Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


И нравственная философия




страница27/27
Дата06.07.2018
Размер5.81 Mb.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27
лирика сильнее религиозного эпоса и мистерии: Иисус грустит о “телесности жизни”, которая не была его судьбой, печалится о расставании с “грубой, плотной, пахучей, пестрой земной круговертью”, обращает внимание на то, что вне Писания, учения и спасения – на деревья, травы, цветы, камни, на ноги учеников, которые оказались “столь же разнообразны, как лицо и руки” [42,503]. 163 “Христос-манекен”, - сурово определ андреевского героя М.Волошин, обнаруживший в “Иуде Искариоте” художественное кощунство: “Каждый евангельский эпизод и каждый характер являются для нас как бы алгебраическими формулами, в которых все части так глубоко связаны между собой, что малейшее изменение в соотношении их в итоге равняется космическому перевороту. Поэтому, когда худлжник вводит свое живое “я” в законченные кристаллы евангельского рассказа, то индивидуальность его сказывается с такой полнотой и четкостью, с какой не может сказаться ни в какой иной области (…) Кощунственность “Иуды” художественная, а не религиозная” (Волошин М. Некто в сером Волошин М. Лики творчества. Л., 1988, с. 460-461). Но не все в позиции Волошина так просто, как может показаться. Порицая Андреева, автор статьи “Некто в сером” приветствует гностиков, “создавших образ самого сильного и посвященного из апостолов”. Следуя легенде, связанной с Собором Парижской Богоматери, и стремясь реконструировать утраченное “Евангелие от Иуды”, М. Волошин пишет стихотворение “Иуда-апостол”, в котором “самому старшему и верному ученику, принявшему бремя всех грехом и позора мира, суждено сесть рядом с Иисусом в момент его второго пришествия. См. подробнее: Давыдов З. Иуда Искариот в творчестве Волошина http:school.ort.spb.rulibrarytorahcode05-15.htm 164 Сближение Иуды и Христа, необходимость совместного действия жертвы и предателя, встречи чистоты и безобразия стало лейтмотивом в андреевских размышлениях о жизни. Революционный контекст личной и национальной истории делал два подвига – светлый и темный – еще более контактными. Вера Леонидовна, дочь Андреева от второго брака, описала одну из самых ярких картин, созданных писателем: “В холле наверху висела картина, нарисованная папой разноцветными мелками. Это головы Иисуса Христа и Иуды искариота. Они прижались друг к другу, один и тот же терновый венец соединяет их. Но как они непохожи! И странная вещь: несмотря на то что сходства нет никакого, по мере того как всматриваешься в эти два лица, начинаешь замечать удивительное, кощунственное подобие между светлым ликом Христа и звериным лицом Иуды Искариота – величайшего предателя всех времен и народов. Одно и то же великое, безмерное страдание застыло на них. Постепенно начинает казаться, что губы Христа искривлены той же судорожной гримасой, что тот же скрытый ужас смерти проглядывает сквозь одухотворенную бледность его лица, таится под закрытыми веками глаз, прчется в фиолетовых тенях около рта. Кажется, что от обоих лиц веет одинаковой трагической обреченностью. Они рады бы отделиться друг от друга, но терновый венец связывает их неразрывно – так и кружатся в нелепой, безумной пляске, заламывая худые окровавленные руки” (Андреева В.Л. Эхо прошедшего. М., 1986, с. 27-28). 165 Р. Спивак рассматривает «Иуду Искариота” как текст о драматическом становлении креативных начал в человеке: “Философская повесть Андреева – о грмадной роли творческого свободного разума в судьбах мира, о том, чо самая великая идея без творческого участия человека бессильна, и о трагической субстанции творчества как такового” (Спивак Р. “Иуда Искариот”: Поэтика и интепретация pbunjak.narod.ruzborniktekstovi28_Spivak_1.htm) 166 В “Трепетном дереве” В. Розанова – в лирическом наброске 1901 г., включенном в книгу “Темный Лик: Метафизика христианства”, повествователь размышляет о сонливой слабости учеников в Гефсиманском саду: “Они чрез этот таинственный сон, который так легко счесть за небрежение, точно причастились все духа и деяния Иуды. (…) И вот, как бы испуганный и оправдываясь, в эту ночь и перед этою осиною я спросил себя о том, о чем никогда в жизни не спрашивал себя: - И мы - Иуды.. Опять Каины! О, что значит врагам погубить Они на то и враги, идут с открытым забралом. Наконец, они осуждены. Но “ученик предал” – это гораздо страшнее, чрез это именно мы-то, тоже ученики, осуждены; и куда уже нам деться, не видим. Совершилось второе тягчайшее грехопадение человека: убили Бога. О, что перед этим, что когда-то в Адаме люди Его не послушались… То было маленькое падение, это – большое, главное…” [47,380-381]. 167 “Никаких пересказов, только допустимые варианты, никакой категоричности, только вопрошание, никакого ригоризма, только предположения там, где прежде господствовала очевидность. Для Борхеса – мнимая очевидность”, - пишет А. Зверев (Зверев А. “Ты видишь, ход веков подобен притче…” Иностранная литература, 1998, № 5). 168 “Иуда у Мейлера – радикал шестидесятых годов, отпрыск богатой семьи, который вырастает в воинствующего социалиста”, - пишет Д. Апдайк в статье “Чтоб камни сделались хлебами: Норман Мейлер и искушения Христа” (Иностранная литература, 1998, № 5). 169 Например, в творчестве Леонида Андреева Иуда-Христос – ключевой подтекстовый образ, призывающий обсуждать проблему единого сюжетного пространства в столь разных произведениях, как “Жизнь Василия Фивейского” и “Тьма”, “Рассказ о семи повешенных” и “Жизнь человека”, “Анатэма” и “Сашка Жегулев”. Подробнее об этом - в нашей работе “Леонид Андреев” (Русская литература рубежа веков (1890-е – начало 1920-х годов). Книга 2. ИМЛИ РАН., “Наследие”, 2001). 170 Мицова И. «Следуй за Мной». Евангельский роман. М., 2000, с. 444. 171 Казандзакис Н. Последнее искушение. М., 1999, с. 7. 172 Цыбенко О.П. Великие искушения Никоса Казандзакиса (послесловие) Казандзакис Н. Последнее искушение. М., 1999, с. 487. 173 Зеркалов А. Воланд, Мефистофель и другие Заметки о «теологии» романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита» Наука и религия, 1987, № 8, с. 49. 174 Гаврюшин Н. Литостротон, или Мастер без Маргариты Вопросы литературы, 1991, № 8, с. 77. 175 Кириллова И. Литературное воплощение образа Христа Вопросы литературы, 1991, № 8, с. 74. 176 Шаров В. Воскрешение Лазаря Знамя, 2002, № 8, с. 27. 177 Кротов Я. Христос под пером Иностранная литература, 1991, № 5, с. 248. 178 Бройтман С.Н. Историческая поэтика. Учебное пособие. М., 2001. 179 Рыклин М. Революция на полях Роб-Грийе А. Проект революции в Нью-Йорке. М., 1996, с. 23.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   27