Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Георгий Владимирович Вернадский Михаил Михайлович Карпович Киевская Русь




страница15/33
Дата06.07.2018
Размер5.37 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   33
Глава IX. Русская цивилизация в киевский период 1. Предварительные замечания В истории каждой нации существуют периоды, когда национальная культура является в определенном смысле общей и однородной, поскольку основы духовной жизни едины во всех классах общества. Такие периоды можно назвать монистическими стадиями в истории культуры. Монистические стадии чередуются с периодами перемен, когда старые культурные основы заменяются новыми, в результате чего на первый план выходят внутренние противоречия, и возникает дуализм или даже плюрализм. Чаще всего этот процесс усугубляется социальным размежеванием, так как культурная жизнь высших и низших классов нации следует разным тенденциям. Такие периоды можно назвать дуалистическими или плюралистическими стадиями истории культуры. Они скорее динамичны, чем статичны. В истории русской цивилизации перемежающаяся последовательность монистических и плюралистических стадий видна так же ясно, как и в истории любой другой нации, если не яснее. Московский период – до раскола в русской Церкви в середине семнадцатого века в связи с движением староверов – совершенно очевидно является периодом культурного монизма. Православие, в его особой московской форме, являлось тогда основой основ для всех классов общества. Церковный раскол семнадцатого века и последующая европеизация страны, столь категорично осуществлявшаяся Петром Великим, разрушили старую культурную стабильность и начали эру плюрализма. В его основе на протяжении всего периода Империи лежал дуализм европеизированной культуры высших классов и московские культурные традиции, в которых продолжали духовно жить низшие классы общества. Современный советский период есть опять период культурного монизма, поскольку духовная жизнь всей нации формируется марксистской диалектикой. Если мы подойдем к русской цивилизации киевского периода с этой точки зрения, мы без всяких колебаний определим ее как эпоху культурного дуализма. Причиной тому было введение на Руси христианства. В социальном плане прослеживаются яркие параллели между влиянием на русскую культуру и общество, оказанным христианизацией в киевский период, и подобным влиянием европеизации в период Империи. Оба процесса были длительными, оба сначала затронули высшие классы общества и подчеркнули культурное расхождение между элитой и массами. Было бы ошибкой говорить о русском народе киевского периода как о неразвитой и варварской нации, не проводя должного различия между образованной верхушкой нации и народной массой. На самом деле уже в середине одиннадцатого века русские интеллектуалы – такие как митрополит Иларион – были высокообразованными людьми на уровне своих византийских и западноевропейских современников. Хотя верхний культурный слой и был тонок, он составлял среду, достаточную для развития таких выдающихся личностей, как тот же Иларион. Он и сам чувствовал поддержку в существовании подобной среды и недвусмысленно обращал свои проповеди не к обычным людям, а к «напоенным благодатью книжной мудрости». Таким образом введение на Руси христианства привело не только к религиозному дуализму (он существовал пока новая вера не была принята всей нацией), но и к культурному дуализму в целом. Соответственно, говоря о киевской цивилизации мы должны различать между литературой и искусством книжников, с одной стороны, и фольклором и народным искусством – с другой. Разумеется, два культурных мира не были изолированы друг от друга, да и христианство постепенно все больше и больше овладевало различными социальными слоями. Новое церковное искусство, претворенное в архитектуре и живописи, своим великолепием привлекало даже язычников; с другой стороны, мотивы дохристианского народного искусства, воплощенные в вышивках и резьбе по дереву, вызывали восхищение образованных людей. Так же и в области литературы: византийские дидактические сказки, особенно апокрифы, оказали влияние на русский фольклор, а русские народные былины одинаково ценились и низшими, и высшими классами, подготавливая почву для развития эпической поэзии книжников, лучшим образцом которой является «Слово о полку Игореве». 2. Язык и письменность Незадолго до своей смерти писатель Иван Сергеевич Тургенев (1818 – 1883 гг.) нашел утешение в размышлении над красотой русского языка – великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Нельзя верить, что такой язык не был дан великому народу! . Столетием раньше Тургенева знаменитый ученый Михаил Ломоносов (1711 1765 гг.) превозносил русский язык в еще более высоком стиле. Карл Пятый, римский император, говаривал, что гишпанским языком – с богом, французским – с друзьями, немецким– с неприятелями, италианским – с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был искусен, то, конечно, к тому присовокупил бы, что им со всеми оными говорить пристойно, ибо нашел бы в нем великолепие гишпанского, живость французского, крепость немецкого, нежность италианского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка . Этот русский язык, столь высоко оцененный Тургеневым и Ломоносовым, каким он был в раннем средневековье Любой современный язык – продукт долгой эволюции; в определенном смысле каждое поколение говорит на своем собственном языке. Различия между веками, конечно, еще более заметны. Язык Ломоносова казался устаревшим современникам Тургенева, многое в языке Тургенева кажется старомодным нам. Различия между русским языком времен Ломоносова – восемнадцатый век – и времен митрополита Илариона – одиннадцатый век – естественно, даже более значительны, чем между языком Ломоносова и Тургенева. Однако стиль Илариона уже сложен и гармоничен, поэтому мы уверенно можем сказать, что славянский русский язык его времени в свою очередь являлся продуктом долгой эволюции. Иларион был образованным монахом, его «Слово о законе и благодати» – образец литературного русского стиля того времени. Более разговорный язык – живой русский язык простых людей киевского периода – находим в эпических поэмах и, прежде всего, в прекрасном «Слове о полку Игореве» конца двенадцатого столетия. Взятые вместе, эти два документа Древней Руси – проповедь Илариона и «Слово» – убедительно свидетельствуют о зрелости, достигнутой языком уже за семь столетий до Ломоносова. С момента введения христианства на Руси русский язык подвергся сильному воздействию так называемого «церковнославянского», языка церковной службы и религиозных книг. Церковные книги были сначала переведены на славянский Св. Кириллом и Мефодием во время их Моравской миссии (863 885 гг.). Хотя филологи все еще спорят о природе славянского языка, на котором говорили и писали «славянские Апостолы», можно уверенно утверждать, что македонский (Салоники) диалект послужил для них основой. Во время пребывания в Моравии их язык, несомненно, испытал влияние западного славянского диалекта, а после переезда да последователей Кирилла и Мефодия в Болгарию, болгарский язык вошел как еще один элемент в древний церковнославянский.322 В целом, церковнославянский сыграл в развитии русского литературного языка роль, подобную роли латинского в формировании французского и роли французского в формировании английского языка. Различие в том, что болгарский и русский – языки одной семьи, а в девятом веке сходство между отдельными славянскими языками, несомненно, было более значительным, чем сейчас. Связь, таким образом, между двумя этими языками была куда более тесной, чем между латинским и кельтским или между французским и англосаксонским. Не боясь преувеличения, можно сказать, что церковнославянский составлял в веках и составляет по сей день основу русского литературного языка.323 Несмотря на близкое родство церковнославянского и древнерусского языков, в них существовали также определенные различия. Для первого были характерны носовые звуки, подобные французским on и еп .В древнерусском, по крайней мере с десятого столетия, не было носовых гласных. Другим фонетическим различием являлась русская тенденция относительно сонорности: так, вместо церковнославянских сочетаний ра ,ла и тому подобных, в русском находим оро ,оло и т. д. В результате: церковнославянская брада   в русском борода,глава  голова .324 Современный русский язык – это один из трех языков восточнославянской группы, другие два – белорусский и украинский. Разделение восточнославянской группы на эти три языка было результатом длительного процесса, определяющим фактором которого явились политические и культурные различия – различия, выступившие на первый план во время монгольского периода (с тринадцатого по пятнадцатый столетия). До этого на Руси было два основных фонологических района: южнорусская и северорусская группы диалектов. Внутри первой развились украинский и белорусский языки и южное великорусское наречие, внутри второй – северное великорусское наречие. Последние два соединились и образовали основу великорусского языка, теперь известного как просто русский.325 Как известно, с незапамятных времен русские жили в тесном контакте с различными персидскими и тюркскими племенами. Поэтому абсолютно естественно, что в русском лексиконе должны быть персидские и тюркские слова. Количество тюркских заимствований, как и монгольских терминов, заметно увеличилось после монгольского нашествия тринадцатого века, но некоторые вошли в русский язык еще в киевский период и даже ранее.326 Кроме этого русский лексикон того периода содержал также слова, заимствованные из разных европейских языков: греческого, латинского, норвежского и немецкого. Эти заимствования отражают различные стадии торговых и культурных взаимоотношений между Русью и ее соседями. Русские получили из Болгарии так называемую «кириллицу» – алфавит327, который с того времени используется в России, хотя и с некоторыми изменениями. Поскольку носовые звуки давно исчезли из русского языка, буквы, обозначающие их, стали лишними и постепенно перестали употребляться. В начале восемнадцатого века, при Петре Великом, русским буквам придали своего рода латинизированную форму, которая стала известна как «светский алфавит»; старый церковнославянский алфавит, однако, продолжали использовать в религиозных книгах. После революции 1917 г. «светский» алфавит еще больше упростили, исключив несколько устаревших букв. Книгопечатание появилось на Руси на столетие позже, чем в Гуттенберге; в киевский период, конечно, его не было нигде в Европе. Все книги были рукописными. До четырнадцатого столетия на Руси использовали шрифт устав ,а с четырнадцатого века появилась его упрощенная форма полуустав .В неофициальном письме он скоро уступил место скорописи. В секретной переписке использовали различные формы тайнописи .До монгольского периода все книги писали на пергаменте, а в четырнадцатом веке кроме пергамента стали использовать бумагу и затем постепенно полностью на нее перешли. Пергамент был очень дорогим, а письмо уставом медленным. Изготовление книги, даже нескольких копий или единственной копии, требовало больших расходов. В определенном смысле книги были роскошью. Тем не менее, Древняя Русь располагала большим количеством книг. Несмотря на частые пожары и полное уничтожение книг во время войн, особенно в течение монгольского нашествия, сохранилось более пятисот манускриптов и тысяча грамот и документов, написанных в период с одиннадцатого по четырнадцатое столетия, в основном в монастырских библиотеках. Кроме этого, много книг киевского периода известны в поздних списках. Общее количество дошедших до нас рукописных книг, написанных и переписанных на Руси с одиннадцатого по семнадцатый века, равняется примерно пятидесяти тысячам.328
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   33

  • 2. Язык и письменность