Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


«Формы гражданской активности в рамках краеведческой работы»




Скачать 158.8 Kb.
Дата29.06.2017
Размер158.8 Kb.
И. Х. Шихваргер

(Ярославль)

Вдаль по дороге.

Нам предложено подумать на тему: «Формы гражданской активности в рамках краеведческой работы».

Ну что ж, поскольку любое размышление есть путь, то мы и отправимся по этой дороге. Благословим непредсказуемость пути, но попытаемся все же вначале определить – куда мы идем и что хотим найти. Для меня лично это означает – понять смысл слов, над которыми думаю.

Итак, патриотизм. Казалось бы, все тут ясно: любовь к Отечеству. Но сколько вокруг этого понятия страстей, саднящих обид, глухоты взаимного непонимания! Сколько непримиримой вражды, когда уже не словесная вода, а кровь человеческая льется! Так как же во всем этом разобраться? Один из самых уважаемых людей современной русской культуры, человек с детскими глазами мудреца – Дмитрий Сергеевич Лихачев – дал, по-моему, точный и прозрачно-ясный ответ на этот вопрос. В своей книге «Заметки о русском» он спокойно разводит в разные стороны два столь часто переплетающиеся во многих умах понятия: патриотизм и национализм. Он пишет: «Осознанная любовь к своему народу не соединима с ненавистью к другим. Любя свой народ, свою семью, скорее будешь любить другие народы и другие семьи и людей… Если доминирует в человеке общая настроенность к восприятию чужих культур, то она неизбежно приводит его к ясному осознанию ценности своей собственной. Поэтому в высших, осознанных своих проявлениях национальность всегда миролюбива, активно миролюбива, а не просто безразлична к другим национальностям. Национализм – это проявление слабости нации, а не ее силы…» О национализме, основанном на ненависти к другим народам, и о патриотизме, основанном на любви к своему, хочется сказать словами одной грузинской песни:

«То, что ненависть разрушит,

То любовь восстановит…»

Ну а мы, взяв эти простые слова, как компас, в свою мысленную дорогу, определим для себя: говоря о патриотизме, мы будем говорить о любви.

А еще мы будем говорить о свете. Потому что именно «свет» - корень слова «просвещенный». И какой бы широкий смысл в это понятие ни вкладывать, но корень есть корень – и у дерева, и у человека, и у слова.

Любовь, пронизанная светом, - вот что означает для меня понятие «просвещенный патриотизм». Любовь к Родине, наполняющая душу не гордым стремлением к величию и могуществу, а тихим светом – тем духовным светом, о котором, как о благодати, просил у Бога Пушкин:

«И дух смирения, терпения, любви

И целомудрия мне в сердце оживи…»

Такой любви и такому свету научить, конечно, никого и никогда нельзя: для любого человека это должен быть только личный душевный труд. Так что библиотека в прямом смысле слова школой быть, я думаю, здесь не может. Но вот чем может быть библиотека – так это помощницей! Доброй, деятельной, отзывчивой помощницей для тех людей (а их совсем немало), кто строит собственную душу. Библиотека может создать возможности для такого строительства.



Ну вот, а теперь, определив направление пути, то есть поняв для себя смысл слов «Библиотека – школа просвещенного патриотизма», пойдем неспешно по дороге наших размышлений, останавливаясь, всматриваясь в детали, оглядываясь назад и думая о том, что впереди.

А вот и первая остановка – у воспоминания, которое мне хотелось бы назвать «Праздник души». Речь пойдет о встрече, которая проходила у нас в библиотеке где-то около девяти лет назад. Это был вечер, посвященный Сергию Радонежскому. Первый вечер из цикла «Достойны благодарной памяти». Весь этот цикл мы посвятили светлым людям, жившим в разные времена и бывшим – по улыбке судьбы – нашими земляками. О том, что Сергий Радонежский – уроженец Ярославского края и происходит из села Варницы близ Ростова Великого, знали тогда очень и очень немногие. Да что там говорить, даже и просто о Сергии Радонежском в ту пору среди людей нецерковных по-настоящему знали только специалисты. Остальные, как правило, слышали его имя и, в лучшем случае, помнили из школьного курса истории, что именно Сергий Радонежский благословил Дмитрия Донского на Куликовскую битву. А главное о нем – его неустанное подвижничество; его нерушимая евангельская кротость, тихим словом побеждавшая самые свирепые и дикие сердца современников; сильный, ровный, негасимый свет его души – то, что веками обеспечивало великое нравственное влияние этого человека на всю атмосферу русской жизни, - это главное в то время было еще для большинства из нас в глубокой тени. И вот мы устроили этот вечер, пригласив в качестве ведущих двух человек – церковного и светского. О жизни и деяниях Сергия Радонежского рассказал отец Николай – священник Воскресенского собора из Тутаева. А Ирина Петровна Болотцева – искусствовед, глубокий и тонкий знаток древнерусской живописи – познакомила (с помощью слайдов) с хранящейся в Ярославском художественном музее великолепной иконой, посвященной Сергию Радонежскому. И вот основное, что помнится об этом давнем уже вечере – какой-то общий душевный подъем, общая светлая радость, ощущение праздника. Это был праздник не календарный, это был праздник души! Чем он был вызван? Приходом ли в библиотеку священника (что в ту пору еще не было принято)? Или талантом и самоотдачей Ирины Петровны Болотцевой? И тем, и другим, но главное – самим образом Сергия Радонежского. Такое было чувство, что свет его души и нас коснулся ласковым лучиком, и наш зал осветил. И так хочется верить, что люди, бывшие тогда в библиотеке, унесли с собой эти частицы света, малые искорки любви…Что-то мы задержались на остановке у этого давнего воспоминания…Тронемся дальше и посмотрим вперед. Совсем скоро, в начале октября этого года, начнется очередной (уже тринадцатый) сезон наших «Субботних вечеров» - еженедельных и для всех открытых встреч в библиотеке, посвященных литературе, искусству, философии, религии, общим вопросам культуры. И в самый первый вечер мы хотим предложить нашим слушателям беседу, которая, мы надеемся, задаст чистый тон всем последующим вечерам нашего сезона. Вот как она будет называться: «Свет для во тьме бредущих: Преподобный Сергий Радонежский». А проведет эту беседу доктор философских наук, историк культуры Андрей Вадимович Азов. Чем вызвано такое возвращение к теме? Только ли памятью о том, что недавно исполнился юбилей Сергия Радонежского? Это, конечно, важно, но главное – в другом. Главное – в созревшей за эти годы настоятельной потребности серьезнее осмыслить наше духовное наследие. И в его глубине найти не обманные, истинные ориентиры, вечный свет для нас, так часто бредущих во тьме. И, уйдя от злобы дня, хотя бы немного приблизиться к источникам любви…

Но в путь, в путь! Присмотримся внимательнее к нашей мысленной дороге. Она же вся живая! Вся из живых воспоминаний, больших и маленьких: вечера, встречи, путешествия – люди, их глаза, слова, интонации, прозрения и разочарования, радости и печали… И каждое воспоминание зовет меня к себе: подойди, чего ты ищешь? Да я одно способно ответить на все твои вопросы! Вглядись, вдумайся глубже… Циклы лекций по русской литературе, прочитанные в свое время в библиотеке блестящими нашими филологами! Ты помнишь, как, подобно свече, сгорал в высоком огне Игорь Иванович Балныков? А помнишь, как читал лекции Николай Николаевич Пайков? Мучительные нравственные вопросы, заданные русскими писателями, казалось, сжимали ему горло, жгли сердце! А острый, как скальпель, аналитический ум Александра Владимировича Леденева, стремящийся «во всем дойти до самой сути» и все же вдруг останавливающийся перед Словом как перед чудом! Да разве во всем этом не было того глубинно-русского, и в глубине своей вселенского, что и дает нам чувство невыразимого родного, над чем плачем и смеемся, благословляем, мучаемся – и любим, любим! Щемящее чувство родины… А помнишь, как весь прошлый сезон Владимир Ильич Жельвис читал с нами «Евгения Онегина» - не торопясь, каждый вечер по одной главе? И разве в этом, одновременно трезвом и восторженном, насмешливом и артистичном, проникновении в суть одного из самых русских творений русской литературы, разве не было в этом той самой просветленной любви, которую ты ищешь? А помнишь чуткое внимание, царившее на вечерах, где звучали стихи Марии Петровых, нашей землячки, поэта от Бога, большого поэта? Еще совсем недавно она мало кому была известна, да и сейчас не все ее знают. А ведь в стихах ее, как сказал Арсений Тарковский, «слова загораются одно от другого, соседнего, и свету их нет конца». Именно поэтому мы в разные годы и по разным поводам проводили вечера, посвященные Марии Петровых – чтобы донести до людей этот свет.

А помнишь?.. Нет, нет, родные мои воспоминания! Я всех вас люблю одинаково, очень люблю! Но мне надо двигаться по дороге. Простите меня, я всех вас уношу в своем сердце и иду дальше.

И вот - следующая остановка. Назовем это воспоминание «Сердечное тепло памяти». Это был состоявшийся в прошлом году вечер, посвященный Иллариону Александровичу Тихомирову – «ярославскому старожилу», как он сам себя назвал, и подвижнику, как благодарно назовем его мы. «А кто такой Илларион Тихомиров?» - спрашивали меня примерно восемь из десяти наших читателей, когда я приглашала каждого из них на эту встречу. «Вот потому, что так часто звучит этот вопрос, мы и проводим этот вечер» - отвечала я каждому и объясняла: Илларион Тихомиров – человек, которым ярославцы должны гордиться. Краевед, историк, археолог; неутомимый деятель Ярославской Губернской ученой архивной комиссии, собравший богатейший архив по истории нашего края; создатель и хранитель «Древлехранилища» - предшественника нынешнего Ярославского музея-заповедника; охранитель и реставратор памятников старины. Поэтическая, самоотверженная, совестливая натура. После 1918 года он как художник-реставратор восстанавливал разрушенные храмы, а в начале 30-х годов с ужасом видел уничтожение многих из них. Иллариону Тихомирову Ярославль в огромной степени обязан сохранением своей истории и самого духа древнего города. А умер он в 1933 году в самой настоящей нищете, жестоко страдая от голода и униженности. Могила его затеряна. В музее-заповеднике, у истоков которого он стоял, сейчас чтут его память. В его честь ежегодно проводят здесь научные Тихомировские краеведческие чтения. Но за стенами музея, за пределами круга ученых-историков Тихомирова знают очень мало. Вот поэтому мы и задумали наш вечер в библиотеке – для широкой публики. Ученые охотно откликнулись на нашу просьбу участвовать в этой встрече. Виктор Павлович Алексеев и Татьяна Ивановна Гулина из музея-заповедника, Ярослав Евгеньевич Смирнов из областного архива, Ирина Николаевна Федоровна из художественного музея – каждый из них внес в рассказ об Илларионе Тихомирове что-то свое, неповторимое, личное. И в зале в этот вечер была какая-то особая, теплая, человечная атмосфера благодарного внимания. «Какие у ваших слушателей лица хорошие!» - сказала мне на прощание Ирина Николаевна Федорова. И сердце мое возрадовалось! Ведь это означало, что пусть чуть-чуть, но все же в этот вечер сердечное тепло возрождающейся памяти победило холод равнодушного забвения и нелюбви к человеку. А еще этот вечер имел продолжение. Его участник – молодой талантливый историк Ярослав Смирнов – рассказал во время встречи, что он подготовил к печати воспоминания Иллариона Тихомирова о двух других замечательных ярославцах – Евгении Ивановиче Якушкине и Иване Александровиче Вахрамееве. И что эта книга, включающая к тому же большую статью о самом Илларионе Александровиче, написанную Ярославом Смирновым, - эта книга через месяц выйдет в свет! И мы все, прямо в зале, вместе со слушателями, тут же и договорились о том, что устроим у нас ее презентацию. И через месяц в нашей библиотеке состоялась премьера книги Иллариона Тихомирова «Граждане Ярославля».

Нашими гостями были издатель Александр Рутман, художник книги Елена Чернова и, конечно же, Ярослав Смирнов. Теперь эта книга есть и нашей библиотеке, и во всех других библиотеках города. Более того, книга «Граждане Ярославля» явилась первой в одноименной серии воспоминаний жителей нашего города – серии, которую сейчас продолжает выпускать частное издательство «Александр Рутман». И не только выпускать, но и дарить библиотекам. А мы рады, что впервые услышали название «Граждане Ярославля» на нашем вечере. Рады тому, что сердечное тепло памяти не растворяется во всесильном, казалось бы, окружающем холоде. А потихоньку делает свое дело – согревает людей и земле нашей многострадальной помогает оттаять.

Ну что ж, прекрасная была остановка!.. Но надо трогаться в дальнейший путь. Однако, здесь пейзаж неожиданно меняется. До сих пор мы двигались в виду библиотечных стен, а тут вдруг нас окружило открытое пространство. И наша дорога воспоминаний постепенно превращается в воспоминания о дорогах. О тех дорогах, которые начались в нашей библиотеке и повели – близко ли, далеко ли, но всегда к каким-то нашим личным открытиям. Речь идет об экскурсиях и путешествиях, которые как-то очень естественно присоединились к «Субботним вечерам» и, будучи так же, как и вечера, открыты для всех желающих, стали уже неотъемлемой частью нашей библиотечной жизни.

Ну, а как же все это началось? Да очень просто. Сначала был цикл бесед о древнерусской иконописи, который провела в нашей библиотеке Ирина Петровна Болотцева . (Светлая память о ней, так рано ушедшей из жизни, навсегда теперь соединена для меня с тихим светом русской иконы). Завершила для нас этот цикл искусствовед Виктория Викторовна Горшкова – о ней, своей ученице и преемнице, Ирина Петровна как-то сказала: «Вика вся как свечечка!». И вот, когда закончились эти беседы, мы поняли, что теперь уже нам недостаточно слайдов – мы должны идти к подлинным иконам. И мы пошли в музей, в Митрополичьи палаты, хозяйкой которых была теперь Виктория Викторовна. Так начался большой цикл экскурсий «Вечера в Митрополичьих палатах».

Шум суеты, пустые крики

Стихают – мы приходим к Вике.
Здесь вечен свет и тишина

И бережно сохранена

Душа икона – и твоя,

Пусть и мирская, грешная.


Здесь лицам дарят отсвет лики.

И мы идем – спасибо Вике!


Да простится мне фамильярность обращения (оно оправдано стародавним, еще школьным, знакомством с Викторией Викторовной), но, может быть, этот самодельный стишок хоть что-то выразит… Благословенна дорога в Митрополичьи палаты!

Вот так мы и начали ходить в музеи Ярославля. Из множества этих не дальних, но важных для нас дорог с особой благодарностью вспоминаю сейчас ту, что привела нас к Дому-музею Леонида Витальевича Собинова. Эта дорога подарила мне (и, надеюсь, не только мне) особое, ни с чем не сравнимое чувство – чувство дома. И чувство это относилось не только к дому Собинова, хотя и было им рождено. Это захватившее вдруг сердце переживание было и более глубоким, и более личным. И, казалось, что-то мерцало, что-то угадывалось в глубине этого чувства – какой-то ответ на жизненно важные, мучающие вопросы… Низкий поклон Алле Васильевне Аносовской – заведующей музеем, а точнее – душе возрожденного дома Собинова! Это ее талантливый, любовью проникнутый рассказ, ее ум и сердце помогли нам так сильно пережить глубинное чувство дома. А ведь как без почки не бывает зеленого листа, так и без чувства дома не бывает чувства родины…

А вот и еще воспоминания – долгие, счастливые дороги по нашему городу… Путешествия по Ярославлю, как назвали мы цикл пешеходных экскурсий, который начали прошлогодним сентябрем, в самый разгар сияющего, ласкового «бабьего лета». Разве забыть эти неспешные прогулки по набережным Волги и Которосли, по улицам исторического центра вместе с обаятельным собеседником – профессором Владимиром Ильичем Жельвисом! Я и сейчас как-будто слышу его голос: «Посмотрите на этот тихий особнячок. Есть в нем что-то удивительно милое. А на этот его маленький балкон, кажется, вот-вот выйдет пушкинская Татьяна – и даже дверь приоткрыта! .. Будьте внимательны, когда ходите по старому городу: видите, какое удивительное старинное окно, а ведь его легко можно было бы не заметить…»

В этом году, в начале осени, мы возобновили наши путешествия по Ярославлю. На этот раз нашим добрым гением – «гением места», - как говорили в старину, стала учительница Наталья Николаевна Обнорская. «Известные - неизвестные сокровища архитектуры Красноперекопского района», - так назвала она первый предложенный ею маршрут, и повела нас вдаль от центра, в бывшие слободы. И хотя день на этот раз выдался промозглый, ветреный, но всякий холод отступил, когда Наталья Николаевна вдруг как бы распахнула первую страницу – и мы увидели этот праздник, это чудо – церковь Иоанна Предтечи в Толчкове! «Господи, и ведь совсем рядом», - думали многие из нас, - «Но мы здесь почти не бываем!..» А Наталья Николаевна, зажигая нас своей внутренней радостью, дарила и дарила нам сокровища нашего города, которые казалось бы, и так всем принадлежат, но ведь их еще надо увидеть – просветленным, любящим, благодарным взглядом!

«Как мы богаты!» - думалось после этого (да и любого другого) нашего путешествия. Как мы богаты при всей нашей бедности! Мы богаты не только тем, что милостью судьбы живем в красивом древнем городе. Мы богаты светлыми людьми – такими, как Наталья Николаевна и многие (да, к счастью, многие!) другие, кто встречался нам в наших путях-дорогах. И как отблагодарить их? Разве только нашей собственной наполненностью счастьем, возникшей от соприкосновения с ними, - той наполненностью, которою мы понесем дальше и будем дарить другим людям! И кто знает, может быть, эти огонечки счастья, передаваемые из рук в руки, хоть кого-то поддержат, а значит, и нашей родной горестной земле полезны будут?

Счастье, ликующее в сердце счастье! Вот то состояние, с которым возвращались мы в город из маленького городка Нерехты. Да, надо сказать, к этому времени мы уже перстали ограничиваться пределами нашего города и все чаще путешествовали по ярославской области, а в случае с Нерехтой нас занесло даже в Костромскую!

Мы туда были приглашены директором местного музея, которая прослышала о нашем читательском клубе. И, благодаря помощи Ярославского отделения Северной железной дороги, наши путешественники – люди, как я уже сказала, счастливые, но при этом небогатые, - смогли бесплатно добраться поездом в столь дальние (для наших кошельков) края. Нерехта… Что помнится сейчас более всего? Провинциальные, с легким запахом осенней земли, улочки. Большие, захватывающе красивые храмы. Монастырь в окрестностях города – белый среди зеленых холмов. Святой источник близ монастыря – деревянный сруб, а в нем чистейшая вода. И мы зачерпываем эту светлую воду ладонями, а солнышко светит нам мягко и прощающее… И помнится, как стоим мы на высокой соборной колокольне и смотрим, и не можем насмотреться на всю эту Божью благодать, что дана в этот ясный сентябрьский день нашим глазам и сердцу: маленький городок внизу, легко и родственно переходящий в широкие поля, распахнутое небо и в притихшие от собственной красоты леса на мягко очерченном горизонте…

Но самое драгоценное воспоминание о Нерехте – это Нина Петровна Родионова. Можно по-разному относиться к роли личности в истории, но роль Нины Петровны в истории города Нерехты, судя по всему, неоспорима. Точнее сказать, неоспорима ее роль в сохранении истории Нерехты, потому как Нина Петровна – директор городского краеведческого музея. Это по должности. А по сути – защитница, воительница и берегиня. Это благодаря ей и ее маленькому коллективу из трех далеко не богатырского вида женщин, стоят и красуются, а не рушатся, прекрасные нерехтские храмы. И храмы эти приходилось не только отстаивать, но и отстраивать. Отстаивать в начальственных кабинетах, а отстраивать часто своими руками, потому как в маленьком городке рабочих на таких объектах всегда не хватало. И не в переносном, а в самом прямом смысле слова выносили они на себе тяжесть этой работы: то есть попросту на своем горбу таскали тяжеленные камни, когда это было для храмов необходимо. Для Нины Петровны это однажды кончилось тяжелой травмой позвоночника и долгим лечением в больнице, но храмы стоят! А еще как-то решила Нина Петровна вернуть одному из соборов Нерехты голос, которым он раньше разговаривал с Богом – отлить и водрузить на законное место снятые в былое время колокола. Средства на это собирались всем миром. А точнее, Нина Петровна собирала их со всего Нерехтского мира, проявив не только горячий энтузиазм, но и житейскую сметку, и знание психологии ( в тех случаях, когда давать не очень-то и хотели). Много всего было, а в результате – звонят над Нерехтой колокола, не безъязык теперь перед небом этот маленький город!

А еще помнится, как сердечно нас встретили в Нерехте – как самых дорогих гостей: даже большой домашний пирог испекли, даже автобус специально для нас в автохозяйстве исхлопотали (хоть мы и не просили об этом).

В общем, уезжали мы из Нерехты навсегда влюбленные в этот городок и в тех прекрасных людей, с которыми свела нас здесь дорога. И было буквально у всех нас (мы говорили об этом друг с другом) счастливое чувство: не погибнет Россия!

И еще одну дорогу невозможно забыть – дорогу на родину нашего земляка, великого скульптора Александра Михайловича Опекушина. Его памятник Пушкину в Москве – один из главных символов России. Это удивительно лирический, артистичный памятник. Недаром возле него когда-то плакал Тургенев, прощаясь с Россией. А открытие этого памятника в Москве 6 июня 1880 года – одна из самых светлых страниц истории русской общественной мысли…

Автор же этого «вековечного» (по словам Белинского) памятника Александр Михайлович Опекушин родился на берегу Волги, в Ярославской губернии, в деревне Свечкино, в крепостной крестьянской семье. И, прожив долгую, полную творческих трудов жизнь, умер уже после революции, в 1923 году, совсем рядом с родной деревней – в селе Рыбницы. Последние его годы, проведенные на родине, были тяжелыми, голодными, нищенскими. Но и тогда его не оставлял светлый творческий дух. За неделю до смерти он г7оворил: «Была бы подходящая обстановка, и поработал бы – хочется олицетворить любовь. Из головы не выходит план: мать, склоненная над улыбающимся ребенком…» Александр Михайлович похоронен возле церкви села Рыбницы. Скромная его могила мало кем посещается. Музей его в Рыбницах вот уже десять лет как объявлен существующим, но деревянное это здание находилось до недавнего времени в ужасающем, близком к полному разрушению состоянию. (У нашей области все никак не находились деньги для Опекушина). И только совсем недавно, перед юбилеем Пушкина, там начались, наконец восстановительные работы.

Интересно отмечали 160 лет со дня рождения Александра Михайловича Опекушина. И наши читатели-путешественники накануне этого дня поехали в Рыбницы – поклониться памяти Опекушина. Стоял 20-градусный мороз, но он никого не смутил: с нами поехали даже дети. Мы возложили цветы на могилу Александра Михайловича. В церкви была отслужена по нему панихида. И мне никогда не забыть золотистые огоньки свечей, бросающие отсвет на серьезные лица наших читателей. Все настроение этой поездки, несмотря на мороз, было проникновенно-светлым. И грустной, и радостной одновременно оказалась встреча с учителями-краеведами в школе поселка «Красный Профинтерн». Во всей округе в радиусе десяти километров нет даже клуба, но духовная жизнь не гаснет: она сосредоточена в школах. Сельское учителя и школьники, не жалуясь на судьбу, серьезно и глубоко занимаются краеведением – не дают порваться ниточке народной памяти. Здесь же, в школе, заведующая музеем Опекушина Ирина Ивановна Зенкина познакомила нас с правнучкой (живой кровинкой!) Опекушина – Ириной Николаевной Морозовой. Но настоящая встреча с этой замечательной женщиной была еще впереди.

Мы встретились с нею летом, в июне этого года. Это было уже второе наше путешествие по родной земле Опекушина – и опять, как и зимой, под руководством самоотверженной, доброй и простой Ирины Ивановны Зенкиной. Мы двигались на этот раз уже по другому маршруту, и в дом Ирины Николаевны Морозовой в Рыбницах пришли после долгого, полного впечатлений пути. Это был родовой дом семьи Опекушиных, он принадлежал раньше брату скульптора – Константину Михайловичу. Здесь, в этом доме, вырос и отец Ирины Николаевны и она сама, уехавшая потом в Ярославль и ставшая учителем. С фотографий на стенах смотрели на нас лица предков хозяйки. В этом добром крестьянском доме мы все, человек тридцать, сидели за большим столом, пили чай и слушали Ирину Николаевну. Она рассказывала об истории своей семьи, о хороших. Достойных людях. А в чертах ее лица едва уловимо проступал облик великого прадеда. И в ее скромности, благородной сдержанности угадывался характер Александра Михайловича Опекушина, известный нам по его биографии. Нам так было хорошо в этом доме, рядом с Ириной Николаевной! А она была искренне рада нашей дольшой компании и, как передала потом Ирина Ивановна Зенкина, сказала ей после нашего ухода: «Мой дом как будто осветился!» Значит, мы все действительно можем дарить друг другу свет! А это - самое главное.

Дороги, дороги! Как хочется вспомнить здесь каждую, ведь в каждой – свой смысл. Нор аз уж невозможно рассказать обо всех путешествиях, то я сделаю вот что: соберу свет этих невысказанных воспоминаний в своей душе – и когда-нибудь в трудную минуту он поможет осветить большую дорогу. Свет не пропадает.

И еще: воспоминание-вспышка. Заканчивается последнее, только что прошедшее путешествие в Тутаев. Автобус наш вот-вот отойдет от прекрасного Воскресенского собора. И вдруг над собором – радуга!

Когда-то библейский Ной после потопа увидел в небе радугу – как знамение окончания бед, как знак восстановления связи между Богом и людьми. И, видимо, с тех, еще незапамятных времен заложено в нас, верующих и неверующих: радуга – радость!.. Радуга – надежда! Радуга – залог гармонии!

Какое же нам выпало счастье – в последний момент на древней романово-борисоглебской земле увидеть радугу над собором! На прощанье и на прощенье… В знак возможности просветленной любви – к родной земле и ко всему на ней родному. И друг к другу, прежде всего.

Вот и закончилась наша мысленная дорога. Она шла прямо, потом разветвилась, но вновь соединилась воедино – чтобы привести к радуге.

Благодаренье дороге, ведущей к радуге!



P.S. Все, что я попыталась здесь сказать, есть, по сути, развитие мысли академика Лихачева: патриотизм основан на любви.
Каталог: programs -> history -> letters -> docs
docs -> Филантропия и местные сообщества в комплектовании музейного собрания
docs -> Особенности краеведения в молодых промышленных городах Сибири
docs -> О. Седова >(г. Чухлома, Костромская обл.) Краеведение в библиотеке: из опыта работы библиотек
docs -> А. Ф. Векслер (Санкт-Петербург) Краеведение в школьной программе: учебная краеведческая литература
docs -> Гуманистическая парадигма в историческом краеведении
docs -> Краеведение и личность: размышление о роли краеведения и краеведа в формировании нового поколения российских граждан
docs -> Краеведение и личность
docs -> Краеведение и местное сообщество