Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Гендерные особенности функционирования невербальных компонентов в коммуникативном поведении языковой личности: межкультурный аспект




страница1/17
Дата07.04.2017
Размер3.76 Mb.
ТипДиссертация
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
Федеральное государственное бюджетное

образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Забайкальский государственный университет»



На правах рукописи

Дутова Наталья Валерьевна

ГЕНДЕРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ НЕВЕРБАЛЬНЫХ КОМПОНЕНТОВ В КОММУНИКАТИВНОМ ПОВЕДЕНИИ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ: МЕЖКУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ

специальность 10.02.19 – теория языка

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Научный руководитель:

кандидат филологических наук, доцент

Любимова Л.М.

Чита - 2014

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………….5


Глава I. Теоретико-методологические основания гендерных исследований в лингвоантропологическом контексте……………………14
1.1. Лингвоантропологические исследования гендера…………………..........14
1.2. Отражение гендерных национальных ценностей в коммуникативном поведении………………………………………………………………………...29
1.3. Национально-культурный аспект коммуникативного поведения гендерной языковой личности………………………………………………….44
Выводы по главе I……………………………………………………………….55
Глава II. Национальные особенности гендерного невербального коммуникативного поведения………………………………………………58
2.1. Национальные особенности гендерного паравербального коммуникативного поведения…………………………………………………61
2.2. Национальные особенности гендерного кинесического коммуникативного поведения…………………………………………………66
2.3. Национальные особенности гендерного визуального коммуникативного поведения……………………………………………………………………….71
2.4. Национальные особенности гендерного проксемного коммуникативного поведения………………………………………………………………………75
2.5. Национальные особенности гендерного тактильного коммуникативного поведения………………………………………………………………………83
2.6. Национальные особенности гендерного хронемного коммуникативного поведения………………………………………………………………………90
Выводы по главе II…………………………………………………...……...…100
Глава III. Методика экспериментального исследования функционирования невербальных компонентов в речи……………… 104
3.1. Аспектная модель описания гендерного невербального поведения в межкультурной коммуникации………………………………………………..104
3.2. Процедура проведения исследования…………………………………….112
3.3. Описание и анализ результатов исследования на установление гендерной невербальной специфики на уровне лингвокультуры……………………….114
3.4. Описание и анализ результатов исследования на установление гендерного невербального универсализма на уровне лингвокультуры……132
3.5. Описание и анализ результатов исследования на установление невербальной специфики на уровне гендерной языковой личности………135
3.6. Описание и анализ результатов исследования на установление невербальной универсальности на уровне гендерной языковой личности………………………………………………………………………...167
3.7. Классификационная модель невербальных компонентов гендерного коммуникативного поведения…………………………………………………170
Выводы по главе III…………………………………………………………….271
ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………...273
ПРИЛОЖЕНИЕ………………………………………………………………...277
БИБЛИОГРАФИЯ……………………………………………………………...314

ВВЕДЕНИЕ

Настоящее диссертационное исследование посвящено гендерному аспекту невербального коммуникативного поведения языковой личности в межкультурной коммуникации. Основное внимание направлено на изучение комплексного взаимодействия невербальных компонентов, функционирующих в речи. Главной особенностью межкультурных исследований является малая, по сравнению с другими направлениями, разработанность вышеуказанной проблемы. В исследовании на микроуровне изучено универсальное и гендерно-специфичное невербальное поведение языковой личности. На макроуровне – правила и конвенции маскулинного и фемининного русского, английского и китайского невербального коммуникативного поведения.



Актуальность исследования обусловлена несколькими факторами:

- антропологической направленностью исследования. В центре внимания находится коммуникация гендерной языковой личности в тесной связи со структурой её ментальности, когнитивной деятельностью, способами её взаимодействия с окружающим миром и с другими гендерными языковыми личностями. Антропологическая парадигма исследования позволяет увидеть взаимосвязь коммуникативного поведения языковой личности с национальной культурой.

- возрастанием значимости межкультурного взаимодействия людей и потребности в знании национальных особенностей поведения представителей лингвокультур. Вследствие того, что в процессе общения языковая личность воспринимает и оценивает коммуниканта с позиций собственной лингвокультуры, полагаясь на свой предыдущий опыт общения, эффективность межкультурного взаимодействия напрямую зависит от экстралингвистистических знаний, а не только предопределяется владением языком;

- необходимостью выявления внутрикультурных особенностей совместного функционирования вербальных и невербальных компонентов в естественной речи гендерной языковой личности – представителя определенной лингвокультуры. А также значимостью включения невербальных средств в исследовательское поле с целью установления норм адекватного невербального оформления речи и выработки принципов и моделей невербального сопровождения естественной речи.



Объектом исследования выступает функционирование невербальных компонентов в естественной речи.

Предмет исследования - национальная специфика и универсальность взаимодействия невербальных компонентов (кинесических, паравербальных, тактильных, проксемных, хронемных, визуальных) на уровне просодического ядра, синтагмы, фразы, текста, совместно функционирующих в естественной речи на уровне гендерной лингвокультуры и гендерной языковой личности.

Целью диссертационного исследования является выявление гендерных особенностей невербального коммуникативного поведения.

Для реализации поставленной цели были выдвинуты следующие задачи:

1) осуществить анализ теоретических проблем, связанных с изучением гендера, для выявления наиболее адекватного способа описания невербального поведения гендерной языковой личности;

2) описать гендерные особенности коммуникативного поведения на уровне гендерной лингвокультуры и гендерной языковой личности;

3) определить национальную специфику паравербального, проксемного, тактильного, визуального, кинесического, хронемного гендерного невербального поведения на материале исследуемых лингвокультур и гендерной языковой личности;

4) разработать методику экспериментального исследования соотношения невербальных компонентов, функционирующих в естественной речи;

5) выявить национальную специфику и универсальность соотношения невербальных компонентов, функционирующих в естественной речи на уровне лингвокультур, принадлежащих к разным гендерным типам;

6) установить специфику и универсальность соотношения невербальных компонентов, функционирующих в естественной речи на уровне гендерной языковой личности;

7) представить принципы классификационных моделей соотношения невербальных компонентов, функционирующих в естественной речи.

Цели и задачи работы обусловили применение общенаучных и частных методов исследования. Общенаучные методы синтеза, анализа, описания применяются в исследовании методологических подходов к изучению гендера, национальных особенностей изучаемых лингвокультур, гендерных особенностей коммуникативного поведения. Эмпирическим методом наблюдения установлены особенности проксемной, хронемной, тактильной, визуальной составляющих, а также установлена связь между просодическим ядром и изменениями в невербальном поведении мужчин и женщин – представителей русской, английской, китайской лингвокультур. Процедура статистического анализа позволила определить закономерность функционирования невербальных средств на уровне просодического ядра. Методом сопоставительного анализа были установлены специфика и универсальность гендерного невербального поведения на уровне лингвокультур и гендерной языковой личности. Прием классификации использовался для систематизации невербальных средств на динамичные, функционирующие на уровне просодического ядра, и статичные, работающие на более крупных сегментах. Ведущим частным методом исследования функционирования невербальных средств коммуникации в речи является семиотический анализ. Кроме того, лингвистический метод лексикографирования использован для изучения кинесического аспекта невербального коммуникативного поведения. Метод акустического анализа звучащей речи применен в изучении просодии в рамках паралингвистического аспекта.



Теоретико-методологическим основанием данного исследования послужили концепции лингвокультурологии, семиотики. Наибольший интерес для нас представляют теория измерений культур G.Hofstede; типология организационной культуры E.Hall; гендерная антропологическая концепция М.Mead; гендерная лингвистическая теория D.Tannen; концепция невербальной семиотики Г Крейдлина; теория коммуникативного поведения И.А.Стернина; язык телодвижений A.Pease; теория языковой личности Ю.Н. Караулова; теория социальной языковой личности В.Карасика; концепция гендерной языковой личности А. Фомина; паравербальные исследования гендера В.Потапова, Е.Aries, Дж.Коутс, Г.Лакофф, P.Trudgill, Е.Горошко, А.Кирилиной; кинесические исследования гендера Р. Бердуистела, П. Экмана; гендерные исследования визуального поведения Н. Кранах, М.Бутовской, Л.Коутс, Р. Экслайн; гендерные исследования тактильного поведения М.Бутовской, С.Махлиной, И.Стернина и др.; гендерные исследования проксемного поведения Э.Холла, Г. Крейдлина, Л.Куликовой и др.; гендерные особенности хронемного поведения М.Бутовской, Льюис Ричард Д., Allan Pease; исследования коммуникативных ценностей русской и английской культур Т.Лариной; исследования китаеведов В Малявина, Т.Задоенко, А.Девятова.

Материалом для исследования послужили аутентичные художественные фильмы жанра драма русских, английских и китайских режиссеров XX столетия. Драма в качестве исследуемого материала выбрана неслучайно. По словам польского кинодраматурга Кшиштофа Кесьлевского, кинодрама есть «подражание действительности с её действием и приостановкой, порядком и беспорядком одновременно, неупорядоченными сюжетными линиями. Жизнь есть повод и содержание кинодрамы одновременно, так как жизнь сама по себе драматична» [67:6-9]. Сюжет драмы основан на разных конфликтных, трудных в жизненном, психологическом плане ситуациях для героев, где основное внимание направлено на их переживания. Это делает данный жанр приближенным к реальной жизни и наиболее подходящим для изучения невербального коммуникативного поведения. Таким образом, драма в исследовании выступает как источник информации о национально-культурных особенностях народа, его культурных традициях, повседневном поведении, коммуникации в широком смысле и в узком смысле - источник информации о специфике невербального поведения. Режиссер и актеры в исследовании рассматриваются в качестве среднестатистической языковой личности, носителя национального языка и культуры. В рамках исследования было изучено 7 русских, 7 китайских и 7 английских аутентичных фильмов - драм общей продолжительностью 36,5 часов, методом сплошной выборки выделено для анализа 462 сюжета, 2502 фонетических синтагмы (фонетическое единство, характеризующееся относительной смысловой завершенностью и функционирующее как самостоятельная структурная единица), 2502 просодических ядра.

Научная новизна исследования заключается в том, что в научный оборот введен новый материал для изучения невербального поведения на уровне лингвокультур и уровне гендерной языковой личности;

создана авторская модель описания гендерного невербального коммуникативного поведения;

разработана классификация невербальных средств с выделением динамичных компонентов, работающих на уровне просодического ядра, и статичных, функционирующих на уровне синтагмы, фразы, текста;

осуществлено сопоставление гендерных невербальных компонентов, функционирующих в речи русской, английской, китайской языковых личностей;

проведено сравнение гендерного невербального поведения трех лингвокультур, принадлежащих к разным гендерным типам;

впервые невербальное поведение исследовано на уровне лингвокультур и гендерной языковой личности.



Основные положения, выносимые на защиту:

1. Современная методологическая база парадигмы научного знания обеспечивает особое видение научного исследования, субъектом которого выступает не универсальный субъект, а гендерно обозначенный субъект - мужчина или женщина;

2. Национальные гендерные ценности лингвокультур обладают разной степенью выраженности и проявляются в коммуникативном поведении гендерной языковой личности по-разному;

3. Типовые ситуации паравербального, проксемного, тактильного, визуального, кинесического, хронемного гендерного невербального поведения во многом зависят от приоритета маскулинных или фемининных ценностей;

4. Разработанная аспектная модель позволила описать гендерное невербальное поведение в естественной речи в комплексе на уровне лингвокультуры и гендерной языковой личности;

5. Специфика невербального поведения в русской, английской китайской лингвокультурах состоит в наименовании предпочтительных невербальных компонентов, а также в частоте их использования;

6. Невербальное поведение гендерной языковой личности зависит от типа ситуации, социального статуса коммуникантов и канала связи;

7. Предложенная классификация компонентов невербального поведения по функциональному принципу позволила разделить невербальные компоненты на динамичные и статичные.



Теоретическая значимость работы заключается в том, что разработанная автором аспектная модель описания невербального коммуникативного поведения способствует пониманию механизма комплексного выделения смыслового слова посредством просодии и невербальных средств в зависимости от типа ситуации, социального статуса коммуникантов, канала связи, гендерных ценностей лингвокультур. Кроме того, разработанная классификация невербальных компонентов конкретизирует взаимодействие невербальных компонентов с целью выделения смыслового слова и оформления речевого высказывания. Более того, результаты исследования уточняют знания о специфике и универсальности функционирования невербальных компонентов в коммуникативном поведении языковой личности – представителя русской, английской, китайской лингвокультур - в сопоставительном аспекте и могут быть применены в межкультурной коммуникации, невербальной семиотике.

Практическая ценность данного исследования заключается в возможности использования его результатов в учебных курсах по межкультурной коммуникации, лингвокультурологии, а также в лингвосемиотических экспериментальных исследованиях невербальных компонентов, функционирующих в естественной речи. Реферируемая диссертационная работа может способствовать обогащению данных лингвокультурологии, межкультурной коммуникации, семиотики, антропологической лингвистики, гендерных исследований в области сопоставительного изучения невербальных компонентов.

Апробация исследования. Содержание и основные положения реферируемой диссертации докладывались и обсуждались на международных и всероссийских научных конференциях «Кулагинские чтения» (Чита, 2009 - 2012); «Азиатско-Тихоокеанский регион: история и современность–IV» (Улан-Удэ, 2010); «Россия-Китай: развитие регионального сотрудничества в XXI веке» (Маньчжурия – Чита, 2010); I-м междисциплинарном научном симпозиуме с международным участием «Социальная теория и антропологические вызовы XXI века: социальная антропология в научных и образовательных практиках современного общества» (Чита, 2010); на межвузовском методическом семинаре «Теория и практика преподавания востоковедных дисциплин» (Улан-Удэ, 2010); III-ей международной научной конференции «Актуальные проблемы и современное состояние общественных наук в условиях глобализации» (Москва, 2011); II-й международной научно-практической конференции «Русский язык в современном Китае» (Чита – Хайлар, 2012); VIII-й международной научной практичной конференции «Бъдещите изследвания» (София, 2012); X-й всероссийской научно-технической конференции (Вологда, 2012); 1st International Scientific Conference «Science progress in European countries: new concepts and modern solutions» (Germany, Stuttgart, 2013). По материалам исследования опубликована монография, 19 статей, в том числе четыре статьи в изданиях списка ВАК.

Структура и объем работы. Поставленная цель и задачи исследования определили содержание и структуру работы. Диссертационная работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка используемой литературы и шести приложений.

Во введении формулируются цели и задачи исследования, излагаются аргументы, свидетельствующие об актуальности и новизне работы, определяется объект и предмет исследования, выделяются основные черты работы, обусловившие ее теоретическую и практическую значимость, перечисляются положения, выносимые на защиту.

В первой главе анализируются теоретико-методологические основания гендерных исследований в лингвоантропологическом контексте. Внимание направлено на лингвоантропологические исследования гендера; гендерные коммуникативные ценности исследуемых лингвокультур; национально-культурный аспект коммуникативного поведения гендерной языковой личности.

Вторая глава посвящена национальным особенностям гендерного невербального коммуникативного поведения, в частности роли невербальных компонентов в системе гендерного коммуникативного поведения; национальным особенностям паравербального, проксемного, тактильного, визуального, кинесического, хронемного гендерного невербального коммуникативного поведения.

В третьей главе разработана методика экспериментального исследования соотношения невербальных компонентов в речи. Данная глава содержит описание аспектной модели гендерного невербального поведения в межкультурной коммуникации; процедуру проведения исследования; анализ результатов исследования на установление гендерного невербального универсализма и специфики на уровне лингвокультур; анализ результатов исследования на установление гендерного невербального универсализма и специфики на уровне гендерной языковой личности; классификационной модели невербальных компонентов коммуникативного поведения.

В заключении подводятся итоги теоретического и практического изучения особенностей гендерного невербального поведения в аспекте межкультурной коммуникации, обозначаются возможные направления дальнейшего исследования в области заявленной проблематики, определяются возможные сферы практического применения результатов

исследования.

Список использованной литературы включает 258 наименований работ отечественных и зарубежных авторов.

Приложение включает результаты исследования кинесического, визуального, тактильного, проксемного, хронемного, паралингвистического невербального поведения на уровнях лингвокультуры и гендерной языковой личности; обобщенные статистические данные использования невербальных средств в речи; результаты акустического анализа; графики анализируемых речевых отрезков; таблицы взаимодействия просодического ядра и фонетической синтагмы с невербальными компонентами.

ГЛАВА I. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ГЕНДЕРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В ЛИНГВОАНТРОПОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ

1.1. Лингвоантропологические исследования гендера

В настоящее время большую популярность приобрело новое междисциплинарное направление – гендерные исследования. Данная область знания в центр изучения помещает проблему социальной дифференциации по признаку пола. Новизна гендерного подхода заключается в утверждении положения о том, что гендер не природная данность, а продукт культуры. Учитывая имеющиеся теоретические противоречия отдельных концепций, в целом гендерный подход допускает, что различия в мужском и женском поведении и восприятии обусловлены не столько их физиологическими характерными чертами, сколько воспитанием и общепринятыми в каждой культуре понятиями о природе мужского и женского. В качестве дисциплинарной матрицы анализа проблемы пола выступают гендерные исследования – «теория, методология и практика междисциплинарного изучения общества и культуры на основе гендерного подхода» [1], целью которых является изучение социальных и культурных способов реализации биологического пола.

В данном параграфе рассмотрены теоретико-методологические предпосылки становления гендерных исследований в лингвоантропологической парадигме с целью методологического обоснования выделения гендерного невербального коммуникативного поведения в межкультурной коммуникации, исследующей отражение специфики гендера во взаимодействии невербальных средств в естественной речи.

Осознание историчности и относительности понятия пола человека пришло в ХХ веке. Интенсивное становление гендерных исследований на Западе происходило одновременно с формированием новой философии науки – на первых порах благодаря теории постмодернизма, а также поиску новой эпистемы в научном направлении о языке. Новая, постмодернистская концепция западной гуманитарной науки перевернула представление о понятии «пол», считавшемся биологически детерминированной данностью. Так, наряду с традиционным понятием «пол», обозначающим определенный набор физиологических особенностей организма, в 70-х годах ХХ века появился новый подход к проблеме половых различий, нашедший свое отражение в понятии «гендер», обозначающий социальный пол, то есть набор социально приписанных мужских и женских ролей.

Прежде всего, обратимся к истокам гендерных исследований. Общественно-политическим контекстом зарождения гендерных исследований стало движение политического феминизма за права женщин. Несомненно, феминизм внес весомый вклад в создание современной модели человека, однако данный факт больше состоит в возбуждении интереса к вопросам пола. Сегодня общепризнанным является положение о том, что гендерные исследования перешли в самостоятельное научное течение под влиянием теории постструктуралистов. Ключевыми работами общеметодологического и междисциплинарного характера, оказавшими существенное влияние на становление гендерной теории вообще и в лингвистической теории в частности, являются труды следующих постструктуралистов: антропологические исследования М. Мид (1927 - 1970), концепция женской субъективности как другого С. де Бовуар (1949), теория социального конструктивизма П. Бергера и Т. Лукмана (1966), этнометодология Г. Гарфинкеля (1967), концепция желания Ж. Делёза (1972), концепция тела М. Фуко (1976), концепции Ю. Кристевой (1974, 1981, 1982), Ф. Лиотара (1979, 1983), концепция андрогинии С. Бем (1981,1993), концепция перформативной субъективности Джудит Батлер (1990, 1993), концепция номадической субъективности Р. Брайдотти (1994), теория создания и контроля гендера в рамках социального порядка К. Уэста и Д. Зиммермана (1997), концепция пола как «маскарада» практик и знаков, лингвистические аспекты структуры бессознательного Ж. Лакана (1997), теория драматургического интеракционизма И. Гофмана (1997), теория социальной стратификации Дж. Хубер (2000). Постструктурализм ставит во главу угла идею различия и множественности, антиэссенциалистский метод, утверждающий множественность идентичности, противоречивый и децентрированный мужской и женский опыт, где различие не относится к каким-то конкретным группам людей, а обозначает множественность центров власти, интерпретаций реальности, значений слов. Этот тезис имеет важное значение в развитии гендерной теории. Постструктуралисты перенесли акцент с изучения женского вопроса на диалог, на взаимодействие между полами с учетом психологических, биологических, социальных и культурных особенностей. Иными словами постструктуралисты совершили переход от анализа патриархата и специфического женского опыта к анализу гендерной системы, в которой особое место занимает язык.

По мнению постструктуралистов, именно язык конструирует реальность. Вне структур языка реальность недоступна для человеческого познания. Представления человека о мире не могут выходить за пределы языка, а то, что воспринимается им как реальность, в действительности – социально лингвистически созданный феномен. Следовательно, пол, хоть и является чисто биологическим явлением, приобретает социальную и культурную значимость. Пол не просто фиксируется в языке, но оценивается с точки зрения культуры и интерпретируется как культурная норма. Иными словами, язык не только фиксирует стереотипы фемининности и маскулинности, но и является способом, образующим стереотипные понятия. Согласно гендерной теории, язык устанавливает границы анализа пола и гендера в пределах доминирующего культурного дискурса. Образованные границы обнаруживаются в виде языка универсальной рациональности, вынося за пределы все другие типы субъективации. То, что считается естественным и додискурсивным в той или иной культуре, в действительности создано дискурсом, культурой, языком. А это означает, что существуют многочисленные возможности конструирования полов. Такой взгляд соответствует постструктурализму и является методологическим основанием развития иных способов понимания языка в гендерных исследованиях. Рассмотрим более подробно основные направления становления и развития гендерной лингвистики.

Первоначально главной целью гендерные теоретики ставили критику патриархатного сознания в языке, устраняющую языковую дискриминацию образа женщины, языковую реформу, а также сглаживание гендерных языковых ассиметрий. Если в классической философии язык не являлся специфическим философским вопросом и находился между вещами мира и рациональным содержанием, общим для всех познающих субъектов и приближался либо к одному полюсу, либо к другому, то в постструктурализме язык теряет свои полюса и ставится в центр философского анализа. Теоретики постструктурализма Ж. Деррида (1967), Ж. Делёз (1972), Ю. Кристева (1974, 1981, 1982), М. Фуко (1976), Ф. Лиотар (1979, 1983), сделали попытку обосновать взаимосвязь индивидуального и общественного сознания от языковых стереотипов. Согласно концепциям вышеупомянутых исследователей, социальные явления представляют собой специфические языковые практики, по отношению к которым субъект всегда остается пассивным. В сознании каждого индивида зафиксирована некоторая совокупность текстов, устанавливающих отношение человека к действительности, его поведение. Эти тексты определяются дискурсивной практикой, то есть способом говорения в обществе о чем-либо, включающим оценочность и имеющим иерархию. Понятия «дискурс» и «идеология» принципиально не отличаются. «При этом идеологические и дискурсивные практики функционируют автономно, а любая идеологическая система и любой дискурс заведомо искажают реальность, так как основываются на системе ценностных ориентаций, определяющих приоритеты носителя любой идеологии. Исходя из этого, постструктуралисты приходят к выводу, что формирование как отдельной личности, так и всей нации зависят от сложившихся в обществе дискурсов, а идентичность личности носит сконструированный характер, она не отражает реальность, а оформляет ее. Индивид объявляется не свободным, автономным рациональным субъектом, а «скорее полем», на котором различные дискурсивные практики вершат свою работу по созданию смыслов» [101].

Постструктуралистская критика противостояла репродуцирующим иерархию языковым структурам. Методологической основой этой критики считается концепция Ж. Деррида (1967) против традиционных стереотипов мышления в сторону утверждения феноменов «инаковости» в культуре. Ж. Деррида критикует метафизику и традиционную культуру как «лого- фалло- фоно- онто- телеоцентрическую», т.е. делающую установки на приоритет мужского, рационального, абсолютного и вытесняющую все иное, другое, женское, иррациональное, относительное за рамки реального многоголосия текстов культуры.

Наиболее общая критика языка с постструктуралистской точки зрения выражена в статье Д. Спендер «Мужчина создал язык» [131:759 - 775]. По мнению автора, язык и действительность связаны друг с другом. Областью взаимодействия языка, мышления и действительности являются человеческая способность к символизации и использованию символов. Действительность не может быть познана такой, какая она есть на самом деле, потому что человеку доступны только символы, имеющие свои ограничения и представляющие собой ограниченные языком представления. Язык формирует мысли и не является нейтральным. Следовательно, человек не способен объективно воспринимать мир. Для описания окружающего мира он нуждается в системе классификации. Однако через систему классификации и язык человек видит только определенные, произвольно выделяемые вещи. Д. Спендер утверждает, что все, что видит человек в окружающем мире, в большинстве зависит от закодированных в языке принципов. И один из таких принципов – принцип сексизма, а в этом случае вся наблюдаемая действительность будет носить сексистский уклон. Так как, по мнению Д. Спендера (1986), только мужчины обладают властью называть и создавать мир, значит, только они имеют власть определять структуру языка и создавать стереотипы, что мужественность - позитивна, а женственность – негативна [131:759-775]. Д. Спендер указывает на существование альтернативы. Имея другую изначальную установку, женское поведение можно назвать позитивным, а мужское – негативным. Все зависит от того, кто имеет власть называть мир. При наличии альтернативы носители языка могли бы использовать те имена, которые лучше отражают их интересы. У них был бы выбор, как назвать женщину – социально зависимой или контекстуально осведомленной, что могло бы свести к минимуму ошибочность, которая присуща обоим определениям в отдельности. Именно к такой альтернативе, как представляется, призывают Ю. Кристева (1974, 1981, 1982), Л. Иригарэ (1980, 1985), Э. Сиксу (1980, 1990), предлагая свою концепцию «женского письма» как децентрации системы традиционных текстовых значений, как «места, в котором женщина обретает себя», как утопического выразительного женского языка, противоположного рациональному мужскому.

Пытаясь обосновать свой тезис о том, что язык создает субъективность, а не наоборот, Дж. Батлер (1990, 1993) обращается к критическому анализу языка и дискурса. Она исследует к дискурсивной природе идентичности и отрицает существование «предискурсивного я» в ее структуре. Гендер не есть выражение некой внутренней сущности, а есть ее постоянное создавание, вне которого сущность не существует. Она не стабильна, а постоянно воссоздается. Говоря иными словами, гендерная идентичность – это не то, чем вы являетесь, а то, что вы делаете и как вы себя ведете. Обращаясь к феминистской критике языка, Дж. Батлер [178] замечает, что недостаточно просто исследовать, каким образом женщины могли бы быть лучше представлены в языке и в политике, а следует понять, как сама категория «женщины» производится и ограничивается теми же структурами власти, при помощи которых добиваются эмансипации. В этом смысле феминизм сам конструирует своего субъекта – женщину. Дж. Батлер [там же] не соглашается с феминистской критикой языка, провозглашающей язык средством уничижения женщин в культуре, женщин, которые существуют до языка. Сама категория «женщины» (как и «мужчины»), считает Дж. Батлер [178], производна от дискурса. Поэтому цель исследований языка не в том, чтобы изменить отношение к женщинам посредством влияния на язык, а в том, чтобы показать, что вне языка женщин и мужчин как таковых не существует. По мнению Дж. Батлер [там же], язык создает не только гендер, но и биологический пол. Именно язык конструирует понятия «пол» и «гендер» и одновременно очерчивает их пределы, в рамках которых тело воспринимается как пассивная среда, на которую накладываются культурные значения. Но на самом деле «тело» само по себе является конструкцией так же, как и бесчисленные «тела», образующие область гендерно сконструированных субъектов. Ошибочно утверждать, что тела обладают значимым существованием, которое бы предшествовало признаку их культурно сконструированного пола [178].

Помимо постструктурализма, на развитие гендерной проблематики в языке оказала влияние феминистская лингвистика, продолжающая существовать по сей день как критика языка. Основополагающим трудом феминисткой критики языка является работа Р. Лакофф «Язык и место женщины» (Lakoff, 1975). Обладая ярко выраженным полемическим характером, данное исследование содержит обоснования андроцентризма языка, разработку лингвистической методологии, а также попытку реформирования языка и устранения в нем сексизма [216]. Стремление феминистской лингвистики трансформировать не только нормы языка, но и саму языковую систему, вызвали широкую междисциплинарную дискуссию, которая способствовала возникновению гендерных исследований в лингвистике. В феминистской лингвистике выделяется два направления. Первое направление связано с выявлением сексистских ассиметрий в системе языка, обращенных против женщин. Второе направление определяют исследования специфики коммуникации в однополых и смешанных группах. Исследователи первого направления О.В. Колосова (1996), Д. Камерон (1985) основываются на гипотезе Сепира-Уорфа: язык не только продукт общества, но и средство формирования его мышления. Исходя из того, что в языке зафиксированы патриархатные стереотипы, навязывающие носителям языка определенную картину мира, в которой женщине отводится второстепенная роль, представители этого направления исследуют, как образы женщин обозначаются в языке, в каких семантических полях представлены женщины и какие коннотации сопутствуют этому представлению.

Представителями второго направления являются Дж. Пенелоуп (1990), А. Дворкин (2000) и др. В основе данного течения лежат исследования, полагающие, что на базе патриархатных стереотипов, зафиксированных в языке, формируются отличные друг от друга мужская и женская стратегии речевого поведения. Особенностью феминистской лингвистики является то, что данная область научного знания в центр внимания помещает проблему мужского и женского языкового поведения, задачу изучения языковых средств, посредством которых образы мужчины и женщины фиксируются в системе языка, вопросы ассиметрии в языке при обозначении лиц. Необходимо отметить, что выбор определенной формы обозначения лиц человеком в процессе употребления языка интерпретируются как демонстрация языковой дискриминации женщин и соотносятся с уровнем общественной дискриминации. Феминистская лингвистика отрицает проявление языкового сексизма как данность и ведет поиск альтернатив, которые бы отвечали принципу языкового равноправия женщин и мужчин.

Таким образом, под влиянием идей постструктурализма и феминистской критики языка в лингвистике оформилось новое направление – гендерологическое. Гендерные исследователи направили внимание на неравномерную и иерархическую представленность в языке разнополых лиц. Поэтому их задачей становится изучение зафиксированных в языке стереотипов фемининности и маскулинности, гендерных ассиметрий, изучение особенностей мужского и женского речевого поведения, а также создание нового языка, в котором нет центральных понятий, основывающих иерархию.

Современная гендерная методологическая база обеспечивает особое видение научного исследования, субъектом которого выступает не универсальный (в истории это, как правило, был мужчина) субъект, а гендерно обозначенный субъект - мужчина или женщина. И, тем не менее, современный этап развития гендерной мысли характеризуется отсутствием единой теории. Основой методологии современной гендерологии современные исследователи Hirdman, 1991; Giddens, 1994; Rubin, 1994; Фомин, 2004; Рябов, 2000 выделяют теорию социальной конструкции гендера и теорию гендерной системы. Теория социальной конструкции анализирует динамическое измерение гендерной культуры – процесс её создания и воспроизводство в процессе социализации. Теория гендерной системы во главу угла ставит гендерное измерение социальной структуры общества. Наличие многочисленных трактовок понятия «гендер» и дискуссионность определения данной категории также являются современными гендерными особенностями. Как утверждает А.В. Коногорова А.В. (2012), в последнее время гендер рассматривается как целый комплекс понятий. Важно то, что данный факт необходимо интерпретировать не как недостаток, а как особенность самого понятия «гендер» [78]. И это естественно, будучи в центре междисциплинарной научной парадигмы, гендерные исследования выделяются разнообразием методов и подходов, следовательно, оперировать каким-то одним определением не представляется возможным. Антропоцентрическая направленность гендерных исследований является наиболее перспективной на сегодняшний день. В центре внимания таких исследований стоит человек говорящий, слушающий, делающий, думающий, реагирующий. И всякий раз, взаимодействуя с новым антропоцентрическим направлением, «гендер» обретает дополнительные специфические характеристики.

Таким образом, гендер представляет собой сложную «систему межличностного взаимодействия, посредством которой создается, утверждается, подтверждается и воспроизводится представление о мужском и женском как базовых категориях социального порядка» [68], культурного порядка с учетом природных особенностей. Поэтому гендер не является перманентным статусом. Он требует постоянного исполнения и подтверждения, постоянного произведения и воспроизведения в каждодневных коммуникативных ситуациях. В рамках данного исследования основополагающими понятиями, входящими в современную концепцию гендера, являются: биологический пол, гендерная система, маскулинность/фемининность, гендерный тип лингвокультуры, гендерные коммуникативные ценности, гендерная идентичность, гендерный дисплей.

Термин «биологический пол» описывает биологические различия между людьми мужского и женского пола, это совокупность хромосом и гормонов, заданных природой [237]. Согласно глоссарию Московского центра гендерных исследований, «гендерная система» – «совокупность социальных институтов, культурных норм и идеологии, определяющих поведение, роли, взаимодействие и сознание людей в зависимости от их пола» [238]. «Маскулинность/фемининность» - это совокупность социальных представлений, установок, характеристик поведения и предписаний о том, что в данной культуре предписывается мужчинам/женщинам. «Гендерный тип культуры» расценивается как культура, которая характеризуется выраженностью и значимостью ценностей маскулинного или фемининного порядка. Под «гендерными коммуникативными ценностями» понимается социально и культурно обусловленная система основных жизненных ориентиров, моделирующих коммуникативное поведение культурно-языковых личностей обоих полов, приобретаемых в процессе воспитания и существующих на бессознательном уровне. «Гендерная идентичность» трактуется как идентичность, устанавливаемая на основании распознавания субъектом познания и коммуникации признаков, условно и конвенционально закрепленных в соответствующей культуре за определенным социальным полом [41:304]. «Гендерный дисплей» представляет возможность определять собеседника как мужчину или женщину.

В отечественном научном дискурсе исследования гендера осуществляются в самых разных областях лингвистики и смежных с ней дисциплин, а также на различных языковых уровнях. Согласно А.В. Кирилиной (1999), гендер в лингвистике выступает общенаучной категорией, принципы гендерного подхода применимы к лингвистике, однако должны реализовываться посредством лингвистических научных методов. Кроме того, необходим учет того, что гендер – продукт развития культуры и социума. Он институционализован и ритуализован, а, следовательно, релятивен и конвенционален.

Наибольшую популярность среди современных отечественных исследователей гендера приобрели разные подходы: культурологический, психологический, социологический. В рамках психолингвистического подхода гендер рассматривается как социальный компонент психолингвистической модели поведения. В исследованиях подобного рода рассматривается зависимость культурно-исторического развития социума от специфики познавательных процессов и социального поведения, обусловленных психосоматическими и, как следствие, психическими особенностями мужчин и женщин [156:18]. Лингвокультурологическое направление в изучении гендера ведет работу по изучению специфики стереотипов фемининности и маскулинности в языковом сознании и их функционирование в языке, исследования особенностей отображения языком культурных концептов «мужественность» и «женственность», межкультурной коммуникации, гендерной метафоры, проводятся сопоставительные исследования на материале русского и других языков. Лингвокультурологические исследования В.Н. Телия (1996), Н.В.Уфимцевой (1996), А.В. Кирилиной (1999), Г.Г. Слышкина (2004) и др. показывают, что российскую лингвистику гендер интересует в плане более широкого исследования ментальности, этнокультурной специфики. Развитие научной мысли социолингвистической направленности развивается в трех направлениях: гендер как социальный конструкт, гендер как стратификационная категория, гендер как культурная метафора. В рамках социального конструирования гендер понимается как организованная модель социальных отношений между мужчиной и женщиной, которая определяет их социальные отношения в основных институтах общества. Данное направление базируется на двух факторах. Во-первых, предполагается, что гендер создается посредством социализации, разделения труда, системы гендерных ролей и т.д. Во-вторых, он конструируется как самими людьми на уровне их сознания (то есть гендерной идентификации), так и принятия заданных норм и ролей и соответствующего «подстраивания» под эти нормы и роли [31:103]. В стратификационной теории принято считать, что гендер - комплексная технология, которая в процессе нормирования определяет субъект как мужской или женский и пересекается с другими нормативными переменными, например раса и класс. В ходе этого процесса воссоздается и перераспределяется система власти и подчинения [31:103]. В рамках интерпретации гендера как культурной метафоры под ним понимается сложный социокультурный процесс конструирования обществом различий мужских и женских ролей, поведения, ментальных и эмоциональных характеристик [31:103].

В исследованиях языка и коммуникации отечественные лингвисты изучают маскулинность (Синельников, 1990), гендерный аспект перевода (Бурукина, 1999), языковую социализацию индивида, в частности общение в семье (Стернин, 2000), гендерную модификацию выбора языковых средств и форм общения, стратегий и тактик коммуникации (Коноваленко, 2003), паралингвистические элементы общения, исследуют письменную речь мужчин и женщин (Горошко, 2005), гендерную языковую личность (Фомин, 2004) и др. Согласно Е.С. Бадмаевой (2010), одним из последних достижений отечественных лингвистических гендерных исследований является системный подход, где гендер изучается на «микроуровне (гендерные предпочтения в использовании речевых средств в контексте коммуникативной ситуации и тактик общения); на макроуровне (уровне более широкого социокультурного контекста, связанного с соблюдением определенных правил и конвенций); на метауровне (уровне когнитивной базы говорящих, в которой присутствуют гендерные и иные стереотипы, преломленные культурной традицией)» (Е.И. Горошко, А.Н. Саенко Гендер и жанр (попытка рефлексии). С. 127) [6:19].

Кроме того, все большую актуальность приобретают исследования гендерного невербального поведения, а также вопросы взаимодействия вербальных и невербальных средств в коммуникативном акте гендерной языковой личности. Основополагающим исследованием данного направления считаем труды Г.Е. Крейдлина «Невербальная семиотика и её соотношение с вербальной», 2002; «Мужчины и женщины в невербальной коммуникации», 2005. По мнению автора, в исследованиях, касаемых гендерного невербального поведения, речь должна идти не о мужских и женских жестах, мимике, позах, а о мужском и женском стилях невербального поведения, которые могут быть свойственны людям обоих полов, хотя считается, что в норме стиль невербального поведения соответствует полу человека [81]. В целом, несмотря на возросший интерес к проблеме функционирования гендерно-маркированных невербальных средств в естественной речи, количество исследовательских работ остается незначительным. Так, А.В. Кирилина в работе «Гендер: лингвистические аспекты» (1999) рассматривает «гендерное невербальное коммуникативное поведение» как «конвенциональные нормы, правила и традиции общения, выражаемые в акте коммуникации знаковыми невербальными средствами» [66:14]. В.И. Карасик в исследовании «Язык социального статуса», 2002 анализирует некоторые вопросы влияния гендера на мужское и женское невербальное поведение в зависимости от социального статуса. Л.М. Бутовская в труде «Язык тела: природа и культура (эволюционные и кросс-культурные основы невербальной коммуникации человека)», 2004 затрагивает вопросы гендерных различий в пространственном поведении. Гендерное невербальное коммуникативное поведение политических лидеров определенной национальной культуры рассмотрено Грейдиной, 1996. Исследовательская работа Тарасовой, 2006 направлена на выявление гендерных преференций использования невербальных средств, сопровождающих речевые акты, и в рассмотрении реагирующего поведения адресата (мужчин/женщин) в различных типах коммуникативных ситуаций.

Таким образом, в период глобализации и многополярности мира вопросы культуры и коммуникации во всем их этническом многообразии получают интерпретацию с точки зрения гендера. В центре внимания находятся социальные и культурные факторы, детерминирующие отношения культуры и общества к мужчинам и женщинам в разных лингвокультурах, поведение индивидов и их взаимодействие в зависимости от принадлежности к мужскому или женскому полу, а также к той или иной лингвокультуре, стереотипные взгляды о мужских и женских качествах в разных лингвокультурах, коммуникативные ценности в лингвокультурах, принадлежащих к разным гендерным типам и т.д. Принцип межкультурной коммуникации распространен на гендерные отношения в исследованиях Mead (1949); Maltz, Borker (1982); Tannen (1990). Проблема речевого поведения женщины рассмотрена Р. Лакоффом (1975). Этнокультурная ментальность, связанная с темой гендера, исследована Л.М. Дробижевой (1987), Е.А.Здравомысловой (1988), И.С. Коном (2001), Ю.М. Лотманом (1992) и др. Гендерному аспекту межкультурной коммуникации посвящены работы лингвистов-гендерологов Gunthner, Kotthoff (1991); А.В. Кирилиной, М.Д. Городниковой (1999); И.И Халеевой (2000); Е.И. Горошко (2005). Неоценимый вклад в развитие гендерной парадигмы межкультурной коммуникации внесла теория культурных измерений Hofstede [164]. Гендерные аспекты языка в межкультурном сравнении представлены трудами Е.Ф. Тарасова (1992); В.Н. Телия, Н.В. Уфимцевой (1996); А.В. Павлоцкой (1998); С.Г. Тер-Минасовой (2000); А. Вежбицкой (2001); О.А Леонтович (2002). Социально-философский анализ гендерных аспектов межкультурной коммуникации представлен работами О.В. Рябова (2000).

Сегодня эта весьма популярная область знания объединяет самые разнообразные научные области знания, базирующиеся на антропологической парадигме, так или иначе касающиеся социального производства пола – социологию, психологию, антропологию, культурологию, философию, лингвистику, и др. Не имея четко выраженной методологической доминанты, гендерные исследования затрагивают широкий круг проблем, связанных с вопросами пола, личности, общества в целом, а также всеми сферами общественной жизни – политики, семьи, образования, межличностных, межкультурных отношений. Будучи антропоцентрическим направлением, гендерные исследования во главу угла ставят взаимодействие людей в зависимости от принадлежности к мужскому или женскому полу, а также к той или иной лингвокультуре. Подобное взаимодействие осуществляется при единстве вербальных и невербальных действий, определяемом в науке как коммуникативное поведение. Отражение гендерных национальных ценностей в коммуникативном поведении рассматривается в следующем параграфе.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

  • Глава I. Теоретико-методологические основания гендерных исследований в лингвоантропологическом контексте……………………14
  • Глава II. Национальные особенности гендерного невербального коммуникативного поведения………………………………………………58
  • Методика экспериментального исследования функционирования невербальных компонентов в речи
  • Объектом
  • Целью
  • Теоретико-методологическим основанием данного исследования
  • Основные положения, выносимые на защиту
  • Теоретическая значимость работы
  • Структура и объем работы.
  • ГЛАВА I. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ГЕНДЕРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В ЛИНГВОАНТРОПОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ 1.1. Лингвоантропологические исследования гендера