Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Говоря об увлечении поэта английской литературой, исследователи выделяют в его творчестве периоды «байронизма», «шекспиромании» и«поклонения Вальтеру Скотту»




Скачать 206.09 Kb.
Дата08.06.2017
Размер206.09 Kb.
Two Genius Two Fates”
Aims and objectives:

  • forming lexical knowledge through the integration of historic, literary and art aspects;

  • developing oral monologue and skills to imitate and dramatize;

  • bringing-up the feelings of friendship, the necessity of international collaboration;

  • to continue the forming of loving English language.


Teacher: Good afternoon dear guests, dear collegues, and dear students. Welcome to our literary party. The party is dedicated to the great poets of all the world: A.Puschkin and G.Bayron. I hope you will enjoy it. Слайд №1.

I вед: Читая истинно русские по духу произведения гениального поэта, мы порой забываем, что его высокий талант был воспитан не только на русской, но и на европейской литературе, в том числе и на английской, которую он прекрасно знал и высоко ценил.

Говоря об увлечении поэта английской литературой, исследователи выделяют в его творчестве периоды «байронизма», «шекспиромании» и «поклонения Вальтеру Скотту». В произведениях, письмах и критических статьях Пушкина мы встречаем также имена Джона Мильтона, Сэмюэла Ричардсона, Томаса Мура, Уильяма Вордсворта, Сэмюэла Кольриджа, Роберта Саути и других английских литераторов.

Известно, что Александр Сергеевич обладал прекрасными лингвистическими способностями. Он блестяще владел французским языком, за что в лицее получил прозвище «француз». Вот что писал по этому поводу наш крупнейший пушкинист Семен Степанович Гейченко: «Живя в Михайловском, он изучал латинский, греческий, итальянский, немецкий, английский, испанский, цыганский, арабский, турецкий, древнееврейский языки… И то, как он ими занимался, - просто чудо. Никто из исследователей на это как-то не обращал внимания, но я вам скажу, что такое убыстренное изучение языков – явление удивительное».

Мы постараемся рассказать вам о том, как поэт самостоятельно изучил английский язык и как он использовал его в своем творчестве.

С английским языком, английской литературой связано имя одного из современников Пушкина, о котором мы будем говорить сегодня.
В зале гаснет свет, и на экран проецируются репродукции картин И.К.Айвазовского. Звучат стихи.
Слайд №7-10.
И.К.Айвазовский. «Неаполитанский залив в лунную ночь»:
Погасло дневное светило;
На море синее вечерний пал туман.


Шуми, шуми, послушное ветрило,

Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
А.С.Пушкин

И.К.Айвазовский. «Туманное утро в Италии»:


Белеет парус одинокий

В тумане моря голубом!..

Что ищет он в стране далекой?

Что кинул он в краю родном?..
М.Ю.Лермонтов

И.К.Айвазовский. «Среди волн»:


Не слышно на палубах песен,

Эгейские волны шумят…

Нам берег и душен, и тесен;

Суровые стражи не спят…

Раскинулось море широко,

Теряются волны вдали…

Отсюда уйдем мы далеко,

Подальше от грешной земли!
Н.Ф.Щербина

И.К.Айвазовский. «Буря на Ледовитом океане»:




Завыла буря; хлябь морская

Клокочет и ревет, и черные валы

Идут, до неба восставая,

Бьют, гневно пеняся, в прибрежные скалы.
Е.А.Баратынский
Загорается свет (портрет Байрона).
Слайд №11-22.
II вед: Какие знакомые, близкие русскому сердцу строки! В них живет гордый дух изгнанника, искателя гроз и штормов. А ведь эти стихи – отклики и отголоски русской лиры на творчество великого гения туманного Альбиона Джорджа Гордона Байрона. Сейчас трудно представить себе, что значил для современников этот загадочно разочарованный паломник, избранник и изгнанник, идол и демон в одном лице. Обаяние его граничило с магнетизмом. Под знаком Байрона развивались литература, музыка и искусство романтизма, складывались убеждения, образ мыслей, манера поведения. Он был, наряду с Наполеоном, кумиром своей эпохи. Что же это была за эпоха?

III вед: То было начало нового века – не только в календарном, но и в широком культурно-философском смысле. Эта переломная эпоха была связана с Великой французской революцией. Старая феодально-крепостническая Европа была до основания потрясена этим событием. Парижане, взявшие в 1789 году Бастилию, дали наглядный урок всем народам: вековые традиции можно изменить и создать государство без короля и дворянских привилегий. Но жизнь оказалась сложнее, чем это представлялось. Свобода, Равенство и Братство, провозглашенные в Париже в 1789 году, были потоплены в крови наполеоновских войн, попраны восстановленными тронами монархий. И неизбежно наступило разочарование. Разброд и смятение царили в умах. И поэзия Байрона, поэзия мировой скорби и душевного разлада, была созвучна времени. Его страстная исповедь стала исповедью сына века, а его герои – действительными героями своего времени. Их отличали мощь и сила страстей, гордая воля, которые сочетались с индивидуализмом и разочарованием. Кто же был этот человек, сумевший с большой художественной силой выразить мысли и чувства своего времени, именем которого названа целая эпоха – эпоха «байронизма»?

IV вед: On the 27th of February, 1812, the House of Lords of the British Parliament was shocked. A young aristocrat in his first speech in the House of Lords accused the government of exploiting the workers.

The orator was George Gordon Byron. Byron was born in London on the 22nd of January, 1788, in an old aristocratic family. His mother came from a rich Scottish family. His father was a poor army officer who spent his wife’s money very soon and died when the boy was three years old. George spent his childhood in Scotland. There the boy went to a grammar school. He liked history and read much about Rome, Greece and Turkey. “I read eating, read in bed, read when no one else read, since I was five years old,” he said later. The boy was born lame, but he liked sports and trained every day. He could ride a horse very well, was a champion swimmer, a boxer and took part in athletic activities.

Scotland became his motherland. He loved its beautiful nature, the rocky coast and mountains of the country. His love of this scenery was reflected in many of his poems.

In 1798 Byron’s great-uncle died and the boy inherited the title of lord and the family estate, Newstead Abbey in Nottinghamshire. The family went to live there.

George was sent to Harrow School where boys of aristocratic families got their education. Byron’s first days at that school were unhappy. As he was lame the children laughed at him. But soon the boys began to like him, because George read much and knew many interesting facts from history. He wrote poems and read them to his friends.
V вед: At 17 Byron entered Cambridge University and there his literary career began. Слайд №23-28.

It was the time after the first bourgeois revolution in France, when the reactionary governments in Europe were trying to kill freedom. The European nations were struggling against Napoleon for their independence. The industrial revolution developed in England and many people lost their work. Byron hated exploitation and sympathized with people fighting for freedom and independence.

When Byron was a student he published his first collection of poems “Hours of Idleness”. But the critics attacked him.

In 1808 Byron graduated from the University and the next year took his hereditary seat in the House of Lords. In 1809 he went traveling: Слайд №29.


Adieu, adieu! my native shore

Fades o’er the waters blue,

The night-winds sigh, the breakers roar,

And shrieks the wild sea-mew.

Yon sun that sets upon the sea

We follow in his flight.

Farewell awhile to him ant thee,

My native Land – Good Night!

A few short hours and He will rise

To give the Morrow birth,

And I shall hail the main and skies,

But not my Mother Earth.

Deserted is my own good Hall,

Its hearth is desolate,

Wild weeds are gathering on the wall,

My Dog howls at the gate.
***
Прощай, прощай! Мой берег родной

В лазури вод поник.

Вздыхает бриз, ревет прибой,

И чайки вьется крик.

Скрывают солнце волн хребты,

У нас одни пути.

Прощай же, солнце, с ним и ты,

Родной мой край, прости!

Недолог срок – и вновь оно

Взойдет, а я привет

Лишь морю с небом шлю; давно

Земли родимой нет.

Пуст отчий дом, остыл очаг,

И вихрь золу разнес;

На гребне стен пророс сорняк,

У входа воет пес.
Перевод Г.Шенгели
VI вед: The journey took two years. The poet visited Spain, Portugal, Albania, Greece and Turkey.

Byron described his travels in a long poem, “Childe Harold’s Pilgrimage”. The first two cantos (parts) were published in 1812. They were received with enthusiasm and Byron became one of the most popular men in London. “I woke one morning and found myself famous,” wrote the poet about his success.

Between 1813 and 1816 Byron composed his “Oriental Tales”: “The Giaour”, “The Corsair”, “Lara” and others. The hero of each poem is a rebel against society. He is a man of strong will and passion. Proud and independent, he rises against tyranny and injustice to gain his personal freedom. This new mode of thought and feeling was called “Byronism”.

Byron’s anti-government speeches in Parliament and his divorce from his wife helped the poet’s enemies to begin an attack against him. He was accused of immorality and had to leave England. Byron went to Switzerland where he wrote the third canto of “Childe Harold’s Pilgrimage”, “The Prisoner of Chillon”, “Manfred” and many lyric poems.

In 1817 Byron went to Italy, where he lived until 1823. Italy was under Austrian rule at the time. The poet joined the Carbonari, a revolutionary organization that was struggling for national independence in Italy. Byron wrote at that time: “When a man has no freedom to fight for at home, let him fight for that of his neighbours.”

In Italy Byron wrote many of his best poems: the fourth canto of “Childe Harold’s Pilgrimage”, “Don Juan”, and two satirical masterpieces “The Vision of Judgement” and “The Age of Bronze”.



Byron hated war and showed the people’s struggle against Napoleon and his defeat in Russia: Слайд №33-35.


Moscow! Thou limit of his long career,

For which rude Charles had wept his frozen tear

To see in vain – he saw thee – how? with spire

And palace fuel to one common fire.
To this the soldier lent his kindling match,

To this the peasant gave his cottage thatch,

To this the merchant flung his hoarded store,

The prince his fall – and Moscow was no more!

Sublimest of volcanoes! Etna’s flame

Pales before thine, and quenchless Hecla’s tame;

Vesuvius shows his blaze, an usual sight

For gaping tourists, from his hackney’d height:

Thou stand’st alone unrivall’d, till the fire

To come, in which all empires shall expire!
***
Москва! Рубеж, врагом неперейденный,

Лил слезы Карл, тобою побежденный,

Наполеон вступил в тебя, но как, -

Сплошным костром ты озарила мрак.
Огонь раздули русские солдаты,

Не пожалел крестьянин русской хаты,

Добром набитый склад поджег купец,

Хоромы – князь, Москве настал конец!
Не так перед тобой пылает Этна,

Над Геклой зарево не так заметно,

Везувий столб возносит огневой,

Зевак дивя, как фейерверк пустой,

Москве стоять, любви народной веря,

До грозного пожара всех империй!
Перевод М.Гордон
VII вед:After the suppression of the Italian movement for independence Byron went to Greece and joined the Greek people in their struggle for independence against Turkey. Слайд №37-53.


Звучат стихи:
Translation of the Famous Greek War Song
(Extract)
Sons of the Greeks, arise!

The glorious hour’s gone forth,

And, worthy of such ties,

Display who gave us birth.
Sons of Greeks! Let us go

In arms against the foe,

Till their hated blood shall flow

In a river past our feet.
Then manfully despising

The Turkish tyrant’s yoke,

Let your country see you rising,

And all her chains are broke.
Brave shades of chiefs and sages,

Behold the coming strife!

Hellenes of past ages,

Oh, start again to life!
Песня греческих повстанцев

(Отрывок)
О Греция, восстань!

Сиянье древней славы

Борцов зовет на брань,

На подвиг величавый.
К оружию! К победам!

Героям страх неведом.

Пускай за нами следом

Течет тиранов кровь.
С презреньем сбросьте, греки,

Турецкое ярмо,

Кровью вражеской навеки

Смойте рабское клеймо!
Пусть доблестные тени

Героев и вождей

Увидят возрожденье

Эллады прежних дней.
Перевод С.Я.Маршака
VIII вед:«В декабре 1823 года, когда движение разрослось, Байрон решил высадиться на берег Греции. Пять дней, не раздеваясь, он провел в ожидании момента безопасной высадки. Высадка была тяжелой. Байрон бросился вплавь, в одежде, держа на плечах греческого ребенка, которого он еще на борту обещал доставить родителям. Так ночью, продрогший, измученный, он сидел на берегу и отогревал застывшие руки ребенка…

Труды и лишения лагерной жизни подорвали здоровье Байрона. Он заболел лихорадкой и в апреле 1824 года умер… Он умер в городе Миссолонги в Западной Греции при героической попытке вернуть этой стране ее древнюю свободу и славу».

Byron’s heart was buried in the Greek town of Missolonghi.

His friends brought his body to England. They wanted to bury him in Westminster Abbey, where many of England’s great writers are buried, but the English government did not let them do it, and Byron was buried in Newstead, his native place.

Слайд №54.
IX вед: Творчество Байрона имело огромное значение для своей эпохи и передовых людей того времени. Вот как об этом сказал Федор Михайлович Достоевский: «В его [Байрона] звуках зазвучала тогдашняя тоска человечества и мрачное разочарование его в своем назначении и в обманувших его идеалах. Это была новая и неслыханная еще тогда муза мести и печали, проклятия и отчаяния. Дух байронизма вдруг пронесся как бы по всему человечеству, все оно откликнулось ему… Как было не откликнуться на него и у нас, да еще такому великому, гениальному и руководящему уму, как Пушкин?»

Надо отметить, что увлечение поэзией Байрона началось в России в 1819 году, когда его произведения получили распространение среди широких слоев русского общества. В глазах молодых оппозиционно настроенных литераторов Байрон был кумиром, который самовластно играл их умами и чаровал их сердца. Настроение эпохи передалось юному Пушкину. Жадно, как и все передовые его современники, он начинает читать произведения Байрона. Пик увлечения творчеством английского поэта падает на период южной ссылки Пушкина (1820-1824 годы). Ярко сказалось оно уже в первом лирическом стихотворении этого периода – элегии «Погасло дневное светило», музыкальным рефреном которого является образ волнующегося моря – символа души поэта-романтика. Написанные в период южной ссылки романтические поэмы «Кавказский пленник», «Бахчисарайский фонтан», «Цыганы» созданы под влиянием «восточных поэм» Байрона.



X вед: Что же привлекало Пушкина и его современников в творчестве Байрона?

Во-первых, умение Байрона давать блестящие описания природы: Звучит «Лунная соната» Бетховена. Слайд №58.


Twilight

It is the hour when from the boughs

The nightingale’s high note is heard;

It is the hour when lovers’ vows

Seem sweet in every whispered word;

And gentle winds, and waters near,

Make music to the lonely ear.

Each flower the dews have lightly wet,

And in the sky the stars are met,

And on the wave is deeper blue,

And on the leaf a browner hue,

And in the heaven that clear obscure,

So softly dark, and darkly pure,

Which follows the decline of day,

As twilight melts beneath the moon away.
Второй чертой, привлекавшей современников, было умение Байрона правдиво изображать весьма сложные душевные переживания: Звучит музыка «Грезы любви» Бетховена. Слайд №59.
My Soul Is Dark
My soul is dark – Oh! Quickly string

The harp I yet can brook to hear;

And let thy gentle fingers fling

Its melting murmurs o’er mine ear.

If in this heart a hope be dear,

That sound shall charm it forth again;

If in these eyes there lurk a tear,

Twill flow, and cease to burn my brain.
But bid the strain be wild and deep,

Not let thy notes of joy be first;

I tell thee, minstrel, I must weep,

Or else this heavy heart will burst;

For it hath been by sorrow nursed,

And ached in sleepless silence long;

And now ’tis doomed to know the worst;

And break at once – or yield to song.
Душа моя мрачна
Душа моя мрачна. Скорей, певец, скорей!

Вот арфа золотая:

Пускай персты твои, промчавшися по ней,

Пробудят в струнах звуки рая.

И если не навек надежды рок унес,

Они в груди моей проснутся,

И если есть в очах застывших капля слез –

Они растают и прольются.
Пусть будет песнь дика. Как мой венец,

Мне тягостны веселья звуки!

Я говорю тебе: я слез хочу, певец,

Иль разорвется грудь от муки.

Страданьями была упитана она,

Томилась долго и безмолвно;

И грозный час настал – теперь она полна,

Как кубок смерти яда полный.
Перевод М.Ю.Лермонтова
И наконец, третья особенность творчества Байрона – поразительное умение рисовать пленительные женские образы: Слайд №60.
She Walks in Beauty
She walks in Beauty, like the night

Of cloudless climes and starry skies:

And all that’s best of dark and bright

Meet in her aspect and her eyes;

Thus mellowed to that tender light

Which Heaven to gaudy day denies.
One shade the more, one ray the less,

Had half impaired the nameless grace

Which waves in every raven tress,

Or softly lightens o’er her face;

Where thoughts serenely sweet express,

How pure, how dear their dwelling-place.
And on that cheek, and o’er that brow,

So soft, so calm, yet eloquent,

The smiles that win, the tints that glow,

But tell of days in goodness spent,

A mind at peace with all below,

A heart whose love in innocent!
Она идет во всей красе
Она идет во всей красе –

Светла, как ночь ее страны.

Вся глубь небес и звезды все

В ее очах заключены,

Как солнце в утренней росе,

Но только мраком смягчены.
Прибавить луч иль тень отнять –

И будет уж совсем не та

Волос агатовая прядь,

Не те глаза, не те уста

И лоб, где помыслов печать

Так безупречна, так чиста.
И этот взгляд, и цвет ланит,

И легкий смех, как всплеск морской,

Все в ней о мире говорит.

Она в душе хранит покой

И если счастье подарит,

То самой щедрою рукой!
Перевод С.Я. Маршака
Все три указанные черты: умение давать блестящие описания природы; правдиво изображать весьма сложные душевные переживания; и наконец поразительное умение рисовать пленительные женские образы были близки и А.С.Пушкину.

(стихотворение к А. Юсуповой .)

Слайд №61.

Я вас люблю, - хоть я бешусь,

Хоть это труд и стыд напрасный,

И в этой глупости несчастной

У ваших ног я признаюсь!

Мне не к лицу и не по летам…

Пора, пора мне быть умней!

Но узнаю по всем приметам

Болезнь любви в душе моей:

Без вас мне скучно, - я зеваю;

При вас мне грустно, - я терплю;

И, мочи нет, сказать желаю,

Мой ангел, как я вас люблю!

Когда я слышу из гостиной

Ваш легкий шаг, иль платья шум,

Иль голос девственный, невинный,

Я вдруг теряю весь свой ум.

Вы улыбнетесь, - мне отрада;

Вы отвернетесь, - мне тоска;

За день мучения – награда

Мне ваша бледная рука.

Когда за пяльцами прилежно

Сидите вы, склоняясь небрежно,

Глаза и кудри опустя, -

Я в умиленье, молча, нежно

Любуюсь вами, как дитя!..

Сказать ли вам мое несчастье,

Мою ревнивую печаль,

Когда гулять, порой, в ненастье,

Вы собираетеся вдаль?

И ваши слезы в одиночку,

И речи в уголку вдвоем,

И путешествия в Опочку,

И фортепьяно вечерком?..

Алина! Сжальтесь надо мною.

Не смею требовать любви.

Быть может, за грехи мои,

Мой ангел, я любви не стою!
Но притворитесь! Этот взгляд


Все может выразить так чудно!

Ах, обмануть меня не трудно!..

Я сам обманываться рад!
XI вед: В 1824 году мир узнал о кончине Байрона. В России журнал «Вестник Европы» писал: «Бренные останки знаменитого лорда Байрона, после непродолжительной болезни от простуды умершего в Миссолонги минувшего апреля, будут привезены в Англию; но сердце его остается в Греции.»

Друзья Пушкина были потрясены событиями в Миссолонги. П.А.Вяземский писал: «Какая поэтическая смерть – смерть Байрона! <…> Завидую певцам, которые достойно воспоют его кончину. Вот случай Жуковскому! Если он им не воспользуется, то дело его конечно: знать, пламенник его погас. Греция древняя, Греция наших дней и Байрон мертвый – это океан поэзии. Надеюсь и на Пушкина».

И Пушкин откликнулся стихотворением «К морю». Звучит симфония №45 Гайдна «Прощальная». Слайд №63.
Другой от нас умчался гений,

Другой властитель наших дум.
Исчез, оплаканный свободой,

Оставя миру свой венец.

Шуми, взволнуйся непогодой:

Он был, о море, твой певец.
Твой образ был на нем означен,

Он духом создан был твоим:

Как ты, могущ, глубок и мрачен,

Как ты, ничем неукротим.
***
Another genius was taken

From us, another mastermind.
He fled, by liberty lamented,

Leaving the world his laurel crown.

Roar, sea, and seethe in stormy weather:

Your bard he was, your very own.
Upon his brow was stamped your image,

In spirit from one mould you came:

He had your strength, your depth, your grimness,

His soul, like yours, nothing could tame.
Translated by Peter Tempest
XII вед: Современник Пушкина Н.А.Полевой писал: «Байрон соединял оба свойства гения: он живописал мир вещественный и мир фантазии с неподражаемой силой и изумлял нас изображением человека, постигая его в самом себе. Никто из поэтов, принесших дань памяти Байрона, не изобразил его так правдиво и сильно, как наш Пушкин». Слайд №64.

Между тем Пушкин, находясь в ссылке в Михайловском, продолжает читать произведения Байрона. Имена английского поэта и его героев все чаще встречаются в переписке и произведениях Александра Сергеевича. Так, только в романе «Евгений Онегин» этих имен более десяти.

Обратимся к письмам великого русского поэта: «Стихов, стихов, стихов! Conversations de Byron! Walter Scott! Это пища души» (Л.С.Пушкину. Первая половина ноября 1824 г. Из Михайловского в Петербург).

«Скажи от меня Козлову, что недавно посетила наш край одна прелесть, которая небесно поет его «Венецианскую ночь» на голос гондольерского речитатива – я обещал известить о том милого, вдохновенного слепца. Жаль, что он не увидит ее, но пусть вообразит себе красоту и задушевность – по крайней мере дай бог ему ее слышать» (П.А.Плетневу. Около 19 июля 1825 г. Из Тригорского (?) в Петербург).

В последнем письме речь идет о романсе Михаила Ивановича Глинки «Венецианская ночь». Стихи Байрона переведены на русский язык слепым поэтом, другом Пушкина Иваном Ивановичем Козловым, а исполнила романс в Тригорском Анна Петровна Керн. 8 декабря 1825 года Пушкин написал в Ригу Анне Петровне письмо по-французски. Вот его русский перевод: «Никак не ожидал, чародейка, что вы вспомните обо мне, от всей души благодарю вас за это. Байрон получил в моих глазах новую прелесть – все его героини примут в моем воображении черты, забыть которые невозможно. Вас буду видеть я в образах и Гюльнары и Лейлы – идеал самого Байрона не мог быть божественнее. Вас, именно вас посылает мне всякий раз судьба, дабы усладить мое уединение!»

Давайте послушаем этот романс, но в другом исполнении.



Гаснет свет, и на экране появляются кадры кинофрагмента «Итальянские мелодии». Звучит романс «Венецианская ночь». Слайд №66.

Загорается свет, и ведущие по очереди произносят следующий текст.

  • По мере того как мужал талант самого Пушкина, юношеское восхищение творчеством английского поэта сменяется критической оценкой, тонкой и оригинальной. Подтверждение этому мы находим в переписке и критических заметках «О драмах Байрона», «Отрывки из писем, мысли и замечания», «О трагедии Олина «Корсер» и других.

  • Вот что мы читаем в одном из писем Пушкина, написанных в 1824 году: «Гений Байрона бледнел с его молодостию. В своих трагедиях, не выключая и Каина, он уже не тот пламенный демон, который создал «Гяура» и «Чильд Гарольда». Первые две песни «Дон Жуана» выше следующих. Его поэзия видимо изменилась. Он весь создан был навыворот; постепенности в нем не было, он вдруг созрел и возмужал – пропел и замолчал; и первые звуки его уже ему не возвратились – после 4-й песни Child-Harold Байрона мы не слыхали, а писал какой-то другой поэт с высоким человеческим талантом» (П.А.Вяземскому. 24-25 июня 1824 г. Из Одессы в Москву).

  • Лучшим творением Байрона, по мнению Пушкина, был «Дон Жуан». Здесь романтическая лирика сменялась реалистической сатирой, в ярких образах проявилось богатство чувств и мыслей поэта. Внимание Пушкина привлекали также главы поэмы, посвященные России. Он подчеркивает, что вопреки своему правилу Байрон описывает Россию, которую не видел собственными глазами, отсюда, как замечает Пушкин, «приметны некоторые погрешности противу местности» и «другие ошибки, более важные». Однако, по мнению Александра Сергеевича, «Байрон много читал и расспрашивал о России. Он, кажется, любил ее и хорошо знал ее новейшую историю».

  • В 1830 году вышли в свет «Письма и дневники Байрона», которые вопреки завещанию издал его друг, английский поэт Томас Мур. Чтение всех пяти томов, видимо, произвело на Пушкина очень сильное впечатление. По воспоминаниям современников, он много раз говорил о Байроне на встречах и вечерах. В 1835 году у Пушкина появилась идея составить краткий очерк жизни и поэтической деятельности Байрона. 25 июля 1835 года на даче Миллера на Черной речке Пушкин написал на заглавном листе одной из тетрадей «О Байроне и о предметах важных». Дальше он пробовал переводить в двух редакциях одно из произведений Байрона, а затем начал его биографию на основании документов, опубликованных Томасом Муром. К сожалению, опыт биографии Байрона остался только в черновом наброске, Пушкин не закончил его.

  • Необходимо заметить, что Пушкин сначала читал произведения Байрона во французском переводе. Затем он постепенно овладел английским языком и смог до конца оценить форму байроновской поэзии, постичь прелесть языка, гармонию и силу стиха.

  • Пушкин почти не знал английского языка, когда он впервые стал знакомиться с поэзией Байрона (во французском переводе). В родительском доме, лет 9-10 от роду, он начал учиться по-английски, вероятно у гувернантки мисс Белли, но усвоил очень мало. В лицее английскому языку не обучали. В 1819-1820 годах поэт испытывал затруднения, которые были хорошо знакомы его современникам. Изучение английского языка ради Байрона становится для Пушкина одной из главных задач. К этому же призывают его и друзья. Так, в 1819 году П.А.Вяземский интересуется, читает ли «племянник» (т.е. Пушкин) по-английски. «Кто в России читает по-английски и пишет по-русски? – восклицает он. – Давайте мне его сюда! Я за каждый стих Байрона заплачу ему жизнью своею». Единомышленником Вяземского был и А.А.Бестужев (Марлинский), который увещевал Пушкина приняться за изучение английского языка, заверяя поэта, что последний будет вознагражден за труд сторицею. Возможно также, что П.Я.Чаадаев (чтивший в молодости Байрона и отличавшийся, как отмечали мемуаристы, «байроновскими манерами») первый познакомил Пушкина, давая ему книги для изучения английского языка, с сочинениями лорда-писателя.

  • Во время южной ссылки Пушкин много времени уделял изучению английского языка. Мнения исследователей о том, как хорошо он знал язык в этот период, расходятся. Так, В.Жирмунский считает, что Пушкин еще в начале 20-х годов на юге мог читать английских поэтов в подлиннике. А.М.Цявловский придерживается мнения, что на юге поэт мог читать английские произведения в подлиннике лишь с помощью Раевских, а сам должен был пользоваться французским переводом.

  • В дальнейшем Пушкин продолжал серьезное изучение английского языка, но даже в конце 1825 года его познания были еще недостаточными. Об этом свидетельствует его письмо П.А.Вяземскому, написанное в ноябре 1825 года из Михайловского: «Мне нужен английский язык – и вот одна из невыгод моей ссылки: не имею способов учиться, пока пора. Грех гонителям моим!»

Слайды №68.

  • Пушкин выписывает в Михайловское книги на английском языке. Здесь были и критические очерки, и мемуары, и переписка. Постепенное изучение английского языка дало, наконец, возможность Пушкину оценить смелость выражений в «Чайльд Гарольде», а к концу 20-х годов, по свидетельству современников, поэт окончательно овладел этим языком и стал легко понимать английский текст.

  • Нередко Пушкин вводит цитаты на английском языке в свои произведения. Эти цитаты служат, например, эпиграфами. Так, эпиграфом к поэме «Полтава» являются слова Байрона:

Слайды №69-70.

The power and glory of the war,

Faithless as their vain votaries, men,

Had pass’d to triumphant Czar.

Глава VIII романа «Евгений Онегин» также имеет эпиграфом слова великого английского романтика:


Fare thee well, and if for ever

Still for ever fare thee well.

  • Цитаты из произведений английских писателей, отдельные слова и выражения на английском языке органично входят в ткань многих произведений Пушкина. Приведем несколько примеров из романа «Евгений Онегин»:

Слайды №70-73.

Острижен по последней моде;

Как dandy лондонский одет –

И наконец увидел свет.
***
Пред ним roast-beef окровавленный,

И трюфли, роскошь юных лет,

Французской кухни лучший свет…
***
Затем, что не всегда же мог

Beef-steaks и страсбургский пирог

Шампанской обливать бутылкой…
***
Как Child-Harold, угрюмый, томный,

В гостиных появлялся он…
***
И долго сердцу грустно было.

Poor Yorick!” молвил он уныло…


***
Читай: вот Прадт, вот W.Scott.

Не хочешь? – поверяй расход…
***
Того, что модой самовластной

В высоком лондонском кругу

Зовется vulgar…


  • Вот еще английские цитаты, слова и выражения, встречаемые в произведениях Пушкина:


Мертвеца вынесли на бурке…

like a warrior taking his rest



With his martial cloak around him;

положили его на арбу.

«Путешествие в Арзрум

во время похода 1829 года»
a lovely Georgian maid

With all the bloom, the freshen’d glow

Of her own country maiden’s looks,

When warm they rise from Teflis’ brooks.

Там же


Первый месяц, the honey-moon, провел я здесь, в этой деревне.

«Выстрел»


Вот уж не угадаешь, my dear…

«Барышня-крестьянка»

Слайды №74.



  • Использование английского языка характерно и для переписки поэта: «Тяжело мне быть перед тобою виноватым, тяжело и извиняться, тем более, что знаю твою delicacy of gentlemen» (И.А.Яковлеву. Вторая половина марта – апрель 1829 г. (?) В Москве), «Книги Белизара я получил и благодарен. Прикажи ему переслать мне еще Crabbe, Wordsworth, Southey и Shakespeare в дом Хитровой на Арбате» (П.А.Плетневу. 26 марта 1831 г. Из Москвы в Петербург), «Я таскался по окрестностям, по полям, по кабакам и попал на вечер к одной blue stockings…» (Н.Н.Пушкиной. 12 сентября 1833 г. Из Языкова в Петербург).

  • Таким образом, знание английского языка, толчок к изучению которого дало творчество Байрона, помогло Пушкину познакомиться с английской литературой и по достоинству оценить ее.

Слайд №75.



Вед: «Пушкин и Байрон. Два современника, два гения. Они никогда не встречались. Более того, Пушкин не опубликовал ни одной строчки переводов из Байрона. В их творчестве отразилась одна и та же эпоха, но каждый показал ее по-своему. В 1830 году в статье «Опровержение на критики» Пушкин писал о Байроне: «Какое пламенное создание! Какая широкая, быстрая кисть!» Эти слова можно отнести и к самому Пушкину.

Переводчик с английского донес до нас следующие слова Байрона:



Но нечто есть во мне, что не умрет,

Чего ни смерть, ни времени полет,

Ни клевета врагов не уничтожит,

Что в эхо многократном оживет…
Вспомним «Памятник» Пушкина:
Нет, весь я не умру – душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит –

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит.
Сбылось пророчество поэтов. В январе 1998 года весь мир отметил 210-ю годовщину со дня рождения Байрона, а в июне 1999 года отмечался двухвековой юбилей Пушкина. Два гения, русский и британский, стали гениями общечеловеческими, потому что в своем творчестве с необыкновенной силой воспели чувства, мысли и чаяния, присущие всем народам.

Наш сегодняшний вечер мы заканчиваем исполнением песни «Вечерний звон». Слова этой песни были написаны другом Байрона Томасом Муром, а переведены на русский язык другом Пушкина, слепым поэтом Иваном Козловым.


Гаснет свет. Исполнение песни «Вечерний звон»звучит в исполнении Ж.Бичевской: (Пейзаж.exe)
Оригинал Т.Мура
Those evening bells! Those evening bells!

How many a tale their music tells,

Of youth, and home, and those sweet time,

When last I heard their soothing chime.
Those joyous hours are passed away;

And many a heart, that then was gay,

Within the tomb now darkly dwells,

And hears no more those evening bells.
And so’t will be when I am gone;

That tuneful peal will still ring on,

While other bards shall walk these dells,

And sing your praise, sweet evening bells.

Стихотворение И.Козлова
Вечерний звон, вечерний звон!

Как много дум наводит он

О юных днях в краю родном,

Где я любил, где отчий дом,

И как я,с ним навек простясь,

Там слушал звон в последний раз!
Уже не зреть мне светлых дней

Весны обманчивой моей!

И сколько нет теперь в живых

Тогда веселых, молодых!

И крепок их могильный сон;

Не слышен им вечерний звон.
лежать и мне в земле сырой!
Напев унывный надо мной


В долине ветер разнесет;

Другой певец по ней пройдет,

И уж не я, а будет он

В раздумье петь вечерний звон!

  • Пейзаж. exe