Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Екатерина Вильмонт Гормон счастья и прочие глупости




страница14/28
Дата06.07.2017
Размер2.49 Mb.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   28
Утром первая мысль, пришедшая мне в голову, была: я хочу видеть Андрея. Я так испугалась этой мысли, что даже перекрестилась, словно он был черт. Но видимо, нет, потому что крестное знамение не помогло. Я хотела его видеть! Посмотрела на часы: семь! Я совсем мало спала. За окном было еще серо. Пойду-ка искупаюсь до завтрака. Вода с утра еще прохладная, может, это приведет меня в чувство Сушить купальник в гостинице было негде, и я на ночь вешала его на открытое окно. В ванной он и за сутки плохо высыхал. Оделась, выскочила из номера и у лифта увидела Андрея. — Привет! Куда в такую рань — улыбнулся он. — Купаться! А ты — И я. Мы вошли в маленький зеркальный лифт. Мне вдруг стало там душно. И он это заметил. У него глаза опасно потемнели. Но тут лифт остановился. Внизу в задумчивости стоял Златопольский. — Вы куда это в таком составе — На пляж! — Да И я с вами, можно — Конечно! — несказанно обрадовалась я. Мне было страшновато. По дороге Андрей с Вовиком оживленно обсуждали какое-то футбольное событие, и слава богу. Чтобы попасть на пляж, надо перейти узкую проезжую часть на набережной. У перехода собралась небольшая толпа. — Бомба! — как-то буднично сообщил Андрей. — Что — ахнула я. — Видишь машину Из нее сейчас выйдет робот! И вправду из машины спустилось какое-то устройство, которое самостоятельно направилось к валявшемуся у самого спуска на пляж пластиковому пакету. — Ой, а если рванет — спросила я, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища. Я такое видела впервые. Стоящая рядом женщина успокоила меня: — Скорее всего, ложная тревога! Но береженого Бог бережет. Тревога и впрямь оказалась ложной, но зато начисто сбила меня то ли с лирического, то ли с эротического настроя. И мне сразу стало легко! А тут еще и Вовик, который мне все равно нравился, несмотря на его ориентацию. Он был милый и талантливый. Андрей сразу далеко уплыл, а я в воде болтала с Вовиком, который считал своим долгом не оставлять меня одну. — Вова, ты плыви, я не боюсь одна! — Но тебе же будет скучно! Вот Андрей вернется, тогда я поплыву! Общества Андрея я боялась куда больше, чем одиночества. Наконец он подплыл к нам. — Андрюша, я тут сторожил Бронечку, теперь твоя очередь! Когда Вовик отплыл подальше, Андрей вдруг шепнул: — Вот не думал, что ты такая трусиха! — Я не трусиха, просто зачем мне лишняя головная боль! — Я призвала на помощь весь свой крохотный актерский опыт. — Ну-ну! — произнес он насмешливо, а у меня душа опять ушла в пятки. Я, кажется, все-таки в него влюбилась. Более неподходящего объекта и не придумаешь! Ничего, я буду бороться с собой! — Броня это все-таки не броня, — словно услышал мои мысли он. Меня как будто крапивой стегнули. Однажды в детстве Венька со мной такое проделал. И ему это дорого обошлось. Я так разозлилась, что расцарапала ему всю физиономию. Больше он со мной так не шутил. Царапать Андрея я не стала, но и сдерживать себя не собиралась: — Ну вот что, ты, секс-символ и кто ты там еще, запомни раз и навсегда: я для утирки носа твоей блядовитой жене не гожусь! Ищи кого-нибудь другого! Думаю, это не проблема! Он совершенно опешил. — Послушай, я… — Разбирайся с ней сам! Мне и своих проблем хватает! Я выскочила из воды, схватила сарафан и полотенце и побежала прочь. А он крикнул мне вслед: — Броня крепка, и танки наши быстры! Едва войдя в ресторан, я сразу увидела нарезанный ярко-красный арбуз. В мае! И действительно без косточек. Я сразу забыла все на свете. Из наших в зале был только Гордиенко. — Броня, иди сюда! — махнул он мне. — Видишь, я ем твои бутерброды! — Я польщена! — Ты не выспалась — А что, заметно — Да. Но это не страшно. В твоем возрасте это даже придает женщине известный шарм… — Он внимательно посмотрел на меня. — Уууу! — Что такое — встревожилась я. — Смятение, барышня, в глазках-то. И что тому причиной Надеюсь, не вчерашний казус — Какой казус — не сразу сообразила я. — Вон даже как! Весна, весна, пора любви! Только объект, детка моя, неподходящий, — добавил он едва слышно. Я вспыхнула: — Юрий Митрофанович! — Знаю-знаю, не мое дело! Молчу! — Вы не так поняли. Просто нет никакого объекта. Все дело в Веньке! — Чтобы замести следы, я сразу сдала двоюродного брата. — А что с Вениамином И я выложила ему историю появления на свет Венчика. — Вот этот дивный малыш, который читал «Анчар» С ума сойти! Но Вениамину не позавидуешь. Если мать мальчика вызывает у него отвращение… По законам мелодрамы раскаявшийся блудный отец должен безумно полюбить ребенка и оценить верную и преданную любовь скромной девушки, которой довольно иметь ребенка от любимого. Море слез и просветленные улыбки. Марш Мендельсона и ожидание братика. Или сестрички. Третьего не дано. — Боюсь, это не тот случай. — Да. К тому же все-таки не мешает сделать анализ на ДНК. — Но мальчик очень похож на Веньку в детстве. — Боже мой, все красивые и упитанные младенцы более или менее похожи друг на друга. Пухлые щеки, трогательные ротики, блестящие кудрявые волосики… — Юрий Митрофанович, вы так говорите об этом… С вами бывало что-то подобное — Ах, Бронечка, такое случается сплошь и рядом. Гастрольная жизнь… У нее свои законы и свои соблазны. Вот лет десять назад я приехал в Новосибирск на какое-то мероприятие, и ко мне заявляется девушка чудной красоты. У меня сердце дрогнуло — человек слаб. Но она вдруг, заливаясь краской и слезами и безмерно смущаясь, сообщает мне, что она моя дочь… Как, что Она рассказывает мне банальную историю: дескать, девятнадцать лет назад я был на гастролях в Новосибирске — и у меня случился роман с ее матерью. В результате на свет появилась она. Мать безумно меня любила, но не хотела ничем обременять, ну знаешь эту вечную сказочку… А теперь вот мать умерла и дочка осталась одна-одинешенька на свете… Она была очаровательна, но я совершенно не помнил ее маму. Ну начисто. Хотя исключить этот факт все же не мог. Мало ли что случается на гастролях… Разве упомнишь все И я, старый дурак, рассиропился было. Пожалел прелестное одинокое создание. Но у меня есть школьный друг, крупный биолог, он предложил мне сделать анализ на ДНК, тогда это еще было сложно. Ну и выяснилось, что прелестное создание не имеет ко мне ни малейшего отношения. А должен признать, что я заметил явное сходство девицы с моей родной сестрой в ранней молодости. — Правда А что же с прелестным созданием — Пожалел дурочку, познакомил ее с одним болгарином. Он очень быстро на ней женился. Она и вправду была прелестна. Так что… В этот момент появились Андрей с Ларисой и сели неподалеку от нас. — Броня, разве можно с утра есть столько арбуза Ты же, пардон, не сможешь выйти из номера! — смеясь, заметил Гордиенко. — Юрий Митрофанович, я больше всего на свете люблю арбуз! А этот такой вкусный! Да еще в мае! — Ты так аппетитно его ешь… Я тоже захотел. Он поднялся, чтобы положить себе арбуз, а Лариса ослепительно улыбнулась мне: — Бронь, я вчера видела, что та лавочка открылась, ну ювелирная. Я заглянула, там та же старуха торгует. И сегодня до двух у нее будет открыто. Сбегаем после завтрака, а Андрей смотрел на меня с насмешливым интересом. Как я отреагирую. — Сбегаем, конечно! — решительно ответила я. Почему бы и нет После завтрака мы как ни в чем не бывала отправились в ювелирную лавчонку. Это был крохотный закуток, сплошь завешанный недорогими, но красивыми украшениями из серебра, меди и мельхиора. Древняя, лет под девяносто, старуха обрадовалась Ларке как старой знакомой и на ломаном русском стала расхваливать длинные серебряные серьги, действительно очень эффектные. Я бы и сама от них не отказалась, но у меня для них не хватало роста. И я принялась разглядывать браслеты, чтобы осуществить наконец свою давнюю и навязчивую идею. Выбор был большой. — Давай, дева, я поставлю тебе серьги, и ты видишь сколько красиво… — Красиво, да, — согласилась Лариса, — но я не люблю такие замки. У меня от них уши болят. — Проблема нет. Я менять замки, но ты не правильно, это хороший французский замки… — Они мне неудобны. — Хочешь такой Совсем простой Пусть! Сейчас сделаю. И старуха с потрясающей для ее возраста сноровкой поменяла замки на сережках. Заметив мое восхищение, она с довольным видом кивнула: — Я старый ювелирка, тут половина моя работа! Этот браслетка тоже. — Вы из России — спросила я. — Нет, я из Румынии. Но я знаю двадцать языка. Немножко, но знаю. Ты хочешь эта браслетка — Да. И еще вот эти три… Я надела все четыре браслета на одну руку, и мне страшно понравилось. — Хорошо. Только надо еще одна! — Старуха вытащила из ящика браслет с висюльками. — Поставь это тоже! Вот теперь красота! И действительно, теперь было то, что надо! — Все берешь — А сколько это стоит — Ты много берешь, я делаю тебе скидка! Она взяла с меня совсем недорого за такую красоту. — Господи, какое счастье в таком возрасте еще работать! — воскликнула я. — Я без работы никогда не стою. Мне уже девяносто один год, и я была в гетто.., умирала там. И моя сестра думать, я умер, все думать, я умер. А я все живу. И мне еще не надоело! Она была завита, крашена хной, на губах яркая помада. Мы сердечно с ней простились. — Чудо, а не старуха, правда — сказала Лариса. — Да. О такой старости можно только мечтать. — Да ну… Старость, даже такая, ужасна! Не хочу стариться! — Сколько тебе лет — Двадцать семь. — О! Тебе еще рано о старости думать. Сейчас она была милой, нормальной, и я вдруг засомневалась: неужели это она хотела мне напакостить — Давай кофейку выпьем, а — предложила она. — Давай. Мы зашли в маленькое кафе. Там работал кондиционер, и было прохладно. — Смотри, какие пирожные! Давай по одному, а — С удовольствием. — Послушай, Бронь, я что хотела сказать… Я вижу, что ты на Андрея запала… — Ларка, ты спятила! — Да нет, я ж не слепая! Да мне не жалко, пожалуйста! — Ты больная — Нет, я-то как раз здоровая. А вот он… — Что — Импотент. — Да ты что — обомлела я. — Да, и довольно давно. А почему, ты думаешь, я на сторону смотрю Я не ухожу от него просто из жалости. Так что… Ты понимаешь, он не хочет в это поверить.., пытается иногда.., ну с другими… И ничего. Только каждая такая попытка это кошмар! Он впадает в такое отчаяние… — А он не лечится — Лечился, а толку чуть… Его сглазила какая-то баба… У меня сердце кровью облилось от жалости. К нему, а не к ней. И тут же я вспомнила утреннюю встречу. Она не была похожа на встречу с импотентом. И в заигрывании Андрея не было никакого надрыва. Легкая игра опытного и уверенного в себе мужчины. Но может, и в самом деле игра, но не мужчины, а прекрасного актера — Лара, а зачем, собственно, ты мне это рассказываешь — Жалко мне тебя. Сперва на педика губу раскатала, а потом на импотента. Мне стало тошно. — Знаешь, я как-нибудь сама разберусь со своей половой жизнью. — Конечно, только зачем зря время тратить на пустой номер. Хочешь, с охренительным мужиком познакомлю — Да нет, спасибо, у меня вопрос так остро не стоит. — Счастливая! А я вот мучаюсь. Да еще Андрюшка ревнует как сволочь. Я бы бросила его, но… — Ты уже говорила, что тебе его жалко. — Жалко, конечно. Но если встречу подходящего мужика, чтобы устроить свою жизнь во всех смыслах, уйду, не дрогну. Сколько можно — Ну, если не дрогнув, то зачем ждать — Потому что Андрюшка мне все-таки задницу прикрывает. У него успех, популярность, он сейчас прилично зарабатывает.., вот в эту поездку меня протырил.., твой братишка не хотел меня брать, думаешь, я не знаю Да и вообще.., уходить в пустоту неохота. — Тебе жить негде — Ну, положим, у меня есть где жить, осталась квартирка от старшей сестры, крохотная. Но Андрей, если мы расстанемся, квартиру по-любому оставит мне, он же строит из себя порядочного. Первой жене с сыном оставил квартиру. И мне оставит. — Но ведь у тебя есть… — Вот пусть он там и живет, я не против. — А он в курсе твоих планов — Думаю, догадывается. Я на тринадцать лет моложе, я здорова, мне мужик нужен… — Ладно, Ларис, пойдем, что ли — Пошли, — согласилась она. Когда мы уже подходили к нашей улице, у Ларисы зазвонил телефон. Она глянула на экранчик и расцвела. — Алло! Да, я! Конечно! Хорошо, договорились! Я сегодня свободна! Блеск! Пока! Опять свиданка, судя по всему. — Броня, придумай что-нибудь! — Что я должна придумать — Ну давай умотаем куда-нибудь вместе, а — Куда — Куда хочешь! Мы только вместе выйдем, а потом ты свободна как птица! Ну, Бронечка, пожалуйста! — Нет. Хватит с меня. Я и за себя-то врать не умею, один раз попробовала, и то чуть по морде не схлопотала. Но жениха потеряла. — Как же ты живешь Совсем не по лжи — хмыкнула она. — А мне некому врать. Я одна живу. Только с дочкой. А тебе, похоже, часто врать приходится. У тебя опыт больше. К счастью, в этот момент кто-то крикнул: — Девушки, куда ходили Венька! Вид у него неважный. Невыспавшийся, хмурый. Я протянула ему руку, унизанную браслетами: — Вот! — Ты что, папуаска — А ты не знал — засмеялась я. — Девушки, мы вас ждем, а вы шляетесь. — Ждете Кто ждет — насторожилась Лариса. — Да мы с Андрюхой машину напрокат взяли. Так что живо собирайтесь! Так, интересно, как Лариса будет выкручиваться — А вы нас спросили — накинулась она на Веньку. — Может, у нас другие планы — Лично у меня нет никаких планов, — поспешила заявить я. Еще не хватало мне опять покрывать Ларкины блядки. — Тогда беги переоденься, захвати купальник и что там тебе понадобится. А ты сама разбирайся с мужем. Я побежала в номер. Поехать с Венькой и Андреем — такая перспектива меня вполне устраивала. Когда я спустилась вниз, они оба уже ждали меня. — А Лара не поедет — спросила я. — Нет, у нее, оказывается, страшная мигрень, и она хочет полежать в темноте и тишине, — сообщил Андрей таким тоном, что я сразу поняла, что он видит ее насквозь. — А давайте заглянем в супермаркет, купим чего-нибудь и устроим пикник, — предложила я. — Мудрая мысль! — заметил Андрей. Супермаркет находился на Бен-Йегуде в двух шагах от гостиницы, но мы не учли, что сегодня пятница и народ закупает продукты на шабад. К каждой кассе стояла очередь, и почти у всех были тележки, доверху набитые продуктами. — Ну нет, — сказал Венька, — мы потеряем уйму времени! А поесть в Израиле не проблема даже в пятницу! — Это правда, — согласился Андрей. — Купим воды вон в той лавочке и орешков для Бронечки. — Почему это для меня — Три орешка для Бронечки! Помнишь, был фильм «Три орешка для Золушки» — Не помню. — Ну все равно… У него в голосе было столько тепла, что я вздрогнула. За руль сел Андрей. Венька уселся с ним рядом, а я устроилась сзади. — Венька, командуй! — Значит, поедем для начала в Кейсарию. Это тридцать шесть километров отсюда. — А что там такое — спросил Андрей. — Я там не был. — Я тоже, вот и поглядим. Там в пятидесятых годах раскопали древний город. И теперь там музей под открытым небом. Говорят, красота. А рядом шикарный курортный городок, виллы и все такое. Искупаемся, приобщимся к культуре, пообедаем… Они вдвоем смотрели карту, вполголоса обсуждали достоинства и недостатки взятой напрокат машины, а я улеглась на заднем сиденье. Меня неудержимо клонило в сон. И я заснула. Проснулась внезапно, как от толчка, и, еще не открывая глаз, ощутила на себе чей-то взгляд. И взгляд этот словно бы имел вес и объем. Я посмотрела из-под ресниц. Обернувшись назад, со своего шоферского места на меня смотрел Андрей. Смотрел с такой нежностью, с какой на меня смотрела разве что бабушка, когда я в раннем детстве выздоравливала после тяжелой скарлатины. — Ты уже проснулась, не притворяйся, — произнес он таким голосом, что меня мороз подрал по коже. — Почему стоим — Пробка. Впереди авария. — А Венька где — Пошел посмотреть, надолго ли эта канитель. Ну как, выспалась — Кажется, да. Тут возвратился Венька с известием, что скоро мы, видимо, тронемся. И действительно, минут через пять поехали.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   28