Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Имени м. В. Ломоносова история отечественного государства и права. Часть 1




страница1/20
Дата02.07.2017
Размер5.72 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ М.В. ЛОМОНОСОВА
История отечественного государства и права. Часть 1
Издание 3-е,

переработанное и дополненное


Под редакцией доктора юридических наук,

заслуженного профессора МГУ,

лауреата Государственной премии Российской Федерации

О.И. Чистякова
Рекомендовано Советом по правоведению

Учебно-методического объединения университетов РФ

в качестве учебника для студентов высших учебных заведений,

обучающихся по специальности "Юриспруденция"


Авторский коллектив:
Дюков Л.В., доц. (совместно с А.Н. Таукелевым) - гл. 6, 12;

Егоров Ю.А., доц. - § 2 гл. 8;

Кульчицкий В.С., проф. - § 3 гл. 5, гл. 11;

Новицкая Т.Е., лауреат Гос. премии РФ, доц. - § 2 гл. 5, § 4 гл. 18;

Портнов В.П., проф. - гл. 13, 17, § 1 - 3 гл. 18, § 1, 3 гл. 20;

Потарикина Л.Л., лауреат Гос. премии УССР, проф. - гл. 19;

Рогожин А.И., академик АН Укр. - гл. 14;

Семидеркин Н.А., доц. - вводная часть и § 1 гл. 5;

Таукелев А.Н., доц. (совместно с Л.В. Дюковым) - гл. 6, 12;

Титов Ю.П., лауреат Гос. премии РФ, проф. - § 1 гл. 1;

Уразаев Ш.З., академик АН Узб. - § 2 гл. 1, § 2 гл. 3, § 2 гл. 10;

Чистяков О.И., лауреат Гос. премии РФ, проф. - введение, § 3 гл. 1, гл. 2, § 1 гл. 3, гл. 4, § 1, 3 гл. 8, гл. 9, § 1 гл. 10, гл. 15, 16, § 2, 4 гл. 20, заключение, концовки ко всем главам, литература;

И.А. Юхо, проф. - гл. 7.
Научно-вспомогательная работа проведена Л.Н. Чистяковой, Л.В. Королевой и Е.А. Шомовой.
ВВЕДЕНИЕ
История отечественного государства и права есть закономерная смена типов и форм государства, а также правовых систем на территории нашей Родины.

Как историческая наука история государства и права - часть истории человечества, тесно связанная с историей народного хозяйства, культуры и других отраслей человеческой деятельности, но в то же время сохраняющая относительную самостоятельность и обладающая четко выраженным объектом исследования. Однако прежде всего история государства и права является наукой юридической, одной из фундаментальных правовых дисциплин. В таком качестве она охватывает развитие всех элементов государства: государственный механизм, форму государственного единства (соотношение государства в целом с его частями) и пр.

Человечество, по новейшим представлениям, существует миллионы лет. Государство же и право - сравнительно недавнее изобретение людей: возраст того и другого исчисляется всего тысячелетиями. Историко-правовая наука абстрагируется от догосударственной эпохи развития человечества, ее интересует лишь тот момент, когда начинается формирование государственности у народов нашей страны.

В современной науке возникло мнение о возможности отрыва права от государства, о возможности существования права без государства. Думается, что авторы этой концепции путают право с моралью. Характерной, отличительной от других социальных норм, чертой права выступает именно то, что оно создается государством и обеспечивается к исполнению его принудительной силой. В праве не все сводится к принуждению, но без принуждения оно не может существовать. Поэтому государство и право возникают одновременно и развиваются в диалектической связи и взаимозависимости.

История государства и права изучает политические и правовые институты вплоть до сегодняшнего дня и здесь органически стыкуется с действующим правом. Она, следовательно, занимается правом не только ушедшим, но и живущим, растущими его отраслями и институтами. Историю государства и права интересуют конкретные политические и правовые явления, но прежде всего она исследует фактический материал для установления межотраслевых закономерностей, для показа общих поступательных тенденций развития государства и права.

В этом большое сходство истории государства и права с теорией государства и права. Различие же состоит в том, что если теория государства и права изучает преимущественно общие закономерности развития государства и права различных народов и общественно-экономических формаций, то история государства и права занимается конкретными государствами и правовыми системами, существовавшими и существующими на территории нашей страны, их особенностями и характерными чертами. История государства и права использует обобщения, делаемые теорией государства и права, и в то же время дает конкретный материал для таких обобщений.

Возникновению тех или иных политических или правовых учреждений обычно предшествуют соответствующие идеи. Однако наука истории государства и права не занимается изучением таких идей, поскольку их развитие является предметом самостоятельной науки - истории политических и правовых учений. Мы затрагиваем эти идеи лишь в той мере, в какой они абсолютно необходимы для выяснения историко-правовых вопросов.

Изучение прошлого страны имеет большое политическое значение. Историческая и историко-правовая науки, изучая и обобщая опыт прошлого, помогают познать и использовать закономерности общественного развития, избежать повторения ошибок.

История государства и права опирается на общие объективные законы развития природы и общества. В последнее время в науке возникло мнение, восходящее к некоторым западным воззрениям, о том, что история вообще и история государства и права в частности не подчиняются объективным законам. Вместе с тем высказывается мысль и об отсутствии единой прогрессивной линии в развитии общества, государства и права. Якобы прогресс свойствен только развитию материальной культуры, техники и т.п. Думается, что с этим вряд ли можно согласиться. Очевидные факты показывают, что государства и правовые системы возникают и умирают отнюдь не случайно, а подчиняются определенным объективным факторам. Отсюда всегда можно проследить соответствующие тенденции, определенную линию развития.

Вряд ли можно сомневаться и в наличии общего прогресса в развитии государства и права. От деспотических форм государства, от примитивных форм демократии человечество приходит к более совершенным, развитым и гуманным институтам. Да и в праве то же самое. Взять хотя бы уголовное право: на смену кровной мести, диким формам смертной казни, кулачному праву приходят современные институты, гарантирующие защиту как общества от преступников, так и личности от неправомерных посягательств. Все это не исключает того, что исторический процесс может делать широкие зигзаги, отбрасывающие его порой на десятилетия назад, в том числе и в развитии государства и права.

Отрицание закономерностей развития общества, государства и права приводит к отрицанию истории как науки. Если мы говорим о закономерностях развития государства и права, то неизбежно сталкиваемся с проблемой движущих сил этого процесса. Многими учеными было доказано громадное влияние экономики, способа производства на развитие государства и права. Очевидно, этот фактор следует считать даже ведущим. Ведущим, но не единственным. Взять, например, ту часть массовой психологии, которая не опирается непосредственно на материальные потребности, скажем, национальные чувства. Эти чувства, доходящие порой до национализма, идут нередко вразрез с самыми насущными потребностями общества, самой нации. Нельзя сбрасывать со счетов и такую движущую силу развития, как роль личности в истории. Мы увидим неоднократно, как та или иная выдающаяся личность круто поворачивала колесо событий, которые могли бы идти и иначе.

Долгое время в нашей исторической науке чрезмерное внимание уделялось такому фактору, как классовая борьба. Теперь появилась другая крайность: некоторые авторы считают, что этот фактор следует исключить из числа тех, которые воздействуют на исторический процесс. Думается, что и здесь истина лежит посередине. Вряд ли можно отрицать значение для истории государства и права таких острых форм классовой борьбы, как крестьянские войны, революции. Да и другие формы порой давали заметный исторический эффект.

Историко-правовая наука использует различные методы, как общефилософские, общесоциологические, так и свои специфические. К первым относится диалектический метод, метод материалистической диалектики. Что же касается вторых, то прежде всего следует отметить хронологический подход. История есть движение явлений во времени, поэтому историческая наука немыслима без хронологии, познать ее закономерности невозможно без сравнения, сопоставления фактов и явлений. Но такое сравнение следует проводить не только во времени, от периода к периоду, но и в пространстве, сопоставляя развитие государства и права одного народа с развитием политико-правовых систем других народов. Следовательно, историко-правовой науке свойствен и сравнительный метод исследования. Наконец, историко-правовые явления нужно рассматривать не изолированно, а в системе. Значит, необходимо применение системного метода.

Хотя история есть непрерывное движение, изучать ее сплошным, нераздельным потоком невозможно. Научный анализ и обобщение требуют членения исторического материала на хронологические отрезки, периоды. Поскольку развитие государства и права зависит прежде всего от экономического базиса, то и периодизация истории государства и права соответствует периодам развития производственных отношений. Основным общественно-экономическим формациям (кроме первобытно-общинного строя) соответствуют определенные типы государства и права.

История нашей Родины знает все типы государства и права - от рабовладельческого до социалистического. Правда, не каждый ее народ прошел все эти ступени. Рабовладельческие государства существовали только в Причерноморье, Закавказье и Средней Азии. Славяне, прибалтийские народы, казахи и другие миновали рабовладельческую формацию и пришли сразу к феодализму.

Для нашей истории характерен плавный, постепенный переход от рабовладельческого к феодальному и от феодального к буржуазному государству и праву, хотя дело не обходилось и без скачков. С XIX в. Россия сделала несколько шагов по пути превращения феодальной монархии в буржуазную. Даже Февральская революция не покончила со всеми пережитками феодализма. Только Октябрьская революция резко изменила судьбу нашей страны, установила принципиально новый общественный и государственный строй.

В современной науке высказывается критическое мнение о формационном делении истории человечества, а следовательно, и о типологии государств. Эта точка зрения заслуживает внимания, однако безоговорочно с ней согласиться тоже трудно. Конечно, в чистом виде невозможно выделить ни рабовладельческий, ни феодальный, ни буржуазный строй, экономика любого общества почти всегда многоукладна. Однако же всегда можно выделить какую-то форму общественных отношений, которая в данный момент является преобладающей, господствующей. Она-то и придает основную окраску тому или иному обществу. То же следует сказать и о государстве и праве. Государство и право часто совмещают в себе черты разных типов, но преобладают обычно черты какого-то одного, исключая, конечно, переходные эпохи.

Крупное, формационное деление исторического процесса предполагает более дробную периодизацию. Такую периодизацию для досоветской истории государства и права предложил в свое время основоположник науки истории государства и права профессор С.В. Юшков. Этой схемы придерживается и по сей день большинство историков отечественного государства и права.

В дореволюционной литературе применялась различная периодизация истории российского права, да и государства. Часто использовались в качестве критериев некоторые внешние признаки, например изменение столицы государства (киевский, московский, петербургский периоды). Иногда за основу брали изменение формы правления (княжеский, царский, императорский периоды). Наиболее популярный предреволюционный учебник М.Ф. Владимирского-Буданова соединяет эти критерии, подразделяя историю русского права на земский (IX - XIII вв.), московский (XIV - XVII вв.), период империи <*>.

--------------------------------



<*> См.: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов-на-Дону, 1995 (репринт с дореволюционного издания).
Иногда авторы, обычно гражданские историки (например, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский), давали более дробную периодизацию по монархам, что не было лишено определенного основания.

С.В. Юшков первым осмелился поколебать господствовавшую в его время концепцию чисто экономической основы периодизации. Он создал трехэтапную конструкцию периодизации истории феодального государства и права России, где в основу были положены не только экономические, но и государствоведческие критерии: раннефеодальное государство, сословно-представительная монархия, абсолютизм. Однако в разбивке на узкие периоды он сохранил социально-экономический акцент.

В отличие от С.В. Юшкова и всех прежних как наших, так и не наших учебников, мы в данном издании решили усилить значение фактора относительной самостоятельности государства и права, построив периодизацию главным образом по государствоведческим принципам. Это относится в первую очередь к собственно России, к чисто российской тематике. На разных этапах мы выдвигаем к тому же несколько отличные критерии, обусловленные характером этапа.

На стадии раннефеодального государства на первый план выступают проблемы организации государственного единства: относительное единство, феодальная раздробленность, централизация.

На этапе абсолютизма важнейшим фактором становится развитие формы правления - возникновение, развитие, кризис и наконец крушение самодержавия.

Подобные принципы мы пытаемся провести при освещении и других нерусских государств на территории нашей страны, в частности, в Закавказье, Литве, хотя и в значительно меньшей степени в силу характера самого материала.

Изменили мы несколько и структуру изложения, приблизив ее к реальному историческому процессу, синхронизировав показ истории различных государств на территории нашей страны, их возникновение, развитие, слияние с Россией.

Историко-правовая наука должна давать читателю правдивые сведения. Правдивость историко-правового материала совершенно необходима для его практического использования. Ведь если мы будем пользоваться недостоверными сведениями о прошлом, то сделаем недостоверный прогноз и на будущее.

В советской историографии долгие годы существовала тенденция к приукрашиванию одних исторических событий и очернению других. В наше время историко-правовая наука освобождается от этого наследия, она стремится вскрыть истинные факты и сделать достоверные выводы из событий минувшего.

Однако и современная историческая наука развивается противоречиво. Наряду с тенденцией к восстановлению исторической справедливости наблюдается и прямо противоположная ей тенденция. Под видом восстановления истины допускается новая фальсификация истории. Это особенно касается истории национальной государственности, национальных отношений в нашей стране, а также всей истории советского периода.

Следует отметить одну характерную особенность историко-правовых, как и всех общественных, наук. В отличие от наук естественных и технических, в обществоведении не все проблемы решаются однозначно. Многое здесь зависит от социальной принадлежности, социальной ориентации исследователя. Порой одни и те же факты разными авторами трактуются по-разному. Крупнейший дворянский историк Н.М. Карамзин, научная добросовестность которого не вызывает сомнений, был убежденным сторонником самодержавия и крепостничества, в силу чего строил свои выводы, исходя из этих основополагающих посылок. Славянофилы XIX в. идеализировали допетровскую Русь и своеобразие развития России. Наоборот, западники подчеркивали отсталость России, необходимость развития ее в духе европейских цивилизаций. Все они были убеждены в своей правоте, в правомерности делаемых ими выводов.

В XX в. мы сталкиваемся и с другим явлением в историографии. Возникновение Советского государства, противопоставившего себя всему буржуазному миру, породило ответную реакцию, в том числе и идеологическую. Западные историки написали немало трудов о нашей стране, причем зачастую с позиций огульной враждебности. При этом искажению подвергались не только события нашего времени, но и порой весьма отдаленного, вплоть до истории Древнерусского государства. Не следует, конечно, думать, что все зарубежные авторы настроены сугубо враждебно к нашему государству. Среди них есть немало добросовестных, объективных исследователей, труды которых способствуют выявлению исторической истины.

Вместе с тем в современной отечественной историографии и особенно публицистике появилась в последнее время тенденция к тому, чтобы взять на вооружение не только правдивые, но и отнюдь не прогрессивные концепции. Под видом восстановления исторической истины порой проповедуют взгляды, далекие от нее.

Наряду с антагонистическими противоречиями в науке неизбежны чисто научные споры ученых, стоящих даже на одних классовых, идеологических позициях. Без споров не может быть развития науки. Авторы учебника, естественно, будут излагать свои взгляды на те или иные проблемы, но будут стараться знакомить читателя и с воззрениями других исследователей. Мы решили излагать историографию различных вопросов не в специальной главе или специальном параграфе, а применительно к конкретному историческому материалу, по мере его освещения.

Историко-правовые науки изучаются на первом курсе юридических вузов параллельно с другими историческими и юридическими науками. Это требует изложения материала с учетом преподавания других дисциплин.

История отечественного государства и права стыкуется с историей государства и права зарубежных стран. Некоторые институты, родившиеся за пределами нашей страны и перенесенные затем в правовые системы наших народов, специально изучаются в курсе зарубежной истории и поэтому не дублируются в курсе отечественной истории. Так, мусульманское право, возникшее на Ближнем Востоке и принятое некоторыми народами нашей страны, мы рассматриваем лишь в той мере, в какой оно было модифицировано национальными правовыми системами, оставляя вопросы его зарождения, сущности и основных принципов за курсом истории государства и права зарубежных стран.

На первом курсе преподается и теория государства и права, дающая студенту основной понятийный аппарат. Опираясь на него, мы специально не объясняем юридические термины. Вместе с тем мы исходим из того, что студент-первокурсник только начинает изучение специальных юридических дисциплин, поэтому стремимся избегать юридических тонкостей, излагать материал простым, доступным для начинающего юриста языком.

Как учебная дисциплина история отечественного государства и права распадается на две части. Первая из них посвящена периоду до октября 1917 г., вторая - последующему времени. Этому соответствуют и два учебника, которые мы предлагаем читателю.

В последнее время в науке возникли тенденции к перенесению исторического рубежа с октября 1917 г. на февраль и даже на начало XX в. Думается, что подобные точки зрения неправомерны. Конечно, и Февральская революция, и первая российская имеют колоссальное значение в истории нашей Родины, однако не соизмеримое со значением Октября.
Глава 1. РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИЕ ГОСУДАРСТВА НА ТЕРРИТОРИИ

НАШЕЙ СТРАНЫ
§ 1. Государство и право Урарту

(IX - VI вв. до н.э.)
Первым государством на территории нашей страны было Урарту, возникшее в Закавказье. В конце II и в начале I тысячелетия до н.э. здесь шел процесс разложения первобытно-общинного строя, образования классового общества. В основе этого процесса лежали экономические причины, но постоянные войны с Ассирией и другими внешними врагами ускорили этот процесс. По свидетельству ассирийских источников, в середине XIII в. до н.э. существовали большие объединения урартских племен. В IX в. до н.э. сформировалась рабовладельческая общественно-экономическая формация, образовались антагонистические классы - рабов и рабовладельцев, возникло рабовладельческое по своей классовой сущности государство Урарту. Оно просуществовало около трех столетий. Достигнув расцвета в VIII в. до н.э., Урарту захватило территории многих мелких стран и племен. Оно держалось силой оружия. В начале VI в. до н.э. Урарту было порабощено соседним южным государством Мидией.

Общественный строй. Крупнейшими рабовладельцами в Урарту являлись цари. Им принадлежала верховная собственность на землю. На их землях трудились рабы, большинство которых составляли пленные. В результате удачных войн переселялись на царские земли целые народы. Так, в высеченной на каменной плите надписи царя Сардура читаем, что он за один год захватил и угнал из соседних стран 12750 юношей, 46600 женщин, 12000 воинов, 2500 коней, множество другого скота. Царю принадлежали дворцы с несметными богатствами, громадное количество скота, сады, виноградники. На него работали пленные ремесленники.

В класс рабовладельцев входили также члены царского рода, жрецы, правители областей, военная знать, которые обладали крупными хозяйствами, основывавшимися на труде рабов.

Жрецы составляли значительную и влиятельную часть класса рабовладельцев. В стране было построено большое число храмов, обладавших огромными богатствами. Храмы имели свое хозяйство, где трудились рабы. Жрецы осуществляли идеологическую функцию государства. В результате удачных военных походов часть добычи цари жертвовали храмам.

Основной массой эксплуатируемых были рабы. Их труд широко использовался на строительстве ирригационных сооружений, водопроводов, крепостей, дворцов знати, храмов, дорог, хозяйственных построек царя и других рабовладельцев. Главным источником рабства являлся плен. С этой целью совершались военные походы в соседние страны. Большую часть рабов присваивали царь и рабовладельческая знать. Лишь незначительная часть их перепадала простым воинам. Рабы были совершенно бесправной частью населения. Их жестоко эксплуатировали. Источники свидетельствуют о такой форме протеста рабов, как массовые побеги.

Основную массу свободного населения составляли крестьяне-земледельцы. Они были объединены в сельские общины. Крестьяне-общинники платили налоги, несли разнообразные повинности. Их привлекали к строительству оросительных систем, дорог, к выполнению воинской повинности, поставке лошадей для царского войска.

В городах жили торговцы, ремесленники, которые славились обработкой железа, меди, драгоценных металлов, камня, дерева. Большая часть ремесленников принадлежала, по-видимому, к рабам. В городах проживала и часть земледельцев, которые обрабатывали землю царя и находились на государственном обеспечении, не имея своего хозяйства. В городах-крепостях, являвшихся административными центрами, проживали также чиновники местного аппарата и размещались гарнизоны.

Государственный строй. Рабовладельческое государство Урарту было монархией. Во главе его стоял царь, которому принадлежала верховная, светская и духовная власть. Центром управления являлся царский двор, где основные должности занимали члены царского рода. Для Урарту, подобно другим странам Древнего Востока, было характерно наличие трех ведомств: финансового, или ведомства по ограблению собственного народа, военного, или ведомства по ограблению соседних народов, и ведомства общественных работ.

В Урарту осуществлялись обширные ирригационные работы, без которых было невозможно вести хозяйство.

Важным звеном государственного аппарата являлись вооруженные силы, нужные для отражения нападения Ассирии, скифов, киммерийцев, для завоевания и ограбления других народов, для удержания в повиновении рабов и крестьян-общинников. Войско состояло из постоянных царских отрядов, а в случае военного похода также из отрядов, приводимых правителями областей, и ополченцев. По тем временам войско было хорошо организованным: имелись боевые колесницы, кавалерия, пешие отряды лучников, копейщиков. Как свидетельствуют письменные ассирийские источники, в Урарту существовали области, где специально выращивали и тренировали лошадей для конницы.

Местный государственный аппарат по тем временам был четко организован. Вся территория Урарту делилась на области во главе с областными начальниками, назначаемыми царем. Им принадлежали военные, административные, финансовые, судебные полномочия. Административный центр области находился в городе-крепости. В своей области правители, по существу, обладали неограниченной властью, что в ряде случаев приводило к выступлениям против царя, особенно когда тот терпел военное поражение. Стремясь ограничить власть областных правителей, царь Руса I разукрупнил области.
§ 2. Государство и право Закавказья и Средней Азии

(середина I тыс. до н.э. - IV в. н.э.)
Процесс распада первобытно-общинного строя у народов Закавказья и Средней Азии происходил задолго до н.э. О наличии здесь в VI - IV вв. до н.э. классового общества свидетельствуют данные археологической науки, появление первых городов, сведения греческих историков Геродота и Ксенофонта (V в. до н.э.).

Естественно, древние рабовладельческие цивилизации, втягивавшие в свою орбиту большие пространства Закавказья и Средней Азии, оказали определенное влияние на исторические судьбы племен Закавказья и Средней Азии, ускорили процесс разложения здесь первобытно-общинного строя. Это не значит, что рабовладельческие порядки и государственность были привнесены в Закавказье и Среднюю Азию извне, как это пытаются представить некоторые историки. Классовое общество в Закавказье и Средней Азии возникло в результате длительного процесса распада первобытно-общинного строя.

Древнейшие рабовладельческие государства Закавказья и Средней Азии имели ряд общих черт и в то же время существенно отличались друг от друга. У первых государственных образований не было четко очерченных границ, которые совпадали бы с границами расселения основных народов, сформировавшихся на этой территории позже.

Рабовладельческие отношения, развивавшиеся в Закавказье и Средней Азии, имели некоторые особенности. Одна из них заключается в том, что значительную роль в производстве играла сельская община, в силу чего рабство не стало таким, каким оно было, например, в Греции и Римской империи.

В VI в. до н.э. персидское рабовладельческое государство Ахеменидов захватило обширные области Закавказья и Средней Азии. Оно делилось на сатрапии, во главе которых находились правители-сатрапы. Так, значительная часть территории нынешнего Азербайджана вошла в XI сатрапию, территория Средней Азии, населенная бактрийцами, - в XII, саки, жившие к востоку от Сырдарьи, - в XV, а хорезмийцы и согдийцы - в XVI сатрапию. Первыми в Средней Азии от власти Ахеменидов освободились хорезмийцы и саки (конец V - начало IV в. до н.э.).

В период правления Ахеменидов значительная часть народов Средней Азии перешла к оседлому земледелию. Тогда же создается широкая сеть искусственного орошения. При сооружении каналов и постройке городов широко используется труд рабов. Ахемениды создали стройную, но внутренне мало связанную систему управления. Сатрапы назначались из числа лиц, наиболее близко стоящих к царю. Административная власть сатрапа была неограниченной. В его компетенцию входило: управление областью, собирание дани с населения в казну Персидского государства, организация чеканки монеты и командование военными силами. По требованию сатрапа зависимые народы должны были выставлять отряды, состоявшие из конницы, пехоты и воинов на колесницах.

Империя Ахеменидов перестала существовать в 30-х годах IV в. до н.э. в результате завоевания ее войсками Александра Македонского. Земли закавказских и среднеазиатских народов вошли в состав его государства. Единственным независимым государством в Средней Азии остался Хорезм. При организации управления завоеванными землями греки сохранили институт сатрапов. При них назначались должностные лица, ведавшие военными и финансовыми делами. Сатрапы Александра в отличие от ахеменидских не имели права чеканить монету и держать наемное войско. В остальном управление оставалось таким же, каким оно было при персах. Чтобы укрепить власть, Александр склонял на свою сторону местную знать, идя на значительные уступки ей. Местная знать сыграла немаловажную роль в установлении господства греко-македонских завоевателей.

После смерти Александра Македонского завоеванные им области вошли в состав государства Селевкидов. В конце IV в. и в III в. до н.э. из состава государства Александра и Селевкидов стали выделяться независимые и полунезависимые государства. Так, в IV в. до н.э. на территории Армении возникло самостоятельное Айраратское царство с центром в Армавире. Несколько позже возникли самостоятельные Армянское и Иберийское государства. Греческий географ Страбон (I в. до н.э.) сообщает, в частности, о стране Иберии. Население Иберии, писал он, делилось на четыре "рода", вернее, социальные группы. Из них первый - важнейший род, из которого ставят царя, ближайшего по родству (с предыдущим царем) и старейшего по возрасту, и который творит суд и предводительствует войсками. Второй род - жрецы, которые ведают также спорными делами с соседями. Третий род - земледельцы и воины. Четвертый род - люди, которые являются царскими рабами и доставляют царскому роду все необходимое для жизни.

В I в. до н.э. в Закавказье вторглись римские войска. Они рассматривали Армению, Иберию и Прикаспийскую Албанию как подвластные себе земли. Шла долгая и упорная борьба народов Закавказья за свою независимость. В процессе этой борьбы консолидировались армянская, грузинская и азербайджанская народности.

В конце II - начале III вв. н.э. рабовладельческий Рим, переживший глубокий кризис, не мог уже сохранить свое влияние на Закавказье. На это время приходится и упадок рабовладельческих отношений.

Греко-бактрийское царство. В середине III в. до н.э. в Средней Азии выделилось самостоятельное Греко-бактрийское царство, в состав которого входили Бактрия, Согдиана, Маргиана и Паркана (Фергана). О классовом расслоении населения Греко-бактрийского царства свидетельствует состав войска греко-бактрийских царей, включавшего конницу, в которую входили представители местной знати, и пехоту из рядовых свободных людей. Греко-бактрийское царство не было прочным государством.

Огромная держава, составленная из различных мало связанных между собой частей, не могла просуществовать долго. К тому же греко-македонская знать не опиралась на широкие слои местного населения. Она рассматривала среднеазиатские области как объект эксплуатации.

Во II в. до н.э. Греко-бактрийское царство распалось. От него отделилась Согдиана, Маргиана была завоевана парфянами. С севера на Греко-бактрийское царство напали массагетские кочевые племена. Среди осевших на территории Бактрии племен источники упоминают тохаров. В первое время после завоевания Бактрии тохары основали свое государство - Тохаристан. Тохаристан граничил с Хорезмским государством, которое включало собственно Хорезм, Согдиану и Чач (район Ташкента).

Кушанское царство (I - IV вв. н.э.). На рубеже нашей эры важную роль в истории Средней Азии играло царство кушанов - одно из тохарских государств. Кушанское царство подчинило себе территории Бактрии и Согдианы и другие земли и вскоре превратилось в одно из крупнейших государств той эпохи. Время расцвета Кушанского царства считается периодом наибольшего для Средней Азии развития рабовладельческих отношений. Первоначальная столица Кушанского царства находилась на территории Согдианы, затем была переведена в Индию.

Огромная Кушанская держава вела постоянные войны, расширяя свою территорию и превращаясь в сильное рабовладельческое государство. Войны давали большое количество рабов, трудом которых создавались новые города и строились каналы в Хорезме, Согдиане, Бактрии и Фергане. Наряду с рабами в Кушанском царстве существовала масса свободного крестьянства, объединенного в общины.

В I - III вв. Кушанское царство играло важную роль в развивающихся политических и торговых отношениях со многими странами Запада и Востока. Кушанская культура оставила после себя глубокий след, ярко характеризующий могущество этой державы. В III в. начинается распад Кушанского царства. Хорезм снова занимает независимое положение, что видно по возобновлению им выпуска своих монет.

На развалинах Кушанской империи в Средней Азии возникает множество городов-государств. К этому периоду рабовладельческий строй в Средней Азии приходит в упадок. Развиваются замкнутые хозяйства крупных землевладельцев.

Территория Средней Азии в III - IV вв. политически была раздроблена. В западной части долины Зеравшана образовался союз городских царств во главе с Бухарой. Союз городов-государств сложился и в Фергане.


***
Из-за скудости данных общественный и политический строй и право закавказских и среднеазиатских государств эпохи рабства не могут быть подробно охарактеризованы. Известно лишь то, что эти регионы были областями развитого земледелия, ремесла и скотоводства. Цари как главы государств обладали неограниченной властью. Их личность обожествлялась. Они были одновременно и верховными жрецами. Высшие военные, административные и религиозные должности распределялись среди родственников и соплеменников царя. Номинально царь считался верховным собственником земли и населения. В его руках сосредоточивались огромные богатства. При царях имелись советы старейшин. Чеканились в государствах свои монеты. Политической формой государства была деспотия.

Правовая система, можно предполагать, складывалась из обычного права, актов местной знати и установлений царей. Судить конкретно об основных чертах права Закавказья и Средней Азии древнего периода не представляется возможным из-за отсутствия правового материала того периода.


§ 3. Государственные образования в Причерноморье

(VII в. до н.э. - IV в. н.э.)
Со временем зона формирования государственных образований постепенно продвигается к северу. Она переваливает через Кавказский хребет и располагается вокруг Черного и Азовского морей, где жили многочисленные и этнически разнообразные народы.

Важное место в истории занимают скифы и их государственность. Скудость источников вызывает многочисленные споры, касающиеся истории этого народа или даже народов, по мнению некоторых авторов. Само место происхождения скифов не очень ясно. Имеется точка зрения, согласно которой они пришли в Европу с Алтая, на что указывает, в частности, и антропологический тип по крайней мере части скифов. Советские же авторы настаивали на том, что скифы - автохтонный, коренной народ Северного Причерноморья. В VIII в. до н.э. скифы по восточному берегу Черного моря двинулись на юг, наводя ужас на народы Передней Азии, что было зафиксировано даже в Библии <*>. Затем, однако, они вернулись к берегам Черного моря.

--------------------------------

<*> См.: Смирнов А.П. Скифы. М., 1966. С. 17.
В науке вызывает споры этническая природа скифов. Некоторые авторы считали их монголами, другие - иранцами, а группа дореволюционных русских исследователей (В.В. Григорьев, И.Е. Забелин, Д.И. Иловайский) предполагала, что они должны быть славянского происхождения. Последняя точка зрения пользовалась одно время популярностью и у советских историков, которые хотели тем самым увести историю наших предков в более далекие времена. Этой теории обоснованно возражал основоположник науки истории государства и права СССР С.В. Юшков, отмечавший языковое несходство скифов со славянами. На связь со славянами указывает, правда, европеоидный тип части скифов, который отмечают некоторые исследователи. Г.В. Вернадский пытался примирить различные взгляды указанием на возможность того, что древние источники объединяли под именем скифов весьма различные народы <*>.

--------------------------------



<*> См.: Вернадский Г.В. Древняя Русь. Тверь; М., 1996. С. 71 - 72.
Предшественниками скифов, образовавшими первые политические формирования между Черным и Каспийским морями, были киммерийцы (X - VIII вв. до н.э.). Они же первоначально и господствовали над скифами. В течение первой половины VII в. до н.э. скифы сломили сопротивление киммерийцев и распространили свое владычество от Волги до Днестра. Впрочем, взаимоотношения киммерийцев и скифов не вполне ясны.

Общественный строй скифов был рабовладельческим. Некоторые авторы полагают, что рабовладение скифы переняли в ходе их броска на юг, когда они оказались в гуще старейших рабовладельческих государств. Такое влияние возможно, однако следует заметить, что скифское общество находилось в состоянии, когда оно само было способно перенять рабовладение, подготовлено к нему своим собственным внутренним развитием. Во всяком случае, источники сообщают, что когда скифское войско ушло на юг, то женщины, оставшись без мужей, завели массу детей от рабов. Этот факт говорит и о другом: рабство в VII в. до н.э. еще не являлось преградой, которая помешала бы свободной женщине пойти на такую связь. Исследователи полагают, что в это время рабство было еще патриархальным. Однако позже оно в Скифии приобрело все черты, свойственные эпохе рабовладения на востоке.

Рабовладельческие порядки стали весьма жесткими. Раб не имел даже права на жизнь, приравниваясь к домашнему скоту. В скифских курганах, где были захоронены богатые и знатные люди, археологи встречают скелеты рабов вперемешку с костями домашних животных. Те и другие должны были сопровождать хозяина в потусторонний мир. Некоторые авторы считают, что зрелый рабовладельческий строй сложился у скифов только к IV в. до н.э. Впрочем, это не помешало им тогда же прибегнуть к боевым услугам рабов. Когда враги осадили Ольвию, скифы, которые жили в этом городе вместе с греками, отпустили всех рабов на волю, включили их в свое войско и таким образом отбились от нападавших. Рабство у скифов было двоякого рода: индивидуальное и коллективное, когда группа рабов принадлежала целой общине.

Вопрос о времени возникновения государственности у скифов в науке спорен. Разные авторы называют VII, VI, V и даже IV вв. до н.э. Думается, ближе к истине стоят те, кто предлагает более раннюю дату, что подтверждается, например, наличием в это время отрядов вооруженных рабовладельцев, предназначенных, очевидно, для подавления сопротивления рабов. Еще более ярким фактом является существование уже в VII в. до н.э. наследственной царской власти. В более позднее время сложится даже идея о ее божественном происхождении.

Скифское государство не было централизованным, чему способствовал и его кочевой характер.

В источниках отмечается сильная военная организация скифов, основу которой составляла кавалерия, вооруженная луками, а также мечами и кинжалами. Во главе войска стояли цари, которые не только командовали воинами, но и сами участвовали в сражении. Так, скифский царь Атей в возрасте 90 лет погиб в бою с македонцами в 339 г. до н.э.

Скифы-кочевники подчинили себе оседлые земледельческие народы, производившие такое количество зерна, которого хватало даже на экспорт в Грецию.

Причерноморские скифы были неоднородными, распадаясь на несколько орд. Самыми могущественными из них являлись так называемые царские скифы, жившие в Северной Таврии. К западу от них располагались две другие группировки, занимавшиеся соответственно скотоводством и земледелием. Впрочем, по мнению исследователей, и скотоводы начинали осваивать земледелие.

Центр Скифии менял свое положение. Одно время он сместился в Приднепровье, а в III в. до н.э. - в Крым. В это время, в IV - III вв. до н.э., происходит расцвет Скифского государства, связанный с развитием хозяйства. Возникает ремесло, появляются города.

В V - IV вв. до н.э. Скифское государство расширяется за счет соседних народов. Скифы совершают дальние походы, даже в Центральную Европу, где сталкиваются с кельтами. В IV в. до н.э. скифы заходят за Дунай, в область, которую географы назовут Малой Скифией. Скифское государство, в это время руководимое Атеем, по мнению некоторых авторов, охватывает пространство от Малой Скифии до Азовского моря.

Но вскоре военное счастье изменяет скифам. В 331 г. до н.э. полководец Александра Македонского Зонирион проник в центральные районы Скифии. С этого времени Скифское государство пошло к упадку, и во II в. до н.э. его захватывают сарматы (по-гречески савроматы), пришедшие с востока. От Скифии останется маленькое государство в Крыму с центром в Неаполе Скифском (возле нынешнего Симферополя), вынужденное отбиваться со всех сторон от врагов и в конце концов поглощенное ими.

Почти на всем протяжении истории Скифского государства его соседями являются греческие колонии, цепочкой окаймлявшие Черное и Азовское моря. Скифы имели с ними и мирные контакты (экономические и культурные), и военные столкновения.

Греки пришли в Причерноморье из Эллады, когда там произошло перенаселение и понадобились новые земли. Кроме того, метрополии были нужны природные ресурсы Причерноморья - хлеб, металлы и прочее, а также торговые связи с северными народами. Здешние места были благодатным краем, создававшим хорошие условия для ведения сельского хозяйства. Вместе с тем колонистам приходилось отстаивать свои поселения от многочисленных кочевников и иных аборигенов, жить в постоянной боевой готовности, хотя они старались проникнуть на эти земли мирным путем. Средиземноморцам, избалованным климатом своей родины, казался, к тому же, суровым и климат северных районов. На это жаловались, например, Страбон - греческий географ и историк, состоявший на службе у римлян, и живший на грани новой эры римский поэт Овидий, сосланный в низовье Дуная за вольнодумство (I в. до н.э.). За несколько веков до них известный греческий историк Геродот, характеризуя природу Причерноморья, не мог найти слов для описания снегопада - удивительного для него явления.

Переселение греков в Причерноморье началось еще в VIII в. до н.э. и продолжалось несколько столетий. Было создано большое число поселений. В некоторых местах они располагались по побережью на расстоянии 5 - 10 км друг от друга.

Общественный и политический строй Причерноморских городов-государств по понятным причинам копировал строй метрополии, хотя, по мнению исследователей, и отличался от него.

Поскольку в греческих колониях, как и в метрополии, существовал рабовладельческий строй, то гражданами считались только свободные. Они-то и организовывали надлежащие органы власти и управления. При этом из числа избирателей исключались женщины и негреки.

Греческие колонии поддерживали определенные связи с метрополией, не отрывались от нее. Например, Ольвия была независима от своей метрополии - Милета, но на протяжении веков сохраняла с ним союзные отношения.

Верховным органом власти в городе была экклесия - народное собрание. Значительную роль в управлении городом играл также городской совет, подготовлявший решения народного собрания. Высшая исполнительная власть принадлежала коллегии выборных архонтов. Вопросами обороны ведала коллегия шести стратегов, финансовыми делами - специальные коллегии "семи" и "девяти", торговлей и рынком - тоже специальная коллегия и т.д.

Основу государственного бюджета Ольвии составляла система ввозных и вывозных пошлин на товары и различные виды налогов.

Наивысшего расцвета Ольвия достигла в V - IV вв. до н.э. Однако затем она теряет свое влияние в силу конкуренции в здешних местах с более мощным Боспорским государством.

Боспорское государство возникло за счет объединения нескольких греческих колоний. Его географическим центром стал Керченский пролив, именовавшийся в то время Боспором Киммерийским, откуда и получило свое название государство. Главным его городом был Пантикапей (нынешняя Керчь), основанный в начале VI в. до н.э. Общность торговых интересов и необходимость обороны от соседей, прежде всего скифов, заставили города, расположенные на Крымском и восточном побережье Керченского пролива, объединиться в одно государство в начале V в. до н.э. под руководством династии Археанактидов. В 438 г. до н.э. государство возглавила новая династия - Спартокиды, которые были даже не греками, а "варварами", фракийцами. Они приняли титул архонтов, но сделали эту должность наследственной.

Спартокиды стремились к расширению государства. Они присоединили города Нимфей, Феодосию, создав основу государства на побережье Черного моря вплоть до нынешнего Новороссийска. Таким образом, Боспорское государство стало уже не греческим, а полиэтничным, где, однако, господствовала греческая культура. Определить его точную территорию невозможно, ибо она изменялась, но в IV в. до н.э. Боспорское государство простиралось примерно на 6 тыс. кв. км.

--------------------------------

<*> См.: Шелов-Коведяев Ф.В. История Боспора в VI - IV вв. до н.э. // Древнейшие государства на территории СССР. М., 1985. С. 5.
Главной отраслью хозяйства в Боспорском государстве было земледелие, обеспечивавшее не только собственные нужды, но и широкий экспорт хлеба в Афины. О размахе этой торговли говорит тот факт, что в конце V в. до н.э. Спартокиды имели постоянных представителей в Афинах. Развивается виноделие, снабжавшее своей продукцией и соседние племена. Широко развернулись ремесла, в том числе производство железа, гончарных изделий. Важное место в жизни государства занимала торговля, включая транзитную, соединявшую Средиземноморье с варварскими соседями Боспора.

Боспорское общество было рабовладельческим, но своеобразным. В главной отрасли хозяйства - земледелии рабский труд применялся мало. Возможно, причиной этого являлось географическое положение боспорских земель: пашни находились прямо на границе с соседями. Поэтому рабам убежать за границу, может быть, к своим варварским соплеменникам было не трудно. Сказывалось, наверное, и то, что в присоединяемых варварских землях классообразование еще не завершилось и в процессе производства свободные общинники занимали важное место. Так или иначе, но исследователи отмечают, что рабов в Боспорском государстве было неизмеримо меньше, чем свободных. Вместе с тем через Боспор шла активная транзитная торговля рабами: с материка их переправляли в далекую Грецию.

Что касается верхушки боспорского общества, то важное место в ней занимала вслед за правящей династией аристократия, связанная с производством и торговлей хлебом. Со временем с ней смешивается и аристократия присоединенных народов. В IV в. до н.э. заметной общественной силой становятся армия и флот.

В качестве политической формы раннего Боспора выступала тирания. Однако под ней понималось не то, что мы имеем в виду в наше время. Тирания первой и второй династий состояла просто в том, что их основоположники захватили власть и что власть эта была достаточно крепкой.

По мнению почти всех исследователей, монархия в Боспоре имела специфический характер: она была коллегиальной, корпоративной. Дело в том, что во главе государства стоял не один правитель, а два или три, связанных родственными узами, - отец и старшие сыновья, два брата и т.п. Это не означало, что такие правители занимались одним и тем же делом. Обычно они разделяли между собой важнейшие функции. Впрочем, второй правитель выполнял иногда обязанности дублера, например, при главнокомандующем, в качестве которого выступал первый. Иногда младший правитель оставался как бы наместником в столице, когда старший уходил в поход.

Такая система позволяла плавно осуществлять правопреемство: старший сын, который на протяжении многих лет правил вместе с отцом, приобретал все необходимые знания и навыки. В источниках того времени такие монархи считались как будто бы равными, однако не совсем, старший рассматривался все-таки в качестве главенствующего. Тем не менее почести им воздавались равные, и официальное обращение в сношениях с другими государствами делалось сразу к обоим.

Боспорские правители выполняли также судейские функции и были верховными жрецами.

Боспорские правители были самыми богатыми людьми. Больше того, их личная казна не отграничивалась строго от государственной. Вообще, осуществлялась идея, по которой и само государство есть частная собственность правящей династии. Спартокиды имели громадные земли, с которых получали большие доходы. Кроме того, они широко занимались хлебной торговлей. Для ее развития строились новые порты, с которых шли и таможенные пошлины в пользу правителей. Экономическая мощь позволяла Спартокидам обеспечивать крепкое политическое господство, в частности, подмять под себя полисную структуру городов, городское самоуправление.

Вместе с тем экономическое положение Спартокидов создавало общность их интересов с запросами аристократической верхушки - крупнейших землевладельцев и торговцев хлебом. Из них формируется слой "друзей тирана" - один из важнейших институтов и атрибутов всех тиранических режимов.

Такой режим поддерживался вооруженными силами, в качестве которых выступала наемная армия. Флот был тоже укомплектован афинскими моряками. Сведения о народном ополчении на Боспоре в источниках не просматриваются. Полагают, что Спартокиды не очень надеялись на свой народ: наемники набирались обычно из варваров.

Предполагают, что в Боспорском государстве сложилось определенное окружное управление, во всяком случае, подразделение на европейскую и азиатскую части (границей между Европой и Азией в то время считался Керченский пролив и дальше Дон). Во главе этих округов и стояли младшие Спартокиды.

Помимо личного участия в управлении государством, руководства политикой Спартокиды располагали и аппаратом чиновников. Первый уровень чиновников включал "друзей тирана". Низшей территориальной единицей были, видимо, комы, во главе которых стояли комархи. Кроме этого, Спартокиды располагали штатом фискальных чиновников и, может быть, финансовых агентов.

Хотя, как уже говорилось, Спартокиды подмяли под себя полисное устройство, тем не менее, по мнению исследователей, оно в той или иной мере сохранилось и в столице, и в других городах, существовали народные собрания и пр. (Пантикапей, Фанагория, Горгипий).

Сохранилось в определенной мере самостоятельное управление и у народов, включенных в состав Боспорского государства. Они имели своих царей, вождей, собственное войско.

В III - II вв. до н.э. для Боспорского государства наступили тяжелые времена. Усилился натиск воинственных соседей - скифов и сарматов. Внутри самой династии Спартокидов разгорелась борьба за власть. Население городов тоже хотело расширения своих прав. Но главной силой, погубившей Боспор, было мощное восстание рабов под руководством дворцового раба Савмака. Последний представитель династии Спартокидов Персиад был убит. Восстание удалось подавить с помощью Понтийского государства, расположенного на южном побережье Черного моря. Его царь Митридат вместе с тем включил Боспор в состав своих владений.
***
Таким образом, первый путь возникновения государственности на территории нашей страны был классический - через рабовладельческое государство.

В советской литературе выдвигалась концепция, по которой все коренные народы нашей страны миновали "позор рабства" и сразу перешли к феодализму (С.В. Юшков). Однако в науке она не прижилась, и не удивительно. Вряд ли можно считать позорной целую эпоху в истории человечества, это во-первых. А во-вторых, рабовладельческие государство и право знаменовали шаг вперед в развитии общества, будучи обусловлены соответствующим развитием производительных сил и производственных отношений. От голодной и нищей свободы и равенства люди переходили к несправедливому, но более благоустроенному обществу.

Со временем рабовладельческий строй исчерпал себя. Он уступил дорогу новому, более прогрессивному феодальному строю, феодальной общественно-экономической формации. Соответственно складывается и новый тип государства и права.

Однако на большей части территории нашей страны и у крупнейших ее народов государственность возникает другим путем: она вырастает сразу как феодальная из первобытно-общинных отношений.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

  • Под редакцией доктора юридических наук, заслуженного профессора МГУ, лауреата Государственной премии Российской Федерации О.И. Чистякова
  • Глава 1. РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИЕ ГОСУДАРСТВА НА ТЕРРИТОРИИ НАШЕЙ СТРАНЫ § 1. Государство и право Урарту (IX - VI вв. до н.э.)
  • § 2. Государство и право Закавказья и Средней Азии (середина I тыс. до н.э. - IV в. н.э.)
  • § 3. Государственные образования в Причерноморье (VII в. до н.э. - IV в. н.э.)