Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Екатерина Вильмонт Гормон счастья и прочие глупости




страница3/28
Дата06.07.2017
Размер2.49 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28
— Мам, что у тебя стряслось — Ничего пока. — Что значит — пока — То и значит — пока ничего не стряслось. — Но может стрястись — Всегда что-то может стрястись. — Ой, мать, ты мне не нравишься. — Я не обязана всем нравиться. — Всем — не знаю, а мне — обязана. — Ты полагаешь — рассеянно спросила я. Меня вдруг стал занимать вопрос, как бы Полька отнеслась к такой авантюре. Боюсь, что восторженно. А Женя, как Женя отнесется Уверена на все сто — сугубо отрицательно. Ну да ему лучше вообще не знать об этом. Скажу, что уезжаю с шефом в длительную командировку, и все. Он поверит. Такое не раз бывало. Он ревновал, а мне это даже нравилось, дуре. Ревнует — значит, вроде как любит. Вроде как… Нет, я не сомневалась, что Женя меня любит. Я сомневаюсь лишь в том, что я его люблю. Но его любит Полька, он ее тоже, что немаловажно. А мне уж ладно, стерпится — слюбится. Но что же мне спеть сегодня у Гордиенко Господи, у меня разве хватит смелости открыть рот при нем Ой, мамочки, во что меня втягивает этот обалдуй Венька И тут он позвонил: — Буська, готова — Нет. — То есть как Все снова-здорово Буська, не начинай! Я буду у тебя через пять минут! Изволь одеться. Нельзя заставлять ждать народного артиста. И надень, пожалуйста, что-нибудь подчеркнуто строгое, деловое. — Зачем — Для контраста! Войдет такая строгая дама и вдруг запоет! Отвал башки! — Это я тебе гарантирую! — Что — Отвал твоей дурацкой башки! — Бусенька, я тебя обожаю. — А я тебя ненавижу, козла! — Я швырнула трубку. — Мать, ты с кем так строго — С Венькой. — За что — Есть за что, не сомневайся. — Не сомневаюсь. Ты куда-то собираешься — Да. Венька требует, чтобы я пошла с ним в гости. — В качестве телохранителя, что ли — Какого телохранителя — Ну чтобы охранять его знаменитое тело от нападения всяких разных коз — Ну что-то в этом роде, — пробормотала я. — А к кому в гости — К Гордиенко. — Ух ты, клево! Ты там посмотри, у него потрясная собака. — А ты почем знаешь — В каком-то журнале видела. Лабрадор. Мамочка, ты там разузнай, как за ней ухаживать. — Зачем это — Мне Женя обещал щеночка Лабрадора. — А что он тебе еще обещал — Горные лыжи! — Через мой труп. — А щенка Тоже через труп По сравнению с горными лыжами щенок — это такие пустяки… — Нет, щенок без трупа обойдется, но… Гулять с ним я не буду! — А зачем вообще гулять, мы же будем за городом жить, когда вы поженитесь. Так, они уже все решили без меня. — Там будет видно. Тут явился Венька: — О, Полина, ты уже не ребенок, ты телка! — Венька, заткнись! — разозлилась я. А Полина, наоборот, обрадовалась такому комплименту. — Ну ты готова, Буська Отлично, пошли. Ой, а гитара — Мать, ты что, собираешься глотку драть у Гордиенко Не советую. — Ты как с матерью разговариваешь — напустился на нее Венька. — Да если хочешь знать, из нее могла бы выйти классная певица. — Чего ж не вышла — хмыкнула дочь. — Много будешь знать, скоро состаришься. Пошли, Буська! Что было у Гордиенко, я помню очень смутно. Когда мы с Венькой уже глубокой ночью вышли на улицу и сели в машину, он сказал: — Согласись, я все-таки гений. — Почему — Потому что выбрал тебя. — Вень, а что это было Он внимательно на меня посмотрел: — Это был успех. Явный и определенный. Сама, что ли, не поняла — Нет, я была все время как в тумане. — Не придуривайся! — Честное слово, Венечка, я даже ничего не помню. — Интересно, а ты запомнила, что завтра должна начать с ним репетировать — Завтра Репетировать — искренне удивилась я. У меня есть странное свойство — иногда, если очень волнуюсь, я потом почти ничего не помню. Такое со мной уже не раз бывало. — Буська, возьми себя в руки. Завтра в десять ты должна приехать к нему. — В десять вечера — Утра! — Но я же работаю. — Завтра суббота! — Ой, правда! С ума сойти! Венька, это что же выходит, я поеду на заграничные гастроли — Выходит, так! — Опупеть! — Ты уже опупела! Вот что, сейчас я поднимусь к тебе, ты дашь мне заграничный паспорт и две фотки на визу. — Я не знаю, есть ли у меня, я завтра снимусь… И вообще, что ты сделаешь с паспортом в субботу — Тогда придется еще раз к тебе тащиться, а у меня со временем зарез. Ладно, черт с тобой. Кстати, вот тебе анкеты, заполнишь и в воскресенье где-нибудь пересечемся. Он вытащил из валявшейся на заднем сиденье папки два листочка и сунул мне в руки: — Держи. И хватит трястись. Все уже позади. — То есть как это — позади Все еще только начинается. — Ерунда. Главный экзамен ты сдала на пятерку. Знаешь, какой Гордиенко строгий А тут просто поплыл. Кстати, я думаю, не только от твоего вокала. Мне так показалось. — То есть — Ну приглянулась ты ему! — Не выдумывай! — Да чего ты пугаешься Тебе ничего не грозит. Он прекрасный муж, отец и дедушка. Но некоторая влюбленность на сцене не помешает. К тому же, если пустить слух… — Что Какой еще слух — О вашем романе с Юрашей. Знаешь, как побежит израильская публика смотреть на тебя — Я тебя убью! И никуда не поеду. — Ну если убьешь, то и вправду никуда не поедешь, так что не советую! — Дело в том, что мне, скорее всего, не дадут отпуск! — То есть как — А вот так! У нас все спланировано, расписано, и неожиданно отпуск могут дать только в каком-то крайнем случае. — Не волнуйся, это не проблема. — Что — Придумать крайний случай! Чепуха! — Я не умею. — Черт с тобой, возьму это на себя. И в понедельник он явился ко мне на работу. Наши все вытаращили глаза, а он уединился с Инной Геннадьевной — и через двадцать минут отпуск был подписан. Причем с завтрашнего дня. А отъезд, вернее, отлет был назначен на следующую неделю. Совершенно ошарашенная, я пошла его проводить к выходу: — Что ты ей наплел — Какая разница — Что значит — какая разница Я должна хотя бы знать, что ты наврал, чтобы не попасть в неловкое положение. — Не попадешь! За это я ручаюсь. Она обещала быть предельно деликатной. Ну все, я помчался, времени нет! Вот так я избавилась от гнетущего ощущения, что надоела сама себе. Мне было некогда. Я репетировала с Гордиенко, и это было фантастически интересно. Сюжет одноактной пьески заключался в том, что неудачливая певичка из провинции приезжает в Москву, является к пожилому продюсеру и начинает повсюду преследовать его своим пением, пока наконец он не влюбляется в нее. Весьма милый водевильчик, не более того. К тому же содранный с какого-то бродвейского мюзикла, ужатый до одноактной пьески и перенесенный на российскую почву. Роль у Гордиенко главная, и играет он ее, насколько я могу понять, блистательно. Моя же роль сводится к музыкальным иллюстрациям его рассказа. Вся пьеса занимает сорок минут. — Бронечка, детка, вы можете петь что хотите, это несущественно. Главное — не бояться публики. А маночек в вас есть. Зритель от вас будет тащиться, — успокаивал он меня. — И пожалуйста, постарайтесь сохранить тот испуг, который у вас есть, зафиксируйте его, это поможет… — Нет, Юрочка, — вмешалась его жена, педагог в театральном училище, — не надо ничего фиксировать. Насколько я понимаю, Броня не собирается менять профессию, и ее испуга вполне хватит на ваши гастроли. Обнаглеть она просто не успеет. — Ох, не скажи, — вздохнул Юрий Митрофанович. — Иной раз люди наглеют моментально. — Ну, по-моему, это не тот случай. Они говорили так, будто меня с ними не было. Но Нина Ивановна все-таки обратилась ко мне: — Броня, я не ошибаюсь на ваш счет — Нет, мне бы только набраться наглости, чтобы выйти на сцену и рот открыть. — Ну это, конечно, важно, но Юра вам поможет. Не знаю, как насчет театральной карьеры, но диск я бы на вашем месте записала. Вы чудесно поете. Слышать такое было приятно до ужаса, но мне все казалось, что они это говорят, чтобы подбодрить меня, чтобы я от страха не сорвала гастроли. До отъезда оставалось три дня, а я, занятая репетициями и поисками подходящего репертуара, еще не уладила и половины дел. По дороге домой от Гордиенко я решила, что прежде всего поговорю с Полькой. Ничего от нее скрывать не стану, а вот отцу, которому надеюсь ее подкинуть, правду говорить нельзя, поэтому мне необходимо заручиться ее поддержкой. К счастью, она была дома. — Полина, поди сюда! — Мам, подожди, я досмотрю… — Долго еще — Десять минут! Она с упоением смотрела бесконечный сериал «Бедная Настя». — Ма, чего — явилась она на кухню, где я готовила обед на завтра. — Полина, у меня к тебе разговор. — Воспитывать будешь — обреченно вздохнула она. — Нет. Все гораздо интереснее. И я рассказала о предстоящей авантюре. У нее загорелись глаза. — Мам, ты не врешь — Мне бы и в голову не пришло такое врать. — Супер! — Что — Все! Ох, Веня молоток! А ты почему мне раньше не говорила — Потому что была уверена, что Гордиенко меня забракует. Кстати, собака у него умерла. — Ой, как жалко! — огорчилась Полька, но тут же глаза ее снова засияли. — Мам, а мне нельзя с тобой поехать — Нереально! — Почему — По целому ряду причин, начиная с того, что у меня там свободной минутки не будет. — Но ты же вроде сказала, что неделю будешь отдыхать! А я бы, пока ты работаешь, о тебе заботилась, супчик варила диетический. — В гостинице — А чего Плитку можно взять! — Прекрати, Полька. Я умираю со страху, а ты с глупостями. — Ладно, я понимаю, у меня шансов нет. — Вот и умница. — Значит, ты меня оставишь тут одну — Нет, на это время переберешься к деду. — Кайф! А он в курсе — В том-то и дело, что нет. И я хочу, чтобы это была наша с тобой тайна. — Супер! Да, дед небось лапти сплел бы, если б узнал. — Лапти Какие лапти — опешила я. — Ну ма, это ж значит коньки отбросить. Или сыграть жмура. — Господи помилуй, где ты этого кошмара набралась — В гимназии, мамочка, — опустив благонравно глазки, сказала она сладеньким голоском. — Ладно, мам, это все фигня, ты мне лучше скажи, ты под своим именем позориться будешь — Ты уверена, что я провалюсь — Нет, наоборот, просто у меня такая манера выражаться. — Конечно, я возьму псевдоним. — А какой — Еще не придумала. — Надо что-то такое броское, чтобы как взрыв! — Там и без меня хватает взрывов. — Ой, а я и забыла, что там война! Мам, а ты не боишься — Сейчас я боюсь только выхода на сцену. Все остальное мне кажется не так страшно. — Ничего, не бойся, мамочка, у тебя получится! Ой, а Женя в курсе — Нет, — тяжело вздохнула я. — Ему тоже врать будем — Будем! Он не поймет. — Это точно. Вообще-то я тоже не очень понимаю… — Чего ты не понимаешь — с тоской спросила я. — Как ты согласилась Ты же вообще такая разумная, выдержанная, мне дед всегда тебя в пример ставит… — А мне надоело… — Что — Все, я тебе уже говорила — и тут вдруг такое предложение. А еще я хочу изменить внешность. — Класс! Давно пора! Надо что-нибудь эдакое забацать! — Забацаю! Но еще не знаю, что именно. Завтра пойду. — Куда В салон красоты — Ага, мне жена Гордиенко посоветовала одну мастерицу… — Мам, а ты знаешь, я тебя уважаю! — вдруг серьезно проговорила моя неожиданная дочка. — Уважаешь Вот и хорошо. — А знаешь за что — Ну — В твоем возрасте вляпаться в такую историю… Это круто! Она, кажется, считает меня старухой! — И не волнуйся, я буду хранить эту страшную тайну! Но ты должна мне кое-что пообещать. — Новый мобильник — Я об этом не подумала, но в принципе тоже нехило. Но главное — возьми у деда видеокамеру, и пусть Веня запишет спектакль! Я должна это видеть и слышать. По-моему, справедливо! — Безусловно, это только справедливо, — согласилась я. — Но под каким предлогом я возьму камеру — Ну наври что-нибудь! — Ой, и так приходится много врать. Я надеюсь, что у Веньки есть камера. — А если нет Ты скажешь деду, куда ты едешь — Скажу. Чем меньше врать, тем легче. — Значит, Израиль не тайна, а что ты там будешь делать — Еще не придумала. — А я знаю! Ты там будешь лечиться на Мертвом море! Я даже застонала от восторга: — Полина, ты гений! Но папа ведь спросит, от чего я собираюсь лечиться. — Говно вопрос! Закатишь глазки, потом потупишь и скажешь: «Папа, это по женской линии». Он дальше спрашивать не станет. — Здорово придумано… У тебя что, такой большой опыт по части вранья — Ну не то чтобы большой… Но кое-какой есть. Да ты не бери в голову, я не тебе вру, в основном в гимназии.., там не обойдешься… А вообще-то сейчас ты сама меня на вранье подбиваешь, — опомнилась она. Мы расхохотались и крепко обнялись.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28