Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Бюллетень Русского гражданского движения «Высшее благо это быть русским гражданином, носите это звание так же, как носили его когда-то римские граждане!»




страница3/3
Дата12.06.2018
Размер0.57 Mb.
ТипБюллетень
1   2   3

Р.Г. - «Русский гражданин», Р.С. – Раис Сулейманов.

Р.Г.: В последнее время СМИ часто поднимают тему дискриминации русских в национальных республиках. А подвергаются ли дискриминации татары в национальных республиках за пределами Татарстана?

Р.С. Такие случаи имеют место. Можно сказать, что для национальных республик РФ «нормой» является дискриминация всех «нетитульных» народов, не только русских. И татары за пределами Татарстана в нацреспубликах также подвергаются дискриминации как представители «нетитульного» этноса.

Поэтому я абсолютно уверен, что переход к административно-территориальному делению в интересах всех, кто не хочет испытывать на себе дискриминацию.

В октябре 2012 года я был в Мордовии. Как мне рассказали местные татары, они сталкивались с дискриминацией при устройстве на государственную службу, в частности – в органы полиции. Те татары, которые уже состоят на госслужбе, жаловались, что начальством нередко строятся искусственные препоны для карьерного роста. Поэтому многие молодые татары стараются находить себе работу в бизнес-структурах, прежде всего в тех, которые принадлежат татарским предпринимателям. По признанию одного местного имама из Мордовии, татарские бизнесмены из числа его прихожан очень часто жалуются на предвзятость чиновников, и поэтому для решения того или иного вопроса нередко они вынуждены посылать в госорганы своих друзей или сотрудников мордовской национальности.

Недавно в Москве я общался с татарами из Адыгеи. Они тоже жалуются на дискриминацию. По их словам, в этой северокавказской республике представитель «нетитульного» этноса может себя полноценно реализовать как в госорганах, включая полицию, так и в бизнес-структурах только в том случае если будет обслуживать интересы местных «титульных» кланов.



Р.Г.: А как обстоят дела с положением татарского населения в тех нацреспубликах, где «титульными» являются родственные татарам тюркские этносы? Уж в этих-то республиках татары, наверное, не подвергаются дискриминации?

Р.С. Ошибаетесь! Татары сталкиваются с фактами дискриминации даже на территории тех национальных республик, где «титульными» являются родственные для моего народа тюркские этносы.

В Башкортостане «титульным» является родственный для татар тюркский этнос - башкиры. Однако татары (как и русские) в этой республике считают, что подвергаются дискриминации по этническому признаку. Я много общался с татарами, проживающими в г. Уфе и в татарских деревнях Башкирии. Они уверены, что упразднение Республики Башкортостан положит конец дискриминации «нетитульных» этносов в этой республике, в том числе и татар.

При этом ошибочно будет считать, что упразднение этой республики негативно скажется на положении башкир. В Оренбургской области я беседовал с жителями башкирских деревень. Они не считают себя дискриминируемой частью населения и не считают себя ущемлёнными из-за того, что их деревни в своё время не вошли в состав созданной при советской власти Республики Башкортостан. Более того, выяснилось: башкирская молодёжь из этих деревень стремится уезжать на учёбу и на постоянное место жительство не в Башкирию, а в Челябинск и Екатеринбург, а также в г. Магнитогорск Челябинской области.

Но вернёмся к проблеме дискриминации татар в национальных республиках.

В Москве во время беседы с молодыми татарами, которые являются уроженцами Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии, но вынуждены были уехать из этих республик, я выяснил: они считают, что татары подвергаются в этих северокавказских субъектах дискриминации, как и местное русское население. И уехали они из этих республик именно потому, что не видели для себя никаких перспектив из-за отсутствия социальных лифтов для представителей «нетитульных» этносов, не встроенных в местную клановую систему.

Вспомним, что в ноябре 2012 года, выступив с инициативой о переименовании нацреспублик по географическому признаку, ректор Дагестанского института экономики и политики Абдул-Насир Дибиров заявил о том, что в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесской Республике «остро стоит эта проблема — неравенства этносов». Как мы видим, от этого неравенства в этих республиках страдают и татары. Между тем, «титульными» для этих субъектов федерации являются тюркские этносы, родственные татарам (карачаевцы в Карачаево-Черкесии и балкарцы в Кабардино-Балкарии).

По мнению Дибирова, схожая проблема стоит остро «во многих национальных республиках».

И это действительно так. Татары (как и представители русского населения) подвергаются дискриминации и в национальных республиках Сибири.

Численность татар в Якутии по сравнению с началом 1990-х годов уменьшилась в два раза. В Челябинске и Нижнем Новгороде я беседовал с татарами, переселившимися в эти русские города из Якутии. Свой вынужденный отъезд из этой республики они объяснили тем, что «власти Якутии заботятся только о якутах». Проблемы у татар Якутии начались в 1990 году, когда правящей этнократией этой республики был провозглашён «суверенитет». После этого началась кадровая реорганизация органов власти, в ходе которой принцип этничности преобладал над принципом профессионализма. Уже в 2001 году якуты составляли около 80% состава местного правительства, а среди глав городских и районных (улусных) администраций – 90%, несмотря на то, что численность русских в этой республике составляла тогда более 40%.

В социальной сети я общался с татарами, которые пока живут в Якутии, но собираются уехать. Им (как и многим якутам) не нравится засилье языческого клерикализма в этой республике: правящая этнократия насаждает неошаманизм, новоявленные шаманы ходят с проповедями в школы и детские садики. Особенно это напрягает тех татар Якутии, которые являются приверженцами пришедших с Запада неопротестантских религиозных течений.

Таким образом, татары, живущие в этой республике, считают, что подвергаются дискриминации. А ведь «титульным» в Якутии является тюркский этнос, пантюркисты из числа маргинальных представителей татарского национального движения утверждают, что «татары и якуты – это один тюркский народ».

Дискриминацию ощущали и продолжают ощущать татары и в другой сибирской республике – Туве, где «титульным» также является тюркский этнос – тувинцы. Правда, в отличие от татар, тувинцы исповедуют не ислам, а буддизм, вкупе с шаманизмом.

С начала 1990-х годов численность татарского населения в Туве уменьшилось в 3 раза.

По свидетельствам тех, кто вынужден был уехать, в постсоветский период происходило фактическое выдавливание из Тувы представителей «нетитульных этносов».

Республика Тува в своё время печально прославилась тем, что на её территории с 1990-х года начались русские погромы. Однако мало кто знает, что в результате этих погромов пострадали и представители татарского населения. В то время националистически настроенная тувинская молодежь, при одобрении многих тувинских чиновников, начала громить дома и квартиры «чужаков». Тувинские националисты не хотели видеть в татарах родственный тюркский этнос, и называли их «орусами» («орус» по-тувински означает «русский»), как и представителей русского населения. Из домов русских и татар выносилось имущество, дома поджигались. Уже в 1990 году из Тувы вынуждены были уехать несколько татарских семей.

В конце июня 1990 года в столице Тувы г. Кизиле, на площади Ленина, возник стихийный митинг русскоязычных жителей. Поводом послужило убийство нескольких представителей русского населения. Одним из убитых был 13-летний подросток. Это событие вызвало большой резонанс в республике, похороны погибших вылились в манифестацию, в которой участвовало около двух тысяч человек. В митинге участвовали и представители татарского населения. Чтобы уговорить людей разойтись, к протестующим прибыл начальник близлежащего отделения милиции, но его речь была прервана свистом. Один из лидеров протестующих, татарин по национальности (инженер одного из предприятий), потребовал, чтобы на площадь прибыл министр внутренних дел Тувы. Ему были предъявлены требования – навести порядок, прекратить разгул национал-сепаратизма в республике и наказать виновных в резонансном убийстве, которое стало причиной митинга.

Министр пообещал выполнить все требования. Люди разошлись, но после митинга положение «нетитульного» населения в Туве нисколько не улучшилось. До сегодняшнего дня из республики продолжается отток некоренного населения.

Пару лет назад в командировку в Туву съездил московский религиовед Роман Силантьев. Мне он рассказал о том, что положение «нетитульных» этносов в этой республике за прошедшие годы так и не изменилось в лучшую сторону. В Туве вновь усиливаются русофобия, антиправославные и национал-сепаратистские настроения.

Несколько месяцев назад мне удалось пообщаться с уфимскими татарами, которые ездили в Туву к своим родственникам. Из их рассказа картина вырисовывается безрадостная.

Русофобия в Туве прямо ударяет по немногим оставшимся там представителям татарского населения, потому что тувинские национал-сепаратисты воспринимают их как «орусов». Оставшиеся в Туве татары по ночам боятся выходить на улицу.

Уже как само собой разумеющееся они воспринимают то, что в этой республике наблюдается дискриминация представителей «нетитульных» этносов при устройстве на работу и назначении на должности.

В 2011 году из Тувы вынуждены были уехать несколько татарских и смешанных русско-татарских семей.



Р.Г.: Известно, что в составе татарского этноса властями Татарстана насильно удерживаются кряшены и мишары. Из Ваших слов выходит, что эти народы в республике подвергаются дискриминации. Как представители этих этносов относятся к идее ликвидации Татарстана?

Р.С.: Кряшены (православный тюркский народ) подвергаются в Татарстане дискриминации не только по этническому, но и по религиозному признаку – как и русское население этой республики. Активисты кряшенского национального движения считают, что ликвидация Республики Татарстан решит многие проблемы кряшен и русских и в итоге приведёт к прекращению дискриминации.

Мишары (как и кряшены) попали под проводимую ещё в советское время в Татарстане политику татаризации родственных казанским татарам этносов. В советское время в Татарской АССР в мишарских деревнях осуществлялся курс на формирование общетатарского национального самосознания.

Если кряшены уже в течение ста лет борются за свое этническое самоопределение, то в среде мишар это началось совсем недавно. В социальных сетях в Интернете стали появляться группы, подчеркивающие мишарскую самобытность.

Принято считать, что мишары (мещеряки) – это субэтнос татар. Однако во время общения с жителями мишарских деревень Буинского и Дрожжановского районов Республики Татарстан, я выяснил, что среди них есть и такие, которые не считают себя татарами. «Мы, мишары – отдельный от татар народ», - говорят они. Так считают и многие городские мишары.

В знак протеста молодые мишары ставят на свои автомобили надписи «мишарин» («мишарка»), носят майки с надписью «Я – мишарин».

Движение за этническую самоидентификацию мишар пока хаотичное, находится на своем начальном этапе. Но если в его среде появятся свои лидеры и своя национально ориентированная интеллигенция, как у кряшен, сибирских татар и булгар (сторонники возврата к историческому самоназванию – булгары), то мишарское национальное движение может выйти на новый этап своего развития.



Р.Г.: Известно ли Вам, как татары, живущие за пределами Татарстана в русских областях Приволжского федерального округа, относятся к идее татарских национал-сепаратистов о «присоединении к Татарстану всех земель, где проживают татары»?

Р.С.: Идею о «присоединении к Татарстану» они воспринимают как бредовую. Как я уже сказал, татары, проживающие в областях Российской Федерации, с которыми я общался, не считают себя ущемлёнными из-за того, что проживают за пределами Татарстана.

Р.Г.: Обсуждали ли Вы этот вопрос с сибирскими татарами?

Р.С.: Я общался на эту тему с представителям интеллигенции сибирских татар Тюменской области (Уральский федеральный округ). Я задавал вопрос: хотели бы они проживать в «провинции Восточный Татарстан», в которую хотят превратить их регион татарские национал-сепаратисты, грезящие о «Великой Татарии»? Выяснилось, что тюменские татары относятся к этой идее – мягко говоря, без энтузиазма, поскольку считают, что нахождение в составе Татарстана крайне негативно скажется на состоянии их этнической общности и приведёт к исчезновению родного сибирско-татарского языка (он отличается от литературного языка татарского народа, где за основу был взят говор казанских татар).

Здесь необходимо сказать о следующем явлении. В последние годы наблюдается отказ значительной части сибирских татар от общетатарской этнической идентичности, активно навязываемой им в советское время и в постсоветский период интеллигенцией Татарстана. В среде последней бытует мнение, что сибирские татары – это народ, не имеющий собственной литературы, и использующий литературно-художественные достижения казанских татар. В наши дни, силами энтузиастов из числа творческой интеллигенции татар Тюменской области, делается всё возможное для преодоления подобного стереотипа, в частности, издаётся художественная литература на сибирско-татарском языке, действует интернет-сайт, на котором публикуются произведения сибирско-татарских писателей.

В советский период наблюдался переход сибирских татар на язык казанских татар. Сейчас мы наблюдаем обратную картину. Представители интеллигенции сибирских татар отказываются от использования языка казанских татар, и призывают к этому молодёжь. Причём речь идёт не только о бытовом использовании сибирско-татарского языка. Творческая элита сибирских татар Тюменской области отказывается от использования литературного общетатарского языка. Издаются словари сибирско-татарского языка. Уже несколько лет активно ведётся работа по формированию норм литературного сибирско-татарского языка.

Можно сказать, что происходит этническая мобилизация сибирских татар, усиление их этнической самоидентификации в качестве отдельного от казанских татар народа. Лидеры этого народа даже предлагают отказаться от наименования (этнонима) «сибирских татар» и называть себя «сыбырлар» или «сибиры». По мнению многих сибирских татар, «присоединение к Татарстану» обернётся для них тем, что они не смогут развивать собственные язык и культуру и будут ассимилированы казанскими татарами.



Р.Г.: Если руководством страны будет принято решение о ликвидации Республики Татарстан путём укрупнения региона (в виде объединения с соседними областями), поддержит ли это решение Госсовет Татарстана? А если будет принято решение о референдуме, то каковы на Ваш взгляд будут результаты? Правильно ли я понял, что Вы уверены, что все население Татарстана не будет протестовать против упразднения республики?

Р.С.: Я уверен, что в случае если федеральный центр посчитает это необходимым, то Казанский Кремль согласится с этим, а вслед за этим и Госсовет Татарстана большинством голосов проголосует за укрупнение региона. Тут главное ведь, что пообещать руководству Казанского Кремля. К примеру, если будет создан Казанский край за счет объединения Татарстана, Ульяновской и Кировской областей, а его губернатором предложат стать Рустему Минниханову, то вряд ли он от этого откажется. Все зависит от воли федерального центра.

Однако, даже если будет принято решение о референдуме, я не исключаю, что большинство населения Татарстана отдаст свои голоса за подобное укрупнение. Только при условии, что референдум не будет сфальсифицирован, как это было 21 марта 1992 года, когда решался вопрос о признании Татарстана суверенным государством. Тогда, с помощью административного ресурса, местной этнократией была совершена чудовищная махинация с голосованием. К счастью, итоги референдума 1992 года никто в России не признает.



Р.Г.: Но хватит ли на референдуме голосов русских и кряшен, чтобы проголосовать за фактическую ликвидацию республики?

Р.С.: По данным переписи населения 2010 года русские составляют 39,7 % населения Татарстана. С численностью кряшен вопрос сложнее. В Татарстане по итогам переписи 2010 года проживает 29 тыс. 962 чел (0,8%) кряшен. В то же время, председатель Госсовета Татарстана Фарид Мухаметшин, в 2009 году на кряшенском празднике «Питрау» («Петров день») случайно признался: «В Татарстане проживает порядка двухсот тысяч кряшен». По данным аналитиков британского Кестонского института (англ. Keston Institute; центр по сбору и распространению данных о религиозной ситуации в России) в Татарстане примерно 300 тысяч кряшен, что составляет около восьми процентов населения республики.

Столь низкий результат официальной численности кряшен во многом был достигнут благодаря антикряшенской деятельности чиновников Татарстана, заставлявших записываться кряшен татарами – об этом много писалось в СМИ. Кроме того, ряд экспертов считает, что результаты переписи в республике были подтасованы. Во время проведения переписи населения в 2010 году приходящие в кряшенские семьи переписчики прямым текстом говорили: «Если даже запишем Вас кряшенами, всё равно нас заставят исправить».



Р.Г.: Вы считаете, что и представители татарского населения в Татарстане проголосуют за ликвидацию своей «титульной» республики?

Р.С.: Не могу отвечать за всех татар, но не нужно недооценивать тот факт, что в городской среде отрицательно относятся к существованию подобного квазигосударственного образования, поскольку именно с существованием национальной республики связывают сложившуюся в Татарстане клановую управленческую систему, основанную на фактическом засилье сельских татар. Социологические исследования показывают, что среди городской татарской молодёжи много тех, кто обладает так называемой «двойной идентичностью»: даже «стопроцентные» татары (т.е. те у которых оба родителя – татары), будучи носителями татарских имён и фамилий, позиционируют себя татарами, но при этом одновременно считают себя русскими и в общественно-политических вопросах солидаризируются с русской молодёжью.

Надо отметить, что многие жители национальных республик РФ абсолютно равнодушны к тому, где они завтра проснутся: в республике, губернии или крае.

После прошедшей 20 декабря 2012 года пресс-конференции Президента России, в социальной сети «В контакте» в сообществе удмуртской редакции газеты «Комсомольская правда» прошёл опрос на тему: что если Республика Удмуртия расширит свои границы и будет превращена в губернию?

Результаты голосования показательны. Больше всего людей (45%) проголосовали за вариант «мне всё равно – Россия есть Россия; хоть в республике жить, хоть в губернии, ни хорошо, ни плохо от этого не станет», 25% выбрали вариант «а что, хорошая идея – может, жить станем лучше», и лишь 30% высказались против «переформатирования» республики.



Сулейманов Раис Равкатович, 1984 г.р., по образованию историк (Казанский государственный университет). Сфера научных интересов: этническая и конфессиональная специфика Поволжья, радикальные формы национализма и религиозного фундаментализма, региональная политика, исламоведение. В настоящее время является руководителем Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований.

1   2   3

  • Р.Г.: Обсуждали ли Вы этот вопрос с сибирскими татарами Р.С.
  • Р.Г.: Но хватит ли на референдуме голосов русских и кряшен, чтобы проголосовать за фактическую ликвидацию республики Р.С.
  • Р.Г.: Вы считаете, что и представители татарского населения в Татарстане проголосуют за ликвидацию своей «титульной» республики Р.С.