Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон Энциклопедический словарь (П) Словарь Брокгауза и Ефрона – 10




страница17/88
Дата11.01.2017
Размер14.6 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   88
Патагония Патагония (Patagonia) — обширная территория Южной Америки, от 38°54 ю. ш.; составляет самый южный треугольник американского материка, на Ю от Чили и Аргентины. На С граничит Pиo Лимэй и Pиo Негро, на З — Андами, на Ю — Магеллановым проливом, на В — Атлантическим океаном. До 1881 г. П. не принадлежала никакому государству; с этого времени по договору, заключенному между Чили и Аргентиной, с целью урегулирования границ их владений, П. разделена была между этими двумя государствами линией вдоль оси Андов до 52° ю. ш. Только аргентинская часть этой огромной территории сохранила название П.; в состав ее входит также около половины вост. части Огненной Земли, с Землей Штатов. В некоторых местах Андыне составляют здесь линии водораздела: реки Аизен и Лос Гуэмулес, берущие начало на В Андов в Аргентине, принуждены перерезать Кордильеры для того, чтобы впасть в Тихий ок. между 45° и 46° ю. ш., позади Чилийского архипелага Чонос. П., по исследованиям Мустера, аргентинских офицеров и ученых Морено, Мояно и Фонтана — горная страна третичной формации, спускающаяся террасами к океану и глубоко изрезанная реками; она покрыта вулканическими наслоениями, по большей части базальта; в Андах встречается ряд южных вулканов, напр. Фитирой. Озер множество, особенно на Ю от 48° ю. ш., напр. Лаго Аргентине, Виедма, Сан Мартин; озерные источники p. С та Круц под 46,5° озеро Буэнос Айрес. Под 450° Pиo Сенгер изживается из двух озер; под 41° лежит оз. Нагуэль Гуапи; все эти озера, по всей вероятности, остатки глетчеров ледяного периода. У склона террасы к берегу озера Мустер и Колгуэ или Колгуапе. Главнейшие реки: Pиo Негро (образующаяся из Лимой и Нейкуэн, Чобут Дезеадо, Чико, Санта Круц и Галлегс под 52°. Некоторые из них судоходны, но при падении с террас образуют водопады. Совершенно своеобразно нижнее положение водораздела. Многие реки, как напр. Аизен и Рио де Лос Гуэмулес, берут начало на В от Андов на возвышенности, так что пограничная линия с Чили, которая должна идти по водоразделу — сомнительна. Климат в П. обыкновенно считается холодным, но это неверно — для широты он вообще тепел и на В сух, страна лежит между изотермами 14 и 7°. В колонии Чубут или Роусон средняя температура в январе 120°, в июне 3,6°; в июне ртуть падает до — 7°, в январе может подниматься до 31°. В направлении к центру климат суровее, зимы у вост. подножия Андов очень холодны; к побережью выпадение дождя меньше, у подошвы Андов его выпадает от 600 до 800 мм. в год, на берегу — едва 200 мм. Хотя П. не отделяется от пампасов никакой естественной границей, ни разницей в климате, но ее рощи составляют резкий контраст с совершенно лишенными леса пампасами. Патагонское плато выше этих последних и перерезано множеством долин: флора — свойственна сухому климату; долины, вследствие своей глубины, очень плодородны: в них встречаются настоящие злаковые растения и луга, напоминающие пампасы. Злаковые растения хотя и отличны от среднеевропейских, но принадлежат к тем же родам и семействам. В долине PиoНегро встречается американ. плакучая ива (Salix Humholdtiana), употребляемая для построек. Хвощ, находимый всюду по берегу рек и несколько редких лишаев и мхов, которые встречаются только зимой — суть единственные представители тайнобрачных. В долинах находят солончаки и соленые озера, такие долины покрыты кустарниками matorro и соликорнами jume, пепел которых идет на приготовление мыла. Леса состоят из кустарников, не превышающих 4 арш.; почти все они колючи, чаще всего встречаются породы: Chanаr, algarcienso, mata de incienso, piquillin, mata negra, mata caballo и jarilla; все они дают порядочное топливо; лучшее из них для этой цели piquillin, тогда как mata negra содержит смолу, которая имеет отвратительно сильный запах, сообщающийся даже жареному мясу; характерным растением П. служит кактус Тunas. В южных областях П., у Магелланова прол. и Андов, растут леса. свойственные Чили и дающие прекрасный строевой материал. Фауна сходна с пограничной чилийской и аргентинской: в долинах — тату, гуанаквы, олени, дикие козы, вискаги карро (Canis azarae, род лисицы), тукко тукко (род грызуна, itenomys magellanicus), зоррино (Mephitis patagonica), казуар; кондоры, орлы и всевозможные хищные птицы в долинах патагонского побережья, кугуары только на С, агуары очень редки; в областях Андов многоликих лошадей; много всевозможных земноводных; многие из птиц, вьющих обыкновенно свои гнезда на деревьях, в П. гнездятся на земле и выводят птенцов (напр., попугаи, пампасские совы и др.). П. бедна пресноводной рыбой, моллюсками и бабочками, но богата породами жуков. П. делится на 3 территории или губернаторства: Pиo Негро, Чубут и Санта Круц. Туземные жители П. (патагонцы) сами называют себя тонека, а у арауканцев известны под именем тегуэльхе(че) или хуельхе (чульче). Но описанию дОрбиньи, патагонцы роста около 173 стм., непропорционального сложения (большая голова, при коротких ногах и руках); лицо у них широкое, четырехугольное, с плоским носом и сильно выдающимся подбородком; волосы на голове черные, прямые, толстые и очень редкие. Лицо они раскрашивают в синий и красный цвета, одеваются в шкуры гуанако; из тех же шкур строят себе жилища. Вооружены копьями и боласом (вид лассо). Главное богатство — лошади и собаки; живут охотой. В 1832 г. в сев. части П. поселены были президентом Аргентины Розасом индейцы из пампасов, а патагонцы были оттеснены за р. Рио Негро. В 1880 г. они были сильно истреблены экспедицией Рока и теперь живут в самой горной части П. (около 5000 чел.). Колонизационные попытки испанцев (первая — в 1584 г.) не имели успеха; на восточном берегу уцелела одна Кармен де Патагонес. Попытка чилийцев (1843 51) основать в П. штрафную колонию также не увенчалась успехом. Лучшие результаты дали две английские колонии, Чубут и Санта Круц (с 1865 г.). С 1869 г. П. исследовали Мустерс, Морено, Мояно, Фонтана и др. Ср. dOrbigny, «Voyage dans lAmerique meridionale» (П., 1838); Дарвин, «Путешествие на корабле Биглы» ; Musters, «Unter den Patagoniern» ( 1873); Qiiesada, «La Patagonia» (БуэносАйрес, 1875); Beerbohm, «Wanderings in P.» (Л., 1878); Ramon Lista, «Mis esploraciones en la P.» (Буэнос Айрес, 1880); Dixie, «Bei den Patagoniern» (Лпц., 1882); Oblegado, «Esploraciones de los Rio Negro y Limay» (Буэнос, 1882); Boye, «P., terra del Fuoco etc.» (Генуя, 1883); Lucy Fossarieu, «LEthnographie de lAmer. antarct., Patagons etc.» (П., 1884); Albaracin, «Estudios generales sobro los Rio Negro etc.» (Буэнос, 1886); Burmeister, «Relacion de un viaje а Chubut» (там же, 1888); его же, «Breves datos sobre una excursion а Patagonia» (там же, 1891). Патологическая анатомия Патологическая анатомия, изучая изменения, вызванные в организме различными болезненными процессами, имеет целью присущими ей методами исследования, как определение этих болезненных процессов, так и значение их по отношению к клинической картине болезни и смертельному исходу. Она указывает не только признаки каждого болезненного процесса, но и степень важности этого заболевания и его значение в ряду других патологических явлений, существующих одновременно. Так, напр., больной, умерший от брюшного тифа, представлял при жизни целый ряд уклонений от нормы, из которых некоторые играли большую, другие — меньшую роль. П. анатомия, определяя изменения, найденные на трупе, и сопоставляя их с прижизненными явлениями, указывает, какие именно из них повлекли за собою смертельный исход. Так как анатомический метод исследования открывает только грубые и резкие изменения физических свойств органов, их объема, формы, цвета и пр., весьма недостаточные для определения сущности болезненных процессов, то для более тонкого изучения ее приходится пользоваться микроскопом, т. е. прибегать к П. гистологии. Наконец, значительную роль отводят П. химии, т. е. изучению химических изменений в органах, тканях и выделениях организма. Таким образом основой П. анатомии является вскрытие человеческого трупа, при чем последний необходимо подвергнуть методическому исследованию, имеющему свои строгие, выработанные долголетним опытом, правила. Самому акту вскрытия предшествует наружный осмотр тела, причем обращается внимание на телосложение, общее состояние питания, напряженность, эластичность и окраску кожи, присутствие посмертных изменений в ней (трупные пятна), отношения величины и формы отдельных частей тела, окраску их и т. д. По окончании наружного осмотра переходят ко внутреннему, т. е. вскрытию, при чем исследованию подвергаются три главные полости тела; черепная, грудная и брюшная. Содержимое всех этих полостей, равно как заключающиеся в них органы, осматриваются во всех отношениях. Ознакомившись с грубыми, резкими, видимыми простым глазом изменениями органов и тканей, переходят к изучению их микроскопических изменений и лишь тогда можно составить себе ясное понятие о сущности болезненных процессов. П. анатомия разделяется на общую и частную. Первая рассматривает такие формы болезненных изменений, которые везде проявляются с одинаковыми общими признаками, независимо от местных условий. Таковы — расстройства кровообращения и расстройства питания. Нет ни одной болезни, сущность которой не заключалась бы в расстройствах кровообращения или расстройствах питания, всего чаще в тех и других одновременно. Кроме того в этом отделе излагается учение о паразитах и вызываемых ими расстройствах. Частная патологическая анатомия занимается изучением изменений органов и систем или анатомических явлений, соответствующих частным клиническим формам болезней. Так, напр., явления гиперемии, анемии, воспаления и пр. составляют предмет общей П. Анатомии; изучение болезненных изменений мозга, сердца, легких и других органов тканей организма входят в область частной П. анатомии. Но предметами патологоанатомического исследования является не только труп, но и отдельные части человеческого организма, особенно — удаляемые оперативным путем или отделившиеся путем различных болезненных процессов. История П. анатомии. Отдельные изменения всевозможных частей человеческого тела вследствие различных болезненных процессов были уже известны в глубокой древности, но почти вплоть до ХVIII стол. П. анатомия ограничивалась одним лишь описанием каких либо чрезвычайных аномалий, уродств, громадных опухолей и т. под. Но с течением времени, с общим подъемом науки, росла и потребность сопоставления и определения связи прижизненных явлений в организме во время болезни с изменениями: которые могли быть найдены при вскрытии. Эта задача всего ранее была сознана в Италии, где ее указали Фантони (1652 — 1692) и в особенности его сын Джованни (1676 — 1758), оба профессора и придворные врачи в Турине. Настоящим основателем П. анатомии, как науки, нужно считать ДжованниБаттиста Морганьи, знаменитого автора классического труда, вышедшего в 1761 г. : «De sedibus et causis morborum per anatomen indagatis». Автор считал своей главной задачей установить границы между физиологическими и патологическими формами тканей и, путем сопоставления посмертных изменений с прижизненными явлениями, начертить картину сущности болезненного процесса и его условий. Из непосредственных учеников Морганьи особенного внимания заслуживают миланский профессор Монтеджиа (1762 — 1805.), Ланцизи, Альбертини. Во Франции особенно прославились Сенак, Льето, в Голландии Зандифорт, Бонн, в Германии Гоффман, ученики Галлера — Меккель, Редерер, Вагнер. Блестящих успехов и необычайного развития достигла П. анатомия в настоящем столетии. Уже в самом начале на ее успехи оказали влияние работы Биша. Лучшим отражением их явилось соч. лондонского врача Бейльи (Matthew Baillie): «Morbid anatomy» (1799 — 1802). В 1802 г. впервые появились на нем. языке «Aphorismen aus d. patholog. Anatomie» профессора Феттера в Вене, профессора Лобштейна в Страсбурге, где им основан знаменитый пaтoлoгo aнатoмичecкий музей, Меркеля, Альберса и др. В более близкое нам время, приблизительно ок. половины настоящего столетия, громадную реформу в области П. анатомии произвел Рудодьф Вирхов, который вывел ее из состояния описательной науки и поднял на высоту философского, умозрительного предмета. Он ввел в широких размерах не только гистологические методы исследования, но и экспериментальные работы. Его руководящие принципы, из которых достаточно упомянуть «omnis cellula е cellula» до сих пор господствуют в науке и, благодаря им, П. анатомия представляет теперь одну из самых точнейших медицинских дисциплин. На ряду с Вирховым, ученики которого рассеяны по всему миpy, следует также упомянуть знаменитого венского профессора Рокитанского , который обогатил науку множеством весьма точных исследований. В России П. анатомия преподавалась уже в конце первой и в течение всей второй четверти настоящего столетия. Практические занятия существовали уже в сороковых годах. Но главная заслуга широкой постановки ее преподавания принадлежит петербургскому профессору М. М. Рудневу (1837 — 1878), одному из любимейших учеников Вирхова. Рудневу принадлежит честь создания целой школы, усвоившей его методы преподавания, благодаря которым патологическая анатомия в России стоит всегда на уровне развития этой науки на Западе, при чем и русские врачи обогащают ее множеством прекрасных и разносторонних работ. Г. М. Г. Патология Патология (от греч. слов pathos — болезнь и logos — изучение) — отдел медицины, изучающий сущность, причины и симптомы болезней. П. одна из самых древних наук, получившая весьма значительное развитие за много веков до Р. Хр. П. подразделяют на общую и частную. Первая отыскивает и устанавливает законы, по которым совершаются всевозможные уклонения от нормы; она изучает род болезненных типов. Частная П. изучает всевозможные болезненные состояния, смотря по различным органам, возрастам и даже полам. Прежде, поэтому, различали П. внутренних болезней (внутреннюю медицину, pathologie interne, Innere Krankheiten) и П. наружных болезней — хирургию (pathologie externe). Но с развивающимся все более и более успехом наук стали подразделять эти две главные группы на целый ряд мелких отделов: гинекология, педиатрия, отиатрия, офтальмология, дерматология, сифилидология, хирургия, ринология, психиатрия и др. Каждая из этих отраслей наук описывает соответственные отдельные болезни. В отличие от частной, общая П. оставляет совершенно в стороне описательную сторону этих явлений; она не рассматривает в частности отдельных видов болезней со всеми их признаками и условиями, которые могут вызвать каждый частный вид заболевания. Она исходит от функции каждого органа или каждой системы тела и определяет в каждом болезненном явлении, в чем заключается уклонение от нормального жизненного процесса. По отношению к различным отделам частной П. она является общей , в смысле объединения однородных процессов; по отношению к физиологии, изучающей функции здорового организма, она является патологическою физиологией. До второй четверти настоящего столетия общая П. совершенно лишена была экспериментального характера и была ничем иным, как чисто — метафизическим толкованием сущности и причин болезней. Лишенная устойчивых основ, общая П., со времени Гиппократа, являлась смесью самых противоположных учений. Отраслью положительного знания общая П. становится лишь со второй четверти настоящего столетия, со времени открытия клетки, т. е. с того момента. когда явилась возможность в измененной морфологии клеток находить материальный субстрат для различных болезненных явлений. Чем больших успехов достигала физиология, тем более точный данные вырабатывала и общая П. В настоящее время она представляет чисто экспериментальную науку, изучение которой мыслимо только в лабораториях. Громадную заслугу в ее развитии, начиная со второй половины настоящего столетия, имели немецкие ученые: Вирхов, Конгейм, Самуэль, Либермейстер и др.; во Франции труды физиологов Клод Бернара и Лонже также внесли много света в сущность 6олезненных процессов, происходящих в организме. В России общая П. занимает высокое положение в числе ее представителей выдаются Лукьянов, Пашутин, Подвысоцкий и др. Особенно ценные работы по общей П. выходят из института экспериментальной медицины в СПб., под руководством проф. Лукьянова, Ненцкого, доц. Ускова, Виноградского и др. В настоящее время работы русских врачей по общей П. печатаются как в «Архиве Биологических Наук», издав. институтом, так и в «Русском Архиве П., Клинической Медицины и Бактериологии», издающемся под ред. проф. Нодвысоцкого, в Киеве. Патриархи Патриархи (patriarchV — родоначальник, праотец) — так называются в Свящ. Писании (см. напр. Деян. Апост. VII, 8, 9; Посл. к Евр. YII. 4) благочестивые родоначальники народа Бодая (еврейского), жившие до закона, данного на Синае, и бывшие исключительными носителями истинной религии и связанного с нею обетования о Спасителе. Первые десять П. (Адам, Сие, Енос, Каинан; Малелеил, Иаред, Енох, Маеусал, Ламех и Ной), как жившие до потопа, наз. допотопными П.; все они наделены были необычайною долговечностью и служили живыми хранителями и истолкователями вверенного им обетования. Из П., живших после потопа, особенно замечательны Авраам, как отец и родоначальник нового поколения верующих, а затем Исаак, Иаков и Иосиф. Со смертью Иакова и Иосифа оканчивается патриархальная эпоха библейской истории. Отличительною особенностью ее является близкое и непосредственное общение П. с Богом и управление народом на основании общепризнанных нравственных правил, еще не соединенных в формальное законодательство (кроме первичного свода в «Ноевых законах»). В жизни П. усматривается как бы прообразование будущих событий. Так, соединение в Спасителе божеского и человеческого естества изображено в лестнице, виденной Иаковом; Его страдания, понесенные Им от своего народа, но сделавшиеся источником благословения для всего человечества — в приключениях Иосифа; Его крестная смерть и воскресение — в жертвоприношении Исаака. Странническая жизнь П. не дозволяла им избрать какое либо одно место для богослужения; время и место для принесения жертв определялись или явлениями Божьими, или какими либо особыми знаками небесного благоволения. Ознаменованное таким образом мес. то богослужения и созданный однажды жертвенник навсегда пользовались особенным уважением и обыкновенно избирались П. для новых жертвоприношений. такими местами богослужения были гора Mopиa, дубрава Мамре. Вефиль, Вирсавия и др. В среде П. все обетования передавались по праву первородства, получаемому чрез особое благословение; охранялась святость брака и отвергалось всякое смешение с идолопоклонниками (Быт. XXXIV, 7, 13, 31; ХХХVIII 24; XXVI, 34, 35; XXVII, 46). Почтительное повиновение родителям считалось главнейшею добродетелью. Семейная жизнь отличалась первобытною простотою; брак заключался с благословения и указания родителей; известны, однако, примеры своевольных браков (напр. женитьба Исава), ведших к семейным раздорам и недовольству. В Mиpских делах господствовала патриархальная форма правления: власть сосредоточивалась в руках главы семейства или рода, патриарха; он распоряжался судьбою своих детей и домочадцев, производил суд и расправу, имел право жизни и смерти (Быт. Л. ХХXVIII, 24) и в случае внешней опасности являлся полководцем (как напр. Авраам); за которым признавалось право войны и мира. Все эти права и обязанности не имели еще вполне определившегося характера и вытекали лишь из естественного положения отца, обязанного заботиться о защите и благосостоянии своего рода. См. А. П. Лопухин, «Руководство к библейской истории Ветхого Завета» (СПб., 1888); его же, «Библейская история при свете новейших исследований и открытий» (Ветхий Завет; СПб., 25 1839); А. Лебедев. ветхозаветное вероучение во времена патриархов (СПб., 1886). Патриотизм Патриотизм — любовь к отечеству. Когда собирательная жизнь человечества держалась на кровной связи между членами отдельных небольших групп, чувство общественной солидарности совпадало с чувством семейным. Такой первичный П. рода или племени совместен и с кочевым бытом. При переходе племен к оседлому земледельческому биту, П. получает свое специфическое значение, становясь любовью к родной земле. Это чувство естественно слабеет в городском быту, но здесь развивается новый элемент Я. — привязанность к своей культурной среде или к родной гражданственности. С этими естественными основаниями патриотизма, как природного чувства, соединяется его нравственное значение, как обязанности и добродетели. Основной долг благодарности к родителям, расширяясь в своем объеме, но не изменяя своей природы, становится обязанностью по отношению к тем общественным союзам, без которых родители произведи бы только физическое существо, но не могли бы дать ему преимуществ достойного, человечного существования. Ясное сознание своих обязанностей по отношению к отечеству и верное их исполнение образуют добродетель П., которая издревле имела и религиозное значение. Отечество не было только географическим и этнографическим термином — оно было вотчиной особого бога, который сам, по всей вероятности, было более или менее отдаленною трансформацией умершего родоначальника. Таким образом служба родине была деятельным богослужением, и П. совпадал с благочестием. Не культ зависел от родины, а родина, как такая, создавалась культом: отечество было землею отцовских богов, и потому беглецы, уносившие с собою этих богов, через них основывали новое отечество. Забирать к себе чужих богов было самым прочным средством для завоевания чужих земель, как это и делалось римлянами. Мирный синкретизм различных культов, преобладавший у эллинов, также содействовал ослаблению местного П. К концу древнего мира греческое смешение и римское поглощение привели к образованию двоякого П., окончательно упразднявшего этнографические и географические границы: П. общей государственности (воплощенной окончательно в лице императора, на которого в учреждении кесарской апофеозы было перенесено и религиозное значение общего отечества) и П. высшей культуры. У евреев П. хотя сохранял преобладающий религиозный характер, но при этом стал также универсальным. Через духовную работу пророков еврейского народ дошел до сознания, что его племенной и местный Бог есть единое Божество над всем миром. В сознании пророков и апостолов первое, земное отечество должно было погибнуть, чтобы возродиться во всеобъемлющем царствии Божием. К познанию и созиданию этого царства призывались равно все народы, и этим освящался П. национальный, но лишь под условием всечеловеческой солидарности, т. е. как любовь к своему народу не против других, а вместе со всеми другими. Не только для исполнения, но и для сознания большинством человечества этого высшего требования нужен был еще не окончившийся доныне переходный процесс, характеризуемый преобладанием исключительно национального П. и враждебного соперничества народов. В средние века народная вражда не имела принципиального значения, уступая теократической идее (царства Божия), в двух ее исторических материализациях — церковной (папство) и государственной (империя). Естественная любовь к ближайшему отечеству существовала, но решительно подчинялась в нравственном сознании требованиям высшего универсального порядка. Как некогда пророк Иеремия проповедовал евреям политическое самоотречение и покорность чужому завоевателю, как второй Исаия видел спасителя своего народа в персидском царе Кире, так величайший патриот Италии, Дант, призывал для спасения своего отечества немецкого императора из за Альп. В чисто национальном виде патриотическое чувство ярко проявилось в начале XV в. во Франции, в лице Жанны дАрк. Столетняя война французов с англичанами не имела принципиального характера в других отношениях: в религиозном — обе стороны принадлежали к одной и той же церкви, в политическом — к одному и тому же феодально монархическому строю; основы быта общественного были одни и те же; война представлялась сначала лишь династическою борьбою Валуа и Плантагенетов за престол Франции. Но постоянные встречи с чужими народным характером мало по малу пробуждали у французов ревнивое чувство своей народности и вызвали наконец откровение национальной идеи. Жанна дАрк впервые дала простую и ясную формулу чисто национальному патриотизму: быть независимыми от чужеземцев на своей земле и иметь среди себя своего собственного верховного главу. В Германии столетием поздние возбуждение национального П. в борьбе с чужеземною церковною властью ослаблялось и осложнялось принципиальным религиозным значением этой власти, которое для многих перевешивало национальные требования. Вследствие этого произошел раскол между немцами католиками: и немцами протестантами, и национальный П. Германии мог утвердиться только в XIX в., с ослаблением религиозного чувства и под влиянием внешней борьбы за политическое существование против двух Наполеонов. Подобным же образом в борьбе с чужими элементами развивался национальный П. и в других странах. В настоящее время он достигает, по видимому, своего кульминационного пункта. В передовой европейской стране — Франции — П., для большинства нации, заменил собою религию. Первоначально отечество было священно как вотчина своего, настоящего бога; теперь оно само признается чем то абсолютным, становится единственным или, по крайней мере, самым высшим предметом поклонения и служения. Такое идолопоклонство относительно своего народа, будучи связано с фактическою враждою к чужим, тем самым обречено на неизбежную гибель. В историческом процессе все более и более обнаруживается действие сил, объединяющих человечество, так что исключительное национальное обособление становится физическою невозможностью. Повсюду сознание и жизнь приготовляются к усвоению новой, истинной идеи П., выводимой из сущности христианского начала: «в силу естественной любви и нравственных обязанностей к своему отечеству полагать его интерес и достоинство главным образом в тех высших благах, которые не разделяют, а соединяют людей и народы». Вл. Соловьев
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   88

  • Патологическая анатомия
  • Патология
  • Патриархи
  • Патриотизм