Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Анатолий Житнухин Газзаев




страница8/17
Дата09.01.2017
Размер3.78 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   17

Глава IV

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС
Ничто не предвещало неприятностей в тот теплый майский вечер, когда Балла в ожидании мужа возилась с детьми в своей просторной трехкомнатной квартире, которую получили в «динамовском» доме после рождения второго сына Аслана. Правда, почему то на этот раз Валерий слишком долго задерживался после игры. Наконец раздался звонок, и когда Бэлла открыла дверь, она сразу поняла, что случилось что то из ряда вон выходящее. Валерий бросил в прихожей сумку, не проронив ни слова, прошел в спальню и закрылся.

Это было не в его правилах. Всякие раньше неприятности случались, но он никогда не давал выхода своим эмоциям в присутствии близких, старался оставлять дурное расположение духа за порогом дома. Другое дело, что как бы муж ни скрывал свое мрачное настроение, Бэлла всегда чувствовала, когда он не в духе, и стремилась к тому, чтобы в трудные минуты Валерий не замыкался, ненавязчиво расспрашивала его о делах в команде, давая возможность выговориться. При этом о чем бы они ни говорили, он во всем пытался найти собственные ошибки, понять и проанализировать их причины. Виноватых вокруг не искал, так же как не изводил себя пустопорожним самобичеванием и рефлексией.

Один только раз он заставил ее сильно поволноваться. Как то Бэлла увидела по телевизору, что Валерий явно «не в своей тарелке», недоволен ходом встречи, начал нервничать и раздражаться. Сразу же поехала на стадион, где проходил матч, чтобы встретить мужа после игры. Ждала, пока не вышли все футболисты, но он так и не появился. Решила, что просмотрела его, и отправилась назад. Но его не было и дома. Оказалось, что он так расстроился после очередного поражения, что больше часа просидел один в опустевшей раздевалке. А потом прошел пешком пол Москвы и до дома добрался только к полуночи. За это время успел успокоиться. Тогда она и услышала от него фразу: «После неудач сами себя встречают». Обиделась немного, но виду не подала.

Когда в тот вечер Бэлла, наконец, решилась войти к мужу, то увиденное поразило и напугало ее: Валерий сидел на кровати, уставившись в пол и обхватив голову руками. В таком состоянии глубокого горя она его видела в первый раз после того, как он похоронил отца, которого очень сильно любил. Тогда, после известия о внезапной смерти Георгия Христофоровича, Валерий долго не мог прийти в себя, сильно изменился, словно что то надорвалось внутри. По другому стал относиться к тем неурядицам, которые неизменно сопровождают футбольную жизнь. «Футбол – это всего лишь игра, и поражение в ней – не трагедия» – на первых порах даже странно было слышать от него такое. Чувствовалась, что раз и навсегда произошла у него какая то серьезная переоценка окружающей его действительности.



Сейчас же он снова никак не мог совладать с собой и только повторял: «Все кончено». Когда с трудом удалось немного успокоить его, выяснилось, что проиграли ростовскому СКА. Но проиграли после того, как вели 3:0. Сразу же пополз слух, что игру «сдали». «Но ведь ты понимаешь, на подобное у нас никто не способен!» Конечно, кому как не ей знать, насколько порядочен и честен ее муж, а его искренность и бесхитростность в отношениях с людьми граничат едва ли не с детской открытостью и непосредственностью. Но и другое она давно поняла: полностью отдаваясь футболу, Валерий так и остался неискушенным в тех играх, которые часто ведутся вокруг футбольных полей.

Рассказывая о случившемся, по укоренившейся привычке пил залпами, полными стаканами молоко. И также по привычке (непонятно только, откуда она взялась) опустевшие бутылки ставил обратно в холодильник. Молока всегда выпивал помногу: чтобы притупить нестерпимую боль, когда «отходят» новокаиновые блокады на ногах, чтобы нейтрализовать нежелательное воздействие сигарет, чтобы успокоиться. В отличие от многих своих друзей, никогда не пытался «расслабиться» с помощью спиртного. Впрочем, к вину он в ту пору вообще не прикасался – школа Гиви Нодия зря не прошла. И позднее, когда закончил играть и перешел на тренерскую работу, полагал (да и сейчас так считает), что выпить можно только тогда, когда на душе радостно.

Как потом поняла Бэлла, не нелепое поражение команды стало в тот вечер причиной такого состояния мужа. Предвидел он очередной неминуемый уход Севидова и конец своей карьеры футболиста.

А ведь лишь накануне по классификации еженедельника «Футбол – Хоккей» он вошел в тройку лучших футболистов страны. С возвращением Севидова Валерий будто второе дыхание обрел. Главным матчем года, а может быть, и всей жизни, стал для него финал Кубка СССР, в котором московские динамовцы встретились с ленинградским «Зенитом».

Запомни и обыграй! Так наставлял своих мальчишек первый тренер Газзаева. Слишком глубокий след оставил в душе Валерия финальный матч 1979 года с одноклубниками из Тбилиси, чтобы он позволил себе упустить представившуюся возможность посчитаться с фортуной. Не смущало даже то, что «Зенит» вышел на поле в роли безусловного фаворита первенства страны (и в конце года стал чемпионом СССР), а московское «Динамо» по прежнему обитало где то на задворках высшей лиги.

Девяносто минут на редкость упорного матча победителя не выявили. А в дополнительное время сначала Валерий, откликнувшись на подачу Александра Бородюка, забил красивейший гол головой в падении, затем уже Бородюк, получив выверенную передачу от Газзаева, эффектно вколотил мяч под перекладину. 2:0, и Кубок у «Динамо»! Валерий сполна вернул долг болельщикам, реабилитировав себя за неудачу пятилетней давности.

Кстати, этот матч стал заметной вехой и для молодого Бородюка, талант которого еще только раскрывался. Он был переведен в столичный клуб из вологодского «Динамо» в период срочной службы, которую проходил в системе МВД. Имея, по молодости, неуступчивый и независимый характер, он как то серьезно повздорил с Вячеславом Соловьевым. И продолжать бы ему службу в действующей части, если бы не вступились за него Валерий Газзаев и Николай Латыш. Они и на поле помогли ему раскрыться, так как первоначально Александру была определена роль «под нападающими», и он составлял вместе с ними слаженный атакующий треугольник.

Восемь лет отыграл Бородюк в «Динамо», но из всех тренеров, которые возглавляли клуб за это время, никто, по его мнению, так и не смог сравняться с Севидовым: потрясающий человек был Сан Саныч! Интересы самые разносторонние: увлекался симфонический и эстрадной музыкой, шахматами, и при этом всегда к случаю мог рассказать свежий анекдот. Глубоко разбирался в психологии игроков, поэтому никогда не рубил с плеча. За двое суток до финальной игры с «Зенитом» махнул Александр в Вологду – по своей невесте соскучился. Рассчитывал на следующий день вернуться самолетом, но билетов не оказалось. Позвонил Севидову: «Не волнуйтесь, я успею поездом добраться». Выслушал, конечно, кое что в свой адрес, но по возвращении никаких разносов не было. Даже не ожидал, что после этого на игру с «Зенитом» тренер поставит его в «основу». Можно представить, с каким воодушевлением сражался молодой футболист на поле, чтобы оправдать доверие!

Возвращение Севидова развеяло миф о безоглядном индивидуализме Газзаева. У Валерия вернулся вкус к настоящей игре, а вместе с ним усилилась тяга к взаимодействию с партнерами. Полное понимание находил он с Василием Каратаевым, Ренатом Атаулиным, Юрием Пудышевым. Последнего Севидов пригласил в команду на роль диспетчера, когда почувствовал, что уж слишком сильно «раскачивает» команду во время игры.

Валерий Георгиевич убежден, что именно отменная командная игра в матче одной шестнадцатой финала Кубка обладателей кубков позволила в блестящем стиле повергнуть в Осиеке югославский «Хайдук», добрая половина игроков которого входила тогда в основной состав сборной Югославии. В этой встрече, закончившейся со счетом 5:2, Газзаев провел три мяча, причем один из них – с одиннадцатиметрового!

В том же году во встрече с харьковским «Металлистом» Валерий забил свой заветный сотый гол (опять с пенальти!) и стал членом символического клуба Григория Федотова, который в то время насчитывал чуть больше тридцати имен.

Но в целом игра команды перестраивалась не так быстро, как хотелось бы Севидову. Смена поколений проходила болезненно. При засилье середняков, в условиях острого дефицита высококлассных исполнителей сбалансировать состав удавалось с большим трудом. Все, чем по возвращении приходилось заниматься Александру Александровичу, напоминало вынужденное латание дыр, косметический ремонт здания, под которым осел и покосился фундамент. Для его основательного восстановления требовалось время. К счастью, удалось выиграть еще несколько месяцев, сохранив в 1984 году прописку в высшей лиге союзного чемпионата. При этом внушительные успехи в розыгрышах Кубка СССР и Кубка обладателей кубков (в очередном турнире дошли до полуфинала!) свидетельствовали о том, что динамовцы способны выйти из прорыва и обрести традиционно присущую им надежную и стабильную игру.

Правда, что то неладное все же ощущалось.

Назначенный в то время главным тренером сборной СССР Эдуард Малофеев на первых порах свои обязанности с клубной работой не совмещал, но в штате Центрального совета «Динамо» оставался. Посетовав кому то из своих динамовских руководителей на недостаток тренерской практики, он неожиданно оказался в команде Севидова на роли не то помощника, не то консультанта главного тренера. Скорее всего, Александр Александрович против подобного сотрудничества не возражал, так как Малофеев был его учеником. Но вот Газзаев, узнав об этом, сразу же решительно заявил, что он под руководством Эдуарда Васильевича тренироваться не желает. Слишком свежи у него еще были воспоминания о том конфликте, который возник между ними в олимпийской сборной.

Скандал принял серьезный оборот. Газзаев – лидер команды, и в ближайшем будущем замены ему не предвиделось. Именно об этом и шла речь на совещании у председателя Центрального совета «Динамо» П. С. Богданова. Казалось, на этом вопрос исчерпан, и жизнь в команде снова вошла в нормальную, рабочую колею. Однако через какое то время Малофеев опять объявился в клубе, и для Валерия стало ясно, что добром это не кончится.

Начало сезона 1985 года обнадеживало. Особенно впечатляющей стала победа динамовцев (5:1) в Вильнюсе над «Жальгирисом», слывшим крайне неуступчивым в домашних встречах. Правда, последующая серия из нескольких выездных матчей прошла не совсем удачно. Но вот домашняя игра с ростовским СКА складывалась более чем благополучно: после первого тайма – 3:0. Как ни настраивайся после этого на продолжение борьбы, трудно избавиться от чувства, что победа уже в кармане. Однако во второй половине встречи ростовчанам удалось не только переломить ход встречи и отыграться, но и забить победный гол.

В «Динамо» был запущен слух, что игру «сдали» сознательно. Более нелепых домыслов нельзя было представить: все игроки слишком любили и уважали Севидова, чтобы пойти на такую подлость по отношению к нему. Да и невозможно было разыграть такой невероятный спектакль на поле. Источник новых интриг в команде был хорошо известен, не представлял он секрета и для Газзаева. Сам Севидов прекрасно понимал, что с командой в этой игре произошел обыкновенный несчастный случай. Но он, как и его молодые подопечные, не ожидал таких коварных козней.

Через день тренером московского «Динамо» стал Эдуард Малофеев.

Предчувствуя неладное, Бэлла решила сходить на стадион, пригласив с собой подругу – Иру Худиеву. Как сейчас помнит, что встреча с «Араратом» была 26 июня. Валерий играл неплохо, но примерно в середине второго тайма его неожиданно заменили. Уходил с поля как то чересчур спокойно и отрешенно. Мелькнула мысль: «Это все! Не выйдет больше Валера».



Ира пыталась успокоить: в футболе замены – дело обычное. Не знала она, что за все годы, проведенные Валерием в «Динамо», его в первый раз заменили во время игры без всякой на то причины.

На следующий день он подал заявление об уходе.

Не в привычках Газзаева искать виноватых, хотя со временем, когда уже стал именитым тренером, пытались некоторые недоброжелатели приписать ему такую слабость.

«Конфликт с Малофеевым, – считает Валерий Георгиевич, – это как раз тот случай, когда у двух людей несовместимость. Главная беда была в том, что у нас с ним оказались принципиально разными взгляды и на футбол, и на жизнь».

Как позднее выяснилось, его уход был предрешен так или иначе. Спустя некоторое время Валерий узнал, что вскоре после назначения на пост главного тренера Эдуард Васильевич предупредил руководство ЦС «Динамо», что вместе с Газзаевым он работать не сможет: слишком у того большой авторитет в команде.

Но, видно, не только авторитет Газзаева стал для нового тренера камнем преткновения. Копившиеся годами проблемы с наскока не решишь. И не вдохновишь футболистов на самоотверженную и творческую игру лозунгами, которые развесили на тренировочной базе в Новогорске: «За нами Москва!», «Когда идут в бой, температуру не меряют!» Тем более у многих из них и без того вызывало смутную тревогу творческое кредо тренера: игроки должны гореть на поле синим пламенем.

Без фундаментальной кропотливой работы можно только добиться кратковременного успеха, который годится разве для того, чтобы потешить свое честолюбие. Так оно и произошло, когда «Динамо» бойко проскочило всю дистанцию очередного чемпионата и стало серебряным призером. Но уже на следующий год все вернулось на круги своя, и вслед за невразумительным выступлением команды последовала отставка Малофеева…

Оказался Газзаев за кромкой поля в том возрасте, который для нападающего принято считать близким к критической черте, но не предельным. У Валерия сил и желания играть было еще хоть отбавляй. Первое время, оставшись не у дел, места себе не находил, но твердо решил перетерпеть, привыкать к новой жизни, хотя предложения из других клубов поступали. Но коротать отпущенное на твой футбольный век время в заштатной, не претендующей на что либо серьезное команде не хотелось.

В отличие от многих других своих коллег по футбольному цеху, закончив играть, Газзаев не остался у разбитого корыта. К этому времени он уже успел получить высшее образование. Именно образование, а не «корочки», которыми часто довольствуются заочники из среды спортсменов. В Московский заочный юридический институт (ныне – Московская государственная юридическая академия) он поступил, когда перешел в «Динамо». Естественно, что на выбор повлиял род «службы», так как почти каждый динамовский футболист находился «на должности» (не будем забывать, что в футбол у нас в то время играли только «любители»). Учился основательно: почти все свободное время занимался дома, постоянно таскал с собой учебники и конспекты на базу, на выездные игры. Часто, засиживаясь вечерами над курсовой или контрольной, всерьез представлял себя то адвокатом, то прокурором.

«Тройки» на экзаменах не признавал. И дело не только в свойственном ему максимализме. С того момента, как женился на Бэлле, ответственность за семью возобладала над всеми другими интересами, и, несмотря на внешнюю импульсивность поведения, он соотносил с интересами близких ему людей все свои принципиальные решения и поступки. В свое время даже предложение он осмелился сделать Бэлле только после того, как получил квартиру и окончательно обустроился в Москве. Особенно серьезно стал задумываться о будущей карьере, когда появился на свет первый сын Володя, а спустя полтора года – Аслан. Их надо на ноги подымать, а футбольный век недолог. Где ты понадобишься потом без хорошего образования?

Госэкзамены сдал на отлично. Так уж совпало, что сразу после ухода из команды он получил предложение поступать в аспирантуру. Кроме того, приглашали его на собеседование в Прокуратуру СССР и предлагали работу в центральном аппарате. Все вроде бы пришлось весьма кстати и сулило серьезные перспективы. Но стоило только подумать о том, что с футболом придется расстаться навсегда, как что то начинало щемить в груди.

И, в конце концов, после некоторых раздумий согласился возглавить отдел футбола и хоккея Центрального совета «Динамо». Понятно, что не для административной работы создан Газзаев. Но, с одной стороны, эта должность как бы сохраняла связь с настоящей футбольной жизнью, а с другой – давала время для того, чтобы не спеша все взвесить и обдумать.

Но долго размышлять не пришлось.

Володя Гуцаев не вошел, буквально влетел в квартиру: «Едешь в Тбилиси!».



Не поверив до конца в смысл сказанного, Валерий на всякий случай уточнил: «Зачем?» Но и без этого было ясно, что приглашают, приглашают играть!

С Гуцаевым они сдружились в молодежной сборной. В Москву его прислал тренер тбилисского «Динамо» Нодар Ахалкаци, считавшийся одним из лучших специалистов страны. Именно под его руководством грузинские футболисты в 1981 году завоевали Кубок обладателей кубков.

То, что Володя рассказал в тот вечер, вдохновляло вдвойне. Ветераны команды – Александр Чивадзе, Тенгиз Сулаквелидзе, Отар Габелия, Рамаз Шенгелия, Реваз Челебадзе и, естественно, сам Гуцаев – всерьез решили на прощание тряхнуть стариной и выиграть золотые медали чемпионата страны.

После этого разговора Валерий, не мешкая, отправился в Тбилиси: не терпелось самому убедиться в серьезности намерений Ахалкаци. Приглашение подтвердилось. Но в оставшееся до начала предсезонной подготовки время предстояло сбросить вес и восстановить скоростные качества. За помощью обратился к авторитетному отечественному специалисту по спринтерскому бегу Л. В. Бартеневу – известному в прошлом спортсмену, серебряному призеру двух Олимпиад. По разработанной Леонидом Владимировичем индивидуальной программе пришлось заниматься ежедневно по два часа. Присутствовало, видно, не только упорство, но и страстное желание вновь проявить себя на поле, так как результаты превзошли все ожидания: к концу четвертой недели Валерий пробегал 30 метров за 3,7 секунды. Результат – на зависть любому молодому, скоростному форварду. На сборы он явился в превосходной физической форме.

Но уже во время подготовки к сезону выяснилось, что обстановка в команде далека от идиллической – давала себя знать амбициозность некоторых ветеранов. Ахалкаци предпочитал играть двумя нападающими, и в пару с Валерием, которого на все тренировочные игры ставил в «основу», выпускал попеременно одного из двух молодых, талантливых ребят: Гурули или Месхи. Но вот мечтавших «тряхнуть стариной» Гуцаева, Шенгелия и Челебадзе неизменно отправлял во второй состав. А перспектива провести сезон в запасе никого из них не устраивала.

Первым «сорвался» Гуцаев, который жил на базе в одной комнате с Газзаевым. «Все, с меня хватит!» – и был таков. Через некоторое время Гуцаев все же остыл и на сборы вернулся. Но нервозность в отношениях «корифеев» с тренером сохранялась. Видно, в период смены поколений это в той или иной степени почти неизбежно в любой команде. Тем не менее новый сезон начали вполне прилично, пройдя первые шесть туров без поражений.

Газзаев вписался в новый ансамбль без особых проблем и подтвердил свою полную состоятельность: проведя 12 матчей, забил 6 мячей. Последний его выход на поле выпал на кубковую игру тбилисских динамовцев с «Ростсельмашем». Во втором тайме Валерий сначала сделал результативную передачу, а затем и сам забил гол, фактически решив своими действиями исход довольно напряженного матча.

Однако на следующий день он очень удивился, обнаружив, что его премия, а каждому игроку полагалось тогда за победу 500 рублей, оказалась урезанной почти наполовину. Отправился к Ахалкаци – может, в чем проштрафился или провинился перед главным тренером?

Вразумительных разъяснений не последовало: «Просто я так решил».

Реакцию Газзаева на такой ответ предусмотреть не трудно. Через десять минут на столе Нодара Парсадановича лежало его заявление об уходе.

Как позднее рассказали Валерию, после его отъезда команду продолжало лихорадить. В очередной игре на своем поле грузинские футболисты уступили «Днепру», и всю вину руководство клуба свалило на него. Обвинили в рвачестве, в том, что в трудный момент бросил команду… Хорошо, конечно, знал Ахалкаци, что не в двух сотнях дело. Но неужели он не понимал, что своим высокомерием и пренебрежительностью наносит человеку тяжелейшую обиду, оскорбление? Стерпел бы тогда Валерий, взял бы вместо премии подачку – позволил бы унизить свое человеческое достоинство, оказался бы на правах подневольного поденщика, которому, ввиду преклонного для футболиста возраста, вроде бы и деваться уже некуда.

Не было на этот раз в душе смятения. Даже сам удивился, что так быстро успокоился. Видно, однажды пережитое притупляет, смягчает наше восприятие подобного в будущем, и случившееся уже год назад расставание с футболом, когда уходил из московского «Динамо», не прошло бесследно. Правда, когда летел домой из Тбилиси, немного грустно стало от мысли, что так и не исполнились мечты, с которыми каждую весну, каждый новый сезон выходил на футбольное поле. Не суждено уже будет сбыться и главной из них – завоевать когда нибудь высшую награду чемпионата страны.

Последняя надежда на это осталась за Кавказским хребтом.

Часть IV

НАКАНУНЕ
Глава I

ВЫБОР
Возвращался домой, уже твердо зная, как поступит, что будет делать дальше.

Однажды Лев Иванович Яшин, наблюдая за тем, как Газзаев азартно и, главное, со знанием дела участвовал в разборе игры, одобрительно заметил: «Молодец! Быть тебе тренером». Справедливости ради скажем, что тогда Валерий на эти слова не обратил никакого внимания. Приятно было, конечно, что сам Яшин похвалил, но не более того.

А вот другой случай заставил его задуматься о своем будущем более серьезно…

Кто знает, послушал бы тогда в Вене Севидов Валерия, может быть, довелось бы московскому «Динамо» играть в финале Кубка обладателей кубков. А там, глядишь, по другому могла сложиться судьба и у Александра Александровича, и у Валерия Георгиевича.

Тогда, весной 1985 года, первый полуфинальный матч против венского «Рапида» для динамовцев поначалу складывался удачно: весь первый тайм они владели инициативой и добились перевеса в счете–1:0. Результат, конечно, для гостевой игры скользкий, поэтому Севидов, по своему обыкновению, в перерыве посоветовался с ведущими игроками, что следует предпринять во второй половине встречи. Газзаев предложил сделать две замены и усилить команду Пудышевым и Бородюком. Но Александр Александрович, руководствуясь старым золотым правилом: «Когда у команды игра „идет“, игроков не меняют», – к его совету не прислушался. А зря! Один из тех футболистов, кто внушал опасение Газзаеву, стал виновником двух пенальти в ворота «Динамо» (в первом случае вратарь Алексей Прудников выручил, во втором оказался бессилен), другой совершил «детскую» ошибку, которая привела к очередному пропущенному мячу. Когда замены произвели, переломить игру уже не удалось – австрийцы «поймали кураж» и забили третий гол.

Наутро перед отлетом домой Севидов пригласил Газзаева в свой гостиничный номер. Неожиданно зашел разговор о жизненных планах Валерия. Знал он, что тот серьезно готовит себя к юриспруденции. Поинтересовался делами в институте, особенно подготовкой к госэкзаменам. И неожиданно перешел ко вчерашнему матчу: «С такой интуицией ты обязательно должен стать тренером».

Чувствовалось, что Севидову мысль эта пришла в голову значительно раньше. И, возможно, незаметно для самого Газзаева, исподволь тренер уже подготовил почву для такого разговора. С того дня Валерий оказался полностью захвачен этой идеей. Закрались сомнения лишь на короткое время, когда поступили предложения продолжить учебу в аспирантуре и поступить на работу в прокуратуру. Но жизнь сама подсказала выбор, вернув его в родную стихию.

Газзаев – весь на виду. Все хорошо знают его в минуты крайнего душевного напряжения во время футбольных матчей, каждый может представить его радость и ликование, его нетрудно вообразить недовольным или разгневанным, многим знаком его располагающий к себе вдумчивый и доброжелательный взгляд. Но при этом, как и у большинства людей, самое главное все равно таится где то в самой глубине души. А чтобы понять, что еще в ней сокрыто, надо видеть и слышать Валерия Георгиевича тогда, когда он говорит о детях. По тому, с какой теплотой вспоминает он о мальчишках, тогда еще крохах 1979 года рождения, с которыми работал в детской футбольной школе московского «Динамо», понимаешь, что это был один из самых счастливых периодов его жизни.

Окончательно решение работать с детьми созрело, когда возвращался из Тбилиси. Нельзя, конечно, сказать, что Валерий не испытывал при этом никаких сомнений. Долго и обстоятельно советовался с женой, так как особенно волновала материальная сторона вопроса: зарплата в детской школе не ахти какая, особенно по сравнению с тем, что получал раньше. А ведь очень не хотелось, чтобы подрастающие собственные дети в чем то нуждались.

Балла выбор мужа поддержала. Ведь помимо всего прочего, в кои то веки у отца появлялась возможность каждый день быть дома и основательно заняться воспитанием Володи и Аслана – когда мальчишки подрастают, они должны чувствовать твердую мужскую руку. Правда, в прямом смысле слова испытать ее на себе им не довелось. Когда немного подросли, случалось, что маминых внушений было недостаточно, и отец тянулся к ремню. Но так ни разу и не смог применить испытанного народного метода – слишком любил своих сыновей. Однако не давал им возможности использовать эту любовь в корыстных целях, когда шли они к нему с какими то прихотями или сомнительными просьбами. В таких случаях сразу выяснял, обращались ли они к маме и что она им ответила. Как мама сказала, так и будет.

Когда Газзаев пришел со своими планами к директору детской футбольной школы «Динамо» В. Г. Цареву, тот встретил его с нескрываемой радостью. Но и удивления не скрывал. «Вообще то такое редко встречается, – вспоминал позднее Виктор Григорьевич, – чтобы футболист с именем сам вот так пришел в детскую школу и попросил дать ему возможность потренировать мальчишек». Хотя, в принципе, это выглядит логично, и многие маститые тренеры – Виктор Маслов, Константин Бесков, Николай Гуляев, Гавриил Качалин и другие – свою работу начинали с детей. Ведь в детской команде поле тренерской деятельности не ограничено турнирными результатами или другими какими то условностями – твори, выдумывай, пробуй.

Естественно, новичку – особое внимание. Я стал пристально наблюдать за тренировками Газзаева и вскоре убедился в том, что свою работу с точки зрения методики он строит абсолютно правильно, во всех аспектах следует лучшим тренерским традициям. Сразу обнаружился его очень серьезный подход к работе. К каждому занятию Валерий специально готовился, ни разу не случалось, как у некоторых других тренеров: «Так, мальчики, давайте сегодня в квадратик поиграем, а по ходу дела еще что нибудь придумаем…

Нет, у него все четко было расписано – и разминочная, и основная, и заключительная часть занятий.

На все тренировки Газзаев являлся без опозданий, всегда подтянутым, аккуратно одетым… Не могу не отметить и его педагогического такта. Вроде бы такой темпераментный, „разговорчивый“ в игре, он никогда не повышал на ребят голоса, терпеливо и доходчиво объяснял задание каждому мальчишке, и скоро ребята были от него уже без ума. А он влюбился в них».

Да и как можно было не влюбиться в этих чистых и искренних малышей! Ведь каждый раз они встречают тебя с преданностью и обожанием, словно сказочного волшебника, который вот вот должен сотворить какое то невиданное чудо. Невольно старался во что бы то ни стало оправдать их надежды и не дать им повода хоть для малейшего разочарования.

В который раз Валерий с благодарностью вспоминал своего первого наставника – М. Д. Цаликова. Старался не обойти вниманием кого либо из своих учеников, принимать участие в их судьбах, дать им то, чем сам бьш обделен в их возрасте. Хоть и приличная была экипировка у ребят, но хотелось, чтобы его дети чувствовали особую заботу, – на свои деньги купил всей группе красивую фирменную форму. Прямо скажем, пришлось тогда Бэлле основательно поколдовать над семейным бюджетом.

Очень много почерпнул для себя Газзаев у опытного тренера и педагога, в прошлом – известного нападающего, заслуженного мастера спорта Ю. К. Кузнецова. Юрий Константинович определил его своим помощником по работе со старшими, юношескими группами, и это помогло Валерию существенно расширить диапазон представлений о возрастных особенностях подготовки и воспитания будущих футболистов.

Тренерские способности Валерия не остались незамеченными. В конце 1987 года, когда отправили в отставку Эдуарда Малофеева, В. Г. Царев предложил кандидатуру Газзаева на пост главного тренера московского «Динамо». Конечно, внося на рассмотрение динамовских руководителей такое серьезное предложение, Царев учитывал не только успехи Газзаева в работе с детьми. Он прекрасно изучил Валерия еще в то время, когда тренировал «Динамо» в 1979 году, и хорошо представлял, каким потенциалом тот обладает. Руководство Центрального совета общества «Динамо» в тот раз остановило свой выбор на Анатолии Бышовце. Интересно, что после заседания совета в неофициальной обстановке Царев высказал убеждение, что Газзаев в «Динамо» еще вернется. И не ошибся.

Конечно, в глубине души Газзаев мечтал о настоящей команде, но никакой уверенности, что тренерская работа в большом футболе ему уже по плечу, не было. Пришло понимание, что на этой стезе трудно будет добиться чего либо серьезного без специальных знаний. В детской школе можно было опереться на поддержку опытных тренеров, на собственные практические навыки, наконец, выручали типовые разработки и методики. Но и при этом, чтобы подготовиться к очередному занятию, составить даже несложный план его проведения, приходилось едва ли не каждый день засиживаться за полночь, штудируя учебники и методические пособия.

Так созрело решение поступить в Высшую школу тренеров. Хотя некоторые знакомые тренеры практики и отговаривали, полагая, что учеба в ВШТ мало что дает тем, кто постигал футбольную науку в командах мастеров. К счастью, у Валерия на этот счет уже сложилось собственное мнение: на своем игровом опыте, каким бы богатым и впечатляющим он ни был, на собственных представлениях о формах и методах подготовки команды, почерпнутых из практики, на наитии и интуиции в тренерской работе далеко не уедешь.

Чрезмерной педантичностью Газзаев никогда не отличался. Ознакомившись первым делом с программами и учебными планами, по которым в школе тренеров осуществлялась подготовка слушателей, он сразу же исключил из круга своих интересов предметы, не имеющие прямого отношения к его будущей профессии. Решил также не тратить время и на то, что уже освоил под руководством своих бывших наставников или изучил самостоятельно за время работы в детской школе. Зато сосредоточил внимание на таких дисциплинах, как психология и биохимия, скрупулезно вникал во все вопросы, связанные с физической подготовкой, специализацией, особенно тактикой игры.

На стажировку он попал в московский «Локомотив» к своему старому другу Юрию Семину, который набрался уже значительного опыта на тренерском поприще: кроме «Локомотива», он успел поработать в краснодарской «Кубани» и душанбинском «Памире». В представлении многих стажеров подобная практика – не что иное, как прекрасная возможность отдохнуть от трудов праведных, тем более что проходила стажировка в Хосте, где команда готовилась к сезону. Посетил две три тренировки на свежем отдыхе, сочинил отчеты – и все остальное время можешь заниматься своими делами или греться на солнышке.

Газзаев, для которого «Локомотив» и вовсе не представлял собой тайны за семью печатями, всех, что называется, сразил наповал. Он привез с собой кучу конспектов, досконально расписанные методики подготовки к сезону – отдельно для команд высшей и первой лиги. Все тренировочные планы, разработанные Валерием, были разбиты на микроциклы, каждому из которых отводилась своя конкретная задача. В соответствии с ней определялось количество дней в микроцикле и тематическая направленность всех занятий. По сути дела Валерий владел материалом как высококвалифицированный специалист. И, тем не менее, тщательно конспектировал все, что увидел и услышал на сборах, постоянно что то выпытывал у Семина, других тренеров.

Высшую школу тренеров Газзаев окончил с отличием. Пока учился, надеялся, что предложат ему какую нибудь плохонькую команду, которую он сможет довести до ума. А не получится, махнет на все рукой, и тогда уж точно подастся в юриспруденцию.

Как мы уже знаем, предложили Валерию Георгиевичу возглавить орджоникидзевский «Спартак». А спустя два года, выведя северо осетинскую команду в высшую лигу, он возвратился в Москву в качестве признанного и перспективного тренера новой волны, чтобы возглавить московское «Динамо».
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   17

  • Часть IV НАКАНУНЕ Глава I ВЫБОР