Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Докладов IV международной он-лайн конференции «Иностранные языки в контексте межкультурной коммуникации»




страница6/24
Дата15.06.2018
Размер4.8 Mb.
ТипДоклад
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
ТЕМАТИЧЕСКИЕ ГРУППЫ И НОМИНАТИВНАЯ СПЕЦИФИКА ЖАРГОНА НАРКОМАНОВ СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

Данная статья посвящена рассмотрению тематических групп и номинативной специфики жаргона наркоманов современного английского языка, являющегося одной из подсистем уголовного жаргона. Отнесение данного жаргона к уголовным обусловлено экстралингвистическими факторами его формирования – существованием в уголовном законодательстве Велибритании и США запретительных норм и санкций, касающихся торговли наркотиками и их использования, несмотря на существующую тенденцию декриминализации некоторых сфер потребления наркотиков. Как средство коммуникации определенной социальной и/или объединенной общими интересами группы людей жаргон наркоманов выполняет конспиративную, опознавательную, номинативную, мировоззренческую функции, свойственные уголовным жаргонам, а также агитационную функцию, которая теснейшим образом связана с мировоззренческой функцией: жаргонизмы наркоманов призваны облегчить действия, связанные с приемом наркотиков, придавая им оттенок игры, смягчая опасность.

Таким образом, лексическая система жаргона наркоманов тесно связана с внешними, экстралингвистическими факторами. Она непосредственно отражает изменения, происходящие в окружающей действительности, что выражается как в отмирании слов (или их значений), так и в появлении новых слов и значений или в изменении последних. По определению Л.Д. Мирошниченко, «жаргонная лексика современных наркоманов – большой котел, варка словесного материала в котором находится в разгаре» [Мирошниченко 2002 : 4]. Именно лексика с ее многочисленностью элементов, многомерностью, открытостью, перекрещивающимися и взаимодействующими подсистемами, подвижностью смыслов и единиц является ядром коммуникативной системы, имя которой - язык и которая существует и функционирует в первую очередь в целях общения.

В языкознании в зависимости от избранных критериев выделяются разные группы слов (тематические, лексико-семантические, понятийные поля, семантические микрополя), то есть определяются разные группы лексики, которые объединяют слова по признаку их смысловой отнесенности к единственной сфере понятий.

Тематическая группа - наиболее распространенный способ объединения слов. В его основе лежат экстралингвистические связи между предметами и явлениями действительности, объединение слов проходит на основе логико-предикативной общности. По мнению некоторых исследователей, тематические группы не являются категориями языковыми, поскольку в них отсутствуют синонимические связи между компонентами. Они не являются структурными единицами языка. Многие исследователи используют тематическое описание словарного состава, невзирая на отсутствие собственно языковых показателей, для проведения общего обзора лексики, установления связей между словами и отмечаемыми явлениями, определения удельного веса этих групп в словарном запасе языка, их роста или сокращения в зависимости от внешних исторических обстоятельств, процессов, терминологизации слов с общим значением. Часто выделение тематических групп слов основано на разговорных категориях.

Традиционно понятие «тематическая группа» определяется как «ряд слов, более или менее близко совпадающих по своему основному (стержневому) семантическому содержанию, т.е. по принадлежности к одному и тому же семантическому полю» [Ахманова 1966 : 11]. Исследование тематических групп – это изучение регулярных корреляций между языком и экстралингвистической реальностью, поскольку тематическая группа является, по определению Ф.П. Филина, «объединением слов, основывающимся не на лексико-семантических связях, а на классификации самих предметов и явлений» [Филин 1982 : 231]. Значения слов, объединенных таким образом, не являются взаимосвязанными или зависящими друг от друга. В тематическую группу могут входить слова разных частей речи, а также фразеологические единицы, номинирующие понятия одной определенной области действительности.

Нами было проанализировано 3015 лексем жаргона наркоманов современного английского языка и выделено девять тематических групп (ТГ), некоторые из которых распадаются на подгруппы:

ТГ 1 – Наркотические вещества и их комбинации (2146 лексем, что составляет 71,2% от общего количества исследуемых жаргонизмов);

ТГ 2 – Действия, связанные с применением наркотических веществ (244 – 8,1%);

ТГ 3 – Приспособления, с помощью которых употребляются наркотические вещества (195 – 6,5%);

ТГ 4 – Состояния после приема наркотиков (122 – 4,0%);

ТГ 5 – Наркоманы и лица, связанные с наркобизнесом (145 – 4,8%);

ТГ 6 – Меры веса, денежные единицы (114 – 3,8%);

ТГ 7 – Места производства, хранения и употребления наркотических веществ (26 – 0,9%);

ТГ 8 – Части тела, используемые для введения наркотиков (5 - 0,1%);

ТГ 9 – Отношения наркоманов с правоохранительными органами (18 – 0,6%).

В рамках данной статьи рассмотрим наиболее многочисленную тематическую группу 1 - Наркотические вещества и их комбинации.

На сегодняшний день известно большое количество наркотических веществ как природного происхождения, так и искусственно синтезированных. Данная тематическая группа наиболее многочисленна – она включает 2146 жаргонизмов (71,2% от общего количества жаргонизмов). Такое большое количество единиц объясняется как разнообразием наркотических веществ и их комбинаций, так и значительно развитой синонимией жаргонизмов.



В жаргоне наркоманов 371 единица используется для номинации марихуаны, например: railroad weed rope, tweeds, rugs, greens, weed, trees, scrub, sasfras, hemp, ragweed, flower, root, stems, bud и др.

Номинанты, обозначающие гашиш - эссенцию марихуаны, экстрагированную и спрессованную в блоки, - гораздо менее разнообразны. Гашиш обычно курят из трубок. Это часть культуры и традиций восточных народов, которая не прижилась ни в Великобритании, ни в США. Этим, на наш взгляд, можно объяснить крайне незначительное количество лексем, номинирующих гашиш: например, soles, gram, quarter moon, oregano, black powder.

Еще одна подгруппа – единицы, обозначающие разновидности опиатов, препаратов, полученных из растительного сырья. К ним относятся опиум, морфин и героин.



Опиум - не самое популярное и распространенное наркотическое вещество, что, безусловно, отражается в жаргоне наркоманов – отмечено лишь 35 лексем, номинирующих этот наркотик, например: easing powder, joy plant, great tobacco, God’s medicine, dream stick, dream gum, toys и др.

Низкая популярность морфина обусловлена наличием в арсенале современных наркоманов более эффективных наркотиков, что также предопределило наличие небольшого количества его жаргонных обозначений (11 единиц), например: Mister blue, first line, dreamer, morpho, morf, hows, emsell и др. Последняя лексема, по всей видимости, образована от структуры Sell morphine → M(orphine) sell → emsell.

Героин до сих остается одним из самых распространенных и любимых наркоманами веществ, о чем говорит количество номинирующих его жаргонизмов, – 212 единиц. Существует несколько способов употребления героина. Его можно нюхать, курить или жевать, что обусловливает и характер его обозначений. Многие наркоманы начинают употреблять героин, вдыхая его через нос, что объясняет появление таких жаргонизмов для его номинации, как orange line, nose, flea powder, ferry dust, snotty, nose drops. Наркоманы, предпочитающие жевать героин, называют его brick gum, hard candy. Курят героин, сжигая порошок на кусочке фольги и вдыхая дым через свернутую бумажку или какую-нибудь другую трубочку. Этот способ находит отражение в жаргонизме foil.

Наиболее распространенный метод употребления этого дорогостоящего наркотика – внутривенная инъекция. После укола у некоторых появляется сонливость, что отражается, например, в жаргонной номинации героина sweet dreams, другие, наоборот, делаются разговорчивыми. Об этом героиновом эффекте говорят жаргонизмы money talks, gallup, crap, ballot, top drool. Употребление героина отмечается эйфористическим наплывом, теплым чувством расслабления, ощущением защищенности (joy, second to none, heaven, blue star, good horser). После эйфории у одних начинается период спокойствия, другие чувствуют физический и эмоциональный подъем, о чем красноречиво говорят такие лексические единицы, как nice and easy, good and plenty, life saver, good H, big Harry, joy flakes, Dr. Feelgood, hero, blue hero, Rambo.

Симптомы зависимости от героина, так называемая “ломка”, обусловливают наличие жаргонных названий героина с отрицательной коннотацией, которая указывает на это состояние: brain damage, hell dust, holy terror, the bomb, muzzle, blows, dyno, horsebite, dead president, dead on arrival, mortal combat, bin laden, twin towers. Последние две лексемы вошли в жаргон после теракта в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года.



Жаргонные наименования кокаина представлены 141 единицей, что говорит о его большой популярности и распространенности (dream, paradise, glad stuff, powder diamonds, happy powder, happy dust). Лишь в нескольких лексемах содержится указание на губительные последствия кокаиновой зависимости (crow, white mosquito, scorpion).

В 1976 году в Калифорнии из кокаина было синтезировано наркотическое вещество, получившее название крэк и ставшее очень популярным в Голливуде. В 1980-е годы крэк распространился по всему миру. В исследуемом нами жаргоне наркоманов отмечено 155 единиц для номинации крэка. Это наркотик с самой максимальной привыкаемостью. Считается, что он в 10 раз опаснее кокаина, поскольку вызывает практически мгновенную зависимость. При употреблении крэка возникает состояние эйфории, но продолжается оно всего лишь 5-20 минут. Затем наступает сильная депрессия. Видимо, поэтому в этой группе лексических единиц, наряду с лексемами с положительной коннотацией (top gun, breakfast of champions, the great white hope, glo, wave, love), немало жаргонизмов с коннотацией отрицательной (black rock, rocks of hell, bad, dirty basing, white tornado, the devil, hail, tension, sleet, bonecrusher, devil smoke, devil drug). На наш взгляд, это объясняется тем, что курильщики крэка в большей степени, чем потребители кокаина, страдают от наркотической зависимости, и противоядия от передозировки крэка, впрочем, как и кокаина, на сегодняшний день не имеется.

В исследуемом нами материале отмечено 160 единиц, используемых для номинации диэтиламида лизергиновой кислоты (ЛСД) (hats, orange cubes, double dome, sugar lumps, sugar cubes, wedge, domes, dots, pellets, cupcakes), 150 единиц, номинирующих фенциклидин (PeaCePill, от которого и произошло традиционное сокращение – PCP, snorts, smoking, puffy,, super joint, energizer, angel, good, lovely, fresh, magic,). Широко представлены в жаргоне наркоманов и другие вещества. Среди них амфетамин (77 единиц), метамфетамин (65 единиц), депрессанты (84 единицы), метилендиоксиметамфетамин (88 единиц), мескалин (24 единицы), рогипнол (18 единиц), кетамин (13 единиц), фентанил (14 единиц) и другие. Большое количество лексических единиц, обозначающих комбинации наркотических веществ (180 единиц), говорит о популярности последних. Сочетание наркотиков усиливает эффект, столь желанный наркоманам. Например, комбинация героина и кокаина имеет такие номинации, как he-she, dynamite, murder one, sandwich, H & C, speedball, boy-girl, goofball, whiz bang, cotton brothers; сочетание марихуаны и фенциклидина – lovelies, zoom, loveboat, leak, boat; комбинация марихуаны и крэка – crack back, speedboat; марихуаны и героина – atom bomb, woolie.

Из приведенных выше примеров видно, что в данной группе жаргонизмов имеется большое количество номинантов-синонимов. Это объясняется несколькими причинами: 1) потребностью в разнообразии экспрессивных средств: повышенная частотность отдельных жаргонных единиц в речи снижает их экспрессивность, в то время как значительный количественный запас синонимов помогает избежать слишком частого употребления одних и тех же единиц; 2) жаргонные названия наркотических веществ отражают степень воздействия на организм человека, принимающего наркотик, а она может варьироваться в широких пределах; 3) состав носителей жаргона неоднороден; для одного и того же понятия в разных группах наркоманов параллельно могут вырабатываться различные обозначения; 4) в результате роста наркотизации общества происходит «разгерметизация» лексем жаргона наркоманов, что влечет за собой необходимость создания новых единиц для поддержания конспиративной функции исследуемого жаргона; 5) между количеством синонимов, реализующих какое-либо значение, и актуальностью данного значения для жаргононосителей существует прямая зависимость.



Рассматриваемая тематическая группа характеризуется не только широко развитой синонимией, но и другими системными факторами, например, полисемией. Отмечено 172 полисемантичные единицы, из которых 154 лексемы используются для номинации наркотических веществ. Как показал анализ, полисемия может быть основана на внешнем сходстве наркотических веществ (например, quill – “methamphetamine, heroin, cocaine”; leaf – “marijuana, cocaine”; cubes – “marijuana tablets, crack cocaine”; heaven dust – “heroin, cocaine”; Indonesian bud – “marijuana, opium”; white boy – “heroin, powder cocaine”; chalk – “crack cocaine, amphetamine, methamphetamine”; sugar – “crack cocaine, LSD”), на сходстве способов их употребления (например, nose – “heroin, cocaine”; blotter – “LSD, cocaine”; foo foo stuff – “heroin, cocaine”), а также на сходстве действия, оказываемого наркотиками на организм человека. Многозначность подавляющего большинства единиц основана именно на нем. Например, эффект от комбинации крэка и фенциклидина аналогичен героиновому эффекту, поэтому для номинации этих веществ используется лексема parachute. Ср. другие примеры: press – “cocaine, crack”; tic – “PCP in powder form, methamphetamine”; boomers – “psilocybin, LSD”; go-fast – “methcatinone, crack, methamthetamine”; little bomb – “heroin, amphetamine, depressants”; cloud nine – “crack cocaine, methylenedioxymethamphetamine”; eye opener – “crack, amphetamine”; climax – “crack cocaine, heroin, isobutyl nitrite, inhalants”.

Таким образом, анализ лексики жаргона наркоманов по тематическим группам позволяет нам сделать следующий вывод: жаргон охватывает все стороны жизни потребителей и продавцов наркотических веществ, ярко, образно и красноречиво отражает их быт, образ жизни, мировоззрение, отношение к тем или иным явлениям, которые они стремятся передать другим людям (агитационная функция). Различие в количестве номинативных единиц в указанных тематических группах обусловлено, с одной стороны, экстралингвистическими факторами – степенью разнообразия тех или иных явлений действительности, приоритетами в кодировании определенной информации, необходимостью изменения наименования, ставшего понятным другим членам социума. С другой стороны, языковой фактор – возможности языковой системы, позволяющей именовать одни и те же объекты действительности различными номинантами, обусловливает формирование в исследуемой подсистеме жаргонной лексики синонимичных номинативных единиц.


Список использованной литературы

  1. Мирошниченко, Л.Д. Жаргон наркоманов. Словарь. Русско-английский, англо-русский, двуязычный / Л.Д. Мирошниченко. – М.: Анахарсис, 2002. – 160 с.

  2. Ахманова, О.С. Словарь лингвистических терминов / О.С. Ахманова. – М.: Сов. энциклопедия, 1966. – 608 с.

  3. Филин, Ф.П. Очерки по теории языкознания / Ф.П. Филин. – М.: Изд-во Наука, 1982. – 336 с.

Список текстовых источников

  1. Addictions & Life Page Drug Related Street Terms/Slang Words. http://www.addictions.org/slang.htm

  2. Encyclopedia of Criminal Language, 1995 (CD). (ECL)

  3. Partridge, E. A Dictionary of Slang and Unconventional English / E. Partridge. – L.: Routledge & Kegan Paul Ltd., 1974. – Vol. 1. – 974 p. – Vol. 2 – 1530 p.

  4. Street Terms: Drugs and the Drug Trade. http://www.whitehousedrugpolicy.gov./streetterms



Е.В. Леонова

СГУ им. Н.Г. Чернышевского
когнитивные механизмы формирования личностной и социальной идентичностей

В последние годы внимание исследователей различных гуманитарных наук привлекает феномен идентичности, которому отводится ведущая, регулирующая роль во всей жизнедеятельности человека. Данный феномен представляется также весьма перспективной областью для исследования со стороны лингвистической науки. Следует отметить, что, несмотря на сравнительно недавнее проникновение данного термина в лингвистические работы, некоторые аспекты этого явления уже изучались в рамках исследования языковой личности и различных ее проявлений. Так, не всегда используя сам термин «идентичность», ученые-лингвисты рассматривают данную проблематику применительно к анализу национального самосознания, изучению языковой картины мира; в рамках когнитивной лингвистики анализируются концепты, принадлежащие национальному когнитивному пространству; в русле лингвокультурологии исследуется понятие «лингвокультурный типаж», являющийся по сути одним из сложившихся типов идентичности в социуме. Проблематика идентичности присутствует и в исследованиях организации речевого общения и коммуникативного поведения представителей определенной культуры [Енина 2010]. Хочется надеяться, что использование в лингвистическом исследовании концепций, выводов и в некоторой степени также и методов смежных дисциплин относительно феномена идентичности, откроет новые перспективы для изучения языковой личности в целом.

Как было установлено психологами и социологами, идентичность формируется на протяжении всей человеческой жизни, что сопровождается кризисами - конфликтами между сложившимся содержанием идентичности и актуальной социальной ситуацией. Идентичность, таким образом, является актуальным состоянием, текущим переживанием Я-целостности в определенный момент жизненного пути, не теряя при этом способности к дальнейшему развитию и переосмыслению со стороны носителя идентичности [Микляева, Румянцева 2008]. Следует отметить, что в современных психологических теориях идентичности принято разграничивать понятие «идентификация» (а также «самоидентификация») от понятия «идентичность». Если под идентичностью вслед за Э. Эриксоном сегодня принято понимать некоторое состояние самоотождествления, то идентификация - это совокупность процессов и механизмов, которые ведут к достижению этого состояния [Заковоротная 1999].

В последние десятилетия наибольшее распространение получает когнитивный подход к исследованию идентичности, в рамках которого идентичность понимается как когнитивная структура, регулирующая поведение в различных условиях [ср. Нуркова 2004]. В рамках данного подхода большое значение имеет то, какие именно мыслительные процессы происходят в сознании индивида в момент формирования идентичности, т.е. в процессе самоидентификации. В предлагаемой работе делается попытка осветить основные когнитивные механизмы, вступающие в силу в процессе формирования идентичности.

Несмотря на некоторые разночтения, большинство ученых, как психологов, так и социологов, приходит к выводу о наличии в структуре идентичности двух ее основных составляющих, а именно личностной (в другой терминологии персональной, индивидуальной) и социальной (коллективной, групповой, культурной) идентичностей. Мы поддерживаем подобное разделение, поскольку, по нашему мнению, эти два типа идентичности формируются в результате различных когнитивных процессов, о чем будет сказано позже.

В современной социологии принята следующая трактовка указанных типов идентичности:

- Личностная идентичность обычно описывается как набор черт, имеющий определенное постоянство или, по крайней мере, преемственность во времени и пространстве. Таким образом, личностная идентичность представляет собой определённый набор характеристик, делающий человека подобным самому себе и отличным от других.

- Социальная идентичность складывается из отдельных идентификаций и определяется принадлежностью человека к различным социальным категориям: этносу, классу, полу, культуре и т.д. [Павлова 2008].

Следует отметить, что в лингвистике к настоящему времени наибольшее распространение получили работы, изучающие последний тип идентичности, описываемый как культурная, или национально-культурная идентичность. В рамках данных работ идентичность рассматривается как неотъемлемая часть национального характера и оказывает решающее воздействие на выбор языковых средств при коммуникации [Гришаева 2007].

Немецкий философ Ю. Хабермас предлагает использовать термин «Я-идентичность» как совокупность личностной и социальной идентичностей. По словам Ю. Хабермаса, личностная и социальная сферы находятся в процессе постоянного взаимодействия, взаимоопределения, в результате чего реализуется «балансирующая Я - идентичность». Установление баланса происходит с помощью техник взаимодействия. Развивая философские традиции лингвистической философии, социологии Вебера, феноменологии, Ю. Хабермас утверждает, что определяющей техникой является язык [Хабермас 1995].

"Я сам" (личностная идентичность) и "Я в группе" (социальная идентичность) иногда сливаются, т.е. их трудно разделить. Поэтому Т.З. Козлова, приводя выявленные эмпирическим путем характеристики личностной идентичности, выделяет:


  1. Физические характеристики

    • Внешние данные

    • Демографический статус

    • Здоровье

    • Темперамент

  2. Психические свойства

    • Способности

    • Психические особенности (мазохист, пессимист)

  3. Социо-психологические черты, обусловленные социальным контекстом

    • Нравственные качества

    • Этические качества

    • Черты характера

    • Отношение к противоположному полу

    • Отношение к спиртному

    • Элементы в структуре поведения

  4. Мировоззренческие черты

    • Интересы

    • Политические взгляды

    • Особенности мироощущения (эстет, философ, мечтатель, любимый цвет, несчастный)

  5. Локус-контроль

    • "У меня нет нужды чувствовать себя частью какого-то "мы". Я живу сам по себе."

    • Уровень самооценки ("Я – маленький человек")

  6. Социостатусные характеристики и особенности стиля жизни

    • Уровень материального благосостояния

    • Образование

    • Профессия

    • Стиль жизни (мало сплю, устал, много ем)

  7. Знак зодиака [Козлова 1994].

Значимым является тот факт, что, несмотря на условность в отношении чёткости границы личностной и социальной идентичностей, они формируются, по нашему мнению, вследствие различных когнитивных процессов, которые мы считаем целесообразным определить как когнитивные механизмы формирования идентичности. Речь идёт о самокатегоризации в случае социальной идентичности и о самоатрибуции – в случае личностной.

Наиболее четко и лаконично определение самокатегоризации представлено в работе Тернера, где указано, что она есть «когнитивное группирование себя с некоторым классом идентичных объектов» [Тернер 1985].

Явление самокатегоризации представляет собой частный случай процесса категоризации, являющегося, по мнению Н.Н. Болдырева, одним из базовых понятий когнитивной лингвистики, которое «раскрывает общие принципы познавательного процесса и формирования знаний – того, как мы познаём окружающий нас мир, и в какой форме и каким образом мы сохраняем полученные знания, в том числе с помощью языка» [Болдырев 2000].

Е.С. Кубрякова определяет категоризацию в узком смысле как «подведение явления, объекта, процесса и т.п. под определённую рубрику опыта, категорию, и признание его членом этой категории», в более широком смысле – как «процесс образования и выделения самих категорий, членение внешнего и внутреннего мира человека сообразно сущностным характеристикам его функционирования и бытия, упорядоченное представление разнообразных явлений через сведение их к меньшему числу разрядов или объединений и т.п., а также – результат классификационной (таксономической) деятельности» [Кубрякова 1996].

Социальная идентичность, таким образом, формируясь в результате когнитивного механизма самокатегоризации, находит свое отражение, прежде всего, в причислении себя к определенной группе, либо, напротив, в отрицании своей принадлежности к оной.

Иной когнитивный механизм вступает в силу в процессе формирования личностной идентичности, которая, как уже было сказано, представляет собой определённый набор автохарактеристик, приписываемых носителем идентичности самому себе. Однако нельзя утверждать, что в каждый определённый момент времени индивид уже обладает знаниями о себе, о своих чертах личности, об особенностях поведения. Для того чтобы приписать себе некоторую характеристику, индивид чаще всего обращается к анализу своего поведения и на его основе умозаключает о своей картине мира и личностных чертах [Пoнoмapeв 2010].

Первым психологом, обратившимся к данному явлению, которое впоследствии получило название «самоатрибуция», стал Д.Бэм [Bem, 1972]. Он исследовал, каким образом индивид оценивает и интерпретирует свое внутреннее состояние, и какие внешние и внутренние признаки способствует этому. На многочисленных экспериментах Д.Бэм доказал, что индивид зачастую заблуждается, думая, что оценивает свое состояние, учитывая показатели только внутреннего состояния. На самом деле значительную роль в явлении самоатрибуции играют «внешние признаки», которые доступны и сторонним наблюдателям. То есть, теория самоатрибуции основывается на двух положениях: первое гласит о том, что индивид «узнает» о своем внутреннем состоянии, анализируя собственное поведение и (или) обстоятельства, в которых имело место данное поведение; второе – существуют обстоятельства, в которых внутренние сигналы слабы или трудно интерпретируемы, вследствие чего индивид находится в таком же положении, что и внешний наблюдатель, и вынужден объяснять свое поведение по тем же самым законам, что и сторонний интерпретатор [Михайлова 2007].

В целом, в соответствии с принципом самоатрибуции, в процессе формирования представлений о самом себе и причинности совершаемых действий, человек полагается на информацию из трех следующих источников: анализ внутренних импульсов; наблюдения за своим открытым поведением; и анализ обстоятельств, в которых это поведение реализуется. Чем противоречивее и неопределеннее внутренние импульсы, тем в большей степени он полагается на свои поступки и обстоятельства, в которых они реализовывались [Янчук 2005].



Акцентируя своё внимание на когнитивных механизмах самокатегоризации и самоатрибуции, мы учитываем также тот факт, что они являются не единственными механизмами формирования идентичности. Однако описанные выше механизмы являются наиболее характерными для указанных типов идентичности, что позволило обозначить их как основные когнитивные механизмы формирования личностной и социальной идентичностей.
Список использованной литературы

  1. Болдырев, Н.Н. Когнитивная семантика. Тамбов, 2000.

  2. Гришаева, Л.И. Особенности использования языка и культурная идентичность коммуникантов. – Воронеж: ВГУ, 2007. – 262 с.

  3. Енина, Л. В. Идентичность в лингвистических исследованиях: когнитивный подход / Л. В. Енина // Известия Уральского государственного университета. – 2010. – № 4 (81). – С. 162-168.

  4. Заковоротная, М.В. Идентичность человека. Социально-философские аспекты. Ростов-на-Дону, Издательство Северо-Кавказского научного центра высшей школы. 1999.

  5. Козлова, Т.З. Самоидентификация некоторых социальных групп по тесту «Кто Я?» // Социальная идентификация личности. – Т. 2: Книга 1 – М.: Институт социологии РАН, 1994.

  6. Кон, И.С. Психология самосознания // Психология самосознания. Хрестоматия. – Самара: Издательский Дом «БАХРАХ-М», 2007.

  7. Кубрякова, Е.С. Начальные этапы становления когнитивизма: лингвистика – психология – когнитивная наука // Вопросы языкознания. 1994. № 4.

  8. Микляева, А. В., Румянцева П. В. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования: Монография. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2008.

  9. Михайлова, И.В. Каузальная атрибуция и самоатрибуция в сложных жизненных ситуациях : дисс. ... канд. псих. наук : 19.00.05.- Ярославль, 2007.

  10. Нуркова, В.В. Роль автобиографической памяти в структуре идентичности личности. // Мир психологии, 2, 2004.

  11. Павлова, О.Н. Идентичность: история формирования взглядов и ее структурные особенности. М., 2008.

  12. Хабермас, Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1995.

  13. Янчук, В.А. Введение в современную социальную психологию. – Минск: АСАР, 2005.

  14. Bem, D. J. Self-perception theory / D. J. Bem // Advanced in experimental social psychology. — N. Y., 1972.

  15. Turner, J. Social Categorization and Self-concept: A social cognitive theory of group beheviour //Advances in group processes. London, 1985.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

  • опиатов
  • Список использованной литературы
  • Список текстовых источников
  • Е.В. Леонова СГУ им. Н.Г. Чернышевского когнитивные механизмы формирования личностной и социальной идентичностей