоюродный брат, они раньше еще видели, что он плохо выглядит, такой бледный, они застраховали его, он был застрахован, еще задолго до его смерти. Его немедленно прооперировали, заменили 5 клапанов, операцию делали 8 часов, и он выжил! Вы представляете! Она выступала потом по радио, она хорошо по-английски говорит, благодарила правительство, за то, что ему жизнь спасли. Были там какие-то американские евреи, они спросили: «А что еще надо». Она говорит: «Зубы надо», у него зубов не было. Вы бы видели его фотографии до того, как он туда уехал, и фотографии, сделанные там. Он помолодел. Он стал бодрым, похудел. Дети устроены неплохо, квартира у них есть. Лучше всего устроена Аллочка, она очень способная, английский язык хорошо знала. Получила она хорошую работу по специальности. Ее муж тоже хорошо устроился. У них двое детей. Старший сам попросился и пошел в десантные войска. Это внук ваш Да. Три года служил. Брат ему говорил: «Сначала поступай». А тот говорит: «Нет, я хочу служить». Так они любят свою родину. Так этот Славик отслужил, поступил в институт. Сейчас учится на 3-м курсе. Перед армией он сам пошел, сделал обрезание. Потом он где-то работал среди арабов целый год после армии. Заработал себе на машину. Он еще не женился, учится. Второй был уже женат, поехал туда с женой и дочкой. Там еще сын родился, он счастливый такой. Мальчик очень умный, говорит и по-русски, и на иврите. Он был у меня переводчиком. Он в школе учится уже. Ну, а теперь Боря. Он здесь не женился, сказал, что там женится. Ему 30 лет, а он еще не женился. Так он дотянул до 44-х лет. В 44 года он встретил житомирянку, ей 37 лет было, у нее был сын. Очень порядочная, энергичная женщина. Она медсестра, хорошо там устроена, квартира у нее была. Он женился и захотел ребенка, сына. Мы так переживали: будет, не будет, ей все-таки 37 лет было. И вот она 25-го марта родила сына. Она жила в другом городе. Там квартиру продали, а здесь купили. Сын у нее очень хороший мальчик. Он в армию сейчас должен пойти. Она хорошо воспитала сына, она умница, так сейчас довольна. Я брата спрашиваю: «Как невестка новая». Он говорит: «Она умная». Этим все сказано. Хорошо у них все. А у него раньше была девушка, еще в школе, красавица. Но она нашла себе другого, более интересного для нее мальчика. И после этого никто ему не нравился. У брата все дети имеют квартиры, у него 6 внуков. Он шахматист, играет с компьютером в шахматы. А дети не знают, что бы еще сделать для родителей, такие преданные. Счастливая семья. Очень. Евгения Матвеевна, давайте еще вернемся в ваше с братом детство… Брат меня материально всю жизнь поддерживал, даже тогда, когда ему было тяжело. И сейчас тоже. У ваших родителей была еврейская свадьба Конечно. Свадьбу делали в Житомире. Я помню тетину свадьбу. Все было по-еврейски. До этого они были обручены. Потом я помню этот навес, крутили их там, я еще ребенком была. Раввин был Да. Обрезание делали всем детям. И брату моему делали. Мезуза у нас на дверях висела. Родители были религиозными Не так, как старики, потому что папа работал. Он пел за хазана, который приезжал из Львова, когда тот уставал. Он очень хорошо пел. Вы жили в доме бабушки и дедушки Да. Они отмечали Шаббат Обязательно! Я бабушке свет зажигала, ей нельзя было. А детям Детям можно было. Она никогда в субботу на трамвае не ездила, ходила далеко к сестре в гости, у нее ноги больные были. Была русская печка, она все в печку ставила. Потом мама вынимала. На стол ставила, все было горячее. Это на следующий день Да. В пятницу уже все было готово. Свечи горели, скатерть белая была. Дед накручивал на руку твилн… Все праздники отмечали и Субботу, обязательно. В гости ходили в Субботу. Родня большая была. У бабушки было две сестры. У одной из них было 10 детей, у другой 12. А сестры жили тоже в Житомире В Житомире. А как их звали, не помните Помню. Лейка, бабушкина сестра, Хава. У той было 11 или 12 детей, погибли на войне. Остался, она говорила: «У меня полтора сына», один сын, а другой без ноги, полтора сына. И дочка осталась из всей этой родни. Она под Москвой жила, в Подольске, дочка. А у Хавы было только двое детей, две дочки, Таня и Ида. У Иды детей не было. У Тани было трое детей, они сейчас в Германии. Света, Аня, она в Киеве жила, и Боня(). Дедушка Давид в Субботу тоже не работал Нет. А папа работал, он в артели работал. А мама Мама все готовила. Кашрут был Обязательно. Мама хотела давать брату, он хотел сала, а бабушка говорила: «Ни за что!». Когда мама все-таки давала, бабушка говорила маме: «Почему ты разрешила». И двери и окна закрывала. Все было кошерное. Мясо, я помню, лежало на доске, с него все стекало. И даже когда ко мне Таня приехала, и я поджаривала для борща лук на сливочном масле, она не стала есть. Я спросила: «Таня, почему ты не кушаешь» - «У нас так не делают». Бабушка с дедушкой, как я поняла, жили тогда обеспеченно Да. Она никогда не работала. А он работал стекольщиком на всех стройках. У него всегда деньги водились. Бабушка выполняла все капризы детей. Если они что-то еще хотели поесть, она им давала. А когда он был дома, она их отправляла и говорила: «Потом придете». Она очень милосердная была. А в Житомире в то время были синагоги Конечно. Я не знаю, было ли их много. Я была там, заходила с бабушкой. На втором этаже сидели женщины. Каждый имел свое место. У бабушки самое дорогое место было. Не дай Бог, если кто-то сел на ее место! Они ходили в синагогу в Субботу и по праздникам И по праздникам, которые мама даже и не отмечала, они ни одного праздника не пропускали. Мама даже обижалась. Зима, у нас дрова кончались, до Пасхи еще далеко, а они обсуждают, что они будут готовить, сколько чего зарежут. Мама говорит: «Вам делать нечего Я думаю, где дрова взять, а у вас голова занята только этим». Они этим жили. Держала бабушка какое-то подсобное хозяйство Куры во дворе были, у нее все было. И корова была. Бабушка всегда в косынке ходила. Она обижалась на другую бабушку, мачеху. Та прически без косынки носила. Не носила, да Это папина мачеха Да. Она говорила: «Стриженая бабушка пришла». А та одевалась не по-еврейски У той современная стрижка была. Дети ее были образованные. Она приходила каждую субботу рыбу кушать, мама очень хорошо готовила, и булку пекли, халу. А бабушка злилась, что та без косынки пришла. У меня, между прочим, еще есть этот бабушкин платок. Она его маме дала, а мама мне его оставила. С какого возраста вас бабушка брала с собой в синагогу С 7-ми лет. У нас была русская печка, мацу пекли. Сходились все дочки, каждая приносила свою муку. Мой отец колесиком делал дырочки, Лейбл у печи стоял. У каждого был свой процесс. А женщины месили. И так весело было! Сначала одному пекли, потом другому, третьему… Вы начали рассказывать, как у вас в доме готовились к Пейсах… Блюда И блюда. До того вы начали рассказывать, уборку устраивали На пейсах была новая посуда, совсем другая, всю посуду сменяли. И кастрюли, и тарелки, все-все. Все чистилось, выметалось, чтобы ни крошки не было. Весело все было, празднично. Потом седер дедушка всегда делал, а в другой комнате папа мой сам делал. Помню, что ждали, пока темно будет, все уже хотели кушать, и уже спать хотелось, мы же дети, а надо было ждать. Была подсоленная картошка, яйца резали, обязательно куриный бульон, фаршированная рыба, курица. У бабушки была ступка. Мацу сушили, потом дробили и засыпали бульон. Это и с молоком можно было кушать. Бабушка мацемел делала и пекла. А стол у вас был общий, или в каждой семье свой Папа себе сам делал. Дедушка, помню, одевался во все белое. Он у себя делал, а папа у себя делал. Сидели дети, надо было задавать вопросы, кашес. Я никогда не знала, что спрашивать, а брата научили, и он задавал какие-то вопросы. А дома, на каком языке разговаривали Бабушка – только по-еврейски. Она украинский язык немного знала, но она безграмотная была, она даже писать не умела. Она только по-еврейски говорила с мамой. А с нами мама разговаривала по-русски. А бабушка только по-еврейски с нами разговаривала. А брата учили ивриту, или эти вопросы он просто заучил Очевидно, заучил. Дедушка научил его буквам, чтобы он мог читать, но дальше он не хотел учиться. Знаете, он комсомолец был. Раз мацу не у нас пекли, а где-то пекли. Мама несла ее в простыне. Ей тяжело было нести, а брат как раз шел из школы. Мама говорит: «Помоги мне». А он отвечает: «Я тебе все сделаю, воды принесу, что хочешь. Но с этим меня может кто-то увидеть. Это – ни за что!». Она намучилась, пришла такая потная и говорит папе: «Ни за что не хотел мне помочь». Брат задавал фиркашес, а что еще было Молитвы какие-то Да. Если я неправильно говорила по-еврейски, папа говорил: «Ты где росла Ты же неправильно говоришь!». А ставили бокал Конечно, были серебряные бокалы. А на Йом-Кипур постились Обязательно. Бабушка, когда заболела, в ее последние дни, она все равно постилась. А дети, когда были маленькие, кушали. А когда мы стали старше, мы тоже не ели. С какого возраста, примерно Когда я была постарше, мне было лет 14-15. И то, мама так переживала! А бабушка говорит: «Ничего ей не будет!». А какие еще праздники вы помните в вашей семье, в вашем доме Все еврейские праздники, какие были. На Пурим ташн пекли, знаю это, помню. К резнику меня отправляли, помню. Огромная очередь была. Я была с дядей, тетей, мы взяли наших кур, бабушкиных… Резник их резал, потом бабушка их разделывала. Были бедные две семьи, я относила им печеное все, курятину, чтобы все у них было. Так мне столько надавали добра, так благодарили, что я и теперь помню. Это на Пейсах или на Пурим По-моему, на Пурим. И на Пейсах тоже, у них же не было… Это бабушка просто бедным помогала Да. У людей праздник, просто она знала, что у них нет. И мацу я носила им… И сукку, вы говорили, вы строили Дед там пел, по-моему, угощения там были, фрукты, по-моему, были. Стол стоял, как положено. А мы, дети, играли там, нам же интересно. Дожди уже тогда были. А дом большой был 7 комнат было. Два входа, с улицы и со двора. Это их собственный дом был Да. А кто-то еще жил, кроме вас Мы жили, потом Фрейда с мужем занимали комнатку, когда они поженились, с них денег не брали, им давали питание, все. Он заготовщик был, и потом, когда они собрали деньги, они купили себе две комнатки. Потом сын там жил. Позже им сын помог, и сын себе дом купил. Ну, а младшая дочка так и жила там. Там общая была столовая, спальня дедушки с бабушкой, в большой комнате, вход с улицы, там дочка жила с сыном и с мужем. Как ее звали Мира. Та самая, и дом на нее, все… У нее с дедом похожие характеры. Она ругалась, выступала, но ей все прощалось. Дед ее любил больше всех. Она умерла, а сын ее в Германии, Люсик. Муж ее умер в санатории в Ялте. Он там принимал ванны и умер. Ему нельзя было, он был сердечник. Значит, дочка эта, у которой муж умер, потом мы, одну комнату сдавали квартирантам. У нас общая столовая была, спальня бабушки и дедушки – это два, дочка где – 3, мы – 4, наша кухня – 5, их кухня – 6, а 7-я – комната квартирантов. Прислуги у бабушки не было Женщина приходила стирать, когда бабушка старая была. Приходила женщина, она или забирала белье или на месте стирала. Вообще тетя Фрейда стирала всегда. Когда она при них жила, она помогала по хозяйству. Мама работала после замужества Мама никогда не работала. Папа не хотел. Он говорил: «Воспитывай детей». Он и ночью работал, чтобы она не работала. Она и здоровьем слабая была. У нее бронхиальная астма была. Она домохозяйкой была. Она очень хорошо готовила, за папой хорошо ухаживала, за нами. Скажите, в Житомире были еврейские погромы после революции Я дружила с дочкой попа, это была моя лучшая подруга, мы недалеко жили и учились вместе, потом одна полячка в классе со мной была, Стася, потом, Мария Фролова, русская, потом Леля, украинка. Напротив нас соседка жила, еврейка, мы с ней тоже дружили. У нас в классе ничего такого не было, никогда! У нас было много учителей евреев. Были порядочные учителя русские. В каком возрасте вы пошли в школу В 7 лет, в 32-м году. То есть это уже голод был Да. В вашей семье голод чувствовался В Житомире сильный был голод. Бабушка, конечно, не чувствовала, они неплохо жили. А Хава, бабушкина сестра, они жили в селе, у них там было поле, они сами работали на этом поле и им женщины помогали. Они передавали то мешок пшена, то еще что-то. Была большая родня, и они всех поддерживали. Но было голодно. Я даже помню такой случай. Мама оставила папе кусочек хлеба, а брат поздно сидел, он очень много читал. Мама говорит: «Почему ты спать не идешь». Он говорит: «Я жду папу» - «А почему». Он говорит: «Может, останется кусочек хлеба…». Да, папа уже дома был. Так папа ему отдал этот кусок, и говорит маме: «Я тебе говорил, что детей в первую очередь корми». Если не хватало хлеба, была пшенная каша, что-нибудь такое. Но брат тогда не взял у отца этот хлеб. Он с ним поделился. Вы все выжили в голод Ну, мужа отец умер от голода. У меня есть свидетельство о смерти, но там написали какой-то диагноз, которого, наверно и нет. Они же не могли написать, что он умер от голода. Я помню, что помогали друг другу. В Казатине они жили, Нефедовка, такое село. Их внуки сейчас в Германии. У нас с ними очень хорошие отношения. Его внук служил в Закарпатье. Мы к нему каждое воскресенье ездили, передачу возили. В школе вы были общительной девочкой Это была женская школа Общительной. Это была смешанная школа. А когда я была учительницей, я с мальчиками работала. Это была украинская школа Русская. Но украинский язык так преподавали, что здесь я преподавала на украинском языке. Я все протоколы писала. До сих пор хорошо знаю украинский язык и грамматику. Какие предметы в школе у вас были любимыми Я химию очень любила, русский и украинский языки Вас в школе принимали в пионеры, в комсомол Конечно. В комсомол я не попала. Почему В комсомол принимали, начиная с 9-10 класса. Я просто не успела. А пионеркой я была. Вы какие-то пионерские поручения помните Мне никаких поручений не давали. У вас в школе были какие-то военные учения, военная подготовка Это только у мальчиков. Вы пошли в школу в 32-м, а окончили ее перед войной Нет, я не успела. 9 классов. Когда началась война, мне надо было идти в 10-й класс. Аресты, которые начались в 37-м году кого-то из вашей родни или знакомых коснулись Я слышала что-то, но именно наших – нет, Кроме того украинца, который в Германии учился. Еще какого-то маминого брата сына арестовали. Не знаю за что. А так, из нашей родни никого. Когда началась война в Польше, в 39-м, не было опасений, что Гитлер может пойти дальше и напасть на Советский Союз Где-то в 40-м году я была в Киеве у Лизы, где мама воспитывалась. Ее сына Сему взяли в армию. Они очень переживали, когда руку помощи протянули Польше, Чехословакии… Они были очень недовольны. Ее единственный сын погиб на войне. Отец очень переживал, когда арестовывали. Он знал какого-то провизора, аптекаря, «Что он сделал Прекрасный человек!». Он был недоволен Сталиным. Он так и говорил. Я помню, что он говорил, что Сталин боролся с Лениным за место, «за стульчик». Мама говорила: «Ну, ты точно, сядешь!». Он очень переживал за знакомых. Особенно за того, кто в аптеке работал: «Чем он согрешил». Когда евреев врачей потом обвиняли, он очень переживал. Папа понимал все это, да Он прекрасно все понимал. Он был очень умным. Он и музыку любил, он так воспитывался. Они с музыкальным мастером на виолончели играли, а его дочка – на фортепьяно. У них была культурная музыкальная семья. А папа в этом кругу был. Он много читал еврейской литературы. И в театр они ходили на еврейские постановки. В Житомир приезжал из Киева еврейский театр. Они всегда ходили. А дома у вас, какие книги преимущественно были У папы были в основном еврейские книги. Когда он умер, а я же в Ужгороде жила, был такой, Галвер фамилия, так я ему подарила эти книги. Видно, они ценность представляли, не знаю. Я ему отдала, он с таким уважением ко мне относился. Он был очень верующий. Когда он в Израиль уехал, то ходил там в белом. Здесь он не работал всю жизнь, не хотел, с начальством воевал. Так я ему отдала эти книги. Было очень много еврейских книг. Вы помните, как началась война Первый день войны Как вы узнали По радио, конечно. Но по радио же только в 12 передавали, а до этого не было никаких сообщений И люди начали уезжать. Мы ничего не взяли. Брата не было, брат был в Москве. Нашлись родственники, конечно, все вместе… Это организованная была эвакуация Да. Правда, в вагонах, в которых скот перевозят, знаете В теплушках. И мы выехали, кажется, на 4-й день. Выехали в теплушках, ничего не взяли с собой, сидели на полу прямо.
1   2   3