Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Бочарникова Наталья Викторовна Перевод названий текстов массовой культуры как инструмент лингвистического маркетинга




страница7/11
Дата08.01.2017
Размер2.62 Mb.
ТипДиссертация
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

1. Концепт «криминал / преступление». Вплетение криминальных линий раскрывают единицы, которые можно объединить в тематическую группу «криминал / преступление» (158 привнесений). Проиллюстрируем: Back by Midnight → Назад за решетку; Fun with Dick and Jane → Аферисты: Дик и Джейн развлекаются; Lionhead → Мой будущий тесть – аферист; Town → Город воров; The Husband → Подозреваемый; Herbie Goes to Monte Carlo → Ограбление в Монте-Карло.

Криминальный сюжет, связанный с продажей девушек в сексуальное рабство, эксплицируется с помощью сочетания «красные фонари», создавая отсылку к скандально известному району в Амстердаме. Интересно отметить следующее: в том случае, если в оригинале имеется лексема Амстердам, она заменяется именно сочетанием «красные фонари», чтобы исключить всякого рода аберрантность: Murder in Amsterdam → Убийца из квартала Красных фонарей; Blue Ring → Ночи «Красных фонарей».



2. Концепт «битва». При рассмотрении жанра фантастики мы указывали на реализацию концепта «битва». Помимо этого, нами было отмечено 69 единиц тематической группы «вооруженные действия» (герой, воин, битва, победа, доспехи, спасение): Hellboy → Хеллбой: Герой из пекла; Old Mans War → Обреченные на победу; Last Kung Fu Monk → Последний боец Шаолиня; The Controller → Виртуальные бойцы; Mad Max 2 → Безумный Макс 2: Воин дороги; Hanna → Ханна. Совершенное оружие.

3. Концепт «скорость / преследование». Посредством единиц, объединяемых в группу «скорость, преследование» (27 привнесений), тексту придается динамика, обостряется чувство напряжения. Приведем примеры: Did you hear about the Morgans? → Супруги Морган в бегах; Babys day out → Младенец на прогулке, или Ползком от гангстеров; Abduction → Погоня; The Next three days → Три дня на побег; Brother Bear 2 → Братец медвежонок: Лоси в бегах; Toy story 3 → История игрушек: Большой побег; The Winter of Frankie Machine → Зимняя гонка Фрэнки Машины.

Важным аттрактором являются единицы, сообщающие о значительных физических способностях персонажа, такие как крутой, мачо (21 привнесение) и супер (14 привнесений), что, по мнению Г. Г. Почепцова, «говорит лишь о детскости массовой аудитории в своем суммарном качестве. Если бы коммерческий успех лежал в иной плоскости, кино бы быстро перестроилось, поскольку оно не диктует свои интересы, а отражает интересы своего зрителя» [Почепцов, 1999, с. 13]. Проиллюстрируем: Jimmy Bench-Press → Крутые парни; Hidden Riches → Крутой парень; Blondes Have More Guns → У блондинок пушки круче; Simon Sez → Суперагент Саймон; Blubberella → Блюберелла: Супервумен; Phantom → Призрак. Супергерой; Special → Особый парень. Тупой супергерой; Gun Shy → Супершпион.



4. Концепт «смерть» (40 привнесений единиц убийство, кровь, смерть): Icarus → Машина для убийств; The White Raven → Алмаз смерти.

В качестве дополнительного жанрового маркера привлекается концепт «тайна»: The Order → Тайна Ордена; Paper Dragons → Тайна монастыря; Subterfuge → Тайная миссия.



  • Ужасы / триллер / детектив.

Анализ показывает, что картина мира, представленная в жанрах ужасов, триллера, детектива во многом совпадает, поэтому мы посчитали возможным объединить демонстрацию реализации ценностей. Приведем основой список апелляций к концептам, применяемых для идентификации рассматриваемых жанров.

1. Концепт «смерть». Наиболее аттрактивными лексическими единицами тематической группы «смерть» являются смерть и ее дериваты (117 привнесений), убийство, убийца, киллер (73 привнесения); кровь (37 привнесений); Апокалипсис, Судный день, конец света; последний (17 привнесений). Также находят свое применение такие лексемы, как утопленник, труп, жертва, палач, казнь, могильщик (16 привнесений); эвфемизм уснуть навеки и парафраза заставить замолчать. Проиллюстрируем: Tamara → Несущая смерть; The Hitchhiker → Попутчик: Дорога смерти; Text → Послание смерти; Marker → Метка смерти; Footsteps → Шаги смерти; Dispatch → Письма, несущие смерть; Too close to Home → Смерть у порога; Picture Claire → Убийство в чужом городе; The Face → Портрет убийцы; Seconds Apart → Близнецы-убийцы!; Cherry Falls → Убийства в Черри-Фолс; 7eventy 5ive → Убить за 75 секунд; Choose → Выбор киллера; The man who came back → Расплата кровью; Hot Springs → Жарким кровавым летом; Countdown: Jerusalem → Ангелы Апокалипсиса; Prime Time → Последнее интервью; Bethlehem road → Казнь на Вестминстерском мосту.

Еще в 1908 г. К.И. Чуковский одним из первых исследовал явление массового искусства, в частности «сыщицкой литературы». Автором было отмечено: «Для <…> читателя самое слово «убийство» – такое заманчивое, вкусное слово, что он демонстративно не желает читать те романы, в которых нет ни убийств, ни убитых. Конечно, эти особенности детективной беллетристики середины двадцатого века, выступающие с каждым годом все резче, характерны не столько для создающих ее литераторов, сколько для массового ее потребителя, чьи помыслы, вкусы и требования отразились в этих книгах как в зеркале. Лицо этого потребителя выступает перед нами с величайшей отчетливостью» [Чуковский, www].

Перевод стремится увязать концепт с существующими в обществе популярными, активно тиражируемыми идеями, тем самым реализуется атрибут актуальности. Привнесение при переводе даты 2012 связано с эксплуатацией распространяемых страхов относительно предполагаемого конца света в декабре 2012 года, ведущего к неминуемой гибели: The Crystal Skull → Код Майя: 2012; Hell → 2016: Конец ночи.

2. Концепт «ад / дьявол». Страх перед дьявольскими силами, ужасами ада и Апокалипсисом реализует единицы дьявол, демон, Люцифер, ад, преисподняя (70 привнесений). Например, The Toybox → Адские игрушки; Lighthouse → Демон ночи; Paranormal Activity: The Marked Ones → Паранормальное явление: Метка Дьявола.

Прокомментируем один из примеров: Pale Horse Coming → И ад следовал за ним. Стивен Хантер (Stephen Hunter), автор остросюжетных романов, цитирует, хотя и не дословно, отрывок из Откровения святого Иоанна Богослова (глава 6): «And I looked, and behold a pale horse: and his name that sat on him was Death, and Hell followed with him…». В русском варианте данная цитата звучит следующим образом: «И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя "смерть"; и ад следовал за ним». Переводчик прибегает к такой сверхрадикальной мере, как изменение цитаты, хотя и с сохранением того же источника, целью которой явилось абсолютное попадание в жанровую трактовку произведения и передача напряжения, динамики, присутствующих в произведениях Хантера.



3. Концепт «тайна». Данный концепт представлен единицами тайна, загадка, код (77 привнесений): Nightwatching → Тайны "Ночного дозора"; Extraordinary People → Опасная тайна зала Фресок; So near and yet… → Загадка Кондор-Хаус; It came from beneath the Sink → Загадочная находка; Beneath the Bleeding → Тайные раны; The Governor's Wife → Тайна мести.

Внимание адресата обеспечивается обращением к тематическим группам «древние цивилизации и религиозные группы средневековья», а также «сокровища» (сокровища, перстень, чаша, карта): Gene → Троянский конь; Decipher → Код Атлантиды; Excavation → Пирамида; Colour Scheme → Заклятие древних маори; Fivefold → Код каббалы; The jackal's head → Тайна Нефертити.



4. Концепт «потусторонние силы». Традиционно жанр ужасов связан с такими мистическими существами, как приведения, вампиры, зомби, оборотни, монстры, чудовища, объединёнными в группу «потусторонние силы» (64 привнесения): Watch for Me by Moonlight → Роман с призраком; Midnight Kiss → Полночный поцелуй: История вампира;The Uninvited → Похищенная призраками; Road Train → Грузовик-призрак. Таким образом, перевод эксплицирует одну из наиболее популярных формул, определяемую Дж. Кавелти как «чуждые существа» [Кавелти, www].

5. Концепт «тьма». Тематическую группу «тьма» составляют такие единицы, как ночь, черный, тьма, темнота (64 привнесения): The Physicians Tale → Дневник черной смерти; Emmetts Mark → Черная метка; Gaveston → Шепот в темноте; Orphan → Дитя Тьмы; The Last → Артефакт тьмы; Sugar Creek → Всадник тьмы; The Woods → Темный лес; Evil Dead → Зловещие мертвецы: Черная книга; Dhampir → Дампир. Дитя ночи; Tracer → Ночная охота; Legend of the Bog → Черная топь.

6. Концепт «игра». Собственно лексема игра привносится в 49 случаях: Circus → Чужая игра; Before the Devil knows you are Dead → Игры дьявола; The Traitor’s hand → Игра предателя.

Ассоциативно связанная с данной единицей лексема правила находит свою реализацию в переводе 15 раз. С целью придания повествованию экспрессивности и интенсификации воздействующего эффекта наиболее часто переводчик прибегает к варианту, представляющему игру без правил: Charades → Игра без правил; Straits of Fortune → Игра без правил; Fighting → Бой без правил.

Опосредованный способ апелляции к концепту «игра» зафиксирован в следующих названиях: Runner RunnerVa-банк.

7. Концепт «рок / проклятие». Популярным способом устрашения является обращение к семантически близким единицам проклятие (29 привнесений) и рок (21 привнесение): The Amber room → Проклятие Янтарной комнаты; F → Проклятая школа; The Possession → Шкатулка проклятия; Portrait of an Unknown Woman → Роковой портрет; Call me → Роковой звонок; The Box → Роковая находка; The Fingerprint → Роковой отпечаток; The Number 23 → Роковое число 23.

8. Концепт «охота». Тематическая группа «охота» представлена такими единицами, как охота (30 привнесений), плен, ловушка, клетка, паутина, омут, на крючке (11 привнесений): Hot Ice → Охота на людей; So Yesterday → Городской охотник; Suspect Zero → Охотник на убийц; Snow Beast → Охота на снежного человека; The Hessen Affair → Охотники за сокровищами; Eagle Eye → На крючке; Divided in death → Западня для Евы; Cold Comfort → Холодная ловушка; Perfect strangers → Тихий омут.

9. Концепт «страх». Для представления произведений в данных жанрах при переводе происходит обращение непосредственно к единице страх и семантически близким единицам, формирующим одноименную тематическую группу: страх, ужас, кошмар, зловещий, жуткий, тревожный, экстремальный и др. (40 привнесений). Приведем примеры, эксплицирующие жанровую сущность при помощи данных единиц: The Executioners → Мыс страха; Man-Thing → Леший: природа страха; Rosewood Lane → Бульвар страха; Lake Placid → Лейк Плесид: Озеро страха; Komodo → Комодо - остров ужаса; Night School → Глаза ужаса; Boogeyman → Бугимэн: царство ночных кошмаров; Sins of the fathers → Зловещее убийство; My Hairiest Adventure → Самое жуткое приключение; The Call → Тревожный звонок.

Перевод переносит реципиента в мир страха, эксплуатируя ассоциации, связанные с приведениями, обитающими в старых домах, старинных замках или отелях. Для этого привносятся лексемы старый, заброшенный: House of many shadows → Тени старого дома; The Innkeepers → Тайны старого отеля. Лексема Innkeeper переводится следующим образом: 1) хозяин трактира, трактирщик; 2) хозяин постоялого двора, гостиницы, отеля.

Интенсификацию остроты ощущений и актуализацию концепта «страх» демонстрируют следующие переводы: Revenge of the Tide → Холодная песня прилива; The House of Stairs → Сто шесть ступенек в никуда. В первом названии страх ассоциируется с холодом, во втором – с неизвестностью. Помимо этого, фонетико-ритмическая организация переводного варианта создает атмосферу таинственности и саспенса.

Эксплуатируется страх перед высотой и обрывом, что реализовано через такие единицы, как край, грань, пропасть, бездна (14 привнесений): Precipice → На краю пропасти; Tweek city → Скользящий в пропасть; Faith → Прыжок над пропастью; Out of control → Переступить через край; Into the night → Притяжение ночи. Шаг в пропасть.

Особая атмосфера страха и тревоги реализуется при помощи неопределенных местоимений и наречий. Например, The Switch → Та, которой не стало; The Intruders → Те, кто приходят из темноты; The Aware → Та, которая видит; Caroline at Midnight → А кто-то все видит; Ill be watching you → Кто-то следит за мной. «Энигматичность совершенно необходима в процессе создания интриги» [Козлов, 2008, с. 103].

Актуализации концепта «страх» и оказанию дополнительного воздействующего эффекта способствуют побудительные конструкции и применение второго лица: Always Watching → Беги, если сможешь; All That Sparkles → Беги – они уже близко; Knock-knock! Whos There? → Откройте – смерть; A Touch of Mortality → Помни, что ты смертный; Into the Darkest Corner → Где бы ты не скрывалась.



10. Концепт «опасность» (23 привнесения лексемы опасность): The Search → Опасный след; Extraordinary People → Опасная тайна зала Фресок; Séance → Опасный сеанс; Plain Brown Envelope → Опасная работа.

11. Концепт «месть». (17 привнесений лексем месть, возмездие, расплата): Deviant Ways → Жажда мести; Straightheads → Желание мести; Pumpkinhead → Адская месть; Fink! → День расплаты; Out in Fifty → Закон мести; Out For Blood → Кровожадный мститель; Ms. 45 → Ангел мщения.

12. Концепт «ангел» (16 привнесений лексемы ангел): Glory Glory → Ангелы в доспехах; The Closer → Ангел-истребитель; Countdown: Jerusalem → Ангелы Апокалипсиса; Losers Town → Город падших ангелов; Acid Rain Армагеддон: ангел мести; Judgment in death → Ангел мщения; The Honourable Maverick → Темный ангел надежды.

13. Концепт «обман» (13 привнесений единиц иллюзия, ложь, обман, входящих в тематическую группу «обман»): Still waters → В омуте лжи; Now you see me → Иллюзия обмана; 212 → Город лжи; Flight Plan Иллюзия полета.

14. Концепт «выживание» (12 привнесений единицы выживание). Наиболее частотны сочетания, в которых на выживание устраиваются игры и соревнования: Backwoods → Игра на выживание; Saw → Пила: Игра на выживание; Silk → Заезд на выживание; The Tournament → Турнир на выживание. Другим сопутствующим элементом является школа или урок: Detention → Урок выживания; Post Grad → Школа выживания выпускников; The Philosophers → Философы: Урок выживания; School's Out – Forever → Школа выживания.

15. Концепт «зло / жестокость». Тематическая группа «зло / жестокость» (9 привнесений): A Family Torn Apart → Внезапная ярость; In the Spiders Web → Паутина зла.

16. Концепт «битва»: Тексты в жанрах триллера и ужасов также содержат в себе элементы боевика, поэтому для них характерен концепт «битва»: Eight Legged Freaks → Атака пауков; Poultrygeist: Night of the Chicken Dead → Атака куриных зомби; 5ive Girls → Схватка с демонами.

Сюжетные линии любовного характера раскрываются посредством единиц, реализующих концепт «роковая связь» (12 привнесений): секс, связь, страсть, близость, измена: The Immigrant → Роковая страсть; A Teacher's Crime → Роковая связь; Seeing other people → Лицензия на измену.

В связи с тем, что создаваемый массовой культурой мир – иллюзорный, человек не воспринимает феномены смерти и крови с реалистической точки зрения. Объяснение того, что человек с интересом реагирует на данные единицы без соотнесения их со своей реальной жизнью, мы находим в работе Дж. Кавелти: «Читая или смотря формульное произведение, мы сталкиваемся с глубочайшими переживаниями любви и смерти, но таким образом, что присущее нам изначальное чувство безопасности и порядка не разрушается, а скорее укрепляется, потому что, во-первых, мы твердо знаем, что все это — воображаемый, а не реальный опыт, а во-вторых, потому что возбуждение и беспокойство полностью контролируются, замыкаются в привычном мире формульной структуры» [Кавелти, www].

Обращение к подобным единицам близко к игровому поведению. «Игра подразумевает реализацию особого – «игрового» – поведения, отличного и от практического, и от определяемого обращением к научным моделям. Игра подразумевает одновременную реализацию (а не последовательную смену по времени!) практического и условного поведения. Играющий должен одновременно и помнить, что он участвует в условной (не подлинной) ситуации (ребенок помнит, что перед ним игрушечный тигр, и не боится), и не помнить этого (ребенок в игре считает игрушечного тигра живым). Живого тигра ребенок – только боится; чучела тигра ребенок – только не боится; полосатого халата, накинутого на стул и изображающего в игре тигра, – он побаивается, то есть боится и не боится одновременно» [Лотман, www].



  • Детская литература и семейное кино.

Приведем список основных концептов, притягательных для детского сознания, которые привносятся при переводе текстов, ориентированных на эту аудиторию.

1. Концепт «приключение» принадлежит к числу ценностей, регулярно актуализируемых при переводе названий текстов, предназначенных для детской и семейной аудитории. Тематическая группа «приключение» формируется лексемами приключения, путешествия (41 привнесение): The Tale of Despereaux → Приключения Десперо; Jonah: A VeggieTales Movie → Приключения пиратов в Стране овощей; Tom and Huck → Приключения Тома Сойера; Growing Up Creepie → Крипи: Приключения необыкновенной девочки; Elephant Tales → Необыкновенное путешествие: история про двух слонят.

Прокомментируем следующее название: Finding Rin Tin Tin → Приключения пса. Эта картина посвящена истории самой известной собаки Голливуда — немецкой овчарки по кличке Рин Тин Тин. Кличка животного для российского адресата – нейтральный, не обладающий прецедентными характеристиками элемент, поэтому он меняется на компонент пес. Сочетание «в поисках пса» создаст лишний драматизм, поэтому происходит апелляция к концепту «приключение», сообщающем о развлекательности повествования.



2. Концепт «животные». Реализация данного концепта происходит посредством единиц, входящих в тематическую группу «животные» (22 привнесения): Warriors → Коты-воители; The Miraculous Journey of Edward Tulane → Удивительное приключение кролика Эдварда; Valiant → Вэлиант: Пернатый спецназ; Creature Comforts → В мире животных; The Outback → Пушистые против зубастых; Dicky Moe → Дики Мо – Белый кит.

Перевод названия кинотекста Big Miracle → Все любят китов призван апеллировать к концепту «животные» и вызвать у семейной аудитории сочувствие к героям картины – трем серым китам, относящимся к исчезающему виду и борющимся за свою жизнь. Несмотря на то, что концепт «чудо», реализуемый в исходном варианте названия, обладает значительными аттрактивными характеристиками, переводчик предпочитает подменить его более значимым для целевой аудитории концептом «животные» в сочетании с концептом «любовь». Попутно решается проблема экспликации тематики текста, поскольку избранный переводчиком вариант названия позволяет потребителю четко определить кинотекст как «фильм о животных».

Деминутивный суффикс, часто воспроизводимый при общении с детской аудиторией, усиливает эффект адресатной направленности: The Tale of Despereaux → Приключения мышонка Десперо; Mercy Watson Princess in Disguise → Свинка Мила – настоящая принцесса; Timmy Time → Барашек Тимми; A Squash and a Squeeze → Если в домике тесно.

3. Концепт «семья». Для детской и семейной аудитории релевантным также является концепт «семья». Для его актуализации в тексты названий включаются лексемы, содержащие сему «родство по крови» (20 привнесений): Lovelady: The Story of an Heiress → Дедушка и внучка; Suzette → Сюзетта ищет маму; Fishtales → Моя мама русалка; The Shaggy Dog → Лохматый папа; A Fairly Odd Movie: Grow Up, Timmy Turner! → Волшебные родители; Pride → Львиная семейка; Monkey Puzzle → Хочу к маме; Angel in Training → Папин маленький ангел.

4. Концепты «каникулы» и «веселье». Релевантность для ребенка концептов «каникулы» и «веселье» обусловливает появление апелляций к ним в переводах названий (12 привнесений): Santa Who? → Каникулы Санта Клауса; A Goofy Movie → Каникулы Гуффи; The Baby-Sitters Club → Веселые няньки; Round the Clock: A City → Веселый день в городе; Round The Clock: A Zoo → Веселый день в зоопарке.

5. Концепт «дружба». Репрезентация данного концепта происходит посредством 11 привнесений лексемы друг и ее производных. Проиллюстрируем: Alice Next Door → Моя подруга Элис; Hachiko: A Dogs Story → Хатико: Самый верный друг; For the love of a Dog → Из любви к другу; Miss Spider's Sunny Patch Kids → Мисс Паучок и ее друзья; Tigger & Pooh and a Musical Too → Мои друзья Тигруля и Винни: Мюзикл большого леса.

Рассмотрим следующие примеры: Shiloh → Мой лучший друг Шейлок; Buster & Chauncey's Silent Night → Бастер и Чонси: Озорные друзья. В первом случае исходное название представлено именем собственным, которое не может выступать в качестве средства успешного прагматического воздействия, поэтому оно дополняется аксиологически релевантным контекстом, выступающим в качестве основного аттрактора. Во втором примере исходный текст реализует культурно маркированный феномен, представляющий собой рождественскую песнь «Тихая ночь». Поскольку данный феномен не распространен в русской культуре, при дословном переводе весь прагматический потенциал будет утерян, поэтому переводчики обращаются к концептам, способным привлечь целевую аудиторию, таким как «дружба» и «озорство».

Весьма показательным является следующий пример: Winnie the Pooh → Медвежонок Винни и его друзья. Высокие прецедентные характеристики имени Винни, однозначно вызывающие ассоциации с персонажем сказки А. Милна и ее многочисленных экранизаций, позволили переводчику отказаться от части исходного текста (второй части онима) без риска ошибочной интерпретации сообщения. Гораздо важнее для него было связать текст с релевантными для целевой аудитории концептами «дружба» и «животные». Апелляция к первому осуществляется путем привнесения в перевод лексемы друзья, второго – лексемы медвежонок.

6. В текстах для детей реализуются положительно маркированные ценности, такие как «смелость», «помощь», «доброта» (9 привнесений): Little Big Panda → Смелый большой панда; Camelot → Смелый рыцарь из Камелота; The Country Mouse and the City Mouse Adventures → Приключения отважных кузенов; Widget, the World Watcher → Виджет спешит на помощь; Old Dear → Как помочь старому Мишке?; Casper → Каспер – доброе приведение; What do people do all day? → Город добрых дел.

Апелляция к положительно маркированным ценностям происходит через экспрессивно насыщенную единицу, представляющую собой суперлатив, лучший: The Brave Little Toaster to the Rescue → Отважный маленький тостер: Лучший друг; Life Is Ruff → Лучший пес; The Pirates! In An Adventure with Scientists! → Пираты! Банда неудачников! Лучшая пиратская история. Благодаря подобной имплантации, экспрессивно-эмоциональный аспект значительно интенсифицируется.



7. Русскоязычные варианты актуализируют аудиторную направленность посредством таких лексических единиц, как малыш, маленький, апеллируя к концепту «малыш» (8 привнесений): Babe → Бэйб: Четвероногий малыш; Angel on Abbey Street → Маленький ангел; Greyfriars Bobby → Малыш Бобби; Bug Bites: An Ants Life → Малышки-муравьишки; Winnie the Pooh: Springtime with Roo → Винни Пух: Весенние денёчки с малышом Ру.

  • Молодежная комедия.

Концептами-репрезентантами ценностных установок молодежной субкультуры являются:

1. Концепт «статус». В текстах, ориентированных на эту аудиторию, находят свою реализацию темы авторитетности, статусного положения, лидерства и аутсайдерства в молодежной среде, таким образом, лексические единицы входят в тематическую группу «статус персонажа» (король / королева, звезда, крутой, неудачник, лузер, штучка, стерва, крошка, цыпочки, мачо – 26 привнесений). Стилистическая окраска слов, принадлежащих к неформальному слою лексики, только усиливает приоритетную направленность на молодежную аудиторию. В данном контексте уместно будет привести высказывание Е.В. Медведевой относительно предъявляемых требований к языку рекламы: «Использование просторечных, жаргонных и сленговых выражений придает рекламному сообщению некоторую «свойскость» и способствует более точному «попаданию» в целевую аудиторию» [Медведева, 2008, с. 71].

Продемонстрируем: Kitty O'Donovan → Школьная королева; Van Wilder → Король вечеринок; Hope and Faith → Королева экрана; Win a Date with Tad Hamilton! → Свидание со звездой; The New Guy → Крутой парень; Model Behavior → Красотка и замарашка; Raise your voice → Суперзвезда; The Second Assistant → Звезды без глянца.



2. Концепт «развлечения / каникулы»: (25 привнесений) Happy Campers → Летние забавы; American Crude → Вечеринка; Glamorous Disasters → Тусовка класса «Люкс»; In The Croud → Своя тусовка, Harvard man → Гарвардская тусовка, Rock and roll fantasy → Вечеринка в женской общаге; Camp RockCamp Rock: Музыкальные каникулы; High School Musical 2 → Классный мюзикл: Каникулы.

Развлечения могут носить характер проделок и приключений: Charlie Bartlett → Проделки в колледже; Strike! → Заговор проказниц; Boat trip → Морское приключение; The Life & Times of Tim → Жизнь и приключения Тима.



3. Концепт «секс» (21 привнесение лексем секс, это): Rules of Attraction → Правила секса; Friends with Benefits → Секс по дружбе; Girl with a One Track Mind → Сексоголик. Откровения девушки, повернутой на сексе; Love Guru → Секс-гуру; Cavemen → Любовь, секс и Лос-Анджелес.

Кинолента I Love you Beth Cooper → Ночь с Бет Купер предназначена, в первую очередь, для привлечения молодежной аудитории. Это имело первостепенную важность для организаторов российского проката. С помощью лексемы «ночь», включающей ассоциации эротического характера, и заменившей лексему «любовь», нивелируется однозначно мелодраматическая линия. Надо отметить, что в названиях любовных романов, ориентированных на более взрослую возрастную аудиторию, прямое употребление лексемы секс не приветствуется, тогда как в названиях, обращенных к молодежной аудитории, наоборот, ее употребление носит системный характер.

Единицы, принадлежащие тематической группе «построение любовных отношений», не являются чуждыми для текстов данного направления, например, Rats → Идеальные женихи, но для удобства мы их отнесли к жанру мелодрамы. Данный пример демонстрирует, что выбор собственных концептов и способов апелляций к ним позволяет избежать негативных коннотаций, которые сопровождают английский языковые единицы. Еще одной иллюстрацией может служить следующий образец: Pigs → Секс по алфавиту.

4. Концепт «бунт» и «безумство» (16 апелляций): Stick it → Бунтарка; The Clique → Противостояние; Charm School → Строптивая девчонка; Hatley High → Безумный колледж; High School → Обдолбанная школа.

5. Концепт «успех / богатство»: (14 привнесений): Shopaholic Abroad → Шопоголик на Манхэттене; Twins of Tribeca → Вверх по лестнице в Голливуд; When the Party's Over → Вечеринка в Беверли Хиллз; Gibsons Girl → В Нью-Йорк за приключением; Jersey Girl → Принц из Нью-Йорка; Azur Like It → В канкане по Каннам; Is Harry on the boat → Ибица; Chasing Harry Winston → Бриллианты для невесты.

В связи со значительным влиянием глобализации, смещением ценностных ориентиров, апелляция к подобным концептам создается посредством единиц, относящихся к западной действительности. Америка ассоциируется с достижением успеха, поэтому столь распространены формулировки, апеллирующие к данному концепту.

В качестве способа достижения материального благополучия рассматривается также брак с состоятельным человеком: Chalete Girl → Как выйти замуж за миллиардера.

Многие переводческие решения, обращенные к молодежной аудитории, отражают ценностные приоритеты, активно тиражируемые в настоящее время: Who You Know → Формула счастья, или Хочу все и сразу; Bite → Жизнь коротка – откуси кусок побольше.

Необходимо сказать и о таких популярных направлениях в кинематографе, как фильмы о спорте и танцах. Танцевальная тематика освещается, как правило, в рамках жанра мелодрамы. Спортивная тематика также сопровождается мелодраматическим сюжетом (Cinderella man → Нокдаун), помимо этого, создается в жанре приключений и семейного кино. В качестве наиболее популярных концептов в отношении данных направлений выступают:

1. Концепт «высокое достижение». Способом его объективации являются единицы, входящие в одноименную тематическую группу, такие как король / королева, звезда, бог, супер, гений, самый лучший, покоритель, чемпион, легенда и т.д. (32 привнесения): Magic Mike → Супер Майк; The Air Up There → Непобедимый дикарь; Windrunner → Звезда футбола; Secretariat → Чемпион; The Express → Экспресс: История легенды спорта Эрни Дэвиса.

2. Концепт «экстрим» (10 привнесений). Спортивное или танцевальное мероприятие должно быть экстремальным, большим, сумасшедшим, безумным, без правил: Snowboarder → Максимальный экстрим; Racing Stripes → Бешеные скачки; Танцы без правил.

Представляется возможным классифицировать привносимые концепты на 2 основные категории: 1) узкожанровые – необходимые для идентификации определенного жанрового направления. Например, концепт «Дикий Запад» как способ экспликации жанра вестерн, или «мечта» как репрезентант жанра мелодрамы; 2) наджанровые – аттрактивные в разных жанровых контекстах. Например, ценностные феномены «тайна» и «месть» востребованы в различных жанровых направлениях.


2. Апелляция посредством прецедентных феноменов
Среди апелляций к концептам особым образом выделяются обращения посредством единиц, обладающих свойством прецедентности. Поскольку включение в инициальную позицию подобных элементов является способом повышения экспрессивно-воздействующих свойств текста, данный аспект явился предметом анализа в параграфе 3, однако прецедент как способ жанровой идентификации также не может остаться без внимания.

Название обращено к эмоциям, аффективности, т.е. к подсознанию, а «в сфере бессознательного происходит первичное культурное маркирование познаваемых предметов «индикаторами» эмоций и чувств, когда человек оценивает их положительно, отрицательно или нейтрально. Такого рода эмоциональное «маркирование» является основой для оценок и ценностей, формирующихся на уровне сознания» [Алефиренко, 2010, с. 12]. Наше подсознание также обращено, прежде всего, к прецедентным словам и выражениям, обладающим яркой аксиологичностью [Там же, с. 115]. Поэтому обращение к прецедентным феноменам сразу привлекает внимание, повышает читательскую активность, тем самым служит коммуникативной цели установления диалогических отношений между автором и потребителем [Брызгалова, 2012], реализуя задачу первичной аттракции и, как следствие, стимуляции покупательской активности.

По мнению В.В. Зирка, включение прецедентных феноменов является тем приемом, который позволяет разрешить такие проблемы с рецепцией текста, как привлечение непроизвольного внимания, возбуждение интереса, формирование установки восприятия и запоминание [Зирка, 2010].

Для теории прецедентности наиболее релевантным является понятие ценности. Расширив идеи Ю. Н. Караулова, Г. Г. Слышкин говорит, что «под прецедентным текстом будет пониматься любая характеризующаяся цельностью и связанностью последовательность знаковых единиц, обладающая ценностной значимостью для определенной культурной группы. Прецедентным может быть текст любой протяженности: от пословицы или афоризма до эпоса» [Слышкин, 2000, с. 28].

Продемонстрируем экспликацию жанра посредством прецедентных имен вымышленных и реальных персонажей.

Для объективации концепта «любовь» наиболее привлекательными являются обращения к греческим и римским богам: The Tycoons Princess Bride → Грот Посейдона, Bewitching Hearts → Проделки Купидона, With This Ring → Кольца Афродиты.

Среди группы «магия и волшебство» необходимо выделить популярные имена персонажей сказочных приключений Санта Клауса и Джинна: The Christmas Secret → Полет к Санта Клаусу; Arthur Christmas → Секретная служба Санта-Клауса; Fred Claus → Фред Клаус – брат Санты; Kazaam → Джинна вызывали?; The Cobra King of Kathmandu → Джинн и Королева-кобра. В последнем примере прецедентное имя приходит на смену столицы Непала Котманду, которая не сможет вызвать оценочных ассоциаций, связанных со сказочным сюжетом.

В группу «правитель» входят прецедентные исторические личности: The Heretic Queen → Нефертити. Царица Египетская; The jackal's head → Тайна Нефертити; Young Indiana Jones and the Tomb of Terror → Молодой Индиана Джонс и Проклятие фараона Тутанхамона; Touched by Gold → Сокровища Монтесумы; The White Princess → Первая роза Тюдоров, или Белая принцесса.

После выхода книги Д. Брауна Код да Винчи, пользующейся огромной популярностью, становится модным включать в название прецедентную личность, лексему код, или ключ, а также ряд других, создавая отсылку к роману Д. Брауна: The Gilded Seal → Знак Наполеона; Final Theory → Последняя теория Эйнштейна; The 52 → 52, или Предсказание Нострадамуса; Dissolution → Горбун лорда Кромвеля; Object of Virtue → Призрак Фаберже; The Diamond → Алмаз, погубивший Наполеона; Lighter than Vanity → Химеры Хемингуэя; Hidden Riches → Сокровище Айседоры; A Gardger's Curse → Мозаика Бернса. Именно в подобных видах трансляции ярче всего проявляется широко распространенный в коммерческом деле способ распространения продукции по принципу «me too»: «Если товару на рынке сопутствует успех, высокая репутация, всегда найдутся конкуренты, повторяющие его пользующийся популярностью образ или под него мимикрирующие. В мировой практике такая <…> конкуренция обозначается характерным термином me too – я тоже» [Шуванов, 2006, с. 117].

В соответствие с анализом маркетинговых исследований, наибольшим спросом пользуются названия популярных фильмов и книг, поскольку формируют концепт прецедентного текста. В каждом жанре выделяются наиболее значимые тексты, наделенные особым ценностным отношением среди потребителей, чей успех экстраполируется на новую, еще неизвестную продукцию, и риск коммерческой неудачи значительно снижается. Дж. Кавелти говорит о том, «что каждое успешное произведение порождает подражателей, которые рассчитывают на волне его популярности получить доход» [Кавелти, www]. Как показывает анализ, эксплуатация актуального, пользующегося спросом источника происходит двумя основными способами: в виде прямой цитации и в виде создания формулировки-подражательства.

Проиллюстрируем эксплуатацию прецедентного названия в виде прямой цитации. Литературное произведение Э. Сигала и кинокартина История любви (Love Story) заняло прочное место в текстовой концептосфере носителей различных культур. Обращение к данному источнику в качестве жанрового маркера нами было зафиксировано в следующих случаях: Diana → Диана. История любви; Jet Lag → История любви; Bite Me → Выкуси. История любви.

Приведем следующий пример: Free Birds → Индюки. Назад в будущее (США, 2013). Создатели перевода намеренно обогащают оригинальный вариант прецедентным феноменом, при восприятии которого активизируется целый спектр ассоциаций, связанных с популярной картиной Назад в будущее (Back to the Future), первая часть которой была создана в 1985 г., вторая – в 1989, и третья – в 1990. Несмотря на то, что прошло достаточно большое количество времени, фильм не потерял своей привлекательности, и его название является прочно укоренным в сознании, ассоциируясь с фантастическим сюжетом и занимательными приключениями. По мотивам картины снимаются в дальнейшем комиксы, мультсериал, видеоигры для консолей, компьютерная игра. Один из выпусков киножурнала «Фитиль» носит название «Назад в будущее», для названия игры для детей разработчики также позаимствовали известную формулировку.

Данные прецедентные тексты можно отнести к такому понятию, как Strong brand, то есть бренд устойчивый, мало зависящий от действий конкурентов [Чупринин, www]. Дополнительная ценность произведения, по замечанию К. Фокиной, является «одним из важнейших составляющих бренда, позволяющих продать продукт большему количеству людей за большую стоимость», поэтому являются едва ли не главными инструментами продвижения продукта [Фокина, www].

Позиционирование продукции посредством эксплуатации названия зарекомендовавшего себя материала проявляется и в следующих переводах: London Boulevard → Телохранитель (США, Германия, 2011); Shark Night → Челюсти 3D (США, 2011), создающих отсылку к невероятно коммерчески успешным картинам Телохранитель (The Bodyguard, США, 1992) и Челюсти (Jaws, США, 1975). Именно кинолента Челюсти стала «первым летним блокбастером в истории американского кино, собрав $260 млн. и сумев привлечь аудиторию в количестве 126,8 млн. зрителей» [http://www.kinopoisk.ru/film/396/].

Рассмотрим создание текста-подражания при переводе. Тему подражательств в массовой культуре и собственно в названиях поднимают С.Д. Кржижановский [Кржижановский, 2006], В.Е. Хализев [Хализев, 2005]; Рейсер [Рейсер, 1978]; М.А.Черняк [Черняк М.А., 2005]; Н.А. Купина [Купина и др., 2010]. Достаточное количество примеров с подобным типом названий приводит Н.А. Веселова, при этом считая, что «эффект подражательного заголовка может быть обратным тому, который планировался автором, а именно – комическим («трудно после «Евгения Онегина» воспринимать всерьез эпигонское заглавие «Евгений Вельский») [Веселова, 1998, с. 26-27]. Однако частое применение подобного приема говорит о его коммерческой оправданности. Подражание создается посредством повторения полностью названия или элементов названия в новом лексическом окружении, а также с применением параллельных конструкций и единиц, близких оригиналу по семантике.

После выхода на российские экраны мультипликационной ленты Shark tale → Подводная братва перевод последующих анимационных картин стал совершаться под давлением знакомой формулировки. Любителей жанра стали привлекать к произведениям близкого формата посредством переводных названий, содержащих экспрессивно заряженную единицу братва. Проиллюстрируем: Over the hedge → Лесная братва; Alpha and Omega → Альфа и Омега: клыкастая братва; Delhi Safari → Братва из джунглей.

Успех многосерийной кинокартины Форсаж (США, Германия, 2001 – 2013) вызвал спрос на данную лексему. Доказательством ее активной эксплуатации служат следующие примеры: Kill Speed → Небесный форсаж; Mad Bad → Крутой форсаж; Alien Racers → Звездный форсаж. «Таким образом, заголовок, оставаясь рематическим (напрямую связанным с конкретным повествованием), может характеризоваться как тематический (продолжающий некоторую повествовательную линию, соотносимый с группой произведений, связанных единым жанровым каноном и соответствующей модальностью восприятия)» [Козлов, 2008, с. 55].

Итак, перевод названия текста массовой культуры – это, прежде всего, моделирование коммуникации с реципиентом, практика, «актуализирующая в знаках текста определенный набор культурных символов и ценностей» [Там же, с. 19]. При переводе текст приобретает черты конформизма, стандартизации, узнаваемости, он комфортен и легок для восприятия массовым сознанием.



2.1.2. Устранение противоречий жанровым пресуппозициям адресата перевода
При переводе названия основным становится вопрос о способности лексико-семантического наполнения этого названия выступать в роли жанрово-адресатного идентификатора в условиях принимающей культуры. Несмотря на глобализационные процессы, серьезное влияние западной культуры и широкое распространение устоявшихся жанровых форм, лексико-семантическая организация оригинала теряет свою способность к созданию зрительских и читательских предтекстовых прогнозов, не соответствуя жанровым пресуппозициям носителей принимающей культуры, поэтому нуждается в серьезной корректировке. Данная корректировка совершается посредством включения аксиологически аттрактивных единиц, увеличивая концептуальную насыщенность оригинала, замещения и удаления оригинальных единиц, создающих «концептуальный диссонанс» [Слышкин, 2004]. Как показал проведенный анализ, с целью создания аргументации в пользу приобретения товара, в процессе перевода названия как способа жанровой идентификации решаются следующие задачи:

1) устранение жанровой амбигутивности оригинального названия;

2) устранение недостаточной жанрово-концептуальной насыщенности и наличия жанрово нерелевантных компонентов;

3) устранение противоречий системе ценностей носителя принимающей культуры;

4) устранение ситуации ложной жанровой интерпретации.

Рассмотрим каждый из этих пунктов.



1. Устранение жанровой амбигутивности оригинального названия.

Исследование показывает, что оригинальное название предлагает более широкое и вариативное прочтение жанровой принадлежности, провоцируя тем самым ситуацию жанровой амбигутивности. Основным фактором подобной ситуации является отсутствие в оригинале рассмотренных выше жанрово идентифицирующих маркеров. Перевод ограничивает рамки восприятия до однозначной трактовки: «Получая жанровый сигнал до знакомства с произведением, читатель сужает рамки неизвестности и расплывчатости ожидания, у него появляется ориентир, направляющий это ожидание в определенную сторону» [Кухаренко, 1988 (а), с. 84].

Рассмотрим следующий вариант перевода названия мелодраматического фильма: The Yellow Handkerchief → Желтый платочек счастья. В данном случае добавочным элементом, призванным сформировать предтекстовую установку и привлечь женскую аудиторию, становится крайне востребованный женским сознанием концепт «счастье». Исходные компоненты (лексемы желтый и платочек) несут некоторый ассоциативный заряд (желтый разлука; платочек женский образ, прощание), но он, по мнению издателей, недостаточен в условиях общения с массовой аудиторией и нуждается в поддержке более аттрактивного и зарекомендовавшего себя элемента. Несмотря на то, что перевод носит характер концептуального взаимодействия, основную воздействующую функцию берет на себя именно интродуцируемый концепт.

Приведем следующий пример: Tales from the Yoga Studio → Дружба, йога и любовь. Следует обратить внимание, на тот факт, что в данном названии в переводе модный элемент йога сохранен, но послание обогащается дополнительными ценностными компонентами. Это свидетельствует о том, что коммерческие мотивы вполне реализуются и в сохранении части информации.

Приведем еще примеры с привнесением слов с положительной характеристикой, маркирующей мелодраматическое и семейное направления текстов: That one Summer → Прекрасное лето; Coyote Summer → В одно прекрасное лето; Tamara Drewe → Неотразимая Тамара; Tooth → Счастливый зуб. Оригинальные варианты характеризуются нейтральностью, что недопустимо при решении задачи вовлечения массовой аудитории в коммуникацию и стимулирования покупательской активности. В данном случае актуально звучит следующее высказывание: «Рекламный текст оперирует предикатами дескриптивной оценки, поскольку воздействие на мир ценностей открывает безграничные возможности воздействия на людей» [Зирка, 2010, с. 153]. Подобное употребление позволяет не только сформировать концепт, но и, по словам А.В. Олянича, «эмоционализировать» информацию, поскольку только так можно привлечь внимание массового читателя (зрителя, слушателя, www-пользователя)» [Олянич, 2007, с. 112].

Прокомментируем перевод названия текста в жанре ужасов о неприкаянных душах самоубийц: The Beacon → Призрак у маяка. Лексема beacon имеет основное значение «маяк, сигнальная башня». Но подобная формулировка вызывает разнообразные ассоциации, не связанные однозначно с обитателями потустороннего мира и концептом «страх», что недопустимо при коммуникации с массовым адресатом в данных прагматических условиях.

В следующем оригинальном названии Hotel Transylvania → Монстры на каникулах упоминается область Румынии, куда писатель Брэм Стокер поселил своего персонажа – вампира графа Дракулу. Вероятно, не у каждого реципиента возникнут однозначные ассоциации при восприятии географического объекта с вампирской темой и, тем более, с жанром семейного кино, поэтому переводческое решение выражается в отказе от первоначальной версии и эксплицитном представлении главных персонажей картины и аттрактивного для детского сознания концепта «каникулы».

Жанровую амбигутивность создают такие структурные элементы, как имя собственное и числительное. Как отмечает В.А. Лукин, «множество заголовков предназначено для употребления отдельно от своих текстов <…>. Одни из них способствуют созданию читательской проекции текста, другие, выраженные, например, именами собственными, не являющимися «культурными символами», – нет» [Лукин, 2005, с. 93]. При переводе данные элементы или полностью устраняется, или название насыщается дополнительным комплексом аттрактивных единиц.

В ходе исследования было установлено, что в 37% случаях происходит удаление имени собственного. Значительная часть имени собственного (19%) транслируется с применением дополнительного аттрактивного комплекса. Только 9% названий с именем собственным, не обладающим яркими прецедентными признаками, транслируется в русскоязычную культуру без серьезных трансформационных сдвигов. Следовательно, для маркетинговых целей имя собственное рассматривается прокатными и издательскими компаниями как единица, не способная привлечь адресата.

В качестве доказательной базы представим несколько примеров, содержащих имя собственное, не формирующее для российского коллективного сознания ценностного отношения, что явилось обоснованием для привнесения идентифицирующих жанр единиц: Dahmer → Палач Дамер; Gacy → Могильщик Гейси, Whitechapel → Современный Потрошитель, David & Layla → Давид и Лэйла: Беззаветная любовь; Shoreditch → Эхо любви; Haven → Тайны Хейвена; Smallville → Тайны Смолвиля; Granite Folly → Тайна замка Грэнит Фолли.

Подобным образом происходит устранение числительного или его сохранение, но с обогащением оригинала: 212 → Город лжи; The Number 23 → Роковое число; 8 of Diamonds → Проклятый алмаз; The 52 → 52, или Предсказание Нострадамуса.

В ряде случаев переводчик сталкивается с культурно обусловленным опосредованным способом апелляции к концепту [Слышкин, 2004, с. 42]. Обратим внимание на следующий образец: Onion Girl → Волчья тень. Слово onion, фигурирующее в названии автора Чарльза де Линт, для англоязычного адресата является стимулом к активизации концепта «тайна». Это подтверждает анализ высказываний самого автора о данном произведении и его названии, а также анализ высказываний и текстовых фрагментов, содержащих единицу onion. Обратимся к словам писателя, которые он высказал в отношении собственного выбора инициальной единицы: «Back in my late teens, one of my favorite groups was the Incredible String Band <…>. One of their albums <…> was called The 5000 Spirits, or The Layers of the Onion. The analogy of relating something to an onion, of peeling back the layers to reveal still more hidden layers beneath, wasn't a particularly original concept even at that time, I'm sure, but it was the first time I'd thought about it and that analogy has stayed with me ever since» [http://www.sfsite.com/charlesdelint/onion1.htm]. (В то время, когда я был подростком, одной из мой любимых групп была The Incredible String Band <…>. Один из их альбомов <…> назывался 5000 Духов или Слои лука. Сравнение поиска скрытых уровней с процессом удаления луковых чешуек уже в то время было не новым представлением, но этот образ был новым для меня, и он остался со мной с тех пор навсегда (перевод наш – Н.Б.). Итак, удаление многочисленных слоев при очистке лука ассоциируется у англоязычного адресата с процессом раскрытия тайны. Для принимающей аудитории подобное смысловое наполнение не является релевантным.

Жанровую амбигутивность создают элементы, апеллирующие к фоновым знаниям англоговорящих потребителей. По замечанию И.В. Гюббенет, это, своего рода, приманка для адресата [Гюббенет, 1991]. Однако единицы, которые не декодируются, не вызывают к себе ценностного отношения, не могут рассматриваться в качестве аттрактивного компонента. И. Левый подчеркивает: «Титул – идейный ключ к произведению, его понятность иногда важнее, чем его образный характер» [Левый, 1974, с. 176]. Исследователи рекламы и маркетинга также говорят о том, что фоновые знания, с которыми сопряжен значительный объем информации, особенно важны в коммерческой коммуникации. «В любой семиосфере – и это доказывает рекламная практика – игнорирование культуры страны, на которую направлено рекламное сообщение, приводит к разрушению маркетингового диалога, а закодированные тексты так и не могут породить новый смысл» [Музыкант, 2001, с. 490].

В оригинальном названии Cinderella man → Нокдаун используется прозвище боксера Джеймса Брэддока (James Braddock), на биографии которого и основан художественный фильм. Сочетание Cinderella man, в силу прецедентных характеристик личности, воспринимается англоязычным реципиентом надлежащим образом. Необходимость создания благоприятных условий для реализации продукции предоставило переводчику значительную долю свободы в использовании адаптивных лингвопрагматических средств. Он останавливается на экспликации темы боксерского боя, а именно его самого кульминационного момента.

Приведем следующий пример: Hot Springs → Жарким кровавым летом. Hot Springs – американский город-курорт в штате Арканзас, известный, наравне с Лас-Вегасом, преступной обстановкой. Для российского адресата эти сведения остаются неизвестными, поэтому оригинал полностью элиминируется, и переводной вариант предстает перед читателем с набором экспрессивных, открыто воздействующих единиц.

2.2. Недостаточная концептуально-жанровая насыщенность и наличие жанрово нерелевантных компонентов.

Нами были выявлены изменения, обусловленные намерением издательской и прокатной компаний наделить исходное название дополнительным ценностным содержанием.

Имя Дон Жуана однозначно ассоциируется с любовными похождениями и вполне определенно структурирует ожидания реципиента, однако в российском кинопрокате лента с оригинальным названием Don Jon демонстрируется с привнесенным дополнительным аттрактивным концептом «страсть»: Don Jon → Страсти Дон Жуана.

Необходимость увеличения числа жанрово идентифицирующих единиц, соответственно, повышения концептуальной насыщенности, появляется в связи с наличием в оригинальном тексте элемента, выбивающегося из жанрового канона. Приведем следующий пример: The Chronicles of Narnia: The Lion, the Witch and the Wardrobe → Хроники Нарнии: Лев, Колдунья и Волшебный Шкаф. Лексемы хроники, лев и колдунья хорошо вписываются в сказочное повествование, тогда как бытовой предмет «шкаф» дисгармонирует с общим колоритом и тональностью, поэтому около данной единицы появляется концепт «волшебство», способной эмфатизировать жанровое направление и оказать необходимый прагматический эффект на потребителя.

Привнесение концептов в качестве дополнительных жанровых аттракторов мы видим и в следующем примере: Camelot → Смелый рыцарь из Камелота.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11