Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Художественные приемы раскрытия внутреннего мира героя по роману М. Е. Салтыкова-Щедрина Господа Головлевы. 10-й класс




Скачать 115.95 Kb.
Дата01.07.2017
Размер115.95 Kb.
ТипУрок

Skip to content

Toggle navigation




Урок литературы. Тема: Художественные приемы раскрытия внутреннего мира героя по роману М.Е. Салтыкова-Щедрина Господа Головлевы. 10-й класс


Posted on 12.01.2017 by Posted in Литература

  • Кольская Любовь Васильевна, учитель русского языка и литературы

История души человеческой, хотя бы
самой мелкой души,
едва ли не
любопытнее и не полезнее истории
целого народа.
М.Ю.Лермонтов. Герой нашего времени.

Ход урока

1. Вступительное слово учителя. Определение
задач урока.

“Вот тут, в этом самом Головлеве, было когда-то


целое человечье гнездо — каким образом случилось,
что и пера не осталось от этого гнезда?” К ответу
на вопрос, поставленный М.Е. Салтыковым –
Щедриным в романе “Господа Головлевы”, мы шли
постепенно, знакомясь с историей трех поколений
головлевского рода. Но писатель главное внимание
сосредоточил на раскрытии внутреннего мира
Порфирия Головлева, представителя второго
поколения, “мелкого”, ничтожного человека,
образ которого вызывает у нас негодование, боль,
смятение, желание вмешаться в ход событий романа
и предотвратить бесконечные предательства,
ведущие к невыносимым мукам совести.

Как М.Е.Салтыкову-Щедрину удается вызвать самые


разные чувства по отношению к своему герою у нас,
современных читателей? Какова роль
художественных приемов раскрытия внутреннего
мира героя в определении основной идеи романа?
Эти вопросы будут в центре нашего внимания на
сегодняшнем уроке.

3. Основная часть урока.

а) Имя литературного персонажа. Речевая


характеристика.

— Один из самых важных приемов характеристики


литературного персонажа – точный выбор имени
героя. Что означает имя Порфирий? Каково
лексическое значение слова порфира?

Реализация домашнего задания.

(Порфирий (греч.) – багряный. Порфира —
багряница, верхняя торжественная одежда
государей, широкий плащ багряного шелка,
подбитый хвостатым горностаем. Порфироносный
муж, порфироносец — государь, повелитель земли и
народа.)

— В своем семействе Порфирий Владимирович


Головлев был больше известен под другими
именами. Какими? (“Иудушки, кровопивушки и
откровенного мальчика”.)

— Кто придумал эти прозвища и за что? (Прозвища


придумал Степан. Последнее было дано за то, что
еще “ с младенческих лет” любил Иудушка,
приласкавшись к “милому другу маменьке”,
“слегка понаушничать”.)

— Сколько понятий заключено в слове “Иудушка”?


Почему? (Два понятия: “Иуда” и “душка”, из
которых второе означает то, кем герой старается
казаться, а первое – то, кем он на самом деле
является.)

Иуда — один из апостолов Иисуса Христа.


Обманувшись в надежде, что Иисус Христос явится
основателем великого земного царства, предал
его. Имя Иуды стало нарицательным для
обозначения предательства. По легенде за
предательство Иуде заплатили 30 сребреников.

— Имена Порфирий, Иудушка определяют


противоречие, лежащее в основе образа главного
героя. Обратимся к главе “Семейные итоги”, к
эпизоду, когда сын Иудушки Петенька объявляет о
том, что проиграл казенные деньги, и выявим это
противоречие.


Немного погодя Порфирий
Владимирыч вышел, одетый весь в черном, в чистом
белье, словно приготовленный к чему-то
торжественному. Лицо у него было светлое,
умиленное, дышащее смирением и радостью, как
будто он сейчас только “сподобился”. Он подошел
к сыну, перекрестил и поцеловал его.

Здравствуй,


друг! – сказал он.

Здравствуйте!

Каково почивал? постельку хорошо ли
постлали? клопиков, блошек не чувствовал ли?

Благодарю вас. Спал.

Ну, спал – так и слава Богу. У родителей
только и можно слатенько поспать. Это уж я
по себе знаю: как ни хорошо, бывало, устроишься в
Петербурге, а никогда так сладко не уснешь, как в
Головлеве. Точно вот в колыбельке тебя
покачивает. Так как же мы с тобой: попьем чайку,
что ли, сначала, или ты сейчас что-нибудь сказать
хочешь?


Я проиграл три
тысячи, – пояснил Петенька, – и ежели
послезавтра их не внесу, то могут произойти очень
неприятные для меня последствия.

Что ж,


внеси! –
любезно молвил Порфирий
Владимирыч…

Откуда же я возьму деньги? – наконец


выговорил он.

Я, любезный друг, твоих источников не


знаю…

Иудушка направился было к двери, чтобы юркнуть


в столовую, но Петенька остановил его…

Но почему же вы не хотите помочь?

– …это до меня не касается. Сам напутал –
сам и выпутывайся. Любишь кататься – люби и
саночки возить…

Подумайте, однако ж, что со мной будет!

А что Богу угодно, то и будет, –
отвечал Иудушка, слегка воздевая руки и искоса
поглядывая
на образ
…У Иова, мой друг, Бог все взял, да
он не роптал, а только сказал:
Бог дал, Бог и взял
– твори, Господи, волю свою!


?(Душка) ?(Порфишка)
?(Иуда)

— Что помогает Иудушке скрыть это противоречие?
(Лживые, пустые слова.)

— Как герой стремится придать пустым словам вес


и значительность? (Он упоминает Бога, ссылается
на житейскую мудрость, закрепленную в пословицах
и поговорках.)

-Но ведь не только пустословие помогает


Порфирию Владимировичу скрывать от окружающих
истинные помыслы и намерения. Обратимся к сцене
“Иудушка у постели умирающего брата” (глава
“По-родственному”), понаблюдаем над речью героя,
найдем ключевое слово, характеризующее его действия.

Иудушка стоял у постели, всматривался в
больного и скорбно покачивал головой.

Больно? – спросил он, сообщая своему


голосу ту степень елейности, какая только была в
его средствах.

приблизился к образу, встал на колени,


умилился, сотворил три земных поклона, встал и
вновь очутился у постели.

Ну, брат, вставай! Бог милости прислал! –


сказал он, садясь в кресло, таким радостным тоном,
словно и в самом деле “милость” у него в кармане
была.


Павел Владимирыч …понял, что перед ним не тень,
а сам кровопивец во плоти… Глаза Иудушки
смотрели светло, по-родственному, но больной
очень хорошо видел, что в этих глазах скрывается
“петля”…

Ах, брат, брат! какая ты бяка сделался! –


продолжал подшучивать по-родственному
Иудушка. – А ты возьми да и прибодрись! Встань
да и побеги! Труском-труском – пусть-ка, мол,
маменька полюбуются, какими мы молодцами стали!
Фу-ты! ну-ты!

Иди, кровопивец, вон! – отчаянно крикнул


больной.

А-а-ах! брат, брат! Я к тебе с лаской да с


утешением, а ты… какое ты слово сказал! А-а-ах,
грех какой! И как это язык у тебя, дружок,
повернулся, чтоб этакое слово родному брату
сказать! Стыдно, голубчик, даже очень стыдно!
Постой-ка,
я лучше подушечку тебе поправлю!


Иудушка встал и ткнул в подушку пальцем.

Уйди, кровопивец…Иуда! предатель! мать по


миру пустил!


Как ни сдерживал себя Иудушка, но ругательства
умирающего до того его проняли, что даже губы у
него искривились и побелели
. Тем не менее
лицемерие было до такой степени потребностью его
натуры, что он никак не мог прервать раз начатую
комедию.

— Ключевое слово – комедия. Назовите сцены в


романе, когда Иудушка “ломает комедию”. (“Поминальный
обед в честь брата Павла”, “ Иудушка у постели
умирающей матери” и др.)


б) Портрет литературного героя.
Реализация домашнего задания.

— Дает ли автор в проанализированных


фрагментах текста, названных сценах развернутый
портрет Иудушки? (Нет, представление о
внешности героя складывается из отдельных
деталей.)

— Вспомните разговор с сыном Петенькой,


который приехал попросить помощи у отца, а вместо
этого получил “камень”. Обратитесь к эпизоду,
повествующему о том, как решалась судьба
“незаконного” младенца Володьки (глава
“Недозволенные семейные радости”). Ответьте на
вопрос: “Как выглядит Иудушка всякий раз, когда
собирается совершить очередное предательство?”

Весь следующий день Порфирий Влидимирыч не
выходил из кабинета и молился, прося себе у Бога
вразумления. На третий день он вышел к утреннему
чаю не в халате, как обыкновенно, а одетый
по-праздничному
в сюртук, как он всегда делал,
когда намеревался приступить к чему-нибудь
решительному. Лицо у него было бледно, но дышало
душевным просветлением
; на губах играла блаженная
улыбка
: глаза смотрели ласково, как бы всепрощающе
… Наконец, пропустив последний глоток,
потребовал к себе Улитушку и встал перед
образом
, дабы еще раз подкрепить себя божественным
собеседованием
, а в то же время и Улите
наглядно показать, что то, что имеет произойти
вслед за сим, – дело не его, а Богово.
Улитушка, впрочем, с первого же взгляда на лицо
Иудушки поняла, что в глубине его души решено
предательство…

Ну, так слушай же ты меня, – начал


Иудушка, –
молился я Богу, и вчера молился,
и сегодня, и все выходит, что как-никак, а надо нам
Володьку пристроить!

Мне, что ли, в воспитательный-то везти? –


спросила она, смотря на него в упор…

– …пользы для него никакой дома не


будет… А мне хочется,
чтоб все у нас хорошохонько
было
. Чтоб из него, из Володьки-то, со временем
настоящий человек вышел. И Богу слуга, и царю –
подданный…Оттуда, слышь, и в учителя некоторые
попадают!

Из воспитательного-то? прямо генералами


делают…Чего лучше… для незаконных!
Начало
формы

Конец формы

— Какие перемены произойдут во внешности героя
в главе “Выморочный”? О чем говорят эти
перемены?

Порфирий Владимирыч сидел в засаленном
халате, из которого местами выбивалась уже вата;
он был бледен и нечесан, оброс какой-то щетиной
вместо бороды…


(Выморочный – оставшийся без наследников.
Иудушка погубил всех своих близких, оказался во
власти полного опустошения души.)

— Изменилась ли речь героя? Почему? (Да, исчезла


слащавость. Раньше слова скрывали истинные
чувства Иудушки, теперь выражают подлинное
настроение, передают его состояние.)


Если ты, девка распутная, еще когда-нибудь…
в кабинет ко мне… Убью!)


в) Пейзаж. Реализация домашнего задания.

— Традиционным приемом раскрытия внутреннего


мира героя является пейзаж, если он выполняет
психологическую функцию. Чувствует ли герой
романа связь с природой, как герои Толстого,
Тургенева. Лермонтова? Почему? Как другие герои
романа наблюдают за природой?

(Герой нигде не показан в контакте с природой.


Он, как Степан, как Арина Петровна, наблюдает за
природой и окружающим миром из окна,
закупоренного наглухо. Природа – это жизнь,
созидание, а с именем Головлевых связаны смерть и
разрушение.)


Чтение и анализ фрагментов текста из главы
“Выморочный”.


Не раз останавливался он перед окном,
думая к чему-нибудь приковать колеблющуюся
мысль…На дворе начиналась весна, но деревья
стояли голые, даже свежей травы еще не
показывалось. Вдали виднелись черные поля, по
местам испещренные белыми пятнами снега…
Дорога сплошь чернела грязью и сверкала
лужами. Но все это представлялось ему
словно сквозь сетку…

— Пейзаж весенний, но чувствуете ли вы


пробуждение природы? Какое настроение создается
благодаря черно-белой гамме? Как это настроение
соотносится с состоянием героя? Что
символизирует сетка? (Такой пейзаж больше
характерен для осени. Черно-белый цвет создает
мрачное настроение, которое соотносится с
состоянием Иудушки. Он не заметил, как
отгородился от жизни “двойными рамами”, как
попал в собственные
сети.)

— Дан ли второй пейзаж в главе “Выморочный” в


восприятии героя? Какая связь обнаруживается
между августовским пейзажем и внутренним
состоянием Порфирия Головлева?

он свободно отдался своему одиночеству,


так что даже не видел, как прошло лето. Август уж
перевалил на вторую половину;
дни сократились;
на дворе непрерывно сеял мелкий дождь; земля
взмокла; деревья стояли понуро… На дворе…
царствовала невозмутимая
тишина… А Иудушка
между тем сидит, запершись, у себя в кабинете и
мечтает…Он представляет себя
невидимкою

-Герой превращается в тень, в “живой призрак”,


именно так назовет его автор в главе “Расчет”

г) Прием изложения (несобственно-прямая


речь, позволяющая автору передавать мысли и
чувства героя). Авторские ремарки. Внутренний
монолог.

Чтение и анализ фрагментов текста из главы


“Расчет”.

В конце концов постоянные припоминания старых
умертвий должны были оказать свое действие.
Прошлое до того выяснилось, что малейшее
прикосновение к нему производило боль… И
вдруг ужасная правда осветила его совесть,
но осветила поздно, без пользы, уже тогда, когда
перед глазами стоял лишь бесповоротный и
непоправимый факт. Вот он состарился, одичал,
одной ногой в могиле стоит, а нет на свете
существа, которое приблизилось бы к нему,
“пожалело” бы его. Зачем он один? зачем
он видит кругом не только равнодушие, но и
ненависть? отчего все, что ни прикасалось к
нему, – все погибло? Вот тут, в этом самом
Головлеве, было когда-то целое человечье гнездо
– каким образом случилось, что и пера не осталось
от этого гнезда?…

— О чем говорят вопросы, следующие друг за


другом в авторском комментарии? Как называется
такой прием? С какой целью он использован? (Порфирий
Владимирович впервые осознает бессмысленность
своей жизни. Автор использует прием изложения,
чтобы “быть рядом” со своим героем, так как “нет
на свете существа, которое …пожалело бы его”.)

— “Жить мучительно и не нужно”. Накануне


какого праздника к этому выводу приходит
Иудушка? (На страстной неделе, накануне Пасхи –
светлого праздника Воскресения.)

Не далее как час тому назад кончилась
всенощная, сопровождаемая чтением двенадцати
евангелий… Порфирий Владимирыч… с молодых
ногтей чтил “святые дни”, но чтил исключительно
с обрядной стороны…. Каждогодно, накануне
великой пятницы, он приглашал батюшку,
выслушивал евангельское сказание, вздыхал,
воздевал руки, стукался лбом в землю, отмечал на
свече восковыми катышками число прочитанных
евангелий и все-таки ровно ничего не понимал. И
только теперь…он понял впервые, что в этом
сказании идет речь о какой-то неслыханной
неправде, совершившей кровавый суд над Истиной…

(Всенощная – у православных: церковная


предпраздничная служба.)

— Как повлияло на героя “чтение двенадцати


евангелий”? (Порфирий Владимирович, так часто
упоминавший всуе в своем пустословии Бога,
впервые обращается мыслями к Христу
непритворно.)

— Меняется ли речь персонажа? Какими авторскими


ремарками она сопровождается? На что указывают
эти ремарки?

Слышала ты, что за всенощной сегодня


читали? – спросил он, когда она, наконец,
затихла, – ах, какие это были страдания! Ведь
только этакими страданиями и можно… И простил!
всех навсегда простил!


Он опять начал большими шагами ходить по
комнате, убиваясь, страдая и не чувствуя, как лицо
его покрывается каплями пота.

Всех простил! – вслух говорил он сам с


собою
, – не только тех, которые тогда напоили
его оцтом с желчью, но и тех, которые и после, вот
теперь, и впредь, во веки веков будут подносить к
его губам оцет, смешанный с желчью… Ужасно! ах,
это ужасно!


И вдруг, остановившись перед ней, спросил:

А ты… простила?



Вместо ответа она бросилась к нему и крепко его
обняла.

Надо меня простить! – продолжал он, –


за всех… И за себя… и за тех, которых уж нет… Что
такое! что такое сделалось?! –
почти
растерянно восклицал
он, озираясь кругом, –
где…
все?…

Оцет — окисшее вино, уксус, которым, по


евангельскому преданию, была смочена губка,
поднесенная на конце копья к устам распятого
Христа.

(Слова Порфирия Владимировича начинают


звучать искренне. Он говорит о Христе, а думает о
себе, о своей безмерной вине перед теми, “которых
уже нет”. Его речь начинает напоминать
внутренний
монолог
, обращение к которому раньше было
невозможно, так как совесть в герое спала.)

— Салтыков-Щедрин наделит своего героя


внутренним монологом, но авторские ремарки
говорят о безысходном страдании, избавлением от
которого может стать только смерть. Предчувствуя
это, Порфирий Владимирович испытывает
мучительную жажду. Какую? Обратимся к тексту.

В субботу приобщаться будемнадо на


могилку
к покойной маменьке проститься
сходить!” – вдруг мелькнуло у него в голове.

Сходим, что ли? – обратился он к


Анниньке, сообщая ей вслух о своем предположении.

Пожалуй… съездимте…

Нет, не съездимте, а… – начал было
Порфирий Владимирыч и вдруг оборвал… “А ведь я
перед покойницей маменькой… ведь я ее замучил…
я!” – бродило между тем в его мыслях, и
жажда “проститься”
с каждой минутой сильнее и
сильнее разгоралась
в его сердце
. Но “проститься” не так, как
обыкновенно прощаются, а
пасть на могилу и
застыть в воплях смертельной агонии.

— Почему на могилку матери герою нужно


именно “сходить”? (Дорога к материнской могиле
становится для него символом прощения.)

— Но даст ли автор своему герою возможность


дойти до материнской могилы? (Нет, в самый канун
светлого праздника Воскресения “в нескольких
шагах от дороги” найдут “закоченевший труп
головлевского барина”.)

— Почему М.Е.Салтыков -Щедрин не дал герою


возможности возрождения? (Совесть в Порфирии
Владимировиче просыпается слишком поздно, когда
уже ничего нельзя изменить и нет никаких
ресурсов для духовного воскресения.)


4. Обобщение и вывод.

— Художественные приемы раскрытия внутреннего


мира главного героя романа “Господа Головлевы”
помогают нам, с одной стороны, определить
основную идею произведения, с другой — заглянуть
в собственную душу.

Обнажая истинную сущность героя,


Салтыков-Щедрин говорит с каждым из нас, “пишет
не о каком-то чудовищном человеке, стоящем
особняком среди людей, но о каждом из людей”.

Проблема духовности, совести – проблема


вечная, поэтому образ Иудушки всегда будет
вызывать у нас самые разные чувства.

5. Подведение итогов. Самооценка.

6. Домашняя работа.

Письменная работа “ История души человеческой,


хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее
и не полезнее истории целого народа…”.

previous article next article





Добавить комментарий Отменить ответ













  • Добавить комментарий Отменить ответ