Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Доклад правозащитного центра




страница4/13
Дата10.01.2017
Размер2.35 Mb.
ТипДоклад
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
5. Апрель–август 2000 года. Начало «минной войны»  Начало апреля ознаменовалось резкой реакцией межгосударственных организаций на продолжающуюся войну в Чечне.  С 31 марта по 4 апреля Северный Кавказ посетила с официальным визитом Верховный комиссар ООН по правам человека Мэри Робинсон. Несмотря на плотную “опеку” сопровождавших ее российских должностных лиц, Верховный комиссар сумела получить достаточно информации (в том числе и во время посещения представительства “Мемориала” в Назрани) для того, чтобы делать выводы. 5 апреля в своем выступлении в Женеве на сессии Комиссии ООН по правам человека она дала резко негативную оценку ситуации с правами человека в Чеченской Республике, возложив основную ответственность за это на политическое руководство России.  На следующий день в Страсбурге Парламентская Ассамблея Совета Европы приступила к рассмотрению ситуации в Чеченской Республике. В связи с тем, что Россией не были выполнены прежние рекомендации ПАСЕ, на этот раз были приняты крайне жесткие рекомендации, призывающие к конкретным санкциям против России (см. Приложение 2).  ПАСЕ вновь заявила, что “Россия нарушила и продолжает нарушать ряд своих наиболее важных обязательств как по Европейской конвенции о правах человека, в особенности по Статье 2 (право на жизнь), так и по международному гуманитарному праву, а также обязательства, добровольно взятые на себя при вступлении в Совет Европы. ... Что касается требования к России о строгом соблюдении основополагающих прав человека в отношении гражданского населения на территориях, находящихся под контролем российских властей, то до настоящего времени сделаны только заявления о намерениях ..”.  Ассамблея рекомендовала Комитету министров СЕ30, если не будет существенного, нарастающего и явного прогресса в выполнении требований данной резолюции, начать процесс приостановления членства России в СЕ.  Кроме того, ПАСЕ призвала государства–члены СЕ обратиться в Европейский суд по правам человека с межгосударственными исками по поводу нарушений Россией положений Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в ходе вооруженного конфликта в Чечне.  Отдельным решением российская делегация была лишена права голосовать на сессиях ПАСЕ. В ответ российские парламентарии заявили, что они покидают Страсбург и не будут участвовать в работе ПАСЕ до тех пор, пока это “несправедливая и дискриминационная” мера не будет отменена.  20 апреля 2001 года в Женеве Комиссия ООН по правам человека приняла резолюцию, осуждающую Россию за продолжающиеся грубейшие нарушения прав человека в Чечне (см. Приложение 3). В ней содержался призыв ко всем сторонам конфликта “предпринять немедленные шаги для прекращения военных действий и неправомерного использования силы и начать без промедления политический диалог и эффективные переговоры с целью достижения мирного решения кризиса, которое полностью уважает территориальную целостность и Конституцию Российской Федерации”.  Кроме того, согласно резолюции, зону конфликта должны были посетить Специальные докладчики: по пыткам, по внесудебным казням, по вопросу о внутренних перемещенных лицах и по вопросу о насилии в отношении женщин, а также Специальный представитель Генерального секретаря ООН по вопросу о детях и вооруженных конфликтах.  В ответ официальные представители России заявили, что эта резолюция не объективна и Россия не будет выполнять ее рекомендации. С осени 1999 года подача электричества в Чечню была прекращена, лишь незначительная часть домов, хозяева которых пользовалась движками-генераторами, имела электрическое освещение. Во второй половине апреля 2000 года возобновилась подача в Старые Атаги электроэнергии. Казалось, что постепенно налаживается мирная жизнь. Однако война не давала о себе забыть. С апреля в Старых Атагах участились адресные проверки тех или иных домов. Иногда в результате таких проверок военным и милиционерам удавалось обнаруживать тайники с оружием. Так, 4 апреля пресс-служба Объединенной группировки войск (сил) на Северном Кавказе сообщила: “В селении Старые Атаги сотрудники временного отдела внутренних дел обнаружили тщательно замаскированный склад с оружием в подвале заброшенного дома. Неизвестные спрятали там 15 автоматов, 2 пистолета и 2 автомата “Борз””. Но еще чаще, не обнаружив в доме ничего противозаконного, представители федеральных сил все равно забирали с собой его хозяина. 21 апреля сотрудники Грозненского районного ВОВД схватили Мусаева, занимавшегося перевозкой нефтепродуктов на машине-бензовозе, и увезли в ИВС, расположенный в селе Толстой-Юрт. Оттуда его отпустили только после уплаты родственниками денежного выкупа. Утром 4 мая военными, въехавшими в село на БТРе и автомашине “Урал”, были задержаны и увезены атагинец Рамзан Азимов и житель Грозного Валид Куруев, проживавший в качестве беженца у Азимовых. Оба – бывшие работники шариатского суда в Старопромысловском районе Грозного. При проведении “спецоперации” военнослужащие избили Сайд-Адлана Азимова, брата одного из задержанных. От него требовали сказать, где находится бывший полевой командир, депутат Парламента ЧРИ Балавди Белоев, с которым одно время работал Сайд-Адлан. Валида Куруева и Рамзана Азимова, по словам родственников, продержали в следственном изоляторе Ростовской области больше года, пытаясь вменить им в вину то ли наркотики, то ли участие в НВФ, и освободили по амнистии. На время написания книги оба снова проживали в Чечне. В этот же день военные ворвались во двор Элимбаевых. Когда им навстречу из дома выходил слепой глава семейства, один из солдат неожиданно открыл огонь и ранил старика. Видимо, поэтому в тот день военные не стали проводить обыск дома. 15 мая военные снова въехали в Старые Атаги и провели в нескольких домах адресные проверки. В этот день они снова вошли в дом Элимбаевых и задержали Абдуллу Элимбаева, вместо разыскиваемого по подозрению в причастности к вооруженным формированиям его брата – Шамиля. Абдуллу продержали в неизвестном ему месте в яме 25 суток и отпустили, возможно,за выкуп. Впрочем, война напоминала о себе отнюдь не только обысками и задержаниями. 9 мая произошло нападение на сотрудников сводного отряда милиции из Санкт-Петербурга. В десять часов вечера машина с милиционерами, едущая через село, была обстреляна из автомата. Два человека получили легкие ранения. Это было второе нападение на санкт-петербургских милиционеров. Первый обстрел, от которого никто не пострадал, произошел ночью 28 января, сразу же после их размещения в селе. 11 мая в дом Мазаевых попал неизвестно откуда прилетевший снаряд. Семья не пострадала, однако зданию причинены значительные повреждения. 30 мая неподалеку от пешеходного моста через речку Аргун погиб, подорвавшись на мине, сорокапятилетний атагинец Адам Салсаев. На другой день на окраинной улице Береговая, в восточной части села, были обнаружены мины, спрятанные, по всей вероятности, боевиками. Об опасной находке жители поставили в известность сотрудников поселкового отделения милиции. Приехавшие саперы обезвредили мины, взорвав их в безопасном месте. Во второй половине мая снова участились вылазки солдат на окраины села в поисках водки и еды. Обо всех случаях подобных визитов военнослужащих жители сообщали в сельские администрацию и отделение милиции, которые, в свою очередь, доводили эту информацию до сведения районного коменданта. Весной же атагинцы начали находить трупы пропавших ранее сельчан. 5.1. Обнаружены захоронения 28 апреля 2000 года из села Чечен-Аул в Старые Атаги было привезено тело Асруди Тамаева, считавшегося пропавшим без вести где-то в районе расположения российских войск у Старых Атагов 3 декабря прошлого года. Он был убит и брошен в канал. 9 апреля его тело, отнесенное течением на север, нашли жители Чечен-Аула и похоронили на своем кладбище. По описанию людей и по остаткам одежды родственники опознали А.Тамаева и перевезли его прах в Старые Атаги. Участвовавшие в перезахоронении рассказывают, что руки молодого человека были связаны проволокой, а на теле сохранились следы пыток и тяжких повреждений. 2 мая на северо-западной окраине села, недалеко от бывшей птицефермы, где с декабря 1999 по лето 2000 года дислоцировалась воинская часть, в полузасыпанной траншее были обнаружены два трупа. В одном опознали Салмана Сальмурзаева с улицы Майской, которого 15 января российские военнослужащие увезли на бронетранспортере, второго опознать не удалось. Убитые были захоронены на местном кладбище. 14 июня примерно в полутора–двух километрах к западу от села Старые Атаги было обнаружено захоронение, в котором нашли трупы трех братьев Гиреевых и пятидесятилетнего Мусы Сугаипова, отца десятерых детей. Без каких-либо оснований они были задержаны и увезены российскими военнослужащими еще 27 января и все это время разыскивались родственниками. Руки и ноги жертв были связаны, на телах –следы пыток, конечности переломаны. По показанию Изади Увайсовича Гиреева, 27 января вечером его родной брат Арби Увайсович Гиреев, 1968 г.р., и два двоюродных брата-близнеца, Сайд-Хусейн Рувайсович и Сайд-Эмин Рувайсович Гиреевы, 1963 г.р., должны были встретиться с “федералами” недалеко от села, рядом с узлом водоканала “Ханкальский”. Видимо, у Гиреевых с военнослужащими были общие дела (к тому времени между некоторыми гражданскими и военными сложились “торговые и бартерные отношения”). Сайд-Хусейн и Сайд-Эмин работали в водном хозяйстве, один инженером, другой рабочим. Они были на работе, а Арби приехал к ним на собственной легковой машине. Воинская часть, куда они собирались, дислоцировалась недалеко от узла. На состоявшейся встрече атагинцы были задержаны. Муса Мюсиевич Сугаипов работал сторожем на мельнице, рядом с узлом водоканала, и часто заходил к Гиреевым на работу. По-видимому, военнослужащие прихватили и его, когда ехали с задержанными братьями. Немногочисленные свидетели видели автомобиль Арби Гиреева с двумя военными в масках, направлявшийся в сторону села Гойты. Два дня никто не мог из-за последовавшей 28 января “зачистки” выехать за пределы Старых Атагов, чтобы выяснить, куда увезли четверых мужчин. Только 30 января сестре Арби Гиреева удалось выбраться из села. Пешком она дошла до военного поста, расположенного на дороге, идущей в сторону села Гойты. Здесь, у воинской части, она увидела военных, с помощью экскаватора копавших землю. Впоследствии трупы нашли именно в этом месте. К поискам пропавших людей были подключены близкие родственники и друзья. Искали в разных местах и по различным каналам, повсюду, где это было возможно. Обращались к московским землякам: Малику Сайдуллаеву (бизнесмен, руководитель концерна “Милан”), Умару Джабраилову (бизнесмен, совладелец гостиницы “Рэдисон-Славянская”, кандидат в президенты РФ на выборах 2000 г.), в Комиссию по розыску пропавших без вести при Президенте РФ, к заместителю Полномочного представителя Президента РФ в Чеченской Республике, в УФСБ. Одни ограничивались отписками, другие обещали помочь, третьи заверяли, что задержанные живы и находятся в Пятигорске. Через два месяца после исчезновения Гиреевых и Сугаипова на рынке в городе Назрань (Ингушетия) родственники опознали принадлежавшую Арби Гирееву легковую машину “Вольво” и разыскали человека, который ее продал. Тот признался, что купил машину у “федералов”, и попросил дать время, чтоб найти их. Но так ничего и не сделал. 13 июня жители села Дачу-Борзой, искавшие своего пропавшего родственника, нашли в том месте, о котором говорила сестра Гиреевых, труп без головы. Опознав в нем исчезнувшего родственника, они забрали тело. На другой день пастух села Старые Атаги в этом же месте обнаружил трупы братьев Гиреевых и Сугаипова (собака разрыла местозахоронения, почувствовав трупный запах) и сообщил об этом в местную администрацию. Глава администрации, начальник поселкового отделения милиции, жители выехали на место, раскопали захоронение и произвели осмотр трупов. Изади Гиреев так описал захоронение: “...оно представляло собой яму глубиной около двух метров, в которой были захоронены четыре трупа. Клали труп, засыпали его землей на 15–20 сантиметров, трамбовали ее, затем клали другой, и все проделывалось таким же образом. Тела моих братьев и Сугаипова были со следами страшных пыток и жестокой расправы: у всех сломаны грудные клетки, простреляны коленные чашечки, у Арби прострелен подбородок. У троих руки были связаны за спиной веревкой, а у брата ремнем. Один из моих двоюродных братьев был удушен шарфом”. Убитых похоронили на сельском кладбище. По факту обнаружения тел братьев Гиреевых и М.Сугаипова прокуратурой было возбуждено уголовное дело по статье 105 (убийство) УК РФ. Через три дня после перезахоронения приехал сотрудник Грозненской районной прокуратуры. Он опросил людей и записал их показания, потом, сфотографировав место захоронения, поспешно уехал. Никаких других следственных мероприятий произведено не было. За прошедшие два с лишним года дело не продвинулось ни на шаг, и производство предварительного следствия было приостановлено. 5.2. Обострение ситуации. Июнь–июль 2000 года С началом лета 2000 года в Старых Атагах и на прилегающих территориях стала заметна активность чеченских вооруженных формирований. Можно утверждать, что именно тогда в этом регионе началась “минная война” против федеральных сил. 3 июня, во второй половине дня, впервые в районе Старых Атагов произошло нападение на российскую бронетехнику: недалеко от села была подорвана боевая машина пехоты, один солдат погиб, двоих ранило. Военнослужащие в ответ открыли по окраинам села беспорядочный огонь, затем задержали нескольких человек, в том числе и женщин, работавших на своих огородах. Узнав об этом, на помощь им поспешили родственники. Один из них, шестидесятипятилетний Султан Ойбуев, умер от разрыва сердца, когда бежал выручать свою сноху. Задержанные вскоре, после установления их непричастности к взрыву, были освобождены. Днем 16 июня в Старых Атагах в очередной раз были обстреляны из автоматического оружия автомашины с милиционерами. Пострадавших не было. 19 июня вблизи села на мине подорвался БТР. Военные задержали по подозрению Рамзана и Алхазура Абубакаровых, которые пропалывали неподалеку свой огород, но после допроса, убедившись в их непричастности, отпустили. 5 июля на окраине поселка Чири-Юрт на мине подорвалась военная автомашина “Урал”. Несколько военнослужащих были ранены. 21 июля в районе Новых Атагов в результате подрыва на управляемом фугасе автомашины “Урал” погибли трое офицеров Рязанского ГУВД и милиционер-водитель из Санкт-Петербурга; еще трое милиционеров были ранены. Вечером 27 июля, во время действия комендантского часа31, неизвестные в масках напали на чеченских милиционеров. В результате обстрела машины участковый Гилани Демильханов, старый работник милиции, был ранен в ногу, а водитель Беслан Эльмурзаев убит. Большинство местных жителей считают, что нападение на милиционеров совершено боевиками, из мести за сотрудничество с российскими властями. Федеральные силы, в свою очередь, продолжали проводить в районе Старых Атагов операции по поиску боевиков, тайников с оружием и даже с “подрывной литературой”. 2 июня “Интерфакс” со ссылкой на пресс-центр Объединенной группировки войск (сил) сообщал о проведении серии подобных операций в селе. А 29 июня, с утра заблокировав Старые Атаги, российские военнослужащие провели масштабную “зачистку”. По сравнению с январской спецоперация была проведена достаточно мягко. Тем не менее, некоторые из военных не удержались от соблазна поживиться: трофеями их стали видео- и аудиоаппаратура, фотоаппараты и даже вещи из приданого девушек, которое заранее готовится в чеченских семьях (одежда, парфюмерия, украшения и т.д.). На улице Цветочной у одной женщины отобрали деньги – 3000 рублей, из магазина И.Байсултанова вывезли товар, у В.Закаева забрали лекарства. В середине дня непонятно за что задержали Мовсара Кантаева – сторожа мельницы. Завязав ему глаза и руки, военные хотели увезти его на БТРе, но благодаря вмешательству Вахи Гадаева, главы администрации,отпустили. В начале июля, по сообщению ИТАР–ТАСС, в Старых Атагах федеральными силами были уничтожены пять перегонных установок для производства самодельного бензина. 17 июля ИТАР–ТАСС сообщило, что в лесопосадке вблизи Новых Атагов был обнаружен склад оружия. Через день, 19 июля, по сообщению “Интерфакса”, сотрудники МВД РФ обнаружили крупный склад оружия в лесопосадках уже в районе Старых Атагов. Согласно официальным сообщениям, из тайника было изъято пять реактивных снарядов, пять огнеметов “Шмель”, 12 гранатометов “Муха”, 48 ручных противотанковых гранатометов, 130 мин, свыше 50 гранат, 17 противопехотных мин, 22 400 патронов к зенитной установке “Шилка”, самодельный миномет, а также огромное количество патронов к стрелковому оружию и взрывчатка. 27 июля в пресс-центре Объединенной группировки федеральных войск сообщили, что под “селением Старые Атаги в тайнике обнаружено 300 килограммов религиозной литературы ваххабитского толка”. 5.3. Неизвестная болезнь. Конец июля–август 2000 года В конце июля – начале августа в староатагинскую больницу стали поступать пациенты со странным заболеванием, предположительно отравлением неизвестным веществом нервно-паралитического действия. Случилось это вскоре после того, как в селе Шаами-Юрт Ачхой-Мартановского района от непонятной болезни (считалось, что от брюшного тифа) скончались несколько человек. По словам очевидцев, в 17 часов вечера 27 июля по мосту через реку Аргун проезжала колонна российских войск. Через некоторое время появилось необычное невысокое облако, которое превратилось в дым темно-серого цвета и постепенно осело над Старыми и Новыми Атагами. Люди, преимущественно молодые и дети, в это время купались в пруду и на речке. В тот же день у старого кладбища местные ребята нашли рюкзак, набитыйфутболками, и раздали их друзьям и товарищам. И именно с ними по большей части стали происходить странные вещи: появились общая слабость, головные боли, тошнота, рвота. В общем, все признаки отравления, повлекшие ряд смертельных исходов. Первые сообщения о странном случае массового отравления в селе Старые Атаги появились в средствах массовой информации 10 августа 2000 года. Официальные лица и пропагандисты обеих сторон сделали ряд заявлений, которые не прояснили, а, напротив, еще более запутали ситуацию. Информационное агентство “Кавказ-Центр”, возглавляемое М.Удуговым, сообщило: “Русские агрессоры отравили водоемы близ сел Старые Атаги, Алхан-Юрт и Урус-Мартан. Уже умерло 5 человек. Чеченское правительство официально обвинило российских агрессоров в применении бактериологического и химического оружия против мирного населения ЧРИ. Российские оккупанты обвиняются в отравлении стоячих водоемов близ населенных пунктов Старые Атаги, Алхан-Юрт и Урус-Мартан. Чеченская сторона располагает доказательствами того, что после купания в водоемах несколько местных жителей умерло”. Впрочем, ни один другой источник не подтвердил сообщение об отравлении людей в Алхан-Юрте и Урус-Мартане. “Интерфакс” со ссылкой на главного врача новоатагинской больницы Салмана Товмирзаева сообщил, что “все заболевшие и умершие имеют одинаковые симптомы, связанные .. с воздействием нервно-паралитического яда, который .. проник в организм через кожу. Смерть наступает от удушья менее чем за 1–2 часа .. все умершие и находящиеся .. в тяжелом состоянии несколько раз надевали футболки, якобы найденные детьми на территории кладбища ..”. В тот же день это сообщение прокомментировал в ходе пресс-конференции первый заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил России генерал-полковник В.Манилов, ответственный за пропагандистское обеспечение военной кампании. Он заявил следующее: “...главари бандформирований предприняли ряд усилий для того, чтобы использовать в своей борьбе мины-сюрпризы, отравленные продукты питания, в том числе красиво закамуфлированные. Есть косвенные данные о том, что эти непонятные смерти, особенно в Старых Атагах, каким-то образом связаны с найденными на свалке футболками, которые дети надевали на себя, и не исключено, что это те самые сюрпризы, которые ведут к такой страшной смерти – наступает паралич дыхательных путей. Сейчас намечены меры по расследованию этих инцидентов, с привлечением не только медиков, но и других специалистов, которые знают толк в таких вопросах, с тем чтобы выявить причины – пока они не установлены, и выявить действительные источники, с тем чтобы эффективно их пресечь. Сейчас организуется и будет проводиться комплексная и серьезная работа по этим фактам”. На следующее утро “Интерфакс” обнародовал комментарий пресс-центра Объединенной группировки в связи с событиями в Старых Атагах: “...среди мелких бандформирований, группирующихся в Аргунском ущелье, зарегистрирована вспышка неизвестной инфекции, очень опасной для здоровья. От смертоносного вируса уже умерло несколько боевиков. В рядах бандитов царит паника. Некоторые полевые командиры приняли решение в поисках оказания медицинской помощи срочно уйти из горных баз на равнину. Вечером в четверг в одно из предгорных сел Аргунского ущелья спустились восемь зараженных наемников с базы арабского полевого командира Абу Джафара. .. больные боевики были размещены в домах местных жителей. Однако полевые командиры тщательно скрывают истинную причину появления боевиков”. Прокурор Чечни Николай Шепель заявил: “в результате предварительного расследования установлено, что причиной смерти .. стало, возможно, отравление нитритами и нитратами, которые содержались в арбузах”. Средства массовой информации лишь повторяли сообщения агентств, не добавляя новых сведений и не высказывая версий. Только сетевое издание “Газета.ru”  усомнилось в реальности эпидемии среди боевиков: “...военные специально сгущают краски, запугивая мирных жителей и самих боевиков неизвестными болезнями”. Окончательно все запутало сообщение агентства “7 дней”, которое не смогло найти заболевших атагинцев в военном госпитале во Владикавказе и усомнилось: а случалось ли вообще что-либо в Атагах Больше трагические события в Старых Атагах российскими СМИ не обсуждались. Через десять дней агентство АРОRT в своем комментарии смогло добавить к уже сказанному лишь заявление пресс-секретаря временной администрации Чеченской Республики Тауса Джабраилова “Интерфаксу”: тот “подчеркнул, что этот случай получил широкий резонанс и используется определенными силами для кривотолков и нагнетания страстей”. 14, 17 и 18 августа сотрудники Правозащитного центра “Мемориал” посещали Старые Атаги и опрашивали жителей села. О причинах заболевания атагинцы высказывали разные мнения. Некоторые связывали их с купанием в пруду, с дымом или лучами, появившимися в результате какого-то взрыва в районе села. Говорили еще о вертолете, который садился возле кладбища, но это случилось уже через несколько дней после того, как начали умирать люди от неизвестной болезни. Кроме того, неоднократно упоминалась и версия о футболках. Приведем некоторые рассказы пострадавших и их родственников: Ваха Алкаев. “27 июля мы с женой сидели под навесом. Вдруг вошел сын Ильяс, двадцати одного года, очень бледный. Он хотел что-то сказать, но повалился на пол. Мы начали поить его сывороткой и кислым молоком. У него резко подскочила температура до 41 градуса, выступил обильный пот, началась сильная головная боль. В ту же ночь я повез сына в больницу. Оказалось, что давление у него поднялось до 180. После сделанных двух уколов мы забрали Ильяса домой и целую ночь сидели над ним. Он был весь в холодном поту, без сознания и бредил, тело сводило судорогами. Глубокой ночью у него поперек живота в пяти-шести местах появились полосы в три-пять сантиметров в ширину и с таким же промежутком между ними. Они появлялись и исчезали каждые десять минут. Утром через местную больницу в сопровождении милиционеров из комендатуры мы повезли больных в Ханкалу. Там нам долго отказывали в помощи, ссылаясь на то, что госпиталь военный и поэтому не имеет права принимать гражданских лиц. Мы еле уговорили начальство положить временно моего сына, сына Бачаевых с такими же признаками заболевания, их сноху Мадину Аздаеву и Мовсара Дадаева. На следующий день их выпроводили из госпиталя, и они находились на территории лагеря. Нам же лечащий врач заявил: “Их уже выбросили, уходите отсюда”. Оказывается, все, что им сделали, – это нормализовали состояние. В выданной военными врачами справке написано: отравление неизвестными химическими препаратами. Кстати, эту бумагу у меня пытались забрать представители прокуратуры Грозненского района, но я не отдал ее. На днях сосед повез свою дочь Милану Хадисову, тоже заболевшую этой странной болезнью, в частную клинику в Махачкалу. Симптомы те же: тошнота, потеря памяти, затрудненное дыхание. У Ильяса до сих пор продолжаются судороги ножных мышц и предплечья, сильная головная боль, краснеют глаза. Уже тринадцатый день, как он болеет, он еще очень слаб, у него головокружение, плохой аппетит. Я думаю, что эта болезнь не передается, то есть не заразная, потому что у меня двое сыновей, но, кроме Ильяса, никто не заболел. В тот день он не купался, ничего не пил, даже воду. Считаю, что все это из-за воздуха. Я помню, как тогда волной прокатился неприятный запах. Уверен, что это был нервно-паралитический газ. Во время службы в армии приходилось иметь дело с отравляющими веществами. Случалось, что из-за неосторожного обращения с ними кто-то заболевал, и признаки были такие же”.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

  • 5.1. Обнаружены захоронения
  • 5.2. Обострение ситуации. Июнь–июль 2000 года
  • 5.3. Неизвестная болезнь. Конец июля–август 2000 года
  • Ваха Алкаев.