Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Ббк 65 т 45 Рецензент




страница12/20
Дата03.07.2017
Размер4.17 Mb.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   20
Лекция 21. Радикальная политическая экономия Радикальную политическую экономию можно отнести к числу феноменов в эволюции современной экономической мысли разви­тых стран, поскольку её появление противоречит на первый взгляд привычной логике экономических учений. В ней отражаются услож­нение проблем современной эпохи, новые явления в развитии произ­водительных сил и общества, социальные и экономические противо­речия. Как направление современной экономической мысли радикаль­ная политэкономия сформировалась в конце 60-х годов, хотя ради­кализм в экономической литературе капиталистических стран не представляет абсолютно нового явления. Его теоретические истоки восходят к работам таких экономистов, философов и социологов, как П. Баран, П. Суизи, Р. Милс, Е. Фромм, Г. Маркузе и др. Совре­менные радикалы заявили о себе одновременно с широким разма­хом студенческого движения в США и других развитых странах. Возрос авторитет и укрепились их позиции в университетской на­уке. В США был создан союз сторонников радикальной политэконо­мии, началось издание Review of Radical Political Economics. К радикалам относятся такие влиятельные экономисты, как Г. Шер-ман, Ф. Гордон, Р. Эдвардс, Дж. 0Коннор и др. За короткое время экономисты-радикалы создали обширную литературу. Одну из пер­вых попыток её систематизации предпринял видный теоретик радикализма американский экономист Г. Шерман в книге Полити­ческая экономия. Критическому анализу радикальной политэкономии посвящён ряд работ отечественных экономистов, в которых раскрывается тео­ретическая основа, содержание, основные черты и особенности свой­ственных ей концепций. Радикальная политэкономия неоднородна по своему составу, социальной ориентации, задачам, решаемым её представителями. В ней различают умеренное крыло, представите­ли которого близки к либеральному реформизму, примыкают к посткейнсианству, либо социально-институциональному направлению. Экономисты-радикалы в определённой части опираются на идеи ли­берализма и развивают их. Наряду с этим оформилось леворадикальное течение, которое выходит за рамки либерализма. Левые радикалы — это представители средних слоев общества, преиму­щественно критически мыслящей интеллигенции, университетских кругов, части студенчества, экономисты и социологи, разочарован­ные в результатах современной эволюции общества, напуганные не­гативными последствиями НТР, социальными катаклизмами, — они не только критикуют капитализм, но и отвергают его как систему. Отношение к социализму у них также отрицательное. Американ­ский экономист Дж. Гэрли назвал это направление политэкономией протеста и вызова.   Козлова К. Леворадикальная политэкономия в США Мировая экономика и международные отношения. 1978. №2; Научитель М., Титова Н. Леворадикальная концепция благосостояния Экономические науки. 1983, №5; Научитель М. Б., Титова Н.Е. Иллюзии общества благосостояния М.: Высшая школа, 1984; и др.   В период формирования теоретики левого радикализма испы­тывали влияние движения новых радикалов, развернувшегося в развитых странах. Однако отождествлять их или рассматривать леворадикальную позицию как разновидность движения новых левых нет оснований. Они не совпадают по многим позициям. Дви­жение новых левых подверглось глубокому разложению и значи­тельно утратило свои позиции. Леворадикальная политэкономия не связана с массовым движением. Деятельность экономистов-радика­лов в основном ограничена сферой теории, научных исследований, преподавания, публицистики, Леворадикалы подвергли критической переоценке западную эко­номическую теорию. Своим остриём эта критика направлена преж­де всего против неоклассицизма. Экономисты леворадикального толка противопоставляют ему более реалистические построения, опираю­щиеся во многом на концепции посткейнсианства, институционализма, социальную теорию распределения, а также отдельные по­ложения экономической теории К. Маркса. Теоретики радикализма обращаются к социальным проблемам, широко отражают их в сво­их концепциях. Теоретики левого радикализма восприняли отдельные методоло­гические и теоретические положения институционализма. Нередко они применяют институционалистскую трактовку общественной структуры, учитывают её влияние на экономический процесс, исполь­зуют в своих теориях отдельные элементы новейших концепций трансформации экономики, например, таких, как качество жизни. Вместе с тем леворадикалы не согласны с теоретиками трансфор­мации, идущими по пути сохранения капиталистической системы, ограничивающимися её реформированием, обновлением и улучше­нием. С этой точки зрения критикуется концепция Дж. Гэлбрейта. Критика капитализма в концепции леворадикалов образует ис­ходный рубеж, от которого начинаются все последующие построе­ния, формируются представления об альтернативных вариантах общественного устройства, называемых экономикой участия. Они обращаются к экономическому учению К. Маркса, используют его отдельные положения в своём анализе. Однако марксистский анализ капитализма как системы с вытекающими из него револю­ционными выводами теоретики левого радикализма не воспринима­ют. В своей критике они делают различные акценты. Так например, большое место отводится проблеме взаимоотношения между потре­бителями и производителями, действию различных производных факторов, нарастанию противоречий между суверенитетом потре­бителей и суверенитетом производителей. Следует отметить, что критика леворадикалов строится не столько на анализе объективных социально-экономических процессов, сколько на обращении к нормам морали и справедливости, принципам гума­низма, проблемам духовной сферы, подавления свободы личности, её способностей к творчеству и т.д. Экономические теории левых радикалов не представляют чего-то единого и завершённого. Многие из них выступают за создание новой радикальной политэкономии. По мнению американского эко­номиста Дж. Годзона, важнейшим звеном такого учения должны быть связи двух компонентов, воспринятых от К. Маркса и Дж. Кейнса. Однако вопрос о создании единой экономической теории остаётся открытым и учение левых радикалов по-прежнему отличается эк­лектизмом и разобщённостью. Лекция 22. Альтернативные теории А.В. Чаянова и Н.Д. Кондратьева Экономическое учение А.В. Чаянова Ещё в дореволюционный период в связи с быстрым ростом крес­тьянских кооперативов возникла организационно-производственная школа (Н. П. Макаров, А.В. Чаянов, А.Н. Минин, А.А. Рыбников и др.). Лидером этой школы стал крупный русский экономист Александр Васильевич Чаянов (1888-1937). Его основные труды: Организа­ция крестьянского хозяйства (1925), Краткий курс кооперации (1925). Главным предметом исследования Чаянова было семейно-трудовое крестьянское хозяйство, нацеленное на удовлетворение по­требностей членов семьи. Чаянов интересовался натурально-потребительскими чертами этого хозяйства и в меньшей степени его то­варно-рыночными чертами. Он считал, что такое исследование важ­но при изучении аграрного строя не только России, но и Китая, Индии и других стран со слабым развитием рыночных отношений. Основными понятиями выступают здесь организационный план и трудопотребительский баланс крестьянского хозяйства. Организационный план, или субъективное отображение кресть­янином системы целей и средств хозяйственной деятельности, вклю­чал выбор направление хозяйства, сочетание его отраслей, увязку трудовых ресурсов и объемов работ, разделение потребляемой и продаваемой на рынке продукции, баланс денежных поступлений и расходов. Концепция трудопотребительского баланса исходила из того, что крестьянин стремится не к максимуму чистой прибыли, а к росту общего дохода, соответственно производства и потребления, равновесию производственных и природных факторов, равномер­ному распределению труда и дохода в течение всего года.   Чаянов А. В. Крестьянское хозяйство. М., 1989.   Распространенной в советской экономической литературе схеме кулак — середняк — бедняк Чаянов противопоставлял собственную классификацию, включающую шесть типов хозяйств: 1) капиталис­тические, 2) полутрудовые, 3) зажиточные семейно-трудовые, 4) бед­няцкие семейно-трудовые, 5) полупролетарские, 6) пролетарские. Чаянов выдвинул план разрешения социальных противоречий в деревне через кооперативную коллективизацию различных типов хозяйств (со 2-го по 5-й) и кооперативный кредит. Путь к кардинальному повышению эффективности аграрного сектора Чаянов видел в массовом распространении кооперации, её антикапиталистическом и антибюрократическом содержании. Он выступал против огосударствления кооперативов. Выгодность ко­операции, по мнению Чаянова, заключается в относительно низких ценах на продукцию и в дополнительном доходе её членов. Чаянов полагал, что к кооперативам должны отходить те виды деятельности, технический оптимум которых превосходит возможнос­ти отдельного крестьянского хозяйства. Он исходил из того, что ин­дивидуальные крестьянские хозяйства способны вести эффектив­ную обработку почвы и животноводство. Остальные виды деятель­ности подлежат постепенному и добровольному кооперированию. Летом 1917 г. учёный выдвинул план реконструкции аграрного сектора: передача земли в собственность трудового крестьянства, введение трудовой собственности на землю (без права купли-про­дажи участков), передача государству помещичьих хозяйств и име­ний, введение единого сельхозналога для частичного изъятия диффе­ренциальной ренты. Чаянов выступал против уравнительного наде­ления крестьян землёй. Он исходил из двойственного критерия аг­рарного переустройства: повышения производительности труда и демократизации распределения национального дохода. Крупное достижение Чаянова — теория дифференциальных оптимумов сельскохозяйственных предприятий. Оптимум имеется там, где при прочих равных условиях себестоимость получаемых про­дуктов будет наименьшая. Оптимум зависит от природно-климатических, географических условий, биологических процессов. Все элементы себестоимости в земледелии Чаянов разделил на три груп­пы: 1) уменьшающиеся при укрупнении хозяйств (административные расходы, издержки по использованию машин, построек); 2) увеличи­вающиеся при укрупнении хозяйств (транспортные издержки, потери от ухудшения контроля за качеством труда); 3) не зависящие от размеров хозяйств (стоимость семян, удобрений, погрузочно-разгрузочные работы). Оптимум сводится к нахождению точки, в которой сумма всех издержек на единицу продукции будет минимальной.   Чаянов А.В. Оптимальные размеры сельскохозяйственных предприятий. М., 1928.   В годы организации совхозов (1928-1930) Чаянов предложил оце­нивать их деятельность по степени выполнения государственного плана с точки зрения учета интересов региона и по уровню прибыль­ности самого предприятия. Однако проблема индивидуальной моти­вации труда, занимавшая ранее одно из центральных мест в рабо­тах учёного, в 1928-1930 гг. не исследовалась. Исследование проблем экономической динамики Н.Д. Кондратьевым Хотя Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938) был универсальным исследователем, проживал он в аграрной стране и интересо­вался сначала аграрной проблематикой (Развитие хозяйства Кинешемского земства Костромской губернии — 1915, Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции — 1922). В своих ранних работах он рассматривает модель твердой цены на хлеб, модель косвенного ценового воздействия, а также смешанный метод ценообразования, основанный на сочетании твердого базиса цены с прогнозами ее возможных изменений. Он ставит вопрос о пределах государственного вмешательства на рынке. Кондратьев вплотную подошел к концепции смешанных форм воздействия на экономику — со стороны государства, торгово-предпринимательских структур, местных органов власти, отдельных крес­тьянских хозяйств. Он выдвигал требование рыночной проверки ме­тодов государственной политики. Кондратьев исходил из необходи­мости сочетания на базе нэпа плановых и рыночных начал, выдви­нул идею тесной связи и равновесия аграрного и индустриального секторов экономики. Эффективный аграрный сектор, — считал он, — способен обеспечить подъем всей экономики, стать гарантией устой­чивости всего народного хозяйства. Кондратьев считал необходимой первоочередную помощь хозяйствам, приближающимся к фермер­скому типу, способным обеспечить быстрое наращивание производ­ства товарного хлеба. Его программа ориентировалась на поддерж­ку крепких семейных трудовых хозяйств, способных стать основой экономического подъема в стране. Большую часть десятилетия 1920-х годов Кондратьев работал над проблемами народнохозяйственного планирования, составлял первые планы, ставил задачу создания макроэкономической теории планирования и прогнозирования. В решении вопросов конъюнк­турных исследовании (динамика цен, индексы объемов производст­ва в промышленности, сельском хозяйстве и т.д.). Кондратьев, буду­чи директором Конъюнктурного института при Наркомфине СССР, стоял на передовых рубежах мировой науки. Кондратьев изучал объективные характеристики и тенденции рыночной экономики. Он рассматривал рынок как связующее звено между национализированным кооперативным и частным сектора­ми, а также как важный источник хозяйственной информации. Значе­ние плана ученый видел в обеспечении более быстрого, чем при спонтанном развитии, темпа роста производительных сил, а также сбалансированного роста производства. Сочетание рыночных и пла­новых начал Кондратьев считал применимым во всей экономике. Однако указанную концепцию он модифицировал в зависимости от сектора. В сельском хозяйстве должны были преобладать косвен­ные методы воздействия на рынок, в национализированной промыш­ленности — прямые. Большую роль в реальности планирования Кондратьев прида­вал экономическим прогнозам. Заслуга ученого в разработке стройной концепции научного пла­нирования, сознательного воздействия на экономику при сохране­нии механизмов рыночного регулирования. Уже в конце 20-х годов Кондратьев подошел к концепции индикативного планирования, реа­лизованной на Западе после второй мировой войны. Мировой науке Кондратьев известен прежде всего как автор теории больших циклов хозяйственной конъюнктуры (Мировое хозяйство и его конъюнктуры во время и после войны — 1922, Боль­шие циклы экономической конъюнктуры — 1925). Он развил идею множественности циклов, выделив различные модели циклических колебаний сезонные (продолжительность — меньше года), корот­кие (продолжительность — 3-3,5 года), торгово-промышленные (сред­ние — 7-11 лет) и большие (48-55 лет). Он изучал статистические данные по Англии, Германии, США (динамику цен, процента на капитал, заработной платы, объема внеш­ней торговли, производства основных видов промышленной продук­ции). Период наблюдений и анализа составлял максимально 140 лет. На этот отрезок времени пришлось 2,5 закончившихся больших цик­ла. Кондратьев во многом предугадал Великую депрессию 30-х годов.   Кондратьев Н. Д. Проблемы экономической динамики. М., 1989. С. 209. Перед и в начале повышательной волны каждого большого цикла наблюдаются глубокие изменения в условиях экономической жизни общества. Это выражается в изменениях техники, в вовлечении в мировые экономические связи новых стран, в изменении добычи золота и денежного обращения. Главную роль играют здесь науч­но-технические новации (изобретения в текстильной промышлен­ности и производстве чугуна, строительство железных дорог, мор­ского транспорта, массовое внедрение электричества, радио, теле­фона и другие новшества).   Там же.   Длительные конъюнктурные колебания, считал Кондратьев, со­провождают эмпирические закономерности: а) на периоды повыша­тельной волны каждого большого цикла приходится наибольшее количество социальных потрясений (войн и революций); б) периоды понижательной волны каждого большого цикла сопровождаются длительной депрессией сельского хозяйства; в) в период повыша­тельной волны каждого большого цикла средние капиталистические циклы характеризуются краткостью депрессий и интенсивностью подъемов, в период понижательной волны больших циклов наблю­дается обратная картина. В последние годы жизни Кондратьев намеревался создать фун­даментальный труд по проблемам экономического развития (равно­весие и рост, статика и динамика, цикл и кризис) в пяти томах. Последняя работа ученого Основные проблемы экономической ста­тики и динамики была написана в Бутырской тюрьме, несколько глав из второй книги — в Суздальском политизоляторе. ИЗ ЖИЗНИ ВЫДАЮЩИХСЯ УЧЁНЫХ В ОБЛАСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938) относится к числу выдающихся экономистов XX столетия. Член Американской академии социальных наук, Американской экономической ассоциа­ции Американского и Лондонского статистических обществ, Аме­риканской ассоциации по вопросам сельского хозяйства. После Ок­тябрьской революции был профессором Московской сельскохозяй­ственной академии, директором Конъюнктурного института при Наркомфине (1920-1928), начальником управления экономики и планирования сельского хозяйства Наркомзема РСФСР. Под руковод­ством Кондратьева разработан первый перспективный план развития сельского и лесного хозяйства СССР на 1923-1928 гг. Вопросам планирования и ценообразования посвящены его работы Аграр­ный вопрос» (1917), Рынок хлеба и его регулирование во время войны и революции» (1922), К вопросу о дифференцировании де­ревни (1927) Теория планирования в регулируемой рыночной эко­номике разработана в трудах Проблема предвидения (1926), План и предвидение (1927) и др. Кондратьев — автор теории больших циклов конъюнктуры, смена которых связана с качественными изменениями в хозяйственной жизни общества. Он считал, что в политизированной советской эко­номической жизни слишком большой крен делается на подавле­ние хозяйственной инициативы зажиточных крестьян, называемых кулаками (за что впоследствии был назван идеологом кулаче­ства) В 1930г. арестован, необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно. В своих трудах Кондратьев руководствовался формулой Огюста Конта Знать, чтобы предвидеть, предвидеть, чтобы управлять. Василий Васильевич Леонтьев (р. 1906) Выдающийся уче­ный, экономист. Родился в России, в 1931 г. эмигрировал в США. В 30-х годах разработал метод экономико-математического анализа затраты — выпуск для изучения межотраслевых связей, структуры экономики и составления межотраслевого баланса, который широко применяется в практике прогнозирования и программиро­вания экономики. За разработку межотраслевого баланса был удос­тоен в 1973 г. Нобелевской премии по экономике, звания почетного доктора МГУ им М.В. Ломоносова. Леонтьев — выпускник Петер­бургского университета. Особенность модели Леонтьева состоит в том, что число основ­ных материальных и стоимостных потоков национального хозяй­ства не ограничено, все зависит от объема информации и необходи­мых вычислительных средств. Межотраслевой баланс производства и распределения общественного продукта с разбивкой на несколько сот отраслей составляется во многих странах мира, он позволяет оценивать пройденный экономикой путь и прогнозировать ее раз­витие. VI. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ БЛАГОСОСТОЯНИЯ Лекция 23. Эволюция западных теорий благосостояния Западная теория благосостояния индивида и общества прошла ряд этапов. На первом этапе А. Смит сформулировал зависимость общественного благосостояния от: 1) количества годового продукта труда и числа потребителей; 2) достигнутого в обществе соответст­вия потребления годового продукта нуждам потребителей. В общем виде можно сказать, что А. Смит поставил благосостояние в зависи­мость от производительности общественного труда и его пропорцио­нальности потребностям.   См.: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., Соцэкгиз. 1962. См. также: Hunt E. К. History of Economic Thoryht. Wadsworth, 1979.   Если А. Смит и его последователи концентрировали внимание на общественном благосостоянии, то неоклассическая теория (Л. Вальрас, К. Менгер, У. Джевонс и др.) поставила во главу угла индиви­дуальное благосостояние, которое определяется двумя рядами об­стоятельств предпочтениями индивида и наличием условий для осу­ществления рационального выбора (при использовании ресурсов в сфере производства и потребительских благ в сфере потребления). В начале XX в. В. Парето сформулировал принцип, согласно кото­рому максимум благосостояния достигается при оптимальном раз­мещении ресурсов, когда любое их перераспределение не увеличи­вает полезности в обществе.   Pareto V. On the Economic Phenomenon. International Economic Papers. N 3. L., 1953. P. 184.   Согласно указанному подходу австрийской и математической школ повышение благосостояния достигается через совершенство­вание механизма конкурентного рынка. Однако другие представи­тели неоклассического направления показали недостаточность такого подхода из-за провалов рынка. Согласно последователю А. Маршалла Пигу, оптимум благосостояния достижим лишь при государственном воздействии на использование ресурсов и на распределение доходов (поскольку выравнивание доходов максими­зирует сумму полезностей в обществе). Известный английский институционалист Дж.А. Гобсон во главу угла ставил индивидуальное благосостояние, определяя его крите­рии с точки зрения индивидуального здоровья, предполагающего гармонию физической и умственной деятельности. Обеспечение об­щественного благосостояния он возлагал на государство.   Hobson J. A. Work and Wealth. L., 1914. P. 9; Hobson J.A. Free Thougth in the Social Science. L., 1926.   В еще большей мере воздействие государства на индивидуаль­ное и общественное благосостояние подчеркивает теория Дж.М. Кейнса. Государство, влияя своей макроэкономической политикой на уро­вень занятости ресурсов и национального дохода, определяет тем самым и уровень благосостояния. Кейнсианство в определенном смыс­ле вернулось к анализу благосостояния с общественных позиций, что было характерно для А. Смита. Это выдвинуло на авансцену проблему соотношения индивидуального и общественного благосо­стояния, которая разрабатывалась видными западными экономис­тами А. Бергсоном, лауреатами Нобелевской премии К. Эрроу, П. Самуэльсоном и др.   Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1978.   По мнению К. Эрроу, принятие общественного решения требует постоянства системы предпочтений, предполагает выбор между из­вестными обществу альтернативами. Одно из этих условий всегда нарушается (например, при решении вопроса голосованием). Эрроу отметил, что поскольку в обществе существует столкновение инте­ресов, решение вопросов теории экономического благосостояния можно искать с помощью теории игр. Другой подход к теории благо­состояния — это подход П. Самуэльсона, а также Бергсона и Ланге.   Bergson A. Reformulation of Certain Aspects of Welfare Economics. Quarterly Journal of Economics, Febr. 1938. P. 310ff. См. также: Arrow К., Samuelson P.A. Foundations of Economic Analysis. Cambr., 1947. P. 220. May К. Technological Change and Aggregation. Econometrica. 1947. No 51. P. 51-63.   А. Бергсон в 1938 г. разработал функцию всеобщего благосостоя­ния придерживаясь, в отличие от своих предшественников, оценоч­ных суждений, которые, по его мнению, могут формулироваться высшим авторитетным органом. С помощью этой функции можно оценить предложения об экономической политике. Концепция об­щественного благосостояния Бергсона названа ординалистской. Теоремы общего благосостояния П. Самуэльсона основаны на ра­боте А. Бергсона. По мнению Самуэльсона, из функции полезности нельзя вывести индекс цен на потребительские товары, так как оди­наковая эластичность спроса от доходов маловероятна. Функция благосостояния не указывала на обязательность выбора одного из возможных состояний общества, но показывала предпочтительность одной ситуации из нескольких Благосостояние рассматривалось как максимизация соотношений затраты — выпуск. Так как функция благосостояния Самуэльсона показывала возможность сравнения полезности благ для разных потребителей, она противоречила мне­нию других теоретиков, считающих, что нужно выработать только критерий изменения благосостояния. Примерами приложения тео­рии благосостояния Самуэльсона служат проблемы государствен­ных расходов и международной торговли. Здесь исходят из прин­ципа, что большее всегда предпочтительнее меньшего. В отношении производства это дает производственную функцию затрат и выпуска, в отношении индивидуального предложения и спроса это позво­ляет приравнять отношение предельных полезностей (или предель­ную норму заменяемости) соответствующему нормативному коэф­фициенту преобразования в производственной функции. В резуль­тате получаем систему уравнений с их числом, меньшим, чем число переменных, на k - 1 (где k — число индивидов).   Samuelbson P. Foundations of Economic Analysis. Cambr., 1947. P. 220.   Самуэльсон стремился найти функцию благосостояния общества, представляющую вектор k функций индивидуальной полезности W = W(U1,U2,...,Uk), где W— порядковая функция подобно всем функциям индивиду­альной полезности U (i=1, 2, 3, , k), устанавливающая последова­тельный совместный общественный порядок всех возможных си­туаций. Самуэльсон характеризует функцию W как этическое убеж­дение всех доброжелательных людей. Каждая Ui зависит от инди­видуального потребления и предложения им услуг. Недостающие (k - 1) уравнений составляются, исходя из условий максимизации W при условии подчинения ограничениям, налагаемым остальными уравнениями системы. Для оптимума в теории экономического бла­госостояния требуется только то, чтобы W была заданной функцией (хотя бы и порядковой) — те определимой с точностью до возрас­тающего монотонного преобразования. Не обязательно равенство или сопоставимость отдельных Ui, а также их суммирование (укрупне­ние) в форму типа Новые варианты теории благосостояния, появившиеся вместе с утверждением идеи социального контроля, регулируемого развития, в понятие благосостояние включают совокупность условий, определяющих качество жизни индивида. Теория благосостояния активно влияет на экономическое развитие. В отличие от предше­ствующих вариантов, экономический рост становится функцией бла­госостояния. Эффективность, степень удовлетворения потребнос­тей — все, что включается в понятие общественного благосостоя­ния, отразилось в оценке отдельных индивидов, зависящей от их образа жизни и соответствующей системы ценностей. Отодвигая на второй план материальные потребности, Дж. Гэлбрейтом, У. Ростоу, Т. Парсонсом и другими экономистами был сформулирован единый, общечеловеческий критерий благосостояния.   Рriсе С. Welfare Economics in Theory and Practice. L., 1977. P. 4. Journal of Economics. 1978. No 4. P. 565-566.   К 30-м годам XX в. относится начало формирования концепции государства благосостояния. Общественно предоставляемые и суб­сидируемые услуги определяются как общественное благосостоя­ние в том случае, если их не может предоставить частный рынок (P. Титмус, Э. Хансен, Г. Мюрдаль, П. Самуэльсон, С. Лейден, Д. Нейл, Дж. Гэлбрейт и др.). Модели государства благосостояния включают комплекс институтов, призванных осуществить вмешательство в со­циальную и экономическую жизнь для обеспечения полной занятости, высокого уровня доходов и стабильных цен, а также программы социальной помощи непривилегированным слоям населения. В общем смысле государство благосостояния — это система по­литики, в которой ответственность государства распространяется до ответственности общества за благосостояние граждан, а его цель — предоставление всем членам общества юридических, политических, социальных прав путем справедливого распределения доходов. В последние десятилетия проблема благосостояния в западной теории рассматривается в двух основных аспектах (причем общим для обоих аспектов является стремление приблизить теорию к ре­альности). Первый аспект — это конкретно-историческое наполне­ние понятия индивидуальное благосостояние с точки зрения крите­риев качества жизни, которых насчитывается от 5 до 35 в разных странах (экономических, политических, социальных, психологиче­ских) потребление, внерабочее время, изменение окружающей сре­ды, факторы здравоохранения и образования, безопасность сущест­вования, участие в управлении, чувство цели, уровень доходов и т.д. Второй аспект — это такое исследование механизмов реализа­ции благосостояния, которое стремится преодолеть абстракцию кон­курентного рынка и учесть реальную структуру социально-эконо­мических отношений. Нобелевский лауреат Дж. Бьюкенен полагает, что необходимо исходить из того, что индивиды делегируют свои интересы организованным группам, которые, в свою очередь, стре­мятся навязать эти интересы через аппарат государства остально­му обществу Как и Эрроу, Бьюкенен приходит к выводу о невоз­можности сконструировать непротиворечивую функцию обществен­ного благосостояния; однако, он продвинулся гораздо дальше Эр­роу, так как исследует проблему выбора такого механизма, который минимизировал бы негативные последствия перераспределитель­ных процессов и максимизировал позитивные. Государство благосостояния у Бьюкенена — это форма пере­дающего государства. Передача средств в таком государстве опре­деляется интересами, проявляющимися в политике перераспреде­ления. Институты такого государства должны функционировать, по его мнению, для достижения личных целей индивида-потреби­теля.   Buchanan J. The Political Economy of the Welfare State. Stockholm. 1988. P. 9.   Таким образом, во всех новых тенденциях западной науки при­знается, что в результате расширения индивидуальных возможнос­тей в конце XX в. основным и главным источником общественных преобразований становится индивид, а индивидуальное благосостоя­ние выдвигается в качестве фундаментальной проблемы социаль­но-экономического развития. Поскольку индивид активно воздействует на жизнь, выявляя направления общественного прогресса, главной обязанностью обще­ства становится вознаграждение индивидуальной инициативы, конт­роль за мерой труда и мерой потребления. Аналитическое направление в западной экономической науке — экономика благосостояния — локализует экономические, обществен­ные и политические детерминанты достижений цивилизации. Точ­ный, модельный тип мышления, общий для авторов большинства анализируемых работ, пока еще не вошел в практику отечествен­ных экономистов-теоретиков, что определяет отсутствие практиче­ской нацеленности, функциональных зависимостей, рекомендаций. К числу теоретических проблем, которые предстоит решить в процессе формирования отечественной теории благосостояния, от­носятся: оценка общественной и экономической системы, критерии ее эффективности; выбор целей и средств для достижения эконо­мической оптимальности; возможности механизма спроса — пред­ложения в удовлетворении индивидуальных потребностей; разра­ботка программ по социальному обеспечению и преодолению бедности, экологических программ, законодательству по благосостоянию. Совокупный спрос определяется после того, как каждый потребитель принял решение (например, поставив цель максимизации полезности). Проблема сравнения общих уровней полезности раз­личных потребителей не ставится. Одновременно необходимо ук­рупнить или сравнить полезности различных потребителей до того, как начаты поиски оптимальной ситуации (например, максималь­ное благосостояние общества). Теория экономического благосостояния отличается от теории спроса тем, что в последней не выдвигается никаких посылок о ха­рактере рынка (например, существование чистой конкуренции между потребителями). Напротив, одна из целей теории экономического благосостояния — исследовать, можно ли чистую конкуренцию счи­тать оптимальным условием (социальным), и если можно — то в каком смысле. В этой теории рассматриваются также оптимальные условия, например в отношении распределения доходов, налоговой, таможенной политики (Хотеллинг).   Hotelling H. The General Welfare in Relation to Problems of Taxation and of Railway and Utility Rates Econometrica. 1938. N 6. P. 242-269.   Поскольку экономическое благосостояние зависит от количества годового национального дохода и численности населения, важней­шим представляется исследование соответствия потребления и по­требностей индивидов. В условиях перехода к рынку объектом исследования становят­ся способы действия и принципы, в соответствии с которыми по­требление достигает максимального удовлетворения потребностей. Эта концепция является краеугольным камнем любой теории нор­мальной рыночной экономики. Осуществление принципа максими­зации удовлетворения при минимуме затрат приводит к общему экономическому равновесию. При этом эффективное использование ресурсов должно сочетаться с более равномерным распределением доходов в обществе. Равенство предложения и спроса должно рас­сматриваться как важнейшее условие динамического равновесия, оценивающегося как равновесие темпов роста совокупных макро­экономических величин — дохода, капитала, рабочей силы и уров­ня техники. Кроме того, при решении проблемы благосостояния сле­дует учитывать социальный аспект: функция благосостояния должна отвечать индивидуальным предпочтениям, отражать суверенитет потребителя. Важнейшими элементами последнего, а также равно­весия экономики в целом являются гарантированный доход, удов­летворение потребностей в образовании, здравоохранении, инфор­мации для обеспечения свободы индивидуального выбора. Экономическое развитие должно быть функцией индивидуаль­ного благосостояния, так как общественное благосостояние отражается в оценке отдельных личностей, зависящей от их образа жизни и системы ценностей. Общественное благосостояние правомерно отождествлять с мак­симизацией благосостояния предельно большого числа индивидов. Поэтому теория благосостояния призвана изучить уровень благопо­лучия каждого индивида и взаимодействие разнообразных экономи­ческих методов, влияющих на индивидуальное благосостояние, а также реакцию индивида на происходящие в результате такого воз­действия изменения. Государство призвано способствовать усилиям индивида по со­зданию благосостояния: а) устанавливая контроль над бизнесом; б) разрабатывая эффективную систему налогообложения; в) при­нимая законы о гарантированных доходах; г) развивая художест­венное творчество и др. Благосостояние индивида зависит от успешности выполнения его жизненного плана, реализации принципа социальной справедли­вости и минимума материального обеспечения в обществе. В целом индивидуальное благосостояние можно определить как функцию факторов, создающих окружение (среду) индивида: где wi — благосостояние i-го индивида; n — число факторов, глав­ным из которых является индивидуальный потребительский выбор, присущий соответствующим предпочтениям индивида. Индикатором экономического благосостояния признан уровень национального дохода на душу населения, а индикатором государ­ственного контроля над благосостоянием — перемещение доходов и ресурсов между индивидами. Для временного и территориального анализа благосостояния существуют демографические, экономиче­ские, политические, культурные индикаторы. Наряду с объективными факторами, индивидуальное благосо­стояние зависит от оценочного отношения индивида к своей жизни, ценностной ориентации и воли к реализации целей. Проблему благосостояния способна решить экономическая сис­тема, производящая продукты с низкими совокупными затратами и наивысшей совокупной полезностью. Максимизация полезности ин­дивидом происходит на рынке, в условиях общего рыночного рав­новесия, в результате формирования личности как потребителя. Поскольку блага имеют различную полезность для потребителя, важно выявить его фактические предпочтения, проявляющиеся в поведении на рынке, которые играют важнейшую роль в ценообра­зовании, а следовательно, и в формировании доходов потребителя. Возникает проблема оценки соответствия прироста качества товара приросту цены. Максимизация полезности на рынке индивидом происходит при условии сбалансированности его бюджета. Поэтому возникает так­же проблема наблюдений за поведением потребителя при смене вариантов потребления (для выявления предпочтений). Главным вопросом теории благосостояния в условиях рынка яв­ляется экономическая оптимизация, которая понимается как мак­симальная производительность затрат труда, достижимая при ра­циональном использовании ресурсов. В точке оптимума производи­тельные силы сопрягаются с суммой потребностей, производствен­ный потенциал соответствует потребительному потенциалу. Исчер­пание всех производственных возможностей и насыщение потребнос­тей всех членов общества считаются признаком оптимума. Резуль­татом оптимизации являются цены, так как оценки — это средства определения оптимального состояния экономики. Экономико-матема­тическая теория, разработанная западными и отечественными эко­номистами-математиками (А. Курно, И. Госсен, Т. Тюнен, Л. Вальрас, Дж. Хикс, П. Самуэльсон, А. Вальд, К. Эрроу, Ж. Дебре, Л. Мак-Кензи, Д. Гейл, А. Гранберг, Л. Канторович, В. Лившиц, В. Полтерович и др.), подтверждает необходимость рынка, децентрализации.   Handbook of mathematical economics Ed. by R. Arrow, M. Intrilligator. Amsterdam etc.: North-Holland, 1982. V. 2; 1986. V. 3; Gale D. The law of supply and demand Math. Scand. 1955. V. 3. N 1: McKenzie R. On equilibrium in Grahams model of world trade and other competitive systems Econometrica. 1954. V. 22. N 1; Полтерович В.М. Экономическое равновесие и оптимум Экономика и математические методы. 1973. Т. 9, вып. 5; Лившиц В.Н. Оптимизация при перспективном планировании и проектировании. M.: Экономика, 1984; Канторович Л.В. Экономический расчёт наилучшего использования ресурсов. M.: АН СССР, 1959.   Для оптимума требуется определение функций общественного благосостояния. Изменение потребления связано с изменением ресур­сов, уровней полезности, технологии производства, структуры пред­почтений потребителей. Для создания оптимальных социальных условий максимизации индивидуального благосостояния необходима устойчивость общего конкурентного равновесия, которое, в свою очередь, зависит от вы­сокой экономической культуры потребителей и производителей, их умения участвовать в ценовой конкуренции, ориентироваться на максимизацию полезности. Конкурентное равновесие в условиях со­вершенного рынка воплощает форму оптимума. Следует, однако, учитывать и трудности, возникающие в процессе функционирования рынка. Модели оптимизации не приспособлены для исследования таких проблем, как согласование целей, взаимодействие на рынке, влияние политики доходов на распределе­ние благ. Максимум эффективности достигается через концентрацию про­изводства, которая определяется пропорциями и размерами рынка, контролем со стороны государства, транспортными издержками, численностью производителей. Кроме того, при анализе проблемы оптимума следует изучать не только снижение общей удовлетво­ренности при отклонении от точки равновесия на рынке, но и сопо­ставлять эти точки при различном первоначальном распределении ресурсов. Определяя индивидуальное благосостояние как сумму благосо­стоянии большинства членов общества, авторы вышерассмотренных концепций выступают одновременно интерпретаторами опре­деленного этапа развития государства и рынка. Во всех этих теори­ях мы четко прослеживаем проблему соотношения индивидуально­го и общественного благосостояния, взаимосвязь этих понятий с раз­витием экономики, человека и его потребностей, с историческим раз­витием.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   20

  • П. Баран, П. Суизи, Р. Милс, Е. Фромм, Г. Маркузе
  • Г. Шер-ман, Ф. Гордон, Р. Эдвардс, Дж. 0Коннор
  • Лекция 22. Альтернативные теории А.В. Чаянова и Н.Д. Кондратьева
  • Александр Васильевич Чаянов
  • Николай Дмитриевич Кондратьев
  • ИЗ ЖИЗНИ ВЫДАЮЩИХСЯ УЧЁНЫХ В ОБЛАСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938)
  • Василий Васильевич Леонтьев (р. 1906)
  • VI. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ БЛАГОСОСТОЯНИЯ Лекция 23. Эволюция западных теорий благосостояния