Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Человек вне сюжета




страница4/4
Дата05.07.2017
Размер0.54 Mb.
1   2   3   4
ГЛАГОЛЕВ . Ладно… (Уходит.) Я быстро… ЗИНА (подходит к столу). Ну что.. Сидим Те же и Дина Витальевна. Чайком бы угости что ли. Или жалко ДИНА . Жалко. ЗИНА . «Пыль грузинских дорог» пьют и жалко. Ух, какие вы жадные. ДИНА . И что ЗИНА . Ничего… Гадаете Полгода, слава Богу, не виделись и на тебе, – нарисовалась. А почему не гоните Сказали б: катись, Зинка, в гинекологическом направлении. Так нет, молчите – на рожах-то ваших большое любопытство отпечатано. Сказать чего пришла Хозяев новых привела. Меня благодарите, – моя идея была превратить ваше заведение в приличное место, чтобы духу вашего поганого здесь больше не было. Ну что, плеснёте чайку На прощанье. Столько сил на это дело угрохала. Утомиласи… ПОКОЙНИК подходит к ЗИНЕ и начинает её душить. АНГЕЛ подбегает к ПОКОЙНИКУ и оттаскивает в сторону. ЗИНА . Душно как… (Расстёгивает верхнюю пуговицу.) АНГЕЛ ( ПОКОЙНИКУ ). Нельзя это! Нарушаешь! Нельзя! И так ты слишком много себе позволяешь! Меня подводишь! Не гадь мне хоть напоследок! ПОКОЙНИК отходит от АНГЕЛА на несколько шагов и плюёт в него. АНГЕЛ подпрыгивает от неожиданности. АНГЕЛ . За что! За что!. ПОКОЙНИК ещё раз плюёт в сторону АНГЕЛА . АНГЕЛ подумал и смачно плюнул в ответ. ЗИНА . Чего молчите, ханурики А Нюська НЮСЬКА . Так я это…а чего я-то ПОКОЙНИК , наступая на АНГЕЛА загоняет его за машину. ДЖОКОНДА . Смотрю сейчас на тебя, Зинаида, и думаю: откуда такие берутся ЗИНА . Оттуда…Продукт эпохи. Гарантирован сертификатом. ДЖОКОНДА . А я ведь такая же, как ты была. Будь я сейчас моложе – может быть тоже совестью–то торганула, нынче она уценённая, не очень-то и горевала бы… ЗИНА . Ты мою совесть не задевай, Людмила. Откуда тебе знать, в каком она состоянии О совести вспомнила! Ты девочек своих вспомни! ДЖОКОНДА . Я помню. ДИНА . Не смей об этом, ты! ЗИНА . (Спокойно, но жестко.) Плевать я на вас хотела. Вы свою жизнь пропили, да и не только свою, и чужие пропить норовите. Артельно-то веселей! Только я не хочу артельно, – я жить хочу! И парня своего уберегу от вас… Я с пелёнок только грязь и видела, за папочкой срачь убирала да за дружками его вонючими… Всё жалела… Дура… Сбегу, думала, как подрасту, одна жить буду… А куда не ткнись – везде артельно веселятся да кишки друг дружке вынимают – тесть зятю, муж жене… Слава Богу, кончается ваше время, другие времена настают… Я вас отсюда сгоню, другие от других мест погонят - так всем миром и затащим вас на кладбище. Воздух очистится от души вашей великой и жалостливой, которая от водки распухла до небес! Я не хочу так! Вырвусь, выдерусь! Как могу. С совестью или без, плевать, лишь бы подальше от вас, добреньких. Пауза. ВИТЯ . Быстро-то не вырывайся, Зин, надсадишься, чего доброго. ЗИНА . Ладно, чего-то я юмор тут с вами потеряла, выступила как старый коммунист перед проститутками. Всё, колхоз, по домам давайте, кончилась коллективизация. ГЕОДЕЗИСТ . Так это…чего ж.. ЗИНА . А того ж! Расчёт завтра в конторе. ВИТЯ . По закону не… ЗИНА . Я теперь тут закон, понял Я теперь музыку-то заказываю. ДЖОКОНДА . Так ты что ли новая хозяйка ЗИНА. А это не ваше дело. Быстро входит ГЛАГОЛЕВ из кухни, спешит в зал. Озабочен. ГЛАГОЛЕВ . Ты, Зин, здесь пока… Я сейчас. ЗИНА . Куда ты, Глаголев ГЛАГОЛЕВ . Ну, сейчас говорю, жди! Уходит. ДИНА . То-то, я всё смотрю, Мария Павловна морду свою воротит, в глаза не смотрит. Вот, значит, что за ремонт тут затевали. ВИТЯ . Сука. Она то, небось, здесь останется, даже кабинет не сменит. ЗИНА . Останется. Она своё дело знает. Вы сгниёте к чёрту, а она останется. ГОРБУШКА . Во, падла! Не бабы! Витёк! А! Ну, падла! ДЖОКОНДА . Не скули ты… Дай подумать. ГОРБУШКА . А чё тут думать! К прокурору надо идти, вот! ВИТЯ . Ты хоть сам-то понял, что сказал ГОРБУШКА . Да кто она такая (Наступает на ЗИНУ .) Ты кто такая, а ЗИНА . Кошмина Зинаида Сергеевна, запомни. И не брызгай слюной своей вонючей, отойди. ГОРБУШКА . Я те сейчас отойду… ДЖОКОНДА . Остынь, Дмитрий! Сядь, дурак! Ты что не понял, она нарочно нас дразнит. Козырь будет. ГОРБУШКА с силой бьёт по столу, садится, тяжело дышит, спрятал лицо. Входит ГЕННАДИЙ со стороны зала. Останавливается в проёме. Смотрит на картину в нише. ВИТЯ . Гляньте, кошкодав приволокся. И ведь не боится ничего, гад. ЗИНА . Уж не вас ли ему бояться, пьянь поносная ВИТЯ . А ты чего нас оскорбляешь, Зинаида Сергеевна, за это и срок, говорят, дают. Посмотри, сколько свидетелей. ЗИНА . Видела я тебя и твоих свидетелей, знаешь где.. Убирались бы вы отсюда поскорее сами. ВИТЯ . А не то ЗИНА . Не то выведут. На чужой территории находитесь. ГОРБУШКА . На своей, на своей мы территории! Братцы, да что же это делается, а Ну чё мы сидим-то, а ЗИНА . А вы не сидите, топайте отсюда ножками. Давай, Нюська с песней…Давай, давай… ГОРБУШКА . Не цепляй её! ЗИНА . Кому говорят, пошла отсюда! ВИТЯ . Стоп! Есть контакт! Спорим, угадаю, кто новый хозяин будет Вот он стоит, познакомьтесь. Что, угадал ЗИНА . Угадал. ВИТЯ . Ну, ты крутой мужик. А по виду не скажешь… Далеко, чмо, пойдёшь. Умный, да ЗИНА . Гена, ответь же ты им, наконец! Чего стоишь Ты здесь хозяин! ГЕННАДИЙ некоторое время молча смотрит на присутствующих, затем поворачивается и быстро уходит. ЗИНА . Гена! Стой! Гена! ЗИНА уходит за ГЕННАДИЕМ . ГОРБУШКА . Твою дивизию!.. А Пауза. ВИТЯ . Что же теперь делать-то Ева там…с мальцом…Если бы другой кто, а то этот кошкодав. Обидно, как нож вот здесь воткнули…Твою маму… ГЕОДЕЗИСТ . Надо общественность известить. Не имеют право нас вот так запросто на улицу гнать. ДЖОКОНДА . Ерунда это всё…Общественность. Кому до нас дело есть ВИТЯ . Да не могу я вот так вот взять и уйти, хвост поджав! ГОРБУШКА . И я не могу! Я, может, умереть здесь хотел, понятно! ДИНА . Ты погоди, Митя, умирать-то, не бомбят ещё. ГОРБУШКА . Да я не то…Я вообще…Моё это…Моё! НЬСЬКА. Так это…может их попросить…ну это…чтоб оставили нас… Пауза. ВИТЯ . Мозги клинят. Ничего сейчас не придумать нам. Пошли-ка пошепчемся. У меня там спирт заначен. ДИНА . С утра ВИТЯ. Да какое утро Дина! Это закат нашей жизни! ДЖОКОНДА. Если выпил с утра, то больше ни на что не отвлекайся. Пошли, уроды и засранцы. Все уходят в подсобку. Из-за машины, прихрамывая, выбегает Ангел и держится за глаз, хватает со стола ложку и прикладывает к глазу. АНГЕЛ. А может, его тоже, как кошку Хотя это совершенно невозможно, он же и так дохлый, Боже ж ты мой! В бачок замурую! (Крадется обратно за машину.) Погоди у меня! Входит ЗИНА , решительная, за ней ГЕННАДИЙ , за ними 1-Й и 2-Й мужики. ЗИНА . В подсобке они… Мужики идут к подсобке. Двери закрыты изнутри.. ЗИНА . Так и знала!.. (Кричит.) Вы у меня дождётесь! Открывай! Я с милицией! (Стучит в двери.) Открывай! Посажу всех! ГОЛОС ГОРБУШКИ . Пошла ты!.. И милицию прихвати, чтоб не заблудились! ЗИНА . Быдло! Задавила бы, мразь… ГЕННАДИЙ . Успокойся, Зина. ЗИНА . Что делать будем, Геночка Закрылись, гады. ГЕННАДИЙ . Не знаю… Я поговорить с тобой хотел. ЗИНА . Поговорить Ты о чём О чём Да ты не волнуйся, выбью я их оттуда. ГЕННАДИЙ . Не о них, о нас. ЗИНА . О нас. О нас Ага. О нас. Ладно. Мужики, идите в вестибюль. Глаголева дождётесь и сразу сюда. Лады 1-Й и 2-Й мужики уходят. Ну иди ко мне, Гена…Дай я тебе на колени сяду. Что, миленький Устал уже сегодня Ничего, ничего… Через годок уже на Кипре отдыхать будем. Сколько здесь зареченской швали околачивается, деньгами лёгкими разбрасываются. Нам только подбирать останется… Я, думаю, может варьете ещё… Ну, девчонок пару – другую в клетки посадить, пусть пупками сверкают. Как думаешь Чего молчишь Пауза. ГЕННАДИЙ . Ты меня, Зинуль, прости. Только я…ну…не смогу директором быть. ЗИНА . Тихо, тихо, тихо… Это ещё что за разговоры, мальчик Ты чего, Геночка ГЕННАДИЙ . Ты пойми, я думал, я… У меня чувство такое, как будто я не своей жизнью живу, понимаешь Погоди, дай доскажу. Я как будто бы в каком то фильме сейчас снимаюсь. Чужую роль играю. Не мой это сюжет, понимаешь Свой я где-то оставил в стороне. Я не знаю… Я, наверное, должен был жениться на Еве и продолжать работать здесь, с ними. Да, да, я знаю, что ты должна сказать; они – быдло, пьянь, что у Евы ребёнок неизвестно от кого, я всё это понимаю. Но и ты пойми, что и я зареченский, и вырос здесь, среди них. И потом… У кого ты деньги просишь ЗИНА . Какая разница, у кого я деньги прошу Я ведь для нас, для тебя. Чтобы мы по человечески хоть малость пожили. Как нормальные люди. ГЕННАДИЙ . А я не хочу Да только не получится, Зина. ЗИНА . Дурачок. Да тебе просто жалко стало этих… Кого, Господи Это ж нелюди. Ты же совсем другой, чего ты себя с ними равняешь Ты не должен из них никому ничего. Ты другой, Геночка, другой. ГЕННАДИЙ . Да почему я другой Мы же все с одной улицы. Только я велосипеды крал, кто-то бачки с отходами, а кто-то деньги мешками, вот и вся разница. Ты-то, Зин, сама не из Филадельфии приехала ЗИНА . Дурак ты, ой, дурак. ГЕННАДИЙ . Ну, откроем мы кафе. Нагребём. Но сами-то такими же останемся. Только вместо портвейна – джин с тоником пить будем, вот и вся разница. Ведь не это же самое главное! Не этого же по настоящему хочется! ЗИНА . А чего, Генушка, чего, скажи ГЕННАДИЙ . Не знаю. Освободиться от всего хочется, в лесу одному жить…не знаю! Только тянет здесь, тянет, тоска какая-то… ЗИНА . Ты, Гена, пойди домой, включи видик, выпей чего-нибудь… Ты устал. Я тебя задёргала… Обними меня, мой мальчик… Вот так… Надо же, дурак-то какой. ГЕННАДИЙ . Дурак. Точно. Я знаю, я теперь, вот сейчас, точно знаю, откуда тоска. Её в парке, после дискотеки, одна паскуда изнасиловала и пригрозила, что убьёт, если кому расскажет. Так она и родила. Из страха. Из школы ушла. Из дома отчим выгнал. Одна с ребёнком. Правда, скучная история А потому что полно таких… Она того же, что и ты хотела – счастливой быть, жить по человечески… Но не дадут. Ты не дашь. Тебе кто-то другой не даст. ЗИНА . Прекрати! ГЕННАДИЙ . Всё-таки это не лампы свет тогда был. Теперь знаю точно. ЗИНА . Какой свет, какая лампа ГЕННАДИЙ . Я думаю о ней. ЗИНА . О ком ГЕННАДИЙ . (Показывает на картину.) Это был мой сюжет. (Уходит.) ЗИНА . Какой сюжет Что же это Стоит одна. Появляется ПОКОЙНИК , обнимает ЗИНУ . Когда разжимает объятия, она едва добирается до стула. Ей плохо. ЗИНА . Что за дурак-то…паршивец, мальчишка… Ничего, пусть попсихует, ничего. Я-то выдержу. ПОКОЙНИК беззвучно смеётся. ЗИНА оглядывается и всматривается в картину. Встаёт, подходит к ней ближе. ЗИНА . Врёшь, не достанешь меня. Моя возьмёт. Из-за машины выходит АНГЕЛ . Двигается с трудом. ПОКОЙНИК в это время снова обнимает ЗИНУ . АНГЕЛ . Не смей! Ты не должен! Карается это! Отступись! Из последних сил пытается оттащить ПОКОЙНИКА . АНГЕЛ (вскрикивает). Господи! (Его рука на голове ПОКОЙНИКА что-то ощупывает.) Господи! Не может этого быть…Так ты… ПОКОЙНИК веселится над изумлённым АНГЕЛ ОМ, корчит рожи, приплясывает. Бросает к ногам АНГЕЛА бумагу. АНГЕЛ поднимает её, читает. АНГЕЛ . И печати на месте. Так, значит, ты и есть тот, кто после меня (Снова утыкается в бумагу.) Что же это, Господи! Ведь это же святое место… ПОКОЙНИК грубо отбирает документ. Сплёвывает под ноги АНГЕЛУ , закуривает, пускает ему в лицо дым. Выражение лица ПОКОЙНИКА меняется. Улыбка исчезает. Лицо становится жёстким, презрительным, даже угрожающим. АНГЕЛ невольно отступает. Сгорбившись, идёт в нишу, собирает в саквояж свои пожитки. ПОКОЙНИК молча наблюдает. ЗИНА (стучит в двери). Эй, там, выходи по одному! Я одна здесь, честное слово. Поговорить надо. Да не бойтесь, говорю, одна я! Двери раскрываются, в проёме Витя . Видишь, никого. Идём за стол переговоров, дело есть. ВИТЯ . А у нас обеденный перерыв, приём по личным вопросам тридцать второго каждого месяца. Заходите. ЗИНА . Уже накатили. Ну и к лучшему, быстрее сговоримся. Выходи, говорю, дело есть. (Идёт, не оглядываясь к авансцене, садится за стол.) Давай, не то передумаю. ПОКОЙНИК уже за спиной ЗИНЫ , поглаживает её по голове. Из кухни выходят ДЖОКОНДА , ДИНА , НЮСЬКА , последним ГЕОДЕЗИСТ с трёхлитровой банкой и стаканами. Его заметно пошатывает. ЗИНА . Посадите этого, а то разобьётся. ГЕОДЕЗИСТ . Не этого! Я себя уважаю! Не надо на меня пальцем… ЗИНА . Ладно, в общем, так, ханурики. Даю каждому по пятьсот баксов, завтра, и чтобы духу вашего здесь не было. ВИТЯ . Каждому ЗИНА . Каждому. И прости – прощай. ВИТЯ . Вот это жест. Я даже растерялся. ЗИНА . Так как Согласны ВИТЯ . А что ты на меня, как на предводителя мафии смотришь Здесь каждый свой кумпол имеет. ДИНА . Да слушайте вы её больше. Баксы она здесь раздаёт. Откуда у неё они Неужто проститутки нынче так зарабатывают ЗИНА . Есть у меня деньги. ДИНА . Да ну и хрен с тобой и с деньгами твоими… Ишь, купить нас надумала. ГЕОДЕЗИСТ . Мы бедные, но гордость имеем. Вот, скажем, меня возьми…У меня всё, дочка, было, всё, не сомневайся. Одного не было, девонька. Не любила она меня почему-то. С женой-то пятнадцать лет прожил и знал, не любит. А жил. И сейчас бы жил. Да только проснулся как-то, оделся и вышел с собакой погулять… Вот и гуляю до сей поры, девонька. И ведь правильно она меня не любила-то… От того, что я ни её, ни кого другого тоже не любил. Думать-то своей кумекалкой-то думал, что испытываю чувство, – так-то головой думал, не душой… Жизнь захватил в плен, и в этом счастье искал. Не вышел роман. Так я теперь собой горжусь, что жизнь-то до конца человеку не поколесил. Знаю, есть у неё теперь другой!.. Ты, девонька, деньгами не покупай. И ты гордость поимей. Мы и так уйдём. Мы люди маленькие. ГОРБУШКА . Ну, кто и уйдёт, а кто и нет. ЗИНА. Уйдете-то вы все одно. Не хотите по-доброму, не надо. Я вам в ножки поклонилась, с меня хватит одного раза. Общий привет! Зина встает и быстро уходит под общее молчание. ГОРБУШКА. Чувство такое, словно по яйцам сковородой… ДИНА. Пошли-ка, братцы, к Марии Павловне, потолкуем. ВИТЯ. О чем, Диночка ДИНА. О выходном пособии, Витя. Пошли, Джоконда. Дина первой уходит в двери на кухню, за ней Нюська и Геодезист. Витя и Горбушка смотрят на Джоконду . Она сидит, закрыв лицо руками. ДЖОКОНДА. Идите. Я вас догоню. Динка права. Горбушка и Витя медленно выходят, оглядываясь на Джоконду. Джоконда некоторое время сидит одна. Встает, смотрит на картину. И уходит в двери общего зала. Ее чуть не сбивает с ног быстро идущий Глаголев . Джоконда , беззвучно выматерившись, уходит. Глаголев почти добегает до дверей кухни, но внезапно останавливается и медленно идет на середину мойки, руки за спиной. Входит Зина . Она необычайно взволнована. ЗИНА . Так-так-так…Погоди-ка, красавчик мой, погоди-ка… Это как это…Это вот…это…понимать-то А А Как это ты мой долг на себя взял Это зачем это А ГЛАГОЛЕВ . А так и понимай, как понимается. Правильно. Мне в компаньоны ни ты, ни твой зеленый полюбовничек не нужны. Я и один, Зин, соображаю, что, да куда. ЗИНА. Это погоди-и… ГЛАГОЛЕВ . Чего там годить-то Я ведь документы уже все подписал. Точнее, переписал. Так что, милые компаньоны, пролетаете вы фанерой над Парижем. Да, Зин, ты на меня киллеров-то не заказывай, дорого нынче киллеры-то, я узнавал. ЗИНА. Глаголев… Ты что ГЛАГОЛЕВ . Ну, как-то вот так получилось, Зин. Я подумал, подумал, да и послал вас. Так что, звиняйте, у меня на эти апартаменты несколько другие планы. (Идет к выходу в кухню.) Да, меня можно не провожать, я тут у себя сам дорогу найду… Глаголев быстро выходит. Зина , все еще не понимая, что же произошло, устремляется за ним. Из-за машины выходит Ангел с саквояжем в руке. Оглядывает помещение. АНГЕЛ . Ну, вот и все, кажется. Срок пребывания окончен. Ангел улетел. (Щупает за спиной рукой обглодыши крыльев.) Какой там, к едрене фене, улетел. Ушел! Причем ушел, как побитый пес безродный. Одно утешение – навсегда! Он направляется на выход. В это время ему навстречу входит Ева . За ней Геннадий . Ангел останавливается и хватается рукой за сердце, прижимается к машине. АНГЕЛ. Здравствуйте, отступники. ЕВА. Ты зачем здесь Зачем за мной идешь Зачем Зачем Уходи, пожалуйста. Зачем ГЕННАДИЙ. Ева, я к тебе идти собирался. А ты сама навстречу идешь. ЕВА. Ко мне Ты Зачем ГЕННАДИЙ. Я… долго думал. ЕВА. Ты долго думаешь. Я знаю. ГЕННАДИЙ. Ева, пойми! Меня свет не отпускает, ни на секунду. Он всегда со мной, надо мной, как тогда. Минуты не было, чтобы я о тебе не думал. Тогда легче. Я виноват кругом. Во всем. Я не прошения прошу. Я прошу хотя бы поговорить со мной. ЕВА. Мне больно говорить, Геночка. Мне вообще больно. ГЕННАДИЙ. Ева… Я не знаю, что это было тогда. ЕВА. Я знаю. Меня больше свет не мучит. Мне ночью темно. Я же знаю теперь, что это лампочки так иногда вспыхивают, когда в них воздух попадает. ГЕННАДИЙ. Нет, Ева, нет! Я люблю тебя. ЕВА. Вот как А что больше, Геночка, любишь Душу или тело ГЕННАДИЙ. О чем ты ЕВА. О том, что если тело, так его больше нет. Хочешь, покажу Оно тебе не понравится. Ева начинает расстегивать пуговицы на кофточке. Хотя, может быть, ты любишь слегка сваренных девушек ГЕННАДИЙ. Не надо! ЕВА. Извини, так получилось. Спереди хорошо получилось. А сзади почти ничего не заметно. Можно, я к тебе все время спиной стоять буду, хорошо Ева всхлипывает и бежит в подсобку. Геннадий за ней. АНГЕЛ . О, люди! Ну почему вам не живется на этой земле спокойно и… В это время из-за машины выходит Покойник. Ангел замолкает и сгорбившись уходит в двери кухни. Покойник проходит к подсобке, прислушивается, усмехается. Из общего зала входит Джоконда. У нее в руках канистра. Она льет из канистры жидкость, начиная от подсобки. Канистру засовывает в пасть моечной машины. Достает из кармана спички. Покойник беззвучно хлопает в ладоши. ДЖОКОНДА. Обожаю запах бензина... Джоконда зажигает спичку. Но не бросает ее. Спичка гаснет. Джоконд а трясущимися руками зажигает еще одну спичку и снова не в силах бросить ее на пол. Она тихо плачет. Со стороны кухни выходят Витя, Горбушка, Нюська, Геодезист . Чуть позже за ними выходят Зина и Глаголев. Из подсобки появляется Ева , за ней Геннадий . Последним появляется Ангел . Все стоят неподвижно и смотрят на плачущую Джоконду . ДЖОКОНДА. (Сквозь слезы, но ни к кому конкретно не обращается и не оборачивается.) Хоть кто-нибудь, возьмите это… Сделайте это… Хоть кто-нибудь! Ведь это так больно! Хоть кто-нибудь… Пусть будет пустота, раз ничего хорошего не выходит… Пусть ничего не будет. Пусть на этом месте ничего не будет. И кто-нибудь опять построит что-нибудь новое, лучше и жить здесь станут по-другому. Не как мы. Хоть кто-нибудь сделайте это… Темнота
1   2   3   4