Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Алексей Сидоров Курс патрологии Введение




страница1/39
Дата03.07.2017
Размер3.88 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39
Алексей Сидоров
Курс патрологии
Введение

Патрология как Наука 2

Отцы и Учители Церкви, Церковные Писатели. 5

Издания и переводы памятников церковной письменности. 12

Основные этапы развития Патрологии. 15

Эпохи Церковной Письменности. Хронологические Рамки "Классической Патрологии." 21

Культурно-исторические условия возникновения христианской апологетики. 26

Русская Патрологическая Наука. 31

Раздел I 38

Мужи Апостольские. Возникновение церковной письменности. 38

Глава I. Вероучительные и литургико-канонические памятники первохристианской церкви. 39

1. "Учение двенадцати Апостолов" ("Дидахе"). 39

2. "Каноны святых Апостолов." 43

Глава II. Св. Климент Римский 49

1. "Первое послание к Коринфянам." 49

2. Так называемое "Второе послание св. Климента Римского." 55

3. Прочие сочинения, приписываемые св. Клименту Римскому. 60

Глава III. Св. Игнатий Богоносец. 67

1. Жизнь и творения св. Игнатия. 67

2. Богословие св. Игнатия. 70

Глава IV. Св. Поликарп Смирнский. Папий Иерапольский. 77

1. Св. Поликарп Смирнский и его "Послание к Филиппийцам." 77

2. "Мученичество св. Поликарпа." 79

3. Папий Иерапольский. 80

Глава V. "Послание Варнавы" 82

Глава VI. "Пастырь" Ерма. 89

Раздел Второй. Греческие Апологеты II Века. 97

Глава I. Возникновение греческой апологетики и ее задачи. Кодрат. 97

Культурно-исторические условия возникновения христианской апологетики. 97

Глава II. Аристид. Аристон из Пеллы. 104

1. Аристид и его "Апология." 104

2. Аристон из Пеллы. 112

Глава III. Св. Иустин философ и мученик. 113

1. Жизнь св. Иустина и история его обращения. 113

2. Творения св. Иустина. 119

3. Богословие св. Иустина. 125

Глава IV. Татиан. 140

1. Жизнь и литературная деятельность Татиана. 140

2. Богословские взгляды Татиана. 144

Глава V. Афинагор Афинянин. 154

1. Сведения древнецерковных писателей об Афинагоре. 154

2. Литературные труды Афинагора. 157

3. Богословские взгляды Афинагора. 160

Глава VI. Св. Феофил Антиохийский. 174

1. Жизнь и творения св. Феофила. 174

2. Богословие св. Феофила. 176

Глава VII. Св. Мелитон Сардийский 2. 186

1. Жизнь и творения св. Мелитона. 186

2 Богословие св. Мелитона, отраженное в его сочинении "О Пасхе." 192

Глава VIII. Анонимное сочинение "к Диогнету." 200

1. Судьба, характер и датировка произведения. 200

2. Миросозерцание автора трактата. 201

Глава IX. Ермий. Апологеты Мильтиад и Аполлинарий Иерапольский. 211

1. Памфлет Ермия против языческой философии. 211

2. Апологеты Мильтиад и Аполлинарий Иерапольский. 214

Глава X. Жанр "Учительных Книг." 217

1. Предварительные замечания: идейно-богословские истоки жанра. 217

2. "Изречения Секста." 221

3. "Поучения Силуана." 231

Заключение 239

Патрология как Наука


Термин "патрология" (т.е. "учение об отцах Церкви") был впервые употреблен протестантским ученым Й. Герхардом (J. Gerhard; ум. 1637), написавшим сочинение под названием "Патрология, или произведение о жизни и трудах учителей древнехристианской Церкви," которое увидело свет после его смерти в 1653. Уже в этом названии намечаются характерные черты зародившейся науки, являющейся одновременно и наукой церковно-исторической, и наукой богословской. Ее предметом становится изучение жизни, творений и богословия отцов и учителей Церкви, которое, естественно, предполагает понимание культурно-исторического и церковно-исторического контекста, определявшего во многом житие и миросозерцание того или иного святого отца и церковного писателя. Поэтому патрология находится в неразрывной связи с рядом исторических и богословских дисциплин, прежде всего, с историей Церкви.

Также в XVII в. появляется термин "патристика" - практически одновременно и у католических, и у протестантских писателей, подразделявших всю богословскую науку ("теологию") на "библейскую," "патриотическую," "схоластическую," "символическую" и "спекулятивную." Хотя оба указанных термина долгое время (вплоть до наших дней) часто употреблялись в качестве взаимозаменяемых, их всё же следует дифференцировать. Различие двух понятий весьма ясно сформулировал замечательный русский патролог Н.И. Сагарда: патристика, будучи по преимуществу наукой богословской, "собирает рассеянные в творениях отцов Церкви доказательства для догмы, морали, церковного строя и церковной дисциплины и стремится изложить их по их внутренней связи. Поэтому ее можно определить, как систематическое изложение заимствованных из отеческих творений доказательств, которые служат для исторического обоснования христианских истин. Она не даеёт образа жизни и литературной деятельности богословских писателей, опуская биографию и библиографию, группирует догматическое содержание их творений по основным точкам зрения, излагает в связи и таким образом создает систему традиционного религиозного учения. Следовательно, в "патристике" индивидуальные особенности того или другого церковного писателя лишаются обычной ценности, иногда получая характер даже случайного отклонения от нормы, причем вся сила сосредотачивается на принципиальном тожестве нравственного и догматического учения с библейско-христианскими первоосновами. От этой науки существенным образом отличается "патрология," заключающая не только биографический и библиографический отдел, но и экзегетический, в котором излагается содержание отдельных произведений того или другого писателя и цельный образ его учения, с оттенением именно его индивидуальных особенностей, характерно отличающих данного писателя и определяющих его место в истории богословской мысли, и эта сторона признается существенной составной частью науки, которую она не может передать "истории догматов," так как в последней историческая сторона представляется не так подробно и обстоятельно, и совершенно в другой форме, чем в патрологии.

В патрологии история христианских догматов представляется хронологически, в связи с самою жизнью древней Церкви и в том самом порядке, в каком христианские догматы раскрывались в действительности. С другой стороны, в патрологии каждый христианский догмат рассматривается в связи со всей системой вероучения тех церковных писателей, у которых раскрывается этот догмат; между тем как "история догматов" оставляет эту связь в стороне и берет из учения известного отца только то, что он говорит о том или другом догмате в отдельности." В этом определении Н.И. Сагарды область патрологической науки весьма четко отграничивается и от сферы "патристики," и от "истории догматов" - дисциплины, распространенной преимущественно в среде протестантов.

Следует еще отметить, что слово "патрология" нельзя понимать в узком смысле слова, т.е. как науку, занимающуюся исключительно изучением творений одних отцов Церкви. В поле ее зрения попадают жизнь, творческая деятельность и богословие всех церковных писателей, т.е. тех писателей, которые принадлежали к Церкви и сознательно выражали церковное вероучение. Поэтому понятие "патрология" является практически тождественным выражению" древнецерковная письменность" (или более широкому - "церковная литература"). Сам предмет данной науки, таким образом, необходимо предполагает богословскую оценку памятников данной письменности, что существенным образом отличает православную (и, в значительной мере, католическую) патрологию от жанра "истории христианской литературы," в котором обычно подвизаются протестантские (а, отчасти, и светские) ученые. Для последних абсолютно чужда церковная точка зрения на свой предмет, а поэтому они включают в "историю христианской литературы," наряду с сочинениями церковных писателей, и произведения еретиков, не провидя между ними никакого различия. Тем самым, грани определения "христианский" совершенно размываются и оно принимает очень и очень аморфный вид. Безусловно, отстраняясь от такого нецерковного подхода к христианской письменности, нельзя впадать и в противоположную крайность, т.е. в "грех сугубой дистинкции," ибо не всегда и во всем можно провести "церковность" до ее самой малейшей черты; иногда данную границу приходится как "намечать пунктиром." Это объясняется тем, что, во-первых, один и тот же христианский писатель в различные периоды своей жизни то был членом Церкви, то впадал в ересь или "схизму" (классический пример тому - Тертуллиан): во-вторых, некоторые взгляды одного и того же христианского писателя весьма точно отражали точку зрения соборного веросознания Церкви, другие же - не вполне согласовывались с ней, или даже вступали в явное противоречие с соборным церковным разумом; в-третьих, само это соборное веросознание, будучи самотождественньм по сущности, находилось (и находится) в процессе самораскрытия, предполагающем изменение форм церковного сознания; наконец, в-четвертых, ереси и еретические сочинения всегда вызывали реакцию церковных писателей, а поэтому часто служили как бы "фоном" их деятельности и миросозерцания - без учета же подобного "фона" немыслимо и адекватное понимание жизни и учения отцов и учителей Церкви.



В целом можно сказать, что "с точки зрения патриотической среди писателей христианских различаются три группы: писатели христианские - христиане, но не принадлежавшие к Церкви Православной и не её учение излагавшие в своих произведениях; писатели церковные - члены Церкви Православной, писавшие об ее учении, жизни, деятельности и т.д., произведения которых не получили в Церкви значения точного изложения церковного и св. отцы Церкви - те из церковных писателей, произведения которых признаны самою Церковью наиболее точным выражением хранимого ею учения." Первая группа как раз и представляет тот "фон" (о котором только что шла речь) для православной патрологической науки, оставаясь на периферии ее изысканий; вторая и третья группы являются непосредственным предметом ее изучения. Как история церковной письменности, православная патрология исходит из того принципа, что эта "письменность резко отличается от светской своим религиозным, богословским характером, своим церковным содержанием - в ней самое существенное не форма, а содержание; а поскольку и различать произведения христианской письменности следовательно, с точки зрения ее богословской значимости." Этот подход православных ученых к патрологии коренным образом отличает данную науку от светской истории литературы. "Всеобщая история литературы или история литературы какой-либо нации отмечает прежде всего художественно-эстетическую сторону. Но эта точка зрения не применима к церковной литературе, потому что данная литература возникла не из литературно-эстетических, чисто художественных потребностей, а из практически-религиозных, церковных и богословских, ее история протекает параллельно или, скорее, органически связана с историей Церкви, в особенности с церковным вероучением и церковной наукой. Произведения церковной литературы - не художественные произведения и не стремятся быть такими; церковная литература - не изящная литература, а изображение жизни и страданий, веры и надежды древней Церкви. Авторы ее - не "писатели" и "литераторы," а церковные мужи и богословы; они, за редкими исключениями, заботятся не о форме, а о содержании. Эстетическое развитие церковного стиля, если оно действительно имело место, не обусловливало собою общего хода развития этой литературы. Правда, проповеди отцов Церкви имеют риторическую сторону (например, у Иоанна Златоуста), гимны - поэтическую, литургии - эстетическую сторону; некоторые отцы Церкви обнаруживали стремление к классическим формам выражения мыслей и чувств. Однако все это для хода развития церковной письменности имеет только случайное значение - интерес, какой имеют для нас эти произведения, существенным образом основывается на их особенном содержании."
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39

  • "патрология"