Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


И Внеклассное мероприятие посвященное 100 летию Х. Д. Авшалумова




Скачать 313.58 Kb.
Дата02.02.2017
Размер313.58 Kb.
ТипВнеклассное мероприятие
Министерство образования и науки республики Дагестан

Буйнакское районное управление образования

МКОУ «Чиркейская средняя общеобразовательная школа №2

и
Внеклассное мероприятие посвященное 100 летию Х.Д.Авшалумова.
м. Саида Афанди аль – Чиркави»




Выполнила: Омарова С.А.

Педагог-библиотекарь

Дата: 23.05.2013г.


с. Чиркей - 2013 г.

«Сценарий мероприятия посвященного 100-летию

знаменитого дагестанского поэта ,

татского писателя, журналиста, прозаика,

участника Великой Отечественной войны,

Авшалумова Хизгила Давыдовича».

«Жемчужина народной мудрости в произведениях писателя»





Библиотекарь : Омарова С.А.















Хизгил Авшалумов родился 16 января 1916 года . Не буду напоминать вехи его биографии. О них можно прочитать и в других источниках. Единственное скажу, что в некоторых источниках можно встретить год рождения - 1913. Он увеличил на три года свой возраст, чтобы пойти в военное училище. Сам Авшалумов объяснял этот факт так: «Когда мне стукнуло восемнадцать, я решил, что пора надеть военную форму, о которой мечтал для меня покойный родитель. Председатель сельсовета Мииров одним росчерком пера с легкостью необыкновенной прибавил к моим годам три недостающих мне года». (В то время в военное училище не принимали моложе двадцати одного года.)



Учи-ца: рус.яз. и лит-ры.

Хочу поговорить о его творчестве, потому что лучше всего о творческом человеке говорят его труды. Произведения Х. Авшалумова хорошо известны многим читателям. Но никому не мешает перечитать их еще раз. А кто не знаком, прочитать. У него много произведений и каждое самобытное. Он писал как на родном языке, так и на русском. Во всех его произведениях очень много пословиц и поговорок. «Жемчужины народной  мудрости» буквально рассыпаны в различных произведениях Х. Авшалумова. Какое бы из произведений Хизгила Давыдовича ни открыл читатель, начиная от маленьких рассказов, и заканчивая пьесами, повестями, везде можно встретить пословицы и поговорки.

Например, в поэме «Гюлбогьор» есть такие строки:

«Чукле гIэилле эн сево

Офдореинжо эз гуфере,

Бигьил падшогь - довгIокор

Офдонугу эз тэхд хуьшде».

Что в переводе означает: лучше пусть царь упадет с трона, чем маленький ребенок выпадет из люльки.В многочисленных новеллах о хитроумном Шими Дербенди мне удалось найти свыше 50 пословиц и поговорок. Причем некоторые из них находят полное подтверждение со стороны Шими, а другие опровергаются им на личном примере. В новелле «Верь глазам, а не ушам» рассказывается о том, как несправедливый судья не поверил Шими, который отчетливо слышал, что сосед избивал жену, и не принял его свидетельские показания в качестве доказательства. Аргументируя свое решение, судья произнес: «Э гуш шиновусде ков нисди, э чум дире кови». Но находчивый Шими, конечно, не согласился с этим, и вскоре при первом удобном случае доказал судье, что он был неправ.А вот в новелле под названием «Поздоровавшись с водкой, попрощайся с умом» (Э эрэгъи сер зенуьгьо, сере вир мисоху) на примере Шими автор показывает, как верна эта поговорка. Колхозник, получив оплату за свои трудодни, пропил её со случайными знакомыми. В итоге уснул на улице, а проснувшись, увидел, что остался не только без денег, но и без одежды.Прочитав все новеллы и усвоив жизненные уроки, которые преподает автор читателям в юмористической, доступной и ненавязчивой форме, можно избежать многих ошибок, а также запомнить пословицы и поговорки нашего народа, так к месту используемые Шими и его женой.Если рассказы «О хитроумном Шими Дербенди» широко известны читателям, многократно издавались, ставились на сцене горско-еврейского театра в различные годы, то есть произведения, которые не так широко известны, но от этого они не являются менее значимыми в творчестве Х. Авшалумова. Одним из этих произведений, на мой взгляд, является «Кук гудил» (Сын ряженого). Открыв повесть, на первой же странице мы можем прочитать поговорку мюшгуьрцев: «Одоми э рузию е тозе гоф, е тозе хэбер нешиновусдге - е кар мибу, е кур» (Человек, если в день новость не услышит, или оглохнет, или ослепнет). Один из героев повести Рэхьмон произносит следующее: «Гъилогъ чум гъилогъэ нивекенуь» (Ворона вороне  глаз не выклюет). На протяжении всей повести нас сопровождает «народная мудрость»: поговорки, пожелания, а иногда и проклятия. Дочь раби Хонум говорит Пери: «Ошгъуновое гъовол зере биево эри туь!». Существовал в старые времена у нюгдинцев такой обычай: если девушка выходя замуж не могла доказать свою невинность, то ее должны были посадить на осла лицом к хвосту и под звуки зурны и барабана («обратный марш» поэтому и называли) отправить в дом родителей, где отец или брат должны были ее кровью смыть позор. Вот такое страшное проклятие. Сам Х. Авшалумов услышал про этот обычай от своей тетки, но живя в селе, подобного не встречал и не помнил.

В повести далее так и поступают с несчастной Пери, но девушка невиновна. Ковхо (староста) деревни Гъомуил, не желая приводить в дом бедную девушку - бесприданницу, оговаривает ее при помощи своего човуша (подручного) Илогьу. Хотя жена Гъомуила говорит ему поговоркой: «Деде хоюгьо э гъирогъ мимуну, кук ю хоюгьо - э гъужогъ». Женщина-мать оказывается права, так как их сын, несмотря ни на что, хочет жить с любимой девушкой.

Библиотекарь:

Х.Авшалумов является прекрасным этнографом, благодаря его произведениям можно узнать быт, обычаи села. Вот как была одета богатая дочь раби Шафада, красовавшаяся перед зеркалом: «Э пой эну фирегье шовол вебу эз гъирмизине мол эн эвруьшуьми, булши эну эз ковре мовут бу. Э сер булши у бесдебу гъэиш нуьгъреи. Э гушгьой эну дуразе гушворгьой эн суьрхи дебируьт, э сер ю сипре келэгъэи эн Гендже».

Хотелось бы также обратиться к пьесе «Кишди хьомоли». Пьеса также посвящена древнему обычаю, существовавшему только у нашего народа. Смысл заключается в том, что мужчина, не имевший сына, завязывал красный пояс, надеясь тем самым обратить внимание Всевышнего к своей проблеме. Авшалумов мастерски обличает этот обычай в своей пьесе. Сваха Зарангил желает 60-летнему носителю «красного кушака» Шевруьту, имевшему жену 55-ти лет: «Эхиртуь ник гердо! У кишди хьомоли эз кишдтуь фураморе, туь гIэиллей наринере э сер гъужогъ вегирдени гердош. Ой, Худо!». Почему же придавалось такое большое значение именно рождению сына? Находим ответ в словах Шевруьта: «Духдер бебе муьрденге эри эну гъэдуьш нисе зере, нешумей эну э генгIидин гъисмет бу гуфдире». (Дочь по отцу поминальную молитву - Кадиш - не читает, чтобы его душа в рай попала.)

Учительница:

Хизгил Давыдович опровергает еще одну поговорку: «Дедей мемиро пуле!», означающую, что при помощи денег можно сделать невозможное. Герою пьесы Овруму не удается жениться на молодой Марал, даже предлагая хороший калым ее отцу. В конце пьесы Шевруьт делает вывод, который также является поговоркой: «Дегь чуьтуьни кукгьо биреинжон мерде, еки эзини гIэсуьлменде, сарафменде, жофодусде духдерме гьозор гиле хуби!».

Библиотекарь:

В моем любимом произведении Х. Авшалумова «Фамильная арка» рассказывается о судьбе дочери хьэлвочи (хьэлвочи - делающий халву) красавице Марал (в горско-еврейском варианте Гюльжоне). Автор пишет, что в народе после этого стали говорить, что дочь хьэлвочи еще слаще, чем его халва. (Духдер хьэлвочи деш ширини.) Замужние подруги Марал говорят ей: «Мы муку просеяли, и сито повесили на гвоздь» (ГIорде зерем,  гIордовуж э гиче венорем). Это выражение имело следующий подтекст: мы свой выбор в жизни сделали и поставили на этом точку. Девушку, выдавая замуж, наставляли, что назад в родительский дом ей дороги нет: «Балайме, э хуней шуьвер мидарай э партал гIэрусвориревоз, эзунжо миведирой энжэгъ э партал эхиротиревоз». (Зайдешь в дом мужа в подвенечном платье, а выйдешь только в саване.) Также в этой повести автором описывается древний обряд «Хьэлисо». Женщина, оставшись вдовой, должна была выйти за деверя. Если она не желала этого и хотела получить развод, то должна пройти этот обряд в присутствии раввина и еще нескольких мужчин. Заключался он в следующем: «Деверь должен был обуться в сапог, сделанный из пергамента и вымазанный сажей. Сапог прикреплялся от голени до самого колена хитроумно и искусно переплетенными ремешками и застегивался пуговками, спрятанными как-то особо под ремнями. Вдова должна была прикрепить сапог к ноге деверя этими ремешками и пуговицами, а затем развязать ремни и расстегнуть пуговицы, не запутываясь и не сильно пачкая руки сажей. Если она справлялась с этой задачей, то считалась свободной, и могла выйти замуж за кого пожелает, а если нет, то должна была остаться «вечной вдовой».

Даже в маленьком рассказе «Духдер» есть шесть пословиц и поговорок. В этом рассказе тоже речь идет о том, что в семье рождаются только девочки. Отношение мужа к жене из-за этого меняется. «Масла в огонь» подливает и свекровь, которая говорит: «Бедбэхде гIэребей духдергьо э пушой хунейме хуьрд бири». (Несчастная телега с девочками у меня перед домом сломалась.)

Автор в совершенстве владеет всем наследием своего народа, употребляя пословицы как в горско-еврейском, так и азербайджанском варианте. «Ошув верме, гъошув вер» (Плов не давай, а бровь дай).

Невозможно объять необъятное. Эта тема так широка, что нужно только читать и перечитывать произведения классика горско-еврейской литературы, каждый раз удивляясь широте этих произведений, и находя что-то новое для себя.



























Модная невеста.

Из новеллы Шими Дербенди.

В отсутствие старика Шими Дербенди для его младшего сына засватали


какую-то модную девушку.Шими еще ни разу не видел в лицо свою будущюю сноху,поэтому в один из воскрестных дней он через сына пригласил ее в гости.



Невеста пришла не одна,а в сопровождении своего брата и родственника,таких же юных,как она сама.Узнав об их приходе,Шими в приятном волнении,захватив заранее приготовленный им для невесты подарок-кольцо,поспешно вывел во двор,чтобы как глава семьи первым встретить,по-отцовски обнять,поздравить ее,а затем любезно пригласить в дом.



Но шими с первого взгляда никак не мог различить,кто из пришедших молодых людей невеста,кто брат ее и кто родственник.Все они были с одинаковыми прическами,в мужских брюках и рубашках,с кулонами на шее,да и лицом,как показалось старику,были очень похожи друг на друга.

Шими долго стоял перед ними в полном недоумении и растерянности,силясь угадать,кто же все-таки из этих троих его невестка.Он даже сдвинул на затылок папаху и водрузил на нос очки,чтобы лучше разглядеть их со всех сторон и решить:кого из них признать своей будущей снохой и вручить кольцо.А молодые люди тем временем стояли в небрежных позах перед стариком и с насмешливыми улыбками смотрели на него.



Так и не сумев отличить, кто из гостей парни, а кто девушка,вконец разозленный Шими безнадежно махнул рукой и,поглубже спрятав в карман свой подарок,не сходя с места,крикнул сыну,находившемуся в доме:

- Ай, сын, разрази тебя гром вместе со мной!Какую головоломную загадку ты задал мне,старику?!Откуда мне знать,кто из этих троих,чтоб они провалились,твоя невеста,кто ее брат,кто сват,если они все на одно лицо:с одинаковой лошадиной гривой,в одинаковой одежде и с одинаковой нахальной улыбкой на бесстыжих физиономиях.Не только я,клянусь небом,сам шайтан их не разберет!..


В сценке «Модной невесты» принимали учащиеся школы :

В роли невесты:

Меджидова Разият 8 «а» кл..

Нургаджиева Загра 11«а»кл.,

Нургаджиева Айшат 11 «а»кл.,

Гаджиева Кавсарат 8 «а»кл.,

Дибирова Майсарат 7 «б»кл.

Брат невесты-уч.Мирзоев Магомед 8кл.,

Родственник-уч.Зиявдинов М-Али10 «а»кл.

Старик Шими-Зав.хоз.школы Нукрудин Булачевич,

Старший сын Шими-Якубов Ибрагим 10»а»кл.,

Младший сын Шими (жених)-Исмаилов Исмаил 10«а» кл.и т.д..
Стед Х.Д. Авшалумова.



Творчество Хизгила Авшалумова продолжает его жена. В память Х.Д.Авшалумова названа школа Дербенского района с. Нюгди.








Юмор и сатира в творчестве Хизгила Авшалумова.Начало формы

Конец формы

Начало формы

Конец формы

Хизгил  Давидович Авшалумов - народный писатель Дагестана, заслуженный работник культуры Российской Федерации и Республики Дагестан, лауреат премии имени Сулеймана Стальского, шесть десятилетий работает в литературе.

Хизгил Авшалумов - художник многогранного дарования. Ему принадлежит ряд документально-художественных очерков, наиболее значительные среди которых - «Русская сноха», «В семье героя», «Горянка», «Красные маки», «Фонтан слез». Он перевел на татский язык немало произведений русских и азербайджанских авторов, написал поэму о Герое социалистического труда Гюльбоор Давыдовой, матери двух погибших на войне сыновей. Выступает Хизгил Авшалумов и как драматург. Известна его патриотическая драма «Толмач имама Шамиля» о борьбе горцев против русского царизма. Зрители и читатели знакомы с его пьесами: «Сестра», «Любовь в опасности», «Бездетность». Значительный интерес представляют его одноактные комедии, две из которых -инсценировки сатирических рассказов «Встречи у родника», «Хабар и хинкал». Хизгил Авшалумов - автор повестей «Влюбленные», «Возмездие», «Кушак бездетности», «Под чинарами» (последняя была им дополнена и вышла под новым названием «Дочь пастуха»). Творчество Хизгила Авшалумова нельзя представить без его романа «Фамильная арка». Но подлинным мастером он проявил себя в малом жанре, в рассказах и новеллах «Похождения хитроумного Шими Дербенди», полных веселого юмора и разящей сатиры.

Творческая деятельность писателя началась в 1940 году и продолжается до настоящего времени.

Однако сказано критиками о Х.Д. Авшалумове удивительно мало. В основном это небольшие предисловия к сборникам его произведений, газетные и журнальные статьи.1

Об отдельных произведениях писателя коротко, но с проникновением в суть его творческой манеры сказано в книгах доктора филологических наук, профессора Ахмедова С.Х.: «Новый герой дагестанской прозы» (Махачкала, 1975); «На путях развития дагестанской советской прозы» (Махачкала, 1978); «Социально-нравственные ориентиры дагестанской прозы» (Махачкала, 1990); «Художественнаяпроза народов Дагестана» (Махачкала, 1996).

С.Х. Ахмедов пишет: «Среди дагестанских писателей, посвятивших свое творчество борьбе с пережитками прошлого в быту и сознании горцев, особое место занимает Хизгил Авшалумов. Преимущественно он работает в жанре короткого юмористического рассказа. Широко известны его рассказы «Встречи у родника», «Жених» бабушки Фатьмы», «Хабар и хинкал», «Женская профессия», в основу содержания которых легли действительные случаи жизни. Непринужденность повествования, естественность комической ситуации, в которую попадает герой, простота композиции - таковы основные черты его юмористических произведений».2

Рассуждая о творчестве писателя, Ахмедов С.Х. отмечает: «У каждого писателя имеется свой любимый жанр, в котором он больше всего достигает успехов. Таким для Хизгила Авшалумова является жанр короткого юмористического рассказа, к которому относится и цикл новелл «Похождения хитроумного Шими Дербенди».

1 Колесников Б. Встреча у родника // Молодая гвардия. 1961. № 8; Бахшиев М. На передовой линии: Хизгилу Авшалумову 50 лет // Дагестанская правда. 1963. 22 декабря; Трунов Д. Умная насмешка: (о X. Авшалумове) //

Дагестанская правда. 1966. 23 октября; Имамкулиева З.И. Хизгил Авшалумов // История Дагестанской советской литературы. Махачкала, 1967. Т. 2; Трунов Д. Доброму - доброе: (Хизгил Авшалумов) // Дагестанская правда. 1969. 4 июля; Азизов М. Сквозь призму комического. Некоторые заметки о юморе в прозе Х.Д. Авшалумова И Советский Дагестан. 1969. № 5; Ахмедов С.Х. С глубоким знанием жизни // Дагестанская правда. 1977. 15 января; Ахмедов С.Х. Повесть и рассказы Хизгила Авшалумова // Советский Дагестан. 1979. № 1; Бе-лик Е.Новеллы Хизгила Авшалумова // Дагестанская правда. 1983. 3 февраля; Новахов Б. Дагестанский отец Насреддина (о творчестве X. Авшалумова) // Советская культура. 1983. 26 марта; Гасанов М. Ориентиры творчества // Дагестанская правда. 1984. 11 октября; Бахшиев М. За правое дело // Литературная Россия. 1985 № 29, 19 июня; Гасанов М. Предисловие // Авшалумов X. Похождения хитроумного Шими Дербенди. М., 1998. * Ахмедов С. На путях развития дагестанской советской прозы. Дагкнигоиздат. Махачкала, 1978. С. 99.

Шими Дербенди - художественная находка писателя. Он воплощает образ типичного представителя татского народа. Вместе с тем Шими Дербенди - фигура общедагестанская. X. Авшалумов сумел показать через образ Шими Дербенди прошлое и настоящее народа, выразить народный взгляд на те или иные животрепещущие проблемы современности».1

Находя в дагестанской прозе образы, родственные герою новелл Хизгила Авшалумова, Ахмедов С.Х. пишет: «Образ Шими Дербенди стоит в ряду таких сквозных образов современной дагестанской прозы, как Кичи-Калайчи в произведениях А. Абу-Бакара, Кагир Казанищенский и Даниял Денгизов у И. Ибрагимова».2

Точно подмечены Ахмедовым С.Х. особенности главного героя новелл: «У Шими Дербенди имеются и свои слабости. Он грубоват, вспыльчив, может повздорить с женой из-за пустяка, выпить лишнее. Но все его «ошибки» и чудачества глубоко поучительны. Они обогащают читателя нравственным опытом, незаметно подводя его к усвоению той или иной нравственной истины».3

В книге «Художественная проза народов Дагестана» Ахмедов С.Х. варьирует высказанные ранее мысли о творчестве X. Авшалумова. Исследователь обращает внимание на комизм ситуаций и комизм слова в рассказах и новеллах писателя.4

О значимости произведений X. Авшалумова говорит и доктор филологических наук, профессор Мазанаев Ш.А. в своих работах «Русскоязычная литература Дагестана» (Махачкала, 1984) и «Двуязычное художественное творчество в системе национальных литератур» (Махачкала, 1997). Ш.А. Мазанаев отмечает, что «Хизгил Авшалумов, развивая лучшие традиции С, Стальского, Г. Цадасы, Ю. Гереева, поднял дагестанскую сатиру на новую ступень, обогатив ее новыми

1 Ахмедов С.Х. Хизгил Авшалумов и его книга // Авшалумов Х.Д. Фамильная арка. Махачкала, 1984. С. 7. Ахмедов С.Х. Социально-нравственные ориентиры дагестанской прозы // Махачкала, Дагкнигоиздат, 1990. С. 121.

3 Там же. С. 121.

4 Ахмедов С.Х. Художественная проза народов Дагестана // Махачкала, Дагкнигоиздат, 1996. С. 233. приемами художественного изображения действительности и ставя актуальные проблемы с позиций сегодняшнего дня».1

Творчеству Хизгила Авшалумова дает анализ и доктор филологических наук, профессор Вагидов A.M. в своей работе «Современный дагестанский рассказ» (Махачкала, 2000).

Последняя по времени выхода книга, в которой дан творческий портрет X. Авшалумова, называется «Поиск продолжается» (Дагкнигоиздат, 2000) и написана доктором филологических наук, профессором Вагидовым A.M.

В 1967 году была издана «История дагестанской советской литературы» в 2-х томах. Во втором ее томе есть очерк о жизни и творчестве Хизгила Авшалумова, написанный З.И. Имамкулиевой (с. 432-437). Здесь сделана попытка осмыслить творчество писателя системно. З.И. Имамкулиева отмечает, что Хиз-гил Авшалумов хорошо владеет азербайджанским языком, знает азербайджанскую литературу, и что данный фактор сыграл немаловажную роль в его творческой судьбе. Она пишет: «Особенно близка была ему сатира Сабира своим гражданским пафосом»2 Так З.И. Имамкулиева затрагивает проблему влияния как в общем, так и в конкретном плане. Она говорит и о благотворном влиянии на писателя богатой русской литературы.

З.И. Имамкулиева не без основания утверждает, что Хизгил Авшалумов как зрелый писатель выступает со второй половины 50-х годов. Она дает краткий обзор творчества писателя, говорит об отдельных его очерках, рассказах, двух повестях. Итоговый вывод, к которому приходит Имамкулиева, такой: «Художественный метод автора, обогащенный реалистическими традициями русской и азербайджанской сатиры, глубоко связан с собственно национальными традициями повествования. В способах изображения действительности сказалось воздействие изобразительно-выразительных средств устно-поэтического творчества. Здесь и традиционное повествование от первого лица, когда автор

1 Мазанаев Ш.А. Русскоязычная литература Дагестана. Дагкнигоиздат. Махачкала, 1984. С. 96. История дагестанской советской литературы: В 2-х т. Махачкала, 1967. Т. 2. С. 433. выступает как очевидец происходящих событий, и традиционные элементы поэтикиустного народного творчества - зачины, концовки, прием обрамления, прием закрепления имени автора, размышления вслух, гиперболизация, пословицы, поговорки».1

В 1969 году в журнале «Советский Дагестан» появилась небольшая статья М. Азизова «Сквозь призму комического. Некоторые заметки о юморе в прозе Хизгила Авшалумова.». Автор отмечает: « Книги Хизгила Авшалумова помогают нам шагать в ногу с жизнью, оставляя, выкидывая по пути все то гнилое, обветшалое, что мешает строить новое общество».2

Критик кратко пересказал три рассказа: «Черные слезы», «Пишкеш», «Козлиный смех», - заключив это выводом: «Авшалумов умеет подмечать смешное в жизни».3

В 1978 году в Москве издательство «Современник» выпустило книгу Хизгила Авшалумова «Возмездие», в которую вошли одноименная повесть и рассказы. Перевел их с татского на русский язык сам автор. Рецензию на книгу написал Ахмедов С.Х. Он обращает внимание на фактическую основу малого жанра в творчестве писателя: «Как правило, рассказы Хизгила Авшалумова основаны на жизненных фактах, подмеченных автором во время своих поездок по республике. Так, например, в основу рассказа «Жених» бабушки Фатьмы» лег случай, о котором писатель услышал в Цумадинском районе. Прототипы героев рассказа «Встречи у родника» живут в Хунзахском районе. Действительные факты натолкнули писателя на создание рассказа «Хабар и хинкал».4

О биографических деталях в произведениях Хизгила Авшалумова говорит и Мазанаев Ш.А.: «Показательна в этом отношении новелла-быль «Плакучая ива». Писатель сам был ранен на войне дважды. Воспоминания военных лет вы

1 История дагестанской советской литературы. Т. 2. С. 436.

2 Азизов М. Сквозь призму комического // Советский Дагестан. 1969. № 5. С. 55.

3 Там же. С. 55.

4 Ахмедов С.Х. Повесть ирассказы// Советский Дагестан. 1979. № 1. С. 73. зывают в лирическом герое непреходящую боль за жестокость и варварство фашистов, грусть по безвозвратно ушедшим боевым товарищам».1

Наиболее полное издание новелл и рассказов Хизгила Авшалумова - «Похождения хитроумного Шими Дербенди» - вышло в Москве в 1998 году. Прекрасное предисловие к нему написано М. Гасановым. Это последние по времени появления сведения о жизни и заметки по творчеству писателя. Автор предисловия отмечает «национально выраженный образ Шими Дербенди., образ, своими корнями восходящий к фольклору».2 Говоря, что образ Шими Дербенди является художественным открытием Хизгила Авшалумова, М. Гасанов отмечает следующее: «В новеллах мы встречаем много народных пословиц и поговорок. Умелое, тонкое их использование автором не только обогащает содержание, но и помогает ярче раскрыть образ, характер и поступки героев. Вместе с тем оно как бы исподволь, ненавязчиво позволяет читателю ознакомиться с народной мудростью татов и других дагестанских народов».3

И наконец, обращаем внимание на творческий портрет X. Авшалумова в книге A.M. Вагидова «Поиск продолжается» (Махачкала, 2000), которую мы уже упомянули. Очерк о писателе называется «С любовью к людям». В нем дается многогранная характеристика деятельности X. Авшалумова, но основное внимание уделено определению места и значения его в дагестанской литературе, выявлению особенностей произведений прежде всего малого жанра в его творчестве. О новеллах «Похождения хитроумного Шими Дербенди» ученый пишет так: «Рассказы эти . отражают настроение народа в тот или иной период общественного развития, выявляют самое насущное, значительное в жизни, показывают причины срыва, побудительные моменты отступления героев от общепринятых норм общежития, поведения. Шими Дербенди, как и Молла На-среддин в фольклоре народов Дагестана, наделен способностью отличать хо

1 Мазанаев LH.A. Русскоязычная литература Дагестана. Дагкнигоиздат. Махачкала, 1984. С. 108-109. Гасанов М.М. Предисловие // Похождения хитроумного Шими Дербенди. М., 1998. С. 21 Гасанов М.М. Предисловие // Похождения хитроумного Шими Дербенди. М., 1998. С. 21 рошее от плохого, доброе от злого. Ему достаточно одной реплики, одной шутки, чтобы охарактеризовать человека, раскрыть его внутреннюю сущность».1

Профессор Вагидов A.M. считает творчество писателя актуальным и в настоящее время.

У Хизгила Авшалумова много произведений. Мы рассматриваем только его юмористические и сатирические новеллы и рассказы, и то не все. Не подвергаем анализу его антирелигиозную сатиру: на сегодняшний день она утратила свое значение. Для нас Хизгил Авшалумов прежде всего писатель-юморист, писатель-сатирик. Именно в этой сфере художественного творчества наиболее ярко проявился его талант.

Исследователь сатиры А. Макарян, как и авторы ряда учебных пособий по теории литературы2, рассматривает сатиру и юмор как разные явления: «В литературе комическое выявляется в виде юмора и сатиры. Обычно юмор считается легким видом смеха. Он занимаетсяосмеянием порочных явлений в частной жизни, стремится помочь людям исправить свои недостатки. Поэтому эту форму комического считают иногда воспитательной насмешкой.

Сатира - разящий смех, она призвана разоблачать явления и пороки, имеющие широкое общественное значение, преследуя цель уничтожить противника».3

На наш взгляд, точнее было бы сказать, что юмор и сатира - две ступени одного явления. Не случайно юмор нередко переходит в сатиру, и, наоборот, сатира - в юмор.

Хотим оговорить еще одну терминологическую деталь. Она касается понятий «смешное» и «комическое». В.Я. Пропп по этому поводу заметил: «Один из трудных и спорных вопросов эстетики - это вопрос об эстетическом или внеэс

1 Вагидов A.M. Поиск продолжается. Махачкала. Дагкнигоиздат, 2001. С. 107-108.

2 Поспелов Г.Н. Теория литературы. М., 1978. С. 220-230; Гуляев H.A. Теория литературы. М., 1985. С. 165171., Волков И.Ф, Теория литературы. М., 1995. С. 124-126; Хализев В.Е. Теория литературы. М., 1999, С. 7578.

3 Макарян A.M. О сатире. М., 1967. С. 134. тетическом характере комизма. Вопрос этот часто связывается с вопросом о «низших», «элементарных», или «внешних» формах комизма и формах более высокого порядка. Так называемые «внешние», или «низшие», формы комизма обычно не относятся к области эстетики. Это, так сказать, категория не эстетическая. Ошибочность этой теории становится сразу ясной, если вспомнить Аристофана или фарсовые места у классиков. Внеэстетической категорией признается и всякий смех вне художественных произведений. Формально это, может быть, и верно. Но, как мы уже говорили, эстетика, которая отрывает себя от жизни, будет неизбежно носить абстрактный характер, непригодный для цели реального познания.

Во многих случаях для различения между эстетической («высшей») категорией комического и внеэстетической («низшей») создается разная терминология. В одних случаях говорят о «комическом», в других - о «смешном». Мы этого различения делать не будем; вернее, факты должны нам показать, правомерно такое деление или нет. «Комическое» и «смешное» мы объединяем под одним термином и понятием - «комизм».1

Исследователь справедливо полагает, что «комическое» и «смешное» - всего лишь синонимы. При анализе творчества Хизгила Авшалумова мы тоже будем руководствоваться таким их пониманием.

Оружие сатирика - смех. При помощи смеха он, как известно, показывает, выставляет в смешном виде, обличает недостатки и пороки не только отдельного человека, но и общества в целом. Так, еще в период античности греческий философ Аристотель писал: «.смешное - это некоторая ошибка и безобразие, никому не причиняющее страдания и ни для кого не пагубное; так. комическая маска есть нечто безобразное и искаженное, но без [выражения] страдания».2

Немало интересного о смехе ц смешном сказано русскими писателями и критиками XIX века: Гоголем, Белинским, Чернышевским, Добролюбовым,

1 Пропп В.Я. Проблема комизма и смеха. М., 1976. С. 13. Аристотель. Поэтика. Об искусстве поэзии. М., 1957. С. 53.

Салтыковым-Щедриным. (Их достаточно цитируем в тексте диссертации, поэтому специально здесь примеры не приводим). Они дополняют Аристотеля, вносят новые грани в его теорию.

Одно из смелых дополнений концепции Аристотеля - небольшой трактат Анри Бергсона «Смех», вышедший в свет на заре столетия - в 1900 году.

Согласно Бергсону, «не существует комического вне собственно человеческого»1, а сфера «человеческого» безбрежна в прямом и точном значении слова. Поэтому комическое невозможно локализовать, настаивая на его тесной связи с безобразным, считая, как Кант, что смех вызывается ожиданием, которое разрешилось ничем, или, по примеру Г. Спенсера, связывая комизм с безрезультатным усилием.

Единственным бесспорным положением, касающимся смеха, было бы признание его универсальности, то есть способности охватывать все относящееся к «совместной жизни людей» (ибо, по убеждению Бергсона, смех обладает «полезной функцией. каковая является функцией общественной»).2

Органика смеха, способного возникать в самых разнородных жизненных положениях и оставаться по своей природе неизменным, какие бы цели - от развлечения до сатирической насмешки - он ни преследовал, для Бергсона служит самым убедительным доказательством, что предмет комического не исчерпывается ни уродством, ни нелепостью, ни косностью.

Самую глубокую интерпретацию смеха в XX веке предложил М. Бахтин.

Законченная еще перед войной, однако опубликованная лишь четверть века спустя, книга Бахтина «Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса» (1965) явилась новым словом в осмыслении природы, сущности, художественных возможностей смеховой культуры. Тем более странно видеть, что в огромной бахтиниане эта часть наследия русского философа илитературоведа освоена дал ко не полно, хотя все другие важнейшие ка

1 Бергсон А. Смех. М., 1992. С. 11. Там же. С. 14. тегории, образующие систему идей Бахтина, - карнавал, полифония, амбивалентность, диалог, хронотоп и т. д., - разрабатываются с исключительной интенсивностью. Однако смех является, в сущности, центральным пунктом, к которому стягиваются важнейшие положения бахтинской философии культуры. Именно со смехом прямо соотносятся ее фундаментально важные исходные предпосылки, касающиеся антидогматизма, неофициальности, незавершенности и незавершимости творческого акта и слова, в котором он осуществлен.

Бахтин резко обособляет смех как форму осознания и переживания реальности от изобличающего, бичующего, соприродного сатире, «в сущности, несмеющегося риторического смеха»1, - тезис, вызывавший серьезные возражения его критиков. Эта полемика обоснованна в меру того, что сатирические формы все-таки принадлежат смеховому искусству и требуется не исключение их из этой сферы, а уточненное представление о том, какой смех для них органичен (оно, разумеется, означает отказ от попыток обосновать его высшую значительность и художественную ценность). Для Бахтина, как уже было сказано, главное и незаменимое свойство смеха - его универсализм. Смех, даже если он не перерастает в открытое осмеяние тех или иных жизненных форм, социальных институтов, этических верований и утвердившихся нравов, все равно, по самой своей природе, обладает изш три ему присущей оппозиционностью.

По Бахтину, смех всегда становится способом выявления относительности тех истин, что кажутся самоочевидными, а значит, бесспорными, и расшатывает установления, притязающие на вековечность, а значит, на всеобщую обязательность. Связь смеха со свободой не во всех случаях очевидна, однако она естественна и неразрушима, - мысль, нашедшая особенно впечатляющие художественные подтверждения в литературе, которая выразила опыт жизни в условиях господства тоталитаризма. Созданная, как правило, вне прямого контакта с идеями Бахтина, однако объективно очень им близкая, такая литература - дос

1 Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса, М., 1965. С. 59. таточно назвать «Дело д'Артеза» Г.Э. Носсака, «Глазами клоуна» Г. Бёлля, «Сандро из Чегема» Ф. Искандера, «Москва - Петушки» Вен. Ерофеева, «Зону» и «Заповедник» С. Довлатова - была симптомом «освобождения от жизненной серьезности»1, вне которой не мыслит себя ни один тоталитарный режим. Устанавливая отношения фамильярности там, где официальная позиция требовала «удивления, благоговения, пиететного уважения»2, она тем самым дискредитировала саму эту позицию. Во всяком случае, лишала обоснованности претензии насильственно насаждаемой идеологии на абсолютное значение, подрывая ее «одностороннюю и ограниченную серьезность».3

Концепция Бахтина складывалась в ту пору, когда из новой литературы она могла бы опереться только на «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны» Гашека. Бахтин стремится завершить историю универсального, мировоззренческого смеха эпохой Ренессанса, когда он еще сохраняет прочную связь с неофициальной народной правдой. Последующие культурные эпохи описываются им под знаком усиливающегося господства сатиры и смехового отрицания в том смысле, что оно все больше «ограничивается областью частного и частно-типического»4 Смех перестает знаменовать «победу над страхом»3, когда «со страшным играют и над ним смеются»6, тем самым нейтрализуя его и вытесняя.

Смех, писал Бахтин, - это «позиция, с которой можно было бы заглянуть по ту сторону господствующих форм мышления и господствующих оценок. осмотреться в мире по-новому».7 Для XX века подобная задача приобретала, во всяком случае, не меньшую актуальность, чем для Ренессанса. Культура ушедшего века, конечно, не была по своим преобладающим качествам смеховой, и Бахтин М М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса, М., 1965. С. 268. " Там же. С. 267.

7 Там же. С. 295. тем не менее век стал эпохой в истории смеха. Все художественное богатство этой эпохи еще предстоит постигать.

На протяжении всего XX века в литературе происходило, принимая радикальный характер, расширение области смешного, а тем самым и семантики самого понятия смеха. Смех продолжает жить, и современная литература доказывает это.

Замечено, что отсутствие музы юмора - нелепость, однако частично извиняемая тем, что юмор представляют «все девять. даже Мельпомена, муза трагедии. И даже муза истории Клио».1 Приведенная запись Юрия Олеши относится к концу 50-х годов, когда накопилось много свидетельств, подтверждающих высказанную в ней мысль. Но по существу расширение границ смехового мира, так что они протянулись и через область трагического, происходило в искусстве на протяжении всего XX века. Это одна из характерных черт закончившегося столетия художественной истории.

Теории Бахтина, рассматривающие смех под знаком его карнавальной природы и смысловой амбивалентности: сближенные «низ» и «верх», рождение и смерть, - доказывают универсальность смеха.

Универсальность смеха подтверждают творения многих художников, в том числе «Похождения хитроумного Шими Дербенди» Хизгила Авшалумова.

Актуальность темы.

Хизгил Авшалумов более пятидесяти лет выступает как талантливый прозаик, издал немало книг на родном и русском языках. Его творчество остается злободневным и сегодня, однако оно еще не стало предметом серьезного исследования. Статьи и рецензии, о которых мы говорили, существа дела не меняют. Наша диссертация - первое монографическое исследование юмористического и сатирическоготворчества писателя (новеллы, рассказы), выявляющее специфику его образного мира, важнейшие особенности стиля.

1 Олеша Ю. Книга прощания. М., 1999. С. 367.

Цели и задачи исследования.

Диссертация ставит целью литературоведческий анализ основных проблем сатирических и юмористических произведений Хизгила Авшалумова, установление самобытности, оригинальности писателя, выявление его неповторимых художественных приемов, роли фольклора в его произведениях и определение вклада писателя в татскую и общедагестанскую литературу.

Объект исследования - юмористические и сатирические новеллы и рассказы Хизгила Авшалумова.

Научная новизна исследования в постановке самой проблемы, в ее решении.

Творчество Хизгила Авшалумова впервые вводится в научный оборот в широком плане. Обращается внимание на основные темы его творчества, на особенности сюжета и композиции его произведений, стиль и другие особенности поэтики. Естественно, мы не претендуем на исчерпывающую полноту охвата сатирического творчества писателя. Уделяем внимание прежде всего тем произведениям, которые были актуальны в свое время, не утратили своего значения, общечеловеческого звучания и в нынешнее время. Новеллы и рассказы Хизгила Авшалумова рассматриваются с высоты достижений современной литературоведческой науки, не признающей стереотипы, готовые схемы, идеологические и политические клише.

Методологическая основа работы.

Основной метод изучения творчества писателя - аналитический и связанная с этим объективность оценки произведений в контексте времени. Исходный методологический принцип -анализ произведения в единстве формы и содержания, выявление его внутренней организации. От микромира отдельного произведения к макромиру новелл и рассказов в целом - таков путь исследования, выдержанный в диссертации и позволяющий установить многоаспектное единство творчества писателя. В ходе исследования мы ориентировались на труды

16 теоретиков и историков литературы: В.Г. Белинского, Н.А. Добролюбова, М.Е. Салтыкова-Щедрина, М.М. Бахтина, И.Ф. Волкова, В.Е. Холщева, Ю.М. Лот-мана, В.Я. Проппа, A.M. Макаряна, Д.П. Николаева, Л.Ф. Ершова. Существенную помощь оказали также работы Г.Г.Гамзатова, К.К. Султанова, С.Х. Ахме-дова, Ш.А. Мазанаева, А-К.Ю. Абдулатипова, A.M. Вагидова и др.

Практическая ценность диссертации.

Её материал может быть использован в дальнейшем исследовании творчества писателя, а также при составлении программы и курса лекций по дагестанской литературе XX века, чтении специального курса на филологических факультетах ДГУ и ДГПУ.

Апробация диссертации.

Диссертация дважды обсуждалась на заседаниях кафедры литератур народов России. Её результаты излагались как научные сообщения и доклады на научных конференциях в ДГУ и ДГПУ, в институте ЯЛИ Дагестанского научного центра РАН. Основные положения диссертации отражены в статьях и тезисах, опубликованных в сборниках научных трудов.

Структура диссертации определена ее содержанием и состоит, помимо введения и заключения, из двух глав, которые разделены на параграфы по темам. В первой рассматриваются новеллы Хизгила Авшалумова, во второй - его рассказы.

Заключение диссертации по теме "Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы или группы литератур)", Султанова, Виолетта Зелимхановна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Хизгил Авшалумов стал популярен благодаря своим юмористическим и сатирическим произведениям и прежде всего новеллам«Похождения хитроумного Шими Дербенди». Созданный в этих новеллах собирательный образ вобрал в себя лучшие качества характера не только татов, но и других народов Дагестана: мудрость и острый ум, находчивость и изобретательность, доброжелательность и ироничность. Шими, не лишенный и недостатков, порой допускающий ошибки, попадает иногда в нелепые ситуации. Он оптимист, но ему знакомы и печали, и горести. Его жизнь, действия и поступки - это прежде всего уроки нравственности. В литературах народов России и других народов мира есть образы, которые близки, родственны образу Шими Дербенди. «Генетически» Шими восходит к бессмертному Молле Насреддину, любимцу народов мусульманского мира. Лучшие качества новелл Хизгила Авшалумова свойственны и его рассказам, исполненным юмора и сатиры. Что же обеспечивает успех писателю? В чем притягательная сила его коротких, но полных энергии произведений?

Первое. Писатель идет от жизни.

Второе. Жизненные явления он не копирует, а силой своего воображения возводит в эстетический акт.

Третье. Его произведениям в высшей мере свойственна занимательность. У Хизгила Авшалумова нет идеализации героев или явлений жизни. Он трезвый реалист. Его творчество - яркое подтверждение слов H.A. Добролюбова: «Мы постоянно выражаем убеждение, что литература служит отражением жизни, а не жизнь слагается по литературном программам. Никогда и нигде литературные деятели не сходили с эфирных пространств и не приносили с собою новых начал, независимых от действительной жизни; все это дано опытом жизни. Литература постоянно отражает те идеи, которые бродят в обществе, и больший или меньший успех писателя может служить меркою того, насколько он умел выразить в себе общественные интересы и устремления».1

Новеллы и рассказы Хизгила Авшалумова отличаются естественностью, художественной убедительностью, композиционной завершенностью, иными словами, слитностью всех компонентов произведения. Напомним показательные в этом отношении новеллы ирассказы: «Будуар для невестки Шими», «Как Шими был певцом на «тайной свадьбе», «Человек - загадка», «Похвальное» слово взяточнику», «Жених» бабушки Фатьмы», «Как я писал диссертацию», «Совбол», «Муж двух жен», «Мастер красоты».

Одно из главнейших условий всякого художественного произведения, -писал Белинский, - есть гармоническая соотнесенность идеи с формою и формы с идеею и органическая целостность его создания. Поэтому всякое художественное произведение прежде всего должно отличаться строгим единством лежащего в его основании чувства или мысли. Если мысль поэтического произведения истинна в самой себе, ясна и определенна для поэта, если произведение верно концепировано и достаточно выношено в душе поэта, - то в нем не может быть ни уродливых частностей, ни слабых мест, ни темных и непонятных выражений, ни недостатка во внешней отделке. Произведение в таком случае органически целостно: в нем нет ничего излишнего или недостающего. Оно округлено: его начало вводит читателя в его смысл; последнее слово замыкает собою все его содержание, так что читатель вполне удовлетворен и не может спросить: «Что же дальше?».2

Это суждение великого критика может служить характеристикой лучших произведений Хизгила Авшалумова. Мастера художественного слова прекрасно понимали, что живительной струей литературы является фольклор. Он, как известно, дает богатые знания о жизни, труде, быте, воззрениях, идеалах народа. С народной точки зрения дается в фольклоре оценка событий и героев. Осмея

1 Добролюбов H.A. Собр. соч. в 3-х т. М., 1987. Т. 2. С. 57.

2 Белинский В.Г. Собр. соч. в 9-ти т. М., 1982. Т. 8. С. 491. ние порока, возвеличение достоинства - это аксиома фольклора. В нем большое место всегда занимали сатирические и героические жанры. Пословицы и поговорки, афоризмы, меткие изречения, созданные народом, продолжают оставаться важным средством нравственного оздоровления человека. Достижения фольклора прежде всего своего народа использует и Хизгил Авшалумов. Его новеллы и рассказы родственны таким фольклорным жанрам, как анекдот, притча, бытовая сатирическая сказка. Произведения писателя пересыпаны пословицами и поговорками: «Кто желает покоя, тот должен быть глухим, слепым и немым»; «Чем с женой советоваться, лучше положи папаху перед собой и советуйся с ней»; «Лучше с умным камни таскать, чем с дураком плов кушать»; «Думаешь, поймал, а смотришь, сам попался»; «Кто пьет до дна, тот живет без ума»; «Как нельзя вместить две любви в одном сердце, так и невозможно удержать два арбуза на одной руке»; «Если бедняк покупает курицу, значит, или курица больна, или бедняк болен»; «Укравший верблюда и укравший иголку - оба воры»; «Как чужое горе рассказывается навеселе, так чужой покойник кажется спящим»; «На горных вершинах выпал снег - долго ли осталось до зимы, в бороду запала седина - долго ли осталось еще жить?»; «Пошел за бородой, лишился и усов»; «Тайна, известная троим, уже не тайна»; «Ум заключается не в возрасте, а в голове»; «Верь глазам, а не ушам»; «Не всякий выпачкавшийся мукой - мельник»; «Когда волк забредает в отару, чабана тянет по нужде»; «Умный скажет, что он видел, а дурной - что ел и пил».

Подобных примеров можно привести еще немало. В основной части диссертации, рассматривая произведения Хизгила Авашалумова, мы обращали внимание и на различные сатирические приемы и средства. Это в первую очередь «посрамление воли» и «одурачивание» («Муж двух жен», «Каверзные шутки проказницы весны», «Как Шими перевоспитывал свою невестку», «Похвальное» слово взяточнику»). Писатель хорошо понимает, что смех - «данное нам природой наказание за какую-то присущую человеку скрытую, но вдруг обнаруживающуюся неполноценность».1

Вскрывается это писателем «путем естественного или нарочито вызванного перевода внимания от внутренних действий к внешним формам их проявления, которые эту недостаточность вскрывают и сразу делают ее очевидной для всех».2

Наиболее интересны в этом отношении произведения: «Импортный осел», «Как Шими поймал председателя в железный капкан», «Покойник с лошадиным храпом», «Жених» бабушки Фатьмы», «Сосед мой - враг мой», «Гнев царя царей Ануширвана», «Как я воскрес».

Писатель использует различные сатирические приемы, создавая свои образы. Тут и прием постадийного усиления порока, когда его уродливость становится все более и более очевидной («Баран на шашлык», «Похвальное» слово взяточнику», «Телефон»), и прием «один в роли другого» («Как Шими с женой поменялись обязанностями»), и алогизм («Как Шими стал наполовину мужчиной наполовину женщиной», «Как Шими вместо овцы всучили пса», «Как Муза стала Марусей»), и восхваление, которое оборачивается хулой («Шими на службе у государя императора»), А такие художественные средства, как ирония, гротеск, аллегория в том или ином плане встречаются почти во всех произведениях писателя.

Хизгил Авшалумов блестяще владеет палитрой сатирических красок. Это сказывается в комизме ситуаций, в комизме положений, в комизме характеров и многих других особенностях его творчества. Цель сатиры и юмора Хизгила Авшалумова благородная: помогать людям видеть свои недостатки и пороки и тем самым излечивать их от них, помогать им нравственно совершенствоваться. Когда-то Марк Твен, имея в виду произведения, жизнь которых оказывалась недолговечной, заметил: «Почему они оказались недолговечными? Потому, что

1 Пропп В .Я. Проблема комизма и смеха. С. 29.

2 Там же. С. 30. авторы их были только юмористами. Только юмористы не выживают. Иногда приходится слышать, что роман должен быть только лишь произведением искусства, романист не должен ни поучать, ни проповедовать.

Быть может, это требование подходит автору романов, но оно не подходит юмористу. Если он хочет, чтобы его произведения жили вечно, он должен и учить, и проповедовать».1 Произведения татского писателя и учат, и проповедуют. Ему забвение не грозит.

Хизгилу Авшалумову в своих лучших произведениях удается через свое национальное передать общечеловеческое», - пишет МазанаевШ.А2

Известный советский писатель Остап Вишня писал: «Почему я подхожу к жизненным явлениям со «смешной-) стороны? Потому, что я пытаюсь быть сатириком, а сатирики, как говорил М.Е. Салтыков-Щедрин, «призывают на помощь оружие смеха».3

Так мог бы сказать о себе и Хизгил Авшалумов.

Как верно сказал М. Бахтин, «меняются устои мира, и человеку приходится меняться вместе с ними»4

Хизгил Авшалумов и есть один из тех, кто жил при советской власти, был свидетелем перестройки и продолжает творить на этапе рыночных реформ. Сегодня он видит мир не так, как видел его десять или двадцать лет назад. Ровесник века, Хизгил Авшалумов продолжает свою творческую деятельность.