Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Деятельность органов государственной власти Российской империи по борьбе с правонарушениями подданных азиатских стран в дальневосточном регионе




Скачать 339.67 Kb.
Дата21.07.2017
Размер339.67 Kb.
ТипДиссертация


На правах рукописи

Решетнев Игорь Александрович



Деятельность органов государственной власти Российской империи по борьбе с правонарушениями подданных азиатских стран в дальневосточном регионе (1858-1917 гг.)

Специальность 07.00.02. – Отечественная история.


Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наукнстантиновичахования мы можем использовать в современной России?

Иркутск - 2007

Диссертация выполнена на кафедре Отечественной истории и политологии ГОУ ВПО «Иркутский государственный университет».
Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Синиченко Владимир Викторович.
Официальные оппоненты:

Доктор исторических наук, профессор, Дацышен Владимир Григорьевич;

Кандидат исторических наук, доцент Серебренников Игорь Петрович.
Ведущая организация кафедра Истории Иркутского государственного лингвистического университета.

Защита состоится 25 января 2008 г. в 10.00 на заседании Диссертационного совета Д-212.074.05 при Иркутском государственном университете по адресу:

664003, г. Иркутск, ул. Карла Маркса, 1

С диссертацией можно ознакомиться в региональной научной библиотеке иркутского государственного университета (г. Иркутск, ул. Гагарина, 24) и на сайте университета www.isu.ru


Автореферат разослан «___» ______________2007 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат исторических наук, доцент Г.В.Логунова


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена объективными фактами роста числа правонарушений, совершаемых иностранными гражданами на русском Дальнем Востоке.

Так, на Дальнем Востоке фиксируется 2/3 преступлений в отношении иностранных граждан (совершаемых в большинстве случаев иностранными же гражданами), и находится 1/3 граждан России, потерпевших от преступных посягательств иностранцев.

В связи с этим возникает вопрос о борьбе властей Российской Федерации с правонарушениями, совершаемыми иностранными гражданами в отношении российского государства, российских и иностранных граждан.

Поэтому при решении вопросов о предупреждении и борьбе с преступностью среди иностранных граждан, необходимо использовать исторический опыт дореволюционной России, так как еще тогда российской администрацией были выработаны практические методики профилактики и борьбы.

Актуальность научного исследования определяется отсутствием в отечественной и зарубежной историографии обобщающего труда, посвященного изучению опыта деятельности органов государственной власти России по предупреждению и борьбе с правонарушениями иностранных подданных на Дальнем Востоке страны в 1858-1917 гг.

Состояние и степень изученности темы

Историография вопроса правонарушений иностранных граждан на Дальнем Востоке Российской империи в отечественной и зарубежной историографии достаточно изученная тема. Ее можно разделить на три этапа:



  1. Дореволюционный.

  2. Советский.

  3. Постсоветский или российский.

Основными чертами парадигмы дореволюционного периода историографии правонарушений иностранных подданных на Дальнем Востоке Российской империи были: 1) нарративный (описательный) стиль работ; 2) наличие крайностей и субъективизм при описании политики России в отношении иностранных правонарушителей – апологетика или критика управленческих решений местной администрации по регулированию деятельности внешних мигрантов; 3) разделение вопроса на три проблемы: борьба с уголовной преступностью иностранцев, борьба с экономическими правонарушениями иностранцев, борьба с иностранным шпионажем; 4) негативное отношение к иностранному присутствию в регионе; 5) отсутствие в работах ссылок на неопубликованные документы официальных органов власти.

Впервые к проблематике уголовной преступности в крае (китайском бандитизме) обратился известный путешественник, исследователь флоры и фауны, а по совместительству офицер российского Генерального Штаба, профессиональный разведчик и писатель-любитель Н.М.Пржевальский. В своей биографической работе «Путешествие в Уссурийском крае 1867-1869 гг.» он коснулся событий 1868 г., когда китайские золотоискатели, потеряв работу, вступили на путь совершения разбойных нападений на российское население в Приморье1.

В 1897 г. в книге «Наш Дальний Восток» дал описание некоторых обычаев китайских разбойников Д.И.Шрейдер. При этом Д.И.Шрейдер дал свою классификацию иностранных преступников, действовавших на территории региона, попытался объяснить причины девиантного поведения китайских подданных в России (склонность к азартным играм, склонность к наркомании и пр.)2.

Известный краевед, охотник, собиратель флоры и фауны края - В.К.Арсеньев в начале ХХ в. описал деятельность китайцев–контрабандистов. По мнению автора, китайская контрабанда порождалась слабостью российских пограничных и таможенных служб в крае, большой протяженностью русско-китайской границы3.

О деятельности китайских притонов писал владивостокский журналист И.Левитов. Однако причины, которые выделял этот автор в качестве криминогенных несколько отличались от причин, приводимых другими современниками. По его мнению, в разгуле преступности китайцев в крае виновата не «мифическая» протяженность границы и слабость технических возможностей местной полиции, а порой целенаправленные действия региональных правоохранительных органов, использовавших преступников в своих корыстных целях 4.

Все вышеперечисленные работы были написаны современниками и свидетелями международных отношений в крае на стыке различных литературных стилей – путевых очерков, дневниковых записок, журналистского исследования.

Первым, кто попытался отойти от нарративного к аналитическому стилю работы стал губернатор Приморского и в будущем генерал-губернатор Приамурского края П.Ф.Унтербергер. В работе 1900 г. «Приморская область 1856-1898 гг.» он описал случаи китайского бандитизма и считал, что причинами китайского разбоя являются слабость полицейских сил и недостаточно высокое материальное положение китайских эмигрантов. Для П.Ф.Унтербергера характерно описание внешних (природные бедствия в Маньчжурии, низкий уровень культуры мигрантов) и внутренних (отсутствие необходимых правовых и финансовых средств борьбы с правонарушениями мигрантов у местной администрации) причин, объясняющих рост числа правонарушений, совершаемых в Приморье иностранными подданными5.

Наиболее сильная работа по вопросу правонарушений иностранцев на Дальнем Востоке, на наш взгляд, в дореволюционный период создана чиновником министерства иностранных дел В.В.Граве. При написании исследования «Китайцы, корейцы и японцы в Приамурье» он использовал данные судебных палат Министерства юстиции6.

В книге приводятся подробные статистические данные по уголовным преступлениям азиатских подданных в России начала ХХ в. (грабежи, убийства, воровство). Интерпретируя собранные данные, В.В. Граве полагал, что китайцы наиболее часто из числа иностранцев организовывали преступные группы. Японская преступность сосредоточилась в сфере рыбных промыслов и шпионажа на территории России. Единственной этнической группой, которая, по мнению В.В.Граве, способна была адаптироваться и принести пользу хозяйственному освоению края, являются корейцы-земледельцы, которые совершали, как правило, только бытовые преступления7.

Причины того, что в крае азиатские подданные совершают преступления, число которых с 1900 по 1911 гг. увеличивалось в четыре раза, виделись В.В.Граве в институциональных недостатках правоохранительной системы России, а также недочетах законодательной базы, регулировавшей пребывание иммигрантов на Дальнем Востоке России8.

Советский период историографии вопроса не отличается изобилием публикаций, посвященных рассматриваемой проблематике. В условиях отсутствия в советский период на Дальнем Востоке значительного числа иностранных граждан, проблема девиантного поведения азиатских подданных в регионе мало интересовала профессиональных историков. Интерес к теме вызывался лишь определенными внешнеполитическими событиями, когда было необходимо доказать, что иностранное присутствие в крае наносило вред российским государственным и общественным интересам9.

Интерес к теме возник только в конце 80-х гг. ХХ в., когда улучшились советско-китайские отношения. Так, в последние годы существования СССР московский историк Ф.В.Соловьев посвятил китайским бандитам-хунхузам только восемь страниц в своей работе («Китайское отходничество на Дальнем Востоке России в эпоху капитализма. 1861-1917»)10.

В постсоветский период, в связи с демилитаризацией российско-китайской границы и введением режима облегченной приграничной торговли и миграционного обмена, тема правонарушений, совершенных в России иностранцами, снова стала актуальной.

Здесь можно выделить три направления, во-первых, исследовались уголовные преступления китайских подданных, направленных против россиян и собственно китайцев, прибывавших на территории региона. Во-вторых, налоговые и финансовые преступления китайцев, японцев и корейцев, приносивших ущерб российскому государству. В-третьих, политические преступления азиатских подданных против государственной и общественно-политической безопасности России.

В рамках первого направления можно выделить статьи Г.А.Сухачевой и В.В.Синиченко11. В них исследователи описывали случаи уголовной преступности китайских, корейских и японских подданных на Дальнем Востоке Российской империи. Кражи, грабежи и воровство, совершаемые китайскими подданными в отношении имущества соотечественников и россиян, по мнению историков, ежегодно увеличивались с 1900 по 1917 гг.

Положительной стороной работ В.В.Синиченко, стало то, что автору удалось в них не только описать факты правонарушений совершаемых иностранцами против личности и имущества россиян-резидентов и иностранцев-нерезидентов на территории региона. Иркутский исследователь выделил исторические промежутки-тренды, в рамках которых доминировали те или иные виды противоправного поведения иностранных подданных на территории русского Дальнего Востока12.

В монографии «Правонарушения иностранцев на востоке Российской империи во второй половине ХIХ – начале ХХ вв.», исследователем В.В.Синиченко была проанализирована структура международной преступности на востоке Российской империи в дореволюционный период. В работе подробно описаны административные и уголовные правонарушения, совершенные иностранцами в Приамурье во второй половине ХIХ – начале ХХ вв. В то же время лишь частично освещался вопрос о механизме выработки политики России в отношении криминальной деятельности иностранцев13.

Над темой уголовной преступности азиатских подданных в России работал и красноярский ученый, профессор В.Г.Дацышен. В своей монографии «Очерки истории российско-китайской границы во второй половине ХIХ-начале ХХ вв.» исследователь, помимо основных вопросов, описал целый ряд уголовных преступлений, совершаемых иностранцами в пограничной зоне14.

Значительным шагом в изучении проблемы стал выход в 2004 г. в Санкт-Петербурге монографии Р.В. Кондратенко «Манзовская война».

Исследование Р.В.Кондратенко оказалась более широким, чем было обозначенно в рамках. Автор осветил деятельность китайских бандитов-хунхузов в 60-90-х гг. ХIХ в. Вместе с тем он не уделил внимания вопросу генезиса уголовно-правовой и административной политики российской администрации в регионе15.

В рамках второго направления – можно отметить статьи А.В.Алепко, В.В.Синиченко, В.Г.Дацышена, Е.Ю.Башкуевой, В.Ф.Печерица, Н.А.Троицкой16.

Из современных профессиональных историков отметим, прежде всего, хабаровского ученого, профессора А.В.Алепко. А.В.Алепко работает на стыке исторической науки и экономической теории. Его интересуют налоговые преступления иностранцев в Приамурье: незаконное предпринимательство и контрабанда.

Так, в своей статье «Китайцы в амурской тайге» он приводит статические сведения по фактам хищения с российских рудников золота и темпам его контрабанды за границу. «Утаенное старателями золото,- отмечает А.В.Алепко, - активно скупалось на приисках спиртоносами, которые тайно доставляли его в Благовещенск». Таким образом, контрабанда золота была тесно связана с бутлегерством – тайными поставками в Россию иностранных спиртных напитков17.

Развитию контрабанды, считает А.В.Алепко, способствовали недостатки таможенной системы России в регионе18.

Согласна с ним и владивостокская исследовательница Н.А. Троицкая19.

Тема контрабанды близка и В.Г.Дацышену, Е.Ю.Башкуевой и В.Ф.Печерице. Они отмечают в качестве причин контрабанды не только недостатки таможенной системы, но и демографические (миграционные перемещения), экономические (наступление периода монополизма и переход к организованной преступности).

Сфера интересов В.В.Синиченко, помимо изучения налоговых, финансовых, коммерческих афер азиатских подданных на востоке Российской империи, влияние экономических преступлений иностранцев на государственные структуры России, в частности вовлечение в противоправный бизнес чиновничьих кругов20.

Кроме работы В.В.Синиченко, можно отметить произведение омского историка Т.Н.Сорокиной «Хозяйственная деятельность китайских подданных на Дальнем Востоке России и политика администрации Приамурского края (конец ХIХ - начало ХХ вв.)».

В своей работе Т.Н.Сорокина описала случаи контрабанды в российских пределах китайской водки-ханшина и опиума21.

Т.Н.Сорокина попыталась не только рассказать о фактах правонарушений, но и описать деятельность российской администрации по предупреждению и борьбе с отдельными видами правонарушений, совершаемых иностранными подданными. Так, по мнению автора, до 1910 г. русские власти никаких специальных мероприятий по ограничению производства опиума не проводили. И только в 1910 г., решив бороться с развитием бутлегерства, они провели переговоры с китайской администрацией о совместной борьбе с незаконным производством алкоголя и наркотиков. Переговоры завершились в 1915 г. принятием территориальных законов, вводивших уголовную ответственность за производство и потребление наркотиков. В ответ китайские власти приняли меры по борьбе с производством водки на своей территории22.

Таким образом, только отдельные аспекты деятельности российской администрации по предупреждению и борьбе с экономическими правонарушениями мигрантов получили освещение в работах отечественных историков. Это, прежде всего, вопросы формирования таможенных органов и борьбы с контрабандой товаров. В то же время проблема налоговых и финансовых правонарушений, борьба с организованными трансграничными преступными сообществами, получившими широкое развитие в начале ХХ в., остались за пределами внимания историков.

Более детально изучена отечественными исследователями тема иностранного шпионажа в крае. В историографии по данной тематике отметим работы Н.С. Кирмеля «Организация контрразведки и ее борьба с японским и германским шпионажем в Сибири (1906-1917 гг.)» и «Германские шпионы торговали в Сибири швейными машинками «Зингер»; В.И.Косых, В.В.Кузнецова «Японские общества на Дальнем Востоке и в Забайкалье в конце ХIХ – начале ХХ вв.»; А.В.Алепко «Японская разведка на Дальнем Востоке России в конце ХIХ – начале ХХ вв.»; А.М.Буякова «Становление и развитие русской контрразведки на Дальнем Востоке в начале ХХ в.»; Е.Г. Спальвина «Японские общества города Владивостока»; И.В.Наумова «Неизвестная рукопись Ф.А.Кудрявцева», Т.Я.Иконниковой «Иностранная разведка в Приамурском крае в годы первой мировой войны», Юн Бен Сока «Корейское национальное движение за независимость на территории Приморского края» и монографию Н.В.Грекова «Русская контрразведка в 1905-1917 гг. Шпиономания и реальные проблемы»23.

В зарубежной историографии вопросам японского шпионажа уделил внимание Дж. Стефан. Характеризуя деятельность японцев, Д.Стефан в своей работе отмечал, что, пользуясь услугами агентов торговых фирм, парикмахеров, фотографов, часовщиков, работников прачечных, содержателей публичных домов и проституток, Япония вела широкомасштабную разведывательную деятельность в России24.

Следует отметить, что крупные работы Н.С.Кирмеля и Н.В.Грекова, хотя и были посвящены вопросам борьбы с иностранным шпионажем, они охватывали территориально Сибирь, а не Дальний Восток страны. Вопросам борьбы с политическими правонарушениями в дальневосточном регионе посвящены только статьи, которые не могут в целом системно дать ответ на следующие вопросы:

1) Какая степень интенсивности шпионажа наблюдалась в изучаемый период на русском Дальнем Востоке?

2) Насколько эффективные были действия контрразведывательных органов России в регионе?

Подводя итоги историографического анализа, следует подчеркнуть, что, во-первых, проблема политических, уголовных и экономических преступлений, совершенных азиатскими подданными в России, никогда не исследовалась комплексно. Получили достаточное освещение в отечественной и зарубежной историографии только отдельные ее аспекты, и в основном на примере фактов правонарушений, совершаемых китайскими, японскими и корейскими подданными в регионе. В то же время нуждается в изучении вопрос о деятельности региональных властей в отношении иностранных нарушителей административного и уголовного законодательства Российской империи. Необходимо дополнительно исследовать вопросы о профилактике и борьбе органов государственной власти Российской империи с экономическими и политическими преступлениями.

Во-вторых, необходимые условия для комплексного исследования названной проблемы в настоящее время обеспечены всесторонней разработкой соответствующего понятийно-категориального аппарата. Таким образом, очевидна не только потребность, но и возможность эффективного исследования данной проблемы, при условии привлечения разнообразной источниковой базы, о чем речь пойдет ниже.



Обзор привлеченных источников

Для решения поставленных в диссертации задач использован широкий круг источников. Типологически их можно распределить следующим образом:



  1. Законодательные акты (международные и территориальные) и другие нормативные документы.

  2. Опубликованные и неопубликованные материалы делопроизводства Восточно-сибирского и Приамурского генерал-губернатора.

  3. Документы архивов, отражающие взгляды губернского звена управления и пограничных властей Восточной Сибири на проблемы иностранных правонарушений в приграничной зоне.

  4. Материалы дальневосточной периодической печати.

Первую группу источников открывают, прежде всего, такие документы как «Полное собрание Законов Российской империи». Как видно из ПСЗРИ, на Дальнем Востоке кроме общероссийского законодательства, было немало законов и подзаконных актов, учитывающих специфику экономического и политического положения региона. Эти юридические постановления отразились в статьях «Учреждения Сибирского», «Таможенного устава», «Свода Законов о состоянии людей в государстве» и прочих законодательных кодексах25.

Международные правовые источники, изучаемые в рамках диссертационного исследования, находятся в сборниках международных документов. Это «Внешняя политика Руси, России и СССР за 1000 лет. В именах, датах, фактах. Вып. 1: Ведомства внешней политики и их руководители. Справочник», составленный В.В.Похлебкиным, а также сборник «Русско-китайские отношения 1689-1916 гг. Официальные документы», выпущенный в свет в 1958 г. (составители П.Е.Скачков и В.С.Мясников).

Следующая группа источников - материалы делопроизводства восточно-сибирской и приамурской администраций.

К опубликованным документам краевой администрации относятся материалы, изданные по инициативе МВД. Здесь нужно назвать «Обзор Амурской области за 1898 г.», «Листок Приморского областного статистического комитета»: 1902-1908; «Обзор о-ва Сахалина за 1900-1901 гг.»; «Обзор Приморской области за 1889 – 1890 гг.»; «Обзор Приморской области за 1899 г.»; «Обзор Приморской области за 1895 г. Приложение к всеподданнейшему отчету»; «Обзор Приморской области за 1911-1914 гг.»; «Обзор Приморской области за 1912 г.»; «Сборник статистико-экономических сведений по Амурской области. Т.V. 1917.»; «Обзор Приморской области за 1912 г.», где публиковалась информация о криминогенной обстановке в регионе.

Важным опубликованным источником, характеризующим деятельность местной администрации, являются и «всеподданнейшие отчеты» генерал-губернаторов, а также отчеты военных губернаторов края, в которых освещались основные проблемы жизнедеятельности края и методы их преодоления. Отметим всеподданнейшие отчеты Приамурских генерал-губернаторов С.М.Духовского с 1893 по 1897гг. и Н.И.Гродекова за 1898-1900 гг., П.Ф.Унтербергера 1908-1910 гг., а также отчет за 1879-1882 гг. главы Восточно-Сибирского генерал-губернаторства Д.Г.Анучина.

В этих бумагах даются оценки деятельности иностранных подданных и обосновываются проекты, направленные на предупреждение и борьбу с иностранными правонарушениями.

Несмотря на большой объем информации, которые несут в себе вышеперечисленные источники, данная работа написана, прежде всего, на основе неопубликованных материалов архивов Российской Федерации.

Представление о деятельности российской администрации по борьбе с преступностью среди азиатских подданных на русском Дальнем Востоке создавалось на основе изучения неопубликованных документов из фондов Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ), Российского государственного Военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного исторического архива Дальнего Востока (РГИА ДВ), Российского государственного архива военно-морского флота (РГА ВМФ) Государственного архива Иркутской области (ГАИО).

В АВПРИ наиболее информативными оказались материалы следующих фондов: 143 «Китайский стол», 148 «Тихоокеанский стол».

Материалы фонда 143 АВПРИ помогли изучить факты нарушения китайскими подданными законодательства Российской империи. В фонде 148 «Тихоокеанский стол» использовались документы, касающиеся деятельности восточно-сибирских властей по борьбе с экономическими преступлениями иностранных подданных.

РГВИА богат документами о политической деятельности китайцев, корейцев и японцев на Дальнем Востоке России (фонд 99 «Приамурской генерал-губернатор П.Ф.Унтербергер», фонд 1573/сч. «Войсковое правление Амурского казачьего войска», фонд 1582 «Войсковое правление Уссурийского казачьего войска»).

Здесь находятся секретные письма военного министра, рапорты командующего войсками в регионе, сведения о международной обстановке, составляемые Главным управлением Генерального штаба, донесения Отдельного корпуса пограничной стражи об иностранных преступниках. В фондах РГВИА также находятся сведения об иностранном шпионаже, борьбе с иностранной контрабандой.

Немалую ценность представляют документы в фондах с литерой «сч.» – специальная часть. Это открытые для пользователей в середине 90-х гг. ХХ в. фонды с материалом о деятельности иностранных разведок в России.

Из фондов РГА ВМФ взяты формулярные списки морских офицеров (ф. 140), в которых отражается деятельность российских моряков по борьбе с иностранными правонарушителями в годы обострения криминогенной обстановки на Дальнем Востоке в 1868-1869 гг.

Значительное количество информации по исследуемой теме содержится в фондах Российского государственного исторического архива Дальнего Востока. Особый интерес представляют фонды учреждений, осуществлявших контроль над деятельностью иностранных предпринимателей на российском Дальнем Востоке. Это фонд «Канцелярии Приамурского генерал–губернатора» (702). Характер использованных документов различен. Он включает в себя обширную переписку между центральными и местными государственными учреждениями, различными дальневосточными ведомствами, а также предпринимателями и представителями властей по различным вопросам, в том числе по вопросам предупреждения и борьбы с правонарушениями иностранцев в регионе.

В 702 фонде содержатся служебные записки и доклады чиновников особых поручений, в которых затрагиваются различные вопросы борьбы и предупреждения преступлений в приграничной зоне русско-китайской, русско-японской и русско-корейской границ.

При проведении исследования темы также подробно изучались следующие фонды Владивостокского архива: ф.701 «Владивостокское городское управление»; ф. 1310 «Полицейское управление 1901 г. в Хабаровске»; ф. 1445 «Окружной таможенный инспектор Заамурского района 1903-1917 гг.»; ф.1445 «Окружной таможенный инспектор».

Многочисленные проекты по предупреждению преступлений на границе и борьбы с деликвентной деятельностью выходцев из азиатских стран в русских пределах отложились в фондах Государственного архива Иркутской области (ГАИО). В работе использовались документы ф.24 «Главное управление Восточной Сибири», ф.25 «Канцелярия Иркутского генерал-губернатора» ГАИО, которые позволяют изучить основные акции восточно-сибирской и приамурской администрации.

В ГАИО также находится часть документов канцелярии Приамурского генерал-губернатора и военного губернатора Забайкальской области.

Четвертой группой источников диссертации являются сведения периодической печати о деятельности преступных сообществ иностранных подданных на территории русского Дальнего Востока и о противодействии региональных властей криминальным посягательствам. В диссертации использовались данные, нашедшие отражение на страницах следующих газет и журналов:

Вестник Азии. Восток. Дальняя окраина (все Владивосток).

Записки Приамурского отдела императорского общества востоковедов. Труды Приамурского отделения Императорского российского географического общества (Хабаровск).

Известия Восточно-Сибирского отделения Императорского российского географического общества (Иркутск).

Морской сборник. Русский вестник. Военный сборник (Санкт-Петербург).

Подводя итог, можно отметить, что вышеперечисленные источники с учетом их тематического и жанрового разнообразия, позволяют реконструировать картину деятельности властей Российской империи по предупреждению и борьбе с иностранными правонарушениями в дальневосточном регионе.

Объектом исследования является деятельность российских властей по выработке и практической реализации норм, направленных на предупреждение и борьбу с правонарушениями среди внешних мигрантов, пребывавших на Дальнем Востоке России в 1858-1917 гг.

Предметом исследования являются отраженные в источниках и литературе результаты деятельности российской администрации по противодействию правонарушениям, совершаемым иностранцами в дальневосточном регионе в 1858-1917 гг.

Территориальные рамки исследования представлены регионом, занимаемым в настоящее время Амурской областью, Приморским и Хабаровским краями. В изучаемый период эти территории восточной части России наиболее активно осваивались иностранным капиталом и трудом. Административно они входили в состав Восточно-Сибирского генерал-губернаторства (далее ВСГГ), образованного в 1822 г. и просуществовавшего до 1884 г. С 1884 г. из ВСГГ было выделено Приамурское генерал-губернаторство, в состав которого и был передан изучаемый регион. Рассматриваемые территории находились в ведении Приамурского генерал-губернатора до конца исследуемого периода.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 1858 по 1917 г.

Выбор нижней границы хронологических рамок вызван тем, что именно в 1858 г. Россия по результатам Айгуньского российско-китайского договора получает территорию Приамурья, на котором проживало китайское население, что заставило восточно-сибирскую администрацию заниматься проблемой предупреждения и борьбы с правонарушениями, совершаемыми как иностранными подданными, так и в отношении них.

Верхняя граница - 1917 г. взята потому, что именно в это время произошло разрушение Российской империи и, соответственно, ликвидация созданного ранее в отношении иностранных подданных правового режима и административной и уголовной практики.

Цель исследования состоит в изучении исторического опыта деятельности властей Российской империи по выработке и практической реализации норм, направленных на предупреждение и борьбу с преступлениями в приграничной зоне Дальнего Востока страны.

Достижение поставленной цели предопределило решение целого комплекса задач:

В ходе исследования предстояло:

1. Изучить криминальные мотивы поведения китайцев в приграничной зоне русского Дальнего Востока в 60-90-х гг. ХIХ в.

2. Определить криминогенные факторы в поведении азиатских подданных на рубеже ХIХ - ХХ вв. и проанализировать деятельность российской администрации по пресечению правонарушений на востоке страны.

3. Проанализировать ход борьбы региональной администрации с организованными преступными сообществами на Дальнем Востоке страны в конце ХIХ – начале ХХ вв.

4. Изучить деятельность российских властей по противодействию международному спирто-опиумному преступному синдикату на русско-китайской границе.

Таким образом, предполагается изучить правовое поле Российской Империи, которое трактовало поведение иностранных граждан в стране как криминальное и определить социально-экономические причины криминогенного поведения азиатских подданных на востоке Российской империи. Кроме того, проанализировать формы и методы работы региональной администрации по борьбе и предупреждению трансграничной преступности, определить их эффективность и степень влияния на снижение криминальных тенденций в поведении иностранных предпринимателей и чернорабочих.



Теория и методология исследования

При написании работы автор исходил из принципов объективности и научности. Им применялись следующие методы научного исследования: историко-системный, историко-генетический, историко-типологический.

Благодаря историко-системному методу описана структура органов государственной власти конца ХIХ – начала ХХ вв., в чью компетенцию входило противодействие экономической, общеуголовной и политической преступности иностранцев на Дальнем Востоке России.

При постановке проблемы и выработке стратегии ее решения автором применялся также системный подход, ориентирующий исследователя на раскрытие целостности объекта и выявление многообразия его связей. Такой подход позволил, в частности, рассмотреть соотношение и взаимодействие между организованной преступностью, экономикой, политикой как элементами общества.

Историко-системный метод позволил не только описать профилактическую деятельность российских властей по предупреждению правонарушений иностранных подданных, но и проследить их практическое выполнение, а также последствия предпринятых мер.

Во-вторых, при изучении организованной этнической преступности с учетом специфики ее национальных особенностей и тенденции к интернационализации в диссертации использовался историко-генетический (ретроспективный) метод анализа. В работе с помощью историко-генетического метода удалось воссоздать этапы появления правонарушений в сфере экономики, уголовных и политических преступлений иностранцев на территории восточных окраин России.

Историко-типологический метод использовался при анализе официальных документов и нормативных актов правоохранительных ведомств, хранящихся в архивах; проводился историко-типологический анализ материалов уголовных дел, взятых из фондов соответсвующих архивов; историко-типологический анализ официальных статистических данных, отраженных в опубликованных сборниках; историко-типологический анализ сводных статистических таблицах ведомств, хранящихся в архивах страны; историко-типологический анализ публикаций в прессе конца ХIХ - начала ХХ в. Все это вместе взятое позволило классифицировать вышеназванные исторические источники и выделить в структуре противоправной деятельности иностранцев на русском Дальнем Востоке в 1858-1917 гг. основные виды преступных посягательств.

Научная новизна диссертации заключается в том, что на основе впервые введенных в научный оборот исторических источников, а также уже использованных, но по-новому освещенных в контексте данной темы материалов комплексно изучены формы и методы деятельности региональной администрации востока России по предупреждению и борьбе с иностранными правонарушениями. При этом не только исследован целый комплекс воздействующих на преступность мероприятий, но и проанализирован их социально-экономический эффект.

В диссертации впервые вводятся в научный оборот материалы РГИА ДВ, посвященные планам местной администрации по предупреждению и борьбе с правонарушениями среди иностранцев.

В исследовании комплексно отражена деятельность российских властей по борьбе с правонарушениями иностранцев в регионе, выявлены ее институциональные и правовые недостатки.

Практическая значимость диссертации состоит в том, что опыт деятельности государственных структур по предупреждению и борьбе с трансграничной преступностью может быть применен в работе ФМС МВД Российской Федерации.

Общие положения и выводы работы могут найти применение в учебном процессе при чтении специальных курсов по истории региональной политики, деятельности иностранных держав и их подданных на территории Восточной Сибири и Приамурья.



Апробация работы. По теме диссертации опубликовано 10 работ, в том числе статьи в реферируемых журналах по списку ВАКа: «Восток. Афро-азиатские общества», «Вестник Иркутского государственного технического университета».

Полученные в ходе работы результаты исследования были апробированы на научных международных и научно-практических конференциях, в Восточно-Сибирском институте МВД России, Иркутской государственном педагогическом университете, Байкальском государственном университете экономики и права.

Диссертация обсуждалась на заседании кафедры Отечественной истории и экономики Восточно-Сибирского института МВД России.

СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Работа состоит из введения, основной части, заключения и библиографии.

Введение

Во введении обосновывается актуальность темы, анализируется степень ее разработанности, дается характеристика источников, ставятся конкретные цели и задачи исследования, определяются хронологические и территориальные рамки, научная новизна, практическая значимость, приводятся данные об апробации и публикациях, отражающих содержание диссертации.



Основная часть

Основная часть работы состоит из двух глав, каждая из которых состоит из двух параграфов.



Первая глава - «Причины криминогенного поведения азиатских подданных на востоке Российской империи (1856-1917 гг.)» - состоит из двух параграфов.

В первом параграфе – «Криминальные мотивы поведения китайцев в приграничной зоне русского Дальнего Востока в 60-90-х гг. ХIХ в.», говорится, что в 60-гг. ХIХ в. среди иностранцев, проживавших на русском Дальнем Востоке самым криминальным считалось китайское население. Основными видами их противоправной деятельности была контрабандный вывоз из России золота и пушнины.

Основной реакцией российских властей на противоправное поведение китайцев стало увеличения административных запретов на формы китайской экономической деятельности в крае.

В результате, по мере увеличения объемов российско-китайской торговли и роста числа китайцев в пределах российского государства в 70-80-гг. ХIХ в., изменения в правовом статусе режима пребывания китайцев, не ликвидировали правонарушения китайцев, а только расширили структуру уголовных правонарушений, совершаемых китайцами в России. Китайцы, хоть в 70-90-х гг. ХIХ в. и в меньших объемах похищая золото, стали активно проводить незаконные промысловые работы, занялись конокрадством и, что особенно важно, часто - совершать уголовные преступления, направленные против жизни и имущества россиян (кражи, грабежи, убийства).

Во втором параграфе - «Криминогенные факторы в поведении азиатских подданных на рубеже ХIХ - ХХ вв. и деятельность российской администрации по пресечению правонарушений на востоке страны» - рассматриваются виды правонарушений азиатских подданных.

Для китайцев в силу экономических и юридических (отсутствие уголовной ответственности) обстоятельств стало выгодно совершение налоговых преступлений, хищение золота, содержание притона, контрабанда и пр. Для японских подданных наиболее характерным правонарушением было незаконное проведение рыбных промыслов.

Особенно активно азиатские фирмы стали уклоняться от уплаты налогов после отмены в 1909 г. и 1913 г. режима свободной торговли – «порто-франко» в районе русско-китайской морской и сухопутной границах.

Кроме того, после введения таможенного обложения на Дальнем Востоке России в 1909 г. количество похищаемого с приисков золота неуклонно увеличивалось. Утаенное китайскими старателями золото активно скупалось на приисках китайскими спиртоносами, которые тайно доставляли его в Благовещенск, оттуда оно уходило в Китай.

Отмена беспошлинной торговли в 1913 г. привела к удорожанию предметов китайского и корейского быта и, следовательно, к увеличению «стоимости» китайского и корейского труда. После 1913 г. китайцы обеспечивали свой прежний уровень доходов увеличением объемов хищений золота и созданием сети опийных и игорных притонов. На фоне увеличившегося хищения золота с российских приисков росло и число китайских бандитов в приграничной зоне.

Во второй главе диссертационного исследования – «Региональная администрация и ее борьба с организованными преступными сообществами на Дальнем Востоке страны в конце ХIХ – начале ХХ вв.», дается анализ противодействия российских властей организованной преступной деятельности иностранцев в России.

В первом параграфе – «Деятельность российских властей по противодействию международного спирто-опиумного преступного синдиката на русско-китайской границе», говорится о том, что расцвет на Дальнем Востоке России опиеторговли и бутлегерства был вызван недостатками российского законодательства.

Так, еще 2 апреля 1862 г. указом Александра II эти товары указывались в качестве запрещенных к провозу. Вместе с тем, российские законоположения не содержали в себе норм уголовного преследования за производство наркотиков и спирта. Было только принято решение о конфискации опиесодержащих и алкогольных товаров.

В связи с подобным состоянием дел полицейские чины долгое время не оказывали активного сопротивления этим правонарушениям, более того это расширило коррупционное поле.

Китайские общины строили спиртные заводики даже на российской территории. С нелегально произведенной и ввезенной в край китайской водкой боролись чиновники акцизного надзора, арестовывавшие и конфисковавшие безакцизные спиртные напитки в приграничной зоне.

23 мая 1901 г. на Дальнем Востоке России был введен таможенный режим, который изменил меру правовой ответственности контрабандистов.

Контрабандистам-бутлегерам отныне назначался штраф, рассчитываемый из объемов незаконно ввозимого груза алкоголя. Кроме штрафа, с контрабандиста взимались и судебные издержки. При неуплате штрафа контрабандистов ждало трехмесячное заключение.

Для контрабандистов-рецидивистов суд мог внести дополнительное наказание – от двух недель до трех месяцев тюремного заключения.

Стремясь активизировать работу правоохранительных органов по борьбе с контрабандой, российские власти после введения таможенного режима в крае в 1900 г. приняли решение отчислять в пользу лиц, задержавших контрабанду, 70 % от стоимости груза.

Однако борьбу с контрабандой затруднял тот факт, что нельзя было прибегать к немедленной продаже конфискованных вещей, и необходимо было дожидаться решения суда. Это снижало заинтересованность официальных лиц в борьбе с контрабандой, так как лица, которых задерживали с контрабандой, до начала суда успевали продать подлежащие изъятию подводы и лошадей третьим лицам.

Проводимое российскими властями в начале ХХ в. увеличение сумм штрафов и появление статей о заключении контрабандистов под стражу, ускорило объединение правонарушителей – контрабандистов-спиртоносцев в преступное сообщество. Его появление на Дальнем Востоке связано с периодом действия «Первого» порто-франко в 1901-1904 гг. Это сообщество привлекло значительные капиталы как зарубежных – французских, японских и пр., так и отечественных предпринимателей (московских и петербургских), поставивших контрабанду по российской дальневосточной границе на значительный уровень, и получавших от нее миллионы рублей (долларов) прибыли.

Несмотря на все усилия российских и китайских властей, введение в России уголовной ответственности в 1915 г. за контрабанду опиума, ликвидировать преступный синдикат не удалось.

Таким образом, таможенное обложение 1901-1904 и 1909 -1917 гг. при первоначально низких юридических санкциях за экономические правонарушения вызывало девиантное поведение предпринимателей как российского, так и азиатского происхождения в зоне российско-китайской морской и сухопутной границ.



Во-втором параграфе – «Деятельность российских властей по обеспечению государственной безопасности на дальневосточных рубежа», анализируются факты шпионажа в регионе азиатских подданных.

Поскольку Китай не имел в отношении России во второй половине Х1Х – начале ХХ в. экспансионистских планов, для китайцев сбор военно-политических сведений всегда был вторичной, побочной деятельностью. Поэтому китайцы, а также корейцы до начала Перовой мировой войны работали на японскую, а после начала войны стали работать на германскую разведку.

До начала Первой мировой войны основной формой политических преступлений, совершаемых на русском Дальнем Востоке, был японский шпионаж. Росту числа японских политических преступлений способствовало то, что борьба с иностранным шпионажем находилась в компетенции различных ведомств: Военного министерства (контрразведывательные отделения), Министерства иностранных дел (Департамент политических дел), Министерства внутренних дел (жандармерия, Особый отдел), Министерства финансов (Отдельный корпус пограничной стражи, таможня). Ведомственная чехарда вместе с неконтролируемой китайской миграцией привела к распространению германского шпионажа в крае в годы Первой мировой войны. Агентами германской разведки являлись в основном граждане Китая и Кореи.

В заключении подводятся итоги исследования, делаются выводы и обобщения, намечаются перспективы дальнейшего изучения рассматриваемой в диссертации проблематики.

Исходя из исторического опыта деятельности российской администрации по предупреждению и борьбе с правонарушениями иностранцев в Российской империи, мы можем использовать в современной России следующее:



    1. Следует создать специальные программы лингвистической и культурологической подготовки сотрудников правоохранительных органов, задачей которых является противодействие этническим преступным сообществам.

    2. Применение дискриминационных мер по ограничению иностранной коммерческой деятельности, как средство снижения числа экономических правонарушений, неэффективно. С экономическими преступлениями следует бороться экономическими же способами – регулированием таможенных тарифов, квот, развитием сектора банковских услуг, системы налогообложения и лицензирования.

    3. Эффективное противодействие общеуголовной преступности в среде иностранных граждан в России возможно только при одновременном увеличении правовой ответственности и фактора неотвратимости наказания. Для достижения последнего необходимо как увеличение сроков отбывания наказания, так и усиление мер технического контроля за перемещением иностранных граждан в Российской Федерации, а также создание внутренней агентуры в этнических сообществах.

    4. Компетентным органом, стоит обратить внимание на тот факт, что иностранные разведывательные органы, вербуют своих сотрудников, не только из числа своих соотечественников или российских граждан, но и представителей третьих стран, посещающих или проживающих в России.

Источники и литература исследования

Всего библиографический раздел диссертации состоит из 165 научных работ, 15 публикаций сборников документов, 13 справочных изданий, 9 наименований периодических изданий, 11 работ нормативного характера, 14 фондов 5 архивов.



Основные выводы и положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Статьи в периодических изданиях перечня ВАК:

1. Решетнев И.А., Синиченко В.В. Китайское, корейское и японское население как «пятая колонна» на восточных окраинах России в конце ХIХ – начале ХХ в. // Журнал «Восток. Афро-азиатские общества» - 2007. - №6 – С. 41-54.

2. Решетнев И.А. Экономические тенденции и наркоторговля в Дальневосточном регионе в конце X1X – XX вв. // Вестник ИрГТУ. – 2006. - №2. – С. 255-256.
Статьи в научных сборниках

3. Решетнев И.А. К вопросу об экономических правонарушениях в Восточной Сибири в Дореволюционный период. // Иркутский историко – экономический ежегодник. Иркутск: БГУЭиП, 2006. – С. 185-187.

4. Решетнев И.А. Некоторые аспекты взаимовлияния незаконной миграции и преступности иностранных граждан в Иркутской области. // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в сибирском регионе. Красноярск: Изд-во СибЮИ МВД России 2007. С. 18-21.

5. Решетнев И.А. Сибирь как объект геоэкономической экспансии. // Сибирь в изменяющемся мире. История и современность. - Материалы Всероссийской научно – теоретической конференции, посвященной памяти профессора В.И. Дулова. Иркутск: Изд-во ГОУ ВПО «ИГПУ», 2007. – С. 100-105.

6. Синиченко В.В., Решетнев И.А. Иностранный труд на судах тихоокеанского торгового флота.// Деятельнось правоохранительных органов и федеральной противопожарной службы в современных условиях: проблемы и перспективы развития. - Материалы всероссийской научно – практической конференции. – Иркутск: ВСИ МВД России, 2006. – С. 381-383.

7. Синиченко В.В., Решетнев И.А. Корейский фактор в стратегическом планировании российской администрации международных отношений в регионе. Силовые структуры России : Страницы истории . Иркутск: Изд-во ВСИ МВД России, 2006. – С. 27-50.

8. Рогова Е.В., Решетнев И.А. Трансграничная преступность и транснациональная организованная преступность: теоретико – методологический анализ. // Вестник Восточно – Сибирского института МВД России. – 2006. - №4 (39) – С. 9-17.

9. Решетнев И.А., Рогова Е.В. Правовое регулирование противодействия трансграничной преступности на русско – китайской границе в начале XX века. // Роль правоохранительных органов в современном обществе: проблемы научно – практического обеспечения: материалы X1 международной науч.- практич. конф. В2т. Т. 1 – Улан-Уде: ФГОУ ВПО ВСГАКИ, 2007. – С. 384-389.



10. Решетнев И.А., Рогова Е.В. Преступность иностранных граждан в приграничной зоне Дальнего Востока России на рубеже 19-20в. // Актуальные проблемы теории и практики борьбы с преступностью в Азиатско-Тихоокеанском регионе: Сборник материалов международной науч.-практич. конф. – Хабаровск: Дальневосточный юридический институт МВД России. – С. 29-31.



1 Пржевальский Н.М. Путешествие в Уссурийский край 1867-69 гг. М.,1940. – 346 с.

2 Шрейдер Д.И. Наш Дальний Восток. Спб.: Тип. А.Ф.Девриена,1897. – 469 с.

3 Арсеньев В.К.Китайцы в Уссурийском крае. Пг., 1915. С.28.

4 Левитов И.С. О необходимости опийной реформы на Дальнем Востоке. СПб., 1906. 24с.; Левитов И.С. Бузо-гашишный вопрос на нашей окраине / И.С.Левитов. - СПб. 1909. - 30 с.

5 Унтербергер П.Ф. Приморская область. 1856-1898. Очерк. СПб.,1900. - 324 с.

6 Граве В.В. Китайцы, корейцы и японцы в Приамурье. СПб., 1912 . - С.241.

7 Граве В.В. Указ. соч. С.234-238.

8 Там же. С.233.

9 См.: Бешта И.Л. О господстве иностранного капитала в рыбных промыслах русского Дальнего Востока / И.Л. Бешта // Материалы VI науч.-техн. конф. - Хабаровск, 1968. - С.27-37; Григорцевич С.С. Экспансия иностранного капитала на русском Дальнем Востоке во второй половине ХIХ в. / С.С. Григорцевич // Ученые записки Томского государственного педагогического института (ТГПИ). - Томск, 1955. - С.71-96; Крушанов А.И. Октябрь на Дальнем Востоке. Ч.1. Русский Дальний Восток в период капитализма (1908 – март 1917 гг.) / А.И.Крушанов. – Владивосток : Дальневосточное кн. изд-во, 1968. - 134 с. и др.



10 Соловьев Ф.В. Китайское отходничество на Дальнем Востоке России в эпоху капитализма (1861-1917). М.: Наука, 1989. - 126 с.

11 Сухачева Г.А. Обитатели «миллионки» и др. Деятельность тайных китайских обществ во Владивостоке в конце ХIХ – начале ХХ в. / Г.А. Сухачева // Россия и АТР. - 1993. - № 1. - С.62-70; Синиченко В.В. Преступность иностранцев в Восточной Сибири (50-80-х гг. ХIХ в.) // Сибирь: вехи истории. Сб. ст. ИГУ. Иркутск, 1999.-С.158-162; он же Неизвестные страницы российско-китайского конфликта 1868-1869 гг. //Россия и Восток: Взгляд из Сибири в конце столетия: мат-лы и тезисы. ИГУ. Иркутск, 2000. Т.1.-С.308-313; он же; он же. Миграционная преступность на русском Дальнем Востоке (конец ХIХ – начало ХХ вв.) // Проблемы миграционной политики в Восточной Сибири. Сб. ст. ВСИ МВД России. Иркутск, 2002.-С. 170-179; он же. Уголовная преступность азиатских мигрантов на российском Дальнем Востоке и в Восточной Сибири (1856-1917 гг.)//Восток. Афро-азиатские общества. 2003. № 5.-С. 138-146.

12 Синиченко В.В. Циклический характер китайского бандитизма на русском Востоке//Вестник ВСИ МВД России. Иркутск, 2002. № 1-2. -С.96-101.

13 Синиченко В.В. Правонарушения иностранцев на востоке Российской империи во второй половине ХIХ – начале ХХ в. Иркутск: ВСИ МВД России, 2003. - 192 с.

14 Дацышен В.Г. Очерки истории российско-китайской границы во второй половине Х1Х-начале ХХ вв. Кызыл, 2000. -С.165.

15 Кондратенко Р.В. Манзовская война. СПб., 2004. -189с.

16 Алепко А.В. Незаконное предпринимательство китайцев на российско-маньчжурской границе в начале ХХ в. / А.В.Алепко // Российское Приамурье : История и современность: материалы докл. науч. семинара. - Хабаровск, 1999. - С. 269-272; Синиченко В.В. Рынок коррупционных услуг Восточной Сибири и иностранное предпринимательство// Вестник МЦАИ. Москва-Иркутск. 2001.-С.13-18; Башкуева Е.Ю. Контрабандная деятельность китайских мигрантов в Западном Забайкалье (1860-1917 гг.) / Е.Ю. Башкуева // Молодежь и наука ХХI в. : сб. ст. - Красноярск, 2004. - С.86-88; Дацышен В.Г. Из истории контрабанды спиртных напитков на Дальнем Востоке / В.Г. Дацышен // Вопросы истории Дальнего Востока: сб. ст. - Хабаровск, 2001. - Ч.1, вып.3 (8). - С.15-20; Печерица В.Ф. Некоторые аспекты становления таможенной службы на Дальнем Востоке в начале ХХ в. / В.Ф. Печерица // Таможенная политика России на Дальнем Востоке. - 1997. - № 1. - С.120-125; Печерица В.Ф. Таможенная политика на Дальнем Востоке в нач. ХХ в. / В.Ф. Печерица // Учен. зап. Владивостокского филиала Российской таможенной академии. - Владивосток, 1996. - Вып.1. - С.56-62; Порто-франко на Дальнем Востоке. Сб. док-в и мат-в./ Под ред. и вст. ст. Н.А.Троицкой. - Владивосток: РГИА, 1998. С.1-12.

17 Алепко А.В. Китайцы в амурской тайге. Отходничество в золотопромышленности Приамурья в конце Х1Х – начале ХХ в.// Россия и АТР. 1996. №1. С.79-86.

18 Там же. С.225.

19 Порто-франко на Дальнем Востоке. Сб. док-в и мат-в./ Под ред. и вст. ст. Н.А.Троицкой. - Владивосток: РГИА, 1998. С.7-12.

20 См.: Гл..2.4. «Влияние иммиграционной политики на динамику экономической преступности» в работе Синиченко В.В. Воздействие иммиграционной политики России на социально-экономическое развитие Дальнего Востока страны (1856-1917 гг.); он же. Рынок коррупционных услуг Восточной Сибири и иностранное предпринимательство// Вестник МЦАИ. Москва-Иркутск. 2001.-С.14.

21 Сорокина Т.Н. Хозяйственная деятельность китайских подданных на Дальнем Востоке России и политика администрации Приамурского края (конец ХIХ - начало ХХ вв.). Омск, 1999. -263с.

22 Сорокина Т.Н. Хозяйственная деятельность китайских подданных на Дальнем Востоке России и политика администрации Приамурского края (конец ХIХ - начало ХХ вв.). Омск, С.221.

23 Кирмель Н.С. Организация контрразведки и ее борьба с японским и германским шпионажем в Сибири (1906-1917 гг.): Дис. …канд. ист. наук. Иркутск, 2000; Кирмель Н.С. Германские шпионы торговали в Сибири швейными машинками «Зингер» // ВИЖ. 2002. № 4. С.50-56; Косых В.И., Кузнецов В.В. Японские общества на Дальнем Востоке и в Забайкалье в конце ХIХ - начале ХХ вв.// Диалог культур народов России, Сибири и стран Востока. Иркутск, 1998. С.181-185; Алепко А.В. Японская разведка на Дальнем Востоке России в конце ХIХ – начале ХХ вв.// Взаимоотношения народов России, Сибири и стран Востока: История и современность. Кн.2. Иркутск, 1997. С. 85-91; Буяков А.М. Становление и развитие русской контрразведки на Дальнем Востоке в начале ХХ в.// Известия РГИА ДВ. Т.3. Владивосток, 1998. С.108-127; Спальвин Е.Г. Японские общества города Владивостока// Известия РГИА ДВ. Т.2. Владивосток, 1997. С.107-155; Наумов И.В. Неизвестная рукопись Ф.А.Кудрявцева// Сибирь: вехи истории. Иркутск, 1999; Иконникова Т.Я. Иностранная разведка в Приамурском крае в годы первой мировой войны// Известия РГИА ДВ. 1996. Т.1. С.88-100; Греков Н.В. Русская контрразведка в 1905-1917 гг. Шпиономания и реальные проблемы. М., 2000.-355с.

24 Stephan J. John. The Russian Far Eastern. A History. 1994.-481p.

25 ПСЗРИ. 1839-1917 гг.


  • Актуальность темы
  • Состояние и степень изученности темы
  • Обзор привлеченных источников
  • Объектом исследования
  • Территориальные рамки исследования
  • Хронологические рамки исследования охватывают период с 1858 по 1917 г
  • Теория и методология исследования
  • Научная новизна диссертации
  • Практическая значимость диссертации