Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Доклад правозащитного центра




страница9/13
Дата10.01.2017
Размер2.35 Mb.
ТипДоклад
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13
10.1. Июнь 2001 года. Обстрелы, взрывы, убийства, “зачистки”

В результате ночного обстрела 12 июня в Старых Атагах были разрушены три дома, повреждены – десять. На требование жителей объяснить, почему военные обстреляли село, они лаконично ответили: “Праздновали День независимости”.

С 18 по 21 июня Старые Атаги каждую ночь подвергались обстрелам с места дислокации 205-й отдельной мотострелковой бригады. В итоге – новые разрушения и повреждения домовладений Мусы Эбаева (улица Олимпийская), Шарпуддина Солсаева (улица Интернациональная), Сайд-Адлана Азимова (улица Нагорная), Мусы Керимова (улица А.Шерипова) и других. Обходилось без жертв лишь потому, что люди ночевали в подвалах.

Но война продолжала уносить жизни людей. В первый день лета на дороге, ведущей из Старых Атагов в Гойты, на взрывном устройстве подорвалась легковая машина. Водителя разнесло на куски, одна женщина умерла на месте, другая, тридцатичетырехлетняя Дагман Халидова, жительница села Мескер-Юрт, скончалась в староатагинской больнице.

В этот день прекратил свое существование отряд местного ополчения, созданный с согласия комендатуры и принимавший участие в охране общественного порядка. Военные задержали и разоружили членов этого отряда. По ходатайству главы администрации села ополченцев отпустили, но оружие им не вернули46. Ближе к вечеру “федералы”, расположившиеся в поле вдоль села, взорвали частную станцию техобслуживания автомобилей на улице Шоссейная, у оросительного канала. По-видимому, они опасались, что оттуда по ночам боевики смогут обстреливать место дислокации военных. От взрыва пострадали дома, находившиеся поблизости, осколочное ранение получил Сайдаш Умаров с улицы А.Шерипова, погибла корова.

3 июня в селе Старые Атаги неизвестные убили двоих бойцов комендантской роты соседнего Урус-Мартановского района. Братья Таус и Мамед Вагаповы, жители Урус-Мартана47, приехали в Старые Атаги к родственникам и направились на базар за покупками. Тела Вагаповых были обнаружены на следующий день на окраине Старых Атагов. Над свежевыкопанной ямой была установлена табличка с надписью на русском языке: “Осторожно, заминировано”.

7 июня в Старых Атагах произошло очередное ночное убийство местного жителя. Около часа ночи вооруженные люди (около 15 человек) ворвались в дом № 5 по улице Амбулаторная и расстреляли проживавшего там Ваху Исраилова. Расследование возбужденного по факту убийства уголовного дела приостановлено “за невозможностью установить лиц, подлежащих обвинению”.

В июне российские военнослужащие несколько раз проводили обыски в староатагинской больнице. Первый раз они посетили ее 17 июня, утверждая, что здесь могут храниться боеприпасы и взрывчатка. Вели себя корректно. По окончании обыска, который проводился без понятых, военные заявили, что якобы нашли в разрушенной части здания “радиоуправлямый пластид”, но врачам находку не предъявили. Вместо протокола обыска главному врачу было предложено подписать чистый лист бумаги, что он сделать отказался. Военные все же сумели добиться, чтобы какую-то бумажку подписала акушерка.

Через несколько дней военнослужащие вновь появились в больнице. На этот раз они заявили, что с верхних этажей здания боевики обстреливают их позиции. Никаких боевиков военные не обнаружили, но попытались забрать с собой обучающихся в медучилище на втором этаже здания юношей и девушек, у которых в этот момент при себе не оказалось документов. Лишь решительное вмешательство медперсонала спасло молодых людей.

В июне же в Старых Атагах и близлежащих селах были проведены очередные “зачистки”.

7 и 20 июня “зачищалось” село Чири-Юрт. А утром 24 июня были блокированы Старые Атаги. Вскоре военнослужащие начали проверку по домам. В отличие от предыдущих “зачисток” на этот раз военнослужащие, по словам местных жителей, вели себя довольно корректно, не допуская противоправных действий. Ситуация изменилась после 17 часов, когда в нескольких десятках метров от “комендатуры” на радиоуправляемом фугасе подорвался военный “Урал” и среди военнослужащих появились погибшие и раненые. Сразу после этого по селу был открыт минометный и пулеметный огонь. Обстрел продолжался недолго, но его результатом стали гибель пятидесятилетнего Хасана Улубаева и разрушение нескольких домов. В этот и следующий дни в селе были задержаны несколько десятков человек. Их доставили на территорию бывшей птицефермы, где подвергли издевательствам. Например, Сулима Гехаева привязали к БТРу и несколько сотен метров протащили по земле. Его родственник, Л.Гехаев, недавно перенесший операцию по поводу удаления аппендикса, два часа висел, подвешенный за руки. Остальных били, требуя признаться в причастности к подготовке и осуществлению взрыва. Не добившись ничего от задержанных атагинцев, “федералы” отпустили их, предварительно взяв расписки, что они “не имеют претензий к военным и милиции”. Двадцатилетний Сайд-Эмин Мугаев был избит настолько, что ему пришлось длительное время лечиться в Грозном.

Село оставалось заблокированным еще два дня. Все это время в подворьях атагинцев мычала голодная скотина, так как военные не разрешали выгнать животных на пастбище.

Следует сказать: к этому моменту жалобы на поведение военнослужащих во время “зачисток” в населенных пунктах Чечни приобрели столь массовый характер, что командование было вынуждено как-то реагировать. Еще 24 мая 2001 года исполняющий обязанности командующего ОГВ(с) генерал-лейтенант В.И.Молтенской издал приказ № 145 “О мерах по повышению активности местных органов власти, населения, правоохранительных органов РФ и эффективности специальных мероприятий в населенных пунктах по выявлению и задержанию главарей и членов бандформирований на территории Чеченской Республики” (см. Приложение 6). В преамбуле и.о.командующего сообщал, что “в последнее время участились жалобы гражданского населения .. о якобы имеющихся случаях противоправных действий подразделений ОГВ(с) в Северо-Кавказском регионе при проведении специальных мероприятий”. В целях предупреждения возможных нарушений закона генерал Молтенской приказывал командирам частей и подразделений федеральных сил в ходе проведения специальных операций в населенных пунктах взаимодействовать с главами местных администраций, военными комендантами, начальниками поселковых отделений милиции, прокурорами районов. В начале спецопераций предписывалось приглашать данных должностных лиц на командный пункт руководителя этой операции. Возможно, существование этого приказа и обусловило корректное поведение военнослужащих в начале “зачистки” Старых Атагов 23 июня. Однако последующие события в Чеченской Республике показали, что ни военные, ни милиционеры не собирались исполнять этот приказ. Впрочем, дажев тех случаях, когда, в соответствии с приказом, глава местной администрации или начальник милиции приглашались на командный пункт, они не имели никакой реальной возможности предотвратить бесчинства.

Села и города “зачищались”, но число подрывов и нападений на федеральные силы лишь росло.

25 июня на дороге в километре южнее Старых Атагов в результате подрыва автомашины на фугасе были ранены пять милиционеров, командированных в Чечню из других регионов России.

А вечером 26 июня в Старых Атагах при попытке разобрать найденное ими взрывное устройство подорвались девять подростков и юношей в возрасте от двенадцати  до шестнадцати лет. Взрыв произошел во дворе заброшенного дома на улице Нурадилова, где ребята по вечерам собирались покурить, поиграть в карты. Четырнадцатилетний Ибрагим Кунтаев умер в тот же вечер в местной больнице от многочисленных осколочных ранений. Через день в больнице города Моздок от осколочного ранения в голову скончался пятнадцатилетний Магомед Мациев. Еще семь подростков получили осколочные ранения различной степени тяжести.

Закончился этот месяц для Старых Атагов событием, которое нельзя назвать иначе, чем погромом больницы.

29 июня в 17 часов около ста представителей федеральных сил, въехавших в село на двух БТРах, двух БМП и восьми автомашинах с замазанными номерами, ворвались в здание больницы. При этом они беспрерывно стреляли из автоматов и пулеметов. Больнице был причинен значительный ущерб. Все сотрудники больницы и стационарные больные, включая двух женщин-рожениц и четырехженщин с новорожденными детьми, были выгнаны на улицу. По-видимому, в больнице что-то искали, но на просьбу представиться и объяснить свое поведение ворвавшиеся вооруженные люди отвечали матом и угрозами. Многие из них были пьяны. Уходя, военные забрали с собой медицинское оборудование и препараты на крупную сумму (см. Приложение 7). Врачи больницы обратились с жалобой в прокуратуру, к военному коменданту и Специальному представителю Президента РФ по правам человека в ЧР. Как большинство подобных жалоб, осталась без всяких последствий и эта.

Сотрудники поселкового отделения милиции, находившегося в 100 метрах от больницы, не сделали даже попытки вмешаться и остановить произвол, хотя по долгу службы обязаны были это сделать. После отъезда военных они заявили, что не знают, к какой структуре относится это подразделение.

10.2. Июль–август 2001 года. Противостояние нарастает

Через неделю после июньской “зачистки” федеральные силы начали в Старых Атагах новую. Она проводилась по стандартной схеме. Утром 4 июля внутренние войска окружили село и взорвали единственный уцелевший мост через реку Аргун. Затем, блокируя дополнительно отдельные кварталы, приступили к тщательной проверке домов. В “зачистке” были задействованы подразделения, прибывшие изХанкалы, военнослужащие внутренних войск, дислоцировавшиеся на окраине села, и чеченский ОМОН из райцентра, села Толстой-Юрт. На второй день в Старые Атаги приехали начальники временного и постоянного районных отделов внутренних дел, военный комендант Грозненского района, которые стремились не допускать бесчинств военнослужащих и милиционеров. По-видимому, столь необычная ситуация была связана с тем, что “зачистка” проводилась в момент разрастания скандала вокруг массовых нарушений прав человека в ходе “зачисток” станицы Ассиновская и села Серноводск в Сунженском районе48. И тем не менее, хотя в целом представители федеральных сил вели себя относительно корректно, в некоторых домах военные переворачивали и ломали мебель, забирали ценные предметы и продукты, оскорбляли хозяев.

Трагически визит военных завершился для Шамсуди Бачаева: у шестидесятилетнего человека, сын которого в начале года был задержан и вернулся из фильтрационного лагеря с подорванным здоровьем, отказало сердце. У разволновавшегося старика случился инфаркт, третий по счету, и по дороге в больницу он скончался.

На шестой день проверки в южной части села произошла перестрелка. Неизвестные обстреляли группу солдат из автоматического оружия. В ответ военные открыли беспорядочный огонь из крупнокалиберных пулеметов и подствольных гранатометов. К концу дня стало известно о новом нападении: у мельницы на фугасе подорвалась БМП и среди военнослужащих есть пострадавшие. Местные жители опасались ужесточения репрессий, но оставшиеся два дня “зачистки” прошли относительно спокойно.

В середине июля в Старых Атагах снова произошли убийства местных жителей.

14 июля средь бела дня на улице села был убит местный житель Иса Мукаев, 1946 г.р. По словам свидетелей, стрелял в него незнакомый им чеченец, который спокойно покинул место преступления.

Вечером следующего дня неизвестные лица на улице расстреляли в упор Авади Башаева, заместителя главы сельской администрации. Недалеко от своего дома он разговаривал со знакомыми, когда двое мужчин вышли из остановившейся легковой машины марки “Жигули” без номерных знаков, приблизились к нему и открыли огонь из пистолета и автомата. Затем убийцы быстро сели в машину и уехали.

Причин убийства могло быть несколько. Участник первой российско-чеченской войны, важное должностное лицо Чеченской Республики Ичкерия в 1996–1998 годы, Авади Башаев в начале весны был задержан сотрудниками какого-то федерального силового ведомства, доставлен в Ханкалу, допрашивался с применением пыток (см. с. 93). Затем был освобожден и с конца весны стал работать заместителем главы администрации села Старые Атаги. По официальной версии, боевики не простили ему работу на “федералов”. Но многие в селе считают, что Башаева ликвидировали российские спецслужбы в связи с тем, что он не выполнял какие-то обязательства, которые дал, когда его “обрабатывали” в Ханкале.

Со второй половины лета 2001 года на большей части территории Чечни резко увеличивается число диверсий и нападений на федеральные силы. Вооруженные формирования, противостоящие федеральным силам, не только продолжали действовать в горных районах республики, но смогли за год с небольшим после военных поражений зимы-весны 2000 года создать подпольную разветвленную сеть, охватывающую большинство населенных пунктов предгорной и центральной равнинной части Чечни. Официозная российская пропаганда объясняла факт непрекращающейся активности боевиков тем, что к ним из центров международного терроризма постоянно поступают деньги и оружие, а костяк их отрядов якобы составляют иностранные наемники. Однако совершенно очевидно, что никакая помощь из-за рубежа и тем более никакие чужаки-наемники не могли бы обеспечить возможность непрекращающегося сопротивления федеральным силам, если бы отсутствовал главный ресурс боевиков – их поддержка значительной частью населения Чечни. При этом база такой поддержки с 1999 года постоянно увеличивалась. Виной этому был образ действий федеральных сил. Важно подчеркнуть, что озлобленность против “федералов” толкала часть чеченской молодежи, участвующей в вооруженных акциях против федеральных сил, к фундаменталистскому, “ваххабитскому” крылу вооруженных формирований. Роль и авторитет этих формирований, резко упавшие к концу осени 1999 года, снова стали расти.

Все вышесказанное целиком относилось и к Старым Атагам.

Здесь действовали как “ваххабитские” джамааты49, так и боевые структуры, ориентированные на Масхадова. Причем отношения между ними были весьма натянутыми. Среди фундаменталистов, действующих в этом районе, было немало пришлых людей, не местных жителей, которые не желали принимать в расчет, как их действия отзовутся на селе.

15 июля на окраине Старых Атагов при прохождении колонны военной техники по трассе в сторону Грозного подорвался автомобиль “Урал”. Один военнослужащий получил ранение.

20 июля была проведена “зачистка” нескольких кварталов села Чири-Юрт, при этом был легко ранен пытавшийся убежать местный житель Идрис Хусаинович Сулейманов. Военные погрузили раненого на БТР и куда-то увезли, на следующее утро его труп был обнаружен неподалеку от поселкового отделения милиции.

В ходе “адресной спецоперации” 24 июля в Старых Атагах были задержаны два местных жителя. Заодно военные избили пастуха Идриса Мациева, пасшего скот, и обстреляли легковую машину, ранив при этом в руку Беслана Курбанова, 1980 г.р.

На следующий день на окраине села, недалеко от “комендатуры”, был подорван и обстрелян бронетранспортер, при этом тяжело ранен солдат-контрактник. 26 июля “федералы” произвели обыски в этой части села и задержали 12 человек. После нескольких часов проверки все они были отпущены.

Необычный случай произошел 28 июля. Шестидесятивосьмилетний атагинец Иса Алгираев, проживающий на улице Нурадилова, ехал по трассе на своей машине, когда его остановил молодой российский военнослужащий, шедший пешком и без оружия. Он попросил подвезти его до части. Когда машина тронулась, солдат сказал: “Убей меня, я не хочу жить”. Старик сказал, что нельзя так шутить молодому и здоровому человеку. Но военный несколько раз повторил свою просьбу-требование и предупредил, что взорвет обоих, если водитель откажется сделать “это”. Вдруг он вытащил гранату и выдернул чеку. Раздался взрыв. Обоих, с осколочными ранениями, доставили в местную больницу, где им оказали помощь. Позднее военнослужащего арестовали сотрудники поселкового отделения милиции.

Через два дня на окраине села было совершено нападение на российского военнослужащего. Несколько местных парней избили солдата, который набирал воду в оросительном канале, и отобрали у него автомат. Ночью 30 и 31 июля недалеко от села начали рваться тяжелые снаряды.

1 августа на трассе Грозный–Шатой у Старых Атагов около трехсот человек провели митинг.

В отличие от предыдущих митингов, проводившихся в Старых Атагах, в этом, кроме атагинцев, принимали участие и жители ряда других сел. Подобные не санкционированные властью акции протеста стали получать в Чечне все большее распространение с весны 2001 года. Люди отчаялись добиться прекращения незаконного насилия со стороны федеральных сил в рамках правовых процедур. В ответ на незаконные задержания, убийства, обстрелы, “зачистки” жители населенных пунктов все чаще перекрывали движение транспорта по железнодорожным и автомобильным дорогам, организовывали пикеты у зданий органов власти, проводили шествия и т.п. В акциях принимали участие главным образом женщины. Власть подчас была вынуждена как-то реагировать – направлять к людям своих представителей с обещаниями “разобраться, наказать виновных, впредь не допускать подобное”. Но иногда протестующим удавалось добиваться и конкретных результатов – освобождения незаконно задержанных людей.

Важной отличительной чертой большинства таких акций протеста являлось то, что их проводили прежде всего родственники пострадавших (убитых, покалеченных, увезенных в неизвестном направлении) людей, их соседи, односельчане. Участники таких акций обычно выдвигали конкретные требования.

Несколько позже, с середины лета 2001 года, наряду с подобными акциями в Чечне стали проводиться более политизированные митинги. Их участники выдвигали требования о начале переговоров руководства России с А.Масхадовым, прекращения войны, вывода войск из Чечни и т.п. Такие митинги, в отличие от неполитизированных стихийных акций протеста, имели более организованный характер, возглавлял их определенный круг активистов. Подчас акция, носящая на первом этапе стихийный характер, приобретала черты политизированного мероприятия. Иногда же, наоборот, эти две тенденции (направленность на помощь конкретным людям и политизированность) вступали в противоречие друг с другом.

Требования женщин, детей и стариков, стоявших с плакатами 1 августа на трассе Грозный–Шатой, были разными: от освобождения ряда захваченных федеральными силами местных жителей до вывода российских войск из Чечни. Вскоре на двух бронетранспортерах сюда приехали военные и, открыв стрельбу поверх голов, попытались разогнать собравшихся. У двух присутствующих журналистов они отобрали видеокамеры. Попытки же задержать нескольких наиболее активных участников не увенчались успехом – люди отбили своих товарищей. Участники митинга разошлись лишь вечером.

В тот день на трассе было увеличено число блокпостов – через каждые несколько сотен метров были выставлены дополнительные передвижные. Видимо, это объяснялось слухами о планировавшемся Марше мира из Грозного в Москву.

Последний месяц лета, так же как и два предыдущих, для жителей Старых Атагов не обошелся без очередной “зачистки”. Она была проведена 3 и 4 августа.

Спецоперация началась с ночного обстрела окраины села из танковых орудий, при этом пострадал ряд домов, сгорело несколько автомашин.

Утром вертолет обстрелял группу женщин, которые, не зная, что в селе началась “зачистка”, направлялись по недавно восстановленному пешеходному мосту через реку Аргун из Новых в Старые Атаги. Женщины чудом остались живы.

Но вечером стрелки с вертолета “наверстали упущенное”, расстреляв с воздуха на окраине села стадо коров, – погибло 11 животных.

В ходе “зачистки” в селе были задержаны 12 местных жителей: шестеро из семьи Мааевых возрастом от двадцати двух до пятидесяти трех лет, Заурбек Садаев, шестидесяти лет, Лема Яхьяев, сорока лет, Зайнди Сутаев, пятидесяти лет, Зайнди Эльмурзаев, сорока лет, его сын Зиявди Эльмурзаев и проживающий у Эльмурзаевых в качестве беженца тридцативосьмилетний Асламбек Дудаев. Задержанных два дня держали на старой мельнице, а затем вывезли в райцентр Толстой-Юрт, во временный отдел внутренних дел. В тот же день всех, кроме Зиявди Эльмурзаева, у которого нашли автомат и патроны, отпустили. Позже З.Эльмурзаев был осужден к лишению свободы по обвинению в незаконном приобретении и хранении оружия.

Утром 4 августа военные зачем-то обстреляли, а потом сожгли небольшую мечеть на улице Учительской, а затем приступили к проверке близлежащих домовладений. В этой части села были ограблены дома семьи Мааевых и их соседей по адресам: Учительская, 11, Тихая, 9, Садовая, 57, Садовая, 64, Садовая, 74, Нагорная, 7, Нагорная, 8 и Нагорная, 11. То же самое произошло на улице А.Шерипова: вооруженные люди в камуфляжной форме присваивали найденные деньги и золотые украшения, открыто выносили из домов и загружали в бронемашины аудиоаппаратуру, видеотехнику, телевизоры и ковры. Некоторые из этих лиц забирали даже одежду, обувь, белье, аудио- и видеокассеты. Обыски сопровождались также погромами – мебель ломали, посуду и зеркала разбивали. Был ограблен частный магазинчик на улице Садовой.

По утверждению атагинцев, в “зачистке” участвовали военнослужащие, прибывшие с военной базы в Ханкале, и сотрудники ВОВД из райцентра Толстой-Юрт. Операцией руководил генерал Плотников. Номера на большинстве бронемашин и грузовиков, задействованных в “спецмероприятии”, были замазаны грязью или закрыты тряпками.

На следующий день после окончания “зачистки” Старых Атагов был обстрелян блокпост у села Чири-Юрт. А еще через день обстрелу из автоматов и подствольных гранатометов подверглась мельница в Старых Атагах, на территории которой располагалась застава внутренних войск; ранен прапорщик.

10 августа в селе произошло очередное убийство: неизвестные люди расстреляли из автомата двадцативосьмилетнего Руслана Хасарова, отца двоих несовершеннолетних детей (проживал по улице Аргунская, 61). До расформирования отряда местного ополчения он был его бойцом. Как сообщали свидетели, огонь по Хасарову был открыт из автомашины ВАЗ-2106 белого цвета без номерных знаков. Белая “шестерка” без номеров несколько раз фигурирует в случаях нападений на атагинцев. Однако, по данным прокуратуры, Р.Хасаров был убит военнослужащими, после того как он оказал им вооруженное сопротивление50.

11 августа, ближе к вечеру, при прохождении по трассе военной колонны со стороны Шатоя в десятке метров от автобусной остановки раздался взрыв небольшой силы. В результате погибли женщина, жительница Шатойского района, и подросток, который в это время купался в канале. Нескольких женщин, получивших осколочные ранения (среди них двадцатипятилетняя Хеда Таипова из Чири-Юрта, сорокапятилетняя Табарик Янгульбаева, мать четверых детей, и Зина Басханова из Новых Атагов), доставили в староатагинскую больницу. По их утверждению, по ним из колонны был сделан выстрел из подствольного гранатомета. Не исключено, однако, что причиной гибели и ранения людей послужило взрывное устройство малой мощности, установленное боевиками. Тем более что на следующий день военнослужащие внутренних войск, дислоцирующиеся на территории мельницы, обнаружили на обочине дороги, недалеко от остановки, и взорвали минное устройство.

Утром 14 августа на трассе прогремел мощный взрыв. В ответ военнослужащие подразделения 205-й отдельной мотострелковой бригады, незадолго перед этим расположившиеся в поле на западной окраине села, открыли беспорядочную стрельбу. В результате обстрела пятидесятилетний Зайнди Мовтаев получил осколочное ранение, были убиты шесть коров, принадлежавших сельчанам. Чудом избежали смерти два подростка, ехавшие на мотоцикле. На улице Шоссейной пострадали дома Ризвана Яндарбиева и его соседей. Во дворе у Солсаевых осколком пробило детскую коляску, в которой сидел двухлетний ребенок. Сильно поврежден был трактор Хусейна Яндарбиева, стоявший у ворот дома. Разрушена частная автозаправочная станция, принадлежавшая Майрбековым.

В ночь на 17 августа окраины Старых и Новых Атагов подверглись артобстрелу.

Днем 17 августа в районе Старых Атагов на трассе был подорван следовавший первым в колонне БТР, после чего начался обстрел колонны из автоматов и гранатометов; погиб один российский военнослужащий.

В ночь на 18 августа “федералы” в очередной раз взорвали восстановленные местными жителями пешеходный мост и автомобильные участки переправы по реке Аргун между селами Старые и Новые Атаги.

20 августа у села на мине подорвалась военная грузовая автомашина “Урал”. Пострадали находившиеся в кузове военнослужащие.

Днем 21 августа стоявший на выдвижном посту на дороге у поворота в село Гойты российский БТР № 312 обстрелял автомашину “Нива”, принадлежащую атагинцу Дудулову. При этом была убита пассажирка – тридцатилетняя Зайнап Умарова. В тот же день военнослужащие на этом посту подверглись нападению группы боевиков. В ходе продолжительной перестрелки пострадали оказавшиеся в районе столкновения мирные жители: Алу Хачукаев, 1929 г.р., житель села Мус-Кала Шатойского района, тридцатилетняя Люба Бисаева из Старых Атагов, двадцатичетырехлетняя Айна Сапарова из Грозного и шестидесятилетний атагинец Альви Ахмадов. Все они получили ранения. Очевидцы утверждают, что среди военных также были раненые.

28 августа на юго-восточной окраине Старых Атагов была обстреляна колонна российской бронетехники и машин, переправлявшихся через реку Аргун. Двое солдат погибли, несколько получили ранения.

Через два дня у Старых Атагов военнослужащие с выдвижного поста обстреляли пассажирский автобус, следовавший из Шатоя в Грозный. Огонь велся с БТРа № 305. В результате был тяжело ранен молодой человек, житель Шатойского района.

3 сентября в полдень при переправе через реку Аргун у сел Старые и Новые Атаги российская военная колонна попала в засаду. Боевики подбили БТР, были убиты двое и ранены четверо военнослужащих. Согласно официальным сообщениям, ранения получили пять военнослужащих, ответным огнем уничтожены шесть боевиков. От перестрелки пострадали также мирные жители села. Сгорело два дома, четыре человека получили огнестрельные и осколочные ранения: семидесятилетний Ваха Идигов, Умар Пахаев, сорока четырех лет, тридцатилетний Апти Латипов и подросток.

На помощь попавшим в засаду направились военнослужащие из подразделения 48-го полка внутренних войск, дислоцированного на окраине села. По пути они захватили нескольких местных жителей и использовали их в качестве “живого щита”. Вначале был остановлен микроавтобус марки “РАФ”, в котором житель Старых Атагов Сайд-Ибрагим Сайдахмадов вез свою семью – жену Розу и детей: Салаха, пятнадцати лет, Селима, десяти лет, Марьям, девяти лет, и Юсупа, пяти лет. Водителя вынудили вести автомашину с пассажирами в колонне вместе с бронетехникой, выдвигающейся к месту боя. Затем на бронетранспортер были посажены заместитель главы администрации села и два таксиста, чьи машины в этот момент случайно оказались на дороге. Заложникам повезло: бой на переправе завершился до подхода военнослужащих внутренних войск.

На другой день, 4 сентября, боевики провели новую диверсию: на взрывном устройстве, заложенном на трассе Грозный–Шатой, подорвался БТР. Спустя некоторое время из автоматического оружия была обстреляна колонна российской бронетехники.

В этот же день у села Чири-Юрт, согласно официальным сообщениям, военнослужащими были убиты два человека, пытавшихся установить мину, еще двоих задержали.

9 сентября был обстрелян блокпост у Новых Атагов; пострадавших не было.

В четверг 13 сентября на окраине Старых Атагов, недалеко от “комендатуры”, неизвестные люди застрелили из автоматического оружия работника строительной бригады, работавшей на российской военной базе в Ханкале, жителя Кабардино-Балкарии, приехавшего на грузовом автомобиле за гравием. Произошло это средь бела дня, в послеобеденное время. Российские милиционеры, наблюдавшие картину, не преследовали нападавших, не предприняли никаких действий, чтобы попытаться задержать их. Убийцы были на машине “Жигули” 6-й модели белого цвета без номерных знаков.

А ночью в село въехала другая легковая автомашина. Ее остановила группа местных жителей, дежуривших на улице. Несмотря на официальное расформирование в начале июня отряда ополчения, местные жители по ночам патрулировали улицы села. Они пытались таким образом обезопасить село от вылазок пришлых боевиков, от провокаций, которые могли исходить от любой из противостоящих сторон. Водителю остановленной машины, одетому в военную форму, предложили представиться и объяснить цель приезда. Он назвался сотрудником чеченского ОМОНа, но затем “газанул”, и машина на полной скорости помчалась в конец села. Там, на окраине, водитель бросил машину и побежал в направлении российского блокпоста у реки Аргун. Примерно через часна двух БТРах приехали военные и забрали машину.

17 сентября около 9 часов утра российские саперы, проводившие инженерную разведку местности, обнаружили на трассе и взорвали заложенную боевиками мину. Затем, по-видимому, в профилактических целях, они обстреляли окружающую местность. Одна из гранат, выпущенных из гранатомета, попала в ближайший дом по улице Шоссейная, принадлежавший Салавди Солтаеву. Граната влетела в спальню, где на диване спали двадцатисемилетний сын Салавди и его восьмимесячный внук. По счастливой случайности сын отделался лишь ожогом лица, ребенок не пострадал.

По сообщению ИТАР–ТАСС, 20 сентября в районе села Старые Атаги подразделением МВД в ходе боестолкновения была ликвидирована группа из шести боевиков; потерь среди сотрудников МВД нет. Возможно, эта группа должна была осуществить очередное нападение на военную колонну. Впрочем, жители Старых Атагов ничего об этом случае не знали.

Вечером этого же дня на мине подорвался возвращавшийся с поля тракторист, тридцатитрехлетний Алу Юсупов, отец двоих малолетних детей. Он получил осколочные ранения ног.

На следующий день на трассе Грозный–Шатой, вблизи Старых Атагов, состоялся очередной антивоенный митинг. Более 500 человек, присутствовавших на нем, требовали прекращения военных действий и начала мирных переговоров.

22 сентября около 23 часов, во время действия комендантского часа, на окраине Старых Атагов в результате взрыва мины смертельные ранения получили два местных жителя. Скорее всего, они подорвались при попытке установить мину на дороге. А перед этим днем на окраине села неизвестные, напав на отставшую от основной колонны технику, убили солдат-водителей и угнали две военные автомашины “Урал”.

Через два дня у Старых Атагов произошло новое нападение на автотранспорт, при таких же обстоятельствах. На этот раз жертвами стали два гражданских человека, жителя села Герменчук (Шалинский район). Вооруженные люди, чеченцы, отобрали у них два принадлежавших им КамАЗа, заявив, что государственный транспорт подлежит конфискации на нужды Чеченской Республики Ичкерия; водителей отпустили.

Во второй половине дня 24 сентября в районе Старых Атагов при проведении инженерной разведки местности на взрывном устройстве подорвалась БМП; были ранены четверо военнослужащих внутренних войск.

На растущую активность боевиков командование федеральных сил ответило стандартно – “зачистками”. 14 сентября “зачищалось” село Новые Атаги. А 27 сентября федеральные силы приступили к масштабной “зачистке” сразу четырех сел – Старых и Новых Атагов, Чири-Юрта и Дуба-Юрта.

10.3. “Зачистка” четырех сел 27 сентября – 6 октября 2001 года. Успех федеральных сил?

Перед “зачисткой” в селах отключили газ и электричество.

Рано утром 27 сентября четыре села были блокированы военнослужащими, затем на улицы въехали грузовики с солдатами и бронетехника. Номера на бронетранспортерах, грузовиках, автозаках (автомобилях для перевозки заключенных) были замазаны черной краской или грязью либо обмотаны тряпками.

Спецоперация продолжалась десять дней. По ночам войска покидали села, и тогда начинался артиллерийский и минометный обстрел их окраин.

В спецоперации кроме военнослужащих внутренних войск принимали участие сотрудники спецслужб (ФСБ и ГРУ). На “зачистку” прибыли, как минимум, семь генералов, включая генерал-майора внутренних войск Н.Богдановского51.

На этот раз федеральные силы сумели добиться успеха. 30 сентября в центре Старых Атагов в доме Мациевых военнослужащие обнаружили подземное убежище, в котором скрывались три человека: двадцатидвухлетний Тимур Сутаев, двадцатисемилетний Муса Садаев и араб Абу Якуб. В ходе возникшей перестрелки все трое были убиты. Никто из российских военнослужащих не пострадал. Из тайника было извлечено большое количество оружия, списки боевиков. Хозяин дома, в котором скрывались убитые, Билан Мациев, был арестован и увезен военными52. Уезжая, военные подорвали дом и хозяйственные пристройки Мациевых.

В этот же день в подвале дома Альви Мааева были обнаружены содержавшиеся там плененные боевиками двое российских военнослужащих: М.В.Коболев и А.П.Колов, которых намеривались обменять на родственника Мааевых, задержанного федералами. Дом был подожжен, хозяин дома арестован53.

1 октября временный пресс-центр МВД России сообщил, что убитый Абу Якуб являлся начальником разведки известного полевого командира Хаттаба. Сообщалось также:

...уничтожены еще два боевика-наемника, а один взят в плен .. Из схрона, в котором прятались бандиты, было изъято большое количество оружия и боеприпасов, в частности самодельный миномет с боекомплектом, два гранатомета, семь автоматов Калашникова с магазинами, два выстрела к подствольному гранатомету, 18 боевых гранат, три артиллерийских снаряда и 400 патронов к автоматическому оружию”.

На следующий день на пресс-конференции в Москве помощник Президента РФ С.В.Ястржембский нарисовал впечатляющую картину успешного хода “зачистки”. Агентство “Интерфакс-АВН” так сообщало об этой пресс-конференции:

В районе селений Дуба-Юрт, Чири-Юрт, Старые и Новые Атаги действовали шесть групп боевиков общей численностью от 60 до 100 человек, подчинявшихся уничтоженному 30 сентября руководителю разведки Хаттаба иорданцу Абу Якубу, сообщил .. помощник Президента РФ Сергей Ястржембский. Он подчеркнул, что “к настоящему времени три группы боевиковЯкуба уничтожены полностью”. ..



Помощник Президента отметил, что тридцатидевятилетний иорданец А.Якуб, известный по кличке “Салман”, был “одним из наиболее квалифицированных боевиков Хаттаба, через которого проходили потоки финансирования”. Якуб руководил “разведкой боевиков” и после гибели полевого командира Арби Бараева “пытался собрать разрозненные банды”.

С.Ястржембский сообщил, что работа по уничтожению бандформирований Якуба продолжается. В этой связи он напомнил об обнаружении в Старых и Новых Атагах схронов и тайников с оружием. “В одном из схронов были обнаружены телефоны космической связи, налаженное факсное сообщение, компьютеры”, – отметил он”.

Насколько к утверждениям С.Ястржембского следует относиться с доверием, можно судить хотя бы по тому факту, что компьютеры, якобы найденные в схроне боевиков, на самом деле принадлежали чешскому гуманитарному фонду “Человек в беде”. Они были обнаружены и изъяты военными в ходе обыска в доме семьи Мусаевых 28 сентября. В этот день осуществлялась проверка домов по улице Береговой. Здесь в доме № 14 проживает Али Мусаев, сотрудник гуманитарного фонда. Эта организация, работающая с начала войны в зоне конфликта, ведет громадную работу, доставляя продовольствие в Чечню и помогая восстанавливать разрушенное жилье. Часть своих программ “Человек в беде” осуществляет под эгидой Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев. В доме Мусаевых было размещено оборудование, необходимое для работы программы по восстановлению разрушенных домов в селе Дуба-Юрт, документация этой программы. Обнаружив в доме компьютеры, принтер, источник бесперебойного питания, копировальный аппарат и папки с документацией, военные немедленно вызвали начальство, после чего заявили о необходимости изъять компьютер “для проверки записанной в нем информации”. Изъятие проводилось в присутствии главы администрации Старых Атагов В.Гадаева. Несмотря на протесты хозяев дома, вместе с компьютером было изъято все остальное оборудование и документация. На вопрос, что военные собираютсяпроверять в копировальном аппарате и источнике бесперебойного питания, ответа не последовало. Никакого акта об изъятии ни Мусаевым, ни главе администрации оставлено не было. На улице изъятое оборудование военные разложили на капоте машины и зафиксировалина видеопленку54.

Впрочем, во многих других домах Старых Атагов представители федеральных сил вели себя значительно хуже. Прежде всего, пострадали члены семей Мааевых и Мациевых. Дома Хамида Мааева, Руслана Мааева и Айнди Мааева были ограблены (при этом избита жена Хамида Мааева – шестидесятилетняя Лейла). Дома, принадлежавшие брату Адама Мациева и Хасану Мааеву, – сожжены. Но очевидно, что грабежи были не только карательной акцией по отношению к “провинившимся” семьям. Повальному грабежу подверглись также дома Ногамерзаевых, Ошаевых, Тасуевых, Гиреевых, Чанкаевых, Ампукаевых, Башаевых, Джамалдиновых, Самбиевых, Джумаевых и многих других жителей села.

В ходе “зачистки” военнослужащие изъяли у жителей Старых Атагов “для проверки” около пятидесяти грузовых и легковых автомашин; более того, изымались даже мотоциклы и велосипеды. Когда “зачистка” закончилась, большинство изъятых автомобилей возвращены не были. Остовы четырех сожженных машин позже были обнаружены на территории бывшей птицефермы, куда доставлялся изъятый автотранспорт.

Из ряда домов военные уводили лошадей, коров, уносили домашнюю птицу.

Было сожжено сено Алхазура Усидова, проживающего на улице Садовой, и семьи Гехаевых, проживающих на улице Шоссейной.

Сожжена была также одна из сельских мечетей (маленькая).

В других “зачищаемых” селах также происходили грабежи; кроме того, в Чири-Юрте была сожжена мечеть.

Мужское население Старых Атагов от 14 до 60 лет подверглось практически поголовной “фильтрации”. Нередки были случаи, когда людей задерживали по нескольку раз – после проверки их освобождали, но вскоре другие военные их опять задерживали.

На территории бывшей птицефермы задержанных выстраивали в длинные шеренги. Тех, на кого указывали неизвестные люди в военной форме и масках, выводили из строя и отводили в сторону, остальных отпускали. Отобранные военными атагинцы подвергались жестоким избиениям и пыткам. Крики истязаемых слышали за сотни метров родственники задержанных, собравшиеся недалеко от территории птицефермы.

Среди десятков особо пострадавших атагинцев были и люди пенсионного возраста, и подростки, и даже ребенок. Тринадцатилетнего Ваху Шаванова задержали в один из первых дней “зачистки”, и родственники долгое время не могли ничего узнать о его судьбе. Военные утверждали, что они отпустили мальчика. Лишь после того, как жалобы родственников исчезнувшего поступили в районную прокуратуру, военные ночью доставили Ваху на окраину села и освободили. Он был очень сильно избит.

По рассказам пострадавших, их пытали электрическим током, из пальцев ног вырывали ногти, надевали на головы солдатские каски и били кувалдой. Некоторых на ночь помещали в автозаки, в так называемые стаканы – металлические отсеки 50 на 50 см, высотой чуть более метра, в которых нельзя ни стоять, ни сидеть.

Несколько десятков человек, подозреваемых в оказании помощи чеченским вооруженным формированиям или в участии в боевых действиях, были увезены в райцентр Толстой-Юрт, где содержались в ВОВД, где отношение к задержанным было лучше: избили только двоих – Белана Мациева и Альви Мааева. Вскоре большинство из них были освобождены, но вернулись искалеченными, испытав на себе ужасы пыток.

Среди тех, кто прошел жестокие пытки: Ильяс Алкаев, двадцати двух лет, братья Хасан и Хусейн Маштаковы, тридцати шести и тридцати семи лет, Салман Миназов, тридцати трех лет, отец троих детей (проживал в Ингушетии в качестве беженца и оказался в селе случайно, когда приехал проведать больную мать), и другие. Некоторые атагинцы, вернувшиеся домой после освобождения, долгое время проходили лечение, а пятидесятипятилетний Ваха Ислаев скончался.

Как минимум один человек из числа задержанных исчез. В первые дни “зачистки” был задержан временно проживавший в селе житель Грозного Идрис Хусейнович Абдулкудузов, 1975 г.р. Дальнейшая его судьба не известна. Военные утверждают, что освободили И.Х.Абдулкудузова.

В ходе “зачистки” неоднократно возникали конфликты между военными и представителями местной власти: главой администрации и работниками сельского отделения милиции. Военные даже по несколько раз задерживали некоторых работников милиции, обвиняя их в том, что они “покрывают” боевиков. В доме главы сельской администрации Вахи Гадаева военнослужащие устроили погром. При этом они заявили, что у них вызывает подозрение то, что Гадаев до сих пор жив, в то время как многие другие главы сельских администраций убиты. Подобные действия военных, возможно, были вызваны поведением представителей местной власти, отказавшихся подписать документ о том, что “операция по проверке паспортного режима” в селе Старые Атаги прошла без нарушений. Впрочем, очевидно, что маленький отряд сельской милиции, действительно, не вел бескомпромиссную  борьбу с боевиками – просто был не в состоянии это делать. Максимум, на что сельские милиционеры были способны, так этоохранять сотрудников сельской администрации и пытаться не допускать убийства жителей в селе.

В селе Чири-Юрт в ходе “зачистки” были задержаны около ста тридцати человек. Задержанные подвергались избиениям и пыткам. Абсолютное большинство из них в конце концов были освобождены, пятерым предъявили обвинения, а двое исчезли.

В Новых Атагах были задержаны несколько десятков человек, всех освободили, но перед этим подвергли избиениям.

Утром 6 октября войска, в предыдущие дни осуществлявшие блокаду и “зачистку” сел Старые и Новые Атаги, Чири-Юрт и Дуба-Юрт, стали возвращаться колоннами по трассе Грозый–Шатой в Ханкалу. Около 11 часов возле села Пригородного во время прохождения колонны военнослужащие с бронетранспортера открыли беспорядочную стрельбу, в результате которой был убит одиннадцатилетний Муслим Бисултанов и ранены несколько местных жителей, среди них – шестидесятилетняя женщина.

7 октября жители села Пригородное начали акцию протеста.

На митинг вышли практически все жители села. Протестующих поддержали и люди из других населенных пунктов: поселка Гикаловский, сел Чечен-Аул и Старые Атаги. Митингующие перекрыли трассу, остановив движение автотранспорта, как гражданского так и военного. Они требовали прекратить обстрелы населенных пунктов, “зачистки”, вымогательства на блокпостах, несанкционированные обыски и задержания, пытки задержанных. Митингующие также потребовали расследовать все факты преступлений федеральных сил в Чечне и наказать виновных.

В тот же день на встречу с людьми приехали представители Грозненской районной прокуратуры, МВД республики, журналисты чеченского телевидения. Однако собравшиеся потребовали приезда Специального представителя Президента РФ по правам человека в ЧР В.А.Каламанова и главы администрации ЧР А.Кадырова.

Акция протеста продолжалась до 10 октября. В этот день представители села были приглашены в Грозный в Дом правительства, где с ними встретились командующий Объединенной группой войск (сил) в Северо-Кавказском регионе генерал-лейтенант В.И.Молтенской, представители правительства ЧР, руководители всех силовых структур ЧР и прокурор ЧР.

Командующий ОГВ(с) обещал жителям Пригородного, что “виновные в гибели Муслима Бисултанова будут наказаны”. Он сказал, что военная и гражданская прокуратуры Чечни проводят расследование по этому факту. Прокурор Чечни В.Чернов сообщил, что расследованием произошедшего занимается следственно-оперативная группа.

По итогам встречи глава администрации Грозненского района Шахид Джамалдаев заявил, что жители Пригородного поверили командующему и согласились открыть дорогу. Действительно, в этот день с проезжей части были убраны бетонные блоки и кузовы сгоревших машин, которые перекрывали дорогу.

А в Старых Атагах после окончания “зачистки” произошли новые ночные убийства. В ночь на 8 октября неизвестными в масках был расстрелян во дворе собственного дома на улице Нурадилова заместитель главы администрации села сорокалетний Руслан Джумаев. Одновременно с ним на глазах семьи был убит и его двоюродный брат, сорокавосьмилетний Мохмад-Хусейн Джумаев, занимавшийся частным извозом. Погиб также и случайный свидетель преступления – Вахид Цамаев, пятидесяти пяти лет, бывший работник МВД, майор в отставке.

Ровно через сутки был убит еще один атагинец, Сайпудин Кагиров, который не скрывал своих симпатий к федеральной власти. Убийцы действовали демонстративно – уходя с места преступления, они беспрерывно стреляли в воздух.

Очевидно, что “жесткая зачистка” спровоцировала в селе новые сведения счетов. Боевики приступили к ликвидации тех, кого заподозрили в сотрудничестве с российскими силовыми структурами.

10 октября глава администрации села Ваха Гадаев на сходе жителей объявил о намерении сложить полномочия, но по настоятельной просьбе старейшин и авторитетных сельчан вынужден был остаться в должности.

Через два дня у села Старые Атаги состоялась массовая акция протеста против действий федеральных сил. В ней приняли участие атагинцы и жители сел Чири-Юрт, Дуба-Юрт, Новые Атаги, Чечен-Аул, Дачу-Борзой, Шали, Курчалой, Алхазурово, поселка Гикаловский и других.

15 октября на автодороге у села Чири-Юрт чеченские вооруженные формирования напали на колонну федеральных сил, в которой следовали военнослужащие внутренних войск, сотрудники милиции и районной комендатуры. На одном из участков дороги одновременно взорвались четыре фугаса, заложенные у дорожного полотна. Колонна была вынуждена остановиться. Боевики тут же открыли огонь по грузовикам и по военнослужащим, находившимся на броне сопровождавшего их бронетранспорта; один милиционер был убит, другой тяжело ранен.

В ночь на 16 октября в Старых Атагах и Чири-Юрте подверглись нападению поселковые отделения милиции. В ходе длительной перестрелки погиб один из нападавших – житель Старых Атагов. В ответ на нападения по селам был открыт минометный огонь; в Старых Атагах от инфаркта умерли два старика, в Чири-Юрте от разрыва мины погибли два местных жителя. После этого нападения поселковое отделение милиции было перенесено из здания конторы госхоза “Атагинский” практически за пределы территории села – в помещение мельницы на северной окраине Старых Атагов.

22 октября РИА “Новости” сообщило, что “сотрудники правоохранительных органов установили причастность задержанного ранее пятнадцатилетнего жителя села Чири-Юрт к подготовке и проведению террористического акта, совершенного 15 октября”.

23 октября около 21 часа в селе Старые Атаги военнослужащие 205-й отдельной мотострелковой бригады обстреляли легковой автомобиль с тремя находившимися в нем мужчинами. Двое из них были убиты, один ранен. Одним из погибших оказался местный житель Мовсар Хамзмтов, 1972 г.р. По факту обстрела прокуратура возбудила уголовное дело, но установить личности военнослужащих, обстрелявших автомобиль, не удалось.

24 октября в Старых Атагах боевики напали на сотрудников чеченского ОМОНа – два милиционера, Магомед Дамбаев и Абдула Вахабов, были убиты, третий, Мавлади Макаев, увезен в неизвестном направлении.

Так заканчивался второй год “контртеррористической операции”.

Примечания

45 Термин «эскадроны смерти» появился в Бразилии в 60-е гг. XX столетия. Так сами себя назвали группы полицейских, которые при покровительстве начальства начали «радикальную» борьбу с преступностью, казня без суда и следствия тех, кого они подозревали в совершении правонарушений. Жертвами их становились чаще всего не крупные мафиози, а мелкие уличные грабители, бродяги, воришки. Затем «эскадроны смерти» стали использоваться властями многих государств Латинской Америки в политических целях для подавления оппозиции и партизанских движений.

46 Вместо отряда ополчения летом 2001 г. в Старых Атагах было наконец создано сельское участковое отделение милиции, в которое приняли на работу десять местных жителей. В Чечне, как на районном уровне, где сосуществовали ВОВД и РОВД, так и на сельском создавались параллельные структуры правоохранительных органов. В селах действовали поселковые отделения милиции (ПОМ), где служили приезжие милиционеры, и сельские отделения милиции, куда на работу принимали местных жителей.

47 В ряде районов Чечни в комендантские роты в 2001 г. начали принимать на службу местных жителей.

48 Серноводск и Ассиновская расположены в Сунженском районе недалеко от административной границы с Ингушетией. После того как 1 июля 2001 г. в Серноводске на фугасе подорвалась милицейская автомашина и погибли пять милиционеров, здесь 2 и 3 июля были проведены «зачистки». Эти спецоперации сопровождались массовыми задержаниями местных жителей, грабежами, избиениями и пытками, убийствами, исчезновением людей. В отличие от населения многих других подвергавшихся «зачисткам» чеченских сел, жителям Серноводска и Ассиновской было куда бежать. В Ингушетию хлынул новый поток беженцев – за два дня, 3 и 4 июля, из приграничных сел Чечни туда вышли несколько тысяч человек. Причем именно в эти дни в Грозном проходило выездное заседание Государственной Думы РФ по проблеме возвращения вынужденных переселенцев назад в Чечню.

Властям не удалось предотвратить огласку, многие как российские, так и зарубежные СМИ, опираясь на показания беженцев и материалы правозащитных организаций, описали ужасы прошедших «зачисток». Выяснилось, что приказ Командующего ОГВ(с) № 145 войсками злостно игнорировался. Задержанию и избиениям подверглись главы администраций сел, местные милиционеры. Разразился скандал. Администрация и правительство Чеченской Республики были вынуждены выступить с резкими протестами по поводу незаконных действий федеральных сил. Затем и представители командования ОГВ(с) признали, что «военнослужащими под воздействием эмоциональных факторов могли быть допущены определенные нарушения». По фактам этих нарушений прокуратурой были возбуждены уголовные дела. 25 июля 2001 г. Генеральный прокурор РФ В.Устинов издал приказ № 46 (см. Приложение 8), в котором признавал факт неблагополучной ситуации с соблюдением прав человека при проведении «зачисток». Этот приказ, регламентирующий действия сотрудников прокуратуры во время проведения спецопераций в населенных пунктах, ставил целью ограничить масштабы произвола и насилия в ходе «зачисток».



49 Джамаат – община, объединение людей.

50 Из ответа (15.05.2002 г. № 52-4465-02) заместителя Генерального прокурора РФ С.Н.Фридинского на запрос председателя Комитета по безопасности Государственной Думы Федерального Собрания РФ А.И.Гурова.

51 Заместитель командующего ОГВ(с) генерал-майор внутренних войск Николай Багдановский осенью 2001 г. – зимой 2002 г. приобрел печальную известность тем, что руководил рядом масштабных «зачисток», в ходе которых происходили массовые нарушения прав человека, совершались преступления против местных жителей, нарушались законодательство России и приказ командующего ОГВ(с) № 145.

52 Странным образом Б.Мациев позже был освобожден и скрылся.

53 Через несколько дней он был освобожден.

54 На запрос ПЦ «Мемориал» о судьбе увезенного военными имущества военный прокурор военной прокуратуры СКВО О.Пенчук ответил 20 ноября 2001 г., что, «исходя из того, что у работников милиции имелись достаточно веские основания полагать, что данное оборудование могло находиться в пользовании членов НВФ, старшим группы было принято решение об изъятии указанного имущества, которое установленным порядком было передано представителям ФСБ. В настоящее время соответствующими специалистами за пределами ЧР проводятся исследования жесткого диска компьютера. Изъятое имущество может быть получено владельцами в н.п. Ханкала через представителей управления ФСБ РФ. Для этого нужно прибыть в любой день с 9 до 12 часов в военную прокуратуру – воинская часть 20102 (кабинет № 25)».

Просто написать – «прибыть в Ханкалу в воинскую часть». Но попасть туда для представителей чешской гуманитарной организации оказалось практически невозможно. Оставалось писать в прокуратуру письма.

Наконец 17 мая 2002 г. военный прокурор В.И.Коломийцев ответил гуманитарной организации: «По сообщению руководства оперативного управления по координации проведения контртеррористической операции ФСБ РФ 8 февраля 2002 г. в н.п. Чечен-Аул на неустановленном взрывном устройстве произошел подрыв автомашины марки “УАЗ-452” с находящейся в ней вычислительной техникой, принадлежащей вашему фонду и транспортируемой для передачи вашим представителям. В результате подрыва принадлежащее фонду имущество было уничтожено».

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

  • 10.2. Июль–август 2001 года. Противостояние нарастает
  • 10.3. “Зачистка” четырех сел 27 сентября – 6 октября 2001 года. Успех федеральных сил
  • Примечания 45