Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Б. Д. Карвасарский. Психотерапевтическая энциклопедия




Скачать 22.65 Mb.
страница39/116
Дата08.01.2017
Размер22.65 Mb.
1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   ...   116

ЛИЧНОСТНЫЙ ПОДХОД В ПСИХОТЕРАПИИ. Это понятие отражает важнейший теоретико-методологический принцип медицины и медицинской психологии, традиционно подчеркиваемый в отечественной литературе (Мясищев В. Н., 1971; Платонов К. К., 1977, и др.). Личностный подход, согласно К. К. Платонову, — это подход к больному человеку как к целостной личности с учетом ее многогранности и всех ее индивидуальных особенностей. Автор различает личностный и индивидуальный подход — последний принимает во внимание конкретные особенности, присущие в данном случае данному человеку. Индивидуальный подход может быть и шире (если он включает учет и личностных, и соматических качеств), и уже (в том случае, когда он учитывает только какие-либо отдельные личностные или соматические особенности) личностного подхода. Следует также различать Л. п. в п. и личностно-ориентированную психотерапию. Личностно-ориентированная (реконструктивная) психотерапия Карвасарского, Исуриной, Ташлыкова является основой, фундаментом психотерапевтического воздействия, направленного на решение стратегических задач. Само название этой группы методов указывает на то, что понятие личности является здесь центральным. В личностно-ориентированной психотерапии наиболее наглядно реализуется личностный подход, а ее многочисленные методы и приемы базируются на различных теоретических представлениях и концепциях личности. Однако личностный подход — понятие более широкое, оно распространяется на все психотерапевтические методы, в том числе и на симптомоцентрированные, решающие скорее задачи тактические. Так, в суггестивной психотерапии выбор применяемых методов — гипноза, внушения в состоянии бодрствования, косвенного внушения и пр. — зависит от особенностей личности больного, его внушаемости и податливости гипнозу, степени личностных изменений, связанных с болезнью, отношения больного к заболеванию (пассивно-страдательного или активно-положительного) и к врачу.

Очевидно, что в психотерапии как системе воздействия на психику и через психику больного, в методе, по словам В. Н. Мясищева (1958), специфически человеческом, личностный подход осуществляется в полной мере. По сути, психотерапия является инструментом реализации личностного подхода. Поэтому психотерапевтическое воздействие предполагает знание врачом основ медицинской психологии, объект изучения которой — личность больного. На связь психотерапии, опирающейся непосредственно на психологические особенности человека, с медицинской психологией указывали многие авторы (Мясищев В. Н., 1971; Платонов К. К., 1977; Лебединский М. С., 1977, и др.). Как отмечает Б. Д. Карвасарский (1985), развитие психотерапии тесно связано с разработкой учения о личности, механизмах, закономерностях и расстройствах ее функционирования. Автор подчеркивает двусторонний характер этой связи: само становление взглядов на личность в психоанализе, неофрейдизме, экзистенциально-гуманистической психологии во многом основывалось на психотерапевтической практике. Реализация Л. п. в п. предполагает детальное изучение личности больного, особенностей его эмоционального реагирования, мотивации, их трансформации в процессе заболевания. Такая информация необходима как для решения задач патогенетической и дифференциальной диагностики, так и в ходе лечебно-восстановительной, психотерапевтической и психокоррекционной практики, а также лечебно-профилактической работы в соматической клинике с учетом психосоциальных реакций на соматические болезни и их последствия. Одной из узловых проблем здесь является разграничение преморбидных особенностей личности и характеристик, привнесенных заболеванием и его развитием. Другая важная задача исследования личности больного состоит в определении участия психического компонента в генезе различных заболеваний: от большого круга болезней, в этиопатогенезе которых психическому фактору принадлежит либо решающая (неврозы), либо весьма существенная роль (другие пограничные состояния, психосоматические расстройства и пр.), до заболеваний, в которых психический фактор проявляется как реакция на болезнь, изменение психологического функционирования индивида в связи с соматическим расстройством. В качестве модели трансформации личностных особенностей может рассматриваться невроз с основными его стадиями. В. Н. Мясищев (1960) и Б. Д. Карвасарский (1985) выделяют первичные, вторичные и третичные личностные образования. Первичные связаны преимущественно с темпераментом. Вторичные определяются нарушенными значимыми отношениями пациента. Третичные представляют собой усиление этих черт — при затяжном течении невроза и невротическом развитии — до степени характерологических акцентуаций и психопатических особенностей, во многом определяющих поведение человека и его дезадаптацию. Рассмотренные на модели невроза первичные, вторичные и третичные особенности личности можно выделить и в структуре личностных расстройств при других нервно-психических и психосоматических заболеваниях. Учет первичных, вторичных и третичных личностных образований чрезвычайно важен при выборе оптимальной психотерапевтической тактики. Если при первичных личностных расстройствах существенную роль играют биологические методы лечения, то коррекция вторичных личностных нарушений требует уже проведения личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии. Коррекция третичных личностных расстройств, обнаруживающихся в поведенческой сфере, наиболее конструктивно протекает, если личностно-ориентированная психотерапия дополняется различными вариантами поведенческого тренинга. Принятые во внимание первичные, вторичные и третичные личностные образования позволяют более целенаправленно использовать и иные формы психотерапии (внушение, самовнушение и др.). Таким образом, только при учете специфики личностных нарушений разноуровневого вида психотерапия приобретает дифференцированный и содержательный характер.

ЛОГОТЕРАПИЯ. Метод психотерапии, созданный Франклом (Frankl V. Е.) (древнегр. logos — смысл), и экзистенциального анализа представляет собой сложную систему философских, психологических и медицинских воззрений на природу и сущность человека, механизмы развития личности в норме и патологии, пути коррекции аномалий в развитии личности.

Л., как ее называют некоторые авторы, Третья венская школа психотерапии, занимается смыслом человеческого существования и поисками этого смысла. Согласно Л., стремление к поиску и реализации человеком смысла своей жизни — врожденная мотивационная тенденция, присущая всем людям и являющаяся основным двигателем поведения и развития личности. Поэтому Франкл говорил о «стремлении к смыслу» в противовес принципу удовольствия (иначе — «стремление к удовольствию»), на котором сконцентрирован психоанализ. Человеку требуется не состояние равновесия, гомеостаз, а скорее борьба за какую-то цель, достойную его.

Человеческое стремление к реализации смысла жизни может быть фрустрировано; «экзистенциальная фрустрация», хотя сама по себе не патогенна, может привести к неврозу, коренящемуся не в психической, а в духовной сфере существования человека. Эти ноогенные неврозы возникают не в связи с конфликтами между влечением и сознанием, а из-за конфликтов между различными ценностями, на основе нравственных конфликтов. Фрустрированная потребность в смысле жизни может компенсироваться стремлением к власти, к удовольствию (часто в виде сильного сексуального влечения), психогенными неврозами. Поэтому Л. показана в случае не только ноогенных, но и психогенных неврозов.

Л. не является лечением, конкурирующим с остальными методами, но она вполне может соперничать с ними благодаря дополнительному фактору, который она включает. Как одно из направлений современной психотерапии Л. занимает в ней особое место, противостоя, с одной стороны, психоанализу, а с другой — поведенческой психотерапии. Она отлична от всех остальных систем психотерапии не на уровне невроза, а при выходе за его пределы, в пространстве специфических человеческих проявлений. Конкретно речь идет о двух фундаментальных антропологических характеристиках человеческого существования: о его самотрансценденции и способности к самоотстранению. На этих двух онтологических характеристиках человека основывается механизм действия методов парадоксальной интенции Франкла, которая применяется при лечении фобий и обсессий и дерефлексии, используемой при лечении сексуальных неврозов.

Существуют специфическая и неспецифическая сферы применения Л. Психотерапия разного рода заболеваний — это неспецифическая сфера. Специфической же сферой являются ноогенные неврозы, порожденные утратой смысла жизни. В этих случаях используется методика сократовского диалога, позволяющая подтолкнуть пациента к открытию им для себя адекватного смысла жизни. Важную роль играет при этом личность самого психотерапевта, хотя навязывание им своих смыслов недопустимо.

Никто, и логотерапевт в том числе, не «преподносит» тот единственный смысл, который человек может найти в своей жизни, в своей ситуации. Однако Л. ставит целью расширение возможностей пациента видеть весь спектр потенциальных смыслов, которые может содержать в себе любая ситуация. Не человек ставит вопрос о смысле своей жизни — жизнь ставит этот вопрос перед ним; другими словами, человек не изобретает его, а находит в объективной действительности. Правильно ставить вопрос не о смысле жизни вообще, а о конкретном смысле жизни данной личности в данный момент.

Вопрос о том, как человек находит смысл своей жизни, является ключевым для практики Л. Сам процесс нахождения смысла сводится к общепсихологическим закономерностям человеческого познания (в частности, выделения фигуры из фона). Однако смысловая реальность не сводится к измерениям биологического и психологического существования человека и не может изучаться их традиционными методами.

Положение об уникальности смысла не мешает Франклу дать содержательную характеристику возможных позитивных смыслов. Ценности — смысловые универсалии, являющиеся результатом обобщения типичных ситуаций в истории общества. Выделяются 3 группы ценностей: ценности творчества, ценности переживания и ценности отношения. Приоритет принадлежит ценностям творчества, основным путем реализации которых является труд. Из числа ценностей переживания Франкл подробно останавливается на любви, обладающей богатым смысловым потенциалом.

Основной пафос и новизна Л. связаны с ценностями отношения. При любых обстоятельствах человек способен занять осмысленную позицию по отношению к этим обстоятельствам и придать своему страданию глубокий жизненный смысл. Таким образом, жизнь человека никогда не может оказаться бессмысленной. Практические достижения Л. связаны как раз с ценностями отношения, с нахождением людьми смысла своего существования в ситуациях, представляющихся безвыходными. Однако обращение к ним оправданно, когда все остальные возможности повлиять на собственную судьбу исчерпаны.

С принятием решения, с выбором сопряжена ответственность человека за свою жизнь. Проблема ответственности — узловая проблема Л.: найдя смысл, человек несет ответственность за осуществление этого уникального смысла; от индивида требуется принятие решения, желает ли он или нет осуществлять смысл в данной ситуации.

Необходимость и свобода локализованы не на одном уровне. Свобода возвышается над любой необходимостью. Человек свободен по отношению к своим влечениям, к наследственности и факторам внешней среды. Он, в определенных пределах, самодетерминирующееся существо. Он свободен реализовать смысл жизни.

_М_


МАРАФОН (греч. maraphon). Групповое занятие продолжительностью от нескольких часов (более 5) до нескольких дней, используемое для тренинга профессионалов, психопрофилактики здоровых пациентов и значительно реже — для психотерапии.

Типичным примером является «марафон в выходные дни» (week-end meeting) продолжительностью 24-48 часов, позволяющий участникам приобрести групповой опыт без отрыва от работы или учебы. Временной режим работы М. может быть директивно структурирован ведущим с фиксацией перерывов для еды и сна, либо в процессе недирективной работы ответственность за распределение времени занятия передается группе и каждому участнику в отдельности. М. проводится изолированно и одноразово с целью тренинга или активизации самопознания либо включается в цикл обычных групповых занятий для решения тактических тренинговых или терапевтических задач. Продленная форма групповых занятий нередко сочетается с экстравагантным содержанием типа коллективной экзистенциальной исповеди, нудистского М. или необходимости преодоления целого блока эмоционально-стрессовых ситуаций — «Эрхардовские семинары» (EST).

Основные специфические механизмы М.: 1) интенсивность и концентрированность психотерапевтических отношений и тренинговых приемов превышает интенсивность аналогичного суммарного времени блока «классических» (90 минут) занятий благодаря экономии времени на «разогрев» и структурирование группы; 2) нарастающая астенизация и сбой биологического суточного ритма, поведенческих стереотипов участников (особенно при занятиях в ночное время без фиксированных перерывов на сон) снижают сопротивление, способствуют более свободному выражению эмоций и облегчают возникновение измененных состояний сознания, инсайтов, и освоение нового опыта; 3) непрерывность группового опыта способствует включению разнообразных упражнений и переживаний в единый групповой контекст.

М. требует значительных психофизических ресурсов и слаженной котерапевтической работы ведущих.



МАССОВАЯ ЭМОЦИОНАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ АЛКОГОЛИЗМА ГРИГОРЬЕВА. В ходе практического применения метода А. Р. Довженко (см. Стрессопсихотерапия алкоголизма («кодирование») Довженко) Г. И. Григорьевым (1993) была разработана его оригинальная модификация. Новый метод формировался: 1) в процессе научного анализа собранных данных анамнеза и катамнеза больных, в лечение которых избирательно интегрировались психотерапевтические приемы других направлений; 2) под влиянием социально-политических перемен в российском обществе, характеризуемых всесторонней нестабильностью и полной деидеологизацией. Влияние социума создало экстремальную ситуацию при врачебной работе с таким неблагополучным контингентом, как лица, страдающие алкоголизмом.

В эмоциональной сфере фактических и потенциальных пациентов житейские состояния эйфории и стресса оборачивались болезнетворными аффектами; в интеллектуальной сфере обыденное сознание в поисках самоидентификации стало восприимчивым в равной степени как к оккультизму во всех его проявлениях, так и к религиозному традиционализму; в волевой сфере пациентов формировалась установка, препятствующая включению внутренних резервов. Модифицированный Г. И. Григорьевым метод стрессопсихотерапии алкоголизма по А. Р. Довженко решал сложную актуальную задачу: целенаправленную на алкоголизм психотерапию усилить вторичным эффектом общей психопрофилактики от воздействия деструктивных сил в обществе. Достижение двойного лечебного воздействия связано с усилением эмоционально-эстетической компоненты психотерапии, со смягчением устрашающих, «напрягающих» напутствий в формуле внушения («кодировании») и с приобщением к сотрудничеству христианских священников.

Интеграция в метод элементов различных психотерапевтических подходов и привлечение церковного опыта борьбы с алкоголизмом до некоторой степени делают сам метод эмоционально-эстетической психотерапии эклектичным, но не лишают его оригинальности и эффективности. Более того, последовательно раскрывая отдельные эстетические составляющие психотерапевтического воздействия, автор прагматично пришел к аналогии с театром и общественным богослужением. Результатом анализа художественной и соборной метафоры стала возможность увеличения числа пациентов на сеансе до нескольких сотен. Это достигается использованием эффекта взаимного эмоционально-психологического потенцирования — применявшегося издревле в сакральном храмовом действии. Подобный организационный прием имел положительное социальное значение также для ликвидации очереди на лечение в период внедрения метода и для каждого отдельно взятого пациента, решимость которого лечиться всегда находит безотлагательную поддержку.

Собственно общий сеанс массовой эмоционально-эстетической психотерапии разделен на ряд последовательных этапов: беседа врача с аудиторией, проповедь священника, антиалкогольная служба (взятая из Устава Санкт-Петербургского Александра Невского общества трезвости), напутственное слово священника и, наконец, сокращенный вариант сеанса А. Р. Довженко (продолжительность всего занятия около 6-8 часов). Подобные масштабы лечебного процесса потребовали распределения ролевых функций между руководителем сеанса и его ассистентами — другими врачами-психотерапевтами, принимающими непосредственное участие в общем сеансе и заключительной индивидуальной работе с каждым пациентом. «Театр одного актера» в варианте метода А. Р. Довженко в данной модификации был заменен «групповым театром» — бригадой врачей-психотерапевтов.



Участие священника в психотерапевтическом сеансе привело к частичному изменению содержания разъяснений, обращенных к пациентам; наряду с психобиологическим пониманием человека стали использоваться положения христианской антропологии (например, душа, греховное состояние), более близкие к обыденному сознанию; при возможности привлекался хор духовной музыки. Модель сеанса отражает тенденцию к сопряженности медицинской психотерапии и психотерапии церковной (соборность действия, борьба за человеческие души). Ритуализация лечебного процесса явно усиливает эмоционально-эстетическое действие психотерапевтических факторов и гармонизирует проповедь и молебен с последующими медицинскими процедурами. Форма метода заложила основы совместной работы врачей и священников, согласованные между Министерством здравоохранения СССР и Русской православной церковью. Необходимо отметить, что практика данного метода получила благословение митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского, а корректировка отдельных элементов сеанса проводилась под духовным руководством протоиерея Василия Лесняка.

Патологической системе алкоголизма, закрепившейся в личности больного, в предложенном методе противостоит сложная лечебная система. Сохранены основные принципы стрессопсихотерапии алкоголизма («кодирование») по А. Р. Довженко, но в то же время Г. И. Григорьев внес в нее новое содержание. А. Р. Довженко говорил, что решение всех проблем больного он берет на себя, что вызывало и продолжает вызывать во многом справедливые нарекания со стороны психотерапевтов. Такой подход настраивает больных на полную пассивность и не включает в необходимой мере в лечебный процесс их личностные возможности, не способствует перестройке личности, держит эту личность в страхе перед непредсказуемыми последствиями в случае нарушения «кода». Метод эмоционально-эстетической психотерапии, наряду с известными из клинической практики характерными чертами заболевания и личности пациентов, учитывает церковную оценку больного алкоголизмом как «грехопадение» в болезнь. В новом измерении пациент становится не только больным алкоголизмом, но и страждущим грешником, а значит, имеет не только право на медико-социальную помощь, но и обязанность — быть человеком. Церковное участие в интенсивной форме помогает пациенту сделать несколько шагов, аналогичных системе Анонимных алкоголиков; тем самым в сердцевине метода заложено не только вынужденное воздержание от алкоголя, но и свободное духовное восстановление. Таким образом, метод эмоционально-эстетической психотерапии затрагивает еще и духовную сущность пациентов, обращая их внимание на необходимость служения добру, любви и красоте в широком понимании слова и всемерного развития в себе этих качеств как антипода зла, несправедливости и насилия, процветанию которых, безусловно, благоприятствует пьянство и ими же провоцируется. В описании отдельных элементов метода и их толковании пациентам используется метафорически терминология церковной практики: паломничество, пост, исповедь. Этот прием несет не эстетическую функцию, а достаточно прагматическую: продемонстрировать взаимосвязь церковной жизни с кризисной повседневностью. Для многих пациентов лечение начинается со своеобразного паломничества. Узнав об «эффективном исцелении», как правило, от своих знакомых, прошедших лечение, больные из различных районов города и области, а также других городов страны отправляются в центральное лечебное учреждение, практикующее метод эмоционально-эстетической психотерапии, — Международный институт резервных возможностей человека. Предпринятая поездка уже связана с ожиданием чуда. В неосложненных случаях лечение начинается с подробной беседы (исповедь) с врачом-психотерапевтом, которая при действительном желании лечиться завершается прохождением медицинской комиссии. Здесь же пациенту предписывается обязательное двухнедельное воздержание (пост) от алкоголя до самого сеанса. Все эти этапы (паломничество, исповедь, пост) подготавливают пациента к нравственному восприятию самого сеанса. При сложных и тяжелых формах заболевания у отдельных пациентов в подготовку к лечению включаются индивидуальные и групповые психотерапевты, психологи и (при необходимости) психиатры, психофармакологи. Усложняется, углубляется и удлиняется процесс лечения. Во всех случаях серьезная предварительная перестройка системы отношений пациентов осуществляется в условиях семьи и производства.

Несмотря на непродолжительность (6-8 часов) собственно сеанса массовой эмоционально-эстетической психотерапии, структура отдельных элементов достаточно сложна.

Первый этап — сбор пациентов, приходящих на лечение вместе с членами своей семьи, стресс ожидания. В окружении множества самых разных, но трезвых и настроенных на лечение людей пациента охватывает чувство ожидания, значимости и торжественности самого сеанса (часть пациентов ранее уже лечилась этим методом от алкоголизма, и они пришли с целью закрепить результаты или избавиться от привычки к курению). Именно здесь больной еще острее начинает осознавать всю важность и ответственность добровольно принимаемого решения лечиться.

Второй этап — беседа руководителя сеанса, врача-психотерапевта, построенная в традициях рациональной психотерапии. Она постепенно трансформируется в лечебный театр — монолог «одного актера» делает проводящего беседу врача центром притяжения мыслей всех присутствующих, заставляет каждого как бы забыть обо всем вокруг, почувствовать себя «наедине» с психотерапевтом. У пациентов просыпается желание нравственного очищения. Постепенно монолог психотерапевта переходит в живую дискуссию с аудиторией, звучат вопросы и ответы, демонстрируются возможности суггестии, саморегуляции и самовнушения за счет мобилизации резервов психики самих пациентов, что «материализует» слова врача, придает каждому значимость и делает каждого преимущественным объектом всеобщего внимания. Беседа и демонстрация возможностей саморегуляции длятся не менее 2 часов.

Третий этап — проповедь священника, завершающаяся антиалкогольным молебном и клятвой самих пациентов перед Богом не принимать никаких спиртных напитков (по источникам Санкт-Петербургского Александра Невского общества трезвости). Продолжительность этого этапа около 1 часа. Все врачи-психотерапевты, принимающие участие в сеансе, становятся на сцене позади священника.

Четвертый этап — выход ведущего сеанс психотерапевта и проведение специально направленной суггестии (сокращенная формула внушения А. Р. Довженко в смягченном — безымперативном варианте). Этот этап в данной модификации длится около часа. Присутствие родственников и посторонних лиц исключается. Больной остается в среде одержимых пьянством людей, сливающихся воедино в порыве исцеления, стремящихся к взаимодействию с психотерапевтом, ритуальные слова которого как бы избирательно предназначены лично для каждого и для всех вместе. Это этап довольно жесткого, императивного, эмоционально-стрессового воздействия, порой переходящего в суггестию.

Пятый, последний этап, проводимый врачами-ассистентами, аналогичен инициации, или посвящению. Это ритуал-процедура индивидуального, специально построенного психотерапевтического воздействия в виде закрепления «зарока», свободного волеизъявления пациента на трезвенническую жизнь; на прием каждого пациента уходит от 2 до 5 минут. Здесь массовое воздействие окончательно трансформируется в сугубо интимное, индивидуальное, общая суггестия закрепляется комплексом вербально-сенсорных воздействий. До начала этого этапа пациенты еще могут уйти с сеанса, они не вносили плату за лечение. Только после индивидуального закрепления «зарок» вступает в силу. Каждый пациент сам определяет срок, на который он решился воздержаться от алкоголя, этим еще раз подчеркивается добровольность и свобода выбора, причем за больным остается право снятия запрета на употребление алкоголя по первому желанию.

Процедура индивидуального воздействия на пациента включает в себя комплексное резкое одновременное раздражение чувствительных черепно-мозговых нервов, имеющих, как известно, ядра в стволе головного мозга. В момент афферентной атаки на ствол мозга клинически наблюдается резкое изменение эмоционального состояния вплоть до сужения сознания с последующей кратковременной амнезией. В состоянии измененного сознания формируется «доминанта трезвости». Воздействие производится частично через зрительный нерв — первоначальная фиксация взора пациента на переносице врача; через первую ветвь тройничного нерва, путем энергичного механического раздражения ее в области супраорбитального отверстия; через систему тройничного нерва и через его ветвь — нерв Арнольди приводит к иррадиации возбуждения на области иннервации блуждающего нерва вследствие надавливания на глазные яблоки; через восьмую пару черепно-мозговых нервов — слуховое отверстие с помощью как эмоционально насыщенных звуков, так и формулы запрета, произносимой в предельно быстром темпе. Применение хлорэтила, используемого в методе А. Р. Довженко, исключается.

Лечебное действие метода М. э.-э. п. а. Г. определяется интегративным психотерапевтическим эффектом различных факторов, в том числе используемых в современных психотерапевтических направлениях. Это приемы суггестии — прямой и косвенной (опосредованной), групповой гипносуггестии; рациональной психотерапии, игровой психотерапии; имаготерапии; музыкотерапии; психодрамы; эмоционально-стрессовой психотерапии; поведенческой психотерапии; катарсической психотерапии; ритуальной театрализации, эстетики, паузы, жеста и мелодии на ритуально-суггестивном этапе психотерапии. Ритуальные составляющие метода создают особый, экстатический эмоционально-психологический настрой, делают более тесным контакт врача с аудиторией. Имеет значение также собственная вера в духовное возрождение, потенцирующая психотерапевтическое воздействие.

Подобно другим методам лечения алкоголизма данный метод менее эффективен при злокачественном течении алкогольной болезни как у некоторых групп пациентов (у молодых людей, у женщин), так и в случаях тяжелого повреждающего воздействия заболевания на личность (психопатизация, сопровождающаяся антиобщественными действиями; выраженность алкогольной анозогнозии, изменение личности в виде пассивности), что препятствует формированию механизмов психологической саморегуляции. Следует осторожно относиться к перенесенным алкогольным психозам. Если типично протекающий алкогольный делирий (белая горячка) не грозит осложнениями в период после проведения лечения, то алкогольные галлюцинозы и параноиды предупреждают о возможности развития бреда по отношению к личности психотерапевта и к самому методу. Признаки синдрома психического автоматизма, онейроидный тип галлюцинаторных переживаний, наличие двойной ориентировки, пассивно-созерцательный тип их восприятия прогностически неблагоприятны.


1   ...   35   36   37   38   39   40   41   42   ...   116

  • ЛОГОТЕРАПИЯ.
  • МАССОВАЯ ЭМОЦИОНАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ АЛКОГОЛИЗМА ГРИГОРЬЕВА.