Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Андрей Пинчук




страница1/19
Дата01.05.2017
Размер2.42 Mb.
ТипОбзор
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19


Андрей Пинчук


Генерация ДНР:

контур безопасности


Содержание

Предисловие

Часть 1. Путь Донбасса

Глава 1. Восхождение

Глава 2 . Стэп бай стэп


  • Определяя дислокацию

  • Принимаю должность

  • Ходаковский

Глава 3. Аэропорт как символ войны

Глава 4. От энтропии



  • Обрушение социальных норм

  • Незваные

Глава 5. Утверждение и Боинг

Глава 6. Военные советы и Стрелков



  • Кто ходит и почему не ходит на военные советы

  • Текущая обстановка

  • Преодолеть деструктив

  • Обзор Стрелкова

Глава 7. Решаю кадры

Глава 8. Здесь будет МГБ

  • Новая база

  • Прокурорские шалости

  • Идем в периферию

  • Обживаемся

  • В правовом поле

Часть 2 Механика процесса

Глава 1. К истокам донбасской революции

Глава 2. В отношении Бородая

Глава 3. О добровольцах и ополченцах



и российский фактор

  • Разговоры о грядущем

Глава 4. Про ввод войск

Часть 3 Цена безопасности

Глава 1. Крым

Глава 2. Делать работу


  • СБУ как диагноз

  • Гости издалека

Глава 3. Обустраивая жизнь

  • Юстиция

  • Телевидение

  • Образование

  • Медицина

  • Гуманитарная помощь

  • Роль Суркова

Глава 4. На стыке войны

Глава 5. Жулики

Глава 6. Слухи

Глава 7. Замыкая котел

Глава заключительная. Домой.

Приложение 1

Приложение 2

«Был, кажется, какой-то  негласный лимит на сообщения из России  - показывать начинали не то с трех,  не то с четырех танков, ста убитых и что-то там еще».

В.Пелевин. «Генерация П»



«Мы постоянно пытаемся улучшить природу и приблизиться к идеалу, здесь и сейчас недоступному… Ощущая связь с такой необычной реальностью, мы утоляем глубинное свое желание. Это затрагивает потаенные струны, возносит нас за пределы себя, помогает обрести глубинный смысл жизни. Если мы не обретаем более такой опыт в церкви или храме, мы ищем его в искусстве, музыкальном концерте, сексе, наркотиках – или войне. На первый взгляд, странно, что война попадает в этот список. Но она – один из древнейших стимулов экстатического опыта».

К. Армстронг. «Поля крови. Религия

и история насилия»

«Слуги пошли к хозяину дома и сказали: Господин! Разве не пшеницу  ты сеял на поле своем? Откуда же появились плевелы? 

Враг это сделал, - ответил он им. Тогда слуги сказали: Ты хочешь, чтобы мы пошли и выпололи их? 

Нет, - он ответил, - чтобы, выпалывая плевелы, не вырвали вы заодно и пшеницу,  пусть вместе они растут до жатвы. А во время жатвы я скажу жнецам: выберите сперва плевелы и свяжите их пучками, чтобы сжечь, а пшеницу соберите в мои закрома».

Евангелие от Матфея,

Глава 13,  стихи 27-30



Предисловие

- Это точно можно публиковать?

- А почему нет?

Часть 1
Путь Донбасса


Глава 1. Восхождение

- Ты смотри, на вид приличный мужчина, а террорист! – Мелкий сухощавый ополченец лет сорока, щурясь редкозубой усмешкой, смотрел на будущего первого вице-премьера Донецкой Народной Республики Владимира Антюфеева, в сумраке летнего вечера поправляющего автомат, съехавший с плеча безупречного пиджака на бегу от туалета придорожной заправки к одной из машин. В обычной жизни Владимир Юрьевич гордился тем, что он не берет в руки оружие, туманно намекая на некие обстоятельства прошлого, но вероятность засады противника или прямого боестолкновения быстро лечила от позерства. Колона отъезжала, и следовало поторапливаться.

Встречающих на границе было много. К Донецку нас сопровождали Равиль с прокурорскими, Захарченко с оплотовцами и Ходаковский. Было несколько командиров поменьше. Все ждали Александра Бородая, с которым мы приехали. Нас никто не представлял. Какие-то москвичи и ладно.

В итоге, машин не хватало, так как те, на которых мы прибыли, должны были вернуться, а мы пересаживались к местным. Суетящихся бойцов рассовывали в салоны по четыре человека на задние сиденья, и даже в в багажники. Мы с Олегом, на правах гостей, на пассажирские задние подсадили только одного. Ополченец, разбирающийся в приличных людях, поправляя съезжающую каску и постоянно перекладывая с руки в руку старый АК-47, комментировал происходящее, сидя рядом с флегматичным пожилым водителем.

- Чего они там возятся! Копать окопы их отправить!

От него мы впервые услышали эту веселую фразу, которая в то время имела угрожающе-многозначительный оттенок. Копать окопы. Это было универсальное наказание. Провинившихся и нарушителей отправляли на передовую копать окопы. Мероприятие это сулило его участникам богатый и яркий, но не всегда длительный жизненный опыт.

________________________________

Первые три ночи в Донецке, пока не переехали в «Столичную гостиницу» на пересечение центральных улиц Артема и Богдана Хмельницкого, спать пришлось в большом частном доме, который Саша Кофман арендовал у каких-то местных коммерсантов. До войны в доме располагался дорогой бордель, поэтому некоторым посетителям из нынешнего правительства ДНР и парламента Новороссии адрес был хорошо знаком. Дом был величав и неудобен для походного размещения.

К моменту нашего приезда туда же прибыл и Олег Царев. С учетом того, что Царев в то время числился Председателем Парламента Новороссии, а Кофман его первым заместителем, то и ранжир был определен. Такое положение дел продлится недолго. С ними в доме жила их свита, поэтому места не хватало.

Так как мы еще не были официально назначены на свои должности, и воспринимались как очередные московские туристы, приехавшие поглядеть на борьбу за Русский мир, то Антюфеева, имеющего все внешние признаки большого начальника, уложили в комнату повыше. Нам же с Олегом пришлось спать в сауне на старом узком диванчике и бильярдном столе. Время, когда сон, хоть и в душной и неудобной, но находящейся в подвале сауне был более спокойным, чем в большой комнате под крышей, только наступало. Постоянных массированных артобстрелов города еще не было.

______________________________

На четвертый день нахождения в Донецке я пошел в храм. Свято-Преображенский собор, расположенный напротив отеля «Столичный», ставшего на долгое время резиденцией сначала Бородая, а потом и Александра Захарченко, был одной из изюминок Донецка. Красивый и строгий храм, украшенный внутри величественными иконостасами, являлся гордостью города. В дальнейшем я проведу много времени, прогуливаясь в парке вокруг него и беседуя с кандидатами на службу в министерство госбезопасности Донецкой Народной Республики.

Перед входом в храм висело уже традиционное объявление «С оружием вход воспрещен». Прошла информация о том, что в одном из оставленных Стрелковым населенных пунктов националисты расстреляли молящихся в храме ополченцев, что формировало нервозность вокруг обрядов.

Но в церкви было хорошо и спокойно.

____________________________

Начались лихорадочные будни, когда день длится за месяц по яркости, насыщенности и содержанию. Перманентная суета на одиннадцатом этаже Донецкой облгосадминистрации прямо корреспондировалась с неровным графиком Бородая. Попасть на одиннадцатый можно было либо на общем лифте, который ехал до десятого. Еще нужно было идти по лестнице. Либо на отдельном лифте, магнитные ключи от которого были у членов Совета министров и нескольких особо доверенных. Свою ключ я получу через неделю после прибытия. Он до сих пор хранится в память об этих днях.

У входа в здание в то время всегда дежурило много активистов. Люди демонстрировали решительный настрой. Постоянно были расставлены палатки, в которых велась запись в разные подразделения ополчения. Заметно выделялась палатка Союза ветеранов Донбасса «Беркут» (СВД «Беркут»), состоящего преимущественно из пенсионеров и работников местных органов внутренних дел. Через определенное время данная структура будет распущена, так как самостоятельные милицейские подразделения в условиях войны оказались малоэффективными. Каждый вечер вокруг ОГА проходил крестный ход.

Практически все помещения внутри носили следы штурмов, борьбы и многодневных дежурств большого количества народа. Некоторые этажи жили своей, обособленной от других, жизнью со своими командирами, активом и интересами. Наиболее целым и респектабельным был блок, закрепленный за Олегом Царевым.

Чтобы попасть в отдельные коридоры и кабинеты, приходилось преодолевать завалы мусора, мебели, наспех сваренных металлических перекрытий и укреплений, баррикады, хаотично сформированные на всех этажах за время удержания здания восставшими дончанами. Первое, что сделал Владимир Антюфеев, это выделил общего коменданта здания, назначил команду по разбору «авгиевых конюшен» и разблокированию расположенного в подвальной зоне бомбоубежища.

Буквально через несколько дней появился повод его проверить. Мы с Березой находились в большом зале для совещаний, одна из дверей которого вела в приемную Бородая. Пока зал пустовал, мы использовали его, чтобы побеседовать с интересующими нас людьми. В какой-то момент в дверь из приемной резко распахнулась, и в помещение резвым шагом почти вбежал Антюфеев. Он схватил свой пиджак, висевший на спинке стула, и выскочил, уже на выходе что-то быстро сказав нам. Я не расслышал слов и спросил Олега, что это было. Олег сказал, что вроде нас сейчас «Точкой У» бомбить будут. Как выяснилось впоследствии, из командного пункта в Краснодоне пришла информация, что по зданию Госадминистрации сейчас будет нанесен удар «Точкой У».

Когда мы вышли из зала, то увидели, что все разношерстая толпа народу, находящегося на верхних этажах, спускается по лестничным маршам вниз. Владимир Юрьевич был уже где-то вдалеке, деловито пробиваясь через гражданских со словами, что ему нужно к Премьеру. Нам с Олегом было как-то неудобно идти за ним, так как в случае нанесения удара за спинами оставались люди. Поэтому мы замкнули колонну, поторапливая отстающих, и на каждом из этаже заскакивали в коридоры и несколько ближайших кабинетов, громко требуя спуститься вниз. Весь этот табор довольно медленно тянулся вниз и, понятно, что если бы «Точка У» действительно прилетела, то шансов у нас не было.

Дойдя до третьего этажа, мы увидели, что толпа остановилась. Тут уже можно было пробиваться вперед к Антюфееву, где выяснилось, что так заботливо разобранный по команде Владимира Юрьевича проход упирался в массивную дверь бомбоубежища, закрытого на ключ ушедшим на обед комендантом. Постояли минут пятнадцать, пока искали коменданта, и вошли убежище. Посидели, разошлись. Продолжаем работу.

Секретарь Елена Ивановна Филиппова и ее молодая смышленая сменщица Таня регулярно резали бутерброды, из чего состояли перекусы при совещаниях и разговорах в комнате отдыха премьерского кабинета. Иногда им помогала секретарша помощника Бородая Сергея Кавтарадзе, Мирослава Регинская, которая позже станет женой министра обороны ДНР Игоря Стрелкова (Гиркина) .

Однако времени с Бородаем проводили не так много, мы с Олегом разделились, начали изучать обстановку и искать подходящих людей. Это был вечный поиск, так образно описанный Стругацкими в «Отягощенных злом». Пошла работа. Пока мы под условными фамилиями значились советниками Премьера.



  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19

  • Часть 2 Механика процесса
  • Часть 3 Цена безопасности
  • Предисловие