Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Геннадий казанцев




страница1/15
Дата27.06.2018
Размер2.99 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
ГЕННАДИЙ КАЗАНЦЕВ ЭВЕНТУС РАССКАЗЫ УДК821.161.1(477) ББК 84. 4УКР=РОС6 К142 Автор – Казанцев Геннадий Трифонович (Г.Попалам), крымский прозаик, публицист, поэт, член Национального союза писателей Украины. © Казанцев Г.Т. К 142. ЭВЕНТУС. Избранные рассказы. Стр.229 РАССКАЗЫ РАССКАЗЫ О ДЕТЯХ ВОЙНЫ Венька и Генька – Смотри, Генька, здоровенный подъязок! – А я какого Видал, миндал – Ой, опять! Ну, кто теперь за родину стоял Я за родину стоял! – Не бажи, рыбалку испортишь. Разойкался! Мы с батяней о прошлом годе и поболе таскали. Вот таких, – Венька размахнулся удилищем в сторону, чуть не зацепив леску за прибрежные кусты ив. Показать руками он не хотел, потому что их едва ли хватило: слишком уж огромными были пойманные рыбины. – Венька, смотри-кося – темнотища одуренная! Ажно другого берега не видать. – Постой, не мешай! Вишь, снова клюёт. – Попадет нам от тетули. Скажет: шиш, вовсе рыбалить не пущу! Вам, мол, неслухам токо во дворе играться. Туман, сгустившийся вдоль берегов реки, начал причудливо клубиться, быстро затягивая пойму. Потянуло прохладой. – Веньк, а Веньк, – канючил из-под кустов Генька, – побежали домой А Скоро черти вылезут на игрища. В ималки станут баловаться. – Тьфу ты, дурной! Кто час назад ныл, что рыба не ловится А теперь, когда хоть ладошками таскай, ты заладил одно: домой да домой. Тут Венька, бывший чуточку постарше своего товарища, глянул на сугорки, торчавшие на фоне сумеречного неба большими копнами сена, потом перевел взгляд на верхушки старых осин, к которым подбирались клубы белесого тумана, и сразу согласился: – Ладно уж, сматывай удочки. Айда ужинать. Вдруг в кустах заверещала и забила крыльями какая-то невидимая птица. Оба не на шутку струхнули и быстро подобрали свой нехитрый реквизит. Неожиданно обнаружилась, что плотная густая темень подбиралась к ним со всех сторон… Они молча миновали небольшую гривку земли, поросшую мелким кустарником, пересекли узкое болотце и быстро перебежали на светловатую лесную полянку. Вскоре тропа вывела ребят к опушке леса, на развилку лесных тропинок, где зловеще поскрипывало столетнее дерево. Мальчики пошли медленнее. Разговор постепенно превратился в глухой шепот. – Веньк, а Веньк! Правда, что раньше на развилке дорог деревенских колдунов хоронили – прошипел Генька. – И охота тебе зубы даром точить Помолчал бы, – прошелестел в ответ Венька. Друзья ещё теснее прижались друг к другу. – Тетуля, наверное, сейчас икру мечет – снова подал слабый голос Генька. Идти молча ему было страшно. – Вот ещё! – возразил товарищ. – Она уже всех домашних побасенками извела. Её хлебом не корми, дай потешиться. Будет она зазря беспокоиться! Однако последние слова произнеслись с меньшей уверенностью, чем первые. Явно храбрясь, он громко засвистел. – Не свисти! Беду накличешь, – опять заныл Генька, – ой, смотри-кося, на небе огнище полыхнуло. – Нашел огонь! Да это гроза ночью будет. Зарница позаривает. Тетка твоя говорила, что, мол, «калики играют». Али забыл – Кто, кто – недоверчиво переспросил Генька. – В небе живут… Нищие что ли. Поверье такое, короче… – Те, что на костылях бродят Потому и гремит – Да врет она, твоя тетка! Откуда в небе могут нищие взяться, тем более какие-то калеки К слову она все говорит. К слову! Давай помолчим лучше Тесно прижимаясь один к другому, ребята вошли вглубь дремучего леса. Непроглядная чернота стеной окружила маленьких рыболовов. Споткнувшись о сучковатую корягу, Генька затрясся всем своим худеньким тельцем и сипло зашептал: – Мне тетуля сказывала, что нечистая сила по ночам из-под земли вылазит. – Ха! Ты ещё в нечистую веришь – захрабрился Венька. – Не-е, – весьма неуверенно промычал товарищ. Оба, не сговариваясь, замедлили движение. Слушая надоедливые многочисленные рассказы про чертей и ведьм, которые тетя знала в великом множестве, Генька взаправду сомневался в их существовании, а боялся от того, что ему было страшно. Внезапно откуда-то сверху посыпались раскаты грома. Мальчишки инстинктивно прижались к земле. Через некоторое время свет отдаленной молнии высветил узкую лесную тропинку, и они торопливо метнулись мимо мшистых лап елей. Из-за плотной завесы черных облаков неожиданно глянула оранжевая луна, перед ними открылась овальная продолговатая луговина, по которой узкой змейкой вилась спасительная тропка. Ребята стремглав кинулись по ней. Им осталось пробежать узкую полоску раскидистых деревьев, чтобы оказаться у заветной опушки. От неё до деревни – рукой подать. Но луна исчезла также быстро, как и появилась. Стало ещё мрачнее и страшнее. Вдруг из-под старой ели навстречу испуганным ребятишкам выбежало некое странное лохматое существо. Однако, несмотря на жуткий мрак, они смогли явственно распознать в несуразной твари толстого поросенка, у которого помимо ушей имелись маленькие кривые рожки. Поверх шкуры чудовища при свете вновь появившейся луны Ребята заметили куски какой-то рваной одежды. С тупорылой головы свисали длинные пасмы грязных волос. На её макушке виднелись куски елового мха. Ужас сковал руки и ноги трепещущих мальчиков. Они замерли не в силах не только бежать, но и пошевелить хотя бы пальчиком. Тут на весь лес загромыхал невообразимо адский хохот, переходящий в сумасшедший крик, похожий на предсмертный визг забиваемого кабанчика. Существо, резво перебирая четырьмя лапами, подбежало к оцепеневшим ребятам, проворно схватило Веньку за штанину и ещё сильнее зашлось в сатанинском реве-хохоте. Эти дикие звуки вернули Веньку на землю. В его перепуганной голове мелькнула первая здравая мысль: «Наверное, из больницы сбежал какой-нибудь псих» Но она не принесла успокоения. Наоборот, ещё больше его взволновала. От сумасшедшего можно ожидать что угодно. А существо, как бы подтверждая догадки, поднялось на задние лапы, а передними попыталось поймать мальчишек за шеи. Сверкнула ослепительная молния и осветила его морду. Она на удивление оказалась смеющимся лицом тетки. Теперь у ребят дробно застучали зубы. Они быстро ринулись назад на лесную полянку. Вдруг существо добрым теткиным голосом сердито заворчало: – Чего Испугались ослушники Будете теперь тетке повиноваться – Подумаешь, – первым опомнился Венька и, продолжая стучать зубами, лихо ответил, – благодари Бога, что я тебе удилищем не огрел. Мне сразу стало, в чем дело кроется… – Мы, тетуля, сразу догадались. Кроме тебя, некому, – эхом отозвался Генька, – ведь, нечистой силы не бывает. – Ладно, ладно, – примирительно сказала тетя, – для вас, чертенят, у меня черемуховые пироги стынут. Брюхо – злодей, хуже вашей нечистой силы. И они втроем весело зашагали к деревне. Откуда берутся дети Для Андрея Паздникова плотно слаженного скуластого паренька с любопытными синими глазами шестой класс начался неудачно. В свои неполные тринадцать лет он ни с того ни с сего стал выглядеть немного старше своих сверстников, а тут вдруг ещё к концу лета заговорил почти взрослым баском, что его, конечно, не радовало, а даже несколько пугало. Парень не хотел чем-то выделяться среди однолеток. Как ни странно, первым заметил эту неожиданную перемену давний друг отца Абросим Ефтифеевич Габов, краснолицый похожий на колобок работник заводской бухгалтерии. – Посмотри, Кондратьич, насколь твой углан за одно лето выухал! Меня уже перегнал. Куда торопиться-то Добро бы на свадьбу. А если на тот свет, то туда все успеем попасть. Габов, потерявший на фронте какую-то «самую главную деталь своего организма», шутил довольно мрачно и непонятно для Андрея. В поселке поговаривали, мол, виной его неоднозначного поведения является ранение. Парень долго не мог понять, о какой такой главной детали говорили взрослые, но любопытство, наконец, одержало верх. – Папка, – однажды за ужином спросил он, – что за деталь потерял на войне дядя Абросим Отец с матерью загадочно переглянулись. После чего мать строго произнесла: – Много будешь знать, рано состаришься. …Она в последнее время почему-то стала говорить двусмысленными пословицами, услышанными в своём деревенском детстве. Так, если утром Андрей просыпался в хорошем настроении и, плескаясь возле умывальника, мурлыкал песенки, мать ему пеняла: –Кто рано поутру поёт, тому удача не придет. Кстати, умывальник она стала называть рукотерником. И не приведи Бог, когда Андрей начинал в комнате что-то насвистывать: – Прекрати, свистун! Счастье просвистишь... …Одно было ясно: вопрос застал родителей врасплох. Отец у Андрея являлся довольно суровым человеком и никаких недомолвок не любил: – Никифоровна, чего темнить, парень скоро жениться будет – Ещё женилка не выросла! – отрезала мать. – Вечно ты споришь, как та сварливая баба, которая, утонув, поплыла вверх по течению. И Трофим, сурово глядя на сына, с присущей твердостью в голосе сказал: – Ладно, хорош балаболить, Андрюха, ступай спать! Утро вечера мудренее. На следующий день после работы Абросим Евтифеевич появился в их избе. Поздоровавшись, он прошел сразу к столу. – Лёгок на помине, – заворчала мать, увидев на чистой скатерти поллитровку «Московской». Но гость не заметил сердитый тон Агафьи Никифоровны, а, повернувшись к старому другу, громко произнес: – Трофим, смотри, как быстро твой гвоздь растет! Вроде, неделю назад был намного меньше Небось, чертова дюжина пошла Отец горделиво усмехнулся: – Не гвоздь! Стальной штык выращиваю! Воевать будет не так, как мы с тобой. Помнишь, в сорок первом до самой Москвы драпали. Только пятки свистели. Абросим Евтифеевич с тоской посмотрел в окно: – Если бы не проклятая потеря.… У меня, может, тоже был… Андрей ставший невольным свидетелем разговора на этот раз не удержался: – Дядя Абросим, о потере какой части человеческого, как его, организма все говорят Отец слегка хлопнул Андрея чуть пониже спины и сказал: – А ну, марш в свою комнату! Наверняка уроки не готовлены Андрей стал выполнять домашнее задание, а одно ухо навострил на беседу взрослых. Первым начал отец. – Евтифеич, не переживай, что есть, то есть. А по поводу частей человеческого организма анекдотик имеется. В общем-то, все человеческие органы довольны своей жизнью. Голова говорит: надо мной в любую погоду есть крыша. Руки: мы – всегда самые чистые, нас чаще всех моют. Глаза: нас защищают прежде других органов. Уши: нас ублажают песнями и даже классической музыкой. Органы пищеварения: нас кормят вкусной пищей и, причем, не менее трёх раз в сутки. И только одна задница пожаловалась. Во-первых, мой голос всегда стараются заглушить. Во-вторых, меня часто давят или щиплют. В-третьих, за любую провинность порют только меня… …Андрей долго не мог уснуть. О потере какой детали говорили взрослые Утром он не вытерпел: – Пап, так что потерял дядя Абросим на фронте – В школу чего не собираешься – сурово нахмурил брови отец. Но потом всё-таки ответил: – Короче Абросим Евтифеевич потерял на фронте то, что называется мужским достоинством. – А…, – попробовал уточнить Андрей. Терпение Трофима Кондратьевича лопнуло: –.Кому сказано собираться в школу На большее Андрея не хватило. Он прекрасно запомнил отцовское присловье: спрашивай так, чтобы тебе потом не оказалось слишком больно. Зато на большой перемене он подошел к двоюродному брату Петьке Вихареву. Его семья недавно переехала в поселок из уральского города Кизела. Тот был на год старше, но учился в параллельном шестом классе: – Петька, ты знаешь Габова Абросима Евтифеевича, что вместе с моим отцом работает – Не-а, – мотнул он стриженой головой, – мы живем-то здесь без году неделя. – Говорят, Габов потерял на фронте мужское достоинство. Но с виду мужик нормальный, никогда не хамит, не ругается. Петька громко захохотал: – Андрюха, ты – темнотища! Мужское достоинство – это то, чем ты мочишься! – Чем до ветру ходят – вытаращил глаза Андрей, медленно пережевывая извилинами головного мозга услышанное. – А то… – Теперь мне понятно, почему взрослые говорят, мол, «подмочил свою репутацию». – Последняя капля всегда в штаны, – подтвердил Петька. – Андрюха, твоя матка часто говорит, что тебя от книжки нельзя оторвать. Зато главного до сих пор не понял: мужское достоинство это – яйца! Муде, по-русски говоря. – Яйца – мужское достоинство! – ещё больше удивился Андрей. – Дурак или прикидываешься Да у нас в Кизеле об этом знает каждый пятилетний потсан! – Не потсан, а пацан! – Ерунда! Зато ты не знаешь, откуда берутся дети! – Ну и откуда Только не ври. Ты соврешь, не дорого возьмешь. Знаю я вас, городских. – Пойдем в уборную. Там поговорим, а то услышать могут. Это – большой секрет для всех сельских молокососов. Они прошли в туалет, и, пока не кончилась большая перемена, Андрей внимательно выслушал интригующий рассказ двоюродного брата. Тем более, до сих пор он ещё не задумывался над таким вопросом… В тот день мать сварила на ужин пельмени с капустой – любимую отцовскую еду. Когда всё немногочисленное семейство уселось на кухне, Андрей не утерпел, чтобы не поделиться тайной с родителями. Человек так устроен, что он никогда не успокоится, когда внутрь его сознания заберется какое-нибудь желание: – Папка, зачем мне вы раньше дурили голову, что детей в капусте находят – Опять ты своё запел Выдумщик! То ему мужское достоинство подавай, то ещё чего! – в сердцах вскрикнула мать. – Мал ещё на такие темы рассуждать! – Кто тебе об этом рассказал – нахмурился отец. – Брательник двоюродный… – Петька, что ли – Верь ему охламону! – взъелась мать. – .Ясное дело – кизеловская шпана! Безотцовщина! – в тон ей продолжил отец. – Отчим-то за парнем, видать, вовсе не следит. – Туда со всего света преступников сгоняют, – снова заговорила мать, – одни уголовники… – Так что там он ещё наболтал – нетерпеливо перебил её Трофим Кондратьевич. – Дети появляются, когда люди друг на дружке лежат! – Вот Петька! Вот засранец! Вот уж у кого поистине нет никакого достоинства, – забеспокоилась мать, – треплется, о чем попало. – Ещё он рассказывал, что Манька Кособродова гуляла со своим хахалем в роще на Левиной гари и там выбросила в кусты марлю, на которой была кровь. А до того они ещё целовались. – Ну и что это доказывает – снова насупилась мать. – А то, что дети рождаются совсем по иному. Во всяком случае, не в капусте, – буркнул Андрей. Отец торопливо доел пельмени и отодвинул тарелку. – Спасибо, Агафья Никифоровна, за вкусный ужин. Еще бы к нему стопарик… – Молчал бы! Ты уже свою норму вчера с Абросимом перевыполнил, – огрызнулась мать. Отец медленно поднялся из-за стола: – Ну-ка Андрюха, ступай в горницу. Потолкуем. Они уселись на диван. – Я тебя, парень, в чем-то убеждать долго не собираюсь. Уясни одну истину. Вот возьмём, к примеру, картошку. Сначала её проращивают, потом сажают в землю, затем появляются ростки, зеленые побеги и так далее. В конце концов, рождаются клубни. Так и у людей. К примеру, тебя тоже сначала носили в ясли, поим в детский садик определили, потом ты пошел в школу. Теперь, слава Богу, уже шестой класс посещаешь. То есть, каждому овощу, к примеру, своё время. Тебя же ещё пока не заставляют зубрить тригонометрию или, скажем, долбить теорию вероятности. Но скоро ты будешь изучать анатомию. Тебе подробно учительница расскажет, как устроен человек и как он рождается. А пока оно тебе надо В том то и состоит мужское достоинство человека, чтобы не лезть вперед батьки в пекло. Вон ты хотел футболом заняться. Я уже давно купил тебе настоящие взрослые бутсы. Значится, пришла пора. А ты – откуда берутся дети. Придет время – узнаешь. В школе тебе ещё порядком надоест эта наука… Отец подошел к шкафу и вытащил новенькие бутсы. – На, сынок, держи! Сперва научись мастерски играть в футбол, а уж потом задавай вопрос, откуда берутся дети. Андрей, не помня себя от счастья, радостно завопил: – Папка! Спасибо! Забыв обо всем на свете, он бросился примерять бутсы. Побег Их классный руководитель Сергей Петрович Гончар после окончания военного училища прослужил всего два года. По состоянию здоровья он был уволен из армии или, как говорил отец Андрея, комиссован. Старший лейтенант запаса преподавал физику в восьмых классах, а у них он вёл уроки физкультуры и был классным руководителем. Сергей Петрович в отличие от других учителей обладал одним несомненным преимуществом – краткостью изложения своих мыслей. Он зря слов по ветру не пускал. Каждое ценилось учениками на вес золота. В речи Сергея Петровича никогда не проскальзывали второстепенные слова. Лишь однажды Андрей услышал, как учитель долго объяснял старшеклассникам прописную армейскую истину. «Зачем ходить вокруг да около, если существует прямой путь Кривая может быть короче прямой только в случае прохождения мимо начальства. Потому как оно может послать тебя из точки А в точку Б через точку В, которая лежит далеко в стороне». «Не знаешь, молчи, не можешь молчать – умалчивай! Когда хочешь сказать о том, что думаешь, подумай сначала, следует ли говорить!» – эти фразы учителя глубоко запали в душу парня. Особенно после одного неприятного случая… …Письменный экзамен по математике был у шестиклассников третьим по счету. Сергей Петрович перед его началом зашел в класс и, пожелав ребятам успехов, добавил: – На консультации перед сдачей устного экзамена выберем нового старосту. Любительница задавать глупые вопросы Мария Лепина не удержалась и на этот раз: – А куда мы денем Пашку Шамшурина – Павел, объясни ей! Лично мне говорить на данную тему не хочется: язык устал, – устало произнес строгий Сергей Петрович. – Маня, ты уже проснулась Кажется, я всем по сто раз говорил, что моего папку переводят в райцентр… …Андрей первым справился с письменной работой и уже через два часа неприкаянно шатался по коридору, ожидая ребят, которые решали тот же вариант задачи, чтобы сверить ответ. Неожиданно перед его глазами возникла завуч школы Надежда Никаноровна: – Андрюша, сегодня к вам в класс заходил Сергей Петрович – Заходил, даже два раза. – И что он делал – Ничего. Сначала сказал, мол, нам нужно послезавтра на консультации избрать нового старосту. А во второй раз вообще ничего не говорил. Когда я что-то решаю, то совсем не слышу и не вижу. – Может, он кому-то что-то передавал – Может, передавал, – неуверенно произнес Андрей. – Так, передавал или нет – уже строго прикрикнула Надежда Никаноровна. – Ну да, передавал, – испугался Андрей скрипучего голоса завуча. Какая разница, думал он, передавал нечто Сергей Петрович или нет, земля же не перевернется. Парень как можно быстрей хотел избавиться от неприятного голоса Надежды Никаноровны, а особенного пронзительно острого взгляда. Но та и не думала отступаться. – А что и кому передавал – Я же вам сказал. Ничего не видел и не слышал. – Андрюша, не юли! То ты видел, как передавал, то теперь уже не видел. Чего ты боишься Кто тебя запугивает – Да никто меня не запугивает. – Гляди мне прямо в глаза. Передавал Сергей Петрович Павлу Шамшурину какой-то лист бумаги или нет Отвечай сейчас же! – истерично зашептала Надежда Никаноровна. « Раз ей известно, то, наверное, передавал», – пронеслось в мыслях Андрея и, чтобы избавиться от прилипчивой учительницы, он твердо сказал: – Да, передавал! Зачем же ему ещё надо было заходить Надежда Никаноровна изменилась в лице и как ошпаренная кинулась в учительскую. После окончания экзамена шестые классы загудели точно потревоженный улей. По школе пронеслось неприятное известие. Оказывается, Сергей Петрович передал Павлу Шамшурину решение экзаменационной работы. Только сейчас до Андрея дошло, что он фактически оклеветал своего любимого учителя. Своими необдуманными словами он дал слуху разрастись до размеров огромной ядовитой сплетни. Он понимал, любая клевета может внести непредсказуемый разлад среди ребят, которые, в общем-то, до сих пор его ценили и уважали. Парень долго вспоминал случившееся, но к своему стыду вскоре понял, что со своей «камчатки» не видел, передавал или нет классный руководитель лист бумаги Павлу Шамшурину, сидевшему на первой парте. А раз не видел, значит, и не надо было поднимать шум. Как только Андрей услышал новость, он застыл на месте. Кровь мощной струёй хлынула в его бесшабашную голову. Сколько раз Сергей Петрович говорил: не знаешь, молчи, подумай, прежде чем говорить– и все напрасно. Слова учителя отскочили от его головы, как горох от стенки. Он подвел своего школьного кумира, которому собирался подражать всю жизнь. В голове парня уже сложились определенные понятия о добре и зле. Добро он пока никому ещё не сделал, а причинить зло уже успел. «Смогу ли я теперь спокойно смотреть ребятам в глаза Стыд и позор!» – корил себя Андрей. Едкий туман отчаяния застил ему глаза. Не помня себя от нахлынувших чувств неподдельного гнева на свой дурацкий поступок, заставил его выбежать на улицу. Андрей бессильно опустился на скамейку в школьном парке, совершенно не понимая, какие действия предпринять в ближайшие минуты. Бессилье полностью охватило весь молодой и здоровый организм. Однако ноги сами понесли парня в верховья заводского пруда, откуда он по узенькой тропке прошел на берег речки, где он часто бродил в редкие минуты мальчишеского отчаяния. Затем по шаткому мостику, образованному из двух обтесанных бревен, он перешел на другой берег. Здесь в речку впадал небольшой ручей, и начиналась гряда высоких холмов, поросших непроходимым ельником. Именно в этом глухом уголке он находил утешение в самые трудные минуты своей жизни: когда ему что-то не удавалось или когда получал изрядную порцию взбучки от родителей. Андрей стал быстро карабкаться вверх по косогору. Колючие еловые ветки царапали ему лицо, бурелом цепко хватал за ноги, но он с неслыханным упорством забирался на верхушку увала. «Слово не воробей, вырвется, не поймаешь, а я умудрился оклеветать невинного человека!» – истерично повторял он про себя одну и ту же фразу. Там на горе, наверное, целый час прошел в грустных раздумьях. Очнулся Андрей от голода. По всей вероятности, время обеда уже закончилось И снова ноги сами понесли парня обратно. Но в голове возник другой план. «Нечего мне доносчику и клеветнику учиться в одной школе с нормальными ребятами! – решил беглец. – Лучше навсегда покинуть злополучный поселок, где я так крепко опростоволосился. Начну жить с начала! Без всяких ошибок. Для чего сейчас же уеду в город!» Он изменил направление своего движения и через час оказался на трассе, ведущей в райцентр. На её обочине стоял знакомый парень Гриня Лимонов по прозвищу «Пузырь», который числился в рядах всеми ругаемой поселковой шпаны. – Фраер, ты куда хиляешь – спросил «Пузырь», получивший кличку за свой чересчур толстый живот. – А-а, – отрешенно махнул рукой грустный Андрей. – Ну, все-таки – Хочу уйти из этой дыры, куда глаза глядят! В город, к примеру. Глаза толстяка блеснули хищным желтоватым блеском: – Клёво! Ты это, Андрюха, сам придумал – Сам, конечно, – нахмурился Андрей. – Давай рванем вместе Андрею Паздникову не нравилась кампания, где вращался «Пузырь», но на это раз приглашение принял: – Давай! – У тебя башли есть – Не понял. – Деньги, говорю, есть Давай поперву купим закусь: конфеты там, пряники.… А после рванем в город. Я это знаю, как лучше это сделать, чтобы ни одна падла не допетрила. Значится так, поедем совершенно в другую сторону, через лесоповал. Доберёмся сперва на леспромхозовских машинах, а потом пешедралом до главного тракта, там проголосуем и доедем до Балезино. А оттуда в сам Киров или, может, в Москву махнем.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

  • Венька и Генька