Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Дополнительного педагогического




страница6/15
Дата15.05.2017
Размер3.46 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
«Уланы» против PQ-14QP-10 С каждым днем риск отправления караванов по арктическому маршруту непременно возрастал. Атаки неприятеля усугублялись весенними штормами и постоянными туманами. PQ-14QP-10 вышли из Рейкьявика 8 апреля. 14-й караван был в пути в полном составе лишь четыре дня. Густой туман мешал обзору, и суда затерло в тяжелые льды. Многие из них получили сильные повреждения. 18 из 25 транспортов были вынуждены повернуть назад, и лишь восемь продолжили путь на восток. Вскоре конвой был обнаружен немецкой разведкой, после чего его стали обстреливать «Юнкерсы» 30-й эскадры. Однако все удары противника были отражены без потерь. На следующий день к атакам подключились «уланы» - субмарины U-209, U-377, U-376, U-456 и U-403. Последней удалось точно отправить две торпеды в борт «Эмпайер Ховард». Повреждение оказалось настолько тяжелым, что судно буквально раскололось пополам и затонуло в считанные минуты. Многие из команды, в том числе и коммодор, успели выпрыгнуть за борт. Однако здесь их ждала еще более ужасная смерть. Глубинные бомбы, сброшенные «Нотен Вейв» сделали то, чего не сделали неприятельские торпеды. После этого командование караваном взял на себя вице-коммодор В.Х.Лоуренс – капитан «Бриарвуда». 17 апреля конвой встретили советские эсминцы «Гремящий» и «Сокрушительный», которым пришлось также вести бой сначала с бомбардировщиками, а вскоре – и с подводными лодками. Но через некоторое время низко опустившийся туман замедлил боевые действия. А шторм, разразившийся спустя сутки, позволил конвою оторваться от преследования и благополучно войти в Кольский залив. Караваном были доставлены 114 истребителей, 50 танков и множество других не менее значимых военных грузов, которые стали существенным подспорьем для Красной Армии. Не без трагических моментов была и судьба QP-10. Конвой вышел из Кольского залива 10 апреля и уже на следующий день столкнулся с атакой бомбардировщиков. Первой жертвой стал «хвост каравана» «Эмпайер Коупер». Был сильно поврежден «Стоун Стрит», которому из-за этого пришлось повернуть назад. В свою очередь, «Гремящий» и «Сокрушительный» сбили несколько самолетов вражеской 30-й эскадры. На следующее утро вокруг каравана появились подводные лодки. Советский транспорт «Киев» и панамский «Эль Оксиденте» были поражены точными ударами U-435 под командованием капитана Штрелова. 13 апреля Ju-88 повредили руль британского парохода «Харпалион». Беспомощное судно пришлось добить собственному эскорту. Накрывший океан туман принес некоторое облегчение советско-британскому флоту. Начавшаяся штормовая погода позволила QP-10 оторваться от преследования врага. Впрочем, в это время Германия переключила внимание на следовавший в Россию PQ-14. Соединившись с шестью пароходами из состава четырнадцатого конвоя, повернувшими назад в Исландию, QP-10 благополучно дошел до Рейкьявика 21 апреля. Каравану удалось также миновать не менее серьезной опасности – группы «Арктика» в составе «Шемана», Z-24 и Z-25, выходившей в тот момент и Киркенеса. По результатам проводки конвоев PQ-14QP-10 было вновь предложено перенести основной поток грузов на южно-атлантический маршрут, по крайней мере по тех пор, пока льды в Арктике не уйдут на север и безопасность транспортов не будет обеспечена должным образом. Для перевода более 80-ти судов, по мнению Адмиралтейства, требовались гораздо более значительные эскортные силы. «Риск (отправки конвоев на Север) может быть оправдан только лишь в абсолютно необходимом случае» - заключил адмирал Р.Беван, представитель британской миссии В Мурманске46. У. Черчилль, впрочем, как и Ф.Рузвельт и И.Сталин, посчитал отправку очередного конвоя именно таким случаем. От PQ-15 до QP-12 Со времени начала конвойных операций в СССР PQ-15 был самым крупным караваном. В его состав было включено 26 транспортов. Командование военно-морского ведомства вместе с тем позаботилось и об усилении эскорта. Помимо традиционных 16 тральщиков, эсминцев и крейсеров, в состав ближнего эскорта были включены Крейсер ПВО , Уильстер Куин и подводная лодка Стёджен. А в ордер грузовых пароходов впервые введено авиа-катапультное судно Эмпайр Морн. Истребители, запускаемые с катапульты таких судов, предназначались для уничтожения в первую очередь неприятельских разведчиков. Взлетев один раз с катапульты, эти самолеты уже не имели шансов приземлиться. Остается удивляться мужеству летчиков этих Харрикейнов и Спитфайеров. В эскадру дальней завесы впервые в истории Хоум флита были введены мощные американские корабли: линкор Джордж Вашингтон,крейсера Тускалуза, Вичита, а так же эсминцы Мадисон, Планкит, Уэйнрайт и Уилсон. Наряду с британскими и американскими кораблями, к обеспечению дальнего прикрытия были привлечены польская подводная лодка Ястржеб, норвежская Уредо и французская Минерв. Переход в Мурманск длился 10 суток. Красин шел первым в четвертой колонне. На четвертые сутки после выхода в море, 30 апреля появились немецкие гидросамолеты-разведчики, которые неотступно следовали за конвоем. Таким образом, конвой был обнаружен, и начались беспрерывные атаки: бомбардировщики и торпедоносцы налетали один за другим, корабли конвоя и эскорт вели непрерывный заградительный огонь. Ледокол Красин не только отбивал воздушные атаки немецких самолетов, но и прикрывал следовавший с ним слабовооруженный ледокол Монткальм. Вместе с тем для эскадры дальней завесы этот день стал днем траура. Маневрируя при плохой видимости, линкор Кинг Джордж V разрезал пополам эсминец Панджаби. И хотя удалось спасти 226 человек, многие члены команды эсминца погибли при детонации глубинных бомб. Серьезные повреждения получил и линкор, замененный вскоре Дьюк оф Йорком. Новая трагедия настигла конвой на следующий день. Норвежский эсминец Сейнт Элбанс и британский тральщик Сигал обнаружили и атаковали подводную лодку. Всплывшая субмарина оказалась польским Ястребом, ошибочно уклонившимся на сто миль от зоны патруля. Повреждения были настолько сильны, что лодку пришлось затопить, предварительно эвакуировав с нее экипаж. Но самой трагической для конвоя стала ночь со 2 на 3 мая... Подкравшись на недоступной для радаров и ограниченной для огня артиллерии высоте, шесть Хейнкелей один за другим освободились от висевших в подбрюшье торпед. Кэйп Корсо затонул в считанные минуты. Судно коммодора Ботавон пришлось добивать эсминцу эскорта. Поврежденный Ютланд еще сутки шел в конвое, пока не был потоплен немецкой подлодкой U-251.  3 мая на суда конвоя был совершен налет вражеских бомбардировщиков. На следующий день конвой подвергся атаке торпедоносцев. Три из них были сбиты огнем с Красина.  Последней жертвой в караване стал вооруженный траулер Кейп Палиссер, поврежденный во время налета 4 мая, всего за сутки до прихода конвоя в Мурманск. В этот день артиллеристы ледокола сбили еще две воздушные цели. 5 мая 1942 года караван достиг острова Кильдин и вошел в Кольский залив Из 26 судов конвоя до порта смогли дойти лишь 22. Караван QP-11 в составе 13 транспортов вышел из Кольского залива 28 апреля. В тот же день в губе Западная Лица началась первая крупная десантная операция Северного флота, куда было направлено много кораблей. Именно поэтому в эскортную группу к конвою помимо двух традиционных эсминцев вдобавок определили лишь шесть Пе-3. В результате этого, как только советские истребители прекратили сопровождение конвоя, он был окружен вражеским разведчиком. Вскоре вокруг каравана появились подводные лодки. Две из них, U-436 и U-456, 30 апреля атаковали флагманский крейсер «Эдинбург», однако прибывшие эсминцы «Сокрушительный», «Гремящий», «Форестер» и «Форсайт» прикрыли его от повторных атак. «Эдинбург» направился в Мурманск. Как только адмирал Шмундт получил сигнал о приближении караванов и повреждении «Эдинбурга» отдал приказ группе «Арктика» сниматься с якорей. В ночь на 1 мая эсминцы «Герман Шеман», Z-24 и Z-25 вышли в море. Через 14 часов они приблизились к конвою.Одна из торпед поразила отстававший советский пароход «Циолковский».Пять раз в течение четырех часов пытались германские эсминцы прорваться к судам конвоя, и каждый раз встречали отпор эскорта. Не сумев прорвать строй эскорта, группа «Арктика» оставила караван, устремившись за раненым «Эдинбургом», за ней последовали и субмарины При неудаче с крейсером запасным вариантом был встречный караван. На него вскоре и переключили свое внимание вражеские подводные лодки. Тем временем, конвой QP-11 добрался до Рейкьявика в сопровождении британских «Валрусов» без потерь. Поврежденный «Эдинбург» после взрыва торпед находился в достаточно плачевном состоянии. Одна торпеда попала в центральную часть корабля. «Пробоина была такой величины, что в нее мог пройти автомобильный фургон, – вспоминает шифровальщик крейсера А.П.Кенни, - Вторая торпеда разрушила 63-футовую корму, оторвав рули. Квартердек загнулся вверх обернувшись вокруг строенных орудий в сдвоенных башнях. Орудия прошли сквозь него, как нож сквозь масло… Из четырех винтов два были потеряны, но два действовали…»47. Это пока еще позволяло крейсеру двигаться своим ходом со скоростью до восьми узлов. Его прикрывали два британских («Форестер» и «Форсайт») и два советских эсминца. Однако 1 мая «Гремящему» и «Сокрушительному», израсходовавшим свое топливо, пришлось вернуться в Полярный. Их сменили СКР «Рубин», морской буксир №22, а также четыре британских тральщика: «Хуссар», «Харриер», «Госсамер» и «Нигер». Однако утром 2 мая «Эдинбург» и прикрывавшие его корабли были обнаружены тремя вражескими эсминцами под командованием фрегаттен-капитана Шульце-Гинрикса. Британец «Хуссар» взял на себя вражеские Z-24 и Z-25. Тем временем «Г.Шеманн» ринулся к уже припадавшему на корму, но все еще грозному «Эдинбургу». Двумя залпами крейсер повредил машину и вывел из строя систему энергоснабжения. «Г.Шеманн» потерял усправление и ход. Командир эсминца капитан 3-го ранга Виттиг приказал оставить корабль. В это время торпеда Z-24 поразила «Эдинбург» в районе первой раны. Все ожидали, что крейсер вот-вот расколется пополам. С судна были эвакуированы пассажиры и раненые. Охранявшие «Эдинбург» корабли все еще продолжали отчаянно за него бороться. В дуэли с Z-25 эсминец «Форестер» получил три пробоины от 150-мм снарядов. Поспешивший к нему на помощь «Форсайт» испытал на себе четыре точных удара противника, после чего был вынужден выйти из боя. В Z-25 попал всего один 120-мм снаряд, снесший радиорубку. Германские эсминцы поспешили на спасение команды «Г. Шеманна» и, сняв с судны свыше 200 человек, на полных скоростях ушли на юг. Они открыли по «Эдинбургу» артиллерийский огонь и выпустили торпеды. Одна из торпед попала в корму крейсера, после чего он еще больше накренился на левый борт. В ходе боя был потоплен немецкий эсминец «Герман Шёман». Остальные два немецких эсминца сняли с него экипаж и отошли. Контр-­адмирал Картер, руководивший операцией, отдал приказ английским эсминцам снять с «Эдинбурга» экипаж и добить крейсер торпедами. Британский эсминец торпедировал крейсер «Эдинбург» двумя торпедами в левый борт. Корабль затонул вместе с золотом на глубине примерно 900 футов (около 260 м). Все члены экипажа — 750 человек, были доставлены в Мурманск. Крейсер «Тринидад». «Тринидад», испытав на себе силу собственного торпедного оружия 29 марта, находился на ремонте в порту Мурманск. 2 мая он покинул док и должен был отправиться в США на капитальный ремонт. Вечером 13 мая крейсер «Тринидад» вышел из Кольского залива. Его охраняли четыре эсминца, два из которых – «Форестер» и «Форсайт» были изрядно потрепаны при охране «Эдинбурга» и, можно сказать, сами нуждались в эскорте. Шесть «Харрикейнов» в течение двух часов прикрывали «Тринидад», после чего их должны были сменить Пе-3. Однако, не имея опыта полетов над морем, прибывшие истребители предпочли разведку вдоль норвежского побережья. В результате этого, утром 14 мая над отрядом нависла немецкая разведка, которая «сопровождала» корабли до тех пор, пока Ju-88 30-й эскадры около 23:00 не начали первую атаку. За 40 минут, по подсчетам моряков, вражеские силы произвели более 20 таких атак. Но каждая из них была отбита. В тот момент, когда «Тринидад» совершал маневр, укрываясь от торпед, одинокий Ju-88 сбросил на палубу крейсера четыре бомбы48. Две из них попали прямо в цель, вызвав серьезнейшие разрушения и сильный пожар. В течение двух часов экипаж крейсера боролся с огнем, однако, когда стало ясно, что это не принесет результата, адмирал Бонэм-Картер отдал приказ об эвакуации на эсминец «Сомали». После этого командиру «Матчлисса» было приказано добить «Тринидад». Выпущенные в 2:20 три торпеды отправили на дно один из самых лучших кораблей Британского флота. Немецкая авиация на этом не успокоилась. Последний налет 30-я эскадра совершила вечером 15 мая в 300 милях от берега. Это говорит о том, что в связи с наступлением «белых ночей» риск отправки конвоев и эскадр сильно увеличивался. Поэтому Бонэм-Картер в своем докладе Адмиралтейству настаивал на необходимости либо полностью нейтрализовать авиабазы Норвегии, либо прекратить движение конвоев до осени. Анализируя трудности с проводкой конвоев в марте и апреле, адмирал Тови передал в адмиралтейство: «Если конвои должны следовать по политическим соображениям, нужно ожидать очень тяжёлых потерь». Его мнение поддержал и первый морской лорд Дадли Паунд. К концу апреля в портах США и Великобритании находилось 107 судов с грузами, ожидавшими отправки. Однако протокол о поставках чётко оговаривал, что и когда должно быть поставлено. Сталин требовал от Черчилля «принять все необходимые меры, чтобы обеспечить прибытие указанных грузов в СССР в течение мая, так как это исключительно важно для нашего фронта». Ему вторил и президент США Рузвельт, который в своём послании 27 апреля 1942 года писал Черчиллю: «Соединённые Штаты предприняли настолько большое усилие с целью обеспечения России поставками материалов, что, по его мнению, блокировать эти материалы было бы серьёзной ошибкой, если это не оправдывается непреодолимыми препятствиями». В этой обстановке британским премьер-министром было принято решение о продолжении проводки арктических конвоев. В своём обращении к Адмиралтейству он писал: «Не только премьер Сталин, но и президент Рузвельт будут весьма разочарованы, если мы прекратим сейчас отправку конвоев. Русские ведут тяжёлые бои и ждут, что мы пойдем на риск и, если потребуется, понесем потери в соответствии с нашими обязательствами. Американские суда ждут своей очереди к отправке. Сознавая большую и реальную опасность, я лично считаю, что конвой (PQ-16) должен выйти в море 18 мая. Операция будет оправданна, если к месту назначения дойдет хотя бы половина судов». В состав PQ-16, отправившегося 21 мая 1942 года из Рейкьявика в Мурманск вошли 35 транспортов, в том числе 5 советских. Один из них, пароход «Старый Большевик», вез в трюме большое количество взрывчатого вещества и самолеты на палубе. Одновременно из Кольского залива вышел обратный конвой QP-12, направляющийся в Англию. В результате предыдущих боев угроза конвоям со стороны немецких эсминцев, базирующихся в Киркинесе, была устранена. Те немецкие эсминцы, которые не были потоплены, нуждались в ремонте49. Разумеется, угроза атаки линкора «Адмирал Шеер», находящегося в Нарвике, сохранилась. А вскоре к нему должен был присоединиться «карманный линкор» «Лютцев». Поэтому к западу от острова Медвежий от возможного нападения «Шеера» конвой прикрывался эскадрой контр-адмирала Барроу (ближнее прикрытие), в которую вошли крейсера «Нигерия»  (флагман),  «Норфолк», «Кент», «Ливерпуль» и 3 эсминца, которое курсировало между конвоем и норвежским побережьем. Линейный флот (дальнее прикрытие конвоев) должен был находиться северо-восточнее Исландии в готовности перехватить «Тирпиц», если тот осмелится выйти в море. Кроме того, в эскорт конвоя PQ-16 были включены 2 английские подводные лодки. Еще 8 подводных лодок были развернуты у северо-западного и северного побережья Норвегии в качестве прикрытия от возможных атак надводного противника. Это должно было отбить у немцев желание направлять для атаки на конвои надводные корабли. После того как была обнаружена переброска в Норвегию «Лютцова», а это произошло уже после выхода конвоев в море, советские подводные лодки получили приказ вести интенсивный радиообмен. Это должно было создать впечатление, что союзники развернули гораздо больше лодок, чем на самом деле. Непосредственное сопровождение конвоя PQ-16 было поручено эскортной группе в составе 5 эсминцев, 5 корветов, тральщику «Хазард» и траулерам «Неферн Вэйв», «Леди Маделейн», «Ретривер» и «Сент-Эльстан». Чтобы помешать немцам использовать пикировщики, транспорты конвоя PQ-16 были оснащены аэростатами. В составе конвоя было одно САМ-судно «Эмпайр Лоренс» с одним истребителем «Харрикейн», который был использован при отражении атаки 7 торпедоносцев Не-111. Язык пламени над полубаком транспорта возвестил о взлете самолета. Его пилот, капитан авиации Хэй, сбил один торпедоносец и серьезно повредил второй. В результате атака торпедоносцев была сорвана, и ни одна торпеда в цель не попала. К несчастью, артиллеристы конвоя приняли возвращающийся «Харрикейн» за немецкий самолет и сбили его прежде, чем пилот успел посадить истребитель на воду. Хэй был серьезно ранен. Эсминец «Волентир» быстро поднял его из воды, и капитан остался жив. Во второй половине дня 25 мая мимо прошел обратный конвой QP-12, состоящий из 11 судов. Немцы обнаружили его только утром этого же дня. Его САМ-судно сбило самолет-разведчик. Хотя немцы всю вторую половину дня следили за QP-12, атаковать его не решились. Конвой прибыл в Исландию 4 дня спустя. В течение всего перехода конвой атаковали 250 бомбардировщиков и 12 подводных лодок. Многие из атакующих прорва­лись сквозь сильный заградительный огонь зенитчиков кораблей эскорта и транспортов. Поле боя выгляде­ло ужасно из-за страшных взрывов судов, происходивших, когда торпе­ды или бомбы попадали в цель. Многие торопливо молились о том, чтобы опустилась темнота и стерла это зре­лище; темнота, которая принесла бы освобождение от бесконечного днев­ного света и хищных самолетов. В частности, экипаж «Старого Большевика» установленными на борту зенитными орудиями и автоматами отразил 47 атак вражеских самолетов, но 27 мая одна из бомб попала в носовую часть судна. Начался пожар, от которого возникла угроза взрыва судна. Командир конвоя Р. Дж. Онслоу предложил экипажу «Старого Большевика» покинуть судно и перейти на корабли охранения, но получил ответ: «Спасибо, но мы не будем хоронить свое судно …». Конвой ушел, оставив пароход и его экипаж в одиночку бороться с огнем. 8 часов наши моряки боролись с огнем, и пожар был ликвидирован, и судно догнало конвой. При подходе к конвою моряки «Старого Большевика» помогли отбить воздушное нападение на концевые корабли союзников. Английский флагман приветствовал «Старого Большевика» сигналом «Сделано хорошо», который был отрепетован всеми кораблями конвоя. 2 июня 1942 года «Старый Большевик» в составе конвоя прибыл в Мурманск. За этот подвиг пароход был награжден орденом Ленина, а его капитан И.И. Афанасьев, помощник капитана М.П. Петровский и рулевой Б.И. Аказенок удостоены звания Героя Советского Союза. Были награждены и многие члены экипажа. В нашей зоне ответственности в состав эскорта конвоя вступили ЭМ “Гремящий”, “Сокрушительный” и “Валериан Куйбышев”, отражая атаки немецких самолетов, 29-30 мая 1942 года ЭМ “Гремящий” и “Сокрушительный” сбили по два самолета, ЭМ “Валериан Куйбышев” — один самолет. Вечером 29 мая конвой разделился. 6 судов направились в Архангельск в сопровождении корабля ПВО «Алинбанк», эсминца «Мартин», 2 тральщиков и вступивших в эскорт наших сторожевых кораблей «Рубин», «Бриллиант», «Бриз» и «Айсберг».Остальные корабли направились в Мурманск. Следует заметить, что в Архангельской группе не было ни одного корабля с мощным радаром. Немцы нанесли мощный авиационный удар по обеим группам. 15 самолетов атаковали корабли, идущие в Архангельск, 18 — группу, направленную в Мурманск. К счастью, конвой потерь не понес. 30 мая, в последний день похода, немецкие самолеты трижды атаковали мурманскую группу. При этом 2 немецких самолета были сбиты, а корабли остались целы. Один за другим отважные корабли втягивались в узкое горло Кольского залива. По словам капитана 2 ранга Онслоу, «поредевшие, избитые и усталые, но все-таки сохраняющие идеальный строй». Было потеряно 7 судов. 5 были потоплены бомбардировщиками, 1 — торпедоносцем, 1 — подводной лодкой. Учитывая мощь и продолжительность вражеских атак, это было выдающееся достижение. Благодаря отваге, прекрасной подготовке и неистощимой энергии офицеров и матросов кораблей эскорта, а также выдающейся отваге и решимости экипажей торговых судов. Их стойкость, прекрасная стрельба и великолепная морская выучка заслуживали самой высокой оценки. Однако 30 мая 1942 года 28 транспортов доставили в Мурманск и Архангельск бесценный груз с танками, самолетами, взрывчатыми веществами и другим военным имуществом. Переход PQ-16 оказался очень трудным, но при этом успешным в плане доставки вооружения и продовольствия в СССР. Немецкому командованию вновь пришлось предпринять дополнительные усилия для недопущения прохождения последующих конвоев. В мае — июне 1942 года немцы фактически захватили господство в воздухе и подвергали постоянным налётам Мурманск, в результате которых город, в котором было много деревянных построек, сгорел, а порт был разрушен и фактически не мог принимать суда. Но вот настал черед PQ-17. После атаки «Тирпица» на PQ-12 и испытаний, перенесенных PQ-16, встал вопрос о том, а стоит ли вообще продолжать отправку конвоев, или же стоит дождаться наступления полярной ночи После потери «Тринидада» и «Эдинбурга». Адмиралтейство не решалось отправлять крейсера восточнее острова Медвежий. Найти авианосцев для защиты и прикрытия конвоя также не удалось. Но нельзя забывать о том, что сохранялась угроза со стороны «Тирпица» и других тяжелых кораблей германского флота. Разведка получила сведения о том, что Германия планирует вывести в море весь свой флот с целью перехвата следующего конвоя. Но Сталина ничто не останавливало, он продолжал слепо настаивать на том, что конвои должны следовать без перерывов, несмотря на все потери. Рузвельт с ним согласился. Черчилль не придерживался мнения большинства, однако Адмиралтейству, которое категорически возражало против отправки конвоев в светлое время года, пришлось выполнить приказ. Трагедия PQ-17 27 июня из Исландии вышел конвой PQ-17 в составе 35 транспортов, 2 танкеров и 24 кораблей непосредственного охранения. Одновременно из Архангельска и Мурманска вышел конвой QP-13 в составе 35 транспортов и 21 корабля охранения. На суда конвоя PQ-17 было погружено 297 самолетов, 495 танков, 4246 грузовых автомашин и тягачей, 156 тыс. т других грузов. Общая стоимость всех грузов оценивалась в 700 млн. долларов. Для обеспечения безопасности конвоя от нападения надводных кораблей были выделены отряды ближнего эскорта (крейсерские силы прикрытия), состоящие из 4 крейсеров и 3 эскадренных миноносцев и силы дальнего оперативного прикрытия (2 линейных корабля, авианосец, 3 крейсера, 14 эсминцев). На выходах из баз и шхер Северной Норвегии находилось 14 подводных лодок (из них 5 советских). Такими силами можно было обеспечить переход конвоев с минимальными потерями при условии, если бы они были нацелены только на достижение безопасности конвоев. Но британское адмиралтейство преследовало и другую цель. Оно не могло примириться с тем, что Германия имеет самый быстроходный и самый мощный в мире линейный корабль Тирпиц, и стремилось уничтожить его. Потопление Тирпица имело бы несравненно большее значение для ведения войны, чем безопасность любого конвоя, это оказало бы большое влияние на дальнейший ход войны. Британским адмиралтейством владела навязчивая идея - втянуть крупные корабли Германии в бой с силами прикрытия. Чтобы заманить корабли противника подальше от его баз, предлагалось даже повернуть конвой PQ-17 на обратный курс. Фактически,- пишет английский историк Д. Ирвинг,- операция по проводке конвоя должна была превратиться в постановку ловушки для Тирпица с приманкой, состоявшей из более тридцати тяжело нагруженных судов.... С 1 июля в течение четырех суток подводные лодки, бомбардировщики и торпедоносцы преследовали конвой, но все атаки успешно отражались. Первый транспорт был потоплен подводной лодкой 4 июля. В тот же день 4 транспорта получили повреждения от попадания авиационных торпед. Были все основания надеяться, что организованность и стойкость принесут успех и конвой дойдет до портов назначения. Но британское адмиралтейство, узнав о том, что крупные немецкие корабли вышли в море, вечером 4 июля приказало ввиду угрозы надводных кораблей конвою рассеяться и судам самостоятельно следовать в советские порты, а крейсерам прикрытия и кораблям непосредственного охранения на полной скорости отойти на запад для соединения с линейными силами. Лютцев в сопровождении 3 эскадренных миноносцев на выходе из шхер, в густом тумане, наскочил на подводную скалу и вернулся обратно. Эскадра во главе с Тирпицем и Адмиралом Шеером вышла в море и в 18 часов 5 июля севернее о. Ингей была обнаружена и атакована советской подводной лодкой К-21 под командованием капитана 2 ранга Н. А. Лунина. Донесение об этом, посланное командованию Северным флотом, было перехвачено и расшифровано гитлеровцами. Считая, что их замысел раскрыт, и не желая рисковать крупными надводными кораблями, гитлеровское командование приказало эскадре возвратиться в шхеры. Рассыпавшиеся во все стороны небольшие группы и одиночные суда конвоя оказались беззащитными и стали жертвами атак самолетов и подводных лодок. На поиски и прикрытие транспортов были направлены почти все корабли и авиация Северного флота. Но уже ничто не могло исправить рокового решения британского адмиралтейства. С того момента, как конвой распался, он потерял 21 транспорт. Только 11 судам удалось дойти до советских портов. 24 потопленных судна конвоя общим тоннажем около 143 тыс.тонн унесли с собой на дно 3350 автомашин, 430 танков, 210 бомбардировщиков и около 100 тыс. т общих грузов. Это был самый сокрушительный разгром конвоя во второй мировой войне. Разгромом конвоя PQ-17 противник достиг значительно большего, чем потопление вооружения и грузов, предназначенных для Советского Союза. Этот случай дал повод союзникам задержать отправку следующих 4-5 конвоев. Их прибытие в июле - ноябре могло бы оказать некоторое влияние на оснащенность Советской Армии в ходе зимнего контрнаступления 1942-43 г. Уже 17 июля, ещё до окончательного выяснения всех обстоятельств проводки конвоя PQ-17, Черчилль писал Сталину: «…В случае с последним конвоем под номером PQ-17 немцы наконец использовали свои силы таким способом, которого мы всегда опасались. Они сконцентрировали свои подводные лодки к западу от острова Медвежий, а свои надводные корабли держали в резерве для нападения к востоку от острова Медвежий… Я должен объяснить опасности и трудности этих операций с конвоями, когда эскадра противника базируется на Крайнем Севере. Мы не считаем правильным рисковать нашим флотом метрополии к востоку от острова Медвежий или там, где он может подвергнуться нападению немецких самолетов, базирующихся на побережье. Если одно или два из наших весьма немногочисленных мощных судов погибли бы или хотя бы были серьезно повреждены, в то время как «Тирпиц» и сопровождающие его корабли, к которым скоро должен присоединиться «Шарнхорст», остались бы в действии, то все господство в Атлантике было бы потеряно…» В своём послании Черчилль попытался убедить Сталина приостановить отправку новых конвоев. На что Сталин в категоричной форме ответил ему 23 июля: «Приказ Английского Адмиралтейства 17-му конвою покинуть транспорты и вернуться в Англию, а транспортным судам рассыпаться и добираться в одиночку до советских портов без эскорта наши специалисты считают непонятным и необъяснимым. Я, конечно, не считаю, что регулярный подвоз в северные советские порты возможен без риска и потерь. Но в обстановке войны ни одно большое дело не может быть осуществлено без риска и потерь. Вам, конечно, известно, что Советский Союз несет несравненно более серьезные потери». Выявившиеся разногласия были несколько смягчены предложением Черчилля отправить следующий конвой в СССР в сентябре 1942 г. До конца войны в СССР проследовало еще 24 конвоя. В этом морском сражении, продолжавшемся с небольшими перерывами почти 4 года, принимали участие сотни боевых кораблей и авиации воюющих стран. Со стороны союзников в охране конвоев участвовало 435 боевых кораблей. В ряде операций, помимо советского и британского флотов, принимали участие ВМС США, а также польские, французские и норвежские корабли. Всего по всем направлениям Советский Союз получил военно-стратегических грузов и снаряжения на сумму более 12 миллиардов долларов (в ценах 1945 г., или более 170 миллиардов по сегодняшним ценам). Часть грузов (около 10) была потеряна во время боевых столкновений с противником в ходе доставки грузов на судах Северных конвоев. Придавая особое значение союзным поставкам, советское командование постоянно заботилось о надежной защите конвоев. Но не всегда все проходило гладко. Пока стояла полярная ночь первой военной зимы, конвои не несли значительных потерь. Но вот наступила весна, дни становились длиннее, да и немецкое командование, оценив значение внешних коммуникаций Советского Союза, стало посылать на них крупные силы флота и авиации. Потери транспортов, шедших к нашим берегам, возросли, хотя и не превышали десяти процентов всех судов, входящих в состав конвоев. Потери транспортов летом, когда на Севере круглые сутки светло, значительно возросли. За годы войны через воды Арктики в Советский Союз прошло 40 конвоев в составе 811 судов. Из них 58 транспортов погибли на переходе и 33 вернулись в порты отправления. В обратном направлении из СССР в порты Великобритании и Исландии в составе 35 конвоев ушло 715 судов, из которых 29 погибли на переходе, а 8 – вернулись. Таким образом, в обоих направлениях за годы войны в Полярных конвоях весь маршрут прошли 1398 судов, потери составили 87 судов. 69 из которых пришлись на самый трагический 1942 год. Адмиралтейство оказалось не готово, как отметил Черчилль, продемонстрировать всю свою военную мощь в борьбе с врагом в водах, над которыми господствовали самолеты противника, располагавшиеся на близлежащих береговых базах и слишком далеко от военных баз Великобритании.  Однако, поставки по ленд-лизу являлись составной частью глобальной стратегии стран Антигитлеровской коалиции. Поддержка Советского союза, как одного из главных противников Германии на суше, была в интересах Великобритании. Союзные поставки сыграли значимую роль в победе Советского союза в войне. Эта помощь была чрезвычайно нужна Советскому Союзу ровно настолько, насколько союзники нуждались в «русском фронте». Концепция ленд-лиза предполагает объединение усилий всех стран во имя общей цели. Каждая нация вносила в «резервуар» то, в чем нуждалась коалиция, что традиционно составляло доминанту вклада в войну каждого из союзных государств. Не стоит забывать и об участниках этих конвоев – прежде всего людях. Они, рискуя своей жизнью, продолжали сражаться за свою Родину, против нацизма и фашизма. Моряки и летчики отличились небывалой стойкостью и мужеством. Не смотря на все препятствия и смертельную опасность, они продолжали выполнять свой долг.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

  • От PQ-15 до QP-12
  • Трагедия PQ-17