Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Фрэнк Херберт Еретики Дюны




страница1/47
Дата04.07.2017
Размер7.42 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   47
Фрэнк Херберт

Еретики Дюны


(Дюна-5)

изд. "Текс", 1991 г.

пер. Алексей Биргер

OCR Палек

КОГДА Я ПИСАЛ "ДЮНУ"
... В моем уме не оставалось места для беспокойства об успехе или

провале книги. Было лишь желание работать над ее созданием.

Шесть лет исследований предшествовали тому дню, когда я уселся соб-

рать воедино мою историю. И увязывание множества сюжетных слоев, которые

были мною задуманы, достигло той степени концентрации мысли, которой я

никогда прежде не испытывал.

Эта история должна разрабатывать миф о Мессии.

Действию надлежит предложить другой взгляд на населенные человечест-

вом планеты и энергетические устройства.

Также следует вскрыть взаимосвязи политики и экономики.

В ней обязательно должен присутствовать наркотик, пробуждающий само-

сознание, и рассказ, к чему приводит зависимость от него.

Питьевая вода должна быть только аналогией нефти, самой воды и других

природных веществ и ресурсов, которые тают с каждым днем.

Это должен быть экологический роман, а значит, среди многих сюжетных

линий, это должна быть, в не меньшей степени, история о людях, их радос-

тях и заботах, об отношении к общечеловеческим ценностям, и я должен

проследить каждую из этих линий на каждой стадии книги.

В моей голове не было места для мыслей о чем-нибудь еще.

Отзывы издателей после первой публикации, были медленными и, как вы-

яснилось, неточными. Критики всыпали книге по первое число. Более две-

надцати издателей отвергли рукопись прежде, чем она была опубликована.

Не было никакой рекламы. И все-таки, что-то происходило.

Не прошло и двух лет, как я был завален жалобами книготорговцев и чи-

тателей, что они не могут достать мою книгу. Она удостоилась похвалы

"Всемирного полного каталога".

Мне все время звонили люди, спрашивая, не собираюсь ли я учредить но-

вый культ.

Мой ответ:

- О, Господи, нет!

То, что я описываю, это - медленное осознание успеха. К тому времени,

когда первые книги "Дюны" были завершены, не оставалось почти никаких

сомнений, что работа стала популярной - одной из самых популярных в ис-

тории, как мне говорили, - с проданными по всему миру приблизительно де-

сятью миллионами экземпляров.

Теперь самый частый вопрос, который люди мне задают: "Что означает

для Вас успех?" Он меня удивляет. Хотя, признаться, я и не ожидал прова-

ла.


Это была моя работа, и я ее сделал. Части "Мессии Дюны" и "Детей Дю-

ны" были написаны до того, как была завершена сама "Дюна". Они все

больше обрастали плотью во время писания, но суть рассказанной истории

осталась нетронутой.

Я был писателем, я писал. Успех означал, что я могу уделить еще

больше времени моему занятию.

Оглядываясь назад, я осознаю, что инстинктивно поступил правильно.

Пишешь не для результата и успеха не ждешь. Это отвлекает часть твоего

внимания от собственно творчества.

Если ты готов творить, то все, что тебе надо делать - писать.

Негласное соглашение между тобой и читателем. Если ктонибудь заходит

в книжный магазин и тратит кровно заработанные деньги на твою книгу, ты

обязан сколько-нибудь занять этого человека - и должен стараться изо

всех сил.

Это и в самом деле все время было моим намерением.

Главная часть дисциплинирующей выучки, - это ее сокрытая часть, пред-

назначенная не освобождать, но ограничивать. Не спрашивай "Зачем?". Будь

осторожен с "Как?". "Зачем?" ведет к неумолимому парадоксу. С "Как?" ты

попадаешь в ловушку причинно-следственного мироздания. И то, и другое

отрицает бесконечное.

Апокрифы Арракиса.
- Тараза ведь рассказала тебе, что мы уже израсходовали одиннадцать

гхол Данкана Айдахо? Этот - двенадцатый.

Произнося это с намеренной желчностью, старая Преподобная Мать Шванги

глядела с галереи третьего этажа на одинокого мальчика, игравшего на

закрытой лужайке. Яркий полуденный свет планеты Гамму солнечными зайчи-

ками отплясывал на белых стенах внутреннего дворика, наполняя все прост-

ранство ниже Преподобных Матерей таким сиянием, как будто на юного гхолу

был специально направлен луч театрального софита.

"Израсходовали!" - подумала Преподобная Мать Лусилла. Она позволила

себе коротко кивнуть, заметив, каким же холодным безразличием веет от

манер Шванги и от выбираемых ею слов.

"Мы израсходовали наш запас - пришлите нам еще!"

Мальчику на газоне было на вид приблизительно двенадцать стандартных

лет, но у гхол, с еще не пробужденной памятью об их исходной жизни,

внешность может быть ох как обманчива.

Мальчик на миг отвлекся и поглядел на наблюдавших за ним с галереи.

Крепыш, с прямым взглядом, настойчиво смотрящим из-под черной шапочки

каракулевых волос. Желтый свет ранней весны отбрасывал небольшую тень у

его ног. Открытые участки кожи у него загорели почти дочерна, но когда

при легком движении голубой стилсьют чуть соскользнул с его плеча, там

обнажилась бледная кожа.

- Эти гхолы не только дороги, они еще и крайне опасны для нас, - ска-

зала Шванги.

Голос ее звучал ровно и бесцветно, обретая от этого еще большую

властность - голос Преподобной Матери Наставницы, говорящей с послушни-

цей. Для Лусиллы это было дополнигельным напоминанием, что Шванги входи-

ла в яростную оппозицию проекту гхолы.

Тараза заранее предостерегала Лусиллу:

- Она постарается переманить тебя на свою сторону.

- Одиннадцати неудач достаточно, - сказала Шванги.

Лусилла поглядела на морщинистое лицо Шванги, внезапно подумав: "Ког-

да-нибудь я тоже стану старой и усохшей. И, может быть, приобрету такой

же вес в Бене Джессерит".

Шванги была невысока, приметы ее старости были приметами долгого слу-

жения Ордену.

Из изученных ею заранее сведений, Лусилла знала, что под форменной

черной абой Шванги скрывается костлявое тельце, которое редко кому-либо

доводилось видеть, кроме обшивавших ее послушниц и скрещивавшихся с ней

мужских особей. Широкий рот Шванги с двух сторон ограничивали старческие

морщины, спускавшиеся к выпяченному подбородку.

В ее манерах было много суховатой резкости, которую непосвященные

часто принимали за гнев. Командующая Оплотом Гамму больше других Препо-

добных Матерей заботилась о том, чтобы принадлежать самой себе.

Лусилле опять захотелось, чтобы она смогла ознакомиться в целом со

всем проектом гхолы. Хотя, Тараза достаточно ясно провела границу:

- Шванги не следует доверять там, где дело касается безопасности гхо-

лы.

- Мы считаем, что сами же тлейлаксанцы и убили большинство из один-



надцати предыдущих, - сказала Шванги. - Одно это свидетельствует о мно-

гом.


Лусилла, в тон Шванги, выбрала манеру спокойного, почти безмятежного,

выжидания. Ее поза как бы говорила: "Я, может быть, намного младше тебя,

Шванги, но я тоже полная Преподобная Мать". Она ощущала на себе прис-

тальный взгляд Шванги.

Шванги видела голографические изображения этой Лусиллы. Но они не шли

ни в какое сравнение с самим оригиналом.

Геноносительница высшего уровня, никаких сомнений. Затопленные сине-

вой глаза, без маскирующих линз, кажутся пронзительными, и это хорошо

сочетается с ее длинным овальным лицом. Сейчас, когда капюшон ее черной

абы откинут, видны каштановые волосы, собранные в тугой узел, а затем

широко спадающие по спине. Даже самое жесткое облачение неспособно пол-

ностью скрыть пышных грудей Лусиллы. Она происходила из генетических ли-

ний, знаменитых своими материнскими данными, и уже подарила Ордену трех

детей, двух - от одного и того же производителя.

Да - каштанововолосая чаровница с полными грудями и расположенностью

к материнству.

- Ты очень мало говоришь, - сказала Шванги. - Из этого мне ясно отсю-

да, что Тараза настроила тебя против меня.

- Есть у тебя причины полагать, что убийцы постараются уничтожить и

этого гхолу? - спросила Лусилла.

- Они уже пытались.

"Странно, отчего на ум приходит мысль о ереси, когда думаешь о Шван-

ги, - подумала Лусилла. Может ли существовать ересь среди Преподобных

Матерей?" Религиозные оттенки этого слова казались неподходящими в среде

Бене Джессерит. Откуда взяться еретическим движениям среди тех, кто во

всех религиозных делах видит лишь средство манипулирования?

Лусилла перевела взгляд вниз на гхолу, решившего в этот момент прой-

тись колесом вокруг лужайки, затем он опять остановился и поглядел на

двух женщин, смотревших на него с галереи.

- Как он славно крутит колесо, - язвительно усмехнулась Шванги. Ее

старческий голос не мог полностью скрыть затаенную жестокость.

Лусилла поглядела на Шванги. "Ересь". "Диссидентство" - слово непод-

ходящее. Слово "оппозиция" не охватывает впечатления, вызываемого стару-

хой. Есть в ней что-то, способное подорвать основы Бене Джессерит. Бунт

против Таразы, против Верховной Преподобной Матери? Немыслимо! Верховные

Матери взращивались и воспитывались как монархи. Если уж Тараза собрала

совет, выслушала все мнения - а потом вынесла свое собственное решение -

весь Орден обязан был подчиниться.

- Сейчас не время для создания новых проблем! - сказала Шванги.

Значение ее слов было ясным: возвращаются люди Рассеяния и намерения

некоторых Затерянных угрожают Ордену.

"Преподобные Черницы".

До чего похоже на "Преподобные Матери".

Лусилла решилась закинуть удочку:

- Значит, по-твоему, мы должны сосредоточиться на проблеме этих Пре-

подобных Черниц из Рассеяния?

- Сосредоточиться? Ха! Они не обладают нашими возможностями. Они не

проявляют здравого смысла. И они не владеют меланжем. Наши знания, полу-

ченные благодаря спайсу - вот, что они хотят заполучить!

- Возможно, - допустила Лусилла. Ей не хотелось соглашаться с таким

заявлением, не имея веских доводов.

- Верховная Мать Тараза отвлекается от настоящих дел ради пустой воз-

ни с этими гхолами, - сказала Шванги.

Лусилла промолчала. Проект гхолы определенно вызывал зловещее раздра-

жение у Ордена. Даже отдаленная вероятность получить еще одного Квизатца

Хадераха, пробирала ряды Ордена мурашками сердитого страха.

Связываться с замурованными в червях осколками сознания Тирана!

До крайности опасно.

- Нам вообще не следует перевозить этого гхолу на Ракис, - пробормо-

тала Шванги. - Не будите спящих червей.

Лусилла опять перенесла свое внимание на мальчика-гхолу.

Он повернулся спиной к высокой галерее, на которой стояли две Препо-

добные Матери, но что-то в его позе говорило - он понимает, что разговор

о нем, и ожидает их реакции.

- Ты, несомненно, сознаешь, что тебя призвали рано, когда он еще

слишком юн, - сказала Шванги.

- Я никогда не слыхала о глубоком кодировании столь юного, - согласи-

лась Лусилла. Она намеренно подпустила легкую самоиронию в свои интона-

ции, зная, что Шванги, расслышав этот оттенок, неправильно его истолку-

ет. Бене Джессерит - высшие специалисты в целенаправленном управлении

всем, касающимся продолжения рода человеческого. "Используй любовь, но

сама ее избегай", - вот о чем подумает сейчас Шванги.

Аналитики Ордена понимают, где коренится любовь. Они докопались до

этого еще на самых ранних стадиях развития Ордена, но никогда не осмели-

вались исключать ее из направленного скрещивания. Терпи любовь, но будь

настороже, вот главное правило. Знай, что она заложена в самую глубь че-

ловеческой генетики - сеть безопасности, обеспечивающая продолжение ро-

да. Ты используешь ее, когда необходимо, закрепляя отобранные личности

(порой друг поверх друга) ради целей Ордена, с осознанием, что такие

личности будут присоединены могучими связующими линиями, не всегда легко

постижимыми обычному разуму. Иные способны, может быть, наблюдать такие

движения и прорабатывать последствия, но, скованные единой цепью, будут

танцевать под музыку бессознательного.

- Я не предполагаю, что кодирование его будет ошибкой, - сказала

Шванги, неправильно истолковывая молчание Лусиллы.

- Мы делаем то, что нам приказывают, - проворчала Лусилла. Пусть

Шванги сама решит, что означают эти слова.

- Значит ты никоим образом не возражаешь против перевода гхолы на Ра-

кис, - сказала Шванги. - Интересно, продолжала бы ты и дальше так бесп-

рекословно повиноваться, если бы знала все от и до?

Лусилла сделала глубокий вдох. Не откроется ей сейчас полный замысел,

связанный с гхолами Данкана Айдахо?

- На Ракисе есть девочка по имени Шиэна, - продолжала Шванги. - Она

обладает даром управлять гигантскими червями.

Лусилла скрыла свое оживление. "Гигантские черви. Не Шаи Хулуд. Не

Шайтан. Гигантские черви". Наездница Песков, предсказанная Тираном, на-

конец появилась!

- Я не просто поддерживаю пустой разговор, - сказала Шванги, когда

Лусилла вновь промолчала. "Разумеется, нет", - подумала Лусилла. "И ты

называешь их, исходя из внешнего вида, а не из сути внутреннего мисти-

ческого значения. Гигантские черви. А в самом деле думаешь о Тиране Лито

II, чей бесконечный сон несут жемчужинки сознания в каждом из этих чер-

вей. По крайней мере, нам приходится в это верить".

Шванги кивнула на ребенка на лужайке под ними.

- По-твоему, их гхола будет способен повлиять на девочку, повелеваю-

щую червями?

"Вот, наконец, все и выплывает наружу", - подумала Лусилла. Вслух он

сказала:


- У меня нет надобности отвечать на такой вопрос.

- Ты и в самом деле осторожна, - сказала Шванги.

Лусилла выгнула спину и потянулась. "Осторожна? Да, разумеется", -

Тараза ее предостерегала:

- Там, где дело касается Шванги, ты должна действовать и крайне осто-

рожно, и очень быстро. Временное окно, внутри которого мы только и можем

достичь успеха.

- Успеха в чем? - удивилась Лусилла. Она искоса взглянула на Шванги.

- Я не понимаю, как Тлейлакс смог благополучно расправиться с один-

надцатью гхолами, как они просочились сквозь все наши защитные порядки!

- Сейчас у нас есть башар, - сказала Шванги. - Может быть, он сможет

предотвратить несчастье. - Ее тон говорил, что она в это не верит.

Верховная Мать Тараза говорила:

- Ты Геноносительница, Лусилла. Когда прибудешь на Гамму, ты разбе-

решься в общей структуре. Но для достижения твоей цели не обязательно

знать весь план целиком"

- Подумай о цене! - проговорила Шванги, угрюмо глядя на гхолу, кото-

рый сейчас присел на корточки и вырывал кустики травы.

Лусилла понимала, что цена не имеет к этому никакого отношения, отк-

рытое признание неудач - вот что было намного сложнее. Орден не мог вы-

дать свой, провал. Но то, что Геноносительница призвана рано - это факт.

Тараза уже знала, что Геноносительница все поймет и составит представле-

ние об этой части общего плана.

Шванги указала костлявой рукой на ребенка, вернувшегося к своей оди-

нокой игре, прыгая и кувыркаясь на траве.

- Политика, - сказала Шванги.

"Нет сомнений - именно политика Ордена лежит в самой основе ЕРЕСИ

ШВАНГИ", - подумала Лусилла.

Оценить сложность противоречий внутри Ордена можно по назначению нас-

тоятельницей Оплота на Гамму именно Шванги.

Те, кто противостоят Таразе, отказываются сидеть на обочине.

Шванги повернулась и пристально поглядела на Лусиллу. Сказано уже

достаточно. Достаточно услышано и достаточно пропущено через тренирован-

ные умы Бене Джессерит. Дом Соборов с огромным тщанием выбирал эту Лу-

силлу.

Лусилла ощущала, как прощупывает и изучает ее старуха, до не позволя-



ла этому повлиять на ту глубочайшую сосредоточенность, которая помогает

каждой Преподобной Матери справиться со стрессом. "Вот оно. Пусть смот-

рит на меня во все глаза". Лусилла повернулась и, безмятежно улыбнув-

шись, стала разглядывать крышу напротив.

Вышел мужчина в мундире, вооруженный тяжелым лазерным пистолетом, ки-

нул взгляд на двух Преподобных Матерей, а затем сосредоточил его на ре-

бенке внизу на лужайке.

- Кто это? - спросила Лусилла.

- Патрин - довереннейший подчиненный башара. Он утверждает, что всего

лишь денщик башара. Но надо быть слепым дураком, чтобы в это поверить.

Лусилла с огромным вниманием стала разглядывать человека на противо-

положной стороне галереи. Так вот он каков, Патрин. Уроженец Гамму, как

сказала ей Тараза. Выбран для выполнения этой задачи самим башаром. Ху-

дой и светловолосый, уже слишком стар для строевой службы, но по настой-

чивому призыву башара присоединился к старому командиру, во всем ему по-

могая.


Шванги заметила, как Лусилла с неподдельной озабоченностью перевела

взгляд с Патрина на гхолу. Да, если башар опять призван охранять Оплот,

значит гхола действительно в крайней опасности.

Лусилла вздрогнула от внезапного удивления.

- Но почему... Он...

- Приказание Майлза Тега, - проговорила Шванги, называя башара по

имени. - Все игры гхолы являются одновременно и его тренировками. Муску-

лы должны быть подготовлены ко дню его возвращения в свое истинное "я".

- Но он выделывает сейчас не совсем простое физическое упражнение, -

заметила Лусилла. Она почувствовала, как ее собственные мускулы со-

чувственно откликаются, узнавая знакомые движения.

- Гхоле не позволено изучать только аркану Ордена, - сказала Шванги.

- Почти все остальное из запасников наших познаний в его распоряжении.

Ее интонация ясно показывала, что она находит это крайне непра-

вильным.

- Но ведь, наверняка, никто не верит, будто этот гхола способен стать

новым Квизатцем Хадерахом, - возразила Лусилла.

Шванги только плечами пожала.

Лусилла сохраняла полную неподвижность и спокойствие, размышляя. Воз-

можно ли, чтобы этот гхола мог развиться в мужской вариант Преподобной

Матери? Способен ли этот Данкан Айдахо обрести способность проникновения

в такие глубины своего "я", куда не осмеливается заглянуть ни одна Пре-

подобная Мать?

Шванги заговорила, голос ее напоминал порыкивающее бормотание:

- Замысел этого проекта... У них опасный план. Они могли бы свершить

ту же самую ошибку... - она осеклась.

"Они, - подумала Лусилла. - Их гхола".

- Много бы я отдала, чтобы знать наверняка, какое место занимают в

этом Икс и Рыбословши, - сказала Лусилла.

- Рыбословши! - Шванга покачала головой при одной мысли об остатках

женской армии, служившей только Тирану. - Они верят в правду и справед-

ливость.


Лусилла переборола внезапный комок в горле. Шванги в твердой оппози-

ции, не достает только открытого признания. Да, она здесь командует. По-

литическое правило простое: те, кто противится проекту, должны наблюдать

за ним, чтобы можно было пресечь его при первом же признаке осложнений.

Но здесь на лужайке истинный гхола Данкана Айдахо. Сравнительный анализ

клеток и Видящая Правду это подтвердили.

Та раза ей сказала, провожая:

- Тебе предстоит обучить его любви во всех ее формах.

- Он так юн, - Лусилла не отводила взгляда от гхолы.

- Юн, да, - сказала Шванги. - Полагаю, что пока ты пробудишь в нем

только ответную привязанность ребенка на материнскую любовь. Позже... -

Шванги пожала плечами.

Лусилла ничем не проявила своих чувств. Бене Джессерит повинуется. "Я

- Геноносительница. Значит..." Распоряжения Таразы и специальная подго-

товка Лусиллы определили особый курс, которым все должно пойти.

Лусилла сказала Шванги:

- Есть кто-то, похожая на меня, как две капли воды, говорящая моим

голосом. Я - ее зеркальное отражение. Могу я спросить, кто это?

- Нет.

Лусилла опять промолчала. Она и не ожидала откровенности, но не раз



отмечалось ее потрясающее сходство с главой Отдела Безопасности Препо-

добной Матерью Дарви Одраде. "Юная Одраде". Лусилла не раз слышала эти

слова. И Лусилла, и Одраде происходили, конечно, от линии Атридесов с

сильным генным влиянием потомков Сионы. Рыбословши не имели монополии на

эти гены! Но Иные Памяти Преподобной Матери, несмотря на их жесткую из-

бирательность и ограниченность предками только с женской стороны, давали

важные ключики к пониманию широкого размаха проекта гхолы. Лусилла, опи-

равшаяся на жизненный опыт обитавшей в ней Джессики, жившей пять тысяч

лет тому назад и появившейся в результате генетических манипуляций Орде-

на, испытывала глубокое чувство страха, исходящее от этой жизни-памяти.

Знакомая модель и исходящее от нее такое, напряженное ощущение рока вы-

нудили Лусиллу автоматически начать произносить литанию против страха,

которую она выучила еще при первом посвящении в Обряды Ордена:

"Я не должна бояться. Страх - это убийца разума. Страх - это ма-

ленькая смерть, несущая полное уничтожение. Я должна встретить мой страх

лицом к лицу. Я должна позволить ему пройти через меня и сквозь меня. И

когда он пройдет и останется позади, я обращу внутренний взгляд, чтобы

увидеть его тропу. Когда страх уйдет, не будет ничего. Только я сама ос-

танусь".

К Лусилле вернулось спокойствие.

Шванги подметила, что что-то с Лусиллой происходит и позволила своей

настороженности немного ослабеть. Лусилла - не тупица, не "особая" Пре-

подобная Мать, не титулованная пустышка, которая едва может работать

так, чтобы не ставить постоянно Орден в неловкое положение. Лусилла -

настоящая, и некоторые реакции нельзя от нее скрыть, даже реакции другой

Преподобной Матери. Очень хорошо, пусть она узнает полный размах оппози-

ции этому "опасному" проекту!

- По-моему, гхола не доживет до того, чтобы увидеть Ракис, - сказала

Шванги.

Лусилла пропустила это мимо ушей.



- Расскажи мне о его друзьях, - сказала она.

- У него нет друзей, только учителя.

- Когда я с ними встречусь? - она задержала взгляд на противоположной

стороне галереи, где Патрин небрежно облокотился на низкую балюстраду,

тяжелый лазерный пистолет наготове. Лусилла внезапно поняла, что Патрин

наблюдает за ней. У Патрина - приказ башара! Шванги наверняка видит и

понимает. "Мы охраняем его!"

- Я так понимаю, тебе особенно хочется увидеться именно с Майлзом Те-

гом, - сказала Шванги.

- Среди прочих.

- Не хочешь ли сперва войти в контакт с гхолой?

- Я уже вошла с ним в контакт, - Лусилла кивнула на внутренний двор,

где ребенок опять стоял неподвижно и глядел на нее. - Он из задумчивых.

- Об остальных гхолах я знаю только по докладам, - сказала Шванги, -

но, подозреваю, этот - наиболее задумчивый из всей серии.

Лусилла подавила непроизвольную дрожь, так яростно ее подмывало отк-

рыто восстать против отношения и слов Шванги. Ни единого намека, что

мальчик внизу - такой же, как и все.

Пока Лусилла размышляла над этим, облака затмили солнце, как часто

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   47