Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Аннотация




страница1/12
Дата06.04.2017
Размер2.31 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Леонид Франчук (составитель)

Вратарская площадка

© Издательство ЦК ЛКСМУ «Молодь» 1985

OCR, Formatting, SpellCheck – Babulkin, 2011


АННОТАЦИЯ
В сборник вошли очерки о лучших футбольных вратарях, надежно защищавших спортивную честь своих команд и сборной страны: Н. Трусевиче, А. Идзковском, О. Макарове, Л. Яшине, Е. Рудакове, А. Ткаченко, Р. Дасаеве и других. Рассчитана на широкий круг читателей.

Борис Нартовский

ЧАСОВЫЕ ВОРОТ
Вчитываясь в страницы истории советского футбола, замечаешь одну интересную закономерность: каждое удачное зарубежное турне наших мастеров кожаного мяча неизменно являло миру первоклассного вратаря.

Давайте вспомним далекий уже для нас 1923 год. После блистательного турне по Финляндии, выиграв десять матчей у рабочих команд, только что созданная сборная РСФСР (фактически сборная страны) получила приглашение на игры от других скандинавских стран. В Швеции соперниками советских спортсменов были сильнейшие команды страны из Стокгольма, Гетеборга, Норчепинга и других городов. А на заключительную встречу была выставлена национальная сборная Швеции. Полпреды советского спорта заявили о себе в полный голос: в восьми матчах одержали семь побед (в том числе над сборной) и лишь одну, самую первую игру, закончили вничью.

После того турне на всю Европу прозвучали имена нападающих Михаила Бутусова, Павла Канунникова, Петра Артемьева, полузащитника Павла Батырева, вратаря Николая Соколова…

Успешная игра советского голкипера вызвала особый резонанс. Дело в том, что накануне поездки реакционная буржуазная пропаганда, изощряясь, нацепила нашим футболистам ярлыки «грубых», «бескультурных», «диких»… А 26-летний Николай Соколов, Евграфыч, как любовно называли его друзья, продемонстрировал такую филигранную технику, оригинальные приемы вратарского мастерства, спокойствие, выдержку, благородство, что даже бывалые зарубежные обозреватели диву давались: откуда, мол, взялся такой вратарь.

Николай Евграфович Соколов по праву считается основоположником советской вратарской школы. Человек исключительно интересной судьбы, участник гражданской и Великой Отечественной войн, он много лет работал и сегодня работает, невзирая на свои почти 90 лет, инженером лесного хозяйства под Ленинградом.

Январь 1936 года. Турне сборной Москвы по Франции. Вратарями нашей команды были Иван Рыжов, Александр Квасников и Анатолий Акимов. Сегодня трудно восстановить истину, почему на первый матч, состоявшийся в первый день нового года, против парижского профессионального клуба «Рэсинг» был выставлен третий вратарь. Но как бы там ни было, 1 января 1936 года стало днем рождения вратаря мирового класса Анатолия Акимова. Из Франции он вернулся с прозвищем Человек-угорь — за высокий рост и удивительную гибкость, взрывную реакцию и в тоже время четкие, рассудительные действия.

Анатолий Акимов играл долго в московских командах «Спартак», «Торпедо», «Динамо» и ВВС с 1935 по 1952 год. Дважды за это время составлялись списки лучших футболистов страны (в 1938 и 1948 годах), и оба раза первым значился вратарь Анатолий Акимов.

Во время зарубежного турне пришла мировая слава и к Алексею Хомичу. Это было вскоре после окончания второй мировой войны. Открывать футбольную Великобританию поехали московские динамовцы, усиленные несколькими сильными футболистами из других команд. Турне москвичей получило, как сейчас говорят, широкую прессу — матчи освещало больше журналистов, чем финальные игры чемпионата мира 1938 года.

Во время этого турне, закончившегося с общим счетом 19:9 в пользу советских футболистов, Хомич получил прозвище Тигр. То ли за бесчисленные прыжки, которых он совершил тогда, пожалуй, больше, чем иные вратари за всю футбольную жизнь, то ли за бескомпромиссный спортивный характер. Замечу, однако, что в жизни фотокорреспондент еженедельника «Футбол-хоккей», именно в таком качестве А. Хомича мне довелось с ним встретиться, был очень доброжелательный, интеллигентный человек, разве что мог поворчать по-стариковски на своих нынешних одноклубников.

Можно привести еще немало примеров, когда во время зарубежных поездок к советским вратарям приходило международное признание: к московскому армейцу Владимиру Никанорову в играх с югославскими командами, Николаю Трусевичу, когда сборная Украины выступала во Франции, Леониду Иванову, первому вратарю первой официальной сборной Советского Союза, принимавшей участие в Играх XV Олимпиады 1952 года…

Николай Петрович Старостин, заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР, в своей книге «Звезды советского футбола», рассказывая о сильнейших вратарях, делит их на четыре условные группы: две довоенные и две послевоенные.

Выше упомянуты представители трех из них: Николай Соколов — основоположник советской вратарской школы, Анатолий Акимов — наиболее яркий вратарь второго поколения, и Алексей Хомич — лучший из вратарей послевоенного призыва.

Вершина четвертой вратарской волны в нашем футболе — это, бесспорно, Лев Яшин. Заметим, что после выхода книги Н. Старостина в советской вратарской школе произошла смена еще двух поколений игроков.

Вратарей 20 — первой половины 30-х годов историки футбола зачастую зовут романтиками. Повод для такого определения давала сама игра элегантного Николая Соколова и рассудительного Александра Бабкина, который, кстати, совмещал выступления за сборные команды Харькова, Украины и Советского Союза с работой секретаря горкома комсомола.

Сильнейшими в то время были также локомотивец Валентин Гранаткин и киевлянин Антон Идзковский. Первый из них уникален тем, что является единственным, кто защищал ворота сборной СССР в футболе и хоккее с мячом. Для Идзковского характерными были мертвая хватка и молниеносная реакция. С кем только не сравнивали Антона Леонардовича — и с пантерой, и с пианистом, за отточенные и мягкие движения пальцев.

Надежную игру демонстрировали похожие, но в то же время разные по манере игры Роман Норов и Михаил Леонов, Иван Рыжов и Николай Савинцев, Георгий Шорец и Федор Чулков.

Многие из названных мастеров играли и тогда, когда заблистала новая плеяда советских вратарей, возглавил которую Анатолий Акимов. Интересно, что в тот же период появился знаменитый роман известного писателя Льва Кассиля «Вратарь Республики», а вскоре и художественный фильм, поставленный по этому произведению. Читатели и зрители пытались разгадать, кто выведен в образе Антона Кандидова. Соколов или Гранаткин? А может, Идзковский? Ведь он тоже Антон! А почему бы и не Владислав Жмельков, чья звезда стремительно взошла на футбольном небосклоне?

Ответ дал сам автор полюбившегося советским людям романа. Вот что написал он на экземпляре книги, подаренном А. Акимову: «Анатолию Михайловичу Акимову, который для меня на долгие годы стал живым воплощением лучших черт моего «Вратаря Республики» Антона Кандидова. С неизменным восхищением и дружбой Лев Кассиль. 8/III.58 г.»

Как говорят, в годы выступлений Акимова конкуренцию ему составляли тбилисец Александр Дорохов, один из первых пробовавших играть по всей штрафной площадке, и ленинградец Виктор Набутов, участвовавший в знаменитом футбольном матче в блокадном Ленинграде, Борис Кочетов — прыгучий, реактивный страж московских команд ЦДКА, «Торпедо», «Динамо», и Николай Трусевич, повергавший в изумление даже искушенную зарубежную публику, москвичи Евгений Фокин и Александр Квасников — первые клубные чемпионы Советского Союза, Николай Разумовский и Владислав Жмельков.

Последний из них занимает особое место в советском футболе.

Ярчайшего таланта футболист, Владислав Жмельков, казалось, умел буквально все. Удивительная реакция принесла ему славу непревзойденного мастера отражать пенальти. Смелость и решительность давали возможность безошибочно играть на выходах из ворот.

В те времена не было классификации на лучшего футболиста года, как не было и еженедельника «Футбол-хоккей», определяющего лауреата ныне. Но лучший спортсмен страны определялся и в довоенные годы. Так вот, лучшим спортсменом Советского Союза 1939 года был назван вратарь московского «Спартака» Владислав Жмельков.

В 1940 году Жмелькову пришло время идти в армию. Последовало приглашение из футбольной команды ЦДКА. Но Владислав от приглашения отказался и попал служить на Дальний Восток, где его и застала война. Знаменитый вратарь участвовал в Сталинградской битве, а затем дошел со своей частью до самого Берлина. Увенчанный боевыми наградами, старшина Владислав Жмельков вернулся в родной «Спартак».

Лидер первого послевоенного поколения советских вратарей — дебютант московского «Динамо» 1945 года Алексей Хомич. Те годы характерны непримиримым соперничеством двух отличных столичных команд — «Динамо» и ЦДКА, руководимых умудренными наставниками М. И. Якушиным и Б. А. Аркадьевым.

Вратари этих коллективов были под стать выдающимся мастерам кожаного мяча Григорию Федотову, Всеволоду Боброву, Валентину Николаеву, Алексею Гринину, Константину Бескову, Сергею Соловьеву, Константину Крыжевскому, Борису Кузнецову, Василию Трофимову. В «Динамо», кроме Хомича, в ворота часто становился талантливый Вальтер Саная. В армейской команде мощного Владимира Никанорова подменял Виктор Чанов.

Заявили в полный голос о себе и стражи ворот других команд. Это Владимир Маргания из тбилисского «Динамо», легковес среди вратарей, порхавший как бабочка в створе ворот грузинской команды; воспитанник днепропетровского футбола Алексей Леонтьев, верой и правдой служивший московскому «Спартаку»; ленинградец Леонид Иванов, которому было предоставлено право защищать ворота сборной страны на первых для советского спорта Олимпийских играх 1952 года. Принято считать дебют наших футболистов не совсем удачным, но игра нашего вратаря заслужила положительные отклики. Надежей он был и в матчах внутреннего чемпионата.

Хомича в «Динамо», а Иванова в сборной сменил Лев Яшин, вместе с которым в советский футбол пришло новое поколение вратарей. Назовем московских спартаковцев Владимира Чернышева, Владаса Тучкуса, Валентина Ивакина, игроков разных команд Бориса Разинского и Владимира Маслаченко, Анатолия Глухотко и Игоря Фролова, Юрия Коротких и Альберта Денисенко, Владимира Лисицина, киевского динамовца Олега Макарова, харьковчанина Николая Уграицкого, дублера Яшина в клубной и сборной командах Владимира Беляева, талант которого так и не раскрылся полностью.

Много интересных голкиперов и в последующих поколениях. Выделим среди них в первую очередь тех, кто защищал ворота главной команды страны. Это Евгений Рудаков из киевского «Динамо» и Анзор Кавазашвили, который успел выступить за четыре команды высшей лиги, но настоящее признание получил в московских «Торпедо» и «Спартаке», тбилисцы Сергей Котрикадзе и Рамаз Урушадзе, киевлянин Виктор Банников и Юрий Пшеничников, игрок «Пахтакор» и ЦСКА, Юрий Дегтярев из донецкого «Шахтера» и армеец Владимир Астаповский, московский спартаковец Александр Прохоров. Уверенную игру демонстрировали также бакинец Сергей Крамаренко, тбилисец Давид Гогия, москвич Йонас Баужа.

К этой же группе относится и наследник Яшина, московский динамовец Владимир Пильгуй. Это ему Лев Иванович передал свой пост во время прощального матча динамовской команды со сборной «звезд мира».

Нынешнее поколение советских вратарей по праву ведет за собой Ринат Дасаев, игра которого отличается легкостью, даже изяществом, но в то же время и надежностью. Среди лучших в последние годы Виктор Юрковский и Николай Гонтарь, уже закончившие выступления, Юрий Роменский, игравший за киевское «Динамо» и «Черноморец», тбилисец Отар Габелия, братья Вячеслав и Виктор Чановы, продолжившие вратарское дело своего отца, игрока «Шахтера» и ЦДКА.

Отметим также московского армейца Валерия Новикова и харьковчанина Юрия Сивуху, ставших в составе советской сборной первыми чемпионами мира среди юниоров, ташкентца Александра Яновского и Алексея Прудникова из московского «Динамо», Валентина Елинскаса из «Шахтера» и минчанина Ивана Жекю, сменившего в белорусской динамовской команде надежных голкиперов Михаила Вергеенко и Александра Курбыко, Вацлаваса Юркуса из «Жальгириса» и Куралбека Ордабаева, не так давно завершившего свои выступления в алма-атинском «Кайрате».

В последние годы выдвинулись на первые роли в нашем футболе вратари чемпионатов 1983 и 1984 годов Сергей Краковский из «Днепра» и ленинградский зенитовец Михаил Бирюков.

О многих из назначенных в этой статье вратарях помещены очерки в этой книге. Читатели встретятся в ней с Яшиным и Рудаковым, Банниковым и Пильгуем, Астаповским и Дегтяревым, Трусевичем и вратарской династией Чановых, Уграицким и Ткаченко, Норовым и Бабкиным, Макаровым и Дасаевым — представителями всех поколений советской вратарской школы, которая давно получила широкое мировое признание.

Юрий Грот

ПЕРВЫЙ ЧЕМПИОН
Настоящий спортсмен ищет страх, чтобы его подавить, усталость, чтобы ее побороть, препятствие, чтобы его преодолеть.

Пьер де КУБЕРТЕН
1921 год. В столице республики Харькове впервые поднят флаг крупных спортивных состязаний — Спартакиады Украины. Победители футбольного турнира — харьковчане названы чемпионами УССР. Четыре года подряд судьбу первого места на республиканских первенствах решали их острейшие поединки с футболистами Одессы. Каждый раз харьковчане буквально вырывали у южан труднейшие победы. В 1922 году команда Харькова под флагом сборной Украины вышла на большую арену, дебютировала на первом всесоюзном турнире в Москве. Правда, начало это, как водится, было не самым удачным. В финале харьковчане с разгромным счетом 0:8 вынуждены были уступить столичным футболистам.

В 1924 году на Втором Всероссийском празднике физкультуры, проходившем на московских стадионах в первые дни сентября, украинский футбол (победители получали звание чемпионов страны) вновь представляла сборная Харькова. В полуфинале 3 сентября харьковчане довольно легко переиграли сборную ЗСФСР (Закавказская федерация) — 4:0. Судьбу первого места должна была решить встреча команд Ленинграда и Харькова.

Трибуны футбольного поля опытно-показательной площадки всеобуча в Сокольниках (теперь стадион ЦСКА) настороженно гудели. Старейший московский арбитр И. И. Севастьянов вызвал соперников на поле. Слаженно и напористо действовали обе команды. Однако уже в дебюте вырисовалось некоторое преимущество изобретательных и быстрых харьковчан. Голкиперу ленинградцев А. Полежаеву довелось трудиться с полной нагрузкой. Но на 10-й минуте и он не уберег свои ворота после стремительного прорыва по краю Николая Казакова. Во втором тайме игра, казалось, вы- равнялась, но великолепный внезапный удар издали Якова Алферова позволил украинским футболистам удвоить счет. Угроза поражения подхлестнула ленинградцев, они отчаянно бросились вперед. Вот тут-то и сказал свое слово невысокий, но прыгучий и цепкий голкипер Роман Норов. Каждый раз он каким-то чудом успевал дотянуться до мяча, отбить или взять его мертвой хваткой. Правда, нападающий сборной Ленинграда В. Родионов мощным ударом с ходу все же забил гол. Но сделать большего ленинградцы уже не смогли. Финальный свисток известил о рождении первых чемпионов СССР по футболу — сборной Харькова. И первым вратарем-чемпионом был назван 26-летний Р. Норов.

Еще больше утвердила авторитет чемпионов их встреча с недавно созданной, одной из первых в истории советского футбола сборной страны. В понедельник 8 сентября 1924 года на поле «Красной Пресни» мощный удар с лета харьковского форварда Ивана Натарова на 68-й минуте решил судьбу и этой игры. Напрасно штурмовали ворота Норова Бутусов и Исаков, Батырев и Селин — прославленные бомбардиры Москвы и Ленинграда. Аплодисменты десяти тысяч зрителей, а после матча — рукопожатия покоренных его мастерством соперников были наградой голкиперу.

Столичные футболисты, случайно проигравшие в четвертьфинале Ленинграду, скептически встретили итоги чемпионата. «Мы бы легко победили Украину», — заявили они во всеуслышание. Дабы развеять сомнения, харьковчане ответили на неофициальный вызов и на счастливом для себя поле в Сокольниках 12 сентября скрестили оружие со сборной Москвы. В трудном, напряженном матче окрыленные первой славой чемпионы с тем же счетом 2:1 переиграли и московских футболистов. Причем голы в ворота соперников забили Алферов с Казаковым.

Таков был триумф 1924 года. Московский журнал «Известия физической культуры» (№ 17, 1924 г.) писал: «Первенство СССР по футболу выиграл Харьков, представлявший УССР. Ленинград и Москва, сильнейшие кандидаты на первенство, проиграли Украине, доказав этими играми неслучайность харьковского успеха.

Чем объяснить, что молодая команда юга без труда вышла на первое место? Чем выделяется команда Харькова среди остальных конкурентов? Бесспорно, свежестью, самоотверженностью и коллективностью. То мнение, что Харьков по своему классу равен Москве и Ленинграду, подтвердилось весьма наглядным образом в финальной игре. Привет победителям!»

Харьков ликовал. 8 сентября у здания ВУЦИКа проходил многотысячный митинг молодежи Петинского района. Когда представитель Высшего Совета физкультуры Украины зачитал телеграмму из Москвы: «Наши — чемпионы!», площадь буквально взорвалась аплодисментами, криками «ура»! По случаю победы харьковчан Всесоюзный Совет физкультуры обратился к председателю ВУЦИКа Г. И. Петровскому с приветствием.

…Норов подружился с мячом на пыльных, продуваемых то жаркими степными, то пахнущими морем, упругими, солоноватыми ветрами улицах Николаева. Играли в футбол, разумеется, босиком, и самые жаркие споры разгорались между мальчишками обычно вокруг того, сколько же шагов отмерять между кольями-воротами. Пять, семь, восемь? Роман, игравший обычно в воротах, в этих дискуссиях демонстративно не участвовал — держал марку. Мне, мол, абсолютно все равно, хоть десять шагов отсчитывайте. Однажды привез кто-то из Одессы видавший виды настоящий английский мяч, и юный вратарь впервые ощутил его непостижимую прелесть. Вот бы всегда таким играть! Вратарскому мастерству Романа никто не учил. С молоком матери впитал он мгновенную реакцию, удивительную интуицию, смелость.

Уже в девятнадцать он стал выступать за сборную города, да только играть почти не приходилось. Гуляли по югу Украины белогвардейские банды, то и дело менялись флаги на центральных улицах. Добровольцем ушел в Красную Армию защищать Республику Советов, очищать ее от всякой нечисти, а там, разумеется, было не до футбола. Немало прошагал Роман со своей трехлинейкой по фронтам, а домой вернулся — почти не осталось в Николаеве ни его друзей по сборной, ни шумных мальчишечьих ватаг, самозабвенно гонявших мячи. Разбросала футболистов по белу свету затяжная война.

Взрослым, вдоволь понюхав пороха, стал за три года гражданской войны Роман Норов. Но по-прежнему тянуло его на футбольное поле, в ворота. Мечтал Роман о поступлении в институт, рвался к знаниям. Поэтому решил ехать в Харьков. В глубине души надеялся испытать себя в большом, настоящем футболе.

Трое суток со многими мытарствами и пересадками добирался до Харькова. Как встретит его новый город? Вокруг вон что творится: запустение, сыты лишь нэпманы. Однако Норов умел мечтать. Он верил в прекрасное будущее своей страны. Мечтал юноша и о более реальном, близком — играть в знаменитом харьковском «Штурме». В ту пору не очень-то много футбольной информации проникало на газетные страницы. Но «беспроволочный телеграф» донес и в Николаев рассказы об удивительной команде, крушившей все авторитеты.

Зародившийся еще на заре харьковского футбола, в 1911 году, «Штурм» неустанно искал более удачные, прогрессивные тактические схемы игры, брал на вооружение все новое, что позволяло совершенствоваться, двигаться вперед. Сила штурмовцев, научившихся побеждать именитые клубы Москвы, Петрограда, Киева, Одессы была в коллективизме, сплоченности, в настойчивом повышении спортивного мастерства, разумной, гибкой организации игры, строжайшей игровой дисциплине. Рабочая команда с Петинки помогла многим, стихийно возникшим коллективам, познать секреты футбола. В исполнении «Штурма» игра перестала быть развлечением, азартным времяпрепровождением, а превратилась в необычайно увлекательный и сложный вид спорта, требующий огромного упорства, трудолюбия, воли. «Штурм» принес на футбольные поля высокую спортивную культуру. Прежде всего, именно это позволило ему стать одной из сильнейших команд на заре отечественного футбола.

Первому голкиперу «Штурма» С. Романенко — всеми уважаемому, рассудительному и корректному — в 1921 году исполнилось 30 лет. Играть бы ему еще, конечно, да играть, но много времени занимали у Степана общественные хлопоты. Уже в ту пору он прослыл лучшим харьковским арбитром, подолгу приходилось заседать Романенко и в Республиканской футбольной секции. Поначалу Степан лишь иногда уступал свое место в воротах новичку команды — Норову. Однако новобранец зарекомендовал себя с наилучшей стороны, и вскоре Романенко со спокойной душой оставил пост № 1. Игре Норова давали наивысшие оценки Николай Кротов, Иван Привалов, Александр Шпаковский, корифеи молодого советского футбола, игроки «Штурма» и сборной СССР.

Словом, к 1922 году, когда на месте футбольного поля «Саде-футбол-клуба» по Московскому проспекту в Харькове выстроили первую на Украине настоящую спортивную арену «Спартак» (ныне стадион завода «Серп и молот») с нарядными деревянными трибунами, украшенными затейливыми башенками, беговой дорожкой, Р. Норов был уже одним из главных фаворитов у взыскательных харьковских болельщиков.

В годы становления советского футбола каждая встреча на футбольном поле носила предельно ответственный, престижный характер, независимо от того, в рамках каких соревнований она проводилась. В сезоне 1923 года, словно готовясь к большим победам, «Штурм» сумел сломить сопротивление сильнейших в стране сборных Москвы и Ленинграда — команд, считавшихся законодателями футбольных мод.

Ни в «Штурме», ни в сборной города тренеров в ту пору еще не водилось и управлять ходом подготовки к играм обычно приходилось бессменному капитану сборных Харькова и УССР 20 — начала 30-х годов В. Фомину, ставшему одним из основателей профессионального тренерского корпуса в республике. Ему было из кого выбирать полевых игроков. А вот дублеру Норова, дотошному и предельно старательному Льву Иоселевичу явно уготована была лишь роль запасного. Роман каждый матч, каждую тренировку проводил с таким подъемом, азартом и вместе с тем рассудительностью, что ни у кого и помыслов не появлялось заменить его хотя бы на тайм.

Самые счастливые, яркие, запоминающиеся минуты в жизни Норова связаны с футболом. Тут, в воротах, приходило к нему ни с чем не сравнимое вдохновение. Норову чуждо было все показное, неестественное. В игре он видел лишь мяч, соперников, партнеров, великолепно предугадывал самые неожиданные, казалось бы, комбинационные решения, встречал их всегда во всеоружии.

Отбор кандидатов в сборную республики для поездки в Москву на всесоюзное первенство 1924 года проходил на турнире II Всеукраинской спартакиады, финальная часть которой началась 14 августа грандиозным по тем временам спортивным праздником на новом стадионе «Спартак» в Харькове. Но еще накануне ведущие футбольные команды провели предварительные встречи. Харьковчане даже не лучшим своим составом буквально разгромили сборную Полтавы —11:0. В день открытия спартакиады вторая сборная Харькова победила команду Крыма 4:2, а через день выиграла и у грозных в те годы футболистов Николаева—2:0.

Сборную составляли коллегиально. В нее вошли: Дымов (Николаев), Кротов (Харьков), Жук (Одесса), Привалов, В. Фомин (Харьков), В. Грушин (Николаев), Прокофьев (Одесса), Алферов, Натаров, Шпаковский (Харьков), Кондратенко (Николаев). Но вот они футбольные метаморфозы: в контрольных матчах сборная уступила явно посредственной команде Крыма — 0:3 и с большим трудом победила выступавших без лидеров харьковчан — 1:0. Призадумались в украинском Совете физкультуры. Чтобы не искушать судьбу, командировать в Москву решили все же не сборную, а великолепно сыгранных, стабильных в игре харьковчан. За основу был взят не раз проверенный в футбольных баталиях коллектив «Штурма». Его усилили могучий Евгений Губарев из клуба имени JI. Балабанова, братья Константин и Владимир Фомины — испытанные игроки сборных УССР и СССР, будущие заслуженные мастера спорта, Адам Бем, Сергей Грушин.

На время всесоюзного турнира первенство Харькова было прервано— в Москву отправились сразу 17 ведущих игроков города, лидер — «Штурм» — уехал почти полным составом. Только когда сборная возвратилась домой с победой, снова ожили футбольные поля. А 26 октября, после окончания городского первенства, «Штурм» встретился на «Спартаке» с задорной и проворной командой «Юный металлист». Осенний матч, как рассказывает репортер газеты «Вiстi», получился неожиданно интересным, хотя «Штурм» и победил с довольно крупным счетом 5:2. Никто тогда еще не знал, что этим матчем многократные чемпионы завершали свою биографию, передавали слово молодым.

Победа в Москве осенью 1924-го харьковской прессой была воспринята не особенно бравурно. Дело в том, что некоторые деятели довольно популярного в те годы пролеткульта обрушились на футбол с яростными нападками. «Теоретики» этой организации пытались делить виды спорта на «пролетарские» и «непролетарские». С их точки зрения, футбол не очень-то был необходим рабочему классу. Предпринимались попытки ревизовать и традиционные правила игры. Шумиха, поднятая в прессе «новаторами» от спорта, нанесла заметный ущерб развитию футбола. Так, в 1925-1926 годах не проводились первенства Украины. Под угольный склад было отдано старейшее в Харькове футбольное поле с самодельной деревянной трибуной на Ивановке.

Само собой разумеется, что штурмовцы смело вступали в споры с «реформистами». Одним из самых ярых противников пролеткульта был, говоривший обычно редко, но метко, убежденный в пользе футбола настоящий работяга Роман Норов.

ЦК РКП (б) постановлением «О задачах партии в области физической культуры» дало достойный отпор псевдопролетарским наскокам, подчеркивая важность всех видов спорта и спортивных соревнований. Указывалось и на то, что физкультура и спорт способствуют укреплению интернациональных связей.

Действительно, у лучших в стране команд опыт встреч с зарубежными клубами, информация о методике, организации их тренировок были минимальные. Харьковские футболисты начали свою международную практику только летом 1924-го. На заполненном до отказа «Спартаке» они принимали футболистов финского рабочего спортивного союза (ТУЛ). Вторая сборная города, ворота которой защищал Иоселевич, 11 июля уступила северянам со счетом 0:2. Отыгрываться пришлось первой сборной. С капитанской повязкой в ней выступал Роман Норов. И главная команда справилась со своей миссией, победив достаточно опытных финских футболистов 3:0. В октябре того же года харьковчане померялись силами на своем поле и со сборной рабочих клубов Германии. И снова второй состав не выдержал натиска гостей, проиграл 1:3, а игроки первой сборной были выше всяких похвал. Пять раз поразили они 19 октября ворота немецкой команды, оставив свои в неприкосновенности. Впрочем, Норову почти не довелось касаться мяча. Игра проходила на половине гостей.

В те годы державы буржуазного мира не очень-то торопились устанавливать дружеские контакты со спортсменами молодого государства рабочих и крестьян. Реакционный Люцернский спортивный интернационал держал футбольные команды Страны Советов в тесном кольце блокады. Вот почему в истории советского физкультурного движения памятные выступления сборной Харькова в городах Германии в 1925 году занимают особо важное значение.

Телеграмма-приглашение от Дрезденского рабочего спортивного союза взволновала тогда всех футболистов. Как вести себя за рубежом, во что одеться, какие подарки взять немецким друзьям по классу? Каждый из членов сборной отлично понимал, что предстояло не просто спортивное турне, а важная политическая акция. И вот наконец остались позади томительные проволочки с визами на въезд — 23 августа харьковчане прибыли в

Берлин. На перроне в основном одни полицейские. И вдруг заволновались блюстители порядка. К вагону, в котором приехали советские спортсмены, энергично устремились несколько десятков рабочих. Они выстроились перед окнами и запели «Интернационал».

В тот же день посланцев трудового Харькова радушно встречал рабочий Дрезден. Теплые рукопожатия новых друзей из пролетарского спортклуба ДЗВ-10, поднятые вверх кулаки: «Рот фронт!», дружеские улыбки. Но тут же, в Дрездене, харьковчане услышали и тревожное известие: реакционный Всегерманский спортивно-гимнастический союз объявил о строжайших санкциях против любой команды, которая согласится играть с русскими.

Но угрозы запугали не всех. Чрезвычайный съезд Дрезденского спортсоюза 41 голосом против 16 решил, невзирая на запреты, играть с советскими футболистами. 25 августа в алых футболках с золотой эмблемой серпа и молота сборная Харькова вышла на свой первый матч на чужой земле. С развернутым красным знаменем — его привезли в подарок немецким рабочим — прошагали по стадиону полпреды Страны Советов. Пением пролетарского гимна встретили их трибуны.

В напряженном, увлекательном поединке со счетом 3:1 победила сборная Дрездена. Но это поражение оказалось единственным у харьковчан за время всего трехнедельного пребывания в Германии. В Хемнице, Пирне, Дрездене и Берлине семь матчей из восьми гости выиграли с общим счетом 27:4.

«Желтая» пресса, пытаясь объяснить поражения немецких футболистов, писала: «Возникает подозрение, что русская команда состоит не из рабочих-любителей, а из тщательно подобранных и специально подготовленных спортсменов-профессионалов, цель которых— использовать победы для коммунистической агитации». Наши игроки на клевету ответили делом. Во время посещения табачной фабрики в Дрездене к токарному станку стал Николай Капустин. Легко и лихо выточил он сложную деталь, долго ходившую по рукам восхищенных немецких рабочих. «Зеер гут!» — наперебой оценивали они ее качество. А когда наша команда гостила в типографии, взял в руки инструмент Роман Норов и безукоризненно изготовил замысловатое клише. Ведь его главным делом была профессия гравера.

Тепло откликнулась на визит харьковчан газета немецких коммунистов «Дер кемпфер» («Борец»). В те дни она писала: «Привет нашим братьям из СССР. В лице русских гостей немецкие трудящиеся приветствуют героический народ, который с большими жертвами, но со стойкостью революционеров добился власти рабочих и крестьян, отстоял и укрепил ее». Симпатичных парней из Харькова тепло приветствовал руководитель местной организации Союза красных фронтовиков и редактор коммунистической газеты Отто Буш. По его настоянию, футболистов столицы Украины пригласили на спектакль в знаменитый оперный театр, который имела возможность посещать только буржуазия. Публика во фраках и смокингах, в пышных вечерних туалетах ироническими улыбками встретила облаченную в простенькие костюмы делегацию. Однако секретарь коммунистической фракции Саксонского парламента Отто Нагель с невозмутимым видом провел харьковчан в правительственную ложу, чем вызвал негодование шокированного зала. На следующий день на приеме у Нагеля украинские спортсмены стали невольными свидетелями его телефонного разговора с начальником полицейского управления.

— На каком основании, — допытывался тот, — в правительственной ложе сидели русские? Ведь это право предоставлено только членам парламента, их семьям и близким родственникам.

Нагель с достоинством ответил, что русские находились в ложе по праву, потому что они ближайшие родственники немецкого рабочего класса, братья германского пролетариата.

Исполком Красного Спортинтерна заслушал в Москве сообщение о поездке руководителя делегации, секретаря Харьковского губкома комсомола Ивана Жолдака. Отмечая успехи команды, ее отличную дисциплину и организованность, исполком КСИ присвоил ей почетное звание первой пролетарской команды Красного Спортивного Интернационала. В том же 1925 году лучшие игроки сборной Харькова Р. Норов, Н. Кротов, И. Привалов, И. Натаров выезжали в составе сборной СССР в Турцию.

Первенство Харькова 1925 года состоялось уже без «Штурма». К тому времени большинство его соперников прикрепились к профсоюзным комитетам заводов, фабрик, институтов.

Лишенному материальной поддержки «Штурму» приходилось все труднее. На месте созданного штурмовцами тренировочного поля был выстроен огромный стадион «Металлист». Вскоре большинство ветеранов команды, среди них и Норов, связали свою судьбу с командой «Рабис», представлявшей профсоюз работников искусств.

На улице Красных Стадионов, окруженная со всех сторон оврагами, зеленым островком расположилась уютная спортбаза — теперь стадион «Пионер». Ее-то и отдали «Рабису». До 1928 года Норов, Привалов, Кротов и другие отстаивали честь этого по-штурмовски боевого, напористого коллектива. Они как бы принесли с собой в новосозданную команду эстафету побед: теперь сильнейшим в городе был «Рабис».

Команда получила в свое распоряжение неплохое игровое поле с земляной трибуной, павильон-раздевалку, запасную арену. Но все же «Рабис» был менее популярен, чем «Штурм». Возможно, болельщики относились к нему прохладней потому, что вскоре с большой арены сошли Кротов и Казаков, перебрались в клуб ХПЗ Натаров и Ус. «Рабис» по-прежнему побеждал, лидировал, но не было у этой команды собственной славной истории, традиций, и высокая марка ее в харьковском и украинском футболе продержалась недолго.

С 1927 года возобновились чемпионаты республики по футболу, и сильнейшей снова назвали команду Харькова, ворота которой продолжал надежно защищать Р. Норов. Отстояли харьковчане свой титул и в 1928 году, когда в городе родилась новая замечательная команда «Динамо», за которую стали выступать Шпаковский, Привалов, Норов. Рядом с ними блистали филигранным мастерством три брата Фомины, П. Мищенко, И. Кладько, популярный спортивный журналист и футболист И. Владимирский. Более десяти лет харьковское «Динамо» было одной из ведущих команд в стране.

В том же 1928 году впервые заявило о себе киевское «Динамо». Из 12 матчей сезона команда проиграла лишь 3, в том числе и своим харьковским одноклубникам 1:3. Норов по-прежнему надежно и уверенно защищал ворота своей команды. Газеты в ту пору писали: «В финале первенства СССР «Динамо» (чемпионат общества, — авт.) встретились Ленинград и Харьков. Оба вратаря — Соколов и Норов творили чудеса. Особенно большая нагрузка выпала на долю южанина, и он играл великолепно, без ошибок. После Соколова это, пожалуй, лучший вратарь Союза».

Основными событиями футбольной жизни страны 1925-1929 годов, бесспорно, явились всегда напряженные и острые матчевые встречи сборных Москвы, Ленинграда, Харькова и Одессы. «Матчами четырех» и завершил свою карьеру в сборной города Норов. Сменил его в воротах энергичный Александр Бабкин из команды ХПЗ.

Долгое время Р. Норов ударно работал на одном из предприятий города, играл за его футбольную команду… Когда началась Великая Отечественная война, Норов исчез из Харькова. Только когда отгремели бои, стало известно, что по заданию партии он был направлен в свой родной Николаев для подпольной работы. Все свои силы, смелость, отвагу Норов отдал тому, чтобы приблизить час освобождения Отчизны от фашистских захватчиков. Его жизнь оборвалась в 1942-м. Патриот и гражданин, Р. Норов встретил смерть мужественно, как и подобает большому спортсмену.



  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

  • Борис Нартовский ЧАСОВЫЕ ВОРОТ
  • Юрий Грот ПЕРВЫЙ ЧЕМПИОН