Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Государственная политика по освоению забайкалья XVIII в.: на материалах академических экспедиций 1720 1770-х гг




Скачать 437.5 Kb.
страница1/3
Дата21.07.2017
Размер437.5 Kb.
ТипАвтореферат
  1   2   3


На правах рукописи

БЕСПАЛЬКО ДЕНИС НИКОЛАЕВИЧ
ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА ПО ОСВОЕНИЮ Забайкалья XVIII в.: на материалах академических экспедиций 1720 – 1770-х гг.
Специальность 07.00.02 – Отечественная история
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук


Астрахань 2011


Работа выполнена на кафедре истории

Факультета социально-политических систем

ФГБОУ ВПО «Забайкальский государственный университет»



Научный руководитель:

кандидат исторических наук, доцент

Батура Алексей Иванович




Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор Максимов Константин Николаевич
доктор исторических наук, профессор

Гордеев Николай Васильевич

Ведущая организация:

Калмыцкий институт гуманитарных исследований РАН

Защита состоится «9» декабря 2011 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.009.08 при ФГБОУ ВПО «Астраханский государственный университет» по адресу: 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20а, ауд. 4

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Астраханский государственный университет» по адресу: 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20а.

Автореферат разослан «____» ноября 2011 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор исторических наук, доцент Е.В.Савельева
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ.

Актуальность темы исследования.

В конце XVII начале XVIII вв. в Российской империи сложились объективные предпосылки для перехода страны в новое качественное состояние, основой которого являлась рационализация всех сторон жизни государства, общества и личности.

Рационализация стимулировала развитие науки, возникала научная мысль, была создана Академия наук, налажено сотрудничество с научными коллективами и отдельными учеными Европы, т.е. творческий процесс становился составной частью общественной и государственной жизни. В этой связи в научной практике появляется, а затем реализуется идея экспедиций ученых по территории империи с практическими и научными целями. Материал, который оставили эти экспедиции, огромен, интересен. Он имеет значение и в настоящее время, так как научный процесс един и многомерен, каждая его составляющая обладает потенциальной творческой энергией.

Освоение восточных территорий, в т.ч. Забайкалья, было и остается важнейшей геополитической задачей России, и в этом плане актуальность первого исследования ранее не изученного края трудно переоценить.

Государственный характер организации первых экспедиций, а также успешность и плодотворность их работы заставляет нас обратить особое внимание на эту сторону предприятия. Думается, что государственный опыт организации, а также государственный подход сохраняет свое значение и поныне. В целом, задача модернизации современной России определенным образом пересекается с историческими аналогиями подобной деятельности, а она, как известно, дает богатый материал для осмысления и поиска оптимальных путей и способов настоящей модернизации.

Степень изученности темы. Академические экспедиции оставили значительные исследовательские материалы и уже сами по себе внесли серьезный вклад в российскую науку. Одновременно с этим, за почти 300 летний период исследовательские материалы экспедиций подвергались анализу и изучались самыми разнообразными специалистами. Все они неизменно отмечали масштабность исследовательских работ участников экспедиций, высокий академический уровень, энциклопедичность научных подходов.

В изучении истории академических экспедиций можно выделить несколько больших периодов: дореволюционный, советский и современный.

В свою очередь, в дореволюционной историографии академических экспедиций выделяется два периода: XVIII в., XIX и начало XX вв. В XVIII в. интересна оценка современников, людей, которые принимали участие в организации экспедиций, или использовавшие экспедиционные материалы для написания своих работ по истории, географии, зоологии России. После окончания в 1727 г. первой экспедиции в Сибирь отряда Д.Г. Мессершмидта к его дневникам обращаются организаторы и участники Второй Камчатской экспедиции. Профессора Г.Ф. Миллер, И.Г. Гмелин Г.В. Стеллер, а позднее и руководитель «Странствующей академии» П.С. Паллас, все они отмечают важность его записей для изучения развития промыслов и промышленности Сибири, животного и растительного мира. Первый российский историк В.Н. Татищев в отзыве на первую главу «Истории Сибири» Г.Ф. Миллера писал, что данный труд есть большой вклад в отечественную историческую науку1. Свое мнение оставил государственный и общественный деятель А.Л. Шлецер. Являясь непосредственным свидетелем научного подвига экспедиции, он отмечал важную заслугу участников академического отряда в развитии исторических знаний по России2. В 1749г. после защиты Г.Ф. Миллером диссертации «О происхождении народа и имени российского» он сталкивается со справедливой, на наш взгляд, критикой в свой адрес со стороны М.В. Ломоносова. В работе историка М.В. Ломоносов усматривал «множество пустыши и нередко досадительной и для России предосудительной»3. Неоднократно обращаясь к материалам Второй Камчатской экспедиции, он отмечает заслуги всех участников, которые, по его мнению, продвинули научную мысль России вперед, но при этом настаивал, что идея «государственной пользы», которой руководствовались профессора Академического отряда, не должна заслонять от образованного человека недостатки и враждебные выпады. Вместе с тем, «История Сибири» Г.Ф. Миллера и труды И.Г. Гмелина в области сибирской геологии признавались им за своеобразный эталон при дальнейшем изучении Сибири.

К трудам Г.Ф. Миллера и И.Г. Гмелина обращались в дальнейшем академики И.Э. Фишер и П.С. Паллас4. В своих общих сочинениях и в связи подготовкой последним собственного путешествия.

В XVIII в. объективная оценка деятельности академических экспедиций была не возможной из-за недостаточного ее изучения. Большая часть материала, накопленного в ходе экспедиционных работ была недоступна для широкого чтения вследствие их огромного количества и малой публикации. Та часть, что вышла в свет, использовалась в плане общих, а не конкретных исследований.

Таким образом, в XVIII в. участники экспедиций частично сделали достоянием общественности и специалистов материалы своих научных поисков, и некоторые современники высоко отозвались о научных открытиях, , которые уже тогда многими воспринимались как научный подвиг. Однако, научная общественность XVIII в. не могла в полной мере оценить достижения экспедиций и воспользоваться их научными материалами5.

В XIX в. к материалам академических экспедиций обращаются регулярно. Изучение источников и написание трудов по истории России, Сибири и Дальнего Востока само по себе требовало привлечения научно-полевых исследований XVIII в.

Крупнейшие русские историки XIX века С.М.Соловьев6, Н.М. Карамзин7, В.О. Ключевский 8, К.Н. Бестужев-Рюмин 9, М.Т. Каченовский10 и другие11 достаточно высоко оценивали вклад в отечественную науку немецких естествоиспытателей и ученых. В 80-е гг. XIX в. этнограф В.В. Радлов 12, обратившись к научному наследию Д.Г. Мессершмидта, впервые по достоинству оценил археологическую деятельность этого исследователя, указав на то, что тот первым обратил серьёзное внимание на сбор древностей и заставил заняться их изучением целую плеяду ученых-путешественников XVIII в. А Г.Ф. Миллер и его отряд усовершенствовали методы сбора полевой информации и ее дальнейшей обработки.

Такие историки как Н.И. Попов13, И. Кузнецов-Красноярский14, Н.Ф. Катанов15, И.Т. Савенков16, изучая древний период сибирской истории, дают объективную, но в то же время и критическую оценку первых наработок и описаний исследователей XVIII в. Описания памятников и предложенные интерпретации признавались неудовлетворительными. Объяснялось это, как они считали, ограниченными возможностями экспедиций и их участников, а также невысоким уровнем развития науки о древностях, которая делала первые шаги. Отмечалась недостаточность научного потенциала, который не позволял делать широких исторических обобщений.

Составляя обобщающий труд по истории Академии Наук, историк и библиограф П.П. Пекарский17 четко показывает роль и значение каждого исследователя в ее жизни. Предпринимаются попытки комплексного рассмотрения и сведения в единое целое всего научного наследия участников экспедиций18.

Географ и путешественник основоположник мерзлотоведения, и натуралист А. Миддендорф 19 один из первых, кто предпринял в своем двух томном сочинении «Путешествие на север и восток Сибири» попытку дать четкий и развернутый исследовательский анализ по истории и результатам Второй Камчатской экспедиции. Особый акцент делался на организаторской деятельности, предваряющей и сопровождающей работу экспедиции.

А.Н. Пыпин 20, один из выдающихся знатоков истории культуры России, писал о масштабах проводимой в России исследовательской работы в XVIIIв., что «в течение XVIII века новое образование  с особенной ревностью направилось на изучение русской земли и народа, какое в этом духе и в этих размерах ранее было совсем неизвестно».

Известный русский ученый и философ В.И Вернадский в начале XX в. с присущей ему широтой подходил к оценке ученых XVIII в. В частности он отмечал, что имена И.Г. Гмелина, Г.Ф. Миллера, Стеллера, С.П. Крашенинникова — учёных первой половины XVIII столетия — сохранили для нас своё значение; вместе с тем их труды являются историческими документами, так как они научно точно описывали природу России в условиях её существования уже исчезнувших, которые не повторятся21.

Обращение к трудам ученых XVIII в. , материалам академических экспедиций в XIX начале XX вв. является логичным и закономерным. Если в XVIII в. в общественном сознании имелось лишь предчувствие важности научных знаний, то в XIX в. наука занимала все более важное место в различных сферах человеческой деятельности.

Советская эпоха с ее открытой марксистской идеологической концепцией заставила по иному подойти к оценке прошлого. Формационный подход наложил свой отпечаток и на оценку деятельности ученых XVIII в., в т.ч. на участников академических экспедиций. Если в целом, дореволюционная историография в советское время оценивалась негативно, то деятельность ученых XVIII в. в основном трактовалась позитивно, а со временем принципы объективности и историзма все более брали верх над классовым подходом, что позволяло на новом этапе, в советское время, продвинуться вперед в изучении деятельности академических экспедиций.

В отношении ученых XVIII в. в 20 – 40-е гг. утвердилось положение, по которому «рационализаторы исторического знания», объявлялись прогрессивными, так как они ломали многие стереотипы феодальной науки22.

Позднее, в 1940 – 1950-х гг., появляется тенденция принижения научного значения и даже враждебности к некоторым немецким историкам. Больше всех досталось Г.Ф. Миллеру за его «норманнские происки»23. Причем, не только историки, но и литераторы не остались в стороне24, критикуя произвольное обращение последнего с источниками и неверное их толкование. Впрочем, политическая оценка касалась не многих ученых, деятельность остальных рассматривалась позитивно и объективно.

В 1960 – 1980 ее. гг. изучение богатого наследия академических экспедиций продолжалось в рамках формационного подхода, который, тем не менее, позволял широко использовать материалы экспедиций в многообразных научных сочинениях. Обращаясь к деятельности отдельных экспедиций, можно выделить некоторые работы советского периода, в частности о Д.Г. Мессершмидте и его научной деятельности имеется всего несколько исследований. В основном это работы, посвященные всему жизненному циклу путешественника, или работы, включенные в общий план исследования, где он оставил значимый след25. Подробно изучением его деятельности и вкладом в науку занималась М.Г. Новлянская26. Исследовательница защищает Мессершмидта от всех инкриминированных ему в прошлом обвинений и пишет, что ко многим материалам последнего стоит относиться осторожно, так как они относятся к первой трети XVIII в. и страдают ошибками свойственными тому времени. В особенности это имеет отношение к социальным наукам, где исследователь В.Г. Мирзоев характеризует его как «воинствующего шовиниста»27.

Про научные изыскания Г.Ф. Миллера написано гораздо больше. Подробным изучением миллеровских анкет, ревизской статистики занимается сибирский исследователь А.Х. Элерт28. Его издания трудов Г.Ф. Миллера получили признание специалистов, как в нашей стране, так и за pубежом.

Современный исследователь С.С. Илизаров29 занимался изучением вклада экспедиции в области истории отечественной науки и культуры, а А.Б. Каменский30 посвятил свои работы проблемам источниковедческого и генеалогического характера.

Не остались без внимания остальные участники академического отряда. В частности профессор И.Г. Гмелин31. Его научное наследие подвергла всестороннему изучению исследователь Л.П. Белковец32. Подводя итог его научной деятельности, она пишет, что ученый находился на переднем крае борьбы между метафизическим взглядом на природу как на нечто застывшее и неизменное и новым, видевшим мир в развитии. Сибирское путешествие помогло ему выработать научные принципы и понятия, которые предвосхитили свое время и были научно обоснованны лишь десятилетия спустя.

О студенте и будущем академике С.П. Крашенинникове много писали и столичные, и забайкальские историки33. Главное, что отмечается, это вклад ученого в сибирскую историографию идей просветительства. В целом по Второй Камчатской экспедиции имеется большой комплекс литературы.34

Деятельность П.С. Палласа и Н.П. Соколова известна менее, но значимость их научных достижений такова, что оставить в стороне «Странствующую экспедицию» просто не могли35.

Работы, базирующиеся на узкой тематике исследования, представлены такими авторами как Д.Я. Резун36, А.И. Андреев37, В.И. Греков38, М.А. Алпатов39, Л.С. Берг40, Е.Д. Петряев41, Д.М. Лебедев42, Т.Н. Воробьева43, В.Г. Мирзоев44, С.В. Бахрушин45 и т.д.

Советская историография имеет большой объем работ по истории академических экспедиций, они написаны с должной тщательностью, с большим привлечением фактического материала. Конечно, приверженность советских историков исключительно формационному подходу обедняла научную ценность самих работ, но не перекрывала процесс научного анализа и поиска. Достижения советских историков значительны и интересны, без их работ невозможен дальнейший процесс исследовательской деятельности.

Современный этап изучения экспедиционного наследия XVIII в. характеризуется продолжением тех исследовательских направлений, которые наработаны советской историографией. В последние 20 лет предпринято переиздание и издание научного наследия участников экспедиций, что открывает возможность для его углубления или даже переосмысления.46 К этому ведет нас также все более очевидный кризис рационального сознания.

Отдельной тематикой в исследовании академических экспедиций XVIII в. являются региональные сочинения, прежде всего касающиеся Забайкалья. В этом плане свой вклад в изучение экспедиционных материалов внесли забайкальские историки и краеведы: В.Ф. Балабанов47, Ю. Руденко48, И. Тугутов49, М. Кулагин50 И.Г. Куренная51. Они при написании своих работ обращались к записям полевых дневников профессоров и студентов, посвящали статьи отдельным личностям или событиям. В.Ф. Балабанов характеризует пребывание исследователей в Забайкалье только в общих чертах, дает некоторые пояснения по важным проблемам и отчасти маршруты. М.М. Шмулевич, выясняя характер освоения Забайкалья в 30-е годы XVIII в. опирается на материалы «портфелей» и некоторые работы исследователей52. А. Громова53, И.М. Осокин54, Т.А. Константинова55. также посвятили пребыванию и деятельности экспедиционных отрядов в Забайкалье заметки в местных журналах, газетах и сборниках. Материалы об экспедициях содержатся в региональных энциклопедиях, хрестоматиях, учебных пособиях56. Обобщающих работ по деятельности экспедиций в Забайкалье нет до сих пор.

Таким образом, после академических экспедиций XVIII в. к их материалам (отчетам, дневникам, сочинениям, коллекциям, памятникам старины – археологическим и этнографическим раритетам) обращались несколько поколений исследователей, путешественников, политиков с научными и практическими целями. Общая оценка работ ученых экспедиций вполне положительная, хотя и многие указывали на недостатки связанные с начальными исследовательскими усилиями, общим развитием науки в XVIII в.



Цель диссертационного исследования – изучение государственной политики по освоению Забайкалья XVIII в.: на материалах академических экспедиций 1720 – 1770-х гг.

Задачи диссертационного исследования:

- рассмотреть государственную политику в сфере развития научной деятельности России в XVIII в;

- показать цели и задачи академических экспедиций в период с 1720 – 1770-е гг.;

- дать анализ научных и политических взглядов участников экспедиций: Д.Г. Мессершмидта, Г.Ф. Миллера, С.П. Крашенинникова, П.С. Палласа и других;

- изучить историю административных объектов по материалам экспедиций;

- рассмотреть состояние забайкальской промышленности XVIII в. и оценки рентабельности горнорудного производства в крае участниками экспедиционных отрядов;

- установить точные данные о составе забайкальского населения, его занятиях, о переселенческой политике государства в восточные регионы;

- проанализировать отдельно геополитические взгляды Г.Ф. Миллера в разрешении территориальных проблем между Россией и Китаем;

- проследить маршруты следования экспедиций по Западному и Восточному Забайкалью, выявить общие пути следования и отрезки передвижения отдельных отрядов по заданию руководителей экспедиций;

- изучить археологические и этнографические особенности края в том объеме, в котором они были изложены в материалах экспедиций;

- рассмотреть по материалам участников географию края, флору и фауну.

Хронологические рамки исследования охватывают 20 – 70-ее гг. XVIII века. На этот период приходится основная деятельность академических экспедиций, она в свою очередь, является результатом масштабных государственных реформ Петра Великого, которые способствовали рационализации всех сторон экономической, социально-политической и культурной жизни. Хронологически именно первые экспедиции исследовали Забайкальский регион достаточно обстоятельно. Экспедиции более позднего времени уже не носят всеобъемлющего характера исследования и Забайкалью уделяется мало внимания.

Территориальные рамки диссертации определены Западным Забайкальем (Бурятия) и Восточным Забайкальем (Забайкальский край). В XVIII в. Забайкалье было разделено на Селенгинское и Нерчинское воеводства. Последующие административные преобразований меняли статус воеводств, но общность географического положения и исторического развития сохранялась. Все исследователи XVIII в. не разделяли этот регион на самостоятельные административные субъекты. Современная территория всего Забайкалья в административном отношении входила в XVIII в. в Иркутское генерал-губернаторство.

Источниковая база исследования. Источниковую базу диссертационного исследования составили архивные данные, опубликованные материалы экспедиционных исследований, монографическая и статейная литература.

Большую группу не опубликованных до сих пор источников представляют архивные материалы, связанные с деятельностью академических экспедиций. Они хранятся в центральных, региональных и зарубежных архивах. Значительная часть материалов опубликована непосредственно после завершения работы, либо в последующее время. Некоторые материалы приведены в научной литературе, монографиях и статьях различных авторов в виде приложений.

Материалы экспедиций слабо систематизированы в тематическом и региональном порядке, их классификация определялась непосредственно самой экспедицией или личностью исследователя, а уже затем делилась по тематике (этнография, флора и т.д.).

Архивные материалы собранны и содержатся в специальных «портфелях». Из центральных архивов использовались материалы Архива Российской Академии Наук (Архив РАН). В Архиве РАН, ф.21. представлены подробные планы забайкальских административных пунктов на 1735г. В частности планы Удинска, Селенгинска, Нерчинска, Кяхтинского форпоста и другие, составленные участниками академического отряда Второй Камчатской экспедиции.

В Архиве Санкт-Петербургского филиала Института российской истории РАН (СПб ИИ РАН) ф. 2 хранится неизданный русский перевод части описания путешествия П.С. Палласа по Крыму под названием «Примечания во время путешествия в Южные провинции Русского государства в 1793 и 1794 годах», а в ф. 36 имеется перевод труда П.С. Палласа под названием «Описание дикорастущих лесов России». Ф.98. содержит документы Д.Г. Мессершмидта, те, что не погибли во время пожара в Академии наук в 1747г.

В Российском Государственном Архиве Древних Актов (РГАДА) хранится очень большой объем архивных дел. Ф.3 и ф.21 – о И.Г. Гмелине. Его труды и переписка с различными ведомствами. Ф.192 – карты и чертежи забайкальских городов, крепостей, монастырей, слобод и т.д. В ф. 199 – находятся знаменитые портфели Г.Ф. Миллера. Здесь содержатся рукописи историка по истории, этнографии, географии, языкознанию и письма. Ф. 214 и ф. 1142 содержат документацию приказного характера забайкальских приказных изб. В Разр. XIV и Разр. XX. хранятся материалы и труды П.С. Палласа.

Архивные документы Национального Архива Республики Бурятия (НАРБ). Исследованы фонды: 7, 11, 20. 90, 108, 180, 221, 287 - законодательные акты и делопроизводственные документы.

Исследован большой объем документов, извлеченных из фондов Государственного архива Забайкальского Края (ГАЗК): ф.1; ф.8; ф.10; ф.21; ф.30; ф.31; ф.52; ф.53; ф.213; ф.234; ф.272; ф.282; ф.300; ф.Р-2676. Они включают в себя богатейший перечень документов по Забайкальской истории XVIII в. Сюда входят многочисленные правительственные указы, касающиеся постройки гражданских и военных объектов, промышленных разработках металлосодержащих руд, соляных промыслов, указы о винной монополии, отписки местных воевод в центр и на места, разнообразнейшие запросы в Нерчинскую канцелярию, крестьянские прошения, ведомости о расходах и доходах служилого и чиновничьего сословия. Важные документы, посвященные расходам канцелярии на нужды Камчатских экспедиций с 1725 – 1743гг., материалы о торговых отношениях с Китаем, ревизские списки, городов, сел, монастырей. Описания имущественного положения канцелярии и прочих объектов. Данные о смертности и рождаемости за разные годы, переселении новых людей в Забайкалье.

Материалы исследований Д.Г. Мессершмидта опубликованы в Германии только во второй половине XX в57, на русском языке полноценных переводов, к сожалению, до сих пор нет58. Ситуацию с трудами Г.Ф. Миллера коротко обрисовал исследователь его сибирского путешествия А.Х. Элерт. Он отмечает, многочисленные труды немецкого историка остаются малоизвестными или не изученными в силу ряда причин: 1. трудности языкового и палеографического характера, 2. отсутствие четкого представления о содержании работ, 3. более доступные анкетные материалы Миллера 59. Количество работ историка огромно, как на русском так и немецком языках и латыни60. Труды И.Г. Гмелина так же как и Д.Г. Мессершмидта были опубликованы в Германии еще при жизни61, а на русский язык его труды были переведены выборочно и с сокращениями62. В 2010 г. в России осуществлено репринтное переиздание главного его труда по флоре Сибири, но, к сожалению, на языке оригинала, без перевода на русский язык63. Неопубликованными остаются многие записки студентов академического отряда, кроме работ С.П. Крашенинникова64. То же самое можно сказать и о наследии П.С. Палласа, чьи исследования нуждаются в переиздании либо пылятся неизданными на полках центральных архивов. Большая часть работ без перевода на русский язык65, а те, что переведены, в основном имеют дату издания XVIII века66.

Таким образом, данная работа написана на основе архивных источников, обнаруженных в центральных и местных отечественных архивах. Содержательная сторона фондов значительна, но доступность их из-за языковых и палеографических проблем затруднительна, тем не менее объем и разнообразие источников позволяют составить, как общую картину, так и отдельные ее части с высокой объективностью и точностью.



Каталог: images -> File -> autorefs -> 2011
2011 -> Формирование правовой культуры будущих юристов средствами иностранного языка
2011 -> Проза г. Чулкова: проблематика и поэтика
autorefs -> О. И. Городовиков видный военачальник, государственный и общественный деятель СССР
autorefs -> Культурно-исторический контекст лирических поэм В. Маяковского >10. 01. 01 русская литература
autorefs -> Интертекстуальность творчества леонида губанова 10. 01. 01 русская литература
autorefs -> Повествовательная структура малых эпических форм в прозе юрия мамлеева
autorefs -> Рассказов В. Шаламова «Левый берег»
2011 -> Проза а. Кима 1980-1990-х годов: поэтика жанра
2011 -> Развитие меценатства в условиях модернизации россии во второй половине XIX начале XX веков
2011 -> Жанровое своеобразие прозы в. Аксёнова 1960-1970-х гг
  1   2   3

  • Научный руководитель
  • Ведущая организация
  • I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ. Актуальность темы исследования.
  • Степень изученности темы.
  • Задачи диссертационного исследования
  • Хронологические рамки
  • Территориальные рамки
  • Источниковая база исследования.